Аутсорсинг на рынке ценных бумаг

§ 1. Понятие и признаки аутсорсинга

Всякое знание, претендующее на статус научного, должно полагаться на соответствующие способы внешнего выражения своей организации. Одной из многочисленных форм научного знания, наряду с аксиомами, теоремами, признаками, проблемами, гипотезами, выступают понятия и категории[4]. Последние, будучи первичными элементами системы координат любой науки, отражают связи, отношения, признаки внутрисистемных элементов между собой, а также их внешние проявления.

Соотношения между категорией и понятием, как феноменов, обладающих общим свойством – в обобщенном, абстрактном виде отражать суть явлений, его признаки и связи, не позволяет говорить об их тождестве. В соответствии со справедливыми замечаниями А. М. Новикова, Д. А. Новикова, Ю. М. Березкина, можно отметить, что категория суть самые общие, самые абстрактные понятия, обладающие минимальным содержанием. В свою очередь понятия – обобщенный абстрактный концентрат информации, относящейся к явлениям, предметам, связям[5], заключающий в себе элемент конкретного, т. е. они, напротив, наполнены определенным содержанием, позволяющим относить его к той или иной области знания.

Создание научного знания – процесс сложный и длительный. Отсутствие четкого представления о центральном понятии – залог недолговечности теоретического знания, наличия в нем противоречий, вытекающих из многоаспектности элементарных частей.

Представляется, что обозначенная проблема нашла свое отражение и в рамках понятия, признаках и роли аутсорсинга как элемента научного знания и как практического инструмента для решения задач, стоящих перед фирмой. Так, в литературе нет общепринятых определений указанного понятия, авторы пытаются отразить лишь отдельные аспекты аутсорсинга, что существенно ограничивает возможности его применения при использовании частных дефиниций. Получается, что, несмотря на распространенность в отечественной и иностранной практике, предприниматели фактически прибегают к аутсорсингу не как к единому институту, а как к разрозненной сумме инструментов для решения частных задач, стоящих перед фирмой.

Несмотря на обилие дефиниций, можно обнаружить, что обозначенное противоречие усугубляется, а точнее говоря, берет свое начало в отсутствии общепринятой системы признаков, свойственных аутсорсингу. Литература содержит различные взгляды: от чрезвычайно широких, позволяющих трактовать любые внешние отношения фирмы в качестве аутсорсинга, до откровенно противозаконных методов его применения, что негативно отражается на попытках его внедрения, в т. ч. в виде противодействия со стороны органов власти. Подобный плюрализм зачастую также обусловлен чрезмерным обобщением различных видов деловой активности предприятий и их взаимоотношений с третьими лицами[6].

Будучи эффективным управленческим решением, финансовый аутсорсинг может органично вписаться в деятельность различных участников рынка ценных бумаг. Причины, по которым данное направление является актуальным, имеют двуединую природу. С одной стороны, это связано с необходимостью соблюдения строгих государственных предписаний, обеспеченных мерами публичной ответственности, с другой – фирма не может концентрировать в штате работников-специалистов по всем отраслям законодательства и направлениям экономической науки, ведь себестоимость выпускаемой продукции напрямую зависит от издержек организации, в т. ч. на фонд оплаты труда[7].

В конечном счете, применяемый во многих областях предпринимательской деятельности инструмент аутсорсинга, хотя и имеет некоторые проблемы теоретического толка, однако это не препятствует его повсеместному применению как в существующей практике, так и в новых сферах общественных отношений. По данным исследований, еще в конце XX века в США аутсорсинг в той или иной степени применялся в 85 % компаний. Примечательно, что в современной отечественной предпринимательской практике данный инструмент также применяют, по статистике, в 63 % организаций[8], несмотря на то, что имеются пробелы в законодательной регламентации данных отношений, отсутствуют стандарты предоставления подобных услуг и единые понятные методики расчета его эффективности[9].

С другой стороны, рынок ценных бумаг – область знаний, законодательства и отношений, требующая от всех участников профессионализма. Данное требование не есть мера позитивной ответственности, напротив, государство устанавливает качественные требования к лицам, желающим стать субъектами данного рынка, что подкрепляется мерами ретроспективной ответственности за нарушение законодательства. Представляется, что данное направление связано как с фактической нехваткой высококвалифицированных специалистов в области финансовых рынков[10], так и с перманентным бременем оплаты их услуг, что может не сочетаться с редкой периодичностью участия на рынке ценных бумаг, рисками совершения правонарушений в области размещения ценных бумаг.

