- -
- 100%
- +
–Здравствуйте! Меня зовут Валерия, компания приносит вам свои извинения, но до конца рабочего дня осталось три минуты. Чем я могу вам помочь за оставшееся время? Может вас записать на завтра в удобный для вас час к конкретному работнику компании?
–Иван Исаакович Герц.
–Господин Герц уже покинул рабочее место. Завтра его не будет. Извините, могу записать вас к нему только на понедельник.
Щедрая улыбка проявила безупречность зубов «хозяйки».
– Тогда, нет. Прощайте.
–Всего доброго.
Тихий, но навязчивый зуммер устройства распознания клиентов, заставил Леонида, одного из трех операторов бригады службы безопасности компании «Grande El castillo» подкатить кресло в сторону кнопки отключения и нажать на нее.
–Скоро совсем ходить разучишься.
Послышался за спиной голос старшего смены.
–Я что-то нарушил? – не оборачиваясь, окрысился Леонид.
С недавно приступившим к своим обязанностям старшим у него были натянутые отношения, невзлюбили друг друга с самого первого дня. Спокойная офисная жизнь расхолаживает, зацепились языками, друг другу предъявив ряд мелочных претензий. На серпообразном столе большие мониторы работали в штатном режиме, порядок на охраняемом объекте не вызывал нареканий, сотрудники офиса спешно покидали рабочие места. Щелчок замка и открывшаяся дверь служебного помещения заставил обоих отвлечься от тихой перепалки. Шеф! Принесла нелегкая под конец мельтешения «муравейника».
–Как дела? – спросил голосом из метала и безразличия к подчиненным, прошелся глазами по экранам, уделяя внимание подземной парковке.
–Без происшествий. – Доложил старший.
–Добро. Связь с постами и дежурным подразделением проверять каждые два часа.
–Есть! – по-военному ответил старший смены.
Уже поворачиваясь, потянувшись рукой к дверной ручке, готовый покинуть «оперативку»…
–Я…
…зацепился глазом за мелкий монитор, долгое время почти не выполнявший назначенных функций. На экране застыло изображение двух мужчин, похожих друг на друга как братья близнецы, различие было лишь в растительности на лице и одежде. Один с бородой и усами, с запущенной стрижкой на голове, второй, одет как денди и аккуратно пострижен. Шеф взорвался эмоциями.
–Почему не доложили о приходе в офис этого человека? Вам что, работать в корпорации надоело? Когда он приходил?
Леонид просмотрел информацию по клиенту.
–Прибыл в офис за пять минут до окончания рабочего дня.
–С кем из персонала общался?
–С Валерией.
–Ее телефон, быстро!
Выяснив все, Зверев, начальник службы безопасности транснациональной компании «Grande El castillo» позвонил своему непосредственному начальнику.
–…интересовался Герцем.
–Валерий Палыч, я думаю вам ясно без подсказок, что наемники не смогли качественно выполнить взятые на себя обязательства. Фигурант, как я понимаю находится в светлой памяти и при отменном здоровье. Он уже ищет того, кто затронул его интересы. Последнее время Иван Исаакович жаловался на свое самочувствие, озаботьтесь его здоровьем, желательно по шестому варианту. Об этом жиденыше я не хочу больше слышать. Думаю, что все должно произойти либо сегодня, либо завтра. И не берите все под контроль, а лучше сделайте самостоятельно. Так будет надежней.
–Понял вас, вариант «шесть», можете не беспокоиться, проблема будет снята.
***
…Вот казалось, нужно это Каретникову? Время на дворе какое? Двадцать первый век! Народ в городах разучился общаться, если это общение не затрагивало работу. Помочь кому-то, уже подвиг и нарушение личного пространства. Дожились! Дети во дворах футбол не гоняют, на речку, так и то не гурьбой мотаются, а под присмотром мамки или бабки, по одиночке ходят. Зато и те и другие освоили «пространство в интернете», для большинства оно – реальная жизнь. Если бы не потребность в деньгах и пище, сутками напролет зависали в сети. Откуда здоровье? Теперь ответ – почему Каретников не такой, а эдакий! Тут просто. В силу своей профессии, а еще и наверное самое главное – родом он был из семидесятых годов. Смешно сказать, но люди родившиеся в шестидесятых – семидесятых, в девяностых отправили страну в бездну, они же ее оттуда в начале двухтысячных и вытащили. Экспериментаторы хреновы! Что поделать, если у тебя в характере, в крови, можно сказать с молоком матери, заложено не стадное чувство, а такое качество, как возможность принятия самостоятельного решения, а потом осуществление его на практике, ну и конечный пункт мировоззрения – несение ответственности за результат. Можно еще раз повториться, в силу своей профессии Михаил оставался сложившимся холостяком, умным, изворотливым, хитрым, и все же призыв из прошлого, «Наших бьют!», при всем при этом, был для него не пустым звуком. Нужно помочь, а припрягать в это дело «Контору», с ее механизмом государственности, нельзя.
