Жизнь времени во вселенной

Собакотья

Все события и персонажи вымышлены, любое совпадение имен и событий с реальными являются случайностью.

Это началось в полночь. Ко мне на кровать запрыгнул кот, да так, что я проснулся. Он медленно, не отрывая взгляда от меня, двигался по кровати к моему лицу. Подойдя почти вплотную, он уселся рядом.

– Вставай, – сказал он. Я от неожиданности и удивления рухнул с кровати, стащив за собой одеяло вместе с сидящим на нем котом. С визгом и мяуканьем мы свалились на пол. Я тут же вскочил на ноги, стою и смотрю на кота, он на меня. Пытаюсь понять, мне привиделось или приснилось. Минуты две мы смотрим друг на друга, хлопая ресницами. Как две курицы с выпученными глазами.

– Очухался? – вновь произнес он. Я вскрикнул и схватил первое, что попалось под руку. Это оказалась нелепая мягкая игрушка со смешным голосом и глупыми фразами. Отбросив ее в сторону, я схватил игрушечный световой меч, почему-то он мне показался более внушительной защитой.

– Успокойся, хватит истерить… Это я, твой кот. Дракоша. Не боись, не обижу. Но у нас серьезная проблема. Нужна твоя помощь.

– Погоди, погоди, погоди…

Я медленно садился на пол, держа перед собой на вытянутых руках меч, направленный в сторону кота.

– Ты умеешь говорить? Че тогда ты… как вообще это… почем ты возмжа забыл раньше котгда не, а сейчас…

Столько мыслей путалось в голове, фразы пытались вместе вылететь изо рта, так что получалась какая-то белиберда. И тут я увидел лицо кота. Эта гримаса на его морде выражала полное непонимание. Удивленные глаза, расширенные зрачки в выпученных глазах, слегка приоткрытый рот, одно ухо торчит вверх, другое прижато, как при охоте, голова немного наклонена в сторону и вбок. В этом выражении читалось типа «я что, его сломал, он что, с катушек слетел, все, хана, что ль» – примерно такие мысли, как мне казалось, должны были крутиться у него в голове.

Увидев, что я затормозил на нем, он выпрямился. С морды исчезла глупая гримаса.

– Ну что, так и будем дальше ерундой страдать или поговорим? И убери от меня эту дурацкую светящуюся палку. Я уже давно ее не боюсь, поначалу – да, она меня пугала, но не сейчас.

Я выключил световой меч и убрал в сторону.

– Вот хорошо… – сказал он. – Теперь давай попробуй сосредоточиться и перевести весь предшествующий бред на нормальный русский язык. Только не затягивай, времени мало.

Сердце продолжало бешено колотится, только сейчас я понял, насколько я был потрясен происшедшим, и понял, почему кот на меня так смотрел. Весь взъерошенный, с огромными глазами, вспотевший и несущий бред. Отличный кандидат в психушку. Да еще с этим световым игрушечным мечом. Да уж, картинка…

– Фуф… – выдохнул я. – Д-давай поговоседуем… – начал я, спотыкаясь в словах. Взяв небольшую паузу и проглотив все те слова, которые толпились у меня в горле, я попытался начать сначала.

– Ты Дракоша. Наш кот. Живешь с нами уже пять лет. Так?

– Да, – кивнув головой, ответил он.

– Угу… – неуверенно повторил я. – Все это время ты мог говорить и молчал?

– Видишь ли, кодексом животных нам, как и всем другим животным, запрещено разговаривать с людьми и приматами, но также существует и естественная защита – с восхода солнца до полуночи мы не можем говорить, вместо этого каждый вид выработал особую форму общения звуками, жестами, мимикой. Некоторые, такие как дельфины, вообще ушли так далеко, что теперь никто не может с ними общаться, никто не может забраться на их уровень ментального – мысленного общения. Так и повелось, кто-то мяукает, лает, каркает, хотя есть и исключения – попугаи косят под дурачков, типа копируют людей, а на самом деле тупо издеваются. И как ты теперь понимаешь, единственно возможное для нас время поговорить с другими – это ночь. Отсюда и основная наша ночная активность.

– То есть ты хочешь сказать, что все животные умеют разговаривать, но не смеют?

– Да, именно так. За исключением дельфинов и приматов.

– А что с ними не так?

