По следам Летучей мыши

Глава 1

Я могу закрыть глаза и снова увидеть своего брата Дарла таким, каким он был в ту бурную ночь у Ника, когда мы праздновали его первое назначение. Я помню его широкоплечую, массивную фигуру, прядь светлых волос на лбу, широкое лицо, раскрасневшееся от крепкого зеленого юпитерианского вина, квадратный подбородок и серые глаза, которые смотрели на меня с вызовом. Его голос был немного хриплым, но и мой тоже.

- Я доберусь до Калинора раньше тебя, старый хрыч, или разорву ракетную трубу, пытаясь это сделать.

В ответ я презрительно расхохотался, запрокинув свою голову, и ко мне присоединилась вся наша шумная толпа. Эти бронзовые юные мастера-ракетчики понимали абсурдность такого вызова. На рассвете мы должны были отправиться на Марс: я на «Терре», а он – на «Луне», на своих кораблях, похожих как две капли воды. Только превосходное владение космическим мастерством могло дать одному из нас преимущество перед другим. Но я был капитаном космического корабля уже пять лет, в то время как его диплом еще не высох.

Они смеялись, и я видел в их глазах неохотное восхищение. «Дерзость, непревзойденная выдержка этого сосунка», — думали они, и их сердца смягчались по отношению к нему.

Я насмехался над ним, провоцировал его, пока его глаза не сузились и на его ноздрях не появились два белых пятна. «Ты сосунок! — Прорычал я. - Ты визгливый младенец! Я скачусь вниз по Слоре раньше, чем ты отключишь охлаждающие трубки на Луне!»

Дарл сжал кулак, и стакан, который он держал, разбился вдребезги, со звоном упав на пол. Его шея, на которой он разорвал ворот туники, напряглась так, что ему пришлось выдавливать слова побелевшими от гнева губами.

- Клянусь Близнецами! - Прохрипел он. - Я заставлю тебя пожалеть об этом, Брэд Хэмлин. Если «Луна» не окажется первой на взлетно-посадочной полосе Калинура, я больше никогда не сяду за штурвал. И не смей говорить, что это не так!

Это заставило ухмыляющихся слушателей, столпившихся вокруг нас, замолчать. Они знали, что Дарл поставил на кон саму свою жизнь, ведь для того, кто познал восторг межзвездного полета, остаться на Земле — все равно что умереть. Я стукнул кулаком по столу.

- Договорились, Дарл! Тот из нас, кто последним прибудет в Калинур, навсегда останется на Земле!

Раздался громкий одобрительный гул, и они выпили за наше здоровье зеленым вином, марсианской слотой и обжигающим нёбо ланридом, контрабандой привезенным с Венеры, окружив нас беспорядочным гулом разговоров о часовых линиях, эфирных вихрях, метеорных потоках и всевозможных жаргонных терминах, связанных с нашей профессией. Затем, вдруг они грянули небесную песню ракетчиков:

«Сбросим красавицу- Землю мы с киля, В сторону Марса возьмем свои мили

Жаркое Солнце споет нам аккорды. Станут нам ближе далекие звезды.

Здесь наравне мы летаем с кометой, Здесь пустота поглощает планеты

В верности космосу вечно клянемся, Мы не вернемся! Уже не вернемся!

Толстяк в штатском, что-то бормоча, склонился над моим столом.

- Многие из них так и не вернулись, да, капитан? – Усмехнулся он, а его маленький круглый живот затрясся от смеха. - Особенно если Чёрная Летучая Мышь сядет им на хвост.

Я уставился на него, чувствуя, как во мне медленно закипает гнев.

- Что, чёрт возьми, в этом смешного?

Но, прежде чем я успел что-то сказать, кто-то крикнул:

- Эй, Тум, спой нам что-нибудь! - И он, пошатываясь, пошёл прочь, напевая какую-то незамысловатую песенку приятным голосом.

«Комета на хвосте своем потащит пестрого с котом»

Только перед самым отлётом я смог переброситься парой слов с Дарлом:

- Отлично сыграно, парень! Они купились».

Он вдруг стал серьезным.

- Не уверен, Брэд. Тот тип в углу, я за ним наблюдал. Когда мы разыгрывали представление, у него был какой-то странный взгляд. Кто он вообще такой?

Я пошатнулся, словно едва держался на ногах, и мельком взглянул на человека, о котором он говорил. Приземистый, черноволосый и смуглый парень со старым ожогом от взрыва на правой стороне лица, из-за которого глаз вывалился из глазницы. То, что осталось от его рта, скривилось в сардонической усмешке.

