Русские – это взрыв мозга! Пьесы

Сцена VI

Лагерь Архипыча

Пустыня. Много палаток. Некоторые побольше, как шатры. На барханах в округе вышки. На них русские охранники-вертухаи, нафаршированные оружием, в бронежилетах, в шлемах, зорко наблюдают, не блеснёт ли из-за горизонта дуло вражеского танка. Обширная палатка, похожая на шатёр хана Золотой Орды. За столом в удобном кресле сидит русский олигарх Архипыч.

В руках у него балалайка. Наигрывает Бетховена, первые аккорды Пятой сонаты «Судьба стучится в дверь», фальшивит. Сзади него книжные полки с русской классикой: Толстой, Чехов, Тургенев… Перед ним на столе бутылка самогона.

Главный помощник Архипыча – еврей средних лет Моисеич. Сидит напротив Архипыча. У него на коленях ноутбук, а на журнальном столике – губная гармошка. На столе перед Архипычем портрет его матери, русской красавицы с косой, и два гранёных стакана в подстаканниках.

Архипыч (с отчаянием). Никак в музыкальную форму не войду! Наливай, Моисеич! Когда бабы-то прилетят?

Моисеич (смотрит на экран ноутбука). Судя по всему, самолёт уже приземлился. Завтра на рассвете будут здесь.

Архипыч. Как думаешь, Моисеич, зачем я этих баб вызвал? А?

Моисеич. Откуда мне знать, Архипыч?

Архипыч. Ну ты ж еврей – ты всё должен знать.

Моисеич. Нам, евреям, вас, русских, не понять.

Архипыч. Это верно… Не поймёшь ты меня! Хоть мы с тобой с детства неразлейвода были! Помнишь, ты на виолончели учился играть, я тебя бил за это. Всё детство так и дружили! Но ты, слава богу, не злопамятный. Вот что мне в вас, евреях, нравится, вы к тем, у кого бабки есть, не бываете злопамятными! Да, Моисеич, ты у меня один из друзей остался. Детей нет, жена бросила. Но в тебе я уверен! Ты меня не предашь. пока у меня бабки есть. То есть ещё долго. Давай накатим самогончика нашего кошерного, на маце настоянного. (Выпивают.) Бабы-то с косами?

Моисеич. Как заказывал. Все косы оплачены, счета у меня.

Архипыч. Знаешь, я иногда думаю, что даже смерть моя, когда за мной придёт, потребует, чтоб я ей косу оплатил. А ведь мама (смотрит на портрет матери) предупреждала меня: не становись богатым – друзья отвернутся, любовь и та будет с предоплатой. Я, дурак, не послушал её. Ещё она хотела, чтоб я образованным вырос. Она ведь у меня в сибирском ансамбле ведущей была. Зажигала – вихрь! Я ей тогда на репетиции подыгрывал вот на этом гениальном русском инструменте, на балалайке! Да, мама. (смотрит на портрет) не внял твоим советам, олигархом стал, испортил всю свою жизнь.

Моисеич. Слушай, Архипыч, мы уже месяц в пустыне. Я тут посчитал, если этот песок начать продавать крупнейшим цементным заводам мира.

Архипыч. Моисеич, что за муть ты несёшь? Кому этот песок нужен?

Моисеич. Не скажи! Ты с чего, Архипыч, начинал свой бизнес? Советские спички во все страны первым догадался продавать. Самый дешёвый в мире товар был – советские спички, прибыль – тысяча процентов. Вот я и думаю: может, и с песком так же?

