Ларец хранителей. Добро пожаловать в Ад

Это исключительно плод фантазии автора. Данная книга не претендует на достоверность.

Глава 1.

Со стоном Роксана кое-как перевернулась на бок и напрягла память, чтобы восстановить цепочку последних событий. Пока открывать глаза она не решалась.

Последнее, что помнила, как припозднилась и шла по темному парку, расположенному неподалеку от ее дома. Фонари не справлялись со своей задачей, что случалось с завидной регулярностью. Из-за скудного освещения тени зловеще обступали вокруг. Цокот каблуков раздавался в тишине оглушительно громко. Кругом ни души. Роксана даже не сразу поняла, что к ней кто-то подкрался со спины, только почувствовала удар по голове. Потеряла сознание она еще до того, как тело встретилось с асфальтовым покрытием дорожки.

В нос ударил запах затхлости. Девушка сильно зажмурилась и тяжело задышала. Холод, кажется, пробирал до костей. Стояла звенящая тишина.

Необходимо понять, где она оказалась. И мысленно Роксана молила Вселенную, чтобы лежала на койке в больнице, а не в каком-нибудь страшном подвале маньяка. Превозмогая ужасную головную боль и страх, она все-таки заставила себя открыть глаза и чуть не захныкала. Пришлось больно закусить губу, чтобы не издать ни звука и не обозначить свое пробуждение.

Из маленького окошка, расположенного почти под самым потолком высотой в два человеческих роста, лунный свет падал косыми лучами на бетонный пол и освещал темное помещение. Комната была небольшой и практически пустой. Только кровать, на которой девушка лежала, у стены напротив стояли стул и стол, в углу – ведро. Единственным выходом была массивная стальная дверь и выглядела так, будто ее не возьмешь даже взрывчаткой. На стенах виднелись какие-то полосы, похожие на следы от огромных когтей. Даже думать не хотелось о том, кто их оставил.

Сердце застучало бешеным барабаном, отдаваясь в ушах. Роксану начало жутко тошнить, то ли от удара, то ли от страха. Она медленно села на жестком матрасе, в который, кажется, напихали камней. На спине выступил холодный пот.

Трясущейся рукой она дотронулась до головы и через зубы втянула воздух. Черт, как же больно. На месте удара уже запеклась кровь, радовало лишь то, что совсем немного. Когда девушка попыталась шевельнуть второй рукой, то в запястье что-то впилось. Раздался лязг, эхом отразившийся от голых стен. Посмотрев на руку, пленница обнаружила, что прикована к металлической спинке кровати наручником с цепью. Теперь тошнота уже подкатила к горлу. Роксана проглотила горькую слюну и дотронулась до ледяного металла, сжимающего запястье, пару раз дернула на себя, проверяя прочность, покрутила наручник. Но этим не добилась ровным счетом ничего.

В животе все свернулось узлом. Пленница пыталась дышать глубже. Медленный и глубокий вдох через нос, выдох через рот. Раз, два, раз, два.

Рядом с Роксаной лежало шерстяное и, естественно, колючее одеяло. Но если она замерзнет, никому лучше не станет. Ей уж точно. Зубы начали выстукивать друг об друга. Девушка схватила одеяло и обернула его вокруг себя как кокон, благо оно оказалось большим. Шерсть колола, но тепло постепенно растекалось по телу.

Это походило на сумасшествие или сюжет низкобюджетного ужастика. Роксана терялась в догадках, что ей теперь делать и кого она могла обидеть настолько сильно, что бы ее решились похитить. Никто и ничего не приходило на ум. Хотя характер у нее не отличался мягкостью, но чтобы так…

А вдруг это сумасшедший маньяк, а она просто подвернулась тому под руку поздно вечером в безлюдном парке?

Или, может, это чья-то глупая шутка, розыгрыш?

Последнюю мысль Роксана отбросила сразу. Вряд ли кто-то будет бить по голове, пытаясь разыграть, а потом прикует к кровати в атмосфере жуткой холодрыги? Только псих. Или бандит, наверное.

Девушка снова попыталась как-то освободиться от наручника, но тот лишь сильнее впился в кожу. На глаза навернулись злые слезы, которые Роксана старалась не выпустить на волю. Не время реветь. Надо думать. Но, вопреки желанию, соленые ручейки все равно потекли по щекам.