- Не знаю, - ответил я. - Первый раз здесь, кажется он с Джеком Невисом. Но у него есть ракета с тремя звездами. Он старожил.

- Не один старожил еще ни разу не сбился с пути. Утечка должна откуда-то исходить. Я не шучу! Если кто из нас и трус, так это ты.

Я понял намек.

- Ах ты, сопляк! Еще раз так скажешь, и я уложу тебя на колено и отшлепаю.

Он пьяно толкнул меня.

- Хватит этих братских замашек, а то я тебе врежу. Я лучше тебя и в космосе, и на земле.

Между нами закружились гуляки, расталкивая нас в стороны. И это был последний раз, когда я видел Дарла до...

Оставалось только еще раз взглянуть на взлетно-посадочную полосу нью-йоркского космопорта. В тусклом предрассветном свете «Луна» казалась огромной, как гора. Но почему-то его крошечная фигурка возвышалась над ней. «Первый полет или нет, он справится, - подумал я. - Он был самым способным учеником из всех, что когда-либо были у космических пилотов. Во время нашего последнего совместного полета он вел «Терру» от Венеры до Земли, ни разу не обратившись ко мне за помощью, и совершил самую красивую спиральную посадку из всех, что я видел. Не о чем беспокоиться». Если только «Черная летучая мышь» не пересечет его курс.

«Черная летучая мышь» была единственным пиратом, которого когда-либо знали космические просторы. Его добычей были солнечные доллары — концентрированное богатство, которое раз в земной месяц перебрасывается с планеты на планету для поддержания торгового баланса в системе. Вот уже два года он с поразительной точностью выслеживал корабли, тайно перевозившие сокровища, внезапно появлялся из глубин межзвездной пустоты, совершал налет и исчезал, не оставляя свидетелей!

Не оставляя свидетелей… Ибо Нетопырь, завладев добычей, протащил свою жертву из конца в конец и оставил ее в виде гигантского гроба, навеки парящего в эмпиреях с грузом застывших, неизменных тел. Вот почему мы с Дарлом разыграли эту драму у Ника. Самые быстрые корабли Межпланетного совета контроля не могли тягаться с его неслыханной скоростью. Он вклинился в конвой из пяти патрульных кораблей Трипланетного союза, уничтожил свою добычу и исчез прежде, чем они успели пустить в ход свои тепловые пушки. Теперь Межпланетный совет контроля пытался хитростью протащить груз. И для этого выбрали нас.

Разумеется, нужна была скорость. И повод для нее тоже. Поэтому Дарл притворился пьяным хвастуном и бросил мне вызов, а я его принял, и вся система знала, или думала, что знает, почему наш корабль будет выжимать из себя все силы, чтобы пересечь космос и добраться до Калинура.

Нужна была и секретность. Так что ни Дарл, ни я, ни кто-либо другой, кроме одного седовласого мужчины, не знали, в каком из двух сундуков в моей каюте на «Луне» хранились деньги, а в каком — фальшивка. Один из нас должен был выжить. Шансы на успех были пятьдесят на пятьдесят. Шансы каждого из нас дожить до прибытия в договорной порт Марса были такими же.

Глава 2

На второй день после отлета, когда Земля еще была сияющей сферой на фоне черного космоса, я вел журнал в своей диспетчерской, когда вдруг раздался щелчок внутрикорабельного коммуникационного диска. Я поднял голову, ожидая доклада от Джеда Морса, моего первого помощника, который внизу проверял манифесты, или от Грендона Эллиота из аппаратной. Но это были не они. Из диска раздался мрачный голос, который напевал: «Комета на хвосте своем к Венере тащится с котом»

Я уставился на это, не веря своим глазам. Слышали ли вы когда-нибудь такую чушь по корабельной переговорной? Я действительно это слышал или это запоздалое похмелье после того, что я выпил у Ника? Но стишок продолжался:

«А следом бык в рябой бандане, и в серых тапках от Армани»

Я посмотрел на индикатор, но тот был пуст и закрыт. Там никого не могло быть.

- Эй, там кто-нибудь есть? Как, во имя Меропы и семи других Плеяд, отсюда выбраться? Здесь темно, как в угольном мешке.

Что за черт… Я нажал кнопку вызова Джеда и хрипло отдал ему приказ. Через несколько минут он появился в люке, волоча за собой вертлявого певца из «Ника».

