«Охота на студентку или знакомые с привилегиями»
- -
- 100%
- +
— Кстати, уже решила, что наденешь на вечеринку? — спросила меня подруга.
— Я не пойду.
Вероника аж споткнулась, при этом чуть не растянувшись на паркете.
— Э, нет, леди. Ты наконец-то вырвалась из лона семьи, где тебе постоянно говорили как и что делать. Ты пойдешь и будешь отрываться. Надеюсь, не с Джеком.
Последнее она пробубнила тихо, но я услышала.
— Ник, хватит!
— Ладно. Я постараюсь.
Я резко остановилась, но не для того, чтобы ссориться с подругой.
— О, черт, я кое-что забыла взять. Подожди меня. Я быстро.
Оставив стопку книг на столе, я поспешила назад. Тем временем Вероника плюхнулась на стул с выражением вселенской усталости, будто до этого, по меньшей мере, вагоны разгружала. И тут же уставилась в свой телефон, готова побиться об заклад, что она строчила какой-нибудь пост в социальную сеть.
Пройдя до нужной секции, я довольно быстро нашла интересующую меня книгу. А когда уже развернулась и собиралась бежать назад, то врезалась в кого-то. Книга упала на пол, застеленный зеленым ковролином. Когда я подняла глаза, то обомлела.
Передо мной стоял шикарный мужчина.
Волевой подбородок.
Волосы только-только начинающие седеть, хотя морщинки все-таки выдавали возраст.
Очки как у Кларка Кента.
Вязаный бежевый свитер и брюки, начищенные мужские туфли оттенка капучино.
В руках он держал открытую синюю папку с бумагами.
— Простите, — промямлила я.
Я нагнулась, чтобы поднять книгу, но то же самое сделал и мужчина, из-за чего мы столкнулись лбами. Он издал смешок, а я потерла ушибленное место.
— Это вы меня извините. Не смотрел, куда шел.
Мужчина поднял с пола мою книгу и повернул к себе обложкой, глядя на название на коричневом фоне.
— Зигмунд Фрейд. «Тотем и табу», — прочитал он. — Интересный выбор… Магическое мышление как способ развития религии, суеверий и даже искусства.
Последнее он говорил так задумчиво, будто сам с собой. Я осторожно взяла книгу из его рук и прижала к груди, закрываясь, как щитом.
— Забыл представиться, — спохватился он. — Профессор Локхарт.
— О, тот самый Локхарт? — сказано было как-то слишком восторженно, поэтому я прокашлялась, чтобы взять голос под контроль. — А я Таисия. Воронова.
— Что значит тот самый? Обо мне ходят какие-то нелицеприятные слухи?
Мужчина приятно засмеялся. Неудивительно, что о нем грезили студентки. Локхарт выглядел отлично для своих лет. Еще и его смех звучал как музыка. Убийственное сочетания. Он улыбнулся так открыто, что я не сдержала ответной улыбки. Этот мужчина действительно казался обворожительным.
И кого-то мне сильно напомнил.
Не по характеру, а чертами лица.
Только вот кого, я не понимала.
— Вы участвуете в мероприятии студенческого комитета.
— Ааа. В этом смысле. Да, я часто участвую в их деятельности. Душа еще молода. По крайней мере, предпочитаю думать так.
Как-то само собой получилось, что мы пошли в одном направлении вдоль рядов.
Возможно, при других обстоятельствах я бы и сама с удовольствием стала бы его поклонницей. Но так как Локхарт преподаватель, то такое для меня неприемлемо. И все же мне было приятно с ним разговаривать. Его низкий голос завораживал, а легкость в общении придавала шарма. Красивый и статный. Широкий разворот плеч, узкая талия, осанка будто особы голубой крови. В нем чувствовалась какая-то порода.
— А что вас заинтересовало в этой книге Фрейда, профессор?
— Видите ли, я пишу диссертацию на тему сект и психокультов. Знаете, что такое магифренический синдром?
— Преобладание мыслей магического характера как средство борьбы со стрессом, — отчеканила я, отчего Локхарт с удивлением посмотрел на меня.
Спустя секунду, на его лице промелькнула гордость, будто мои знания были его заслугой. По крайней мере, я явно смогла впечатлить профессора в хорошем смысле.
