Прошу следовать указателям

– Ни в коем случае. – Ларри сосредоточенно поправлял календарики на стойке. – Таскать чужие книги – ее любимое развлечение.

***

Перепрыгивая через две ступени, я быстро вбежал в свою гостиную. На все манипуляции – пять минут. Я плюхнулся в кресло и отчаянно замерцал. Слава Богам оракул оказался доступен. Иногда он запирал канал связи и… Всякое бывало.

– Маркус! Слушаю тебя. – В моей голове раздался его спокойный громоподобный голос.

– Утро, Оракул. – Как обычно при сеансе связи я пришел в неуместное волнение. – Утро больших перемен для Кхалоэ.

– Ладно, ты… – Оракул замялся, – ты не интерпретируй, а говори, как есть. Прежде поздоровайся с генералом Кхаллоном.

– О! Здравствуйте и пребывайте вечно нашим верховным наместником, генерал! – Я отчего-то успокоился, хотя очевидно события уже приняли скверный оборот. – Сообщаю, что Ларри сегодня утром заказал ванильный коктейль.

Оракул коротко кивнул.

– Как я и предполагал. Давление? Вмешательство?

– Нет. – Я помотал головой, как делают жители Терры, подчеркивая отрицание. – Ничего такого. Сказал, просто захотелось.

Оракул снова кивнул.

– Спасибо тебе, Марк. Прошу оставаться в полной готовности. Теперь нужно быть особенно наблюдательным. Помни главное правило – Я повторил слова вместе с Оракулом, как никогда ясно осознавая их значение – «глаза Вселенной – не ее рука, я глаз и глас с десницей недвижимой».

После этого сигнал исчез. Еще несколько минут я просто сидел, уставившись в стену и пытаясь полностью прийти в себя.

***

Генерал чувствовал легкое отупение. Он не привык к неизвестности. Не привык чего-то не понимать. Не привык к недоступным каналам связи с какими-то парнями на том конце. На каком конце?

– Ореус, прошу тебя, объясни, что происходит. Что за мерцающий Марк? Где он? Глаза-десница-Вселенная… – Гарри безнадежно махнул рукой. – Бессмыслица какая-то.

– Наоборот, боюсь, что во всем происходящем очень много смысла и я поведаю его тебе. – Оракул глубокомысленно сложил руки на животе и опустился в кресло. – Этот парень – Маркус, мой протеже и посланник на Терре.

– Опять Терра! – Генерал закатил глаза. – Где она вообще? Какая-то дыра в зад… в самом конце Протока. Ты его туда сослал что ли?

– Отправил, так будет точнее. Вполне сносная планета, кстати. Делают не плохие коктейли. – Оракул кивнул на пустой стакан. – С этим утверждением Гарри нехотя согласился.

– Так вот, не Терре проживает твой ментальный брат, генерал.

Гарри был настолько поражен, что даже не отреагировал.

– Я представляю себе твое удивление, но такова правда. Брат этот появился на свет…

– В смысле… в смысле какой еще брат? – Гарри, наконец, отмер. – В смысле кто-то из родителей когда-то был в этом Богами покинутом углу и … Ты что вообще такое говоришь?!

– Я сказал ментальный брат! – Оракул немного рассердился и Гарри затих. – Не тревожься о чести семьи, и позволь мне продолжить.

Генерал покорно кивнул.

– Прекрасно. Так вот, брат этот появился в ту же микросекунду, что и ты. Твоя матушка, если помнишь, любила экзотические растения, вела чудесный сад и одного из сыновей, то есть тебя, решила произвести на свет там же, в саду. Волею Вселенной ты родился на растениях из Терры. Ее мягкая зеленая трава первой коснулась твоего тела, ее цветы щекотали твои ступни, а земля, черная и вязкая, липла к коже.

Гарри закрыл глаза детально вспоминая этот момент. Он вообще прекрасно помнил свое рождение, как и большинство жителей Кхалоэ. Одно из самых ярких воспоминаний всей жизни – ее начало.

– В ту же микросекунду на самой Терре неизвестная женщина родила другого младенца. На такой же поляне, на такой же земле, траве и цветах. Она просто не доехала до специального места, где они все рожают своих детей. Но в самый миг появления, в самый миг, когда ваши глаза синхронно открылись миру, протянулась прочная, неразрывная связь между тобой и Ларри.

Этого Гарри вынести уже не мог.

