Две невесты генерала дракона

Пролог

– Перед тем как я вас убью, госпожа доктор, не хотите ли чаю? – прозвучал холодный, угрожающий мужской голос. – Надо же соблюсти законы гостеприимства? Не так ли?

Я почувствовала, что попала в ловушку.

Я отошла от закрытой двери и прокашлялась. После громкого возмущенного крика: «Выпустите меня отсюда!» голос слегка охрип.

Массивная роскошная кровать, на которой должна была лежать и страдать молодая пациентка с острыми болями в животе, была неприятно пуста и даже застелена.

Зловещее предчувствие, что добром дело не кончится, сжало сердце и вызвало дрожь по всему телу.

Видимо, я все-таки доигралась.

«Сюда, госпожа доктор! Мисс Бэтти очень плохо!» – вспомнила я взволнованный голос задыхающейся служанки, встретившей меня в коридоре пять минут назад.

А ведь ничего не предвещало беды!

Обычный вызов, молодая девушка, очень сильные боли в животе накануне свадьбы!

И сейчас выясняется, что никакой девушки нет.

– Где пациентка с острым животом? – спросила я, даже не зная, с кем разговариваю.

– Ее здесь нет. Мне нужен был предлог, чтобы заманить вас сюда, – с холодным спокойствием произнес голос из темноты соседней комнаты.

Я видела пока что лишь высокий силуэт в дверях.

Черт! Как меня только угораздило!

Внутри всё сжалось от напряжения – ведь ещё всего пятнадцать минут назад я спешила на вызов, уверенная, что спасаю чью-то жизнь.

А сейчас я понимала, что спасать придется себя!

Мой испуганный взгляд пробежал по роскошной комнате, мазнул изысканные обои, оценил, несомненно, дорогую мебель и остановился на зашторенном окне. В душе вспыхнула надежда.

Вы кто? – настороженно спросила я, вглядываясь в силуэт. – Я не привыкла разговаривать с тенью!

Из темноты шагнул мужчина в мундире – молодой, статный, с ясными серыми глазами, которые будто бы пронизывали до костей. Волосы у него были темными, длинными. С одной стороны висок был выбрит, и на нем я видела красивый узор магической татуировки. Немного присмотревшись, я поняла, что татуировка скрывает внушительный шрам.

Вид у него был воинственный и благородный. А татуировка невольно притягивала внимание.

Незнакомец держал в руке белоснежную фату, украшенную сверкающими бриллиантами и белыми розами. Он безотрывно смотрел на меня, словно пытаясь прочитать мои мысли.

Я сначала посмотрела на фату, потом на его лицо – и вдруг поняла, что это не тот человек, кого я ожидала. Моя интуиция подсказывала мне, что сейчас я имею дело с опасным врагом.

Я посмотрела сначала на фату, потом на красавца, потом снова на фату. И, кажется, догадалась, в чем дело.

А вот это уже совсем нехорошо!

Глава 1

– Я – жених одной из девушек, которым вы помогли сбежать перед самой свадьбой. Беатрис Рутланд должна была стать моей невестой! – голос красавца-военного был спокойным, но в нем звучала угроза.

Фата полетела мне прямо под ноги.

Я отшатнулась и внимательно посмотрела на мужчину, внутренне восхищаясь его красотой. Что-то женское внутри меня потянулось к нему, словно пытаясь представить, каково это на мгновенье очутиться в его объятиях. Мне казалось, что об этом думает каждая женщина, которая его видит. Кроме его невесты, как выяснилось.

Нет, определенно, я не так представляла жениха Беатрис Рутланд! Мне казалось, что это седой старик, который нашел в своих застарелых пороховницах пороху на последний постельный залп, или облезлый студень с похотливой улыбкой старого ловеласа.

– Но уж никак не статный красавец в мундире, при виде которого захватывает дух.

– Как мне к вам обращаться? – спросила я, стараясь сохранять спокойствие.

Генерал Моравиа, – мрачно произнес незнакомец. – Камиэль Моравиа.

Хорошо, господин генерал. Я не понимаю, о чем вы, – произнесла я, смерив его взглядом. – Я даже не знакома с вашей невестой. Вы верно меня с кем-то перепутали!

Ошибки быть не могло! Буквально неделю назад я помогла сбежать его невесте.

И ни капельки об этом не жалею.

