- -
- 100%
- +
© Юлия Закирова, 2025
ISBN 978-5-0067-2378-8
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Глава 1
Тьма.
Сначала я подумала, что это сон. Тяжелый, беспокойный сон, из которого никак не могу проснуться. Но потом боль в запястьях пронзила сознание, как удар током. Я открыла глаза, но вокруг царил сумрак, как в склепе из какого-то фильма про Индиана Джонса. Только холодный металл стула подо мной и тугая веревка, впивающаяся в кожу, напоминали – это реальность.
«Где я?»
Мысли путались, как будто кто-то перемешал их в блендере. Последнее, что я помнила, – это тату лавка. Я зашла туда из любопытства, просто посмотреть. Потом запах… что-то резкое, сладковатое. Тряпка у носа. И всё. Пустота.
«Клофелин?»
Сердце заколотилось, вырываясь из груди. Я попыталась пошевелиться, но веревки впивались глубже. Рот был завязан, и даже крик застрял где-то в горле.
«Сколько я тут?»
Мысли о Дане нервно заколотились в моей голове. Он уже наверняка заметил, что я пропала. В чужой стране, без связи, без объяснений… Он поднимет всех на уши. Консульство, полиция, всё что угодно. Он найдет меня. Он должен.
Но сначала мне нужно выбраться отсюда.
Я огляделась, насколько это было возможно в полумраке. Серые стены, потрескавшаяся штукатурка, маленькое окошко под потолком, через которое пробивался тусклый свет. Подвал?
Я попыталась дернуться, чтобы освободить руки, но боль заставила меня остановиться. Тогда я решилась на отчаянный шаг – попыталась раскачать стул, чтобы он сломался. Резкий рывок, и я вместе со стулом рухнула на пол. Голова ударилась о бетон, и мир вновь погрузился в темноту.
Когда я пришла в себя, дверь открылась. Свет из коридора ослепил меня, и я зажмурилась, делая вид, что всё ещё без сознания.
– Придурки! Нафига они её привязали? Идиоты! What for have you tied her? Are you stupid? Untieher, you idiot. Quickly!1 – мужской голос, низкий, явно раздраженный до предела.
Я почувствовала, как кто-то подошел ко мне, пальцы коснулись шеи, проверяя пульс.
– Живая. Untie her2! – снова рявкнул он.
Зашевелились ещё двое. Один развязал ноги, другой – руки. Я продолжала притворяться без сознания, но сердце мчалось галопом.
– Get out of here3! – прорычал мужчина, и шаги затихли.
Он наклонился ко мне, и я почувствовала его дыхание.
– Эй, всё в порядке? – его голос стал тише, почти мягким.
«Что за „эй“?! Что за „в порядке“?!» – я едва сдержала желание закричать. Но рот всё ещё был завязан, и я понимала, что сейчас не время для паники.
Мужчина поднял меня на руки, и я почувствовала, как слабость накрывает меня с головой.
«Даня… он уже ищет меня. Он найдёт. Он должен».
Но сознание уплывало, и я не могла больше сопротивляться.
***
Я открыла глаза. Комната была светлой и уютной, но мне от этого не становилось легче. Голова раскалывалась, а в горле стоял ком. Я лежала на кровати с белоснежным постельным бельём, которое казалось слишком чистым, слишком нереальным для этой ситуации.
В углу комнаты, на кресле, сидел мужчина, наблюдая за мной. Его взгляд был спокоен, но в нем затаилось что-то… тревожное.
– Ты пришла в себя, – сказал он, не вставая. – Как себя чувствуешь?
Я не ответила. Вместо этого попыталась сесть, но слабость сковала тело.
– Не торопись, – он подошёл ко мне, протянул стакан воды. – Пей.
Я отстранилась.
Не бойся, я не отравлю тебя, – он холодно улыбнулся.
– Где я? – наконец выдавила я.
В безопасном месте.
– Безопасном?! – я горько усмехнулась. – Вы похитили меня.
– Я хочу, чтобы этот отпуск ты провела со мной.
– Бред какой-то, – пробурчала я, неспособная поверить в абсурдность происходящего. – Что вам нужно? Деньги? Позвоните моему мужу, он даст, сколько у него есть.
Он помолчал, затем сел на край кровати.
– Твой муж… он согласился. Ты знаешь об этом?