– Ларри… Ларри?! – Он как ужаленный вскочил с кушетки. – Так зовут моего потерянного брата? Это все шутка, Ореус?! Какое отношение к моей жизни, к нашей планете может иметь существо за сотню световых лет от нас? Какое отношение к нашей Вселенной может иметь этот отсталый, почти, что бактериальный мир? Я вспомнил эту Терру, там же у этих «людей» по две руки! По-две-руки, Ореус! – Гарри развел в сторону своими руками одна из которых была на самом деле высокотехнологичной био-клешней. – Что у нас может быть общего, если они даже не доэвоюционировали нормально? Как этот Ларри в принципе может влиять на мою жизнь, если у него своей толком нету?!

Оракул спокойно пережил эту закономерную вспышку гнева. Как только генерал сделал паузу чтобы глотнуть воздуха, Ореус сделал предупреждающий жест. Гарри замолчал. Запал пришлось погасить.

– Твое возмущение понятно, хотя и не приятно было бы для наших маленьких друзей, – сурово промолвил Оракул, – если бы они конечно были достаточно развиты, чтобы познать его. – Он примирительно пожал плечами. – Ты прав, мир их немного отсталый, частично это даже их собственная вина. Однако взглянув на великую Историю нашей Вселенной, мы нашли бы много подобных примеров. – Ореус недовольно поморщился. – Прошу тебя, не будем отвлекаться на эмоции. Вселенная не интересуется ничьим мнением, устанавливая ментальные связи. Не нужно воспринимать это на свой счет. Просто так вышло. Вы одномоментно познали рождение и осветили миры своим присутствием. Связь наступила и вот уже тридцать два года главенствует над вашими судьбами. Теперь к делу. – Оракул снова опустился в кресло, приглашая Гарри последовать его примеру. Потрясенный до самого основания, генерал молча последовал указующему жесту.

– До сего момента – Оракул незаметно перешел на высокий слог, отдавая дань уважения сему моменту, – Вселенная была на стороне Ларри. Не удивляйся, друг мой, это так. Вскоре после обретения детства, когда твой младенческий пушек уже сошел, Вселенная отвернулась от тебя, предоставив собственным силам. Ты имел выбор и принимал решения, даже в мелочах. Особенно в мелочах. Я могу назвать несколько моментов в юности, когда Вселенная удостаивала тебя своим вниманием, но в основном ты нес бремя ответственности сам. В то время как Ларри шел по нити жизни, словно по прямой дороге. Его судьба не так уж проста, рано лишился родителей, много учился, были и есть проблемы в личной жизни, открыл свое дело. Он хороший парень, этот Ларри. Честный, простой, понятный. Совершенно обычный человек с двумя добрыми руками. – Оракул позволил себе улыбнуться, не найдя, впрочем, отклика у своего слушателя.

– Ладно. Смысл в том, что самостоятельно Ларри принял всего несколько решений. В остальное время он просто поворачивался в ту сторону, откуда дул ветер Вселенной. Принимал ее дары и пользовался ими во благо себе и даже окружающим. Вселенная, она плетет большие полотна, даже мне не всегда подвластно увидеть ее картину целиком. Но в мелочах, я ее напутствия вижу. – Ореус покачал головой. – Каждое утро Ларри выпивает коктейль, чтобы отделить себя личного от себя рабочего. Знакомо?

Гарри вздрогнул.

– Пожалуй, знакомо.

– И этот коктейль всегда был клубничным. – Оракул недвусмысленно покосился на пустой стакан. – Хороший выбор.

– В целом, – Гарри немного приходил в себя, – похоже, что все наоборот, это я был баловнем судьбы. Не хочу хвастаться, но я тут типа главный. На всей планете. Знаешь, не похоже, чтобы Вселенная покинула именно меня, а не того парня, владельца скромного жилища и скромного дела. – Гарри со значением кивнул. – Не хочу хвастаться, Ореус, но эта планета – моя.

Оракул утвердительно кивнул.

– Спорить не буду. Более того, я тут немного вижу будущее, – он весело усмехнулся, – так будет до конца твоей энтропии. Однако, подумай о том, скольким ты пожертвовал ради Кхалоэ.

