- -
- 100%
- +
Москва – Валенсия 2022 год.
КРУПНЫЙ ПЛАН: Лицо мужчины с закрытыми глазами и приоткрытым ртом.
Крупный план отъезжает на СРЕДНИЙ: Мужчина в белой футболке, в джинсах и в черных кроссовках лежит на заднем сиденье автомобиля. Машина в движении.
ОБЩИЙ ПЛАН (сверху): Внедорожник едет по широкому проспекту большого города.
ТИТР: Российская Федерация. Москва. Настоящее время.
ЗАКАДР: Что есть сознание? Функция мозга способная объяснить природу мысли? Психически рациональное отражение действительности?
Это явление высшего порядка в философии и в биологии, оно имеет с десяток определений в широком и узком смыслах. Но сказать совершенно точно можно только одно – каждого человека однажды покинет сознание. На время или навсегда.
Люди, пережившие повторное возвращение в реальность запомнят такое на всю оставшуюся сознательную жизнь. Ведь это очень сильное эмоциональное поле.
В данный момент чувство возвращения сознания испытывает 29-ти летний Николай.
КРУПНЫЙ ПЛАН: Лицо мужчины с закрытыми глазами. Движение пересохших губ в жаждущих воды.
––
КРУПНЫЙ ПЛАН: Лицо того же мужчины, но со старомодными бакенбардами. Мужчина в состоянии смятения. Быстро шагает вниз по ажурной лестнице на фоне многочисленных тревожных голосов.
ОБЩИЙ ПЛАН: Александровский зал зимнего дворца. Николай в общевойсковом офицерском мундире начала XIX века в сопровождении свиты быстро проходят по залу. Слушает сбивчивый доклад полковника в мундире жандарма.
– … лейб-гвардейцы, около 800 сабель, окружение все еще невозможно, гренадеры предположительно 2й батальон, не меньше тысячи, подходят к литейному мосту, возможно уже прошли мост, на миллионную продолжают стягиваться…
ТИТР: Российская Империя. Санкт-Петербург. 26 декабря 1825 год.
ЗАКАДР: Что есть страх? Реакция высшей нервной деятельности на опасный внешний раздражитель.
Длительная реакция (фобия, тревога) медленно разрушает особь. Быстрая реакция (испуг, ужас) может помочь выжить в критической ситуации. А может и не помочь. Наоборот, погубить. Все зависит от конкретной особи.
СРЕДНИЙ ПЛАН: Николай со свитой выходят через арку зимнего на Дворцовую площадь. Их встречают два десятка солдат преображенского полка. Личная охрана Императора.
О.П. Дворцовая площадь. Со стороны Миллионной улицы походным шагом по площади движутся солдаты гренадерского полка. Личная гвардия берет Императора в «каре» для защиты.
С.П. Корнет-мятежник гренадерского полка поднимает кулак.
– На местееее стой!
К.П. Лицо Николая. Лицо корнета.
Группа жандармов выстраивается в шеренгу лицом к мятежникам. От шеренги отделяется капитан и бежит в сторону каре.
– Ваше императорское величество… – По лицу Николая капитан понимает, что всякий доклад не имеет содержания и смысла. Бегом возвращается к шеренге жандармов.
Корнет поворачивается к солдатам, берет у гренадера штуцер с пристегнутым штыком и передает ему свой пистолет.
– Братцы! Конституция, свобода, равенство, братство! Ура!
– Урааа! – отвечают солдаты.
– Рота! За мной в перед бегооом марш! – Корнет бросается в перед.
Около сотни мятежников бегут в сторону шеренги жандармов и стоящего за ней каре с только что провозглашённым Императором.
Жандарм с правого края шеренги дрогнул и отбежал в сторону, остальных сходу сметают гренадеры. Корнет вырывается вперед.
Строй каре, вид сверху.
– За мной в две шеренги становись – звучит команда офицера личной гвардии.
Каре молниеносно перестраивается пред Императором в две шеренги
– Тоовсь, цельсь, пли!
Ружейный залп по мятежникам. Несколько солдат падают на бегу.
– Вторая заряжай, первая на штык! – задняя шеренга перезаряжает штуцеры, передняя ощетинилась штыками на мятежников.
Расфокус с ракурса взора Николая. Звуковая какофония. Фокусировка.
Вид сверху на Дворцовую площадь. Дистанция между мятежниками и солдатами с императором сокращается.
