Прилавок

Сцены из жизни захолустья.

ЛИЦА:

НАДЕЖДА – дородная продавщица неопределенного возраста.

РАЗУМНОВ ИГОРЬ АДОЛЬФОВИЧ – предприниматель, хозяин магазина, спокойный сдержанный мужчина, 50 лет.

КОЛЬКА – пацан 14 лет, высокий, худой, одет бедно, с полукриминальным лицом.

АЛТЫН – невысокая полная женщина, тип лица восточный, в одежде присутствуют элементы национального колорита.

ПЕТРОВИЧ – отставной офицер, интересный мужчина, 60 лет, одет небогато, но элегантно.

АНФИСА ГАВРИЛОВНА – одинокая вдова, совершенно дряхлая старушка.

СВЕТЛАНА – студентка, живая, активная девушка.

ЮНОША – студент, молодой человек Светланы.

ВОДИТЕЛЬ – мужчина средних лет, одежда в пятнах от машинного масла.

Парни, прохожие, покупатели без речей.

Между первым и вторым действием проходит десять дней.

Между вторым и третьим действием проходит три месяца.

Сцена представляет небольшой продуктовый магазин. В центре – прилавок, за ним дверь в подсобку. Налево входная дверь, рядом с ней застекленный отдел с бакалеей, фруктами, направо – на переднем плане торговое оборудование с мясной, рыбной, молочной продукцией, дальше – окно, сквозь него видна автобусная остановка.

Явление первое.

Надежда стоит за прилавком, открывает коробки с печеньем, проверяет и расфасовывает товар.

НАДЕЖДА. Затяжное…десять килограмм. Все правильно. Просрочки нет. Оплату можно только через неделю…хорошо…Дальше…что тут? У-у-у, лома сколько. Возврат или уценку…(отодвигает коробку в сторону). Здесь…Ласена в шоколаде. Наконец-то! Бабуля обрадуется. И свеженькое…ммм (берет печенюшку, пробует). Восхитительно! Где ж тут документы? (Роется в бумагах.) Что у нас с ценой стало? А, кстати, не очень-то и подорожало. Хоть что-то…

Входит Алтын, отряхивает одежду от дождя.

Явление второе.

Надежда и Алтын.

АЛТЫН. Ох, и погодка! Морось какая-то: то ли снег, то ли дождь. Не поймешь.

НАДЕЖДА. Да, не говорите. Грязищи сейчас будет, ужас…Я утром проскочила еще, минус был. А сейчас совсем развезло.

АЛТЫН. Слякоть. Молочко свежее?

НАДЕЖДА. Да, уже привезли. Три с половиной процента, два и шесть – вчерашнее.

АЛТЫН. Тогда пожирнее давайте. Еще хлебушка.

НАДЕЖДА. Как обычно?

АЛТЫН. Да.

Надежда достает хлеб, молоко. Алтын задумчиво оглядывается, рассматривает витрину с сыром.

НАДЕЖДА. Сырок еще хотите взять?

АЛТЫН. Да вот не знаю. Вроде бы есть еще немного. Твердого если только…

НАДЕЖДА. Сейчас только белорусский. А эти не очень…кусочки остались. Ждем из района. У них там паводок, по дорогам тяжело сейчас.

АЛТЫН (машет рукой). Тогда не надо. К празднику забегу.

НАДЕЖДА. Ах, да, у Вас же где-то тут навруз?

АЛТЫН. На следующие выходные. Мука не подорожала? Тоже надо будет взять. Родня приедет, ой-ой-ей. Целый день баурсаки печь с дочками будем…

Надежда отрицательно мотает головой. Алтын расплачивается, укладывает покупки.

АЛТЫН. Прям не хочется на улицу.

Надежда смеется. В магазин заходит компания молодых людей лет 16-18, среди них Колька. Алтын уходит.

Явление третье.

Парни толпятся возле прилавка, высматривают пиво.

КОЛЬКА. Сигареты есть?

НАДЕЖДА. Совсем обнаглели? А-ну, кышь отсюда.

КОЛЬКА. Мы взрослые уже.

ПЕРВЫЙ ПАРЕНЬ (на вид старший из всех). Да-да. Во-о-он, техникум знаете на той стороне? Перерыв у нас.