Я сжала кулаки. Нет, это не могло быть правдой. Даня… он бы никогда.
– Вы лжёте, – прошептала я.
Мужчина вздохнул.
– Я не хочу тебя пугать. Но ты должна понять: ты здесь не потому, что я тебя украл. Ты здесь потому, что Даниил тебя продал.
Мир вокруг меня поплыл. Я закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями.
– Почему? – спросила я, не открывая глаз.
– Деньги. Долги. Страх. Алчность. Люди делают странные вещи, когда загнаны в угол.
– Что теперь со мной будет? – я посмотрела на него.
Он усмехнулся.
– Я не причиню тебе зла.
– Тогда отпустите меня.
Он покачал головой.
– Не могу.
– Почему?
Он встал и подошёл к окну. За ним был вид на море – такое синее и бескрайнее Андаманское море.
– Потому что ты мне нравишься, – сказал он тихо. – И потому что я знаю, что твой муж не вернётся за тобой.
– Я вам не верю. Мне нужны доказательства.
– Доказательства? – мужчина резко повернулся ко мне, его глаза сверкнули чем-то, что я не могла понять. – Хорошо. Мы пойдём в полицию. Оставим твои данные и адрес, где тебя искать. Если твой муж тебя ищет, то тебе сразу об этом сообщат. Ну, а если нет… – он замолчал, словно давая мне время осознать его слова.
Я сжала губы, пытаясь подавить дрожь в голосе.
– А если нет? – спросила я, боясь услышать ответ.
Он пожал плечами, но во всем его облике таилась какая-то странная уверенность.
– Тогда ты поймёшь, что я не врал.
– Вы не знаете его, – выпалила я, но даже сама услышала неуверенность в своём голосе.
– Знаю достаточно, – он подошёл ближе, и я почувствовала, как мороз побежал по коже. – Он взял деньги, Анна. Деньги, которые я ему предложил. И знаешь, что самое интересное? Он даже не торговался.
Я закрыла глаза, пытаясь отгородиться от его слов. Но они, как нож, вонзались в моё сознание.
– Это ложь, – прошептала я, но это звучало больше как мольба, чем как утверждение.
– Хочешь ещё доказательств? – он достал из кармана телефон и начал листать экран. – Вот. Видишь? Это твой муж. И это – его подпись на договоре.
Он протянул мне телефон. На экране было фото: Даня сидел за столом, перед ним лежала стопка денег и какие-то бумаги. Его лицо было напряжённым, но он смотрел прямо в камеру. Я приблизила изображение. Внизу документа – его подпись.
– Нет… – я покачала головой, отстраняясь. – Это фотомонтаж. Это всё подстроено.
Он усмехнулся, но на его лице не было злорадства.
– Я понимаю, что тебе сложно в это поверить. Но ты сама всё увидишь. Я не враг.
Я чувствовала, как страх сковывает моё тело.
Он наклонился ко мне, его голос стал тише, почти шёпотом он промолвил:
– Если бы я хотел тебе зла, ты бы уже это поняла. Но я не такой, как твой муж.
Его слова прозвучали так искренне, что я на мгновение растерялась. Но тут же вспомнила, где нахожусь.
– Вы похитили меня, – напомнила я ему, стараясь звучать твёрже.
– Я спас тебя, – он выпрямился, его голос снова стал холодным. – От человека, который продал тебя.
На мгновение я потерялась. Слёзы, горячие и горькие, покатились по моим щекам. Такой сюрреалистический поворот не мог поместиться в моем сознании. Мой мир, который ещё вчера был весьма устойчивым, рухнул, раздавив меня под своими обломками.
– Оставьте меня одну! – мои слова прозвучали резко, почти истерично. – Я не просила меня спасать! Я не просила вас вмешиваться в мою жизнь!
Мужчина молча стоял передо мной, его лицо было непроницаемым.
Мне хотелось кричать, спорить, внутри всё сжалось в комок.
– Оставьте меня, – лишь прошептала я, чувствуя, как силы покидают меня. – Просто… оставьте меня одну.
Он посмотрел на меня, затем медленно кивнул.
Он вышел. Я опустилась на пол, обхватив колени руками. В голове крутились обрывки воспоминаний: Даня, его улыбка, его слова… Неужели он и вправду мог продать меня как вещь?!
