Сиротский приют. Драконы на попаданках (не) женятся

Глава 13. Ася

— Тетя Ася! — кричали дети. — Тетя Ася! Там карета приехала!

Я бросила стирку, убрала магический порошок, наскоро вытерла руки и побежала к окну. По дороге я чуть не столкнулась с невидимкой Джоселин, но тут же поймала ее за невидимые плечи и ловко обошла. Позади меня слышался топот ножек: «Карета!»

— Это за мной! Нет, за мной! — наперебой кричала ватага ребятни.

Я пыталась их успокоить. Но попробуй, успокой!

Стоит карете появиться рядом, как они все начинают кричать, что это за ними. «Это за мной приехали мама и папа!» — тихонько всхлипывала малышка Сьюлин, заглядывая мне в глаза. — «Это ведь за мной? Да? Тетя Ася? За мной?»

И вот что им ответить?

В этот момент главное не давать надежды. Те, кто повзрослее, надеялись молча. А вот малыши надеялись громко и вслух. «А если это мои мама с папой, то я приеду и всем привезу конфеты!» — хвастался со слезами на глазах маленький Сэм. — «Всем-всем конфеты!»

— Тетя Ася, — дергали меня за юбочку. — Скажи маме с папой, что я хорошая девочка. И не делаю лужи…

— Так, мои хорошие, — бодренько улыбнулась я, а дети притихли. — Я сняла шаль с крючка, глядя в десятки детских глаз. — Сейчас я пойду и узнаю, кто это приехал. И проверю…

Я внимательно посмотрела на детей.

— … хорошие это мама с папой или плохие, — улыбнулась я, делая строгое лицо. — Если плохие, я никого им не отдам. Плохие мама с папой нам не нужны!

— Не нужны. Они будут ругаться, драться и кричать! — подтвердили дети, и стали пробираться к окнам. Я взяла коробочку и поправила шаль.

— Смотри, чтобы тебя… не удочерили, пигалица, — буркнул Мистер Флетчер. — А то за жопу хвать, и ты уже мать! В губы — чмок и достал стручок! А ты — девка симпатична. Эх, так бы загулял с тобой до горшка!

Глава 14. Ася

Если возле приюта останавливается дорогая карета, то это не просто так. Про наш приют ходят разные слухи, поэтому люди опасаются сюда заходить. Не все дети могут контролировать свои способности. Я прошла мимо таблички: «Проклятия — не заразны!!!», поправила ее и быстро закрутила гульку на голове. Для солидности.

— Тетя Ася пошла проверять маму и папу! — улыбнулась я, видя, как затихли дети. Они прильнули к окнам в надежде, что оттуда выйдут чьи-то мамы с папой. И они их тут же узнают, несмотря на то, что ни разу не видели.

Это мы уже проходили. Кроме тех, кто радостно визжал и предвкушал маму и папу, были и те, кто понимал. Их никогда не выберут.

Я вышла на улицу, где на веревках висели обледеневшие одеяла с рисунками ночных испугов. Нужно будет их снять и принести внутрь, чтобы оттаяли. Я поскользнулась на нечищеной дорожке, вбивая старый каблук в тонкую корку льда.

И посыпать нечем, и сбить весь лед сил и времени нет.

Осторожно скользя в сторону кареты, я прикидывала, чья она. Пока что я видела золотые вензеля, свидетельствующие о том, что на позолоту денег хватило. Золотые колпаки на колесах были одинаковые. А следовательно, денег хватило и на них.

Я на всякий случай обернулась на приют, видя, как к окнам прильнула детвора. Обветшалое здание с вечно текущей крышей напоминало старенького дедушку. Сходства с дедушкой придавали трещины морщин, расползающиеся по древней штукатурке, подслеповатые, местами заколоченные окна и кривой пожелтевший штакетник зубов.

Глава 15. Ася

Когда я случайно попала в этот мир, я была ошарашена. Ну еще бы, очутиться на оживленной старинной улице в одной пижаме с зубной щеткой в руках, было удивительно.

Первые минут десять я была уверена, что это — просто красочный сон. Но когда меня чуть не сбила карета и обматерил кучер, я поняла, что что-то тут не так.