Пленница так сильно отвлеклась на тщетные попытки обрести свободу, что даже вздрогнула, услышав жуткий скрип ржавых петель. Комнату осветил огонь. Когда Роксана проморгалась, то уставилась на фигуристую гостью. Возможно, ту самую маньячку. Не старше ее двадцати лет, в провокационно облегающих кожаных брюках, высоких сапогах до колен и корсете с вырезом сердечком. Как она только не мерзла при таком-то холоде – загадка. Ее длинные волосы были собраны в высокий хвост и струились черным водопадом. На секунду Роксане померещились небольшие ушки у нее на голове, наподобие волчьих, но стоило моргнуть, и они испарились.

Внезапно Роксана поняла, что огненный шар будто бы сам собой висел в воздухе. Никакого фонаря или факела видно не было. Более того, незнакомка цеплялась большими пальцами за петельки для ремня на брюках. Она никак не могла что-либо держать, если у нее не имелось еще третьей руки в запасе. Пленница несколько раз моргнула и даже сильно потерла глаза ладонями. Только это не помогло. Большой шар огня распался на несколько маленьких, рассредоточившихся вдоль стен. Незнакомка улыбнулась, обнажив белоснежные зубы, и грациозной походкой направилась в сторону стула. От неожиданной гостьи буквально веяло опасностью, Роксана выбрала тактику «замри», пока не поймет кто эта незнакомка, что ей нужно и где они находятся.

Ножки металлического стула проскрежетали по бетонному полу, когда она перетащила его поближе к Роксане и оседлала задом наперед, положив руки на спинку. Взгляд ее миндалевидных глаз с интересом прошелся по лицу пленницы, отчего волосы встали дыбом, а в горле образовался ком. Но Роксана решила, что не стоит показывать страх или умолять, это могло доставлять удовольствие психически нездоровым людям. Слышать мольбы, а потом разбивать их вдребезги.

– Кто вы? – голос пленницы прозвучал хрипло, практически жалко, горло отдалось болью.

– Важнее, кто ты, – голос незнакомки оказался певучим, но по-русски она говорила без акцента. – У нас с тобой два развития событий. Либо ты скажешь мне, где спрятан ларец. Либо с тобой будет разговаривать мой босс. Я бы выбрала первое.

– Какой ларец? О чем вы?

– Хм.

Странная гостья встала со стула и в мгновение ока оказалась рядом. Щеку пленницы обожгло от пощечины. Перед глазами аж искры полетели. Роксана дышала так глубоко и размеренно, как только могла. Ей хотелось вцепиться в эту девку, чтобы оторвать ее хвост с корнем как минимум, но будучи прикованной, шансы на победу в этой драке сильно снижались.

– Попробуем еще раз. – Надзирательница снова плюхнулась на стул и сделала вид, что рассматривает свои ногти. – Всадник не будет так ласков, как я. Поэтому начинай говорить.

– Я не понимаю, что вам от меня нужно, – процедила Роксана, сдерживая злые слезы.

Во рту появился привкус железа. Она провела языком по губам и ощутила солоноватость крови.

– Информация, детка. Мне нужна информация. Где. Хранится. Этот. Долбаный. Ларец.

– Я не понимаю, про какой ларец идет речь! – выпалила Роксана и осеклась, понимая, что, возможно, разговаривала с сумасшедшей.

Незнакомка только успела открыть рот, как в дверь постучали, от чего она нахмурилась и бросила взгляд в ту сторону. В следующую секунду встала и пошла на выход, плавно покачивая бедрами, словно дефилировала, а не шла по холодной и грязной бетонной коробке.

– Советую тебе хорошенько подумать перед нашей следующей встречей, – бросила она напоследок и щелкнула пальцами, будто те были выключателями.

Огненные шары тут же потухли, погрузив комнату во тьму. А Роксана выдохнула только в тот момент, когда крайне неприятная дамочка ушла и щелкнул дверной замок. Пальцы в раз стали ледяными, и девушка закуталась в одеяло поплотнее. Наручник снова больно врезался в запястье. Роксана пыталась унять дрожь и злилась на себя за то, что трясется, словно мышь. Ощущение бессилия мешало думать. Взгляд шарил вокруг в поисках спасения и не находил его. Тот факт, что ее похитили, очевиден. И этим психам нужен был какой-то ларец. Но какой именно пленница не представляла. Замкнутый круг какой-то.