Мысли унесли меня обратно в Россию, в нашу с ним жизнь. Мы были как миллионы других пар – обычные, ничем не примечательные. Не было в нашей истории любви с первого взгляда, всепоглощающей страсти или романтических порывов, о которых пишут в книгах. Мы просто встретились, посмотрели друг на друга и подумали: «А почему бы и нет?»
Я хотела покоя, он был надежным. Даня и Аня. Мы словно сложили пазл из двух половинок, которые подошли друг к другу, но не идеально. Вначале всё казалось простым и понятным: мы не ссорились по пустякам, делили обязанности, строили планы. Но потом… потом пришёл быт.
Работа. Дом. Готовка. Уборка. Дни сливались в недели, недели – в месяцы. Мы перестали замечать друг друга. Утро начиналось с молчаливого завтрака, вечер заканчивался уставшими взглядами в телевизор. Даже разговоры стали редкими – зачем говорить, если и так всё понятно?
Иногда я ловила себя на мысли, что мы живём как соседи, а не как супруги. Он приходил с работы, ужинал, садился за компьютер или включал футбол. Я сидела с книгой или листала социальные сети, думая: «Ну вот, ещё один день прошёл».
Я мечтала о детях, но мы откладывали это на потом. «Сначала встанем на ноги, – говорил он. – Поживём для себя». Но «для себя» так и не наступило. Вместо этого наступила рутина, которая засасывала всё глубже как болото.
Иногда я пыталась что-то изменить: предлагала съездить куда-то, сходить в кино или просто прогуляться. Но он отмахивался: «Некогда, работа», «Устал», «Может, в другой раз». И я перестала предлагать. И вдруг, эта неожиданная путевка в Таиланд. Радости моей не было предела!
Теперь, оглядываясь назад, я понимаю: мы оба были несчастливы. Но он, видимо, нашёл другой выход. Деньги. Возможно, он думал, что это решит все его проблемы. Или, может быть, он просто устал от этой серости и решил начать всё с чистого листа… Без меня.
Я закрыла глаза, пытаясь удержать ускользающие мысли, но в этот момент дверь приоткрылась. ОН вернулся.
Его появление было как удар тока – внезапное, резкое, заставляющее всё внутри сжаться. Он стоял в дверном проёме, его фигура отбрасывала длинную тень на полу. Всё в нём источало опасность: от тёмных, бархатных глаз, которые казались бездонными, до густых прядей волос, подчёркивающих резкие черты лица. Движения медленные, уверенные, почти гипнотические – как у хищника, который знает, что контролирует ситуацию. В полутьме его силуэт казался ещё более зловещим: высокий, широкоплечий, но не громоздкий – выверенный, словно созданный для силы и скорости. Темные глаза смотрели на меня внимательно, оценивающе. Чёрная футболка обтягивала его тело, подчёркивая рельеф плеч и рук, испещрённых татуировками. Орнаменты сплетались с кожей так естественно, будто они всегда были частью его. Щетина тёмной тенью ложилась на угловатую линию челюсти, делая его лицо жёстче. А губы… Чуть приподнятый уголок, словно он знал нечто такое, что способно перевернуть мой мир. Он был как демон, сошедший со страниц древних легенд.
Он остановился у кровати, бросил на столик конверт и склонил голову, наблюдая за мной так, как смотрят на человека, которого хотят… то ли сломать, то ли спасти.
– Здесь всё, что тебе нужно знать, – голос низкий, чуть с хрипотцой.
Я поймала себя на том, что задержала дыхание. Он заметил это – уголок губ дёрнулся в едва уловимой усмешке.
– Если хочешь правду, открой. Но будь готова.
Он развернулся и вышел, оставив за собой лёгкий шлейф мужского аромата – смесь кожи, древесины и чего-то ещё, что я не могла определить.
Я осталась одна. Сердце билось так громко, что казалось, его слышно было в другом конце дома. Протянув дрожащую руку, я взяла конверт.
И то, что я там увидела, заставило меня задохнуться.
Глава 2
Когда самолёт приземлился в Таиланде, я, наконец, выдохнула. Долгий перелёт вымотал нас обоих, но впереди было почти четыре недели отдыха. Я повернулась к Дане, улыбаясь.
– Ну что, мы в раю?
Он лишь кивнул, лениво потянувшись.
– Будем считать, что да.
Энтузиазма в его голосе не было. В последнее время он часто казался отстранённым, но я списывала это на работу.