Парень выпрямился во весь свой пятифутовый рост и неуклюже отсалютовал похожей на окорок рукой:

- Тум Гвиллис, сэр, явился на службу. - Его одежда выглядела так, будто он не снимал ее неделю, а на носу-пуговке было черное пятно, которое почему-то подчеркивало добродушный блеск его крошечных глаз. - Задержался, сэр, по независящим от меня причинам.

Мне с трудом удалось подавить улыбку, но я сохранил суровый вид.

- Как, черт возьми, вы попали на борт?

Он заискивающе ухмыльнулся.

- Ну, по правде говоря, сэр, именно этот вопрос я собирался задать капитану.

- Послушай, приятель, я не потерплю хамства в свой адрес. Отвечай!

Уголки его рта опустились.

- Я не хотел вас обидеть, сэр, и надеюсь, что вы не обиделись. Я не знаю, сэр.

- Чушь собачья! Вам лучше быть осторожнее. Наказание за тайное проникновение на борт космического корабля Международной космической корпорации — два года на Луне.

Парень выглядел так, будто вот-вот заплачет.

- Я уверен, что капитан не будет слишком строг к старому ракетчику. Два года на борту «Арктура», сэр, в качестве стюарда.

- Как ты попал на борт?

- К сожалению, сэр, при всем моем желании предоставить капитану запрашиваемую информацию, это невозможно. Я разговаривал с капитаном в «Нике» и пел для ребят, и это все, что я помню, пока не очнулся в кромешной тьме внизу. Должно быть, я выпил на один стакан больше, чем следовало, судя по привкусу во рту.

- Я должен заковать тебя в кандалы до тех пор, пока мы не доберемся до Калинора, и предать суду. Они довольно быстро вытряхнут из тебя всю правду.

Румянец на его щеках немного поблек.

- Как пожелает капитан, - смиренно сказал он. - Но имею ли я право предложить что-то взамен?

- Что именно?

- Я не могу сойти с корабля, сэр, и хотел бы расплатиться за свой полет. Я очень хороший повар, сэр. Могу ли я взять на себя обязанности кока? В свободное время я мог бы немного прибраться. Прошу у капитана прощения, но я должен заметить, что кораблю не помешала бы уборка.

Я поймал умоляющий взгляд Джеда поверх плеча Гвиллис. I.B.C. сокращала расходы, чтобы компенсировать убытки, причиненные «Черной летучей мышью», и оставляла на кораблях только самое необходимое. На грузовых судах это означало, что на борту остаются только три офицера, поскольку погрузкой может заниматься портовый персонал. В результате обязанности кока ложились на третьего помощника, который явно не был поваром. А уборка вообще не входила в мои обязанности.

- Очень хорошо! - Рявкнул я. - Пока вы демонстрируете готовность работать, я разрешаю вам это делать. Помните, это не обязывает меня каким-либо образом оставить вас в составе экипажа.

- О нет, сэр! Я и не ожидал этого. И спасибо вам, сэр.

Так Тум Гвиллис стал членом экипажа Терры. И у меня не было причин сожалеть о своей снисходительности. Его неизменный добрый юмор, его неограниченный репертуар частушек, лукавые шутки отлично помогли ослабить напряжение, которое в противном случае могло бы вылиться в какой-нибудь прискорбный инцидент.

Мы приближались к концу четвертой земной недели, и Марс уже был крошечным, но вполне различимым диском. Мне почти казалось, что я вижу две его луны, и я начал питать реальную надежду, что наша уловка сработает.

Пока Джед Морс был на вахте, я зашел в картографическую рубку, чтобы проложить траекторию посадки корабля. Это всегда непростая задача, учитывая, что Фобос совершает оборот вокруг своей материнской планеты за три земных дня. Я был удивлен, увидев там Тума. Он дорабатывал какую-то деталь, но мне показалось, что он начал за мгновение до того, как я открыл люк.

Что ты здесь делаешь? – Требовательно спросил я - Я думал, что запретил кому-либо входить в эту комнату.

Он, как обычно, нелепо имитировал приветствие.

- Прошу прощения, капитан, сэр, я не слышал такого приказа.

- Я отдал его сразу после того, как мы покинули стратосферу.

Его маленькие глазки бесхитростно встретились с моими.

- Капитан забывает, что в тот момент я спал в трюме, даже не зная, что нахожусь на борту Терры.