— Да вы будете моей любимой студенткой, если собрались посещать лекции по судебной психиатрии. Вы совершенно правы. Увы, наша психика часто жаждет, чтобы ее обманули. Сектанты верят в различные чудеса. При этом не хотят брать на себя ответственность. А их лидеры глубоко травмированные дети, погрязшие в ненависти, манипуляторы, порой садисты. И часто они сами начинают искренне верить в свои же россказни. Например, что они перерождение какой-то известной исторической фигуры. Миссии, способные спасти человечество или подготовить к концу света. Это не снимает с них вины за то, что они вредят другим людям, выкачивают деньги, приносят увечья, ломают чужую психику. Но они, в большинстве случаев, лишь больные люди.
— А что вы думаете насчет местных легенд?
Мы шли неспешно. И мне было приятно общество профессора. Умный и очень приятный человек. С таким можно говорить много и на любые темы.
— Если не возводить в абсолют, то просто местные традиции. Как раз уровень критического мышления потенциальной жертва влияет на то, втянут ее в секту или культ или нет.
Вдруг меня ударило озарение, ведь я обещала Шерил интервью с профессором Локхартом. А тут такой шанс сам прыгнул в руки. Грех не воспользоваться.
— Совсем забыла. Я же должна взять у вас интервью для местной студенческой газеты.
Мы как раз вышли в центр библиотеки. Вероника увидела меня с профессором и открыла рот так, что муха легко залетела бы.
— Подожду тебя в общаге, — выпалила она, забрала свои учебники и смылась.
Тихий смех профессора раздался рядом. Его улыбающийся взгляд проводил убегающую, как от наводнения, девушку. А потом он показал рукой на стулья, жестом предлагая присесть.
Да, получилось! Мне не придется потом бегать за профессором, чтобы провести обещанное интервью. Одной проблемой меньше. Моей радости от его согласия не было предела. Уже представляла лицо Шерил, когда я принесу ей сделанную работу.
Я достала телефон и включила запись. А то вдруг передумает. Кто этих профессоров знает.
— Что же вы хотели спросить, Воронова?
— Честно говоря, Шерил не уточняла. Просто я подумала воспользоваться случаем, — решила не лукавить.
Врать ему совсем не хотелось. Тем более, было ощущение, что Локхарт способен определить малейшее притворство, а это не лучшее тактика, если я, и правда, хотела посещать его лекции.
— Тогда я начну, — помог мне профессор, — а дальше как пойдет. Мне сорок семь лет. Преподаю в Сент-Хэмилтоне два года, до этого работал в университете в Глазго. Не женат. По выходным люблю играть в гольф.
— Как вам в Сент-Хэмилтоне?
— Хорошо. Но переехать я решил скорее по лично-семейным обстоятельствам.
— Откуда вы родом?
— Родился и вырос в Глазго.
— Что нужно, чтобы сдать у вас экзамен?
Вопросы тянулись вереницей, мы даже не заметили, как пролетело время. Периодически профессор шутил, тем самым сглаживая мою нервозность. Все-таки я впервые брала интервью у кого бы то ни было. В целом, Локхарт оказался легким в общении на все сто процентов.
В тот момент, когда я в очередной раз рассмеялась над его шуткой, то услышала, как с силой грохнула дверь библиотеки. Я повернулась и увидела братьев Маклин, которые таращились прямо на меня и профессора. Глаза Логана зло прищурились. Учитывая, что близнецы здесь, несложно догадаться, кто только что вылетел из библиотеки.
Марк Истомин.
Глава 6. В пабе.
«The Wellerman» — Alestorm
«Pirate Metal Drinking Crew» — Alestorm
— Ты пойдешь, Таисия! Хватит упрямиться!
Я завернулась в одеяло, как курочка в лаваш, но Вероника с ногами забралась на мою кровать и начала тянуть на себя мой теплый и защитный кокон.
Ну, что непонятного?
Не хочу я идти в этот треклятый паб “Пираты Хэмилтона”.
Да и что за дурацкое название?
Хотелось тихого и спокойного вечера с книгой в обнимку, а не тащиться куда-то, даже если на улице погода улучшилась. Знаю я этот закон подлости: как выйду, тут же начнется морось или вообще ливень. Оно мне надо? Нет! Я хочу вкусного чайку, тепла и интересную книжечку. В идеале еще зажечь ароматическую свечу. Подруга же никак не успокаивалась.