Оракул замолк, а Гарри действительно подумал о лишениях, которые претерпел. Когда-то у него был выбор, отдать должность кровному брату, трепетавшему от страха перед подобной ответственностью или принять ее самому. Формально это был выбор отца, но, как и теперь, только формально. Гарри сам боялся, ему было пятнадцать, брату семнадцать. Много раз с тех пор генерал сожалел о своих тяготах, но никогда о том решении. Особенно, видя благодарность брата, прекрасного ученого. Гарри попытался понять, прав ли Оракул, не было ли в миг принятия решения некоего Вселенского знака, который наставил его на этот путь. Память ничего такого не подсказала.

Подумал он и о принцессе крови встреча, с которой так неотвратимо приближалась. Три года спустя после получения высочайшей должности Гарри отправился в Парилэзию. Это тоже было его решение, попытаться наладить торговые отношения с самым давним неприятелем. Причина конфликта была давно забыта. Стерлась за давностью лет даже из великой Истории Вселенной. Генерал выслушал правительство с народом и отправился свататься к принцессе. Помнил он и саму принцессу, напуганную десятилетнюю девочку, которую ее отец и сам Гарри могли бы принудить к династическому браку. Королю Парилэзии вообще было все равно. При наличии девятнадцати детей, семнадцать из которых девочки, он больше был увлечет тем чтобы рассовать их по всей Вселенной не очень заботясь о качестве процесса и даже результате. Гарри было уже семнадцать. Он долго смотрел на перепуганного ребенка, ожидая какого-то ответа от великих Богов. Подошел бы любой знак, совсем незначительное явление. Однако, ничего такого не было. Тяжело вздыхая, генерал сам принял решение на неопределенный срок оттянувшее возвращение Кхалоэ в большой Дом Вселенской Конфедерации. С отцом принцессы договорились связаться для дальнейших обсуждений брака, когда девчушка немного подрастет, но Гарри не очень-то верил, что его дождутся и дома просто сказал, что получил отказ. Народ, конечно, вознегодовал, с удвоенным энтузиазмом обшивая сам себя. Правительство выдохнуло потому что робело перед любыми переменами, как любое правительство не зависимо от того есть у его членов высокотехнологичные био-клешни или только не серьезные по-две-руки на брата.

Мелочи типа носков и коктейлей Гарри конечно не помнил. Он помнил, что чувствовал присутствие Вселенной и всегда ждал от нее знака, эта привычка приглядываться к мелочам вообще оказалась правителю очень полезна. Но сколько бы он не ждал, никаких знаков не было. Оракул говорит было, ему виднее. Генерал ничего такого не вспомнил.

– А… – Протянул Гарри. – Вроде бы я понял, о чем ты. А этот Ларри значит всю жизнь идет куда ветер дует.

– Что совершенно не значит, что ему постоянно везет. Ты ведь понимаешь, что принимать знаки – не значит быть счастливчиком. Снятие с себя ответственности за принятие решений не освобождает от ответственности за их последствия. Вселенная работает не так. Например, когда был выбор какую профессию получать, основы бизнеса или история искусства, Ларри испытывал сильнейшие сомнения. Вселенная подсказала ему решение. Не помню, что там было, мелочь вроде подлетевший к нему листовки, фраза, сказанная кем-то в толпе, когда уловить ее мог только готовый к этому слух. В общем, не факт, что решение было верным, но принять за него ответственность Ларри не может. Только последствия.

Гарри удрученно кивнул. Он вроде бы понял мысль Оракула и уже совсем не завидовал своему ментальному брату. Наоборот, в душе распускалось что-то похожее на сожаление. Однако это чувство не успело оформиться до конца, так как Гарри уяснил, наконец, мысль Оракула.

– О Боги! Что же теперь я – в руках судьбы? – Он в ужасе закрыл лицо руками. Прошло несколько минут. Оракул молчал и генерал в недоумении руки убрал. В этой сцене предполагалось какое-то сочувствие.

Ореус с иронией смотрел на своего правителя.

– Ну ладно, – Гарри пожал плечами, – дела-то и правда странные.

– Странные – это точно. – Оракул, наконец, заговорил, – Не стоит так уж убиваться. Вселенная работает непостижимым образом, однако, Гарри, она работает. Это ты ясно можешь увидеть на примере того же Ларри. Не беспокойся, знаки сами будут находить тебя.

– Я не знаю, Ореус. Не знаю, как действовать. – Генерал растерянно продолжал сидеть на кушетке, хотя понятно было, что аудиенция заканчивается. – Я привык действовать!