В связи с изложенным представляется необходимым устранить вакуум между существующими возможностями оптимизации затрат и рисков компаний различного профиля и потребностями в подобных инструментах среди субъектов рынка ценных бумаг, в первую очередь, эмитентов.

Этими обстоятельствами и обуславливается необходимость дополнительного исследования понятия и признаков аутсорсинга, а также построения алгоритма его применения эмитентами ценных бумаг.

Несмотря на отсутствие в законодательстве дефиниции аутсорсинга, фактически есть все предпосылки для его легального применения – это и возможность передачи ведения бухгалтерского учета по договору независимой организации (ст. 3)[11], и возможность передачи функций единоличного исполнительного органа посторонней организации (ст. 69)[12].

Научная литература содержит множество различных, не редко противоречивых дефиниций аутсорсинга, претендующих на положение всеобщего и универсального понятия. Так, Б. А. Аникин понимает под ним выполнение отдельных функций внешней организацией, располагающей необходимыми для этого ресурсами, на основании долгосрочного соглашения[13]. Трактовка данного определения позволяет говорить о юридической природе данных отношений, направленных на обслуживание процесса исполнения отдельных функций организации – заказчика услуг.

Ф. Н. Филина, Л. Г. Дубицкий, Н. П. Дедков определяют его как перевод подразделений предприятия и всех связанных с ними активов в организацию поставщика услуг на оговоренный в договоре срок и по согласованной цене[14]. Однако с нашей точки зрения, полная утрата заказчиком возможности самостоятельного осуществления деятельности посредством перевода всех активов в постороннюю организацию и прекращения трудовых отношений с ответственными за эту сферу деятельности работниками фактически переводит организацию на закупки услуг. Кроме того, определение явно тяготеет к услугам как основному и единственному объекту отношений. Из данных положений возникает закономерный вопрос о соотношении аутсорсинга и отдельных видов договоров. Представляется, что сугубо юридические воззрения не в полной мере отражают суть данного явления.

Вслед за приведенным определением Л. Г. Дубицкий и Н. П. Дедков конкретизируют его посредством указания на то, что аутсорсинг есть передача лишь управленческих функций[15], тем самым они заведомо ограничивают сферу его применения, исключая отношения по возмездному предоставлению работ, товаров, услуг неуправленческого характера.

В. В. Поляков и Р. К. Щенин указывают, что сущность аутсорсинга в полной мере отражают и другие явления деятельности предприятия, в т. ч. разрешение проблем организации (надо полагать, не имеющих регулярной основы) посредством обращения к специализированным компаниям, перевода производства в другой регион для его удешевления, использования работников без заключения трудового договора и пр.[16] Однако, в отличие от предыдущих авторов, они либо вовсе сводят аутсорсинг к разовым сделкам, либо рассматривают его исключительно в качестве способа минимизации издержек производства. При этом ориентация исключительно на финансовые аспекты демонстрирует метафизический подход к определению понятия, что исключает из его содержания такие аспекты как качество, риски, оперативность, подконтрольность, коммуникативность.

Другая группа авторов, таких как Г. Б. Вильский, И. Н. Гончаров[17], И. М. Синяева, С. В. Земляк, В. В. Синяев[18], С. О. Календжян[19], полагают, что аутсорсинг сводится к участию в различных холдингах на основании договора, либо участия в уставном капитале компании, в т. ч. с необходимостью организаций-членов подчиняться правилам данного объединения. С предоставленной позицией сложно согласиться, т. к., во-первых, наличествует определенная степень зависимости между хозяйствующими субъектами, что исключает передачу функций именно посторонней организации, а также самостоятельную ответственность дочерней структуры, т. к. взимание компенсаций за ненадлежащее исполнение договора с подконтрольной организации фактически означает наложение ответственности на само аффилированное лицо через недополучение им прибыли. Во-вторых, в рамках данных отношений наблюдается субординация, что исключает самостоятельность деятельности заказчика и исполнителя услуг. В-третьих, неясно, как с юридической точки зрения будут оформлены данные отношения, не исключено, что они могут нарушить антимонопольное законодательство[20]. В-четвертых, выявление налоговыми органами корыстных «схем», связанных с многочисленными соучредительствами, участием в нем аффилированных лиц, ограниченной клиентской базой аутсорсеров, регистрацией заказчика и исполнителя по одному адресу, позволяют утверждать, что сущность данных отношений противозаконна, а это a priori не позволяет относить их к аутсорсингу. Нередко подобные отношения возникают с противозаконной целью – сократить налоговое бремя[21].

