- -
- 100%
- +
Глава 4
Когда Марат сказал, что ради свободы я обязана сопроводить его на светском приёме, мне подумалось, что я обошлась малой кровью.
Да! Как же!
Вдох-выдох.
Нужно расслабиться и постараться выглядеть приветливой и беззаботной. Так, по мнению большинства, выглядят жены богатых мужчин.
Реальность куда суровее, но мы сейчас не об этом.
Мероприятие проходит в одном из самых роскошных отелей Московской области. Принадлежит он виновнику торжества – имениннику – Раису Рамилевичу Закирову.
Он партнер и главный проводник Марата в мире больших денег.
Для Закирова мы должны оставаться счастливой парой. И дело не в его традиционных взглядах на семейную жизнь. Мужчина женат в третий раз и не особо чтит институт семьи, регулярно оскверняя его своими походами на сторону.
Просто он чрезмерно покровительственно относится к моему мужу. Сейчас у них в разработке находится один очень крупный проект, и Марат ой как не хочет на нравоучения отвлекаться.
Зал просто огромен. С футбольное поле, не иначе.
Стараясь себя хоть как-то занять, мысленно разбиваю помещение на небольшие геометрические фигуры, прикидывая, сколько бы здесь могло поместиться прямоугольников площадью сначала восемь, затем двадцать метров квадратных. После пересчитываю кадки с цветами, рассматриваю узоры на них.
Обычные развлечения для скучной училки.
Чем мне ещё заниматься?
Марат, в своей привычной манере, остается поблизости со мной. На расстоянии вытянутой руки – наш предел.
Если я уйду, он непременно разозлится. Проходили.
По его мнению, этому сборищу влиятельных бизнесменов нельзя доверять.
Можно подумать, каждый из этих статусных дяденек, любящих всеми доступными способами подчеркнуть свое богатство, только сидит и ждет, когда же я без защиты останусь.
Раздраженно фыркаю своим мыслям.
Впервые опека Марата меня выводит из себя.
Неприятно рядом с ним находиться, а он, как назло, никуда не уходит. Разговаривает со знакомыми за нашим столиком.
Люблю его всё так же. И именно из-за этого злюсь!
Прошло четыре дня с того момента, как я узнала об измене мужа.
Четыре дня ада…
Если бы не крошка, живущая внутри меня, я бы безостановочно плакала и билась головой об стену.
Но теперь подобный досуг не для меня.
Бравада, конечно же, напускная. Иногда я просыпаюсь ночью оттого, что сделать вдох не могу. Ощущения такие, словно разучилась дышать. Физически не могу справиться. Ловлю ртом воздух, но он не идет внутрь. Мой организм его отторгает. А всё почему?
Мне снится муж.
Клуб.
Обрабатывающая его шлюха.
Разодранное в клочья нутро кровоточит.
Почему всё произошло именно сейчас? Я ведь теперь не узнаю, он рад нашему малышу или нет…
Мы его так ждали…
Так старались…
В какой-то момент «родить» стало основной задачей в моей жизни. Без ребенка я чувствовала себя неполноценной. Мечтала подарить мужу малыша. Хотела почувствовать в себе его продолжение…
Сейчас крошка во мне, под самым сердечком, но я всё равно пустоту ощущаю.
Его папа не со мной. Рядом, но чужой человек.
До сих пор не знаю, как это принять и пережить.
Слишком больно. Слишком не вовремя.
«Ро, ты тупишь! Скажи спасибо, что не после родов узнала», – напоминаю себе, во что бы превратилась моя жизнь, узнай Марат о беременности.
Ругаю себя за то, что хочу скрыть от него малыша, но признаться никак не могу. Если он узнает – будет крах. Крах моих надежд на нормальную жизнь.
«Отвлекись».
В зале имеется танцевальная зона, посреди которой оборудована небольшая сцена. В третий раз за вечер на ней меняются музыканты, все до единого – звезды первой величины.
Закиров себе не изменяет. Все присутствующие должны понимать, куда попали и насколько обязаны быть благодарны за приглашение.
Ещё одна вечеринка с грандиозным размахом. Венецианский хрусталь. Каррарский мрамор. Всё вокруг блестит, искрит и сияет.
Гости свободно общаются друг с другом, обмениваются опытом, знаниями и, самое главное, обрастают связями.