– Делай все как обычно. Готовься к встрече с делегацией, будь внимателен.

Молодой человек рассеянно кивнул и наконец поднялся со своего места.

– Гарри! – Оракул окликнул его уже у самой двери. – Подумай вот о чем. Не смотря на все произошедшее этим утром, свой коктейль ты все же получил. Пусть таким вот странным образом. – Оракул ободряюще улыбнулся. – Так и работает Вселенная, что б ты понимал.

***

Я вернулся на работу.

Спустился на два лестничных пролета вниз. В зале было пусто, не считая нескольких посетителей бестолково расставленных между стеллажами. Они просто стояли как манекены случайным образом натыканные при разметке сцены фильма ужасов или другой социальной драмы.

Вот в таком настроении я вернулся на работу. Но, если быть честным, когда Ларри отсутствовал я на самом деле не был на работе. Потому что Ларри был моей работой. Впрочем, я всегда впадаю в меланхолию после общения с Оракулом.

Надо было срочно приходить в себя.

– Доброе утро, горожане! – Я бодро хлопнул в ладоши. – Если вам что-то понадобится, найдите меня за кассой.

Ларри пропадал на складе, то есть в подвале, куда мы уносили излишки книг, если они вдруг образовывались. Так как у него было настоящее чутье вкупе с хорошим профессиональным знанием рынка, излишков почти не оставалось. Мелочи вроде совсем странных бестселлеров по рекомендации Нью Йорк Таймс, которые не пришлись по вкусу в нашем медвежьем углу. В основном склад был заставлен декорациями к различным праздникам, лишними стеллажами, неисправным торговым оборудованием и прочей ерундой которой магазин обычно обрастает очень быстро. Ну и книгами, конечно. С несколькими из них под мышкой Ларри вернулся в зал.

Покупатели не спеша расходились, так же бесцельно тыкаясь в двери как бесцельно шатались вдоль стеллажей. Книжные магазины для праздношатающихся обладают неумолимой привлекательностью. Даже я в конце концов познал умиротворение в шуршании бумаги с запахом въевшейся типографской краски, а ведь на Кхалоэ нет бумажных книг. Но мне не следовало думать о своей планете. Как гласит элементарное правило – думай о той планете, на которой стоишь.

Ларри, задумчивый и серьезный, вернулся в зал.

– Я был на складе, – сообщил он.

– Понятно. Нашел что-то интересное? – Я уточнил из вежливости, но он оживленно закивал.

– Вообще-то да. Кроме еще одного экземпляра «Девушки в поезде» я нашел подарочное издание «Утраченного символа». – Он протянул мне книгу, и мы оба с недоумением уставились на нее. Готов спорить, что и думали мы об одном: «Как, черт возьми, она туда попала?».

– Ну… – Я ожил первым. – Не плохо. Можно отменить заказ миссис Дейзи и сообщить, что книга уже в наличии. Хочешь, я ей позвоню?

Ларри принялся задумчиво бродить по залу. Остановился, пристраивая «Девушку в поезде» на прежнее место, поправил несколько книг потревоженных посетителями. Я следовал за ним словно тень.

– Нет, я думал сам сходить к миссис Дейзи и отнести книгу. – Пробормотал он, наконец.

– Тоже вариант. Выпьешь у нее чаю, перекусишь пирогом с почками. Выведешь сервис магазина на новый уровень.

Ларри усмехнулся.

– Как раз про новый уровень. Я вспомнил, что ее внучка, Полин, должна быть дома. Стало вдруг интересно так ли изысканна эта особа, как мне пытаются ее преподнести.

– О! – Я удивленно моргнул. – Мне казалось, ты всеми силами избегал этого сватовства.

– Не этого конкретного, любого. Мне ведь, знаешь, не везет в личной жизни. Все время кто-то подворачивается и все не то. Будто вселенная настроена против.

Я поморщился. Меньше всего хотелось затевать опасный разговор о Вселенной. Поэтому пришлось цинично хмыкнуть и гордо прошествовать к полкам с книгами о естественных науках.

– Я во все это не верю! Заговор Вселенной и прочая метафизическая ересь. – Естественные науки на Терре находятся в довольно, скажу любезно, развивающемся состоянии. Я это спиной чувствовал.