– Ну, про дельфинов я тебе уже рассказал. А вот приматы, особенно человекоподобные обезьяны, давным-давно нарушили кодекс, претендуя на то, что они равны с вами и не являются частью животного мира. После чего совет пришел к мнению лишить их привилегии разговаривать, и за долгие годы они очень сильно деградировали и стали эволюционировать в обратную сторону. Ты ведь понимаешь смысл этих слов – «деградировать», «эволюционировать».

– Да. Я не так уж мал и глуп, как может показаться, и прочел немножко книжек, – ответил я с гордостью. Хотя выражение морды кота меня тут же приземлило обратно. И я вдруг вспомнил все те глупости, которые я с ним проделывал, как я его мучил. И кот, будто прочитав мои мысли или определив их по выражению моего лица, многозначительно качал головой, укоризненно смотря мне в глаза. От осознания я опять вспотел и покраснел. С того самого момента, как только в нашей семье появился котенок, мы со старшей сестрой преследовали его везде. Мне было тогда 4 года, и многое, наверно, мне прощалось, только вот с возрастом лучше не становилось, и именно поэтому мне стало очень стыдно за все то, что делал, за свое поведение.

– Ладно, не будем о прошлом, что было, то было, – многозначительно сказал кот. – Теперь о главном. Сегодня я нарушил кодекс, и тому есть причина. Знаю, меня по голове не погладят за это, но смотреть, как исчезает наш мир, я не собираюсь.

– О чем это ты?

– Много лет назад… ну, может, не так много… произошло нечто ужасное, о чем умалчивают все свидетели тех событий. Было наложено вето. Никто и никогда не должен был упоминать и тем более рассказывать о тех событиях. Только вот животные втайне передают некоторые обрывки той истории. Никто не знает, с чего все началось и что послужило причиной, но в результате было рождено существо в недрах одной из пещер. Долгие годы оно росло и копило злость, ненависть, боль людей и животных. Грядет тот день, когда оно выйдет на свет, на поверхность и начнет поглощать все на своем пути. И только ты, точнее, твоя семья, можете помешать этому.

– Почему мы?

– Это существо как-то связано с вашей семьей. И первым делом оно придет за вами. Только уничтожив вас, оно гарантирует себе бессмертность.

От таких слов я полез опять на кровать, накрылся с головой одеялом и крепко зажмурил глаза, надеясь проснуться от необычного сновидения. Какое-то время лежал под одеялом. Потом поднялся.

– Почему ты заговорил со мной, а не с папой? Ведь я самый младший. Ну или хотя бы с сестры начал.

– Ну да. И что, по-твоему, сделал бы отец со мной после первых моих слов?

– Выкинул бы тебя в окно. В лучшем случае, – сказал я.

– Ну это еще не самое страшное из представляемых мной последствий.

Кота аж передернуло. Видимо, от того, что он себе вообразил. Наш папа хоть и любил кота по-своему, но спуска ему ни в чем не давал и строго реагировал на плохое поведение. А тут сложно себе представить, что могло произойти со словами от кота «здравствуй, папа, я твой кот». Ненадолго я представил, как кот вылетает из окна, получает по голове чем-нибудь тяжелым… ну и еще парочку схем развития событий…

– Слышь, ну хватит фантазировать и сотри эту ухмылку с лица, – прервал мои фантазии кот.

– Я было хотел заговорить с нашей сестрой. Ведь для меня вы семья. Ты мой брат, она сестра, мама, папа, кроме вас я больше никого не знаю. Вы – это все, что у меня есть, мы – все, что есть друг у друга, хотя порой мы этого и не понимаем. Конечно, у вас есть еще родственники, друзья, а у меня только вы. А поскольку у нас с тобой небольшая разница в возрасте и потом, ты более безрассудный, чем сестра, мой выбор остановился на тебе.

Когда он говорил эти слова, слова, которые я и раньше слышал от родителей, в школе, но не придавал им значения, тут вдруг они зазвучали для меня как-то по-новому. Я как будто оказался на месте кота, взглянул его глазами на нас, на семью. Я почувствовал, что вот-вот заплачу. Схватив кота, я сильно прижал его к себе. Подавляя слезы, я сказал:

– Я постараюсь сделать все, что от меня зависит, чтобы наша семья никогда… слышишь, никогда не разлучалась. Чтоб мы всегда были вместе.

Дракоша что-то прошептал, взвизгивая то ли от счастья, то ли от боли. Но в эту минуту и он, и я были как единое целое, с общими мыслями и эмоциями.