Возможно, имелся в виду какой-нибудь антиквариат. Даже в доме бабушки, которая умерла полгода назад, Роксана не помнила ничего настолько ценного, что бы могло заинтересовать похитителей. Лишь сплошной старый хлам. Бабушка в своем поселке слыла редкостной барахольщицей. Перебирая в уме возможные варианты, Роксана легла на жесткую постель, свернувшись калачиком, и закрыла глаза.

Голова пребывала в затуманенном состоянии, словно девушку чем-то опоили. Теперь, когда страх чуть-чуть притупится, она стала замечать непонятное состояние организма. Сама не заметила, как забылась беспокойным сном.

Ей снилось, что она бродит по саду около деревенского дома бабушки. Яблоки уже созрели. И их на ветках было так много, что мысль, как все это переработать, приводила в легкую панику. Подол длинного желтого сарафана цеплялся за траву и кусты розовых пионов и белых лилий. Босые ноги чувствовали тепло прогретой солнцем земли. Роксана подошла ближе к своему любимому плодовому дереву с двумя стволами и подняла голову. Там, среди листвы ее манило яблоко, которое будто светилось лунным светом. Девушка потянулась к нему, висящему так близко. Сорвав плод, она повертела его в руках. Яблоко оказалось наполовину серебристым, а наполовину черным, сотканным из тьмы. Роксана ойкнула и уронила его в высокую и мягкую траву.

– Что ж ты едой бросаешься?

Роксана даже не заметила, как бесшумно подошла бабушка в своем цветастом хлопчатобумажном платье. Она пристально смотрела туда, куда укатилось яблоко.

– Оно гнилое, – просто ответила Роксана, неосознанно пятясь от плода, выглядывающего краешком своего лунного бока.

Бабушка же, тоже босая, пошла к нему. Внучка хотела было ее предостеречь, чтобы не трогала. Но пожилая женщина уже подняла плод и начала всматриваться в него со всех сторон. Потом ее взгляд цвета мха устремился к внучке.

– Тьма – не есть зло, – сказала она не своим голосом. – Свет – не значит добро. Это стороны одной монеты. Что будет, если на одну чашу весов положить гирю, а на вторую перо? Первое перевесит. Будет дисбаланс. А на балансе держится мир. Не забывай об этом.

Потом бабушка поднесла яблоко ко рту и с причмокиванием откусила, да так, что попробовала сразу две половинки. И светлую, и темную. Широко распахнутыми глазами Роксана смотрела, как сок тек по пальцам и руке старушки, а затем капал на землю.

– Не бойся и верь. У твоей судьбы один глаз серебристый, как луны сияние, а другой черный, как сама тьма.

Внезапно все вокруг пошло рябью, как если бы кто-то бросил камушек в озеро. И тут Роксана вспомнила, что на самом деле бабушка мертва. Девушка постаралась сделать шаг, пока родственница самозабвенно продолжала вгрызаться в яблоко. Ее седые длинные волосы рассыпались по плечам, их трепал усиливающийся с каждой секундой ветер. Роксана открыла рот, но звук не шел из горла. Голубой цвет неба сменился свинцовым.

– Не отдавай им то, что они просят, – сказала бабушка. – Ты всегда была особенной, хоть и пыталась отбрыкаться от этого, как ретивая кобылица.

Это были ее последние слова, пока мир вокруг не потух окончательно, сменяясь пробуждением в бетонной камере. Из окошка лился утренний свет, и в комнате теперь становилось жарко.

Глава 2.

Чем больше утро сменялось днем, тем жарче становилось. Синяя блузка неприятно липла к телу, а узкие брюки в тон были перепачканы землей и чем-то черным, похожим на золу. На одежде виднелись подпалины. Как девушка не искала вокруг глазами, но туфель за пять тысяч, купленных в торговом центре совсем недавно, нигде так и не нашла. Да и сейчас это казалось наименьшей из проблем, просто Роксана пыталась отвлечь себя хоть чем-то. Даже ее увольнение теперь казалось сущим пустяком. А ведь, идя домой, а точнее в свою съемную квартирку, она перебирала в уме варианты, куда еще могла бы устроиться.

Уставившись в темно-серый потолок со множеством неровностей, Роксана лежала на кровати, скинув одеяло. Больше заняться было нечем. Окно для побега не годилось – слишком высоко. Тем более, оставалась загвоздка в виде наручника и цепи.

