Русские – это взрыв мозга! Пьесы

Сцена I

Поле возле королевского дворца

Молодой принц малоизвестного африканского государства Анунакия, красавец, играет со своей свитой в футбол. На ВИП-трибуне его гарем.

Двенадцать девушек в паранджах, лёгких разноцветных одеждах – издали словно букет полевых цветов.

Принц не похож ни на негра, ни на араба. Кожа тёмная, но не густо-чёрная, волосы длинные, модная косичка. Он скорее напоминает атлетически скроенного мавра или бербера.

Принц делает красивейший финт с мячом и забивает гол.

Гарем аплодирует. Свита поздравляет.

Принц (подходит к жёнам). Любимые мои, как я вас всех обожаю! (Обращается к любимой жене.) Тюк-Матюк, страсть моя! Скажи мне, чтоб я зажёгся! Ты это умеешь, как никто.

Тюк-Матюк (страстно смотрит на принца). Пеле ты наш, Марадона, Роналдо!

Принц. Волшебница! Хочу вас всех, здесь, сейчас, немедленно! (Называет жён по именам.) Кис-Кис, Кус-Кус, Брысь-Брысь, Сим-Сим, Чмок-Чмок, Чавк-Чавк, Бульк-Бульк…

Жёны начинают танцевать, сами себе напевают мелодию, обступают принца, щекочут его, целуют, называют именами самых известных в мире футболистов. Принц срывает с себя майку, с кого-то из них – верхнюю одежду, но паранджа на каждой остаётся. Жёны набрасываются на принца. Куча-мала. Стоны, радостные возгласы… Издали слышится крик: «Ваше Высочество, Ваше Высочество! Где вы?»

К ВИП-трибуне бежит первый помощник короля Каюк Великий. Подбегает, разгребает клумбу из жён, достаёт принца и говорит с сильнейшим волнением.

Каюк. Ваше Высочество! Ваше Высочество! Ваш отец… отец ваш… умирает! Срочно требует к себе. Хочет успеть что-то сказать. Очень важное.

Принц (вмиг становится серьёзным, поднимается, натягивает майку). Эх, жёнушки, похоже, не стать мне ни Марадоной, ни Пеле, ни даже Аршавиным.

Жёны одеваются. Они разочарованы.

Тюк-Матюк (глядя вслед уходящему принцу). Бедный наш муженёк. Он ведь футбольный гений, а скоро ему придётся стать обыкновенным королём!

Одна из жён (с грустью). Совсем тогда его не увидим.

Сцена II

Во дворце короля

Принц идёт по коридору замка. За ним свита. Вид у принца скорбный.

Каюк. Скорее, Ваше Высочество! Ваш отец говорит, пока вы не придёте, он не умрёт. Сделайте одолжение, поторопитесь.

Принц заходит в королевскую спальню, за ним множество приближённых. Король лежит на кровати. Он бледен и немощен. Рукой показывает сыну подойти.

Король. Ты знаешь, сын мой, как священна воля умирающего! Всё, что я тебе сейчас скажу, ты обязан выполнить. Иначе навлечёшь гнев наших богов.

Король обводит глазами присутствующих и пытается, насколько позволяют силы, говорить громко, чтобы слышали все.

Король. Первое, сын мой… Ты должен любить и уважать свой народ! Всё делать для его блага. И запомни! Ты лучше знаешь, что надо народу, – не спрашивай у самого народа, он не знает.

На этих словах король даже хихикает, несмотря на трагичность момента, после чего жестом приказывает всем, кроме сына, покинуть спальню. Свита выходит, двери закрываются. Король притягивает сына за руку, заставляет присесть на кровать и начинает шептать на ухо.

Король. То, что я тебе сейчас скажу, сын, – никому! В нашей стране есть нефть! (Ни король, ни принц не замечают, как в это время цветок, стоящий в вазе на столике рядом с постелью, раскрывается и из него высовывается микрофон-тычинка.) Сын мой любимый, не вздумай её найти! Про нефть знали трое. Двое, как только узнали, тут же были затоптаны нашими отборными королевскими зебрами. Я умираю… Ты остался один. Никому! Проговоришься – в твоём королевстве случится революция! Чего-чего, а нефти тебе в мире не простят! (Королю всё труднее становится говорить, но он берёт себя в руки.) Теперь, сын мой, самое-самое… Однажды я был счастлив! (Глаза короля вдруг оживляются, как будто он собрался вскочить с постели.) Никто на свете не знает, кроме.