Первые полчаса мне тоже пришлось потаскаться с Маратом. Широко улыбаться всем и каждому.
После подобных мероприятий помыться хочется.
Даже хуже, чем педсовет.
Хотя схожесть имеется. В обоих местах вам с радостью глотку перегрызут. Стоит только дать повод.
– Аврора, никуда не уходи, – тяжелая ладонь Марата ложится мне на плечо.
Я игнорирую, и он ощутимо сжимает мою кожу. Требует ответа.
Вскидываю голову, предварительно натянув на губы приторную улыбку.
– Хорошо, милый. Жду тебя тут. Возвращайся скорее, – сияю ровными зубами. Замечу, своими. Как мне их не выбили в юности – загадка.
Кадык мужа дергается.
Я переигрываю, и ему это не нравится.
Что поделать?! Ты сам меня сюда притащил.
Мог бы и любовницу с собой позвать, и обязательно ту, которая вскорости займет моё место.
Он наклоняется, делая вид, что в макушку меня поцеловать хочет, сам же в этот момент тихо шепчет:
– Давай без глупостей. Иначе пожалеешь, – после чего и вправду скользит губами по моим волосам. Ещё пара секунд, и он скрывается в людской толпе.
Облегченно выдыхаю.
Последнее время он полюбил меня запугивать.
Никто не представляет, чего мне стоит эта игра.
Так тяжело…
Безумно хочется прикоснуться к нему. Обнять. Поцеловать.
Хочется, чтобы всё было как раньше…
Хочу в тот мир, где мы друг друга любили и не могли дышать порознь.
В тот мир, которого больше нет…
Так грустно становится.
Опускаю голову и незаметно смаргиваю слезы. Они, к сожалению, с новой силой подступают к глазам.
Черт.
Если сейчас макияж потечет и я перепачкаюсь, будет неловко.
На мне платье цвета слоновой кости, любое пятнышко на нем будет заметно. С недавних пор у меня пунктик на счет грязи появился.
Интересно, глядя на меня со стороны, понятно, что я глубоко несчастна в этот момент?!
Ещё совсем недавно у меня были три точки опоры. Муж, наш малыш (мечты о нем) и работа. Сейчас я лишилась одной из них и покачиваюсь. Мне тяжело балансировать. Немного ветра, и в пропасть свалюсь. Подо мной она самая. Во всей красе. Сотни миль острых отвесных скал.
– Аврора, милая! Вот это да! Почему ты одна?! – слышу изумленный оклик и голову вскидываю.
Встречаюсь с парой небольших, глубоко посаженных карих глаз.
Закиров меня ими прожигает насквозь.
Не отрывая взгляда от меня, он обходит наш стол и искусно (для человека весом за сотню) дрейфует в сторону столика с напитками. Толкущиеся повсюду гости учтиво обходят его стороной.
Закиров из тех людей, с кем боятся разговаривать без предварительной записи даже на его собственном празднике. С виду очень безобидный мужчина, но внешность, как известно, бывает обманчива.
Наблюдаю за тем, как он останавливается рядом с несколькими десятками выстроенных в шеренгу бокалов с шампанским. Метнув на меня взгляд, он кивает своим мыслям и подхватывает один бокал и ведерко со льдом, из которого торчит бутылка дорогого игристого.
Десяток-другой секунд, и мужчина опускается на стул по правую сторону от меня.
– Моя богиня…, – произносит с деланным придыханием. – Аврора, вижу тебя, и хочется плакать. Объясни мне, почему Марат? Ты ведь знаешь, я могу дать тебе больше, – глядит с неподдельным восхищением.
Он мне в папы годится.
Если бы не слышала эту песню множество раз, непременно бы смутилась. А так… Склоняю голову набок немного и улыбаюсь ему.
– Я так рада, что Вы в свой день рождения, Раис Рамилевич, пребываете в прекрасном расположении духа. Это прекрасно, – отвечаю максимально приветливо.
– Где мужа своего потеряла? Он вообще обезумел? Одну тебя оставляет! Это негоже. Заберу тебя себе, чтобы знал.
Знаю, что он шутит, его воздыхания по поводу моей красоты – топовая шутка, так скажем.
Марат постоянно злится и пресекает его, как говорит Закиров, рискуя своим бизнесом. Но сейчас мужа поблизости нет, и «обольститель в летах» решает на полную действовать.