Б. А. Аникин также относит аутсорсинг к более широкому понятию кооперации, т. е. установлению самостоятельными предприятиями прямых длительных отношений в целях производства однородной продукции[22]. Т. к. данные отношения подлежат оформлению сделкой, совершенно непонятно, чем кооперация отличается от отношений договора поставки, подряда[23], заключенных, например, в рамках предварительного договора. Конечно, можно списать данный спор в область юриспруденции, однако на практике мы получим некую сущность, явления которой имеют нестабильное содержание, обличенное в различные юридические формы (договоры).

По мнению В. А. Канакиной, аутсорсинг наряду с франчайзингом является частной разновидностью кооперации[24]. Однако представляется, что в своей работе автор допускает смешение нескольких форм сотрудничества договорного типа. Тем более что целевой характер данных отношений, в части распределения прибыли, отличается в каждом случае[25].

Исследования других авторов относительно содержания кооперации[26] позволяют констатировать, что кооперация – явление, обладающее экономической природой, проявляющееся исключительно в процессе производственной деятельности, следовательно, наши рассуждения относительно юридических аспектов кооперации, позволяют исключить аутсорсинг из поля данной формы экономического взаимодействия. Кроме того, кооперация имеет своей целью общие выгоды, возникающие из совместной деятельности контрагентов. Искать альтруизм в аутсорсинге проблематично, т. к. это бизнес, специализирующийся на высококлассном исполнении отдельных направлений деятельности фирмы-клиента. Следовательно, сотрудничество возможно исключительно на коммерческой основе и ради нее. Данное обстоятельство исключает некоммерческие организации из перечня аутсорсеров[27].

В монографии А. А. Дашкова и М. Д. Джамалдиновой указывается, что аутсорсинг, с одной стороны, предполагает передачу традиционных и органически присущих организации функций независимым исполнителям, в т. ч. в отношении частей бизнес-процесса, с другой – они раскрывают аутсорсинг как передачу посторонней компании отдельных задач организации, обычно не являющихся частью основной деятельности[28]. Представляется, что в данных утверждениях есть задатки истины, т. к. если в качестве традиционной деятельности рассматривать всю совокупность мероприятий, осуществляемых в силу воли собственников или во исполнение предписаний закона, то неосновная деятельность, лежащая за рамками коммерческой специализации фирмы, может быть потенциально отнесена к некомпетентной, т. е. может быть передана внешнему исполнителю без ущерба потери специализации компании, обеспечивающей ее конкурентоспособность. В силу того, что обязанности, налагаемые в законодательном порядке, не являются традиционными ни для одного коммерческого предприятия, данным полномочиям имманентно присуща склонность к передаче на независимое исполнение.

Прочие исследования данного направления, проведенные другими учеными, определяют аутсорсинг через такие понятия, как привлечение внешних ресурсов, эффективное организационное решение, делегирование прав и пр.[29] Отсутствие конкретики, высокая абстрактность формулировок позволяют слишком широко понимать данное явление.

Полагаем, что многообразие взглядов, изложенных в научной литературе, позволяет нам обозначить различные подходы к пониманию сущности явления аутсорсинга. Так, среди значительного многообразия определений[30] лишь немногие точки зрения можно обобщить, группировать и выделить методологические подходы к пониманию аутсорсинга. Так, Г. Б. Вильский, И. Н. Гончаров, И. М. Синяева, С. В. Земляк, В. В. Синяев, С. О. Календжян придерживаются структурного подхода, согласно которому аутсорсинг является фактором, объединяющим организации на основе холдинговых отношений, через участие в уставном капитале, договорное сотрудничество, что предполагает общий интерес к совместной деятельности. Полагаем, что, с учетом предложенной критики, данный подход содержит в себе значительное число противоречий, однако, столь массовое понимание аутсорсинга в научной литературе не позволяет упускать из виду данные точки зрения.