НАДЕЖДА. Паспорт где? Шелупонь!

КОЛЬКА. Мы же все равно купим!

НАДЕЖДА. Ты у меня поговори еще. В зеркало посмотрись, хм…взрослый!

ВТОРОЙ ПАРЕНЬ. Ну, забыли паспорт, че такого-то? На нашем районе вообще никто не спрашивает. А вы прям строгая такая (улыбается, достает пачку сигарет, в которой осталось всего пару штук). Заканчиваются…курить-то охота.

НАДЕЖДА. Без документа не продам: ни пиво, ни сигареты. Можете даже не высматривать. Если больше ничего брать не будете – идите (машет рукой). Идите-идите…

Парни недовольно ворчат, направляются к выходу, чуть не сталкиваются с Петровичем, который входит в дверь.

Явление четвертое.

Надежда и Петрович.

Надежда смотрит в окно, где на автобусной остановке появляются парни, покинувшие ее магазин. Они недовольно жестикулируют и машут руками.

НАДЕЖДА. Ишь, еще малого скуривают!

Петрович ходит по магазину, присматривается.

ПЕТРОВИЧ. Девушка, мне килограмм творога. Сметанки. А вот еще осетров не вижу. Вчера заходил – были.

НАДЕЖДА. Есть, есть. Большой остался только (достает, показывает).

ПЕТРОВИЧ. Пойдет.

НАДЕЖДА. Может быть, икорки возьмете?

ПЕТРОВИЧ. Да, вроде не заказывали мне дома (смеется). Та-а-ак, что еще? Лимоны?

НАДЕЖДА. Есть.

ПЕТРОВИЧ. Две штуки. И, наверное, еще яблоки и апельсины.

НАДЕЖДА. Сколько кило?

ПЕТРОВИЧ. По шесть штук каждого.

Надежда взвешивает все, считает. Петрович пересчитывает деньги.

ПЕТРОВИЧ. Ух ты, десять рублей не хватает. Тогда, давайте, я вам крупной дам.

НАДЕЖДА. Нет-нет, я сдачу последнюю отдала, вообще без размена останусь. Занесете потом. (Смущенно.) А можно спросить у Вас? Почему вы фрукты всегда по шесть штук берете?

Слышится шум подъехавшего автобуса, часть парней с остановки уезжает, Колька и остальные уходят из поля зрения.

ПЕТРОВИЧ. Так по количеству едоков! Десять рублей, не забыть…

Петрович укладывает покупки. Входит Светлана, за ней Колька.

Явление пятое.

Те же, Светлана и Колька.

СВЕТЛАНА. Скажите, пожалуйста, что это за рыба у Вас такая красивая?

ПЕТРОВИЧ. Осетр.

СВЕТЛАНА. А-а-а. Дорогая. Видела такую. Ни разу не пробовала. Как же ее готовить надо? Столько денег заплатить – это ж надо не испортить.

ПЕТРОВИЧ. Да можно и просто с лимоном запечь в духовке – отлично получится, трудно его испортить. Царская рыба! У нас дома осетрина в горшочках фирменное блюдо. Еще от бабушки рецепт достался. Шкурку, хрящи, шипы удаляем, по небольшому кусочку каждому в горшочек получается и туда же картошечку, тимьян, немного грибков добавляем, лучок. Водичкой чуть-чуть залить и в духовку. Пальчики оближешь на выходе: жирно, изысканно и сытно.

НАДЕЖДА. Голову и хвост на уху хорошо. Наваристый супчик получится.

ПЕТРОВИЧ. Ваша правда. Супруга обычно еще налима добавляет. Такой вкус необычный получается. Вы не представляете.

СВЕТЛАНА. Каждый день такое не поешь.

ПЕТРОВИЧ. Конечно. На праздник-то можно. Юбилей как-никак. Если свежего брать, еще дороже. Но я поездил по магазинам – не нашел.

НАДЕЖДА. В рыбных бывает в аквариумах плавают, выбирай – не хочу.

ПЕТРОВИЧ. Как-то не попались в этот раз…Ладно, счастливо, хороших продаж.

НАДЕЖДА. Спасибо. Вам хорошо погулять!