Сколько бы девушка ни старалась, но так и не вспомнила никакого ценного ларца или шкатулки, который ей когда-либо попадался на глаза. Раньше Роксана любила проводить время на чердаке в доме у бабушки и, наверное, перебрала там все, до чего смогла добраться. Не то, чтобы она что-то понимала в антиквариате, но все, что сейчас ей приходило на ум, было старым хламом, покрытым вековой пылью. Такое обычно складируют где-нибудь в подсобках или на балконе, либо выбрасывают на помойку.

Время тянулось и тянулось. Все происходящее казалось кошмарным сном или жуткой ошибкой. Вероятно, ее с кем-то перепутали. Это просто какое-то безумие. Еду ей никто не принес ни утром, ни днем, который медленно уже клонился к вечеру. В комнате заметно похолодало. Живот недовольно заурчал, как изголодавшийся зверь. Кажется, Роксана успела задремать, когда из тревожного забытия ее выдернул лязг двери.

С усилием пленница разлепила веки и посмотрела на вошедших. И снова та же незнакомка с раскосыми и бездонными черными глазами. Только теперь вместе с ней зашли два бритоголовых мужика, напоминающих своими габаритами шкафы. К горлу подступил ком, но Роксана заставила себя сесть, мысленно готовясь к побоям или к сумасшедшим разговорам.

– Доброго вечера, куколка. Пора поговорить.

Надзирательница уселась на тот же стул. Позади нее встали здоровяки.

– Послушайте, – терпеливо произнесла пленница. – Я не понимаю, что вам от меня нужно. Честно.

Зачастившая к Роксане посетительница достала из висящей у нее на бедре сумке какую-то книгу с кожаной обложкой и помахала ею. Было удивительно, как только она умудрилась не уронить такой томик из своих тоненьких пальцев. Отдельным пунктом встал вопрос, как эта вещь, вообще, поместилась в ее относительно небольшой сумке. Присмотревшись к предмету в руках у надзирательницы, пленница оцепенела.

Это была книга, уже довольно потрепанная временем. И Роксана вспомнила ее. Посередине обложки был выжжен таинственный и сложный знак, слишком хорошо знакомый с детства. Именно по этой книге бабушка пыталась научить внучку всяким магическим премудростям. И поначалу девочке нравилось. Было интересно, как-то волшебно. Роксана с удовольствием постигала тайные языки, ритуалы и мантические техники. Но со временем она повзрослела и забросила все это. Окружение не располагало к вере во что-либо сверхъестественное.

И вот теперь перед ее носом водили той самой книгой, от которой Роксана отбрыкивалась руками и ногами, будучи уверенной, что это просто сказки и предрассудки.

Надзирательница заметила, как пленница смотрела на знакомую вещь. Губы растянулись в широкой улыбке, обнажая жемчужные зубы и какие-то слишком острые клыки.

– Ага. Значит, ты узнала книжонку. Уже хорошо. И дальше будешь отпираться, что не понимаешь, о каком ларце речь?

– Но я не понимаю. Это правда.

– Ты действительно настолько глупая? Или просто хорошая актриса?

Роксана сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы успокоиться и не ляпнуть чего лишнего. В общении с психами желательно тщательно подбирать слова. Никогда не знаешь, что взбредет им в голову в тот или иной момент. Несмотря на незавидное положение, тот факт, что ей приходилось повторять одно и то же, словно попугай, начинало нервировать.

Это хорошо.

Новая эмоция приходила на место страху и позволяла думать более здраво.

– Вы меня с кем-то перепутали. Я не знаю ни про какой ларец.

– Артефакт. Вы называете подобные вещи чем-то вроде ящика Пандоры.

Ну все, приплыли, подумала девушка. Что дальше? Наполеон явится? Люцифер прилетит? Роксана глупо захлопала ресницами и непонимающе смотрела на девушку, сидящую напротив. Пленница пыталась увидеть хотя бы тень издевки в ее словах или выражении лица. Но сумасшедшая была спокойна и сверлила Роксану взглядом, будто бы тоже оценивая степень вранья.

– Вы серьезно? – осторожно спросила Роксана, боясь потревожить умалишенную.

– Не надо из себя строить дурочку, – огрызнулась та. – Вы. Ведьмы. Хранительницы. Вы, как и драконы, насобирали себе целое хранилище всяких магических ценностей. И сидите на них, сторожите, словно псы на сене.

– Ведьмы? И вы верите в эти сказки?

Истеричный смешок все же вырвался изо рта Роксаны. Один из здоровяков сделал угрожающий шаг вперед, но надзирательница махнула рукой, и тот послушно встал на место. И в этот момент с ней начали происходить странные изменения.