Как бы мне ни хотелось позлить Марата, я не рискую подыгрывать. Мало ли что.
Мой пока ещё муж множество раз говорил, что собирающийся на таких вечерах контингент может позволить себе «излишества». Тут полно девушек из модельных агентств (именно для таких случаев – поразвлечься), но я-то не знаю ничьих предпочтений. Некоторым не нравится проплаченная любовь, а принуждение – очень даже.
Пытаюсь тему сменить.
Лучше бы я была учителем русского и литературы. О поэзии бы поговорили, но я, к своему стыду, ни одного стихотворения быстро не могу вспомнить, а о взаимном расположении графиков линейных функций Закиров слушать не станет. Разве что приведение многочлена к стандартному виду его бы могло заинтересовать, но я не настолько раскована.
Тему меняю на первую попавшуюся.
– Музыкальное сопровождение на высшем уровне, – бросаю взгляд на сцену, откуда доносится джазовая композиция.
Разнообразие – наше всё, я уже и оркестр успела послушать, пусть и в современной обработке, и ультраизвестного европейского диджея.
– Ты надеешься меня соблазнить? – ошарашивает меня именинник.
Простите, что?
Я от удивления дар речи теряю.
Сжимаюсь в комочек и глазами хлопаю.
– Бог ты мой! Испугалась! – он заливается смехом, похлопывая ладонью себя по колену. – Нет, Аврора, ты совершенно точно прелестна! Если когда-нибудь Марат тебя обидит или надоест – позвони мне. Я с ним разберусь. Можешь верить мне на слово.
Отчетливо слышу угрозу.
Колючие мурашки бегут у меня по спине. Они ранят, кожу сдирая.
Как бы я ни злилась на Марата, как бы мне ни было больно, я никогда не захочу, чтобы Закиров с ним разбирался. Никогда!
Добрых слухов об этом мужчине не ходит.
Марат тоже не пай-мальчик, но всё же…
Нет, мне не хочется думать, что он может таким же стать. И я сейчас не о внешности.
Закиров – тот случай, когда я бы дополнила великих классиков:
«За всяким большим состоянием кроются ужасные преступления».
Не пойман – не вор, не сидел – не убийца.
Я так пугаюсь, что мои мысли летят не туда.
Раис Рамилевич внимательно в меня всматривается, производя ещё большее впечатление.
Его цепкий взгляд словно первоклассный сканер.
Воздух вокруг нас становится излишне горячим.
– Как Вы обзавелись таким экстравагантным чувством юмора? – собираюсь с мыслями, но всё же не слишком удачно подбираю слова.
Однако мой собеседник оценивает. Запрокидывает голову назад и в очередной раз начинает хохотать, да так звучно, что все люди, находящиеся поблизости, оборачиваются.
– Чистый бриллиант. Не хочу, чтобы Марат тебя испортил, моя дорогая, – он берет бутылку шампанского и доливает немного в мой бокал. – Нужно освежить, а то ты совсем не пьешь. Тебе не понравилось? Давай прикажу заменить…
Перебиваю его, заверяя, что всё отлично. Не мне, как сказал Марат – человеку с зарплатой полтинник, критиковать алкоголь, который стоит как два моих оклада, а может, и больше.
– … У меня просто от шампанского голова кружится. Я пока паузу сделаю, – не спеша я делаю паузу и качаю головой едва уловимо.
– Значит, нам нужно выйти на воздух! – Закиров быстро поднимается на ноги и тащит меня за собой.
Глава 5
– Аврорушка, проходи, – Раис Рамилевич делает взмах рукой, призывая идти за ним.
Не успела понять, как мы с ним оказались на выходе из зала, так как он подхватил меня, словно ураган опавшую по осени листву.
И вот один его неаккуратный жест, и из бокала с шампанским, что он сжимает в ладони, выплескиваются несколько капель. Они попадают на манжету его отлично скроенной сорочки.
Несмотря на свою тучность, Закиров выглядит опрятным и, не побоюсь этого слова, стильным мужчиной. Хоть он и невысокого роста – от силы сантиметров на пятнадцать выше меня, да и лишние килограммы присутствуют, но костюм на нем сидит идеально.
Года три назад, перед своей свадьбой, он нанял, как тогда выразился, менеджера по стилю, и по его рекомендации сменил личного портного.
Образ изменился мгновенно.