Генерал эн шеф преображенского полка обращается к Императору, не смея прикоснуться к нему рукой. Пытается, но одергивает руку. Снова пытается. Одергивает.
– Николай Павлыч, умоляю, вам надо укрыться во дворце, молю за мной…
Поручик преображенского полка поднимает саблю перед шеренгами защитников.
– Тоовьсь, цельсь, пли!
Ружейный залп.
Картинка набегающих солдат с ракурса взора Николая замедляется. Голос умоляющий императора замедляется. Движение десятка пуль замедляется и останавливается в пространстве.
ЗК. Если страх парализует особь, то естественный отбор не позволит ей выжить. Линия должна прекратиться. Однако сложное устройство человеческого социума может обойти закон эволюции.
Тело Николая мерцая исчезает из стоп-кадра.
––
Машина движется по проспекту. За рулем мужчина за сорок. Лежащий на заднем сиденье Николай приходит в себя.
В пустоте первое чувство – это вкус. Вкус ржавчины. Второе – чувство пространства. Всплывающее сознание определяет вкус во рту. Есть ржавчина и она во рту. Потом слух, он усиливается со звоном. Свет расширяется из точки в мутное пятно. Первое воспоминание – это вода. Есть вода и появляется сильное желание пить. И только потом просыпается эго. Есть я! В этот момент зрение четко выстраивает фокус. Сознание вернулось.
Николай открывает глаза. Медленно садится. Смотрит на руки, трогает лицо и волосы, щупает свою странную одежду и начинает осматриваться. Глядит на водителя и встречается с ним взглядом в зеркале заднего вида.
– Вау, Коленька очнулся, банжур! Bienvenue dans le cirque (ТИТР: Добро пожаловать в цирк (фр.)). Держи!
Водитель бросает на заднее сиденье пластиковую бутылку с водой. Николай жадно сжимает ее, размышляя как открыть.
– Нажми на белый колпачок, вставляй в рот и соси.
Николай жадно пьет воду. Быстро выпивает.
– Мало, я знаю. Держи еще – бросает еще одну бутылку – Соси Коля, соси!
– Кто вы? Где мы?
– Ты в цирке, я же сказал. Представление вот-вот начнется.
Николай в зеркало смотрит в глаза странному незнакомцу. Водитель часто отводит взгляд на дорогу.
Николай высказывает единственно возможное для него предположение.
– Корнет гренадер… сразил меня штыком. Это стало быть, не иначе у меня горячка…
Николай уставился в окно. Тревожно смотрит на течение городской жизни. Машины, прохожие, высотные здания, городской гул и сигналы клаксонов. Его охватывает паника, руки нервно трясутся.
– Да не бзди. Тот корнет и все мятежники ваш строй обойдут. Ты им не нужен, они спешат соединиться с лейб-гвардейцами на Сенатской. Такой у них приказ. – Ухмыляясь водитель смотрит в зеркало – А убить тебя поручено Каховскому. Мутный тип из обедневших дворян. На твое счастье у него в башке слишком много тараканов. Мятеж будет подавлен в тот же день. Тебе ничего не грозит, о ты, жестокосердный царь.
Тревожность Николая усилилась. Услышанное никак не соответствовало происходящему вокруг.
– Твой мир поставлен на паузу, а в твоей голове сейчас рождается ураган. Пока он не набрал силу нужно кое-что поправить. Скоро ты все узнаешь, а пока вот что…
Машина остановилась на светофоре. Водитель поворачивается к пассажиру, смотрит ему прямо в глаза.
– Хочешь снова стать Самодержцем Всероссийским и прочая прочая, вернуться домой хочешь?
Николай лихорадочно кивает головой. Водитель протягивает ладонь, в которой лежит маленькая белая таблетка.
– Вот возьми, положи на язык. Это поможет расслабить твое паническое сознание. И помни, ни единого слова 120 секунд.
Николай пальцами берет таблетку. Рассматривает подозрительно. Зеленый сигнал светофора, машина продолжает движение.
– Если бы я хотел твоей гибели, то зачем по-твоему весь этот спектакль? Открывай пасть, клади на язык и считай до 120-ти. Ne m'énerve pas, Nicole! (ТИТР: Не беси меня, Николя (фр.)).
Николай помещает таблетку на язык.
Слизистая оболочка языка. Таблетка мгновенно впитывается. От нитевидных сосочков по внутри гортанному руслу вещество стекает в кровоток.