Инструментальный (функциональный) подход подразумевает реализацию отдельных работ организации посторонней компанией, обладающей соответствующими ресурсами, в т. ч. путем реорганизации, выделения активов. Данную концепцию поддерживают Б. А. Аникин, И. Л. Рудая, Ф. Н. Филина, B. В. Поляков и Р. К. Щенин, Л. Г. Дубицкий, Н. П. Дедков, А. В. Вострецов, Р. В. Иванов, А. Г. Шатохина, О. А. Соловьева, В. А. Канакина, К. Ю. Воробьев, Ю. В. Долженкова. Нужно отметить, что отличительной чертой данного подхода является акцентирование внимания не просто на передаче функций, но также и на возложении рисков, ответственности на исполнителя[31].

Наконец, И. Д. Котляров, И. А. Ещенко, В. С. Витко, Е. А. Цатурян, М. В. Нечипорук, С. Ефимова, Т. Пешкова, Н. Коник, С. Рытик, О. С. Безвидная, Н. Беляева изучают аутсорсинг с нормативно-правовых позиций, раскрывая его сущность через особенности договорных связей сторон.

Как видно из множества дефиниций, авторы, так или иначе, познавали лишь явления сущности аутсорсинга, обходя последнюю стороной. Полагаем, что дальнейшие исследования должны лежать в иной плоскости, открывающей новый взгляд на понятие. Представляется, что точность и универсальность формулировки дефиниции аутсорсинга возможно обнаружить исключительно через познание и выявление его признаков, в противном случае любое определение будет носить сугубо субъективных характер, не опирающийся на устойчивую систему признаков. Как верно отмечает А. Г. Шатохина, многообразие дефиниций, стремящихся раскрыть сущность аутсорсинга, не позволяет выявить его природу, определиться с аутентичными признаками данного явления[32].

Так, Б. А. Аникин и И. Л. Рудая выделяют в качестве признаков длительность отношений обслуживания, разработку индивидуального подхода к каждому клиенту и закрепление выработанного подхода в договоре. А также перемещение функции, процесса в организацию исполнителя для их более полного соответствия требованиям рынка или потребителей[33].

Дальнейший анализ тематической литературы выявляет ее скупость на авторские трактовки, либо повторение существующих взглядов[34]. Во всяком случае, представленные признаки допускают необычайно широкие интерпретации, что требует проведения дополнительного исследования. Например, заключение организациями соглашения, по типу договора простого товарищества, предполагающего промышленную кооперацию в виде перераспределения и специализации деятельности, в соответствии с приведенными критериями может быть расценено как аутсорсинг, что, как было показано ранее, им не является. В связи с этим видится объективная необходимость проведения развернутого анализа существующих признаков и введения новых.

Первое, что стоит выделить, поставщик товаров, работ и услуг должен быть реально существующей организацией, ориентированной на широкую клиентскую базу, что позволяет ему окупать расходы на оплату высококвалифицированного персонала и иметь долю чистой прибыли. Можно упрекнуть автора в надуманности и искусственности данного положения, однако анализ литературы, основанной на изучении правоприменительной практики, показал, что нередко подобные схемы, связанные с фиктивным характером деятельности исполнителя услуг, применяются заказчиками путем учреждения дочерней организации. В итоге деятельность аутсорсера сводится к обслуживанию одной фирмы (либо небольшого их числа), а так же сопряжена с налоговыми махинациями[35]. Таким образом, бенефициаром в данных отношениях выступает заказчик услуг. Стоит ли говорить, что тем самым попранными остаются требования трудового законодательства, ввиду переоформления работников на организацию аутсорсера с сохранением полновластия прежнего работодателя-заказчика услуг. Нарушаются публичные интересы, связанные с искусственным и необоснованным снижением налогового бремени.

В научной литературе содержатся признаки, позволяющие выявить организации, взаимоотношения которых базируются на заведомо противозаконной основе. К ним относятся регистрация и фактическое местонахождение аутсорсера по адресу заказчика услуг, дублирование штата работников аутсорсера и заказчика, в т. ч. наличие массовых фактов увольнения и приема на работу в течение короткого промежутка времени[36]. Завышенная, по сравнению с рыночными показателями, стоимость услуг аутсорсера, явное отсутствие экономической выгоды у заказчика услуг (по сравнению с затратами на содержание собственного штата работников). А также отсутствие материальной базы в фирме аутсорсера, что предполагает работу в месте нахождения, на оборудовании, с материалами заказчика[37].