Пхукет встретил нас ленивым зноем, запахом прелых листьев и солёного ветра, сладковатым дымом, тянувшимся от уличных лотков с жареными креветками. Время здесь словно замедлялось, растворяясь в золотых отблесках на морской глади, в шелесте высоких тонких пальм и мангровых зарослей, в размеренном гуле далёкой музыки, доносящейся откуда-то с пляжа. Город был шумным, живым – совсем не таким, как наш размеренный, предсказуемый быт. Стаи мотоциклов и гудящих им автомобилей дополняли картину пестрого праздника жизни.
Мы заселились в отель недалеко от пляжа. Простая комната с деревянной мебелью и открытым балконом. Ничего лишнего.
– Надо перекусить, – сказал Даня, надевая футболку. – Как раз успеваем на завтрак.
– Я видела наш отельный ресторан через дорогу, у воды, пока мы шли, – промолвила я, надевая голубой открытый сарафан на тонких бретелях поверх купальника.
– Идём.
Ресторан оказался таким же расслабленным, как весь этот остров: плетёные кресла, тихий гул музыки, запах кокосового молока, перемешанный с ароматом кофе. Мы набрали еды, сели за столик, и я впервые за сутки почувствовала лёгкость.
– Прекрасно, правда? – улыбнулась я, делая глоток кофе.
Даня посмотрел на меня, задержав взгляд чуть дольше, чем обычно.
– Ты выглядишь счастливой.
Я удивилась.
– А ты?
Он задумался и пожал плечами.
– Возможно.
– Привет! – чей-то голос прервал наш разговор.
Я обернулась. За соседним столиком сидели мужчина и женщина. Они отличались от нас загорелой кожей, видно было, что они уже не первый день в отпуске.
– Только приехали? – спросил мужчина.
– Да, – ответил Даня, кивнув головой.
И только в этот момент я поняла, как нелепо мы выглядели на фоне смуглых людей вокруг, резко отличаясь, свей иссиня бледной кожей.
Обязательно защищайтесь кремом, солнце нынче очень активное, – посоветовала женщина, ткнув подбородком в сторону обгоревших пунцовых европейцев.
Так мы познакомились с Михаилом и Лизой. Они были из Москвы, но уже полгода путешествовали по Азии. Лиза говорила легко, непринуждённо, с такой открытостью, что мне сразу стало комфортно с ней.
Она тут же выдала, какие пляжи стоит посетить, где самый качественный тайский массаж, самые интересные экскурсии и рестораны с приемлемым ценами и сказочной атмосферой. Рассказала, что лучше не есть стритфуд из макашниц – так называются передвижные тележки с едой в Таиланде – если не хотим отравиться, и порекомендовала не приближаться к варанам и обезьянам.
– Ради бога, Лиза, хватит болтать! Ты не даешь им позавтракать! Скоро уже солнцепек начнётся. Пойдем на пляж, – вдруг, вскипятился Михаил. – Простите, мою жену надо тормозить, иначе она до вечера не остановится, как радио.
Лиза закатила глаза, наклонилась ко мне и в полголоса пробурчала: «У него нервы».
Ну что же, нам действительно пора. Не прощаюсь, возможно, ещё увидимся! – Сказала она уже нам обоим, вставая со стула и надевая широкополую соломенную шляпу.
Они взяли свои вещи и поспешили к стоянке отеля, где их ждал арендованный автомобиль.
Мы доели свой завтрак и тоже пошли на пляж.
Дорога к пляжу тянулась вдоль пальм, их листья шелестели, как шёлковые ленты на ветру, воздух был насыщен сладковатым ароматом цветов и солёным дыханием моря. Солнце, уже поднявшееся высоко, пробивалось сквозь листву, оставляя на земле узорчатые пятна света, которые танцевали под ногами, как золотые монеты.
Мы шли, молча, но в этом молчании было что-то уютное, как будто сама природа говорила за нас. Даня шёл впереди, его короткая тень, скользила по песку, а я следовала за ним, чувствуя, как тепло солнца проникает в кожу, согревая её после долгого перелёта.
И вот, внезапно, тропинка закончилась, и перед нами открылся пляж.
