Стерва поневоле, или Инструкция по выживанию

Неужели он серьезно думает, что я буду с ним откровенничать? Да, они, действительно, были мне противны, особенно после того как озвучили немного нестандартное требование, но иначе удовлетворительную оценку за экзамен мне было просто не получить. Ведь они даже на тройную ставку обычного тарифа не согласились. Можно было и дальше торговаться, но я по их взглядам поняла, что это бесполезно. Им захотелось сладенького, того, что за деньги не купишь. И не то, чтобы я что-то теряла, просто сама ситуация омерзительна. Пожала плечами на откровенно ошарашенный взгляд Аллитера и решила его добить. Не помню, у кого из девчонок впервые услышала эту фразу, но запомнила крепко.

– Мне что, дырку жалко, что ли? – Аллитер замер, не донеся бокал до рта. Шарх, вот надо было парой секунд позже сказать! Регейро отвёл взгляд и неторопливо вернулся к столу. Поставил мой бокал на него и окинул меня каким-то особо презрительным взглядом.

– Как цинично, Кейра, – протянул он, делая глоток вина. – Не ожидал подобного даже от тебя, – я вновь пожала плечами: мол, что поделаешь. – Тебе ведь только двадцать лет, а ты…– подобрать слов он не смог. Через три месяца будет 21. Но не в этом суть.

– Иногда возраст определяется не количеством прожитых лет, Регейро, – абсолютно серьезно сказала я. И что-то в этой фразе зацепило его.

– Тебе сколько лет было, когда ты осиротела? – взгляд его стал испытующим. Молчу, приподнимая бровь, он же не отстает. – И что стало с Родом? – это он про то, что в моем личном деле напротив главы рода – прочерк? Вариантов, помимо реальной причины, на самом деле немного: я – последний представитель вымирающего Рода, кроме меня в нем только женщины, или же я – изгнанник.

– Мы закончили с вопросами по поводу моих любовников? – уточнила я, когда пауза прилично затянулась.

– Нет! – рявкнул Аллитер. – И слезь, наконец, с кровати! Я женщин не насилую. И вообще, это мое любимое постельное белье, – Я спустилась на пол, но не потому что поверила или решила послушаться. Просто неудобно и, вообще, неустойчиво стоять на мягкой перине.

– Красное? – уточнила я ехидно. – Знаешь, а мои подозрения-то усиливаются…

– Ещё один намек на мой гомосексуализм, – угрожающе начал Аллитер. – и я буду долго, вдумчиво и со вкусом доказывать тебе всю несостоятельность обвинений. Вот в этой постели!

– Какой гомосексуализм? Даже не думала! Тем более ещё вчера убедилась, что ты реагируешь на баб, – невинная улыбка и заключительный удар. – Подозрения, причем небеспочвенные, только на твою бисексуальность. – Всё! Довела до ручки! Теперь и у него задергался глаз. Вот, чтоб ты подавился своими угрозами! А теперь ещё маслица в огонь подольем. – Ну, это когда и с мальчиками и с девочками…

– Женщины, Кейра, – прошипел Регейро, отставляя бокал и подходя ко мне. – Только женщины помимо меня были в этой кровати.– Ну, с этим тоже можно поспорить – ведь до него эта комната была во владениях другого аристократа, и кровать, следовательно, тоже. Но сейчас речь не об этом.

– Всё-всё! Спокойно! – мирным тоном начала я: так, наверное, с умалишенными разговаривают. – Ты главное не нервничай! Понимаю, сложно смириться с нетрадиционной ориентацией…

– КЕЙРА! – рявкнул он, угрожающе нависая надо мной. Руки сжаты в кулаки, такое ощущение, что сейчас ударит. На всякий случай наложила на себя щит, не хотелось бы загреметь в лечебное крыло на пустом месте. Наверное, он заметил щит, раз как-то очень быстро остыл. Точнее попытался. Прикрыв глаза, он, скорее всего, досчитал про себя до десяти, а потом почему-то уже вслух продолжил. – Десять, десять, десять…

– Попробуй до ста, – предложила я максимально наивным тоном. Не, я не издеваюсь, я только учусь.

– Я НЕ бью женщин! – твердо глядя мне в глаза, выдал Аллитер абсолютно серьезным тоном. Это он вот сейчас себя убеждает или меня тонко оскорбляет?

– А я, по-твоему, кто? – возмутилась я искренне. И в ответ на его непонимающий взгляд (в чем собственно претензия) взгляд, пояснила, не скрывая злости. – ТЫ четыре года планомерно избивал меня на спаррингах. Или хочешь сказать, что это не так?!