На шум прибежала Шерил.
— Что у вас происходит?
— Она, — Ника тыкнула в меня пальцем сквозь одеяло, — не хочет идти в паб.
— Почему?
Сквозь щелочку в коконе я увидела Шер в симпатичном длинном канареечного цвета платье и кремовом жакете. Ее ноги были в плотных колготках. Завитые локоны спадали красивыми волнами оттенка солнца. На лице минимум косметики.
— Тая говорит, что хочет спокойного вечера. И это незадолго до начала учебы, во время которой она снова погрузится в учебники и будет получать “отлично” раз за разом. Чего стоишь в дверях? Помоги мне уже стащить ее с кровати.
С ужасом в глазах Шерил посмотрела на меня. Внезапно мой телефон завибрировал.
Джек: Надеюсь, ты наденешь то черное платье в паб. Буду ждать.
Я отпустила одеяло так резко, что Вероника отлетела назад. От падения на пол ее спасло только то, что Шерил удержала соседку. Все-таки реакция у этой блондиночки отменная, когда нужно. Я подскочила с кровати и поспешила к шкафу.
— Чего это она? — громким шепотом спросила Шер.
— О, а это ей написал ее парень. Который, вероятно, тоже пойдет в паб. Проклятие! А я так надеялась, что она обратит внимание на нормальных парней. А не на этого зализанного пижона.
— Хватит его оскорблять, Ника. Мое терпение не безгранично.
— Фэллон постоянно устраивает тебе эмоциональные качели! Обещает и не сдерживает. На твоем месте я бы дала ему пинок под зад.
— Но ты не на моем месте.
Эта фраза скоро станет моей коронной.
Сейчас даже ворчание Вероники не могло сбить мой энтузиазм. Наконец-то я встречусь с Джеком. С глупой улыбкой на лице я начала перебирать вещи в шкафу в поисках того самого черного платья, а Ника все-таки от меня отстала и занялась своим макияжем, который больше походил на боевой раскрас.
Через полчаса мы уже шагали по дорожке через парк в сторону паба, сияющего длинной вывеской над входом. Уличные фонари красиво подсвечивали рябины с россыпью гроздьев темно-красных ягод и яркие фиолетовые цветы чертополоха. Из заведения наружу доносились смех и музыка группы Alestorm, хотя я бы предпочла AC/DC.
Войдя в теплое помещения, я была шокирована количеством отдыхающих, народу в заведение набилось как килек в банке. Вентиляция трудилась как пчелка. В воздухе витали запахи меда и хмеля, царила атмосфера молодой безудержной энергии и дружелюбия. Повсюду сияли улыбки. Даже со мной некоторые поздоровались, хотя мы даже не знакомы. Такое ощущение, что стаканы тут никогда не пустели. Многие распевали песни, прям голосили во всю глотку сначала про рыбаков, потом про пиратов. В этот вечер студенты оккупировали не один такой паб, но нам нужно было именно сюда.
За барной стойкой я заметила Дэниэла, а рядом с ним Марка, оба в черных майках с названием питейного заведения. Они едва успевали наливать новые порции эля. А между столами с подносом в руках шустро ходила та самая наша мрачная соседка.
Стоило входной двери закрыться, как Ника очень быстро ретировалась в неизвестном направлении вместе с Шерил. Думаю, что моя подруга сегодня категорически не собиралась находиться рядом с моим парнем трезвой.
Пробираясь сквозь толпу и параллельно растягивая пальто, я заметила Джека за столиком у стены вместе с его друзьями. Он как раз вставал, видимо, чтобы дойти до бара.
В дизайнерской клетчатой сине-белой рубашке с воротником типа акула и уложенными гелем светлыми волосами он выглядел потрясно. На руке сверкнули массивные часы, а в ухе — серьга с маленьким крестиком. Кому-то этот образ модного мальчика мог не пойти, но в его случае Фэллон только притягивал взгляды. Заметив меня, его серые глаза заблестели. Стоило мне подойти, как он крепко обнял меня и приподнял над полом, чмокая в губы. И сейчас мне даже не было дела до того, что за соседним столом сидел Логан с какими-то парнями.