Варвары! (Цветок на столике при этих словах наклонился к кровати.) Да, да, я любил русскую! (Цветок содрогнулся.) Когда-то, сын мой, когда я был как ты, я учился в Ленинграде. Теперь он Петербург. Жалко! Мне было в этом городе классно! Извини за некоролевское слово. К сожалению, в королевской речи нет слов для человеческого счастья. Её звали, ты уже понял, Варвара! Она не знала, кто я. Охраны у меня не было. В СССР королей в общагах не грабили. Я влюбился в неё со второго раза. В первый раз она мне отказала. По вечерам Варюшка читала мне в русском переводе стихи нашего африканского поэта Пушкина. Сын мой, короли и нефтяные магнаты не знают… стихи по ночам с любимой девушкой – сильнее самых крутых гаремов! Гарем не надо завоёвывать, ему не надо читать стихи, гарем – это процедурная по удалению королевского семени. (Король хотел хохотнуть, но закашлялся. Речь его стала более прерывистой.) Мы с Варей. играли. в театре! Студенческом! Я был Отелло! О, с какой любовью я её душил! А знаешь, сын мой, что такое стенгазета? Мы готовили её три ночи подряд.

Она была длинная, во весь коридор. Варя расстелила её по полу и ползала по ней, рисовала, а я ползал за ней и любовался. ею. Лучшие ночи в моей жизни! Сын, слышишь мой хрип? Недолго мне. Вот главный наказ: возьми в гарем русскую! Только невинную, как Варя. Девственную! Чтоб как родник! Говорят, в России ещё есть такие. Несколько человек. Нашей разведке поручи – они найдут! И ты поймёшь, что такое настоящая любовь – человеческая, а не короле…ле… левская! Русские девы, они природные, понимаешь, они. они. они как наши дикие пантеры. Я покидаю тебя, сын мой… и в эти последние минуты… я… я… вспоминаю… Варя! Если б не ты… зря бы… жизнь бы… Варва… (Не договорив имя бывшей любимой, король широко раскрыл счастливые глаза и замолчал.)

В комнату входят помощники, родственники, министры, охранники… Первый помощник Каюк Великий незаметно для всех подходит к цветку, вынимает его и прячет себе за пазуху.

Сцена III

Белый дом. Кабинет президента США

Спиной к зрителям, глядя на Вашингтон через высоченное, во всю стену, окно, стоит президент США. Мы не видим его лица. Ему докладывает шеф ЦРУ, тоже стоя спиной к зрителям. Лишь силуэты и небоскрёбная красота в окне.

Шеф ЦРУ. Господин президент, мы открыли новую страну в Африке.

Президент. Как называется?

Шеф ЦРУ. Анунакия!

Президент. Кто там живёт?

Шеф ЦРУ. Анунаки.

Президент. Почему раньше об этой Анунакии никто не знал?

Шеф ЦРУ. Потому что никто не знал, что в ней есть нефть.

Президент. Откуда стало известно?

Шеф ЦРУ хочет прошептать на ухо президенту, подходит сзади, но президент его предупреждает.

Президент. Шепчи на то ухо, в этом прослушка.

Шеф ЦРУ подходит с другой стороны, шепчет.

Президент. Да ну? Сланцевая нефть! Не может быть! Восемнадцать тысяч процентов прибыли с учётом затрат на транспорт и на революцию.

Шеф ЦРУ. Начинаем бомбить?

Президент. Не сразу. Нас и так во всём мире недолюбливают. В Таиланде нашим туристам даже не делают скидки на тайский массаж! Это унизительно. Лучше скажите, в этой вашей Анунакии народ есть?

Шеф ЦРУ. Да разве это народ? Сброд.