– Марк – великий скептик! – Ларри по-доброму улыбнулся. – Вообще, я имел в виду, что редко когда делал первый шаг в поисках дамы сердца. Скорее отвечал на знаки со стороны женщин. Никогда никого не искал. Понимаешь?

– Ага. – Конечно, я понимал.

– Вот. Сегодня какой-то странный день. Я и подумал, может сделать этот шаг? Знаешь, миссис Дейзи рано или поздно устроит нашу встречу. Хочется, раз уж на то пошло, проявить себя с новой стороны. Вот. Я вспомнил про эту книгу, нашел на складе…

Я поразился, как много уже было сделано на ниве проявления себя человеком, который так долго пользовался только чутьем.

– Так значит, ты пойдешь? – Не подталкивать! Не предлагать! Только наблюдать! От всех этих событий я неимоверно разнервничался.

Ларри рассеянно вертел в руках «Утраченный символ».

Я знал, что он делает. Ждет знак. Я думал… Думал, о чем думает мой друг: о порыве ветра, который пошевелит книжные страницы, о двери, в которую кто-то войдет именно в этот момент, обо мне, вдруг я произнесу что-то важное. Он искал привычную нить, чтобы ухватиться, но ничего не было. Я знал это точно. Все это находилось в сотне световых лет от Ларри.

– Странный день. – Ларри пошевелился. Решение было принято. – Дай мне, пожалуйста, пакет. Пойду к миссис Дейзи. Очень надеюсь, что ты прав на счет пирога с почками, а она на счет своей внучки.

Я как зомби сходил за пакетом, передал ему и наблюдал, как мой друг медленно вышел за дверь. Как только она закрылась, второй раз за день, я отчаянно замерцал. Нервы были на пределе. Следовало немедленно остановиться и вот я снова колотил себе в грудь толстенной книгой. Естественно это опять оказалась злосчастная «Девушка в поезде». О Боги! Переведя дух, я кинулся в подвал, надеясь отыскать еще хотя бы пару экземпляров.

***

Часть дня, предшествующая встрече с представителями Парилэзии прошла для генерала на удивление спокойно. От Оракула он отправился в свою апартаменты где намеревался тщательно готовиться к важному событию. Обед заказал на вкус кухни за что получил самые торжественные блюда, которые когда-либо были съедены в одиночестве. «Кажется повар пытается оказать влияние на мой выбор» – генерал усмехнулся.

После обеда и до самой стыковки с кораблем Парилэзии Гарри работал в своем кабинете пресекая все попытки сообщить ему на какой стадии подлета находятся высокие гости. Он намеренно игнорировал всеобщее возбуждение. Вполне хватало своего. Близость, неотвратимость решения которое скоро будет принято Вселенной его просто потрясала и конечно очень пугала. Он даже всерьез обдумывал возможность сообщить о сложившейся ситуации народу чтобы вместе воззвать к Богам и очистить себя от ответственности за решение которому будет только исполнителем. Генерал в этот день вообще больше думал, чем читал экономические выкладки о Парилэзии. Поэтому к началу визита подготовиться не успел.

Через час после обеда в кабинет вошли взволнованные министры. Они подхватили генерала под руки и проводили на огромную открытую террасу Дома советов, где Гарри осоловело вцепился в поручни, глядя в одну точку прямо перед собой.

Этажи Дома Советов будто гигантские блинчики наслаивались друг на друга, пронзая первое, пыльно-розовое небо. Похожие на сладкий сироп, по ним стекали висячие сады с деревьями, водопадами и уютными скверами. Все это великолепие жемчужного цвета возвышалось над Городом. Дома жителей представляли собой небольшие уютные кубики высотой два – три этажа максимум. Высокие здания в принципе строились только для общественных нужд. Такой нуждой был Дом правительства со всем правительством, торговые и образовательные дома. В общем все проявления общественной жизни штырем врезались в первое, а часто и второе небо Кхалоэ. Частная жизнь уютно расползлась по всей планете лабиринтами бесконечных улиц.

Обычно корабли причаливали к площадке торгового дома, который в безветренную погоду было видно от начала второго неба. Однако сегодняшний случай был необычным, делегацию решили принять на высшем уровне. В прямом смысле на высшем уровне Дома Советов, сокращая полет почти на пол часа. Собирались таким образом даже немного поразить гостей.

Гарри соображал с трудом. В обычное время любую показуху он бы конечно отменил, но сегодня был даже рад, что не нужно далеко идти. Вселенная толи щадила его, оставляя в покое, толи наказывала, лишая импульса. К счастью разбираться с этим было совершенно некогда.