Архипыч. При чём тут спички, песок? Ты мне скажи, как жить, Моисеич? Я ни писателем не стал, ни художником, ни поэтом. А я ведь был балалаечным гением! Литературных гениев было много, а балалаечный – один я! Слава богу, хоть президентом не стал, а то бы совсем жизнь загубил. Знаешь, Моисеич, почему я президентом хотел стать? Цыганка нагадала! Шалава! Мол, будешь счастливым, только когда станешь президентом целой страны… притом не просто страны, а той, из-за которой начнёт разваливаться аж сама Америка! О как! И я поверил. Не маме, а шалаве. Ну не придурок? Мадонны, Леди Гаги, Биллы Клинтоны. Ну что это за жизнь? Мне уже за шестьдесят, Моисеич, а я ведь ещё и не жил толком! (Выпивает.) Потому и пригласил этих баб. Буду им, как маме в юности, на балалайке вот этой подыгрывать, а они будут танцевать с косами, как мама. Прикольно, да? «Барыню» на барханах! Тебе не понять, Моисеич, потому что «Барыня» на барханах – дело бесприбыльное. Зрителей нет, скорпионам билеты по двойной цене не всучишь. Давай ещё по одной накатим!

Настоящие мужики баб должны встречать небритыми и слегка навеселе! (Берёт первые аккорды сонаты Бетховена на балалайке.) Получилось! Слышишь, судьба стучится в дверь ко мне! Значит, что-то в будущем изменится! Чую! Сердце стучит, как тогда, когда спички продавать надумал.

Сцена VII

Аэропорт Анунакии. Паспортный контроль

Из только что приземлившегося самолёта выбрасывается трап. Выходят одна за другой девушки-танцовщицы.

Первая. Куда мы прилетели?

Вторая. Жоржик сказал, в Африку.

Третья. Прикольно!

Первая. В Африку? Это к неграм, что ли?

Вторая. Какие негры? Это Африка! Думай! Я ЕГЭ недавно угадала… В Африке живут эти… как их… арабы.

Третья. Какие арабы? Скажешь тоже… Это Африка! Значит, здесь живут африканцы!

Первая. Нет таких людей – африканцев, есть только афроамериканцы.

Красавка. Да не всё ли равно, девочки… Главное, что мы из нашей Рашки вырвались!

Несколько офицеров-анунаков встречают их у трапа, окружают. Один из офицеров с акцентом объясняет, чтобы девушки не расходились. Будет спецдосмотр!

Последним из самолёта выходит Жоржик, за ним высовывается Валькирия. Жоржик, увидев офицеров, заталкивает её обратно в самолёт.

Жоржик. Быстро обратно! У тебя лицо с фотографией не совпадает, а тут спецдосмотр. ЧП, наверное.

Первая. Что ещё за досмотр?

Вторая (кокетливо). А раздеваться придётся?

К самолёту приближаются Мочилиус и Хахай.

Красавка. Если досматривать будет вон тот (показывает на Мочилиуса), я согласна и раздеться.

Треть я. Какие они тут все мачо!

Е щ ё о д н а (показывает на Хахая). Особенно вон тот, в перьях.

Девушек выстраивают в одну линию, Хахай заходит сзади них и начинает про себя шептать мантру: «Сандири-бури-диньди…» Шипит, бьёт себя в грудь кулаками…

Мочилиус проверяет паспорта. Внимательно смотрит на паспорт Красавки, потом так же внимательно ей в лицо, снова на паспорт и снова в лицо.

Одна из девушек. Какой красавчик! Смотри, сколько в нём мужского гормона!

Красавка. Да такой же козёл, как и все! Интересно, сколько у него жён? (Смотрит на Мочилиуса задиристо.) Ещё одну потянет?

Мочилиус (поднимает голову, и на ломаном русском). Я не женат! И я не козёл! Я шеф королевской разведки короля Макдука Сто второго, сына великого Макдука Сто первого. Старшего его сына! И единственного! Цель вашего приезда?

Красавка. О, ты по-нашему…

Мочилиус. Я был учиться в универе Патрика Лукумбы. Цель вашего приезда?

Красавка. Сознайся, красавчик. А ты настоящие русские слова знаешь?

Мочилиус. Я жил общага.

В это время Хахай, задержавшийся сзади Красавки, внимательно смотрит то ли на её сумочку, то ли на бёдра. Продолжает шептать: «Сандири-бури-динди… вот это офигаси!!!»