Внедорожник движется. Николай смотрит в окно и шепотом начинает отсчет. Раз, два, три…
Лобная доля коры головного мозга. Взрывообразный разлет нейронов в оба полушария и в гипофиз.
Глаза крупно. Расширение зрачков.
––
Человек в белой, обтягивающей одежде неподвижно зависает в черной пустоте на спине. Голова запрокинута назад, глаза закрыты, руки и ноги отвисают вниз.
Бледное лицо зависшего человека. Глаза резко, широко открываются.
– Есть пауза!
– Нить та же? – спрашивает гулкий голос исходящий отовсюду.
– Еще раньше. Восстание декабристов. Начало восстания. – глаза бледнолицего закрылись.
– Объект изъятия сам царь? – интересуется тот же мистический голос.
– Не точно, нужно еще время.
– Не спеши, тут у нас времени целая бесконечность.
––
Что есть счастье? Это состояние особи в котором достигнута высшая точка удовлетворения бытия данного индивида.
Движение внедорожника. Наезд на заднее правое окно. Счастливое лицо Николая за стеклом. Руки расслаблены держатся за подлокотник.
Клетки желёз позвоночной особи вырабатывают специальные сигнальные вещества – гормоны. Когда резко изменяются условия окружающей среды, то гормоны мгновенно выбрасываются из желез в центральную нервную систему.
Гормоны – это инструкция по выживанию, которую не надо читать. Организм действует автоматически.
Но есть гормоны особенные, очень скупые и редкие. Серотонин, эндорфин, дофамин, окситоцин. Это гормоны счастья.
Николай из машины в деталях рассматривает происходящее за бортом. Упорядоченное движение транспорта и отдельные опасные маневры. Гудки. Машины с проблесковыми маячками. Сирены. Блондинка подкрашивает губы управляя машиной. Прохожий с собакой на поводке. Рекламные баннеры. Рабочий в ярко желтом жилете косит газончик мотокосой. Человек в костюме зебры раздает листовки прохожим.
Николай не знает прошло ли 120 секунд. Он сбился со счета уже на 15 секунде. У него нет больше ни одного вопроса. Только восхищение от того, что он видит. Николай очень хочет выйти из этой тесной повозки. Он хочет стать соучастником этого бешенного ритма.
Машина двигается медленно в плотном потоке.
– Ленинский проспект, 45 – Николай прочитал вслух адресную табличку на фасаде многоэтажного дома.
Водитель довольно улыбается.
– Вау, Коля, привет.
– Я предельно понимаю все, что вижу – Николай положительно кивает – Это есть божий промысел, великий замысел…
– Мдаа, тебя бы сейчас на танцпол, во бы ты там расчехлился. Но рано Коля, рано.
– Что сие означает, Ленинский? Почему так назван проспект?
– В честь Ленина, он же Ульянов. Революционер. Вождь русских якобинцев.
Светофор. Красный сигнал. Машина тормозит
– У вас, Романовых с этим человеком тесная семейная связь. – улыбка приобрела еще боле демоническую ухмылку. – В честь этого Ленина назван не только проспект. Много, много чего еще. Дохера чего. В этой Стране, все еще.
Николай кивает, как бы говоря – иначе не могло бы и быть. Но шофер жесток.
– После того, как ты самоубился царствовать стал сынок твой, Алексашка…
В сознании Николая рождается картина. Небывало реалистичная.
– Александр Николаич Второй, император-освободитель. Он казнил брата Ленина. А этот Ленин, потом казнит его внука, твоего правнука, царствующего. Вместе с женой, царевнами и цесаревичем. Всех под нож пустил. Дворян, помещиков, офицеров и прочая прочая.
Николай замотал головой выказывая протест услышанному.
– Французской революции даже не снилось то, на что способна русская. Про Падение Жиронды помнишь? – водитель в зеркало смотрит в глаза Николаю, тот кивает – в России оно тоже будет, только зовется октябрьским переворотом.
Николай, вцепившись в подголовник переднего сиденья жадно смотрит на водителя, взглядом умоляющим продолжения рассказа.
– Рылеев, Бестужев-Рюмин, Пестель, Муравьев-Апостол и собственно Каховский. Этих пятерых ты казнишь, остальных отправишь гнить на каторгу. А кто они все? Восставшие против тебя столбовые дворяне. Опора твоей власти – зеленый сигнал, водитель переводит взгляд на дорогу, машина трогается – Так что, Коленька, восстание черни сделаешь неизбежным именно ты, в рот тебе пулемет.