На что только не пойдешь, чтобы очаровать понравившуюся девушку. Но сейчас не об этом.
– Какой я неуклюжий, – усмехается с явным весельем. – Мелочи, моя дорогая, не суетись, – мягко произносит, когда я беру с рядом стоящего стола небольшое белоснежное полотенце и пытаюсь ему помочь – промокнуть искрящиеся на свету капельки.
– Хорошо, – соглашаюсь немного смущаясь.
Сама не знаю, что со мной происходит.
Излишне нервничаю.
Где же Марат?
У меня нет желания понравиться Закирову или провести на него впечатление. Просто моя тайная душа мечется и не знает куда себя деть.
Вихрь эмоций, что кружит меня в последние дни, не позволяет мыслить здраво.
Постоянно хочется плакать, то от счастья – несмотря на все разногласия, у нас с Маратом получилось крошку зачать, то от немыслимой боли – я не могу ему об этом рассказать.
Тайна гложет. Непроизнесенные слова жгут язык каждый раз, когда мужа вижу. Мне отчаянно хочется ему рассказать хотя бы для того, чтоб реакцию увидеть. Но не решаюсь.
Тереблю обручальное кольцо на безымянном пальце.
Подобный невроз мне несвойственен.
В последние годы нам с Маратом часто приходилось посещать подобные мероприятия.
Умение преподать себя – одно из самых важных. Закрытым ртом можно скрыть некоторые недостатки умственного развития, а вот плохая осанка и неумение держать лицо – всегда на виду.
Расправляю плечи. Стараюсь спокойствие источать.
Выходит с трудом.
Во внутреннем дворе, куда меня приводит Закиров, по обеим сторонам от прохода располагаются в два ряда шале. Небольшие, но с виду очень уютные. У каждого открытая веранда имеется. Разглядываю ближайшее. С включенной подсветкой по всему периметру оно выглядит сказочно.
Всматриваясь в темноту, замечаю слабые мерцания. Мимолетные вспышки неуловимых огоньков. Они то тут, то там появляются.
– Заметила, да? Это светлячки. Их завезли специально по причине праздника.
Мои брови немного ползут вверх. Сейчас для светлячков, скажем так, не сезон. Они ведь живые, хоть и недолог их час.
Озвучиваю свои мысли Закирову, но мужчина отмахивается, дескать, ничего, клиринг всех поутру найдет и уберет, главное – в оборудованном под фотозону участке сейчас красиво. Жуки именно оттуда прилетают. Предлагает мне пройти туда и сделать снимок с именинником. Шутит, что такую честь только мне и оказывает за весь вечер. Отказываюсь, стараясь при этом не обидеть.
Закиров запросто соглашается, давая понять, что не так уж и хотел оказаться в свете софитов.
– Дальше сад и зона бассейнов располагается. Недавно реконструкцию прошли. Пойдём, я покажу. Тебе должно понравиться, – обращается ко мне так, словно мы с ним друзья закадычные.
– Неудобно как-то…, – ноги отчего-то не слушаются.
Натянуто улыбаюсь и оглядываюсь мимолетно.
Почему именно сейчас Марат занят?! Никогда раньше он не выпускал меня из виду так надолго!
Резко ощущаю незащищенность полнейшую. Такое со мной впервые с момента свадьбы.
Раис Рамилевич наклоняется ко мне. Он так близко, что кожей ощущаю его дыхание.
– В смысле? Почему неудобно? Здесь всё моё, Авророчка! Абсолютно всё! – в голосе нескрываемое превосходство.
Он оглядывает всё вокруг, после чего его глаза возвращаются ко мне и прилипают намертво.
Ежусь под столь откровенным взглядом.
Выражение лица у мужчины такое, будто тут ему принадлежит всё, в том числе люди. И я тоже.
– Давайте вернемся, – прошу его, стараясь аккуратно руку освободить.
Он продолжает держать, лишь перехватывает.
После его пальцев на моем запястье непременно следы останутся.
– Марат своей вспыльчивостью тебя выдрессировал? – в голосе Закирова проскальзывает насмешка, и я краснею.
Со стороны может показаться, что он прав. Но все годы совместной жизни дело было в другом.
Я не боялась, что муж меня отругает или применит физическую силу. Нет! Не расстраивать его было моим сознательным выбором. В свете последних событий это прозвучит смешно, но мы любили друг друга.