Хильченков сам открыл перед ними дверь квартиры.
–Проходите.
Проводив и усадив обоих в комнате однушки, не стал откладывать в долгий ящик дело с которым пришли. Посмотрел в глаза Михаилу, кивнул:
–Рассказывай!
***
…Потрепанный, старый Жигуленок-шестерка, рабочая лошадь Кутепова для «особых» перемещений по «второй» специальности, на котором они с Каретниковым приехали в подмосковную Балашиху, свернул с почти пустого МКАДа на нужную трассу. Не особо надрываясь двигателем, промчался по хорошо освещенной дороге и свернул на мокрый от дождя асфальт боковушки. Не успев набрать мало-мальски приличную скорость, машина резко вильнув, прижалась к обочине, все трое пассажиров готовы были шарахнуться в сторону не покидая салона. Рыкнув мотором рядом с их ржавой трахомой, на первом же повороте их подрезал темный «Феррари» и умчался прочь, майнув капотом и мигнув задними фонарями.
–Твою-ю ма-ать! – выразил в голос общее мнение товарищей Михаил.
Километра через три, не выезжая из темени вековых елей, очутились перед вереницей высоких заборов поселка нуворишей российского разлива. Достойно огородились слуги народа! Здесь не было покосившихся избушек, стоящих вдоль неширокого шоссе. При хорошем освещении нельзя было толком рассмотреть и роскошь особняков, скрываемых от посторонних взглядов многометровыми заборами, из-за которых виднелись лишь шпили новых российских замков.
–Судя по навигатору, нужный дом, вон там. – Указал пальцем Михаил.
–Разберемся. – Ответил Хильченков. – Саня, приткни машину у того за бора.
Встали.
–Миша, остаешься здесь. Там ты нам точно не нужен. Если потребуется вынести адвоката на руках, позвоним, подъедешь к воротам. – Распорядился Сергей, осматривая местность, рядом с которой предстояло работать. – Пошли.
План был прост и незатейлив, как все гениальное. Схему участка и дома, принесенную Каретниковым, досконально изучили еще на месте. Устранение проблем с охраной особняка, брал на себя Хильченков, отлично понимая, что егерь хоть в прошлом и офицер спецназа, только утратил форму давно, да еще и возраст дает свое. Самому Кутепову необходимо добраться до второго этажа – там кабинет, там спальни.
Слегка приоткрытые ворота и отсутствие «вратаря» на них, вызвали некоторое сомнение в умах будущих нарушителей спокойствия спящего особняка. Такого быть не должно. В масках, закрывающих лица, прошли дальше. Фонари на дорожках фасада двора, тускло освещали пространство. У стеклянной двери ни души. Странно! Хильченков жестом подал сигнал «Опасность!», включать фонарь запретил еще у машины. Кутепов замер, приник к колонне широкого холла, превратившись весь в «слух». Сергей крадучись, метнулся в одну сторону дома. Вернулся. Метнулся в другую. На этот раз отсутствовал долго. Неожиданно для Александра возник за его спиной, придержав дернувшегося было егеря, прошептал в ухо.
–В одной из комнат, наверное со всего дома стянуты «двухсотые».
–Уходим?
–Нет. Раз пришли, посмотрим что на втором этаже.
По широкой лестнице прокрались вверх. Картина, как говорится, написана маслом! В кабинете обнаружился и сам хозяин особняка, одетый в домашний халат. Ивана Исааковича Герца, кто-то длинным штыком пришпилил к спинке кресла. При свете ночника был отчетливо виден взгляд его потухших, мертвых глаз. Кутепов выпрямился в ступоре от увиденного, застыл истуканом. Сергей прислонил пальцы к шее мертвеца, и уже не таясь, глядя на Александра, спокойным голосом констатировал факт:
–Не позже получаса назад. Кто-то из своих зачищает следы. Нас пасли, скорее всего от поворота в поселок.