Человеческие уши исчезли, просто испарились в воздухе, словно их и не было. А по бокам от высокого хвоста шелковистых волос, блестящих будто дорогой шелк, вырисовывались черные уши, похожие на волчьи. Роксана замерла, не в состоянии даже дышать нормально. А облик девушки напротив продолжал меняться. Вот уже за ее спиной в области копчика появились три пушистых черных хвоста с рыжими кончиками. Она нагнулась вперед, чтобы Роксане удалось разглядеть ее глаза поближе. Пленница ахнула и отшатнулась к стене, пялясь на зрачки, в которых горели красные угольки, и радужку, ставшую оттенка янтаря.

– А теперь что ты скажешь про сказки? – голос звучал с некой долей рычания, но в вопросе чувствовалась издевка.

– Кто ты?

Хвосты пару раз разрезали воздух.

Нет, нет, нет. Это просто нереально.

Наверное, в воздух добавили какой-то аэрозоль, провоцирующий галлюцинации.

В ушах резко зашумело. Роксана не могла оторвать взгляд от сверхъестественного создания, которое в данный момент издевательски ухмылялось, сверкая кончиками острых, хищных зубов.

– Я кицунэ. Как ты, наверное, теперь могла бы догадаться.

У одного из громил надзирательница взяла пластиковую бутылку с водой, открутила крышку и сделала щедрый глоток. Во рту Роксаны же было сухо, как в самый знойный день в пустыне. Язык еле ворочался. Кицунэ протянула бутылку, и Роксана потянулась навстречу. Но тут лиса специально уронила ее, вода начала расплескиваться по полу.

– Упс. Я такая неуклюжая.

Внутри у пленницы всколыхнулась волна гнева. С Роксаной играли как с мышкой. Специально морили голодом и жаждой, чтобы у нее не оставалось сил сопротивляться.

– Это твой последний шанс, девочка, – будто пропела кицунэ, игнорируя ярость в глазах пленницы. – Если сюда придет мой босс, разговор будет менее приятным.

– Босс или хозяин, держащий твой поводок?

Голос Роксаны пропитался ядом. И девушка сразу пожалела о своем длинном языке, голодная смерть ее не прельщала, как и любая другая. Похитителям просто нужен был какой-то ларец. Подсунуть что-нибудь подходящее и сбежать. Но сейчас Роксане так хотелось пить и есть, что разум затуманился, сделав ее озлобленной. В глазах кицунэ еще сильнее загорелся огонь, лицо превратилось в непроницаемую маску. Как раз в этот момент из коридора донеслись шаги, тихие, но четко выверенные. Роксана заметила, как нервно сглотнула кицунэ. Похоже, что шел ее хозяин.

Роксана вслушивалась в шаги, неумолимо приближающиеся. Каждый стук ботинка незнакомца отдавался в голове и в сердце. Дверные петли заскрипели, и в комнату вошел высокий мужчина. В его глазах стояла чернота, волосы были подстрижены по-военному коротко, темно-серый костюм сидел по фигуре, будто пошитый на заказ в дорогом ателье, на руке блестели золотые часы. Мужчина прошелся колким взглядом по присутствующим, пока не остановился на пленнице, у которой внутри сразу все сжалось.

Потом он обратился к кицунэ:

– Чем ты меня порадуешь, Марико́?

Та на секунду поджала губы и бросила короткий взгляд на Роксану.

– Книгу она узнала. Но по поводу ларца отнекивается.

– Ты меня расстраиваешь. А я не люблю, когда меня расстраивают. Но на первый раз, пожалуй, прощу и не буду с Гримо поднимать вопрос о твоей полезности.

Мужчина прошел вперед и взял у Марико книгу, с мнимым интересом пролистал страницы. Его молчание играло на нервах, и похоже, что не только Роксаны, но и кицунэ. Пленница посмотрела на свою надзирательницу, которая казалась в эту минуту максимально собранной, даже спину держала прямее, чем до этого. Видимо, этот мужчина был не ее хозяином, а кем-то еще выше рангом. Марико даже открыть рот без разрешения не решалась. Тем временем мужчина захлопнул книгу, заставив вздрогнуть и обратить внимание на него.

– Роксана, – протянул он имя пленницы, будто пробовал на вкус или думал, а не приготовить ли из нее ужин. – Весьма красноречивое имя. Значит, ты узнаешь книгу?