— Ну, как? — спросила я, когда ноги коснулись пола.
Сняв пальто, я покрутилась перед ним в коротком черном платье с длинными рукавами, а на его боку имелся необычный круговой вырез. Ноги облепляли теплые колготки и сапоги. Волосы я собрала в высокий хвост, а уже концы прядей в тугие кольца мне завила Шерил.
— Потрясна! Как и всегда. Иди сюда, малышка.
Джек снова уселся на диванчик, увлекая меня за собой. Мужские губы моментально приникли к шее, будто он какой-нибудь вампир и собирался вдоволь напиться моей крови. По телу пробежали мурашки.
Фэллон коротко представил своих друзей, но я не запомнила имен и бросила взгляд в сторону бара, чтобы понять, возвращаются ли Вероника и Шерил. Не хотелось сегодня разрываться на две компании. Девчонки о чем-то болтали с Дэниэлом. А еще у стойки я увидела Лидию, которая практически легла на деревянную поверхность своей грудью, показывая Марку свое внушительное декольте.
А он… пялился туда и улыбался.
Кабель.
Выбросив из головы Истомина, я сконцентрировалась на Джеке, который периодически шептал мне на ушко ласковые слова.
Спустя минут пять, Ника наконец-то уселась рядом со мной. Если бы не ее кислющая физиономия, от которой могли испортиться все кисломолочные продукты в радиусе километра, то я была бы очень рада.
— Сегодня никаких разборок, — сурово сказала я.
Вероника натянуто улыбнулась и отсалютовала мне стаканом, как бы говоря: “сейчас напьюсь и без проблем”. Шерил же широко улыбалась. Дружелюбие и болтовня — ее конек. Форбс моментально завела разговор с друзьями Джека. Они и рады были бы его не поддерживать, но от Шер так просто не избавиться. Только спустя какое-то время отсутствия ругани, я расслабилась. Шерил умудрилась даже Нику втянуть в разговор с парнями. Я сидела рядом со своим парнем и лучшей подругой, настроение было на высоте.
В какой-то момент поняла, что мой безалкогольный мохито закончился, и решила дойти до бара. Джек не возражал, разговаривая о гольфе с одним из своих друзей.
Подойдя к стойке, я помахала Дэниэлю.
— Эгей, привет, Тай. Да ты сегодня секс-бомба.
В его словах не было и тени флирта. Маклин широко мне улыбнулся, не переставая при этом наливать эль в бокалы и стаканчики.
— Спасибо. Ты вроде говорил, что сделаешь мне любой напиток.
— Конечно. Для тебя даже за мой счет. Что хочешь попробовать? Северо-шотландский молочный пунш? Он идеально подходит для того, чтобы согреться холодным вечером где-нибудь в горах. А ты еще и в коротком платье приперлась. Задницу не отморозила?
— На улице тепло. А в пабе так вообще жарко.
Дэн облокотился на стойку и подмигнул.
— С появлением такой горячей штучки, как ты, естественно. Срочно нужно переходить на прохладительные напитки.
Я цокнула и укоризненно посмотрела на бармена. Но на Маклина было просто невозможно обижаться, он сиял, как солнышко.
— Что входит в этот твой пунш? Название интересное.
Глаза парня хитро блеснули.
— Скотч, ликер Драмбуи, яйца, молоко.
Я скривилась, от чего Маклин рассмеялся. Он явно специально предложил именно это, зная о моем мнении насчет добавления яиц в любое питье.
Внезапно передо мной поставили стакан с напитком светло-зеленого цвета с небольшим количеством льда и мятой с вишенкой сверху. Я проследила за рукой и встретилась взглядом с Марком. Будто что-то поняв, Дэниэл быстренько ретировался в сторону новых клиентов.
— Что это? — спросила у Истомина, который не особенно спешил помогать Дэниэлу с работой.
— Шотландский смэш. Виски, травяной ликер, мята, апельсин, вишня и лед.
Я взяла трубочку и немного отпила. Думала, что будет слишком ядрено, но оказалось вполне себе вкусненько. Марк следил за каждым моим движением, положив ладони на стойку. Почему-то я сразу вспомнила, как на пляже меня обхватывали эти руки, а пальцы очень осторожно поглаживали поясницу. Щеки тут же запылали. Это было неправильно. От и до. У меня есть парень, и я не должна была позволять Марку такое.