– На спаррингах ты – сокурсник, будущий боевой маг! Или думаешь, противники тебя жалеть будут?– нет, в этом, конечно, что-то есть. Да я и, в принципе, никогда не просила поблажек. Однако, с другой стороны, между ног своих сокурсников я никогда не била на спаррингах. Но, тролля ему в глотку, он сам сейчас подставляется.

– Значит, как только я оказываюсь в твоей спальне, так сразу становлюсь женщиной? – решила я окончательно загнать его в ловушку.

– За пределами тренировочной площадки, ты – женщина, – уточнил он.

– Ну вот я и поняла причину твоего внезапного интереса ко мне, – выдохнула я с демонстративным облегчением. Ещё и воображаемый пот вытерла со лба. Он ничего не понял, пришлось, как маленькому объяснять. – Я получается, в твоем воображении, два в одном. На полигоне – мальчик, за переделами – девочка. А с учетом твоей биссек… – заткнулась под очень красноречивым взглядом Аллитера. Нет, я – не трус, но повторное сотрясения мозга получить не хочется (в сказку про то, что он не бьет женщин, я, естественно не поверила). Шарх, а ведь так хотелось проехаться по его возбуждению: оба раза оно на полигоне проявилось. Молчим оба. Начало надоедать, купол-то он не убирает. Приподняла бровь, он все ещё молчит. Что за издевательство?! – И? Ты думаешь меня выпускать?

– Последний вопрос… на сегодня, – Регейро был поразительно спокоен. Насчет твоих любовников. – Я застонала, не сдержалась, не смогла. – Конкретно насчет Теодора. Он настолько плох в постели? Отчего ты при виде него, так кривишься от отвращения? И вообще, зачем ты с ним спала? Симпатии твоей он не вызывал, да и не преподавал он у нас ничего…

– Это три вопроса, – из вредности уточнила я. Регейро прикрыл на мгновение глаза.

– Отвечай в любом порядке.

– Да с чего ты взял, что я с ним спала? Он, кстати, видел меня без рубашки после нашего спарринга в прошлом году. И даже полапать тогда же успел, – заметив, что он не понимает, о чем я говорю, уточнила. – Ну почти сразу после Нового года, когда ты мне сломал руку, пару ребер, да ещё сотрясение мозга устроил, – по его напряженному взгляду, поняла, что вспомнил, как и то, что магистр Теодор, действительно, тогда дежурил.

– Я хочу услышать честный ответ, а не твои увиливания, – прошипел Аллитер, сжимая кулаки. – Ты спала с ним! Почему?!

– Да не спала я с Теодором, – резко ответила я. Кстати, вполне честный ответ, с какой бы стороны не посмотреть на этот вопрос. Аллитер прищурился, всем своим видом демонстрируя, насколько он поверил моим словам. Не выпустит! Ответим тогда правдиво, причем так чтобы пояснить предыдущую фразу. – Никогда не позволяла себе засыпать рядом с насильником, – Он с шумом втянул в себя воздух, как будто я его ударила.

– Врешь! – тут же выдал он, хотя что-то во взгляде говорило о сомнениях. Я промолчала, просто улыбнулась. – Теодор не мог позволить себе такое! – я все так же молча улыбалась, только бровь приподняла. – Шарх, ты почти боевой маг, а он всего лишь целитель. – Бровь задралась ещё выше, в прошлом году я была далеко не почти боевой маг, также как и сейчас. Главное отличие, не в умениях, а в правах их применять. И боевую магию вне тренировочных площадок против преподавателей Академии применять нельзя, так как это грозит стать лишенцем (это когда магию просто запечатывают). – Ты должна была отбиться! – Должна?! Убеждать его в чем-то даже не собиралась, поэтому просто отступила и приготовилась ломать купол. И тут услышала обескураженное. – Если только?.. Только не говори, что это произошло, когда ты… – отвернулась, не желая даже дослушивать. И в этот момент Аллитер просто схватил меня за косу в самом основании и дернул, разворачивая обратно. Я прикусила губу, сдерживая крик боли. – Я уже говорил, что меня бесит, когда кто-то пытается меня игнорировать…

– И? – вполне спокойно уточнила я, пытаясь отодрать его руку. Нет, точно, сегодня под мальчика подстригусь. Вцепилась ногтями в удерживающую меня руку, а он все притягивал меня ближе, испытующе заглядывая мне в глаза.

– Это произошло, когда ты лежала в целительском крыле после сотрясения? – требовательно спросил он, игнорируя мои попытки освободиться. – Он тогда тебя изнасиловал? – я сжала губы, подыскивая ответ поязвительнее, чтобы отбить охоту и дальше спрашивать. Аллитер дернул за косу, не давая сосредоточиться. – Ответь.