Страх перед какой-то ужасающей внутренней силой незнакомца в начищенных до блеска ботинках заставлял тело пребывать в состоянии парализованности. Хвосты Марико опустились вниз, но не исчезли. Уши прижались к голове.

– Вроде узнаю, – слабым голосом ответила Роксана. – Пожалуйста, отпустите меня. Я не знаю ни про какой ларец.

На губах мужчины появилась недобрая ухмылка, обнажив идеально ровные зубы. Он поднял руку и потер гладковыбритый подбородок. На его безымянном пальце блеснул перстень с крупным рубином.

– Ты знаешь, что именно в этой книге?

– Разные… ритуалы. Рецепты.

– А еще древний язык. – Мужчина подошел ближе, взглянув на пленницу сверху вниз, как на какую-нибудь грязь под ногами. – Древние знания, которые переходят от наставницы к ученице. Магические печати, символы. И она же ключ к ларцу. Ведь именно в этой потрепанном книге твои предшественницы зашифровали его местонахождение на случай, если все хранительницы вымрут. У каждой есть такая вот книжонка. Уж не знаю, куда резко все эти пронырливые ведьмы пропали. Наверное, залезли в какую-нибудь дыру, как крысы, трясясь над тем, что им совсем не принадлежит. На твое счастье, я не смог понять смысл записей. Очень хитрый шифр.

Все это мужчина говорил так просто, словно обсуждал погоду. Роксана слушала и не понимала, как такое могло с ней произойти. Единственное, что было очевидно – ее похитили полнейшие психи, которых нужно запереть в комнате с мягкими стенами. И если она им подыграет, то, возможно, сможет сбежать.

Девушка уже почти десять лет не открывала эту книгу. В голове начали всплывать отдельные осколки воспоминаний про то, что бабушка успела рассказать своей внучке о ее содержимом. Там, правда, был шифр, а еще смесь странных языков. Раньше Роксана могла просидеть часами над пожелтевшими страницами, книга будто сама с ней разговаривала. Но потом перестала.

– Если я расшифрую записи, то вы меня отпустите?

Раскатистый мужской смех отразился от бетонных стен. По телу Роксаны сразу же пробежал неприятный холодок. Вспомнился недавний сон, в котором бабушка предупреждала не отдавать то, что будут просить.

– Ты не в том положении, чтобы ставить условия, – сказал незнакомец и бросил книгу на кровать рядом с пленницей. – Если ты этого не сделаешь, я сдеру с тебя кожу живьем, наслаждаясь твоими воплями. Советую поторопиться. Мое терпение на исходе. А чтобы ты понимала, что стоит на кону… Шесть плетей.

– Что?! Каких плетей?

Ее обдало ужасом, как ледяной водой. Взгляд Роксаны лихорадочно забегал вокруг. Марико тоже казалась испуганной. Она нервно сглотнула, что явно было плохим знаком. Тем временем один из здоровяков уже схватил Роксану за руку, рванул с кровати, потому что цепь позволяла, и резко развернул спиной к местному начальнику. Ручищи держали железной хваткой, доставляющей боль. Но это было пустяком, по сравнению с дальнейшим. Второй мужик потянулся к ее рубашке и задрал ткань чуть ли не до макушки, оголяя спину. Пленница брыкалась, но ничего не могла поделать.

Повернув голову, Роксана заметила в руках незнакомца плеть, сделанную из лоскутов кожи, свернутых в плотные жгуты. Рукоятка заканчивалась навершием в виде головы змеи. Марико стояла у стены, плотно сцепив челюсти, и молчала.

Первый удар вызвал острую боль. Роксана вскрикнула и снова попыталась вырваться. Тщетно. Каждый новый удар словно огнем жег, боль расходилась не только по спине, но и по всему телу. По щекам текли горячие слезы. После последнего удара она рухнула вперед на кровать, не в состоянии удержаться на ногах. Спину адски жгло, как раскаленными углями. Девушка не заметила, как все покинули комнату, оставляя ее в одиночестве.

Хлопнула дверь, раздался щелчок замка, и все стихло. Сейчас Роксана ничего в жизни ненавидела больше, чем эту проклятую книгу.

Глава 3.

Прикасаться к до боли знакомой кожаной обложке не хотелось совсем. Так и терзало желание сжечь эту книжонку в адском огне и никогда больше о ней не вспоминать. Если бы только на кону не стояла ее жизнь. Своей плетью это чудовище дало ясно понять, что если девушка заупрямится, то последствия окажутся очень болезненными.