Красавка (Мочилиусу). Тогда ответь, красавчик, что за местный чудак в перьях сзади меня какой-то хренью занимается?

Хахай (очнувшись от заклинания, тоже на ломаном русском с обидой). Я не местный чудак, я вселенский колдун!

Одна из девушек. Смотри, и это чучело по-нашенски лопочет.

Хахай. Я тоже в Лукумбе… КВН. играть.

Красавка (Мочилиусу). У вас что, красавчик, все по-нашему?

Мочилиус. Семьдесят процентов. старших. были учиться. Москва! Они чуть. русский. Остальные тридцать – Киев, они. по-украински. Цель вашего приезда?

Красавка. Выйти замуж или устроиться в гарем к вашему королю! Устраивает?

Мочилиус с ужасом на неё смотрит.

Сцена VIII

Палаты короля

Король через веб-камеры наблюдает за прилетевшими. Лица на экране у всех девушек вытянуты, щёки раздуты.

Король (возмущённо помощнику Каюку). И этих кикимор наш Хахай назвал красавицами?

Каюк. Ваше Величество, разве вы никогда не разговаривали с женщинами через веб-камеру?

Король. Пару раз. По скайпу – с мамой, тётями и дядями.

Каюк. Ведь они были в паранджах, верно?

Король. Да.

Каюк. Вот! Никогда, Ваше Величество, не смотрите на женщину через веб-камеру, если она не в парандже!

Сцена IX

Аэропорт Анунакии

Мочилиус отводит в сторону Хахая, девушки возмущаются, что их держат на жаре.

Мочилиус. Ну, Хахай, и кто из них «родник»? Ты разобрался?

Хахай. Они все так накрашены! Мой фантом не пробивает! Вон у той… у той (показывает на Красавку) невинность, да, есть… но, понимаешь… она у неё в сумочке!

Мочилиус. Как в сумочке? Невинность в сумочке?!

Хахай. Ну типа одноразовая. Может, даже их две у неё…

Мочилиус. Хахай, ты знаешь, что с тобой король сделает, если ты ему это скажешь? (Угрожающе вытаскивает из кобуры пистолет.)

Хахай. Подожди, Мочилиус… тут ещё у кого-то тоже. и не одноразовая! Реальная. Мой фантом шевелится. У него энтропия растёт. Мне нужно время! Мочилиус, я найду, найду её. клянусь всеми моими перьями, только мне время надо – задержи их!.. Пойми, их надо помыть! Мочилиус. Помыть? И кто это будет делать? Хахай. Король поручил это дело тебе.

Мочилиус не даёт ему договорить, приставляет пистолет к виску и взводит курок. Но в это время из самолёта по трапу сбегает Валькирия.

Валькирия. Жоржик, сколько я могу ждать? Там жарче, чем в бане. С меня уже пот течёт – прикид промок! (Вдруг Валькирия видит Хахая.) Ой, а это кто такой хорошенький? Из наших, что ли? Тебя как звать-то? Локи? Или ты сам Ёкарный Бабай? Родненький! Какие у тебя пёрышки классные! Я тоже такие хочу!

Валькирия бежит к Хахаю. Мочилиус от удивления медленно опускает пистолет. Два урода для него многовато. Все остолбенели, увидев её. Валькирия подбегает к Хахаю и трогает самое большое перо на голове. Колдун теряет сознание, падает в обморок. Все склоняются над колдуном. Бьют его по щекам. Мочилиус с недоумением за всем наблюдает. Рядом стоит Красавка.

Красавка (глядя на Валькирию и Хахая). Вот и встретились два одиночества!

Мочилиус (показывая на Валькирию, спрашивает у Жоржика). Кто это?

Жоржик (неуверенно). Моя переводчица.

Мочилиус с недоверием смотрит на Жоржика.