Петрович уходит.

Явление шестое.

Надежда, Светлана и Колька.

НАДЕЖДА (сурово Кольке). Чего опять?

КОЛЬКА. Да, лапши растворимой, самой дешевой, четыре пачки.

НАДЕЖДА. Держи. Куда тебе курить-то? Мелкий еще. Смотри у меня.

Колька, насупившись, пересчитывает мелочь, чтобы рассчитаться.

СВЕТЛАНА. Мне яиц, зеленый горошек. И вот сыр я у Вас брала, мягкий такой…не помню…моему парню понравился.

НАДЕЖДА. Косичку имеете ввиду?

СВЕТЛАНА. Нет, он же соленый, а тот, наоборот…

НАДЕЖДА. Вот этот, смотрите, он как раз пресноват…На салатик берут, знаешь с колбаской там, зеленью. У нас вон свеженькую привезли из теплички.

Светлана. Ну, давайте тогда и листья салата возьму. Они уже подешевле стали. А мы с кириешками делаем. У девчонок попробовала…(смотрит на сыр, который достает Надежда). Ой, это наверное, не тот. Вы тот раз отрезали кусочек, а этот в упаковке.

НАДЕЖДА. Фасовка разная. Производитель один и сорт. Тогда может быть не было такого. Кому маленькие кусочки нужны, быстро в этой упаковке разбирают.

СВЕТЛАНА. Ах, да! Точно. Помню был, на развес подешевле был. Я поэтому взяла.

КОЛЬКА. Здесь все. Набрал. Спасибо.

Колька кладет на прилавок деньги, забирает лапшу быстрого приготовления, уходит. Светлана за ним. Из подсобки выходит Разумнов.

Явление седьмое.

Надежда и Разумнов.

Надежда пересчитывает мелочь.

РАЗУМНОВ. Откуда это у тебя такое богатство? Целая гора на сдачу теперь.

НАДЕЖДА. Да, мальчонка! У нас там на Поселковых в малосемейках живет. Родители пьют, иной раз такими голодными глазами смотрит, что мы с Танькой уже и не знаем, что делать.

РАЗУМНОВ. Слышал-слышал. Она говорила, зимой хотела накормить, так он отказался. Испугался или что, непонятно.

НАДЕЖДА. Гордый же! Кто ж признается, что дома жрать нечего, а родители бухие? Стыдно ведь…А мальчик хороший, дочка в параллельном классе у меня…башковитый говорит…сейчас только болтается по улицам много, компания какая-то…пропускать стал, скатился.

РАЗУМНОВ. Значит, надо не просто так кормить, а за работу. Подумаем, давайте. Так-так. Следующий раз увидишь, скажи, чтобы подошел, когда у нас приемка товара. Поможет разгружать. А там видно будет. Что там по заявкам?

НАДЕЖДА. Я вот список накидала, что заканчивается. Еще вот… Казашка заходила сегодня, у них через неделю этот праздник их…как его…Конфеты, баранину всегда сметают накануне…Забыла…ишь ты…Ну, масленица ихняя.

РАЗУМНОВ. Да-да, навруз. Молодец, что вспомнила. Только это новый год!

НАДЕЖДА. Да, ну Вас, Игорь Адольфович. Никогда такое не запомню! Да и зачем мне? То байрам, то ураза, то этот самый навруз. Что это за праздники? Вот Пасха, Новый Год я понимаю. Главное, чтоб товар был. Закажите…вот…(протягивает листок с записями). Я по прошлому году помню, как повалили узкоглазые…Район-то у нас…

РАЗУМНОВ. С этим понятно. По фруктам – Турции не будет уже. И с ценников убери.

НАДЕЖДА. Обижаете. Давно уже сделали. Зачем гусей дразнить? Я б и сама не купила.

Входит Анфиса Гавриловна.

Явление восьмое.

Те же и Анфиса Гавриловна.

АНФИСА ГАВРИЛОВНА. Здравствуй, дочка.

НАДЕЖДА. Здравствуйте. Сегодня Ваше любимое печенье наконец пришло.

АНФИСА ГАВРИЛОВНА. Это которое же?