До конца я была уверена, что вот-вот закрою глаза и снова окажусь дома с зубной щеткой за щекой и тюбиком пасты. «Не подходи к ней, она бешеная! Еще и укусить может! Гляди, у нее изо рта пена», — показывала на меня пальцем мадам в пышном строгом платье. Малец рядом с ней смотрел на меня во все глаза. И почему-то на мои пушистые тапочки.

Сплюнув пасту и вытерев рот, я даже не знала, куда и зачем иду.

Вот так, совершенно случайно, я дошла до этого самого места. «Приют», — прочитала я, и постучалась. После гомона ребятни за дверью мне открыла дверь миленькая старушечка в чепчике. Она представилась миссис Вандервуд и пригласила войти. Она напоила меня горячим чаем, выслушала и просто обняла. Так я осталась в приюте.

А потом, спустя год, старушечки не стало, а сам приют достался мне. И теперь на мои плечи легли все хлопоты по его содержанию.

Я вздохнула и осторожно дошла до кареты. Из окна высунулась рука в перчатке и пригласила меня внутрь. Дверь открылась, я ступила на подножку, видя сверкающие короны и знакомое лицо принца.

На мгновенье я передумала, зависнув в дверях.

— Присаживайтесь, — предложили мне.

«Это она!» — послышался встревоженный голос королевы, которая прильнула мехами к королю. — «Та самая!»

— Неужели?! — громко произнес король, пока я неловко присела на единственное свободное место рядом с принцем.

Его высочество брезгливо отодвинулся от меня.

Глава 16. Ася

— Так это вы? Не может быть! Очень рад, что мы приехали сюда. Это, я так понимаю, ваш приют? — спросил король очень участливым голосом.

Принц смотрел на меня с ненавистью.

— Это не обычный приют, — произнесла я, видя, как внимательно меня слушают. Напротив меня сидел король, рядом с ним королева и тот самый мужчина, который пытался меня догнать на лестнице.

— Это приют для проклятых детей, детей с необычным магическим даром. Его основала одна добрая женщина миссис Пуссет, — пояснила я, искоса глядя на принца. Тот прыснул, но под строгим взглядом короля тут же отвернулся к окну.

Мужчина с бакенбардами что-то записывал, король кивал.

— Я стараюсь помочь каждому ребенку научиться жить с его проклятием, научиться контролировать свою магию и найти любящую семью.

— О, это так мило, — вздохнула королева. От нее пахло спелыми абрикосами и цветами. Ее бирюзовое платье напоминало переливающуюся чешую русалки. На вид ей было лет сорок. Морщины рыли первые окопы вокруг ясных голубых глаз, но эти окопы зарывались магическими кремами и компрессами. Пока что в битве с возрастом была ничья. Но королева явно не собиралась сдаваться.

Король был одет строже и выглядел весьма угрюмым, наверное, за счёт густых бровей, крючковатого носа и идеально постриженной бороды. Он не воевал с морщинами и с красивой, благородной проседью, позволяя им делать его солидней и мудрее.

На принца я смотреть не собиралась, поскольку уже видела его. Хватит с меня принцев!

— Как видите, приют находится в ужасном состоянии. И мы рады любой помощи, — закончила я, глядя на короля и стараясь всеми силами не смотреть на красавца-принца, сидевшего рядом.

Глава 17. Ася

— Я даже не знал, что такой есть, — едва слышно произнес король, склоняясь к уху министра. При этом он зыркнул на меня.

— Теперь знаете, — ответил полушепотом министр, улыбаясь мне.

— Это же замечательно! У вас очень доброе сердце, — заметил король с улыбкой.

— Доброму сердцу очень одиноко без набитого кошелька, — улыбнулась я, а король рассмеялся.

Министр что-то шепнул королю, а тот поднял брови. Интересно, что он там шепчет? И почему поглядывает на принца. Я тоже мельком скосила глаза, видя красоту надменного профиля.

— А его высочество может попасть в приют? — спросил король, пока я украдкой любовалась принцем, чье сердце напоминало черствый хлебушек.

— Вы хотите его сдать? — спросила я, даже не подумав.

— Ха! — рассмеялся король. — Как прелестная девушка! Она мне нравится!

— Кхе! — послышался гневный кашель королевы, которая перебирала свой драгоценный браслет. Камни сверкали среди роскошных мехов, а она ревниво посмотрела на мужа.

— А почему бы и нет? — заметил король с улыбкой, давая понять, что он шутит.