Президент. Тем лучше, легче будет установить демократию. Сброд на демократию падок! А вы не выясняли, этот народ-сброд чем-нибудь недоволен?

Шеф ЦРУ. Выясняли!

Президент. И чем?

Шеф ЦРУ. Всем! Но особенно тем, что у них нет свободного доступа к Интернету.

Президент. Откуда знаете?

Шеф ЦРУ. Человечек объявился. Из местных.

Президент. Кто такой?

Шеф ЦРУ. Анунак.

Президент. Просто анунак?

Шеф ЦРУ. Нет, законченный анунак.

Президент. Так в чём же дело? Направьте кого-нибудь к этому сброду. Кто из агентов вернулся из стран, в которых наши миротворцы борются за демократию?

Шеф ЦРУ. Агент 00!

Президент. Вот и отправляйте его. Пусть пообещает им этот Интернет. Вы же знаете, демократия – это когда рабы получают свободный доступ к Интернету. И пускай объяснит этим законченным анунакам, что их король тиран! Наверняка против геев, значит, против демократии. Ещё пускай ужасов добавят: отвергает зоофилию, некрофилию… Словом, совсем о людях не думает. Не соблюдает права человека. И животных! Надо дать им понять, что цивилизованные народы так жить не должны. И они сами свергнут тирана! Приступайте. На всё про всё у вас два месяца! К Рождеству у нас должен быть контрольный пакет. всей Анунакии!

Сцена IV

Аэропорт небольшого сибирского города Закидонска

У здания аэропорта собираются девушки танцевального ансамбля. Все с косами, красавицы, одеты так, словно сразу по выходе из самолёта должны будут выйти на сцену. Их руководитель, менеджер по имени Жоржик, среднего роста, еврей, гей. Одет ярко, как и подобает геям-импресарио, в трендовые бренды.

Жоржик. Подруженьки, подруженьки… кого ещё нет? Отзовитесь.

Первая. Меня нет.

Вторая. И меня нет.

Жоржик (сердито). Как же вас нет, если вы мне отвечаете, дурищи?

Девушки смеются. Все в хорошем настроении, они летят за границу.

Третья. Жоржик, куда мы летим?

Жоржик. Девочки, это сюрприз! Прилетим – скажу. Где наша Красавка? И помощница Валюшка, крестница моя, тоже запаздывает. А, вот и она!

Первая (оборачивается). Боже, кто это?!

К Жоржику подходят мать с дочкой. Мать из тех, о ком говорят «в сорок пять баба ягодка опять». Красивая, элегантная… Дочь – прямая противоположность, одета по-тинейджерски уродливо – этакая смесь панка, гота и эмо. Мужские штанцы с ширинкой до колен. Фиолетовые волосы, торчащие, как иглы у ежа, накрашенные чёрным губы, на лбу, где должен быть третий глаз, – череп с костями, одета соответствующе, словом, уродина редчайшая. Но, как ребёнок, с аппетитом ест молочный сырок, несмотря на злое выражение лица. Ни на кого не обращает внимания.

Жоржик (матери). И ты хочешь, Ульяна, чтобы в этом виде Валюшка работала моей переводчицей?

Дочка (огрызается). Я не Валюшка, я Валькирия.

Ульяна. Гормоны, Жоржик, гормоны. Себя вспомни в эти годы!

Жоржик. Какие гормоны? Ей скоро девятнадцать.

Ульяна. Позднее развитие… Без отца выросла… Ребёнок ещё – сам видишь, как сырок ест. Сфоткай нас на прощание.

Жоржик фоткает мать и дочь. Мать улыбается, дочка нахмуренная – совсем злыдень.

Ульяна (пока Жоржик фоткает). Зато она у нас теперь в музыкальном ансамбле, «Сканды» называется. В Одина влюблена. А потому теперь не Валька, а Валькирия. Правильно говорю, дочь?

Дочка. Ну, мама.

Ульяна. Что мама, что мама? Ты должна помочь своему крёстному. Заодно в языке практика. Ты ж, Валькирия, охраняй его. Один тебя вознаградит.

Жоржик. Боже, что Архипыч скажет, когда её увидит?