Жоржик. Да, да… Студентка, первый курс. Учится на филфаке.

Одна из танцовщиц. На каком факе?

Колдун неожиданно раскрывает глаза, вскакивает, хватает Мочилиуса за рукав и начинает быстро говорить.

Хахай. Она, она! Она! (Указывает на Валькирию.) Она и есть «родник»!

Мочилиус. Вот это – «родник»? А хочешь, я тебя шлёпну без всякого приказа короля?

Хахай. У неё настоящая… не в сумочке. Мочилиус, поверь, у неё не одноразовая.

Мочилиус (Хахаю). Как ты представляешь её в королевском гареме? А? Посмотри внимательно. Или ты хочешь, чтобы король тебя не зебрами затоптал, а бегемотами?

Хахай (Мочилиусу). Клянусь самым большим пером на затылке.

Мочилиус. А знаешь, мне даже приятно будет посмотреть, что с тобой король сделает. Как он лично тебя затопчет, когда ты ему этот «родник» представишь! А потому. (Поворачивается к Валькирии.) Посол короля (указывает на Хахая, Хахай кивает перьями) принёс благую весть: его Величество Макдук Сто второй, сын великого Макдука Сто первого, старший его сын и единственный, просит вас посетить его замок для оказания ему чести.

Валькирия. Я не могу… Я должна (указывает на Жоржика) охранять моего крёстного!

Мочилиус (строго). Приглашение короля в нашей стране расценивается как приказ.

Валькирия. Да кто мне твой король? У меня один правитель – Один.

Мочилиус (поворачивается к Жоржику). Один – ты, что ли?

Жоржик. Свят, свят, свят! Валька, не начинай скандала! Это тебе не наша Рашка!

Валькирия. Да не хочу я к королю! Подумаешь, пахан какого-то местного племени.

Мочилиус. За оскорбление короля Макдука Сто второго, сына великого Макдука Сто первого, старшего его сына.

Валькирия (перебивает). И единственного! Слышала.

Мочилиус…арестовать её! (Отдаёт приказ помощникам.)

Валькирия. Не прикасайтесь ко мне! Я Валькирия! Вы все погибнете! Не трожьте меня, бакланы минорные, туземцы! Могикане хреновы!

Помощники хватают Валькирию за руки. Она рычит, пытается каждого укусить, расцарапать… Драка, сумятица, переполох. Девушки наперебой что-то кричат. Хахай вынимает пузырёк, на котором написано «кирдык-корень», шепчет над пузырьком мантру: «Кудлык-кирдык-чердак-бардак», делает глоток из пузырька, дышит на Валькирию, она тут же отключается.

Хахай. О, кирдык-корень!

Одна из девушек. А почему король только её пригласил?

Красавка. Видимо, он извращенец.

Мочилиус (Красавке). Ты хочешь, чтобы я и тебя арестовал?

Красавка. Очень хочу! А несколько раз сможешь арестовать? Надень, надень на меня наручники!

Засыпающую Валькирию увозят на машине. На Жоржике нет лица.

Жоржик. Архипыч меня убьёт. Нет, хуже, он заморозит мои счета в своём банке.

Одна из девушек. Ты что, правда, её крестил? Вот это… филфакище?

Красавка (Жоржику). Я не знала, что геи могут кого-то крестить.

Жоржик. Мы что, по-твоему, в Бога не верим? Между прочим, у Бога нет пола! Ещё неизвестно, кем он был.

Мочилиус (Жоржику). Можете ехать! А это всем подарки от Нашего Гостеприимного Величества – в качестве извинения за задержку. (Каждой девушке даёт по календарику с портретом короля.)

Первая (глядя на календарик). А он ничего, здешний племенной пахан.

Вторая. Но скупердяй редкий, календарики-то за прошлый год.

Жоржик (подходит к Мочилиусу). А как же наша. ну. моя переводчица? Когда мы её увидим?

Мочилиус. Если она так же, как со мной, будет разговаривать с нашим паханом, в смысле с королём. вы её не увидите никогда!