— Наш приют с удовольствием возьмет вашего малыша, — ответила я, поглядывая на принца. — И научит отвечать за свои поступки, слова и действия, как подобает его высочеству. Он научится мыть за собой тарелку, застегивать штанишки, есть за здоровье будущих мамы и папы и настоящих тоже. Я ему даже друга нашла. Мистер Флетчер, ему четыре годика, с удовольствием с ним подружится. У них будет очень много общих тем для разговора.

— Его величество имел в виду, — пояснил министр, снова что-то шепча королю и показывая глазами на принца. — Чтобы королевская семья посетила приют.

— Но предложение я запомню, — усмехнулся король.

— Ну, если вы хотите, то я могу провести вам экскурсию, — ответила я, осторожно открывая дверцу и выходя на улицу. В карете было тепло, на улице прохладно. К окнам прилипли детские мордашки, которые ждали, что я сейчас вернусь с чьими-то мамой и папой.

— Пусть она и принц идут впереди, — послышался негромкий голос. Это адресовалось явно не мне, поэтому я сделала вид, что не слышала. Сейчас подъедут газетчики… Пусть они видят, что принц у нас помогает приютам! Это очень уместно, особенно в свете скандала!

Его высочество лениво вышел из кареты. Его красивые глаза на мгновенье презрительно закатились, а я засопела.

— Миссис, — послышался голос, когда я уже собралась вести королевскую семью испытывать нервы и жалость.

— Мисс, — поправила я, стараясь быть вежливой.

— Ах, мисс, — исправился министр, пока король и королева кого-то выглядывали на дороге. — У нас к вам есть маленькая просьба. Вас не затруднит пройтись с принцем по дорожке в приют. Но при этом вы должны выглядеть, как будто бы вы с ним очень хорошо знакомы. Это для газеты. За это королевская семья обязуется вам помочь!

— Ну хорошо, — вздохнула я, глядя на принца. Он был выше меня почти на целую голову. — Только с вас гарантии. Договорились?

— Гарантии? Вы не верите королевскому слову? — удивился старик, глядя на меня.

Глава 18. Ася

— О, нет, что вы! Конечно верю, поэтому пока нет бумажки, я пошла. Не хочу оставлять детей надолго одних, — улыбнулась я, собираясь уйти.

— Хорошо, — послышался голос мне в спину, когда я уже осторожно шагнула на скользкую дорожку, глядя себе под ноги. — Гарантии будут. Мы сейчас составим договор. Но, предупреждаю вас, миссис…

— Мисс Вандервуд, — улыбнулась я, видя, как насторожился министр, пока королевская семья собралась на совет. Принц стоял ко мне спиной, высокий, широкоплечий. Он почти заслонял своих родителей. Король что-то говорил принцу, а королева кивала.

— Вандервуд? — спросил министр. — Вы случайно не родственница Астории Вандервуд?

— Да, я ее дочь, — улыбнулась я, конечно же соврав. Добрая старушка дала мне свою фамилию, чтобы я не бросалась в глаза местным. Не знаю, поверила она мне тогда или нет, но всем она представляла меня как свою дочь.

— Астория Вандервуд была нянюшкой его высочества, — заметил министр, слегка побледнев. — Эм… Можно очень нескромный вопрос… А сколько вам лет?

Так, сколько лет мне должно быть?

— Двадцать один, — польстила я себе, бесстыже скосив себе почти десять лет!

— Ах! — послышался изумленный вздох королевы. Она прижала к губам платочек и дернула мужа за рукав. — Ты посмотри, дорогой, что с женщинами делает тяжелая работа! Ты хочешь, чтобы я выглядела так же?!

Спасибо, я запомню. Я сделала красноречивый вдох, свидетельствующий о моей врожденной злопамятности.

— Вот ваш договор, — протянул мне бумажку министр. Волшебное перо, которое порхало над бумажкой, исчезло, а мне в руки влетели мои гарантии.

Осталось выяснить, во что я собираюсь вляпаться?

— Так, сим договором я, мисс Вандервуд, обязуюсь показать принцу приют, — прочитала я, поглядывая на принца. — И что? И не забеременеть при этом?! Вы с ума сошли?!!

— Тише, тише, — успокаивал меня министр. — Когда речь идет о принце, этот пункт обязателен!

— Я обязуюсь в случае появления газетчиков изобразить, что мы с принцем давно знакомы. И не забеременеть при этом, — прочитала я, поглядывая на принца с опаской.