Ульяна (шепчет). Мы же договорились – Архипычу про меня ни слова! Тем более – про неё.

Валькирия. Кто такой Архипыч?

Ульяна. Крутой один… Просил твоего крёстного концерт организовать где-то на краю света.

Валькирия. Мы на край света? Реально прикольно! Валькирии – воительницы света!

Жоржик. Кошмар! Что за бред?

К танцовщицам присоединяется удивительно красивая девушка. Все её обнимают, чувствуется, что она в ансамбле лидер.

Жоржик. Ну ты чудо, Красавка! Прима наша, всего на пятьдесят минут опоздала. Не то что в прошлый раз – два дня тебя ждали.

Вся группа направляется к небольшому частному самолёту.

Сцена V

Кабинет короля Анунакии

Молодой король разгневан. Он собирает в своём кабинете подчинённых: первого помощника Каюка Великого, шефа разведки Мочилиуса и других.

Король. Уже месяц, как я дал задание разведке найти русскую невинную, неиспорченную девушку, которая знает стихи нашего африканского поэта… этого… Кукушкина, что ли?

Каюк. Ваше Разгневанное Величество, у нас в королевстве проблемы. И серьёзные.

Король. Какие ещё проблемы? Две тысячи лет без проблем жили – и вдруг проблемы?

Каюк. В народе начались волнения. Король. Волнения? В нашем народе? А вы чем занимаетесь?

Каюк. Мы занимаемся гонениями на волнения!

Король. Каюк, тебе всегда что-то страшное мерещится. Если кто-то и волнуется, затопчите моими отборными королевскими зебрами! Хватит о пустяках. Лучше давай о главном, о важнейшем… Почему до сих пор вы не нашли мне русской… ну, как это. девственницы? Шеф разведки Мочилиус! Или ты хочешь, чтоб я тебя тоже затоптал зебрами, которых взбешу лично? Я тебя спрашиваю. Я, король Макдук Сто второй, сын великого Макдука Сто первого, старший его сын! И единственный.

Мочилиус. Ваше Величество, мы послали в Россию сто двадцать отборных разведчиков, подготовленных даже для такой опасной работы, как с русскими девственницами.

Король. И что?

Мочилиус. Никто из них не вернулся.

Король. Что с ними случилось?

Мочилиус. Все остались в России.

Король. Почему?

Мочилиус. Женились на русских девственницах.

Король. Где они их столько нашли?

Мочилиус. Кого в стриптиз-барах, кого в модельных агентствах, кого в эскорт-сервисах.

Король. Казню, всех казню! А в «Одноклассниках» пробовали искать? Неужели там нет подходящего «родничка» для моего гарема?

Мочилиус. Из «Одноклассников» в гарем? Это унизительно, Ваше Величество. Ладно бы ещё из «Фейсбука» или «Инстаграма».

Король. Уволю, всех уволю!

Каюк. Ваше Рассерженное Величество… Подождите гневаться. Есть план.

Король. Докладывай!

Каюк. Автор плана – ваш главный королевский колдун Нуду, по прозвищу Хахай Ясный Перец. Впрочем, он сам обо всём доложит.

Король. Подайте сюда этого Нуду… зануду!

Вводят колдуна Нуду. Весь в татуировках.

То ещё чучело! В каких-то перьях, кольцах, с дредами, раскрашенный. Падает ниц перед королём, воздевает руки к небу, шипит, быстро вскакивает, бормочет волшебное заклинание колдунов Нуду: «Сандири-бури-динди-бабаяси…», три раза крутится вокруг своей оси, снова шипит, падает к ногам короля и заканчивает заклинание: «Бабаяси-фигаси!»

Король. Кончай паясничать. Я твой король, а не твой клиент.

Хахай. Ваше Величество, я тут волшебную дзинь-траву курил. Видение было.

Король. Хорошая, значит, трава была. И что?

Хахай. К нам, в Анунакию, летит женский танцевальный ансамбль из российской Сибири! Среди них есть одна… как вы изволили выразиться… родник! Или даже две. не успел рассмотреть – в поту проснулся. Я никогда раньше во сне девственниц не видел!

Король с недоверием смотрит на Хахая.