Всегда любили. С первой нашей встречи.
Я так была счастлива, когда он вернулся за мной…
Неуместные сейчас воспоминания прорываются в сознание яркими вспышками. Ранят, заставляя моё изможденное сердце болеть с новой силой.
Марат и есть самая яркая часть моей жизни. Возможно, таковой и останется, ведь комочек внутри меня – его часть.
При мыслях о малыше накрывает волна неконтролируемого страха.
Господи! Почему я тут нахожусь?! Зачем пошла с Закировым на улицу? Понятно, что отбиваться от него нельзя, меня бы не поняли, но зачем его общество мне?!
С большим удовольствием я бы сейчас прошлась по детским магазинам.
Не покупать, нет. Просто посмотреть. Получить порцию умиления. Посоветоваться с малышом, чего бы нам больше хотелось.
По сроку беременности ещё рано, однако стадия гнездования у меня на подходе. Усугубляется всё тем, что неизвестность пугает. Жить-то мне негде. Возвращаться на Урал в свою квартирку желания нет. Мне бы хотелось, чтоб малыш жил в комфортных условиях.
Если бы кто-то знал, как мы с мужем старались. Верить, правда, мне за двоих приходилось.
Из-за этого мы и начали отдаляться. У меня появились от мужа секреты.
Глаза Раиса Рамилевича сверкают.
Я уверена, он с легкостью считал мое замешательство и легкий испуг, у людей, подобных ему, чуйка на такое срабатывает.
Чужая слабость – это то, чем он подпитывается.
– Я понимаю, Аврора. У твоего мужа есть огромный талант. Я бы даже сказал – редкий дар. Своими поступками он умеет вызывать у людей уважение. Вселять в них веру в свое превосходство. Если бы я в свое время имел такие же лидерские качества и животное чутье, то, поверь мне, забрался бы на вершину гораздо раньше. Но это всё касается бизнеса и только его. Если где-то излишек, обязательно стоит поискать дефицит. Он уделяет тебе недостаточно внимания… Я прав?! – его вторая рука оказывается на моем предплечье.
Когда он успел избавиться от бокала?
Он склоняет голову набок и ждет моего ответа.
Внутри всё холодеет.
Я бы сейчас не отказалась от перспективы развержения земной коры до самых её недр. Всё что угодно, лишь бы он перестал так смотреть на меня!
Мне не хочется верить, но похоть в его взгляде видна даже мне, не очень-то в этом искушенной. Так на меня смотреть может только муж.
Недоумение тревогой сменяется.
Продолжая держаться в рамках любезностей, он делает мне недвусмысленное предложение, ожидая согласия.
– О, у нас с Маратом всё прекрасно! – выпаливаю. – Всё свободное время он проводит со мной, – расплываюсь в улыбке, моля бога, чтобы она искренней выглядела. На деле же я трепещу, но отнюдь не от восторга.
Даже если он знает об изменах мужа, что, скорее всего, так и есть, я готова в его глазах наивной дурой выглядеть, лишь бы он понял, что тут без шансов.
Как назло, ни одной души поблизости от нас нет.
Куда все подевались?
Сквозь панорамные окна я видела здесь десятки людей. Буквально минут пятнадцать назад!
Оставаться наедине с ним опасно.
– Прохладно… Мы можем вернуться? – начинаю тарахтеть, желая побыстрее сменить тему. – Я читала присланный с приглашениями протокол мероприятия и не нашла там части на открытом воздухе, поэтому не взяла с собой ничего теплого. А шубу оставила там…, – неопределенно себе за спину указываю. – Слово забыла! Вот же растяпа… Нам там ещё номерки выдали.
Несу полную чушь лишь с одной целью – оттолкнуть мужчину от себя.
Марат – единственный мой опыт в личной жизни, и он терпеть не может тупых баб.
Раньше не мог.
Раскаленная спица вновь сердце насквозь пронзает. Боль взор застилает, растекаясь перед глазами алыми пятнами. Приходится слезы сдерживать.
Мой муж стал другим, и вкусы у него изменились.
За своими переживаниями я не сразу замечаю, что на Закирова мои слова произвели обратный эффект. Он буквально расцветает на глазах.
Несколько движений, и мне на плечи его пиджак опускается.