Он был таким, каким я его всегда представляла себе: бескрайним, с песком, мелким, как сахар, и водой, переливающейся всеми оттенками бирюзы и изумруда. Волны, лениво накатывающие на берег, оставляли после себя кружевную пену, которая тут же растворялась, словно и не существовала вовсе.
Мы нашли свободное место под пальмой, чья тень обещала спасительное укрытие от солнца. Я расстелила полотенце и опустилась на песок, чувствуя, как он мягко обнимает моё тело. Даня сел рядом, его лицо было спокойным, но в глазах читалась какая-то странная напряжённость.
– Ах, как хорошо! – улыбнулась я, делая глоток воды из бутылки.
Он пристально посмотрел на меня.
– Да, – ответил он, но в его голосе почему-то не было энтузиазма.
Я закрыла глаза, наслаждаясь тем, как солнце ласкает мою кожу. В этот момент я почувствовала себя счастливой, как никогда раньше.
Но где-то в глубине души, в самом дальнем уголке моего сознания, уже зарождалось чувство тревоги, как ненастная туча, которая медленно, но верно надвигается на солнце.
***
Вечер был уже в самом разгаре, когда мы снова увидели их – Лизу и Михаила. Это случилось на террасе маленького бара, выкрашенного в выцветшие оттенки бирюзы и песка. Тонкие струйки пара поднимались над бокалами с мохито, в баре пахло лаймом, и даже луна казалась здесь чуть больше, чем в других местах, будто склонялась ниже, чтобы подслушать разговоры людей.
Они сидели за соседним столиком, красивые, лёгкие, беззаботные. Лиза – с дымчатыми волосами, которые она кокетливо накручивала на палец, Михаил – с улыбкой, чуть ироничной, чуть усталой, как у человека, успевшего повидать многое, но не потерявшего вкус к новому. Их голоса сливались с шумом моря, в них звучала уверенность, с которой люди бросают игральные кости, точно зная, что выпадет шестёрка.
– Вы впервые в Таиланде? – вдруг спросила меня Лиза, легко перекинувшись через подлокотник кресла.
– Да, – ответила я, улыбаясь.
– Тогда вам повезло, – сказал Михаил. – Это место меняет судьбы людей.
Я почувствовала, как Даня чуть заметно напрягся, резко взглянув на нашего нового знакомого. Он никогда не любил больших заявлений, не верил в изменения, происходящие под воздействием солнца и чужих историй. Для него всё в мире было приземленным, предсказуемым, чётким, словно линии, которые он чертил в своём блокноте, думая о завтрашнем дне. По крайней мере, мне так казалось.
– Мы сегодня съехали с отеля – сняли виллу, – продолжала Лиза. – Простое, но уютное место. Окна выходят прямо на море, а по утрам нас будят обезьяны. Представляете, они прыгают по нашей крыше?!
– Как в кино! – изумилась я.
Лиза рассмеялась:
– Иногда жизнь круче, чем кино, дорогая.
Этот смех был чем-то неуловимо заразительным, и я вдруг почувствовала, как мне нравится этот вечер, эти люди, этот тёплый воздух, пропитанный вкусом далёких странствий.
Мы говорили долго – о городах, которые видели, о книгах, которые читали, о вкусах, которые когда-то запомнили. Даня молчал больше обычного, погруженный в свои мысли.
– Если захотите, можем показать вам виллу, – небрежно предложил Михаил. – Вдруг, вам понравится, и вы тоже захотите её арендовать в следующем году.
Я бросила взгляд на Даню. Он пожал плечами:
– Было бы здорово! Давайте! Спасибо за приглашение! Ты хочешь?
Я радостно кивнула.
Я была действительно рада. Впервые за долгое время он проявил интерес к чему-то. Возможно, смена обстановки действительно пошла ему на пользу.
В ту ночь мне снилось море – глубокое, чёрное, как атласный шёлк, омывающее бесконечные берега.
На следующее утро солнце всплыло над горизонтом, растекаясь по воде золотым туманом. Я проснулась раньше Дани, натянула лёгкое платье и босиком вышла на веранду. Воздух был густым, влажным, напоенным ароматами солёных волн и тропиков. Вдалеке лениво плескалось море, и этот ритм странным образом совпадал с моим дыханием.
Даня вышел следом, чуть нахмуренный. Он быстро пробежался взглядом по пляжу, словно ища что-то, а потом подошел ко мне сзади и обнял, уткнувшись лицом в мои волосы.