Сцена Х

Площадь перед королевским дворцом

Толпа «бунтовщиков». Сплошное отребье и бомжи. С грузовика агенты влияния под руководством агента 00 раздают гуманитарную помощь: конфетки, печенье, маленькие, как в самолётах, бутылочки спиртного, разную другую красиво упакованную мелочёвку. Над грузовиком – портрет короля, перечёркнутый жирно красным крестом. Оборванцы напирают на грузовик со всех сторон.

Проситель. Дайте, дайте мне ещё того печенья!

Раздающий. Ты уже брал.

Проситель. Я ещё хочу.

Раздатчик. Тогда кинешь двумя камушками в сторону замка.

Крики из толпы: «И мне печенья! И мне камушек!

А мне два камушка! А мне виски и три кирпича!»

Сцена XI

Спальня короля

Адъютант переодевает короля в спальные одежды. Заходит Каюк Великий.

Каюк. Ваше Величество… извините, это срочно…

Король словно не слышит своего помощника, он в мечтах.

Каюк. Ваше Величество, надо давить этих бунтовщиков немедленно! Вся гвардия уже верхом на ваших отборных зебрах. Конница готова, в смысле – зебрица!

Король. Погоди ты со своими глупостями. Наш народ хороший, пойми. Побунтует и перестанет. Ты главное скажи – русскую привезли? Красивая, да?

Каюк (заикается). О-о… ну… ваще…

Король. Заикаешься. Значит, очень-очень красивая. Немедленно ко мне! Хочу ею полюбоваться.

Каюк. Ваше Величество, как вам сказать. она дралась с нашей разведкой.

Король. И?

Каюк. Её пришлось усыпить.

Король. Что сделать?

Каюк. Усыпить.

Король. Усыпить? Как мы усыпляем переставших рожать бегемотиц?

Каюк. Не совсем, завтра всё будет в порядке.

Король. Где она?

Каюк. В вашей гаремной темнице, где обычно отбывают наказание ваши фригидные жёны.

Король (перебивает). Ну и как она? Скажи, признайся? Роскошная, да? А? Ну, чего молчишь? В глаза бросается сразу?

Каюк. Сразу! Сразу бросается. и прямо в глаза. Но. но. я не имею права обсуждать красоту будущей жены короля.

Король. О, как я её хочу! С разведкой подралась! Таких жён у меня не было никогда. Может, она ещё и в футбол играть умеет? Завтра, как только очнётся, ко мне! (Смотрит на портрет короля.) Папа, ты прав. Русские – не то что наши. Подралась с разведкой! Меня зажигает. Я бы один сейчас обыграл весь российский «Зенит»! Да спать пора.

Сцена XII

Белый дом. Кабинет президента США

Шеф ЦРУ (докладывает президенту). Господин президент, несмотря на все наши старания, агент 00 с заданием пока не справляется. Король Анунакии уже месяц не реагирует на бунтующих и не стреляет в них. Мы раздали четыреста грузовиков гуманитарной помощи. Многие из бунтовщиков так наелись и напились, причем нашего просроченного фастфуда, что у них начался заворот кишок и их развезли по больницам. Ряды революционеров редеют на глазах. А этот жалкий ошмёток цивилизации, ихний король, не хочет в них стрелять!

Президент. Ну тиран! Наплевательски к собственному народу относится. Вооружайте этот сброд! Пускай сами стрельнут, может, тогда узурпатор опомнится и подарит нам трупов несколько. Тогда нас поддержат все народы! Мы уже зарядили все мировые новостийные программы.

Шеф ЦРУ. А может, сразу бомбить, а? Затрат меньше. У нас пряники с конфетами кончаются.

Президент. Нет, мы должны быть гуманными. Бомбить только после того, как будут трупы! Кстати, а чем занимается этот туземец?