– Как вас зовут, вы кто, почему вы столь непристойно ко мне обращаетесь, куда мы направляемся…
– Придержи коней, красавчик – водитель изображает серьезную мину – Я специально так с тобой общаюсь. Ты должен знать, что у тебя надо мной нет власти, а у меня над тобой выше крыши. Я не люблю царей, любых, ни чего личного. И потом я не твой подданный. А зовут меня Куратор.
– Это имя такое, или ваш чин? – Николай закинул ногу на ногу и внимательно рассматривает спортивные кроссовки – Во истину какой славный опиум вы обязали меня принять. Ничуть не сожалею.
– Послушай, Николай Павлович. Давай на Ты – Куратор выдерживает небольшую паузу – Я человек из этого времени и других миров не видел. Ну а ты счастливчик. Та Сила, что выдернула тебя сюда и которая взяла меня на службу не считает тебя тем, кем ты остался в истории.
С правой стороны на проспекте появляется монумент космонавту Гагарину. Николай переводит внимание на памятник. Машина приближается к монументу. Куратор продолжает говорить.
– В истории ты остался дуболомом, не далеким, жестоким солдафоном. Николай Палкин – это тебе от одного великого русского мыслителя, а скользкая медуза с усиками от другого. Крови ты им попьешь конечно сполна – Куратор смотрит в зеркало заднего вида – Оу Коля, да меня не слушаешь!
Машина проезжает мимо памятника.
– Кто этот человек? – Николай восхищен величественным монументом – Кто он?
– Его зовут Юра. Он русский Икар. Летчик, то есть небесный воин. Первый в мире человек пролетел ближе всех к солнцу, но не сгорел, как тот Икар. Вернулся на землю живой-здоровый. Первый человек в космосе.
Юра погиб тут, на грешной земле. Его очень технично убили генералы-завистники. По мне так это тоже твоя школа.
– Вы построили космическое судно – Николай как будто не услышал то, что сказал Куратор – Вы можете держать путь к звездам.
Николай внимательно смотрит на иконку открывания окна на кнопке подлокотника, понимает ее смысл и нажимает. Стекло быстро опускается вниз.
Водитель дергает руль едва не теряя управление.
– Нет нет нет Коля – поднимает стекло и блокирует управление стеклоподъемниками пассажирами – Ебучие рога… Коля, ну зачем…
––
Глаза парящего человека в белом широко раскрываются.
– Нить взята. Объект – император Николай. Вижу лицо офицера сопровождающего.
– Отлично, это куратор Персей.
– Точка локации в движении: Москва, Ленинский проспект в сторону центра. Тойота Lend Cruiser, черный. Точное время движения…
––
– У меня появилась необходимость навестить уборную – лицо Николая излучает счастье – незамедлительно.
– Придется потерпеть – лицо куратора отражает тревогу.
Из динамиков раздается тонкий женский голос:
– Персей, я Артемида.
– На связи Персей – куратор крепко сжимает руль.
– Внимание, обрыв поля защиты!
– Да, так и есть.
– Причина?
–Вина на мне.
– Причина?
– Я не заблокировал стеклоподъемники. Объект опустил стекло.
– Следуйте в четвертую Обитель.
– Есть четвертая.
– У вас меньше двенадцати минут.
– Принял.
– Я Артемида, конец связи.
В движении номерной знак на машине меняется, перевернувшись на – Е007КХ777RUS, под фарами замигали красно-синие проблесковые маячки, взвыла сирена.
Куратор жмет на газ и выезжает на встречную полосу обгоняя поток.
Машина чудом избегая столкновений пересекает Садовое Кольцо, вылетает на Большую Якиманку и снова на встречную полосу. В конце улицы появляются очертания кремлевских башен.
– Да это же Москва, мы в Москве – по-детски восхищается Николай.
Не произнося ни слова Куратор опасно маневрирует между встречным и попутным потоками, сворачивает на Софийскую набережную.
––
Софийская набережная. Под москворецким мостом резко тормозит белый фургон Форд. Двери грузового отсека открываются внутри двое в военном камуфляже. Один выбирает цель в оптику снайперской винтовки, другой из оптики гранатомета наводит перекрестие на черный внедорожник свернувший на Софийскую набережную.
В перекрестии появляется красный квадратик внутри которого мчится внедорожник. Квадратик быстро мигает.