Лиза и Михаил ждали нас на пляже, чуть поодаль от того места, где вчера вечером мы сидели в баре. Лиза была в светлом сарафане, Михаил – в лёгких льняных брюках и расстёгнутой рубашке, которая выглядела так, будто её забыли погладить в спешке перед выходом. Они снова улыбались, легко, непринуждённо, как будто мы не просто познакомились накануне, а знали друг друга уже не первый год.
– Ну что, готовы к экскурсии? – Спросил Михаил, хитро прищурившись.
Мы с Даней переглянулись, и я с улыбкой кивнула.
Поездка до виллы заняла минут двадцать. Мы ехали по узким улицам, где аромат пряностей мешался с запахом влажной земли, а за окнами мелькали торговцы, укрывшиеся от солнца под цветными навесами. Лиза рассказывала, как они искали жильё, как перебирали одно предложение за другим, пока случайно не наткнулись на этот вариант.
– Мы хотели что-то уединённое, но не слишком далеко от цивилизации, – объясняла она. – И эта вилла оказалась идеальной.
Вилла и правда оказалась прекрасной. Деревянные ставни, тёмные от солнца, широкая терраса, обвитая цветущими лианами, и бесконечный вид на лазурное море. Ветер лениво шевелил занавески, и в этом было что-то умиротворяющее.
Лиза провела меня внутрь, показывая просторную гостиную с высокими потолками и открытой кухней. Я слушала её голос, но он звучал как-то приглушённо, будто сквозь водную толщу.
– Что скажешь? – спросил Михаил, глядя на Даню.
– Хорошее место, – ответил он ровным голосом.
Мы сели. Михаил принес вино, болтал о местных достопримечательностях, о том, как они путешествуют, как год назад решили сбежать от серых будней и поселиться здесь, в этом маленьком раю.
– Мы не миллионеры, – усмехнулся он, – просто вовремя поняли, что хотим другой жизни.
– Вам стоит остаться на ужин, – предложила Лиза, взглянув на Даню. – Заодно, прочувствуете атмосферу места.
Он едва заметно пожал плечами – как всегда, предоставляя мне право выбора.
– Думаю, это хорошая идея, – сказала я.
Мне и в голову не могло прийти, что именно этот ужин станет началом чего-то, что перевернёт мою жизнь.
Мы остались.
Лиза и Михаил двигались по кухне, как давно сыгранный дуэт: Лиза ловко нарезала фрукты, Михаил жарил рыбу, напевая себе под нос. Они делали всё без суеты, легко, будто готовились к этому вечеру заранее. Я смотрела на них и невольно ловила себя на мысли, что мне нравится их дом, их манера жить, их непринуждённая близость. В них не было показной заботливости, которая часто раздражает в супружеских парах. Они не пытались впечатлить нас, но именно в этом и крылась их притягательность.
Мы сидели на террасе, наслаждаясь звуками ночи – шумом прибоя, стрекотом цикад, пением ночных птиц. Вечер накрыл нас своим теплым одеялом. Вино в бокалах играло при свете свечей на столе, оставляя тонкую плёнку на стекле.
Лиза потягивала коктейль через трубочку, её взгляд был немного рассеянным, словно она была здесь и в то же время где-то далеко. Вечерний свет подчеркивал её утонченность: тонкие запястья, аккуратные черты лица, кожа с лёгким золотистым загаром. Она выглядела словно героиня кино про идеальную жизнь, ту, в которую невозможно не захотеть попасть.
Михаил рассказывал что-то о местных традициях, о старике, который торгует амулетами у храма, о монахах, раз в год отправляющихся в отшельничество, чтобы искать просветления.
– Ты веришь в это? – спросила я у Дани.
Он чуть усмехнулся.
– В поиски просветления? – переспросил он, глядя на меня с едва заметной иронией.
– В то, что место меняет судьбу человека.
Он внимательно посмотрел на меня и ответил не сразу.
– Скорее, оно может показать ему способ, как можно поменять свою жизнь.
Его слова заставили меня замолчать. Было в них что-то тревожное, хоть и произнёс он их спокойно.
Михаил с Лизой переглянулись, будто уловили что-то в нашей беседе, но ничего не сказали.
– Ты права, – сказал Михаил, чтобы разрядить паузу и громко зычно засмеялся. – Это место меняет людей. Только не всегда так, как они того ждут.