Когда я оказалась в этом мире, я была глубоко возмущена: как так можно, не спрашивая согласия девушки, выдать её замуж силой? Родители, используя свою власть, превращают дочерей в заложниц своих амбиций, заставляют страдать и разрушают их судьбы. А потом удивляются, почему девицы страдают, травятся, топят или сходят с ума.

Каждый день в газетах мелькали ужасные новости – о девушках, которых находили мертвыми. Я столько раз приезжала на вызовы, видя, как бездыханное тело утопленницы лежит на холодной мостовой, или пыталась вернуть к жизни смертельно бледную девушку, у которой в руке был зажат пустой флакон с ядом.

При воспоминаниях об этом меня просто передернуло.

– О нет, я вас точно не путаю. Не надо прикидываться овечкой. Слухи о вас давно просочились в высшее общество. Найти вас и вычислить оказалось не так сложно. Вы похищаете девушек по заказу жадных женихов, охотников за чужим приданым. Раньше это делали швеи, а теперь доктора, – красивый незнакомец шагнул вперед. Его голос звучал твердо и угрожающе. – Вы мошенница и авантюристка, мисс Аллегра Гриар.

Я сглотнула, ощущая, как волнение сковывает дыхание, и сделала шаг назад. Что ни день, то новыми гранями сверкает слово: «Охренеть!».

В голове мелькнула мысль: «Если я сейчас не найду выхода, меня ждут огромные неприятности! Как только меня сдадут в руки правосудию, мне конец. Но еще страшнее, если он отдаст меня на растерзание семьям невест и несостоявшимся женихам, раскатавшим губу и прочие органы на выгодный брак! Вот это будет веселуха!».

Но внешне я старалась сохранять спокойствие. Надеюсь, у меня еще есть шанс договориться. Обычно у меня это получалось. Надеюсь, сейчас мой талант меня не подведет.

Еще раз повторяю. Вы меня с кем-то перепутали! – стояла на своем я, поглядывая на двери.

– Я не люблю, когда мне лгут! – произнес мужчина. В его взгляде читался неприязненный холод и строгий контроль. У меня по спине пробежали мурашки. С таким, как он, шутить опасно. – Не нужно держать меня за дурака. Неужели вы думаете, я поверю в вашу честность?

Я отступила еще на шаг. Сердце бешено колотилось. Внутри я чувствовала, что сейчас – самый опасный момент.

Незнакомец был грозен и мрачен, и сразу же становилось ясно, кто здесь хозяин всех моих положений.

– Выпустите меня, – тихо и твердо произнесла я, глядя на дверь.

Он усмехнулся, сверкая глазами: «Наивная!» – прочитала я в его глазах.

– Разговор еще не окончен. Присядьте. – его голос прозвучал зловеще, словно ему надоело со мной церемониться. – Если будете упорствовать, я сдам вас толпе разъяренных женихов. Поверьте, это могущественные и влиятельные люди, чьи планы вы разрушили. Им ничего не стоит жестоко отомстить скромному доктору за несбывшиеся мечты, за испорченную репутацию и за позор.

О! Нет! Только не это! Я решительно встала, собираясь с духом, словно оскорбленная добродетель, и решила покинуть комнату. Внутри меня бушевала смесь гнева, страха и недоумения. Может, кто-то из слуг услышит меня и откроет дверь. Быть может, я смогу убежать, уйти от этого давления, от этой безумной игры.

– Сядьте! – пронесся голос, похожий на раскат грома.

Генерал внимательно посмотрел на меня, и я почувствовала, как внутри всё сжалось от напряжения. Его взгляд был холоден, и было ясно: он знает, что я скрываю.

«Где? Когда? В чем я прокололась?» – мучилась я вопросом. – «Где я допустила ошибку, что он так легко на меня вышел?»

Мои руки дрожали, когда я со вздохом опустилась в предложенное мне кресло, поставив рядом кожаный чемоданчик с зельями и инструментами. «Держи себя в руках! Не показывай, что тебе страшно!» – пронеслась в голове мысль.

– Итак, мой вопрос остается в силе. Не хотите ли перед смертью чаю с пирожными? – произнес он насмешливо.

Глава 2

– Хочу! – выдохнула я, слыша, как хозяин отдает приказ слугам. В дверях появилась знакомая служанка. Та самая, которая вела меня, расписывая мнимую больную. Я нехорошо зыркнула на нее, а она отвела взгляд.