НАДЕЖДА. Ну, как же? Неужели не помните? Овальное такое, рассыпчатое. Вы еще всегда брали и говорили, что больше всех оно Вам нравится.

АНФИСА ГАВРИЛОВНА. То самое?! Ой, радость-то какая! В шоколаде?

НАДЕЖДА. Точно. Свежайшее, с чайком-то самое-то!

АНФИСА ГАВРИЛОВНА. Тогда сразу грамм пятьсот возьму (кивает на Разумнова). Не отвлекаю я Вас? А-то по делам наверное, а я тут со своим.

РАЗУМНОВ. Что Вы, что Вы. Мы как раз обсуждаем, чего бы еще нужного нашим покупателям подвезти.

АНФИСА ГАВРИЛОВНА. Надюша всегда помогает. Ничего дурного не посоветует (подмигивает Надежде). И цену подскажет…и повторит несколько раз…Я ж слышу плохо…Иной раз ничего понять не могу.

Разумнов что-то передвигает за прилавком.

НАДЕЖДА. Сегодня за чем пожаловали?

АНФИСА ГАВРИЛОВНА. Я вот из больницу, с анализов…Ноги совсем ходить перестали. Пришла к нашей врачихе, а она…возраст говорит…что вы хотите. Что ж мне теперь лечь и умереть что ли?

НАДЕЖДА. Это все погода. Вон молодые даже жалуются, то давление, то голова…

АНФИСА ГАВРИЛОВНА. Да-да, у меня соседка снизу совсем молодая еще. Семидесяти еще и нет, а падает. Сама и не ходит почти. Все сын на машине возит…А я-то одна…мне так нельзя.

НАДЕЖДА. Ласену я Вам уже взвешала. Мяска, сырку, молочка?

АНФИСА ГАВРИЛОВНА. Молочко мой Петечка любил. Он в войну, знаешь, как без него страдал. Говорит, фронтовые сто грамм бы на стакан молока променял. Так любил. А я-то только для каши и беру. Знаешь гурьевскую как я делаю? Первое дело это вязкую манку сварить да орехи хорошенько прокалить на сковороде. А потом все это на форму в духовку и, главное, слоями уложить: каша, грецкий орех, ягоды, пенки, потом еще можно слой. Такое, знаешь, пудинг даже, а не каша получается. Я с абрикосами по осени делала, так…(замечает часы). Батюшки, мне ж таблетку через полчаса пить. Потом доскажу. А-то доковылять еще надо старухе…Вырезку бы мне помягче, да батон. И побегу уже.

НАДЕЖДА. Не хворайте, Анфиса Гавриловна.

Надежда выкладывает на прилавок батон, кусок мяса. Анфиса Гавриловна расплачивается, складывает покупки в старую холщовую сумку, шаркая ногами, медленно выходит.

Явление девятое.

Надежда и Разумнов.

РАЗУМНОВ. А бабуля ничего так отоварилась! Самое дорогое мясо взяла.

НАДЕЖДА. Да много ли ей надо. Помните, карбонат дорогущий у нас был. Так эта старушка его уплетала за милую душу. Через день специально за ним заходила. Ей, должно быть, уже под девяносто. У них там, говорят, надбавки за каждый год…еще и за войну плюсом…Тыщ двадцать небось выходит. Не у всех рабочих такая зарплата. Но знаете, Игорь Адольфович, есть и такие, кто последние копейки за буханку хлеба отдает.

РАЗУМНОВ. Да, знаю-знаю, Надя. Что ты мне говоришь? У меня вон сосед на площадке – инвалид. У него вся пенсия на лекарства уходит. Одна пачка восемьсот рублей! А их ему пить постоянно…А ведь и жить на что-то надо! Или, помнишь, дед к нам все раньше заходил, худой такой…без руки? Все хлеб да перловку покупал. Молчаливый. Таня разговорила его как-то перед Днем Победы. Прикинь, разведчик…на мотоцикле всю войну. Я даже и не знал, что такие батальоны были. Так вот, внук-наркоман все ордена продал, сидит на шее. Дожидается, когда пенсию принесут, отбирает все и на месяц пропадает. А старик живи, как знаешь. Давно, да, его у нас не было? Может и умер уже. Совсем доходяга был.