Он прав. Он никак не мог знать о запрете, который я наложил на то место, где был спрятан драгоценный сундук с миллионами солнечных долларов. Мне было не по себе, но ради общей справедливости я не мог сказать ничего больше, чем:

- Что ж, теперь ты в курсе. Будь уверен, что я больше не найду тебя здесь, иначе тебе не поздоровится.

- Да, сэр.

Он отдал честь и удалился так быстро, как только позволяли его короткие ноги. Из-за двери доносился его голос, напевающий свою вечную песню: «Комета на хвосте своем к Венере тащится с котом».

Голос затих, и слово «котом» стало едва различимым.

Я повернулся, чтобы взять «Фазы Фобоса и Деймоса» Малвихолла, но моя рука так и не коснулась книги. Из динамика над головой раздался потрескивающий голос Джеда Морса: «Сэр, наблюдаю странный объект позади». Это было обычное дело. Любой неучтенный объект представлял потенциальную опасность для космического корабля. Но я бросился к люку, прохрипев: «Иду!»

Через несколько секунд я уже был рядом с оператором связи и вглядывался в перископ заднего обзора.

- Я ничего не вижу. Тебе, должно быть, показалось.

- Нет, сэр. Я уверен. Сначала я поймал его на Сириусе, затем он пролетел мимо Проциона. Если он продолжит в том же духе, то пересечет Солнечный диск, и мы увидим его ясно.

Я ждал, не сводя глаз с нижней части Солнца, размышляя. Это может быть метеор, это должен быть метеор. Пролететь тридцать миллионов миль и быть пойманным пиратами, было бы несправедливо!

Глава 3

- Вот оно!

Это была просто черная точка на фоне белого Солнца. Невидимая, если бы не фильтр Аскинсона, смягчающий солнечное сияние. Крошечная точка, но она двигалась, медленно, на таком огромном расстоянии, но все же двигалась. Медленно?

- Она уже на два диаметра больше! - Воскликнул Джед.

На наших глазах эта штука заметно увеличивалась и с невероятной скоростью приближалась. Я включил электроскоп. На положительном экране появился движущийся объект.

- Я не верю своим глазам! - Взорвался Джед. - Что это, черт возьми?

Без сомнения, это творение рук человеческих. Космический корабль. Но такого я еще не видел. Тускло-черный, странной формы. Тупой нос, переходящий в заостренную корму. Никаких видимых следов ракетного выхлопа, как на «Луне» в первые дни нашего полета, когда она еще набирала скорость. Но по черным бокам корабля скользило странное мерцание, размывая его очертания, и оно двигалось по линиям, обозначающим расстояние, с невероятной скоростью. Оно приближалось к нам, как будто мы стояли на месте.

- Нам не поздоровится, - мрачно сказал я. - Это Черная летучая мышь.

Позади меня раздался смешок.

- Черная летучая мышь?

Я повернулся к Туму. Несмотря на свой вес, он обладал удивительной способностью двигаться бесшумно.

- Убирайся отсюда, мешок с желе, иди вниз, - прорычал я, - и молись. Через десять минут ты отправишься в ад на хвосте кометы, если я не ошибаюсь.

- Да, сэр. Как пожелает капитан.

Он отдал честь и исчез — и из рубки управления, и из моих мыслей.

Пират догонит нас через час, это точно. И сделать ничего нельзя. Я израсходовал почти весь запас топлива, чтобы развить невероятную скорость, с которой мы сейчас летим, и у меня осталось чуть больше, чем нужно для посадки. И даже если бы я использовал все топливо для ускорения, я бы не смог уйти от него. Я знал, что Дарл в таком же положении. Один из нас был обречен. У другого был шанс, призрачный шанс.

Я потянулся к клавише космической связи и натянул наушники на голову.

«В-М-С, - произнес я отрывисто, - В-М-С. Всем марсианским станциям. Нападение Черной летучей мыши. Отправить — все — патрульные — корабли — на — помощь. Атакован — Черной летучей мышью. Позиция — Альфа-2 — Бета-359 — Гамма-27. E-H-ll E-H-ll E-H-ll. Последнее было подписью Терры».

Я схватил голосовой передатчик. Теперь я мог поговорить с Дарлом, больше не нужно было скрываться: «Привет, Луна! – Позвал я. - Прием, Луна!»

В наушниках раздался металлический голос Дарла: «Луна. Окей. Что тебе нужно, Терра?»

«Дарл! Это Брэд. Летучая мышь у нас на хвосте».

Его голосе звучал без волнения: «Да, я его видел».