Пока она ставила мне чай, раскладывала передо мной пирожные, всё по законам гостеприимства, я решила прибегнуть к крайней мере.

Я нащупала в саквояже пузырек зелья невидимости, который всегда носила на случай, если вдруг нужна будет помощь. Ловким движением я открыла пробку, а потом мгновенно осушила его.

Схватив чемоданчик, я увидела, как зеркало отразило всё, кроме меня. За пару секунд я очутилась возле двери. Сердце бешено колотилось, а я понимала, что это – мой последний шанс.

Но как только я сделала шаг к двери, мое тело ощутило крепкое, горячее, почти обжигающее прикосновение, которое словно сковывало меня. Сильные руки схватили меня, крепко сжимая и удерживая. Меня резко прижали к стене, заставив уронить саквояж.

– Мадемуазель, – прозвучал голос генерала, низкий и твердый, словно металл, – мы не закончили. Невежливо так быстро уходить. К тому же вы еще не пили чай.

Он взмахнул рукой, рассеивая чары. Кольцо с изображением дракона, украсившее его руку, ярко вспыхнуло.

– Как видите, я подготовился к вашему визиту! – усмехнулся генерал. – А вот и ваш чай.

Служанка принесла целый поднос с кружкой и пирожными. К чаю я так и не притронулась.

Взглянув на поднос с кружками и пирожными, я поняла – сейчас мне не остаётся ничего другого, как держать лицо и надеяться на удачу.

– Вы сейчас пытаетесь выместить на мне всю злость? – спросила я уставшим голосом. – Даже если вы, допустим, правы, какой мне смысл говорить вам, где ваша невеста, если вы угрожаете мне расправой?

– Интересно, – произнес генерал, обойдя кресло сзади и положив руки на его спинку. Послышался неприятный хруст спинки. О, черт! Он ее сейчас выломает! Ну и силища у него! – Вы хоть понимаете, что вы творите? Вы помогаете наивным девушкам попасть в лапы жадных негодяев! Тех, кто рассказывает им сказки о любви, а сами тем временем мечтают обобрать бедняжек до нитки, присвоить их приданое и наследство. Но ни о какой любви здесь речи быть не может! Вы помогаете проходимцам заполучить лакомую невесту и ее деньги. И как вас после этого называть?

Я не могла сдержать горькую усмешку.

– А разве вы, господин генерал, женитесь не потому, что вам нужен наследник или приданое, а потому что вы искренне любите? – мой голос зазвучал чуть иронично, с явным намеком. – Почему-то ваша невеста не нищая горожанка, а довольно небедная и родовитая особа? Не это ли главная причина, почему вы так упорны в своей любви?

Он подошел чуть ближе и склонился к моему уху. В его голосе зазвучала горечь:

– Мне не нужны деньги невесты. Семья Моравия достаточно богата, чтобы купить это государство и пару соседних. Я искренне любил ее. И люблю до сих пор. Поэтому и устроил охоту на вас, чтобы узнать, где она!

Мысленно я вспомнила ту девушку, которая недавно умоляла меня спасти её от этого безумного брака. Перед глазами всплыло ее лицо – пепельные волосы, дрожащие губы, отчаяние и мольба в глазах.

– Спасите… – умоляла она. – Я прошу вас. Я знаю, что вы помогли многим девушкам. Мне об этом рассказала Милли Уайн. Вы – моя последняя надежда!

Эти воспоминания придали мне решимости. Я не могла позволить чужим брачным амбициям разрушить еще одну девичью судьбу.

– Послушайте, господин генерал! – я сглотнула, сжимая подлокотники кресла. – Ну не мне вам читать лекцию о счастливом браке! Давайте на пестиках и тычинках! Почему вы, мужчины, думаете, что одной вашей любви достаточно для счастливого брака? Почему вы не считаетесь с чувствами женщины? Или что? Женщина для вас – просто вещь? Если женщина вас не любит – зачем принуждать ее к браку? Женщина – это не трофей, господин генерал. У нее есть сердце, чувства и даже права. У нее есть право любить и быть любимой! У нее есть право самой выбирать себе жениха! А не смиряться с выбором родителей! Я считаю, что если отец выбрал девушке жениха по своему вкусу, то пусть сам с ним и спит! Пусть родители спят с ним вместо дочери! Пусть живут с ним!