НАДЕЖДА. Ну, да, был такой. Может и не умер…Он вроде хотел в дом престарелых идти, сдаваться. Там и уход, и общество как никак. Все тянул. Непутевого внука своего жалел…как бросить его. Ясно ж, что пропадет.

РАЗУМНОВ. Знаешь, если наркоман сам не решил завязать, то никто не спасет. Ни деньги, ни желание, ни сочувствие. Тебя же за собой в пучину и утащит.

НАДЕЖДА. Иной раз забегут…глаза ничего не видят…кричат, сладенькое давай…халву там, бананы сушеные. Страшно смотреть прям. Бывает, что и совсем молодые, а уже конченые (вздыхает). А стариков жалко…

РАЗУМНОВ. Надо подумать, что можно сделать. Давайте подумаем.

На остановку подъезжает автобус, из него выходит толпа. В магазин заходит сразу несколько человек.

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Сцена разделена на две части. Налево помещение магазина, направо покосившаяся автобусная остановка с убогим козырьком.

Явление первое.

На остановке.

КОЛЬКА (лопатой откидывает снег). Только бы сегодня товар привезли. Вроде тот раз водила сказал, что они сюда по средам ездят. Если только срочные заявки какие-то, то не успевают. В обед бы привезли, очень бы классно получилось. Я тогда уже освобожусь пораньше. Хотя сегодня-то без разница, целый день могу ждать. Только б не завтра. Завтра кровь из носу свободный день нужен. А-то опять откладывать. Тем более каникулы, когда еще? Вдруг не привезут? Что тогда? Подводить-то тоже не хочется. И опять снег выпал, только все убрали. Встанет все. Вдруг не проедут к нам. Вон едва ползут, аварии с самого утра (слышатся автомобильные гудки). Че-т я забыл, чья смена сегодня. Танька? Или теть Надя? Если позавчера Таня, то у них там два через два…Блин. А когда я заходил последний раз? Да, что гадать?! Щас уже придет кто-нибудь. Увижу. Без пяти уже.

К остановке подъезжает автобус, из него выходит Надежда.

Явление второе.

Колька и Надежда.

НАДЕЖДА. Ты чего тут в такую рань?

КОЛЬКА. Сами ж видите, снег ночью шел. Щас солнце выйдет – поплывет все. Апрель же все-таки, тепло уже днем. Лучше сразу убрать, пока не раскисло, чем потом с этой жижей возиться.

НАДЕЖДА. Каникулы же! Спал бы уже. С утра вскочил. Да и Игорь Адольфович не в курсе. Он, конечно, заплатит. Мужик молодец! Но все равно.

КОЛЬКА. Да мои придурки как горланить под утро начали. Все равно с пяти утра никакого сна уже. Думаю, лучше к магазину все подходы разгребу, разомнусь. И мне потом геморроя меньше и покупателям вашим зайти нормально можно будет. Вон всю неделю по картонкам да кирпичикам скакали. Я все думал, как навернется кто, ору будет.

НАДЕЖДА (смеется). У нас население и не к такому привыкло. Сейчас ехали, так будто в телеге. Все друг на друга валятся, но молчат. А что делать? Такие ухабы…даже не стиральная доска, а словно минное поле… Ямы как-будто воронки от снарядов…(открывает ключом дверь магазина). Коль, я тогда подожду, как ты закончишь. Чайку попьем, надо обсудить кое-что. Там коробки тяжелые…раз ты здесь, нам надо будет…Или ты по своим делам пойдешь?

КОЛЬКА. Нет, теть Надь. Я, наоборот, сегодня если что надо, целый день готов трудиться. Мне б завтра выходной.

НАДЕЖДА. Это куда ты собрался-то? Смотри у меня. У нас же овощи с базы должны привезти. Там такой экспедитор противный, никогда не поможет. Хоть надорвись ему, свою задницу никогда не поднимет!

КОЛЬКА. Нуу, может они все-таки сегодня приедут. Тут секция недалеко открылась бесплатная, кикбоксинг. Всего три остановки. Наконец, я смогу пешком доходить. И форма не нужна…я узнавал. Пока каникулы хочу записаться да про тренировки все узнать. А-то вдруг наберут уже и не примут. У нас же, сами знаете, больше негде заниматься.