Шеф ЦРУ. Он с утра до вечера подыскивает русскую девственницу для своего гарема. Решил, что только русские могут дать мужчине настоящую любовь.

Президент. Он идиот, что ли?

Шеф ЦРУ. Он учился у нас в Гарварде.

Президент. А тупой! Ещё не знает, видать, что русские – это всегда взрыв мозга.

Действие второе

Сцена I

Темница в гареме, затем спальня короля

Валькирия очнулась. Ещё темно, лунный свет. Ничего не понятно. Она совершенно обескуражена.

Пытается найти дверь – находит, выходит в коридор. Спящий у двери стражник на какое-то мгновение просыпается, открывает глаза, видит её и тут же зажмуривается. Думает – причудилось.

Валькирия идёт по коридору медленно в темноте, ощупывает стены, натыкается на дверь. Приоткрывает её. Тусклый свет в спальне короля. На роскошной кровати под балдахином кто-то спит. Она подходит, видит счастливое, мечтательное выражение лица спящего мужчины, естественно, не понимает, что это король. Решает его разбудить, чтобы спросить, где она и что с ней.

Валькирия. Проснись, слышь! Эй, ты, уголёк, проснись! Я только спрошу, и всё. (Тормошит его.)

Король открывает глаза, видит Валькирию в лунном свете… На его лице отражается ужас! Вскакивает, орёт.

Король. Стража! Стража, сюда! У меня в спальне, в спальне у меня… у меня в спальне тролль!

Вбегает стража, с ними Каюк и Мочилиус.

Король (указывает на Валькирию). Кто это?

Все молчат.

Король. Я спрашиваю, кто это? Как это проникло в святая святых, в мою спальню?

Стража держит Валькирию за руки.

Мочилиус. Ваше Величество, это. это. извините. русский «родник»!

Король. Что за «родник»?

Мочилиус. Для вашего гарема!

Король. Это и есть русская?

Каюк. А что, не похожа?

Король (Мочилиусу). Это ты её привёл?

Мочилиус. Хахай.

Король. Где он?

Мочилиус. Принесите Хахая!

Двое стражников вносят на руках связанного Хахая.

Король. Ты меня, Хахай, решил посмешищем выставить? Мало того что народ бунтует, ты ещё хочешь, чтоб свита меня уважать перестала?

Хахай. Ваше Величество, клянусь вам, это ваша судьба! Так подсказали моя энтропия и мой фантом.

Король. Мочилиус, я не знаю, что ты сделаешь с его фантомом, но сейчас же немедленно уведи обоих чудовищ из моей спальни. Хахая шлёпни за дверью… нет… это будет слишком лёгкая для него смерть. Завтра я придумаю, что мне сделать с ним и с его фантомом. А эту… кстати. (Обращается к Валькирии.) Ты кто такая?

Валькирия. Валькирия! А ты кто такой?

Король (гордо). Я король Анунакии Макдук Сто второй, сын великого Макдука Сто первого, его старший сын…

Валькирия (перебивает). И единственный! Знаю. Скажи своим туземцам отстойным, чтоб они меня отпустили и не распускали клешни. Иначе я им всем аватарки подпорчу! Слышишь, ты, Чингачгук для бедных?

Король. Как ты смеешь, несчастная, так разговаривать с Моим Величеством?

Валькирия. Какое ты Величество? Ты меня выкрал! Ты дрыщ поганый!

Король. Кем она меня обозвала?!

Каюк. Каким-то дрыщом.

Король. Я не знаю, что это, но явно что-то неприятно!

Каюк. А ещё Чингачгуком для бедных. Это слишком! За оскорбление короля что у нас положено для женщин?

Один из адъютантов. Пожизненно в гаремные жёны.

Король (с ужасом). Нет! Нет! В темницу её! Пожизненно!

Мочилиус. Ваше Величество, это международный скандал. Её будут искать.

Король. Она оскорбила короля! Если я стерплю, меня не будут в мире уважать! Так и напишите в моём «Твиттере»!