Из Фалеевского переулка на набережную задним ходом быстро выезжает мусоровоз. Перекрывает набережную и обзор для стрелков в фургоне.
Цель не взята, цель не взята – докладывает гранатометчик.
Цель не вижу – докладывает снайпер.
Радиоэфир: Ходу, ходу, ходу!
Белый фургон задним ходом быстро приближается к мусоровозу. Стрелки пытаются найти цель.
Черный внедорожник сворачивает в открытые ворота во двор, мусоровоз уезжает.
Радиоэфир: Отставить огонь! Малыш, Толстяк отбой.
Есть отбой.
Есть отбой.
Ворчун Эскимосу.
На связи.
Готовь своих людей.
Есть, принял.
Конец связи.
––
Машина останавливается на подземной парковке. Куратор оборачивается к Николаю:
– Видишь вот тот черный рычажок – Николай кивает – потяни его на себя и толкай дверь вперед. Выходи, я отведу тебя в уборную.
Мужчины уходят с парковки по широкому светлому коридору.
– Насколько я помню этот двор, этот дом, в который мы столь занятно заехали принадлежит московскому сахарному королю – Николай хотел говорить много и не переставая – Субчик тот еще, склиз. Хам неотесанный. Из мужиков, разбогател тут у вас на торговле. Не припомните ли его фамилию?
– Да черт его знает. Сейчас это резиденция посла Соединенного Королевства. Место безопасное, но не долго. Думаю, сутки у нас есть.
– Дом английского посла вы говорите, Москва стало быть снова столица. А почему?
– Это сейчас вообще не важно – Куратор выглядит очень измотанным – Тебе сюда Коля, вот в эту дверь. Там разберешься. И на всякий смотри на меня. Ширинка открывается вот так, понял. Открыл, достал жирафика, поссал, потряс жирафика, убрал, закрыл.
– Ну вы… Это… Знаете ли…
––
Двое мужчин в деловых костюмах выходят из лимузина. Направляются к частному самолету.
ТИТР: Лондон. Аэропорт Хитроу. Настоящее время.
– Я думаю только о том, как объяснить это русским. Чем такое вообще оправдать. Штурм резиденции… И потом это весьма непростая задача.
– Русским надо просто указать на место. Власть это мы, а им просто позволено управлять территорией. При чем править так, как им это нравится. Но все может быстро закончиться.
– Эмиль, это можно говорить британской власти, но русские услышав такое теряют голову. Они опять выкинут какую-нибудь гадость. Я устану разгребать. Этот русский сектор…
– Послушай Альфред, на этот раз разгребать ничего не надо. Наоборот. Чем хуже, тем лучше. Эта Нить имеет крайне опасный потенциал. Она должна быть оборвана как можно быстрее. О цене я не хочу слышать. Риск слишком высок, скачек из резиденции мы не отследим. Сделай и точка!
– Да патрон, я это умею.
Мужчины прощаются на манер римских легионеров. Альфред поднимается на борт самолета, Эмиль возвращается к лимузину.
––
– Что ты знаешь о Боге?
Куратор и Николай сидят в просторной комнате за столом. Николай доедает сэндвич, запивает апельсиновым соком. Вопрос застал его врасплох, заставив поперхнуться.
– Господь Всемогущий – Николай взял паузу что бы подобрать нужные слова – Есть суть и смысл бытия. Явлен в трех ипостасях…
– Давай оставим святое писание. Что лично ты знаешь о нем. Чувствуешь ли, а может видишь его проявление? Постарайся ответить честно.
Николай отодвигает от себя пустую тарелку и стакан.
– Нет. Если быть честным, то нет. Ничего не чувствую. Не вижу и не знаю. Но это не значит, что его нет.
Куратор встает и подходит к висящей на стене белой доске. Берет черный маркер и обозначает воображаемый выстрел из маркера в Николая.
– Нет! Того бога, которому понадобилась зачем-то проникать в матку девственницы и будучи всемогущем творить тут всякую дичь, его нет.
– Зачем я здесь? – Действие таблетки прекращалось, Николай снова испытывает чувство тревоги.
Куратор рисует маркером на доске четыре символа: камень, над ним капусту, над ней козу и сверху человека.
– Именно об этом я с тобой и говорю. Старайся слушать не перебивая.
– Я слушаю.
– И так зачем ты здесь, как это получилось, и кто это сделал.