НАДЕЖДА. А-а-а, ясно. Будем надеяться сегодня привезут, а-то надо будет шефа дергать, чтоб подстраховал тогда. Я-то одна их не разгружу. Спорт – дело хорошее. Лучше, чем по подворотням шататься.

КОЛЬКА. И меньше своих алкашей видеть буду. Не хочу, как они стать…

Надежда заходит в магазин. Колька уходит за остановку.

Явление третье.

В магазине за прилавком стоит Надежда. Некоторое время часть сцены, где остановка, пустая. Постепенно улица оживает. С разных сторон на остановку идут люди, из подъезжающих автобусов выходят пассажиры, кто-то курит, ожидая нужный транспорт. Некоторые из прохожих заходят в магазин, делают покупки, выходят. В магазине то образуется очередь, то всего 1-2 покупателя. Надежда работает, достает товар, пересчитывает деньги, поправляет витрину и ценники.

Алтын и Петрович выходят из двери магазина.

ПЕТРОВИЧ. Ну, да, сказали подвезут. Мне в принципе к субботе надо. Мы знаете, ногу целиком на вертеле жарим.

АЛТЫН. Тут хозяин, молодец. Свежее все. Я только конину на базаре беру.

ПЕТРОВИЧ. Я вот тоже хотел как-то на пробу взять. Ни разу не ел. Так жена отказывается, говорит, не знает как готовить. Рецепты ей поискать в интернете, что ли? Или предрассудки у нее насчет конины? Не знаю.

АЛТЫН. Вам русским непривычно. А мы ее и в манты, и просто варим и едим. Знаете, есть один простой рецепт паровых котлет. Конина, масло и черствый хлеб. Или еще лучше свежий творог вместо него. Два раза через мясорубку, молока добавить и массу взбить. Вот вам самый вкусный фарш, хоть котлеты, хоть биточки, хоть зразы делайте. Знаете, у нас…

Уходят. К магазину подъезжает грузовик, из него выпрыгивает водитель, открывает кузов. Из-за магазина выбегает Колька, начинает таскать ящики с овощами.

Явление четвертое.

На остановке.

Колька выходит, отряхивая руки. Анфиса Гавриловна проходит в магазин.

Колька и Водитель.

КОЛЬКА (протягивает руку). Ну, все покедова. Когда теперь к нам?

ВОДИТЕЛЬ (пожимает плечами). Как начальство. Мое дело простое: путевой лист в руки, за баранку и вперед. Дороги у вас тут…блин…как везде…не проедешь. У меня подвеска уже…Слушай, у меня корешь колым в область взял. Завтра на складе ему погрузиться не поможешь? Сказал работы на пару часов. Подработаешь, а-то там парни ненадежные. Понимаешь, ему простой не нужен, вернуться надо в тот же день. Техника дорогая, аккуратно поставить надо. С улицы какие-нибудь синяки придут, грохнут чего-нибудь, потом проблемы будут.

КОЛЬКА. Завтра не могу. Тренировка. Если только с самого утра. Там во сколько надо быть?

ВОДИТЕЛЬ. Да, не знаю. Он сам ждет. Заказчик после обеда должен его сориентировать.

КОЛЬКА. Тогда номер давай. Я позвоню. Может и выгорит что. А склад где?

Из магазина выходит Анфиса Гавриловна.

ВОДИТЕЛЬ. Вооон (машет рукой куда-то в сторону). Тут недалеко. Знаешь, где бывшие цеха были?

Колька кивает. Дверь магазина открывается, из нее выглядывает Надежда.

Явление пятое.

Те же, Надежда, Анфиса Григорьевна.

НАДЕЖДА (кричит). Постойте! Вы опять конфеты забыли!

Анфиса Гавриловна идет, не слышит.

НАДЕЖДА. Анфиса Гавриловнаааа! Ребята, верните ее…не слышит.

ВОДИТЕЛЬ (Анфисе Гавриловне). Бабуля, куда без покупок-то побежала? Возвращайся!

АНФИСА ГАВРИЛОВНА. Что-что, сынок?

КОЛЬКА (громко). Расплатились, а взять конфеты забыли!