– Что делать надо? – спросил я, вернув кота на место. На секунду мне показалось, нет, не показалось, из его глаза текла слеза. Кот быстро и невозмутимо вытер ее лапой. Гордо поднял голову и сказал:

– Я думал, задохнусь.

– Прости, – сказал я.

– Ничего, бывало и похуже. – Он улыбнулся и подмигнул.

– Да. Прости, – снова сказал я.

– Не так давно со мной заговорила синичка, прилетавшая на отлив за окном. Она мне и рассказала обо всем. Еще она сказала, что нам помогут. Тысячи животных, нарушив кодекс, ищут спрятанный артефакт. Что-то, что поможет победить существо. Нам остается только ждать и надеяться. Многие уже погибли, некоторых преследует орден кодекса, пытаясь остановить. Но несмотря на это, все больше животных и детей становятся нашими союзниками и пытаются найти оружие.

– Что такое орден кодекса?

– Животные. Призванные защищать правила. Защищать кодекс. Они боятся потерять власть. Боятся стать ненужными. Они думают, если нарушить кодекс, мир повергнется в хаос. И отчасти они правы, но не во всем. Представь, как много животные могут рассказать людям, и не только те, что живут рядом с вами. Те, которых беспощадно истребляют в угоду тех или иных потребностей. Хотя и мы не всегда паиньки. Я думаю нам есть что сказать друг другу. Но это потом. Сейчас мне нужно подготовить тебя.

– К чему? Что, тренировки начнутся?

– Если б были такие тренировки, которые могли бы нам помочь, но я таких не знаю.

Наступила минутная тишина. Словно он готовился к чему-то, что-то важное нужно было сказать. Но он не знал, с чего начать.

– Короче… – выпалил он. – Завтра все начнется. Существо, наверное, уже вылезло из своей пещеры и направляется к первому, ближайшему городу. Завтра или послезавтра мы узнаем. Весь мир узнает о нем. Так что к школе можешь не готовиться. Завтра это будет уже неважно. Завтра, когда все проснутся, я не смогу говорить, поэтому ты должен взять ситуацию в свои руки. Постараться убедить своих родителей и сестру не паниковать, остаться дома и надеяться на правительство и военных, ну не на животных же в самом деле, и только тогда, если нам удастся, конечно, когда мы найдем артефакт, нужно будет все рассказать и попробовать понять, как оно действует. Думаю, с утра уже во всех новостях мы узнаем и о том, как быстро оно движется.

– Давай сейчас разбудим папу, маму и сестру и все расскажем. Я начну. Они поверят. Ты подтвердишь.

– Нет.

– Но почему?

– А если артефакт не найдут? Бежать некуда. И потом, необходимо как можно дольше сохранять благоразумие. Неизвестно, что больше навредит: непонятные события где-то далеко в другой стране или информация, о которой им придется узнать. Нет. Мы не будем рисковать. Слишком многое зависит от нас. Давай ложиться спать.

– Ты будешь рядом? – спросил я, укладываясь в кровать. Дракоша подоткнул одеяло, свернулся клубком и замурчал.

– Не бойся. Я всегда буду рядом, Леонид, – тихо произнес он сквозь мурлыканье. Оно действовало расслабляюще. Равномерное мурлыканье убаюкивало и успокаивало. Казалось, в мире нет ничего, что могло бы нас сейчас потревожить.

Мы уснули.

– Ленчик, – сквозь сон услышал я голос мамы. Она тихонько взяла меня за руку и тихо говорила: – Просыпайся, пора вставать, собираться в школу.

Тут я вспомнил о ночных событиях и мгновенно подскочил.

– Ну и скорость! – испугавшись моего пробуждения, сказала мама. Обычно меня «за уши» приходится вытаскивать из постели за редкими исключениями. Но сегодня особенный день, возможно последний, и нельзя было тратить минуты, секунды зря.

– А папа с Леной уже ушли?

– Да. Ты же знаешь, они уходят раньше.

– Мне хотелось с ними вместе позавтракать.

Тут подошел Дракоша и начал тереться о мои ноги, мяукая и мурлыкая. Встав на задние лапы, он уперся мне в живот и пристально посмотрел в глаза. Потом спрыгнул и пошел к миске с едой.

– Ну ничего, в обед вместе пообедаем.

– Мам, а телевизор не включали?

– Нет, а что?