– Да нет же! Теодор – все-таки целитель. Какой секс с сотрясением мозга? – я на тот вечер даже освобождения от декана получила. Аллитер все ещё был напряжен как струна, хотя во взгляде промелькнуло что-то отдаленно напоминающее облегчение. И поэтому я пояснила. – Истинный тогда уже уехал на практику, а другие целители откровенно бояться иметь дело с такими тонкими материями, как мозг, – так как реакции не последовало, я требовательно сказала. – Мне вообще-то больно.

– Мне тоже, – намекнул на руку, что я уже в кровь расцарапала. Но хватку ослабил, хотя какое-то запредельное напряжение не покинуло его. Я в ответ прекратила попытки вырвать кусочек его плоти, и вопросительно смотрела на него.

Странные непонятные эмоции бушевали в его глазах, а потом взгляд спустился до губ. Аллитер глухо застонал, резко притянул меня к себе и поцеловал. Яростно, напористо, жадно; придерживая затылок рукой, что мгновение назад сжимала косу, не давая мне отстраниться ни на сантиметр. Нет, я где-то понимала, что прекратить безобразие проще, укусив его за наглый язык, но рефлексы сработали быстрее, чем я осознала, ЧТО происходит. Удар коленкой в пах (с учетом возбужденного состояния Аллитера боль просто нереальная), и Регейро, выпустив меня, согнулся пополам. Следующий удар в солнечное сплетение все той же коленкой. И как заключительный аккорд, сцепленными в замок руками по склоненной голове в затылочную часть с усилением удара магией, чтобы оппонент гарантированно вырубился. В последнюю секунду отклонила удар, мазнув по уху. Своими вопросами Аллитер разбудил уже мое любопытство. Поэтому и купол ломать пока не стала, просто отошла подальше, чтоб не дотянулся. Успела заметить, как Регейро лечебным плетением исцелил себе причинное месте. И медленно выпрямился, с непроницаемым выражением встретившись со мной взглядом.

– Удовлетвори теперь ты мое любопытство,– начала я, вытирая рукавом губы (не ношу с собой носовые платки). Тьфу ты, куртка то грязная! Вытащила манжеты рубашки и продолжила оттирать губы, потом зубы. Подумала и об языке, взглянула на взбешенного сокурсника и решила: лучше чуть позже рот прополощу.

– Спрашивай, – рыкнул Регейро, поторапливая с вопросом.

– А… к вопросу про мои отношения с Теодором, – решила начать с вопроса попроще. Регейро удивился, сильно так удивился. – У тебя во взгляде мелькнуло облегчение, когда я сказала, что… насилие было не после сотрясение. Почему? – и по взгляду поняла, что не ответит. Ах, так! Ну держись! – Просто именно тогда Лорд Теодор впервые позволил распустить свои руки, за что и получил по оным от меня здоровой рукой. Ещё и рубашку мне тогда срезал, «случайно» зацепив лямку бю… Впрочем неважно! Как итог: обезболивания, как и легкого целительского плетения для шишки на голове, мне не досталось.

– Ты сейчас мне это все рассказываешь, чтобы вызвать муки совести? – мрачно уточнил Аллитер.

– Ну что ты?! – язвительность запредельная, приправленная ехидной улыбочкой. – Я не настолько наивная. Да и зачем мне это умертвие?! – В смысле, то, что его совесть мертва, я знала давно, ну и зачем мне оживлять полуистлевший остов, то есть всё, что от неё осталось? Моя логика не сразу, но все же дошла до него. И его взгляд потемнел.

– Тогда зачем? – рявкнул он. Да чтобы ты прекратил расспросы?!

– Ну, чтобы ты оценил откровенность. Тебя же так интересует моя личная жизнь, – протянула я медленно. – Так всё? Я оплатила сегодняшнее исцеление? – он неохотно кивнул. И я продолжила. – Тогда, может, ты удовлетворишь всё-таки мое любопытство. Почему тебя так интересует моя личная жизнь? Причем, как я понимаю, уже давно интересует, – увидела, что он хочет ответить что-то нелицеприятное, я предупреждающе подняла руку. – Давай, без увиливаний и других отмазок. – говорила я серьезно без сарказма и другого яда в голосе, только смотрела подозрительно. – Понимаешь, за три с половиной года нашего совместного обучения, я как-то привыкла, что ты в лучшем случае, не замечаешь меня, в худшем, унижаешь и избиваешь на спаррингах. Так что у меня сложилось, вполне объяснимое представление, что в твоем представлении я нечто среднее между болотным слизнем и наполовину сгнившем умертвием. Но ты сломал все стереотипы. Оказывается, все это время наблюдал за мной, причем очень внимательно, раз даже заметил, что я постоянно «подворачиваю» левую ногу. И сейчас ты ведешь себя как муж, вернувшийся из трехлетнего загула и заставшего жену с младенцем на руках: с кем да почему? – высказавшись, я сама растерялась от открывшейся картины. Нет, пока говорила, я понимала, что все так и есть. Но сейчас логика вопила от несоответствия его поведения на протяжении почти четырех курсов… с чем? С его же интересом?