Анфиса Гавриловна роется в сумке.

АНФИСА ГАВРИЛОВНА. Ой, батюшки, точно. Дырявая голова. Совсем дурная стала! Давеча чуть хату не спалила. Утюг забыла, платье свое нарядное сожгла. В чем теперь на танцы бегать, а? (Подмигивает Кольке.)

НАДЕЖДА. Что ж Вы так! Ничего нельзя оставлять. И себя и других подожжете.

Анфиса Гавриловна и Надежда заходят в магазин. Водитель уезжает, Колька уходит. Входит Разумнов.

Явление шестое.

РАЗУМНОВ (разговаривает по телефону). Адылбек, приветствую. Слушай, такое дело, мне тут на баранину заказ. Что там у тебя? Да, да, конечно, лучше так. Сразу в деньги. Адылбек, да мне все равно племянник, сват…хоть сосед…Если ты за качество ручаешься. Только объясни там ему, как проехать. Знаешь же, у нас путепровод строят, плутать надо. Пусть лучше со стороны вокзала заезжает. А тоже возит, знает, да? Ну, добро…добро. Как сам-то? Торговля? Безусловно, сейчас всем тяжело. Вроде продукты идут, но все равно. Надо подумать что-то все равно. Что? У вас на селе еще и бюджетникам задерживают? Беда! На что покупать-то? Вот колом и стоит…Прорвемся…не впервой уж. Ну, все, добро, давай. Завтра-послезавтра ждем. Только до субботы привези. Деньги, если что, девочкам оставлю, отдадут. Лады, счастливо!

Анфиса Григорьевна выходит из магазина, Колька из-за остановки.

Явление седьмое.

Разумнов, Анфиса Григорьевна, Колька.

Анфиса Григорьевна доходит до остановки, останавливается, в задумчивости стоит, потом хлопает себя ладонью по лбу.

АНФИСА ГАВРИЛОВНА. Ёшь твою налево! У меня ж чай закончился. Я за ним-то и пошла. И вот, всего накупила, а его забыла. Сейчас бы по таким дорогам домой пришла, а заваривать нечего (разворачивается, идет к магазину). Третий раз за сегодня возвращаюсь. Дурная голова ногам покоя не дает. Петя все, помню, ругал. Как зайдешь, говорит, ты, женщина, в магазин, глаза разбегутся…наберешь чего не попадя, а то, что нужно, забудешь. Петечка, Петечка…ох…

РАЗУМНОВ (кричит Кольке). Николай!

АНФИСА ГАВРИЛОВНА (узнает Разумнова). О, мил человек! Спасибо хотела тебе сказать (достает булку хлеба из холщовой сумки). Надо ж бесплатно хлеб нам, старикам, раздаешь. Приятно…Для нас же без хлеба – беда. В войну намаялись. Я всем своим рассказала. Мне-то не надо, я купить могу. А у кого пенсии маленькие иной раз совсем без денег…А так хлеб с чаем попьешь и человек уже…

РАЗУМНОВ. Спасибо. Осторожней тут…скользко сейчас…и сумка тяжелая у Вас.

АНФИСА ГАВРИЛОВНА. Да, набрала, а чай забыла. Ничего, сейчас возьму и домой.

Анфиса Гавриловна заходит в магазин. Колька подходит к Разумнову.

КОЛЬКА. Игорь Адольфович, здрассьте. Я уже идти хотел. Можно?

РАЗУМНОВ. Тебя Надя отпустила? (Колька кивает). Ты у нас, Николай, сегодня ни свет, ни заря! Она деньги отдала?

КОЛЬКА. Сказала, к Вам подойти.

РАЗУМНОВ. А, ну, да, правильно…Давай подумаем, как лучше. Таак…Ты на той неделе полы два раза мыл, на разгрузке сегодня…Таня записку оставляла, что листовки с акцией, как говорили, раскидал по ящикам…Надо подумать. И сегодня… (достает деньги, отсчитывает, отдает Кольке). Мммм. И вот еще тебе за инициативность. Догадался с утра прийти, снег убрать, гляди какая красота теперь (добавляет еще купюру). Хоть подойти нормально можно и не такой свинарник как везде.