— А что? Уже были попытки? — спросила я шепотом.

— Ну разумеется, — ответили мне таким же таинственным полушепотом. — Ах, я забыл вам дать перо. Одну минутку.

— Королевская семья в лице принца обязуется помочь мисс Вандервуд с приютом, — прочитала я, видя, как летает перед глазами назойливое перо.

Глава 19. Ася

Я поймала его рукой и стала писать, прислонив бумажку к черной лакированной дверце кареты.

— А что вы там пишете? — спросил министр, засуетившись.

— Ремонт крыши, оборудование детских комнат игрушками, в скобочках (волшебными и нет), новые кровати двадцать штук, — перечисляла я, вспоминая перины и окна.

— А не слишком ли много вы хотите? — спросил встревоженный моими аппетитами министр.

Я почесала пером нос, глядя на фигуру принца.

— Ой, что-то жарко здесь, — томно прошептала я, обмахиваясь рукой. — Я боюсь, что не устою перед соблазном отдаться принцу прямо в том сугробе… Путь неблизкий, принц красивый.

— Ладно, пишите, — буркнул министр, а я с радостью дописала новые окна, ковры и посуду.

— Ремонт ванных, — писала я, вспоминая волшебные лейки на веревках, которые нагревала заклинанием.

— Мисс, вы забываетесь! — прокашлялся министр, пока я переживала, что что-то упущу!

— Когда рядом такой красавец, — простонала я так, словно красавец не рядом, а на мне, — я забываю обо всем на свете… Ах, новые туалеты… Спасибо, что напомнили!

— Все! Достаточно! — вырвали у меня лист. — Подписывайте!

Я закусила губу и подписала. Принц, который не подозревал, как сильно он помогает приюту, гневно посмотрел на отца.

— Они уже здесь, — произнес король, поглядывая на несколько карет, которые притаились по другую сторону улицы. — Проводите принца в приют. Помните, принц постоянно оказывает приюту помощь. Он делает очень щедрые пожертвования! Вы должны это подчеркнуть! Только громко, чтобы было слышно! Вы идете и восхищаетесь его добрым сердцем! И, смотрите на приют. Не обращайте внимания на газетчиков.

Это я делаю щедрые пожертвования нервными клетками в фонд красавца-принца.

— Хорошо, — согласилась я, радуясь, что наконец-то решила важные проблемы приюта.

Министр был явно недоволен. Он сощурился в список, наводя очки на слова и хмурился, хмурился, хмурился…

— Мисс, это — не мое дело, но я обязан вас предупредить, негромко произнес он с затаенной угрозой. — Вы собираетесь шагнуть на скользкую дорожку.

— Тогда мне понадобится кто-то старый и мудрый, с которого сыплется песок, чтобы было не так скользко, — улыбнулась я, видя, как на меня посмотрели удивленным взглядом. — Такой, как вы.

Я шагнула на дорожку, ведущую к приюту. Принц шел так близко, что меня окутывал запах его духов.

Глава 20. Ася

— О, это так щедро с вашей стороны!!! Завтра вы обещали нам купить новые кроватки и перинки! — с восторгом закричала я, прижимая руки к груди. — Мы в неоплатном долгу перед вами, ваше высочество, за приказ послезавтра починить нашу крышу! Мы готовы целовать песок, по которому вы ходили за новые горшочки, которые доставят сегодня вечером!

Принц кивал и смотрел на меня ледяным взглядом. Я повернулась к принцу, продолжая восхвалять его щедрость да так громко, что слышно было в соседнем государстве!

— А новые игрушки, которые привезут через час? Это же сказка! Я уверена, что это будут самые счастливые детки на све…

Как это произошло, я и сама не поняла, но внезапно моя нога поехала на льду. Дыхание перехватило, перед глазами все дернулось, а внутри что-то испуганно сжалось и…

Через мгновенье ко мне стало возвращаться чувство реальности. В руках и ногах была ужасная слабость, а сердце билось воинственным тамтамом. Я увидела свои руки, которые вцепились в принца, а потом почувствовала, как меня обнимают за талию, удерживая от падения.

— С… спа… сибо, — выдохнула я, не веря, что он меня поймал! Мне показалось, что он на такое не способен!