– Кейра, а я тебе никого не напоминаю? – вроде как-то небрежно спросил Аллитер. Но вот взгляд… Короче, разглядывать я стала его очень внимательно. Черные волосы коротковатые для аристократа, но длинноватые для боевого мага (они обычно под ежика стригутся), серые, сейчас почти черные глаза, в обрамлении густых черных ресниц, резкие черты лица: прямой нос (немного длинноватый), твердые губы, упрямый подбородок, грубо высеченные скулы. Рост приличный, я ему макушкой только до линии губ достаю, телосложение на загляденье. Впрочем, все адепты боевой магии сложены на загляденье и слюноотделенье девчонок. Нет, моими родичами здесь и не пахнет! Я покачала головой. Он разозлился, но внешне спокойно продолжил: – Странно, а нам говорят, что мы похожи, как родные братья. Хотя родство наше отдаленное… – Я нахмурилась, не понимая, куда он клонит. – И родословной своего… любовника ты не интересовалась?

– Ты о ком? – резко уточнила я, не желая вдаваться в дебри моей запутанной личной жизни.

– Артемий лас Вигейро, – медленно произнес Аллитер, внимательно следя за моей реакцией. А я… я застыла истуканом, не в силах принять эту информацию. Нет, нет и нет!!! Регейро же продолжил: – Артём попросил присмотреть за своей будущей невестой, – я чуть вслух не застонала: О Боги, НЕТ! Только не это! Неужели он не забыл об этой своей блажи? Воспользовавшись моим состоянием, Аллитер подошел ближе: – И я перевелся из столичной Академии сюда, – да-да, все совпадает: он с нами с третьего курса, а Артемий получил диплом боевого мага, когда я заканчивала второй курс. И насчет наших отношений: это был единственный раз, когда я не смогла отбиться от ухаживаний адепта. Не буду об этом вспоминать, не буду и всё! А сокурсник обжигал меня взглядом: необычная смесь презрения и… любопытства. – Мне было жутко интересно посмотреть на девушку, что пленила моего кузена. И каково же было мое разочарование, когда я узнал о тебе всё?! – Я перевела взгляд на окно за его спиной. Сейчас из его рта польются гадости. – Скажи, как надо было удовлетворять Артемия в постели, чтобы он забыл о чести Рода, о долге… и предложил тебе стать его женой? Нет, то, что в шестнадцать ты была достаточно опытная, я уже знаю, но насколько ты была изобретательной?

– Я была его девушкой, – возразила я. Официально, я была его девушкой и только девушкой. Я не переехала к нему в апартаменты в мужском общежитии (а такое случается с официальными парами), да я даже ни разу не была там, упираясь до последнего, или убегая, едва он начинал строить портал.

– Ты спала с ним, – твердо сказал Аллитер. – Артём бы меня не обманул. И вообще, мы достаточно откровенны друг с другом.

Да кого я пыталась обмануть этим официальным статусом «девушки»? И тогда я понимала, что никто не поверит в сказку, что двадцатитрехлетний молодой и здоровый мужчина будет довольствоваться поцелуями и невинными ласками на протяжении нескольких месяцев (поэтому и упиралась до последнего, когда Артём предложил стать его девушкой). И неважно, что девушке только шестнадцать, и она вообще против этих отношений. Не буду вспоминать! – повторила я мысленно. Аллитер после паузы продолжил.

– Одно не могу до сих пор понять: Артём уверен, что был твоим первым мужчиной. Но я уже знаю, что с деканом ты переспала ещё на первом курсе. Как поведали мне сокурсники, тебе тогда грозило отчисление за неуспеваемость по профильным предметам.

Ага, примерно такая же неуспеваемость, что и сейчас по предметам, которые ведет лорд Веррис. Аллитер замолчал, ожидая моих пояснений. Он реально думает, что я как-то вот эту гадость буду комментировать? Молчала и чувствовала его ожидающий взгляд (а за окном уже темнеет). А потом подумала: а на кой мне это надо?! Мощным выбросом силы пробила купол и начала строить портал. Но Аллитер смял мое плетение.