«Слушай! Я вызвал по рации марсианских патрульных, но мы оба не сможем уйти. Я проверю скорость, поверну к нему. А ты лети вперед. Думаю, я смогу задержать его, пока они тебя не встретят».

«Еще чего. Это я должен отстать».

«Как старший, я здесь главный, Дарл, и я приказываю тебе продолжать полет.

«Ты прекрасно знаешь, что можешь сделать со своими приказами. Я остаюсь».

Спорить с ним было бесполезно. Да и времени было мало, был ли в этом какой-то смысл. Но шанс оставался.

«Послушай, ты, псих. - Ребячество, но он был юнцом, любителем спорта. - Я придумаю число, а ты скажешь четное или нечетное. Если ты прав, я остаюсь».

«Я буду думать, а ты — угадывать». Он поставил мне мат. Этот парень не дурак. Я не смог его одурачить.

Нет времени спорить, пират приближался.

«Спорим!» Еще есть шанс. Дарл будет играть честно.

«Давай!»

На бесконечно малое время, которое было бесконечно долгим, я заколебался. Четное или нечетное? Четное или нечетное? Жизнь за моего брата или смерть? Тогда я бросил кубик. «Нечетное».

В его голосе прозвучал трепет, облегчение. «Число было четыре, старина. Я остаюсь.» Облегчение и восторг. Смерть легко приходит к молодым, когда она приходит с развевающимися знаменами. «Прощай! Передавай привет ребятам из «Ника». И прежде чем он отключился, я услышал, как он запел:

«Сбросим красавицу- Землю мы с киля, В сторону Марса возьмем свои мили

Жаркое Солнце споет нам аккорды. Станут нам ближе далекие звезды.

И последние строки эхом отозвались в моем мозгу:

Здесь наравне мы летаем с кометой, Здесь пустота поглощает планеты

В верности космосу вечно клянемся. Мы не вернемся! Уже не вернемся!

К счастью, у меня не было времени на раздумья — расстояние между нами и «Летучей мышью» сокращалось, и изображение черного корабля каждую минуту мелькало на экране на расстоянии в тысячу миль. Если жертва Дарла имела смысл, я должен был сбежать.

- Эллиот, - рявкнул я в корабельную рацию. - Эллиот! Все кормовые трубы. Полная мощность, десять секунд.

- Есть, сэр! - Последовал четкий и уверенный ответ. Мальчик знал, что что-то не так. Полная мощность в космосе — это не обычное дело. И он знал, в каком состоянии наши баки. Но по его тону этого нельзя было понять.

Голос Джеда тоже звучал уверенно, пока нас придавливало ускорение, а «Терра»подпрыгивала, как живая. Его целью был переливающийся всеми цветами радуги свет на спектрометре, сфокусированный на Альдебаране. «Девятнадцать, сэр», — произнес он нараспев. «Девятнадцать два, девятнадцать семь, девятнадцать девять, двадцать». Его голос зазвучал на этой ноте. Самый быстрый человек на свете! Самый быстрый, если не считать того убийцы на черном адском корабле. Он был почти в два раза быстрее.

Я выглянул в иллюминатор. «Луна»стала маленькой, крошечной, она отставала, из ее серебряного носа вырывалось голубое пламя, сдерживая ее скорость, и она ждала пирата, от которого не могла сбежать.

Снова наушники. Слабое гудение станции I. B. C. на Марсе: «Э-Х-лл Э-Х-лл Двадцать — патрульные корабли — в пути. Ускорение — до двенадцати. Держитесь. M-S-I-B M-S-I-B M-S-I-B E-H-ll E-H-ll E-H-ll — Двадцать — патрульных кораблей…»

Я их выключил. Двенадцать в секунду. Медленно. Но двенадцать в дополнение к моим двадцати. Тридцать два. Будет ли этого достаточно? Как долго Дарл сможет удерживать «Черную летучую мышь»?

«Луна»теперь была слишком далеко, чтобы ее можно было разглядеть через смотровую. Навести на нее перископ, включить электроскоп. Вот она, серебристая рыбка в пустоте. И черная тигровая акула, прыгающая на нее. Совсем близко! Из носа пиратского корабля вырвался оранжевый луч. Но Дарл отпрыгнул в сторону. Хороший мальчик! Первый удар какого бы то ни было дьявольского оружия, прошел в сотне миль от цели. Парень управляется со своим огромным кораблем, как с гирокоптером, уводя его от нападающего быстрыми, резкими рывками. Он уводит его и от моего курса, так что, когда наступит неизбежный конец, Террабудет в большей безопасности. Синее пламя вырывается то слева, то справа, из носа, из кормы, когда его ракеты реагируют на команды. Сейчас нет смысла экономить топливо. Оно не понадобится ему для посадки.