Нам известны четыре уровня разума. Возьмём простейшую органику. Минерал. Вот лежащий камень. Это нулевой уровень. Он просто лежит, ни на что не влияет и не реагирует.
Следующий уровень – назовем его капуста. Она воспринимает условия окружающей среды. Тянет листочки к солнцу, поджимает корни, если почва кислая и так далее. Пока понятно?
– Предельно.
– Но вот к нашей капусте подходит существо следующего уровня разума – коза. Естественно, недолго думая коза тут же начинает пожирать капусту. Но, во Вселенной капусты нет понятия коза. Капуста ни чего о козе не знает, ведь у нее нет органов чувств что бы появилась коза.
Наша капуста просто терпит смертельное бедствие, но ни осознать этого, ни что-либо предпринять она не способна. Согласен?
– Соглашусь.
– А вот в мире козы существует назойливая двуногая тварь – человек. Он приходит к ней в дом, доит каждое утро. Потом уходит. Досадная неприятность, зато он ее кормит, а то перевешивает любую неприятность. Но о том, что ее жизнь и смерть принадлежит этому человеку коза даже не догадывается.
И вот мы поднялись до человека, который считает себя наивысшей разумной величиной. Некоторые верят, что выше человека находится Бог. Наивысшее разумное существо, да еще и творец мироздания.
Дело в том, что вера не требует ни каких доказательств. Ты веришь и точка. А вот знание дело совсем другое.
– У вас имеется некое знание!? – Николая всецело захватил рассказ Куратора.
– Именно так, Коля. Но я могу рассказать тебе только то, что знаю сам. А я много чего не знаю. Существует легенда, что однажды один астроном, разглядывая звезды в телескоп вдруг воскликнул – где все? Появился так называемый Парадокс Ферми.
По теории вероятности только в нашей Галактике должно быть огромное количество высокотехнологичных цивилизаций. Но мы нашумели в космическое пространство уже на 150 световых лет. Это довольно далеко, а сами никого не слышим. Так где же все, Коля?
– Я, собственно, не имею ни малейшего представления.
– Правильный ответ – в пизде. Всякая цивилизация в своем развитии однажды упирается в некий барьер, скажем открытие радиоволн, опасные микроорганизмы или деление ядра атома. Пытаясь преодолеть этот барьер цивилизация погибает.
Наша цивилизация тоже стоит на краю гибели. Через три месяца всего того, что видишь в окно не будет – Куратор подходит к окну – красивый древний Кремль, прекрасная набережная все это будет расплавлено, воздух отравлен, а солнце скроется за толстым слоем мглы на несколько столетий.
Человечество погибнет. Некоторые мгновенно, но большинство в страшных муках. Сильные мира сего, хитрецы, укроются в подземных бункерах, но там их судьба будет еще печальнее. В подземельях установится тирания, а реальная власть перейдет к хранителям ключей от складов с водой и едой. Проблема с уменьшением запаса продовольствия будет решаться путем каннибализма.
– Это неизбежность? – Николай выглядит испуганным.
– Для этого мира, да. Все кончено. Тут сейчас разворачивается последняя битва – Куратор снова указывает маркером на слушателя – Битва за тебя, Николай.
– Моя персона имеет столь гигантское значение, от чего же? И кто с кем сражается в этой битве?
Куратор обходит вокруг стола, садится за стол и смотрит Николаю прямо в глаза.
– Хочешь знать, как и когда ты умрешь? Если ничего не менять?
– Ни в коем разе – Николай мотает головой.
– Придется. Твой генерал Февраль окажется предателем. В 1855 году тебя убьёт Крымская война, которую сам же ты развяжешь против западной коалиции. Убьёт не физически, но погибнет твоя душа. И ты будешь искать смерти. Будешь принимать разводы караулов в лютый мороз без шинели, например. Но твой сильный организм будет сопротивляться.
Война окунет тебя в реальный мир, из того радужного. Ты узнаешь много интересного о своей армии, и о том почему тотальное казнокрадство – это великое зло. Ты наконец взглянешь за красивый, наполированный фасад и увидишь там труху и плесень.
18 февраля ты прикажешь личному лекарю Мандту изготовить для тебя зелье, чтобы мгновенного перейти в мир духов. Однако Мандт, будучи человеком не опытным в таких делах что-то напутает с дозировками. Ты будешь умирать в страшных муках почти пять часов. Так страшно, что Мандт сбежит из России, слушая в след проклятия от твоей сестрицы. Хочешь такой смерти?