– Да так. Просто спросил. Думал погоду посмотреть.

– И так все видно. Весна на улице, тепло. Все распускается.

Была уже поздняя весна. Последние недели до окончания школы. Скоро должны наступить каникулы. Под конец учебного года уроков мало и поход в школу, особенно для начальных классов, скорее данность, чем необходимость. Вот и сегодня у меня было всего три урока и тренировка.

За обедом начался разговор о необъяснимых событиях в соседних странах. На севере и востоке в соседних государствах происходили загадочные события. Прервалась связь с ними. Любые попытки наладить связь были безуспешными. Отправленные группы бесследно пропадали на территории, когда-то густонаселенной. По новостям крутили фотографии со спутников, но из-за густой облачности над всей территорией разглядеть что-либо не представлялось возможным. Также говорилось и о продвижении этого циклона к нашим границам – в ближайшее время он окажется уже в нашей стране, как говорилось в сообщениях, это произойдет к вечеру. Но поскольку это было довольно далеко от нас, примерно в 6 тысячах километров, в нашей самой западной части волнений и паники не было. Менее чем за сутки циклон преодолел около 1,5 тысяч километров, двигаясь в разных направлениях с разной скоростью без видимой логики направленности.

Но мы-то знали, что оно ищет и кого оно ищет, и что это совсем не циклон, а ужасное порождение злобной части нас самих. То, что было рождено нами, не задумываясь, не осознавая, людьми, животными, сейчас нас же и уничтожает, так же безжалостно уже к нам.

Вечером все следили за происходящим. Сводки постоянно поступали, и в новостях можно было видеть – узнавать о перемещении циклона и о захвате новых территорий. В стране был введен режим чрезвычайной ситуации. По-прежнему не было информации о самом циклоне и о том, что происходит внутри его границ. С тревожными мыслями мы готовились ко сну. Папа подготовил рюкзаки для каждого с необходимыми вещами, документами и средствами выживания – связи. Школу на завтра отменили. На работу выходили только службы, от которых зависит функционирование систем города, и экстренные службы. По улицам ходили патрули из добровольцев, полицейских и военных.

Наконец все уснули, хотя папа долго не ложился, ходил по квартире, выглядывал в окна. Но после маминых уговоров лег спать. Я чуть не уснул, несколько раз клевал носом в ожидании, когда в квартире все уснут и мы сможем поговорить с Дракошей.

– Ну наконец-то все уснули, – заходя в комнату, произнес Дракоша. – Пошли скорее. Открывай балкон. Только тихо, не разбуди никого.

Он подошел к балконной двери. Я открыл дверь, и мы вышли на балкон.

– Теперь открывай окно.

Он указал на окно балкона, так как у нас балкон был застеклен. Я открыл окно. И тут же из темноты в него влетела маленькая птичка – синичка и уселась на подоконнике рядом с котом.

– Здравствуйте, – произнесла она тихим, едва слышным голоском. Его тонкое звучание усложняло восприятие.

– Привет. Давай рассказывай скорее. Скорее… – задергался кот, все время подгоняя синичку.

– Нашли. Едва успели. Сейчас несут его сюда.

– Что нашли, что несут? – дергался кот. Она смотрела на меня. Думаю, ее тревожил тот же вопрос, что и меня самого. Как я могу победить то, что не могут остановить тысячи людей и животных. Подлетев ко мне, она уселась прямо на голову. Видимо, чтобы я лучше слышал.

– Точно не могу сказать, как оно выглядит. Его несут птицы, передавая по цепочке. Знаю только, что оно небольшого размера, почти с меня, и круглое вроде.

Она больно клюнула меня в лоб и отлетела, в то время как я пригнулся в рефлексе от боли.

– Это еще за что? – спросил я.

– Я просто хотела проверить. Уточнить. Это что, он? Вернее, это он? Ты уверен? – обращалась она к коту.

– Слушай, я нас не выбирал. Вспомни. Ты сама прилетела и сказала, что мы должны спасти мир. Так что не к нам вопрос.

– Да я сама в шоке.

Она летала по балкону и щебетала.

– Короче. Вас просят выдвигаться навстречу.

– Куда? Навстречу? Ты вообще видишь, что на улице делается? Мы ж не птицы, улететь не умеем, а на улице нас тут же схватят и конец.

– Подожди, кот. В какую сторону нам надо двигаться?