Хахай. Клянусь, Ваше Величество, самым дорогим, что у меня есть, – званием Ясного Перца!

Все вокруг хохочут.

Король (с издёвкой). Ну и зачем, по-твоему, этот сибирский ансамбль к нам прилетает?

Хахай. Их вызвал к себе в нашу Пустыню Бессмертных Скарабеев один известный российский олигарх.

Король. Олигарх? Российский? У нас в пустыне? Чего он там делает?

Хахай. Празднует свой очередной провал на президентских выборах в России. Третий по счёту.

Король смотрит на Хахая так, словно сейчас прибьёт его.

Хахай. Правда, правда. Когда я путешествовал по астралу, один астралопитек, тамошний мудряк.

Король. Прекрати гнать чушню, говори по-человечески. Кто тебе это сказал?

Хахай. Наш егерь. Он сейчас сопровождает русского, утверждает – тот так богат, что может купить всё наше королевство вместе с гаремом и. с зебрами.

Король. Для чего ему понадобилась наша пустыня? В ней ничего нет, кроме скарабеев и песка. Все слышали? Ничего нет в пустыне. Особенно нет нефти!

Хахай. Ваше Величество, этот российский олигарх… как бы это сказать. разочаровался в жизни и приказал найти ему райский уголок на земле, где нет нефти, от которой он устал. Вот ему нашли нашу райскую Анунакию… В которой нет нефти! Это все знают. (Все кивают головой.)

Король берёт со стола огромную вазу и угрожающе надвигается на Хахая, словно сейчас разобьёт об его голову.

Хахай. Только не по перьям! Только не по перьям! Это мои антенки. Я не вру, не вру… (Скороговоркой.) К нему, к этому олигарху, когда он в Антарктиде праздновал свой прошлый провал на выборах, прилетал Билл Клинтон – да! Играл на саксофоне, среди пингвинов. Три дня назад к нам в пустыню на день залетала Мадонна. Да! Чтобы сфотографироваться у него на коленях. Не бейте, не бейте, Ваше Величественное Величество!

Король (замирает с вазой в руках). Какая интересная жизнь в моём королевстве! И всё мимо меня! Ты знаешь, Хахай, что тебе грозит по нашей легитимной конституции анунаков за издевательство над королём? И как тебе в голову пришло: сибирский ансамбль девственниц к нам, в пустыню? Или они тоже хотят сфотографироваться на коленях у олигарха? Почувствовать себя Мадоннами? Ты, видать, Хахай, дзинь-травы обкурился! Нет, жалко вазу (ставит её на место). Мочилиус, я знаю, у тебя давно зуб на Хахая и обида. Можешь вывести его в коридор и прямо там шлёпнуть.

Мочилиус. Я б давно его шлёпнул, Ваше Величество, но, к сожалению, информация про этого русского олигарха подтверждается.

Король. Как подтверждается? Без моего ведома? Мадонна… и Блин Клинтон на коленях у олигарха? Прослушивать его пробовали?

Мочилиус. Он пользуется какой-то суперсекретнейшей аппаратурой. Видать, новым российским смартфоном, который собрали в Сингапуре, а сделали в Китае.

Король. И что, сибирский ансамбль девственниц тоже подтверждается?

Мочилиус. Таких сведений нет. По-моему, Ха-хай просто над нами сейчас издевался. Поэтому я с большим удовольствием немедленно шлёпну его в вашем королевском коридоре!

Король. Ты прав, Мочилиус! Сейчас я тебе его отдам. Только пускай напоследок нас ещё потешит. Ну, Хахай, всё по закону должно быть, всё легитимно. Последнее тебе слово! И когда же, по-твоему, сибирские девы к нам прилетят?

Хахай крутится, шипит, бьёт себя в грудь кулаками: «Сандири-бури-динди…» Неожиданно останавливается, словно пугается того, что увидел: «Офигаси!»

Хахай. Ваше Величество, их самолёт уже приземляется в нашем аэропорту!

Король. Мочилиус, выводи его в коридор и шлёпай!

Один из советников заглядывает в монитор на столе и в изумлении от того, что видит, зовёт короля.