Речь получилась очень эмоциональной. Ну еще бы! Я устала констатировать смерти в расцвете лет! Устала видеть молодых женщин с рано угасшим взглядом, в котором отчетливо видны разбитые мечты.

– Вам что? Приятно думать, что она улыбается вам не потому, что искренне хочет этого, а потому что ее тошнит от вашего лица, но выбора у нее нет? Что она отдается вам с мыслью о другом? Что пока вас нет, она оплакивает свою несбывшуюся любовь, разбитые мечты, а как только вы рядом – утирает слезы, делая вид, что все хорошо?

Глаза генерала потемнели, он смотрел на меня с яростью и холодом.

За день до похищения моя невеста признавалась мне в любви!

Я вздохнула, опустив взгляд, и, сдерживая внутренний взрыв, спокойно произнесла:

– Я вам не верю. За день до похищения Беатрис сама призналась мне в любви.

Он молча смотрел на меня, а я лишь откинулась на спинку кресла, чувствуя, как внутри себя нарастает напряжение. В этот момент его слова прозвучали как удар под дых:

– Ваша невеста сама умоляла меня помочь ей избавиться от этого брака, – произнесла я, чувствуя, как сердце сжалось. Что-то тут не то! – Она просила спасти ее. Она хотела сбежать.

Тело мое дрожало, и я понимала – я в самой опасной ситуации.

– У вас есть выбор. Назовите мне место, где сейчас находится моя невеста, или… – произнес генерал. И тут же умолк.

Его слова повисли в воздухе, и я ждала, что последует за таинственным “или”. Но сердце подсказывало мне, что на этот раз выйти сухой из воды не получится.

Глава 3

Фразу он так и не закончил, оставив меня на растерзание собственной фантазии!

Взгляд генерала казался острым лезвием. Холодные, безжалостные, пронизывающие до самой души глаза смотрели на меня. В них не было ни намека на сочувствие или понимание, только ледяная пустота и бездушная решимость.

Род Моравиа был очень могущественным, поэтому я прекрасно понимала его возможности. Но с другой стороны, разве род, богатство и власть способны заставить меня сдать бедную девочку, которая категорически не хочет выходить за него замуж?

Меня тут же стали одолевать сомнения. Если генерал так уверен в том, что невеста его любит, то как же мольбы о помощи? Или девушка – отличная актриса, или дело здесь нечисто!

Я еще раз посмотрела на генерала. Ладно, если бы передо мной была старая дряхлая немощь или обладатель рекордного количества подбородков и внушительного живота, но нет же!

Передо мной возвышался красавец – настоящий, притягательный, словно созданный для того, чтобы сразить наповал. От одного его вида у меня захватывало дыхание. Внутри все сжалось, словно в груди разгорелся огонь, и я сама вдруг потерялась в потоке чувств. Теперь я ничего не понимала – мои мысли путались, и я пыталась отказаться от этого странного, необъяснимого ощущения. Чтобы отказаться от такого мужчины причина должна быть ой, какая веская!

На рынке женихов такие красавцы – редкость, и их не встретишь на каждом шагу.

Но разве дело в богатстве и красоте?

Я сделала для себя важный вывод: «Раз уж девушка не хочет, то что тут поделаешь?»

В конце концов, судьба – вещь капризная, и если сердце не принимает человека, то насиловать его бесполезно!”.

Генерал все ждал моего ответа.

Его спокойствие было как ледяная стена, его глаза – мертвыми, холодными, словно бездна. Я надеялась, что в них промелькнет искра души, но я ее так и не увидела. Может, потому, что ее там и не было? Или она скрыта за маской власти, безжалостности, холодной решимости?

Он молча смотрел на меня, а я лишь откинулась на спинку кресла, ощущая, как внутри нарастает напряжение. В этот момент его слова прозвучали как удар под дых:

– Девушка в опасности. Я не знаю, кто и каким образом заставил вас поверить в то, что она меня не любит. Но этот человек – негодяй и подлец. Поэтому я требую его имя!

Я молчала, чувствуя, как вечер перестает быть томным и медленно превращается в ночь, становясь все более насыщенным, все более напряженным. В воздухе витала острое ощущение предстоящего выбора.

– Вы разрушаете жизни, – продолжал генерал, его голос стал суровым, как раскаленное железо инквизитора. – Вы поступаете как бесчестная, алчная женщина. Вы думаете только о деньгах.