«Летучая мышь» устремляется за ним, пронзая его оранжевым лучом. Жадная, неумолимая, ядовитая. Тускло-черная полоса в пространстве. Воплощенная смерть, преследующая отмеченную жертву. На мгновение сбитая с толку, но неумолимая. В чем секрет луча, в чем секрет его невероятной скорости?

А-а-а-а! Почти поймал его! Чуть не попал! Снова луч вырывается — и попадает в «Луну»! Танец смерти окончен. Из моего сжавшегося горла вырывается рыдание, и я чувствую, как рука Джеда Морса обнимает меня за плечи, забывая о звании.

- Спокойно, Брэд!

- Спасибо, Джед. Со мной все в порядке.

- Он оказал нам неоценимую помощь.

- Все, что он делал, было великолепно.

- Да, сэр!

Они висели бок о бок, неподвижные в бескрайнем пространстве между звездами. Черный корабль присосался к своей жертве, как отвратительная пиявка. И я выключил обзорный экран. Я предпочел не видеть финальный акт трагедии, расчленение «Луны», убийцу, отступающего от выпотрошенной жертвы.

Мне было все равно, придет за он потом за мной или нет. Я был опустошен, но я был в относительной безопасности.

Алая флотилия встретила меня и сопроводила «Терру»обратно в Калинур, отделив один корабль для осмотра «Луны». Джед Морс отдавал приказы, пока мы садились. Я был заперт в своей каюте и предавался воспоминаниям.

«Капитан Хэмлин докладывает, джентльмены». Я отдал честь. Марсианская секция Межпланетного совета сидела за моим столом в штурманской рубке. В центре, огромный, сидел марсианин Рансур. Представитель Земли Льюис, седовласый, с суровым лицом, казался рядом с ним карликом, несмотря на свои шесть футов. Он сидел справа от Рансура, а слева от марсианина — венерианин Атна, худой, язвительный, с медленно пульсирующими дыхательными жабрами и зелеными перепончатыми руками, лежащими на столе.

Рансур ответил на мой салют, и его голос наполнил маленькую комнату.

- Вы готовы доставить сундук, капитан?

- Да, сэр.

- Пожалуйста, сделайте это.

Я набрал код сейфа в переборке и поставил тяжелую шкатулку на стол. Трое сотрудников Трехпланетного союза наклонились, чтобы осмотреть печати. Я стоял неподвижно, с бесстрастным лицом. Но внутри меня что-то шевельнулось. В конце концов, Дарл пожертвовал своей жизнью ради того, чтобы этот сундук добрался до Марса.

Глава 4

- Откройте его! - Взвизгнул Атна. – Откройте скорее. - Я удивился его нетерпению. - Давайте посмотрим, какой из них.

Это был вопрос между Землей и Марсом. Венеру это не могло интересовать. Льюис достал из кармана куртки небольшой строительный фен. Его красный луч ударил в спаянный свинцовой пайкой стык сундука. Металл пузырился и стекал по стенкам ящика расплавленными ручейками. Герметизирующая проволока раскалилась и лопнула. Он надел асбестовую перчатку на одну руку и откинул крышку. Она закрывала мне обзор, но я видел его лицо и лицо Рансура. Шок, смятение — все это было на их лицах. Я посмотрел на Атну, забыв, что обитатели нашего внутреннего соседа так же лишены эмоций, как и рыбы, на которых они похожи. Мне показалось, что его глаза злорадствуют.

Именно он нарушил ошеломленное молчание:

- Ну что, Рансур, что Марс собирается делать с нашими деньгами?

Марсианин медленно повернулся к нему.

- Это вопрос к совету. Но, несомненно, вам придется дать нам больше времени.

- Времени?! - Взвизгнул венерианец. - Мы дали вам достаточно времени. Это выглядит очень странно. Вы продолжаете утверждать, что не можете заплатить нам, пока не получите деньги с Земли, а Земля, похоже, не может отправить вам перевод. Уверяю вас, Венера будет настаивать на тщательном расследовании. Доброго дня, джентльмены. Я иду с докладом к Трина. — Он вышел из зала, оставляя за собой атмосферу праведного негодования.