Словно признавая правоту слов, со стороны улицы послышался вой сирен и мелькание световых сигналов, шум двигателей и скрип тормозов. Хильченков скользнул к широкому окну, выходившему на фасадную сторону двора, из него отчетливо просматривались тени бойцов ОМОНА, занимавшие позиции для броска.
–О! Вот и кавалерия! Одна-ако! Просчитали нас.
Кутепов в свою очередь подтянулся к окну, умом понимая, что тыльная сторона особняка уже взята под контроль.
–Будем отбиваться?
–Зачем? Своих же ребят положим. Их ведь тоже считай подставили.
–А как?..
–Внимание! – разнесся с улицы сочный мужской голос усиленный мегафоном. – С вами говорит подполковник полиции Васильев! Всем находящимся в доме предлагаю выйти и сдаться в руки властей, в противном случае дом возьмут штурмом! На размышление пять минут. Время пошло!
–Вот так, просто, сердито и со вкусом! Заметил, про заложников ни слова? Что это значит? – Хильченков вопросительно посмотрел на Александра.
–Какая разница, сейчас штурмовать начнут!
–Это значит, что мент прекрасно осведомлен о трупах. Знает, что кроме нас здесь живых нет. – Не обращая внимание на нервозность напарника, произнес Сергей. – Пойдем вниз, оттуда проще выбираться.
Кутепов посмотрел на нового знакомого, как на придурка, в уме просчитывая варианты возможного выхода из расставленного капкана. Выхода не наблюдалось. Уже в холле Хильченков шедший впереди, резко обернулся и без замаха пальцами руки произвел удар в шею замешкавшегося егеря. Поймав безвольное тело, готовое было сложиться сломанной куклой, взвалил на плечо и со своей ношей отошел к стене, предоставляя все пространство особняка для возможности беспрепятственного прохода. Губы привычно, как мантру зашептали наговор отведения глаз любому смертному:
–Помолюся Господу Богу, всемогущему, пресвятой пречистой Деве Марии и Троице святой единой и всем святым тайнам. Будьте казаку Неждану до помощи! В худой час призрачный лунный лик светит с небосвода. Выйду я в поле, сдерну лунное полотно, да наброшу на себя и на друга моего. Напущу иллюзию, стану казаться тем, кого нет рядом. Пусть сия иллюзия растает в свой час так быстро, как вспыхивает заря под утренним майским солнцем. Аминь!
Со времен древней Руси, в структуре воинского сословия особую группу, можно сказать касту, составляли витязи-характерники. Характерники – это те, кто избавлен от смерти Харой, она же Лада, по представлениям наших предков, любовь. Лада мыслилась русами как единство порядка и любви. Витязи-характерники были воинами, в чертах которых парадоксально сталкиваются любовь и война. Но парадокс кажущийся, так как казаки-характерники, это воины, ведущие брань с миром Навей, миром демонов, и только любовь является той тонкой, но прочной нитью, которая позволяет удержаться, не отступить, не стать слугой мира тьмы. Хильченков значился прямым потомком Перуновых воинов, прозываемых по-иному Белыми Волками Перуна. Кутепов здорово бы удивился, если бы узнал, чтопятнадцать лет назад, именно родной дед Хильченкова вытащил его из небытия и поставил на ноги.
Меж тем события в усадьбе развивались своим привычным чередом. Штурм особняка прошел успешно и даже без единого выстрела со стороны федералов. Кому положено, занимались актированием трупов хозяина и охраны. Когда напряжение чуть спало, Сергей неся на плече егеря, никем не замеченный вышел через главные ворота, протиснулся между машин и толпы омоновцев, собравшихся любопытных зевак-соседей, потрусил к ожидавшей «шестерке». Машина стояла там же, где и положено, только Каретников в ней отсутствовал. Благо дело двери трахомы были не заперты, свалил тело в салон на задний диван. Чертыхнулся, набрал номер мобильника разгильдяя.
–Ну, ты где?
–А вы?
–Мы в машине.
–Сейчас…
Домой к Хильченкову попали к рассвету, у обиженного на напарника Кутепова не переставая побаливала голова. Сергей заваривая на кухне какие-то травы, в такое раннее время общался по телефону, что-то, кому-то доказывая на повышенных тонах. Каретников, расслабившийся в кресле удивлялся, первый раз видя Хильченкова в гневе, кивнув другу на дверь, тихо произнес:
–Небоись, Григорич, Серега что-нибудь придумает.