Я подняла голову, взглянув ему прямо в глаза, и спокойно, твердо ответила:

– Я разрешаю вам критиковать образ, который вы придумали для меня. Мне все равно, ведь он не имеет ко мне никакого отношения. Я не беру деньги за помощь. Это раз. Второе – я еще раз повторяю: я ни с кем не работаю, я не похищаю невест по заказу. Я спасаю тех, кто просит о помощи!

Голос мой стал тверже, более уверенным:

– То есть, вы решили спасти мою невесту от роскоши, которой я готов ее окружить? От уважения, любви, драгоценных украшений и подарков? – спросил генерал.

– Нет, – ответила я спокойно. – Я спасла бы ее от мучительного брака, когда приходится носить маску счастья и благополучия, хотя душа разрывается от боли.. Когда каждый день вынуждена играть роль счастливой жены, когда сердце рвется на части.

Генерал удивленно взглянул на меня.

– Вы так говорите, словно уже были в таком браке, – произнес он, и в его голосе слышалось недоверие. – Словно вас выдавали замуж против вашей воли!

Ну тут он попал в точку.

А ведь он был прав.

Когда-то я твердо решила: «Нет, я не позволю этому случиться. Ни за какие деньги, ни за какую власть я не готова выйти замуж за …!». Бррр! Внутри все неприятно сжалось, когда я вспомнила предложенного мне чужой судьбой жениха.

О, кто станет выдавать простолюдинку против ее воли? К тому же я сирота, – соврала я. – Меня даже неволить некому.

Генерал внимательно посмотрел на меня, а потом решительно и спокойно произнес:

– Считаю до трех.

Глава 4

Эти слова, произнесённые холодным, спокойным голосом, словно ледяной нож возле горла, тут же привели меня в чувство. Внезапно всё вокруг стало ясным, острым, как будто кто-то включил яркий свет в тёмной комнате моей памяти.

– Раз, – произнёс генерал.

Как же я хотела, чтобы это не было со мной.

Как бы мне хотелось проснуться и понять, что всё это – лишь дурной сон. Но реальность была жестока.

Я никак не могла обмануть пронизывающий и безжалостный взгляд. В его глазах не было ни капли пощады, ни намёка на сочувствие. Он считал меня самой настоящей преступницей. И доказать ему обратное я никак не могла.

Глаза генерала вдруг изменились. В них появился холодный блеск, что напоминал мне глаза змеи – хищные, преследующие и опасные. Зрачок стал поперечным, узор чешуи пробежал по его скулам и спустился на шею. В этот момент я почувствовала, как внутри всё сжалось, как будто я оказалась в ловушке, из которой не выбраться.

– Два, – произнёс генерал спокойно, словно это было всего лишь очередное число в его страшной игре. – Я сейчас чихну на вас, и от вас не останется мокрого места. Моя служанка вынесет вас в совке.

Дыхание перехватило у меня в груди, когда он вдруг выдохнул, а у него изо рта вырвалась струя пламени.

Столик, стоящий рядом со мной, тут же вспыхнул. В огне исчезли кружка, поднос, пирожные и ваза с цветами.

Бедная мебель стояла, ничем не нарушая покой комнаты, и тут такое. Всё произошло так быстро, что я подпрыгнула от испуга. Боже мой! Это же не на самом деле?

Сердце забилось так сильно, что я почти начала подозревать у себя аритмию. Казалось, что мои зубы выстукивают барабанную дробь.

– Три, – произнёс генерал, и это слово обрушилось на меня, словно меч палача, разрезая воздух. Я поняла, что этот мужчина не шутит, что его серьёзность – это стена, за которой скрывается опасность.

Неприятное ощущение засосало под ложечкой, и я почувствовала, как сжимаются все мышцы. В этот момент я успела выпалить:

– Хорошо. Я приведу вас к вашей невесте. Но давайте договоримся. Вы дадите слово, что если вы увидите, что она счастлива, то вы не станете ее неволить! – слова вырвались у меня с трудом, словно я боялась, что сейчас меня постигнет участь столика, превратившегося в пепел.

Генерал молчал. В его взгляде читалась долгая борьба с самим собой.

Я ждала ответа, ощущая, как напряжение сковывает каждую клетку моего тела. Я понимала, что согласиться на такое, особенно когда ты любишь человека, очень непросто. Чтобы держать человека нужно силы, а чтобы отпустить – вдвое больше сил. Многие умеют удерживать, но не все способны отпустить.