— Я был прав, вы все-таки падшая женщина, — усмехнулся принц, все еще держа меня в непроизвольных объятиях. Я попыталась найти точку опоры каблуком, как вдруг нас ослепила вспышка! Одна, вторая, третья!

— А что? Вам непривычно, что при виде вас у девушек непроизвольно разъезжаются ноги? — ядовито ответила я.

Я снова попыталась встать на лед, но нога соскользнула, и я опять повисла на руках у принца. Он смеялся, но не отпускал.

— Вы собираетесь упасть к моим ногам? — спросил принц, на губах его появилась улыбка.

— Нет, я привыкла, что мужчины это делают сами! — парировала я, яростно пытаясь найти опору.

— Я не из тех, кто падает к ногам женщины, — ответил принц, пока я барахталась. Чувствую, что мы только что изобрели фигурное катание!

Почему он держит? Почему не отпустил? Ему ничего не стоило просто сделать шаг в сторону.

Наконец-то под ослепительные вспышки я поставила ногу на снег. Он проскрипел, словно кто-то укусил свежее яблоко.

— Благодарю! — я сделала неловкий реверанс, одергивая шаль. — А вот и приют! Эм…

Глава 21. Ася

Я не сразу вспомнила, что хотела сказать. Слова путались и увязали у меня в горле, словно в болоте.

— Зря стараешься, — послышался голос принца. — Газетчики уже смотались.

Он развернулся, а я удивлённо посмотрела на его спину.

— Вы не хотите посмотреть приют? — спросила я, глядя, как принц остановился.

— Я уже посмотрел тебя. Этого вполне достаточно, — послышался голос, а мои глаза удивленно распахнулись. Я пожала плечами, открыла двери и вошла в тепло.

— Это принц?!! — закричали детки, а их глаза загорелись от восторга. Они то льнули к окну, то бежали с топотом ко мне. — Настоящий!!! Прямо как на конфетах! Принц!!! Ура! Мы видели принца!

Среди общей беготни и криков, я увидела серьезного мистера Флетчера. Он снял цилиндр, продрал пятерней волосы и изрек:

— Если что, я ему свой горшок не уступлю. И вообще, я бы с ним на один горшок не сел, — заметил он, снова надевая цилиндр. Булочка висела на мне, задыхаясь от восторга и обиды одновременно. На принце было столько драгоценностей, а он как чувствовал!

— Так, успокойтесь, — строго произнесла я, видя, как по потолку пробегает Джимми. — Джимми! Слезь с потолка немедленно!

— Хорошо, — послышался голосок Джимми, а он спрыгнул на пол. — Извините, тетя Ася…

— Так! А у нас урок! — я взяла со стола колокольчик и позвонила в него. «Урок! Урок!!!» — бегали дети, пока я со звонком шла в сторону классной комнаты. Вообще-то в приютах не давали образование. Детей не учили ни читать, ни писать. Но я решила, что лишним это не будет!

— Звенит — звенит звоночек, зовет всех на урок! — пропела я, снимая шаль и вешая ее на крючок. Мимо меня прошмыгнула тень.

— Итак, тема урока — рисование! — начала я, присаживаясь за стол. — Я вам давала задание нарисовать наш приют! Кто нарисовал? Поднимите руку? О! Какие молодцы!

Я шла между рядов и смотрела на рисунки. Дети всегда находили тысячу способов выдавить из меня комплексы. Но я научилась себя утешать. Толстые осьминоги намекали на то, что у меня много рук, и я все успеваю, косолапые пирамидки намекали на то, что во мне есть загадка, лохматые чудовища всех мастей и оскалов говорили о том, что я очень коммуникабельная и жизнерадостная.

— Ой, какое красивое солнышко! — улыбалась я, гладя Булочку. На меня смотрела толстая каракатица.

— Это не солнышко! Солнышко вот! А это ты! — радостно сообщила Булочка, показывая пальцем на половину листа.

Глава 22. Ася

— Какой молодец, — потрепала я по голове Джима. Он покраснел и вздохнул.

Я подошла к пустой парте, присела рядом с ней и улыбнулась.

— Джоси, — позвала я. — А где твой рисунок?

На стол лег скомканный рисунок, а я стала осторожно его разворачивать.

— О, какая красота! — обалдела я, глядя на рисунок, похожий на иллюстрацию к сказке. Все было прорисовано с особой тщательностью, особенно платье. — Джоси, у тебя талант!