— Вкусно. Сколько я должна?
— Нисколько. Маклин же сказал, что заплатит.
— Что ж. Тогда я пойду. А то появится разъяренная Лидия.
Марк ухмыльнулся, на его щеке сразу появилась ямочка. Он наклонился вперед.
— Ревнуешь меня?
От этого прозвища по коже пробежали приятные мурашки. Будто теперь у нас с Марком появились наши шуточки, которые могли понять только мы. Своя тайна.
Чтобы отогнать неуместные мысли, я тряхнула головой. Длинный хвост качнулся. Истомин проследил за ним и облизал губы, словно ему очень нравилась моя прическа. Взгляд мужчины потемнел и стал хищным.
Черт…
Ему правда нравилось.
Боюсь даже представить, что он там себе нафантазировал. Наверняка то, что накручивает мои волосы на кулак и тянет. От такого пошляка ничего другого ожидать не следовало.
Мне захотелось слегка привести его в чувства, пока ситуация не стала слишком напряженной.
— Зачем мне ревновать труп? — Он посмотрел на меня с недоумением, но главное, я достигла нужного эффекта, его взгляд посветлел. — Ты же сам говорил, что будешь с ней только через свое хладное тело, дровосек.
Он уже хотел что-то сказать, но меня обхватила чья-то рука, лицо Марка моментально изменилось. Цепкие глаза устремились за мое плечо. В нос ударил запах дорогого парфюма, которым Джек себя обильно полил.
— Мне стакан эля, Истомин.
Невыносимо медленно Марк опустил взгляд вниз и увидел ладонь парня на моей талии, затем пристально посмотрел мне в глаза. В этой ситуации ведь не было ничего такого, но этот холодный взгляд с ноткой презрения буквально сверлил во мне не просто дыру, а целую скважину.
Без единого слова бармен пошел выполнять заказ.
«Сколько раз Фэллон тебя бортовал?»
Тем временем Джеку приспичило снова присосаться к моей шее. А я не двигалась. Поставив бокал на стойку, Марк лишь мельком посмотрел на губы, скользящие по моей коже.
Да пошло все к черту!
С какой стати я должна стыдиться?
В конце концов, Вероника в чем-то права. Это мой первый год вдали от дома и контроля. Я прильнула к телу Джека, из-под полуопущенных век глядя на Марка. Пусть катится в пекло и не лезет в мои отношения!
Только вот добилась я почему-то другого эффекта, его леденящий взгляд сменился насмешливым.
— Ты уже в курсе про общину? — спросил меня Фэллон, когда уводил от барной стойки.
— В общих чертах.
— Это группа сплоченных успешных студентов. Участники общины получают всяческую помощь. Порой кто-то за кого-то пишет рефераты. Если у тебя что-то случится, то остальные будут за тебя горой. Заболеешь — принесут и конспекты, и лекарства. Не понимаешь тему — обязательно помогут и объяснят. Есть тут профессора, которые преподают очень путанно или слишком строго. Студенты общины всегда сдают зачеты и экзамены, получают отличные оценки, а потом находят престижные места. Мы вместе идем ввысь. Я помню, как ты говорила, что боишься остаться одиночкой. Это твой шанс быть среди лучших.
— Звучит клево.
— А еще среди них выбирают самый топ. Их приглашают на закрытые вечеринки.
— И ты в их числе? — со смешком спросила я, когда мы как раз подошли к нашему столику.
— Этого никто тебе не скажет. Строжайшая тайна.
Джек хитро улыбнулся, навевая ауру загадочности. А вот мне сразу стало интересно, всегда стремилась быть в начале списка. И в этот самый момент Фэллон мастерски разжигал мой азарт и желание попасть в этот конкретный список ТОП.
— Да ладно тебе, Джек. Можешь шепнуть на ушко. Я никому больше не расскажу.
— Детка, я не шучу. Это строгое правило. Получил билет — молчи. Никто не знает, кто туда ходит и по какому принципу выбирают приближенных. Это как игра. Кстати, как раз сегодня будет посвящение, некая возможность показать себя одному из тех, кто наступил на монограмму.