– Регейро, тролля тебе в задницу, не смей! – взорвалась я: портал у меня занимает слишком много сил и времени, пусть даже и на небольшие расстояния. Нет, я умею и довольно часто их строю (освоила одной из первых на курсе – очень нужно было), но до автоматизма далеко, очень далеко. Он сложил руки на груди и с превосходством посмотрел на меня.

– Я ещё не договорил. Наверное, я даже обрадую тебя сейчас, но я искренне не могу понять кузена. Ведь я же ему рассказывал про тебя, про твоих любовников, но он не отказался от тебя. Почему, Тьма тебя забери? Чем ты его так приворожила? Или прокляла? – это сейчас был намек на запрещенную магию?

– Как же ты меня достал?! Ты реально думаешь, что я буду слушать твои оскорбления? Или отвечать на них? – теперь молчал он, только зубы все сжимал, а я все больше распалялась. – Нет, я, конечно, хочу ответить хуком справа, а ещё лучше с размахом по яйцам. Но противно! Слышишь, противно, дотрагиваться до тебя!!! Знай, мне абсолютно фиолетово, что ты думаешь обо мне. Просто держись подальше. Как можно дальше от меня! – понимая, что меня сейчас понесет окончательно, я отвернулась и закрыла глаза. И медленно продолжила, с трудом проталкивая слова сквозь плотно сжатые губы. – И только для того, чтобы ни вы, ни ваши с кузеном родичи больше никого ко мне не подсылали, скажу честно! Всего один раз! Сам передашь Артемию! – призвала сферу истины и посмотрела в глаза Регейро. – Я никогда не выйду замуж за твоего кузена, никогда не соглашусь даже невестой его стать.

– Ты – что? – опешил Аллитер, вытаращив на меня свои зенки.

Всё! Больше не могу! Смела его воздушной волной, хорошенько приложив об стену. Развернулась к входной двери, запирающее заклятие смяла ещё по дороге, а когда поняла, что дверь ещё и на замке, просто выломала её ударом ноги, усилив себя магией, я все-таки не громила. На пороге обернулась и, посмотрев на все ещё ошарашенного адепта, сказала максимально язвительно.

– Если вы, действительно, откровенны друг с другом, спроси Артема, из-за чего я согласилась стать его девушкой. Узнаешь кое-что новое для себя, – и захлопнула дверь за собой. По коридору сделала всего несколько шагов, как столкнулась с Дюбре. Плюнула и построила портал, уложившись в рекордное для меня время, всего в минуту.

Хотела после разборок с Регейро остыть на улице, поэтому перенеслась на полигон. И тут же поежилась, уже стемнело, да и вообще холодно нереально, так что как бы мне не переохладиться. Простуда мне ни к чему. А так как после всех магических манипуляций резерв почти на нуле, то банальной простудой вряд ли дело ограничиться. Поэтому до главного корпуса добежала в рекордные сроки. А возле раздевалок меня ждал Бес. До сих пор ждал?!

– Кейра, – позвал он меня. Общаться не только не хотелось, но и не моглось. Но я заставила себя подойти к другу. – Что Аллитер сделал? На тебе лица нет.

– Не сейчас, Бес, – выдавила я с трудом. – Просто не сейчас.

Он кивнул, а я пошла в раздевалку, уже давно пустую. Подошла к шкафчику, сняла куртку. Взяла чистую рубашку, белье и полотенце и направилась в душевую. Все это время, да и потом, стоя под струями теплой воды, я повторяла как молитву: всё уже в прошлом, я не буду вспоминать, не буду, потому что прошлое – это пройденный этап. И повториться чему-то подобному я не позволю! И приближающийся Новый Год мне никто не испортит, я проведу его в кругу самых близких и родных! Может быть, даже Беса позову, если он не будет занят. И плевать мне, что как выпускница я обязана присутствовать на балу в Академии! Сбегу, едва пробьет полночь! Я больше никому не позволю изгадить этот праздник! И я не буду вспоминать самую отвратительную новогоднюю ночь в моей жизни! Успокоиться получилось, правда, с трудом. И когда я вышла из раздевалки и вновь столкнулась с Бесом, предложила вполне нормальным тоном.

– Бес, а может, напьемся, так чтоб вдребезги, чтоб прям до зеленых гоблинов! – гоблины серой расцветки и проживают далеко на Западе в горах, но думаю, Бес должен уловить общий смысл. – А????