Войдя в комнату, хозяин квартиры протянул напиток Александру.
–На выпей, отпустит. Лечить тебя Здравой не буду, крови на тебе, как на Жучке блох. Вот как отмолишь невинную руду с души, так можно организм и подправить.
–По-другому нельзя было? – буркнул в ответ, принимая из рук кружку.
–Нельзя! Слишком ты на взводе был. Спалил бы нас обоих. А так хоть и болит голова, да руки не в кандалах.
–Только это одно и радует.
На журнальный стол перед Кутеповым лег прямоугольник картона с телефоном и адресом, очень похожий на обычную визитную карточку.
–Запоминай. Записывать не нужно. Чтоб можно хоть что-то поправить в твоей, извини Саша, никчемной жизни, тебе экстренно нужно вылететь в Краснодар. Если там не смогут помочь, можешь считать, что ребенка ты потерял.
Мельком глянув в листок, Кутепов оживился.
–Так я его знаю…
–Вот и хорошо. Сейчас выпей заварку и поспи…
***
В отличие от Домодедово, аэропорт Краснодара впечатление не производил. Так! Заштатный аэродром подскока. Разве что конец октября на кубанской земле выдался теплым, прямо август в разгаре по московским меркам. Кругом все зелено. Здание выходило на площадь и Александр сразу «прыгнул» в такси. Назвав адрес, в попытке отвлечься от навалившейся проблемы всю дорогу тупо глазел в окно. Водитель-армянин, во время поездки разговорами развлекавший сам себя, зарулил в частный сектор, и в одном из переулков, остановился возле крашеных деревянных ворот.
Нагретый за жаркий сентябрьский день асфальт, дорожной полосой уходивший в переулок частного сектора, с неохотой отдавал накопленное тепло. Буйная поросль росших у заборов слегка обрезанных кустарников, делала и так не слишком широкую дорогу, еще уже. Расплатившись и подождав, когда машина отъедет, Александр подергал ручку калитки и убедившись в ее надежности. Стучаться и кричать не пришлось, рядом с дверью, на уровне плеча, рачительный хозяин привинтил к доске устройство звонка, белую пластиковую коробочку с черной кнопкой. Вдавив кнопку, из глубины двора услышал сигнал звонка, словно комар, величиной с добрую собаку, решил подать голос. Минуты через две за забором послышался звук открывшейся двери дома. Громкий мужской голос, с веселой интонацией, задал вопрос:
–Кого там Бог к моему порогу привел?
Кутепов откликнулся:
–Федор Михайлович, здравствуйте!
–Сейчас!
Калитка без скрипа отворилась. Высокий мужчина, по возрасту ближе к сорока годам, одетый в клетчатую рубашку темно-синей расцветки, в джинсы и тапочки на босу ногу, встал в проходе. В руках скрученная газета, коей слегонца отмахивался от пары пчел, которые словно штурмовики времен Второй Мировой, наседали на человека.
–Т-ты смотри, как запах меда чуют!
Мужчина был худощав, жилист и по-военному подтянут. Доброе выражение широкоскулого лица, само за себя говорило о его роде занятий. Глядя на него, можно с уверенностью на восемьдесят процентов, отнести вид деятельности человека к профессиональной стезе военного, дипломата или преподавателя высшего учебного заведения. Хозяин с не меньшим интересом, чем сам Александр, оглядел пришлого. Близко взглянув в лицо, невольно двинул желваками на скулах. Помнил такие лица и не раз видел подобные глаза. Общие черты многих ветеранов разных войн, профессионал сразу распознает, а тут судя по всему еще наложилось недавнее личное трагическое происшествие. У них некоторые мышцы на лице, будто замерзают навсегда и не двигаются даже тогда, когда человек улыбается. А еще эти глаза. В них печаль и отстраненность, показное спокойствие и бездонный омут глубины. Смерть в обличии войны и физической боли, лизнула это лицо.
Откинув со лба пшеничную прядь волос, спросил:
–Чем могу?..
–Я Александр Кутепов…
«Приехал значит».
–Помню тебя, боец. Рад, что жив-здоров. Заходи гость дорогой, мы ведь с тобой родня, хоть и дальняя. – Пропуская вперед, по-дружески похлопал по плечу.