— Серьезно? Я недавно наступила.
В глазах Джека появилось удивление в сочетании с предвкушением.
— Скажи, что ты шутишь. Это кто-то видел?
Я бросила взгляд на Логана, который как раз смотрел на меня. Но не он сейчас меня волновал больше, а Лидия, которая расцвела в самой мерзкой улыбке.
Страх прокатился по позвоночнику. И я уже поняла, что мне хана. Внутри все внутренности скрутило.
Что могли придумать в качестве посвящения?
Может, выучить наизусть кусок текста, пробежаться голой по улице?
Джек проследил за моим взглядом.
— Дерьмо…
— Это точно. Она одна из претендентов, Фэллон, — холодно сказал Логан.
Сидящая рядом Лидия захихикала одновременно со своими подружками, среди которых я заметила недавнюю девушку из музыкальной комнаты.
— Да она и пяти минут не продержится, — едко сказала эта стерва в таком узком свитере, что удивлена, как она еще не задохнулась.
— Не продержусь где? — решила уточнить, глядя в упор на Лидию.
— Это ты узнаешь, когда начнется посвящение. Но я уверена, что ты слабачка.
— Ты просто боишься, что твой рекорд побьют, Лидия, — сказал Джек, непонятно кому бросая вызов, ей или мне.
— Кто?! Она? Не смеши меня!
Моментально захотелось доказать, что я лучше этой самодовольной стервы.
— Сколько бы ты не продержалась? Я смогу больше.
За ближайшими столами заулюлюкали. Со стороны бара сквозь толпу к нам пробирался Дэниэл. И вид у него был испуганный. Кажется, я только что сама себе вырыла яму. Что ж. Давать заднюю поздно.
— Оу. Да у нас тут спор двух горячих цып, — подначивал Логан.
— Прекрати, — сказал Дэн, как бы невзначай вставая передо мной.
— Не я начал. Это она наплевала на наши традиции и целенаправленно встала на монограмму.
— Все в порядке, Дэн, — сказала я другу. — Я справлюсь. Нет такой задачи, с которой я бы не справилась.
Глава 7. Посвящение.
«DARKSIDE» — Neoni
Ближе к часу ночи мы внушительной толпой шли в сторону замка около пляжа. Точнее, это сооружение уже давным-давно превратилось в руины, которые выглядели в темноте, как огромные поломанные зубы. От былого великолепия почти ничего не осталось, но местные настойчиво продолжали называть это место замком.
Этот пейзаж навевал еще больше страха, который я душила изо всех сил. Какое посвящение могли провести тут — неизвестно. На вопросы мне не отвечали. Даже Джек загадочно молчал. В памяти раз за разом всплывало испуганное лицо Дэниэла, что не особенно вселяло уверенность. Как раз наоборот.
Мозг вопил: Тая, беги! Уноси ноги как можно быстрее! Твои желания быть лучшей и выпендриться до добра не доведут!
И вот, пожалуйста.
Из-за своего бараньего упрямства шагаю прямиком в неизвестность. Почему бы нет, если я уже вырыла себе гребаную могилу, да? Оставалось только запрыгнуть туда и самой себя присыпать земелькой. Боги, какая же я дура! Надо было просто послать Лидию на три буквы, и дело с концом!
Как бы не пыталась храбриться, шагая с гордо поднятой головой, ощущение нависшей угрозы витало в воздухе. Руки мелко дрожали, поэтому я сильнее сжимала заледеневшие пальцы в карманах пальто. Дышалось с трудом, будто приходилось с силой проталкивать кислород в горло и легкие.
Если скажу, что не думала сбежать, то самым наглым образом совру…
Еще как думала.
В голове крутились десятки вариантов. От диареи до картинного обморока.
А что, вдруг во мне умерла талантливая актриса?
И все равно я шла вперед. Хотелось уже ускорить время, чтобы побыстрее разделаться с этим.
Всю дорогу Лидия и Логан переговаривались между собой, делая ставки и тем самым будто подзуживая меня. Несколько раз Маклин даже предлагал повернуть назад. И как он себе это представляет? Это же позорище, от которого до конца учебы не отмыться. Ну уж нет!