– На восход. Эта штука узнала, что артефакт был найден. И теперь преследует его и тех, кто его несет. Теперь у нее есть конкретная цель и направление.

– Это мы.

– Да. А я полетела. Пока, пока… Не-е-е-е… нам хана, точно хана… – говорила она, уже вылетев в окно, как бы сама с собой.

– Вот же мелочь. Лети давай отсюда. Хана – это мы еще посмотрим, – кричал ей вслед кот.

– Тихо ты.

Я схватил его за морду и попытался зажать ему рот.

– Птыщка, – сквозь зажатый рот произнес он.

– Значит, так. Сейчас потихоньку собираемся и выходим. Я напишу записку своим.

– Куды ты собрался посреди ночи. Может, дождемся их дома? Насколько далеко мы уйдем? Ну сам подумай.

– Слушай, пока мы здесь сидим, там гибнет все живое. И чем раньше мы его встретим, тем больше у нас возможность спасти как можно больше.

Вдруг из-за спины раздается голос:

– Ты чего не спишь и с кем ты тут разговариваешь?

В дверном проеме стояла сестренка.

– Ну вот, попали, – произнес кот и медленно попятился под стол.

– Это кто? Кто это сказал? Кто здесь? Вылезай.

– Тихо, Лена. Не разбуди родителей. Заходи и закрой за собой дверь. Сейчас я тебе все покажу и расскажу.

Настороженно, с подозрением она зашла и прикрыла дверь. Не отводя глаз от того, кто скрывался под столом.

– Ты чего задумал? – продолжала она.

– Ты, пожалуйста, сядь на стульчик. Ничего страшного я не задумал.

Я отвел ее от двери и усадил на самый дальний от двери стул, таким образом, чтобы она не смогла быстро выскочить из комнаты, не встретившись со мной.

– Дракоша, выходи.

Кот высунул морду из-под стола. Осторожно взглянул на сестренку. И как бы для перестраховки сказал «мяу». Только вот это произвело обратный эффект. Ведь он сказал «мяу», а не мяукнул по-кошачьи.

– Слышь, мяу!!! – сказал я недовольно и слегка раздраженно. – Давай по-нормальному.

– А по-нормальному это как – по-кошачьи или по-человечьи? – шептал он. В этот момент я увидел, как у моей сестры потихоньку увеличиваются в размерах глаза. Лицо принимает неестественный вид и становится похоже на сумасшедшего кролика из мультика «Алиса в стране чудес». Рука тем временем лихорадочно шарит по соседней тумбочке в поиске чего-нибудь. И – о чудо! – она находит мой световой меч. Включает и направляет его в сторону Дракоши.

– Что, опять? – в голос сказал кот. – Не… у вас это что, семейное, что ль?

– Лен, Лен, погоди. – Я перехватил ее на полпути к коту с занесенным над его головой оружием. Ну, световым мечом. Кот уже в прыжке летел в сторону занавесок на окне. – Стой, остановись. Выслушай меня.

– Да, да, выслушай его, – вися на шторах, подтверждал мои слова кот.

– У…м…а…тт…ть.

Только звуки смогла выдавить из себя она. Тут раздался звук рвущихся штор. Под весом кота они начали резаться под его когтями, и он медленно стал съезжать вниз, пока не оказался на полу.

– Ну вот опять. Слушай, давай оставим ее, пока она не в сознанке, и сбежим по-быстрому.

Сев напротив Лены, я стал рассказывать все с самого начала.

Честно говоря, после того, что я рассказал, я не особенно рассчитывал на понимание и содействие с ее стороны. Придя в себя и выслушав все не перебивая, она какое-то время сидела и задумчиво смотрела в черное окно.

– Так, – сказала она. Да так, что от неожиданности Дракоша аж подпрыгнул на месте.

– Да ладно. Опять, – раздосадованно сказал он. Понимая, что кошачья натура всегда будет опережать его разумные действия и рефлексы.

– Вдвоем вы никуда не пойдете. Это будет долго и опасно. Сейчас мы разбудим родителей и все им расскажем.

– Но…

– Никаких но. Если нам удастся их убедить, тогда они нам помогут, а на машине это будет гораздо быстрее и безопаснее. А самое главное, мы сможем намного дальше уехать.

Сложно спорить со старшей сестрой. Тем более когда она говорит здравые вещи. Говоря откровенно, нам самим не очень-то хотелось уходить посреди ночи неизвестно куда, да еще пытаясь не попасться на глаза патрулям.