«Смотри-ка, ведь представлял стариком, а на деле чуть ли не ровесником выглядит». – Мелькнула мысль в голове у Кутепова.
Пройдя за ворота, гость оказался под аркой сплетенной виноградными лозами, укрывшими своей листвой все пространство над головой. Гроздья винной ягоды, налитой солнцем, свисали с живого потолка вниз. Мимолетно показалось, что глаза Федора заглянули в самую душу.
–Значит с бедой пришел? – придержал за рукав гостя.
Кутепов не удивился вопросу, глядя в умные глаза родича, кивнул. Переведя взгляд за спину хозяина, произнес слово приветствия:
–Здравствуйте!
Обернувшись, с лаской в голосе хозяин обратился к симпатичной женщине, застывшей на пороге дома:
–Ксана, встречай гостя, накрывай стол в беседке, жарко в хате.
Федор Мартыненко, хозяин дома в тихом переулке одного из районов Краснодара, работал в Кубанском аграрном университете, преподавал информатику. Разлив домашнее вино в высокие стаканы, хлебосольно предложил смурному гостю выпить и закусить с дороги. После того, как понял, что застолье не самый лучший вариант общения, односложно предложил:
–Рассказывай.
Федор со вниманием слушал рассказ гостя, не перебивая, не задавая вопросов, даже казалось не удивляясь произошедшему с Кутеповым. Когда гость замолчал, закончив повествование, спросил:
–Ну и чего ты от меня хочешь?
–Мне оттолкнуться от чего-то нужно. Ходить в потемках… сам понимаешь, это лишнее время терять. Знаю, Наталья не без твоей помощи ко мне попала, значит и ты знаешь, почему все так случилось. Или могло случиться. Поэтому ответь. Кто? Откуда? Куда мне ехать придется? И пожалуйста, не говори, что ты не в курсе. Не нужно, не поверю.
–Не скажу, но и помочь тебе особо нечем.
–Ну это ты просто помочь не желаешь. – Кривая усмешка тронула губы приезжего. – Я ведь не глупый молодой лейтенант, которого выходили, на ноги поставили и в свободное плаванье отправили. Поверь, жизнью побит здорово и связать воедино куски информации о тебе, в состоянии.
–Даже так?
–Да, так.
–Ну-ну!
–В государстве имеется помимо официальных силовых структур, еще и тайная организация, никак не связанная с правительством. Работает по типу масонского ордена, но ставит перед собой и выполняет совсем иные задачи. Скажешь, нет?
–Нда! Ну и что из этого? Пусть даже есть, доказательств-то никаких.
–Федор, мне доказательств не нужно… И с информацией я к официалам не пойду. Мне дочь разыскать нужно.
–Чудак человек! Я-то тебе в этом, чем помогу?
Кутепов недобро посмотрел на собеседника, отвел глаза.
–В общем так… В Москве я уже сделал все что было можно, концы кукловод все обрубил… Мне без вашей организации на олигарха похитившего Наталью выхода не найти. Готов принести любую клятву… хоть на иконе, хоть на крови. Знаю точно, что одним из руководителей организации являешься ты.
Мартыненко откинулся на спинку лавки, в раздумье уставившись на кровавый цвет вина в почти пустом стакане зажатом в пальцах руки.
–Нда! … Ты пойми, Саша,… Нда! … Дело не в том, что я помочь не могу… Судя по тому, о чем ты мне рассказал,… гм,.. и то, что было нами проверено, Натальи здесь уже не найти.
–Думаешь, убили? – голос одномоментно осип.
–Да, нет! Что ты? Жива она. Но,.. то, что ты услышишь, может не понравиться.
–Переживу.
Мартыненко поднялся на ноги, в раздумье, отвлекшись взором в сторону дома, прошелся у стола, размеры беседки позволяли такую вольность. Александру показалось, что голос хозяина дома просел, став глуховатым и тихим.
–Есть те кто уверяет, что мы одиноки во вселенной, но так ли это?
В голосе отчетливо прорвались нотки задумчивости. Федор перевел взгляд на приезжего, оценивая восприятие сказанной фразы. Продолжил непонятную для Кутепова тему:
–Даже убежденный пессимист знает, что одна наша галактика насчитывает миллиарды планет. А если не ограничиваться только нашей реальностью, проникнув в параллельные миры, поймешь, мы не одиноки. Ведь люди часто сталкиваются с существами из других реальностей, попадающими к нам через пространственные порталы, только редко замечают это, придают всему случайному какое либо значение. Обыденность жизни, позволяет ко всему относиться по-простому. Помнишь деда, Матвея Кондратьевича?