Я видела на лице генерала, что внутри него борются два чувства: благородство и желание. Это было так ясно, что сердце ёкнуло. Я понимала, что передо мной человек чести. И очень надеялась, что не ошиблась в своей догадке.

– Хорошо, – произнёс он наконец, и я вздохнула с облегчением.

– Обещаете? – недоверчиво спросила я, глядя ему прямо в глаза, в надежде найти там хоть искру доверия. Я и сама искала подсказки в его взгляде, стоит ли ему доверять.

Генерал молчал. Его взгляд унёсся куда-то в угол комнаты, и казалось, что он смотрит сквозь меня.

– Могу ли я положиться на ваше слово? – тихо спросила я, чуть дрожащим голосом. – Не случится ли так, что как только вы увидите вашу невесту, сразу схватите и…

– Моему слову верит армия! – резко прервал меня генерал, и его голос прозвучал как приговор.

Я сглотнула, повела плечами и негромко сказала:

– Поехали.

– Я распоряжусь, чтобы подали карету, – произнёс генерал, его голос звучал взволнованно, словно он сам не мог сдержать волнения.

Когда ключ повернулся в замке, и двери медленно распахнулись, я почувствовала облегчение. Ноги предательски подкашивались, но я старалась не подавать виду – ведь я была на грани паники!

– Прошу, – мягко произнёс генерал, протягивая мне руку, чтобы помочь забраться в карету. – Осторожней.

Этот жест показался мне таким необычным, таким тёплым в этой холодной ситуации. Тот, кто счёл меня преступницей, всё ещё ведёт себя как джентльмен – или, хотя просто как человек, у которого осталась хоть капля благородства.

Наверное, другой на его месте скорее бы затолкал меня внутрь без церемоний.

Я уселась и сделала глубокий вдох.

Картинка за окном стала сдвигаться, словно сама судьба ведёт меня.

Цокот копыт, ритмичный и непрерывный, совпадал со взволнованным биением сердца. Я сидела молча. Взгляд мой скользил по лицу генерала, и внутри меня боролись тревога и надежда. Я задавалась вопросом: умеет ли он держать слово? Не приведу ли я беду в чужой дом? Вся моя слабость, страх и желание – всё смешалось в этом мгновении, которое решало всё.

Глава 5

История любви внебрачного сына графа и одной из самых завидных невест – сюжет, который способен тронуть сердце любого читателя до слёз, заставить реветь и сочувствовать каждому герою. И я невольно стала не просто свидетельницей, но еще и соучастницей этой истории.

Наследства ныне покойного графа едва хватило на его официальных наследников, которые жадными кукушатами открывали рты и орали: «Мне! Мне!».

И лишь крохотная часть наследства перепала плоду большой любви графа к одной очаровательной служанке: старое поместье, в которое я сейчас везла генерала.

Это место находилось не в центре столицы, среди богатых дворцов и резиденций, – оно располагалось в уединенной глуши, среди густых деревьев и заброшенного сада. В месте, где время будто остановилось, а роскошь уступила место запустению, деревья стыдливо прятали потрескавшийся фасад, давно не знавший ремонта.

Когда-то это поместье, сделанное из серого камня, принимало гостей – светских дам и кавалеров, – но теперь здесь царила тишина. Только птицы, словно важные дамы, пёстрые и хищные, расхаживали по дорожкам разросшегося заброшенного сада. Голуби, словно кавалеры, ворковали, раздувая грудь, – в их поведении ощущалась какое-то гордое самодовольство. А в центре, словно чаша для пунша, – старый фонтан, давно высохший, с прошлогодними листьями в каменной чаше – память о былых временах.

Я вспомнила, как бедная невеста генерала рассказывала мне свою историю любви – о том, как однажды к ней подошёл молодой человек, краснея и бледнея, сунул ей записку, в которой было всего два слова: «Вы прекрасны». И я с ним согласилась бы. Весь высший свет, казалось, тоже. Редкую красоту Беатрис прекрасно дополняло роскошное приданое. Вокруг такой невесты всегда кружили женихи – старики, жадные и алчные, которые мечтали почувствовать себя юнцами, напыщенные щеголи и франты, транжирящие состояния предков, – все мечтали о дважды выгодном браке. Но среди этой толпы она выбрала не того, кто был ей особенно близок.