В отличие от нашей встречи с котом, родителей мы подготовили основательно. Начала Лена. Уверенно и настойчиво она отбилась от полуночного раздражения родителей и, не теряя времени, начала скрупулезно и настойчиво все объяснять. Такой я свою сестренку еще никогда не видел. Обычно она вела себя скорее как «ленивец», не торопясь, вразвалочку. Таким был стиль ее жизни. Но сейчас она предстала перед нами во всей красе, даже родители были ошарашены и всерьез прислушивались к ее словам.

Затем пришла наша очередь. Все это время я и кот стояли в дверном проеме, позади Лены и только изредка поддакивали. Дракоша пока сдерживался. Видимо, у него в голове все еще прокручивались возможные последствия, о которых мы говорили с ним предыдущей ночью. Мы медленно вошли в двери родительской спальни.

– Давай, Драко. Представься, – попросила Лена. Кот с опаской, осторожно запрыгнул на кровать, в которой полулежа-полусидя все еще находились родители, и скромно произнес:

– Доброй ночи.

Да. Все-таки не до конца нам удалось подготовить родителей. Думаю, они все-таки надеялись, что все сказанное нами – это только игра, затянувшаяся в наших головах и затянувшая нас из реальной жизни. И развеять эти глупости должен был кот, его неспособность говорить и мыслить как разумное существо.

Но мы увидели, как в лице меняются родители после, да и во время короткого приветствия кота, сидящего на их постели. И борьбу папы с самим собой, и мамы. Видно было, как они пытаются принять какое-то решение, но оно дается им очень нелегко. Я взглянул на кота. Мне показалось, что он уже попрощался с жизнью и прикидывает, как бы получше лететь через окно, со страхом вглядываясь в глаза родителей и на окно. Прошла не одна минута. Две, наверно. По-честному, из-за напряжения, в котором мы находились, я потерял счет времени.

– Дети. Дракоша. Оставьте нас с папой на минутку, – произнесла мама. И все. Стало сразу легче. Думаю, мы все свободно выдохнули.

– Не извольте беспокоиться, мы уже уходим. Да, и простите за занавески, – необычайно быстро отреагировал Дракоша. Спрыгнул с кровати и убежал в комнату. Родители подозрительно с замешательством проводили его взглядом.

– Мы сейчас оденемся и выйдем к вам.

Мы вышли в общую комнату.

– Ух. До сих пор поджилки трясутся. Когда папа на меня так смотрит, я готов сквозь землю провалиться, – говорил кот, встречая нас в зале, вальяжно прохаживаясь между нами и запрыгивая на диван.

– Падайте рядом. Будем ждать вердикт от начальства. Теперь мы уже ничего не решаем.

– Спасибо тебе, Лен. Я даже не ожидал, что ты так…

Я не смог подобрать слово, которое могло выразить все достоинства и мое восхищение.

– На здоровье. Только я все время думаю, а как мы найдем тех, с кем должны встретиться, и как они поймут, где мы. Не промахнуться бы. Одно дело сидеть и ждать дома, они, по крайней мере, точно знают… Ну я надеюсь. Точно знают куда лететь. А там… где?

– Вот и я о том же. Пытался ему втолковать, а он включил храбреца и давай. Пошли, пока мы тут сидим, там люди гибнут. Если мы не встретимся, промахнемся. Спасать уже будет некого и некому, – вклинился в диалог кот.

– Об этом-то я не подумал.

– Ну так. Это всегда не было твоей сильной стороной. Обычно сначала думают, а потом делают. У тебя ж все наоборот, и то только после волшебного пенделя от родителей вы начинаете задумываться, – продолжал кот.

– Да. Как папа говорит: «Волшебный пендель от родителей призван не только стабилизировать индивидуум, но и заряжает ребенка энергией на длительное время, преобразовывает аккумулированную энергию и направляет ее в нужное русло, на благо ребенка и всех окружающих. Способствует умственному и физическому развитию ребенка. Учит терпению и выносливости», – процитировал я папины слова. Конечно, эти пендели носят чисто эмоциональный характер и никогда не причиняли физической боли. Они давали нам понять, что мы сделали что-то не так и пора прекратить, заняться чем-то более полезным, «созидательным». По большей части наказывали нас словами, никто так не может вразумить, жестко, рассудительно и по делу.