–Конечно. Ведь старику как-никак жизнью обязан. Как он там поживает?
–Нет его. Давно нет.
–Жаль! Классный мужик был.
–Жаль. – Помолчал. – Так я к чему веду? Рассказывал дед, как на твою боль существо из параллели бытия приходило. Вот ты тогда его заметил, а внимания не придал, потом и вовсе забыл.
Точно, было такое. Мелькнуло и исчезло, выгнанное прочь стариком. Соглашаясь с собеседником, Кутепов молча кивнул.
–Так вот, мы живем в трехмерном мире, или правильней сказать, таким он представлен современной официальной наукой, ограничивая пространство шириной, глубиной и высотой. Уже на сегодняшний день многие исследователи от официальной науки, склоняются к мнению, что в действительности существующее пространство следует отображать в четырехмерной системе координат, ведь оно изменяется с течением времени, а это означает, что эта величина и должна быть четвертой.
–Прошу прощение, Федор Михайлович, – снова перешел на «вы» Александр, – если позволите,.. Что людям, что мне в том числе, на систему таких координат сугубо облокотиться. Я к вам совсем с другим делом пришел. Если помните, беда у меня. От вас мне нужны ответы на некоторые вопросы, а по возможности помощь информацией, с людьми причастными к похищению моего ребенка я справлюсь и сам.
–Понимаю. Тем, чем ты тайно занимаешься, я осведомлен. Это твой выбор и я в него изначально не вмешиваюсь. Но сначала, все же послушай. Все о чем говорю, тебя в большей мере касается. – Сделал упор собеседник. – Так вот, каждая доля времени, в независимости от своего размера, равна вечности и соответственно в любом временном отрезке будет находиться неисчислимое количество планет, космических систем и вселенных. Чем ближе будут расположены параллельные временные отрезки друг от друга, тем меньшие будут отличаться и миры продублированные в них, и наоборот. Соответственно, мы вовсе не одиноки и необходимо только найти способ, как преодолеть границу разделяющую параллельные реальности, чтобы мы могли посещать братьев по разуму, хотя они, как видно, уже давно знают эту технологию. Нда… Организация, говоришь?
Прошелся у стола.
–…Да, есть таковая… С теми, кто похитил ребенка, здесь разберутся и без тебя. Поверь, нам тоже не нужны люди промышляющие подобным… Нда!
Кутепов с интересом наблюдал за родичем, пока не в состоянии понять переминаний Федора, его скомканных непонятных ему речей.
–Так во-от!… Пятнадцать лет назад в реальность нашего мира был произведен пробой. Через портал к нам перешла непраздная женщина. И все бы ничего. И раньше такое бывало. Только по ее следу в наш мир прошли и убийцы. Ситуацию мы под контроль взяли, но время… Короче. Когда наши люди устранили убийц, женщина получив смертельные ранения, успела родить девочку… Наталью.
–Так значит Наташка…
–Да. Твоя дочь принадлежит другому миру. Вернее другой реальности.
Кутепов завис. Мартыненко не спешил продолжать начатый разговор, присев, потягивал налитое в стакан вино. Пусть подумает, осмыслит положение.
–Попасть в тот мир можно? – разродился вопросом Кутепов.
–Теоретически можно. В смысле, тебя можно отправить туда, только вернуться ты уже скорей всего не сможешь. Да и выжить в незнакомом месте, будет проблематично. Ты ведь к таким поворотам судьбы не готов.
Оба надолго замолчали. Как это было не фантастично услышать, но Кутепов сразу поверил сказанному Федором. А еще эта тайная организация, имеющая большие возможности на территории России, да наверняка и не только в ней…
–Отправляй!
–Нда! Иди-ка ты спать. Оксана постелила. Завтра поговорим.
Кутепов кивнул.
Оставшись в одиночестве, Мартыненко потянулся к дверце встроенного в нишу беседки шкафа, достал из него коммуникатор связи и быстро вывел на экране номер абонента.
–Рад приветствовать, Федор Михайлович, – услышал знакомый голос.
–Здравствуй Игорь Игнатич. Как дела на столичных фронтах? – с элементом юмора спросил далекого собеседника.
–Вашими молитвами, уважаемый!..