Пока Гарри судорожно цеплялся за поручни, глядя в точку прямо перед собой, точка неумолимо росла и приближалась. Вскоре она обрела четкие черты длинного обструганного корабля. Отовсюду торчали мачты и какие-то тряпки. Гарри наконец отвлекся на что-то реальное. Корабль выглядел настолько плохо, что непонятно было как он вообще движется, если только не на телепатической тяге.

К счастью недоумение продлилось не долго. При переходе к первому небу сработала автоматическая демаскировка и перед охнувшими от облегчения жителями показался настоящий суперсовременный био-титановый, легко дышащий корабль.

– Слава Богам, – услышал генерал бормотание одного из коллег, – я уж подумал они не торговать, а гуманитарную помощь просить летят.

В толпе встречающих послышались легкие смешки. Жители пришли во всеобщее приятное волнение, которое бывает при осознании, что у самих корабли не хуже. Гарри тоже расправил плечи. Конечно он не смирился со своим положением, но это Вселенная, никто-ничего не мог поделать. Стоит принимать все ее дары с гордо поднятой головой и широко расправленными плечами.

Великолепный корабль пристыковался к посадочному модулю. Еще десять минут томительного ожидания и делегация Парилэзии предстала перед публикой в составе сорока представителей другой планеты. Состоялись бурные овации.

Гарри стоял в хвосте приветственной группы министров, как и принцесса крови. Оба с нескрываемым интересом рассматривали друг друга. Про себя генерал знал, что является классическим представителем Кхалойской цивилизации. Достаточно высокий, с кожей приглушенного пыльно-пурпурного, почти нейтрального цвета, темно-синими волосами и ярко лиливыми глазами. Фигура была совсем простой, почти земной благодаря схожей силе тяготения, однако эволюционировавшей в плане бионической клешни и дополнительной ноги, извлекаемой только в случае реальной необходимости. У генерала было скрытое око в сторону которого продолжали развиваться Кхаллойцы. Его потенциал еще не изучен до конца, и пока что оно только мешалось при расчесывании. Вот что в общих чертах могла видеть принцесса. Красивого, подтянутого молодого человека словно зеркало отражавшего характер и своеобразие своей планеты.

Гарри в свою очередь увидел высокую стройную девушку с мерцающей сиреневой кожей, алеющими волосами и аккуратным длинным хвостом, напоминанием о предках – рептилоидах.

Участники делегаций приветствовали друг друга подобающими способами, помахали восторженной толпе и отправились на переговоры.

Высочайшие особы не могли начать общение без соблюдения ряда длинных, но необходимых церемоний. Гарри предпочел бы более неформальную обстановку, но первую живую встречу за такой длительный срок стоило обставить с учетом всего церемониала Конфедерации. Следующие два часа пролетели под умиротворяющее щебетание министров.

Наконец маршал Венник, старейшина команды принимающей стороны, просеменил в центр зала приемов.

– Друзья мои, нам необходимо начать работу над важными документами, позволив главам и представителям глав наших планет принять судьбоносное решение. – Похоже, даже ретрограда Венника гости заразили своим энтузиазмом. А может быть он трепетал перед необходимостью составить пятьсот разных видов документов на таком же количестве носителей информации. – Предлагаю оставить генерала Кхаллона и принцессу крови для обсуждения важных вопросов. – Он поклонился.

Гарри смиренно обвел взглядом собравшихся. Вскоре их оставят одних в этом гигантском зале, пронизанном сквозняками, способном вместить тысячи горожан. Откуда-то действительно подул ощутимый ветерок. Генерал вздрогнул, оглянувшись в сторону своего кабинета. Вселенная начала действовать.

– Позвольте. – Он прокашлялся после продолжительного молчания. – Позвольте оставить этот зал в вашем распоряжении. Я хотел бы пригласить принцессу крови в более подходящее место. – Он галантно предложил принцессе следовать за ним.

***

Гарри не мог сообразить с чего начать разговор.

Они разместились в небольшом, уютном кабинете. Обстановка была самая необходимая: стол, кресла, три стены, портал, завешенный садом, по которому сновали маленькие каллэ, что-то вроде помеси собачек с мартышками-капуцинами. По стенам струился приглушенный расслабляющий свет.