— Нет у меня никакого таланта, — послышался тихий голос, а я взяла мятый рисунок и повесила на стенку.

Вот к чему приводят крики: «Да чтоб глаза мои тебя не видели!!!»

— Мистер Флетчер! — смутилась я, глядя на его рисунок. Он напоминал оголенное мужское достоинство. — Как вам не стыдно!

— Это собака, а тебе, пигалица, видать уже замуж пора! — мрачно произнес Мистер Флетчер, переворачивая рисунок ко мне. Он усмехнулся, пока я приходила в себя.

В дверь постучали, а потом зазвенел колокольчик. Я успокоила класс, дала задание и направилась к двери.

— Если че, — послышался голос мистера Флетчера. — Я не участвовал в драке на Бернстрит! И ничего про нее не знаю!

Я набралась смелости, дошла до двери, открыла ее, видя на пороге полисмена. Он был круглым, ниже меня на половину головы, но при этом при параде. Два помощника стояли позади него, а я улыбнулась.

— Мы разыскиваем убийцу Говарда Кэмптона! — произнес полисмен, бегая цепкими глазками по мне.

— Вы так смотрите на мое декольте, словно я его там прячу, — строго и сухо ответила я, намекая, что это неприлично!

— А вдруг? — совершенно спокойно и строго спросил полисмен, сверкнув саблей. — Вдруг у вас там преступная группировка! Нам дали ориентировку!

Он раскатал перед моими глазами бумажку, на которой был изображен портрет мистера Флетчера.

— Вы с ума сошли?! Обвинить четырехлетнего мальчика в убийстве… — произнесла я, так, выплюнула слова. — Флетчер, не бойся, иди сюда… Не бойся, дядя не обидит…

Из комнаты шел мистер Флетчер, правда без цилиндра с огромным старым медведем в руках. Вид у него был трогательный и милый. А еще он косолапил.

— А кто эти дяди? — спросил мистер Флетчер, одергивая штаны.

— Это полисмены, — ответила я, беря его на руки. Медведь выпал, а мистер Флетчер заплакал, пока я его успокаивала.

Растерянные полицейские чувствовали себя идиотами, пока я утешала мистера Флетчера.

— Эм… Мы ошиблись, мэм… — переглянулись они, видя, как я отряхиваю медведя и даю его в руки ребенку. — Простите!

Мне козырнули и с топотом направились обратно. Я закрыла дверь, как вдруг услышала ругань, грохот и «Ты цел, Митчелл?»

— Тьфу, — произнес мистер Флетчер, которого я спустила на пол. Он сгреб медведя и потащил его в чулан со словами: «Дружище, спасибо за алиби! Ты еще пригодишься!»

— Надеюсь, это не вы, мистер Флетчер, — произнесла я, видя, как он прячет медведя в чулан и надевает цилиндр.

— Конечно не я, пигалица! Он сам упал на нож! Я просто его там забыл! — усмехнулся мистер Флетчер, приглаживая волосы и вертанув на голове цилиндр. — А еще, как человек он был дерьмо!

Вдруг в дверь постучали, а я открыла, видя Патрика. Он влетел внутрь, бросая сумку с газетами. От нее дышало морозом, а Патрик протянул мне газету и выдохнул: «Смотри!»

Первое, что я увидела, — нашу с принцем фотографию в обнимку. Если бы я не знала о том, как это случилось, я бы решила, что мы — двое влюбленных… Только бы они так не подумали…

— У его высочества принца есть тайная возлюбленная! Что скажут король и королева, узнав, что это — девушка из народа! — прочитала я, оседая по стенке.

Глава 23. Принц

— Что значит, меня собираются женить?! — закричал я, влетая в кабинет отца.

Мать в нежно-голубом муслиновом платье сидела в кресле, а ее прическу качало от веера. Министр Кингкнайт стоял возле стола, а отец сидел в кресле, читая газету.

— Это как называется? — сквозь зубы произнес я, чувствуя, как меня переполняет ярость. — О таких решениях предупреждают заранее, дорогие родители!

Мне ткнули в лицо газетой, а я изумленно поднял брови. На фото была эта самая дамочка из приюта, с которой начались мои неприятности. Газетчики запечатлели тот момент, когда я ее поймал. Со стороны это выглядело, как будто бы у нас и вправду роман!