– Прости, Аврорушка! Я совсем не подумал, вытаскивая тебя на улицу раздетой, – в последних словах снова слышны странные интонации.
– Всё в порядке, – выдавливаю из себя, глотая ком, распирающий горло.
Пытаюсь вернуть пиджак, но Закиров пресекает, заверяя, что ему и так не холодно.
– Моё упущение. Не снимай, – последнее строго. – Вы с Маратом останетесь? – указывает в сторону ряда шале. – Я не всем гостям предлагаю. Но Марат мне как сын. Ты и сама знаешь, Аврора. Пройдем, ты выберешь дом, что тебе по душе, и я распоряжусь принести вещи из вашей машины.
Поднимаю на него глаза и рта открыть не успеваю.
Собиралась! Я правда собиралась сказать, что мы с ночевкой оставаться не планировали.
– Раис, убери руки от моей жены, – из-за моей спины раздается леденящий душу голос мужа.
Вот теперь я пугаюсь до одури.
Глава 6
– Ты что творишь?! – Марат с силой ударяет ладонями по кожаной обшивке руля.
Мне становится не по себе. Разъяренный голос мужа лезвием проходится по моим и без того растерзанным нервам.
– Перестань на меня орать! Ты сам делся куда-то! Ушел, оставив меня там одну. Что я должна была делать?! Лицо ему расцарапать и орать, мол, не прикасайся ко мне?! – обида душит.
Я ведь правда ничего плохого не совершила! А он устроил такую сцену, что, окажись мы завтра на первой полосе желтой хроники, не очень-то и удивлюсь. Мне очень бы этого не хотелось.
После нашего с Маратом развода и так придется подколы коллег выслушивать. Тайком, но так, чтобы я слышала, они частенько обсуждают горяченькие темы, по типу – такие, как Сабиев, верными не бывают.
И это я ещё не знаю, чем вообще дело закончилось. Вдруг муж не сдержался?!
К нам подошел друг Марата – Наиль Гимаев, и, передав меня в его руки, муж, со словами – присмотри за ней, а лучше в тачке закрой, остался разговаривать с Закировым.
О чем?! Я могу только догадываться. Хочется верить, что бизнес и хорошие отношения с Раисом Рамилевичем для него важнее слепой ярости.
– Всё лучше, чем вести себя как последняя…, – Марат стискивает зубы так, что я слышу скрежет. Того и гляди на эмали трещинки появятся.
– Кто я?! – на месте подпрыгиваю от негодования. Он это сказать собирался?! Ругаться с водителем опрометчиво, но я не выдерживаю. – Совсем, что ли, рехнулся?! Ты мне изменяешь, а шлюха у нас, значит, я?!
– Я этого не говорил! – цедит муж, не отрывая взгляда от дороги.
Рассматриваю его. От взрыва нас отделают считанные секунды.
Он походит сейчас на трансформаторную станцию. Не прикасайся – убьет!
Пятьсот вольт в нескольких десятках сантиметров от меня.
Мурашки пробивают от макушки до пяток.
За что мне все это?! Скоро Новый год, неужели я настолько плохой девочкой была в этом году?
У меня даже ни одного двоечника нет! Все умнички!
Один только козел завёлся! Муж.
– Ты это подразумевал! – не пытаюсь скрыть свою реакцию.
– Если бы хотел, то назвал бы! И вот сейчас говорю – ты, Рори, дура! Неужели не понимаешь, чем могло все закончиться?! – обернувшись, он скользит по мне хмурым взглядом. Между бровей залег глубокий залом. – Нарядилась в его пиджак и поперлась на аудиенцию в шале?! Чай пить с ним собиралась?! Где твой мозг был в этот момент?! Неужели так отомстить мне хотелось?! Любой ценой?!
О Боже! Я и не подумала об этом! Я в шоке…
Задыхаюсь от обиды. Мы были так долго вместе… Неужели он, прожив со мной столько времени, не знает, на что я готова пойти, а на что нет?
Мысли меня не слушаются. Столько всего хочется ему высказать, но ком в горле мешает даже вдох сделать!
Пальцы рук подрагивают, я ослеплена обидой.
– А если даже и так?! – выпаливаю, не успевая подумать ни о чем.
Эй, благоразумие! Ты где вообще?!
Машина внезапно виляет. Резко вывернув руль, Марат бьет по тормозам.
Его ярость физически ощутима.
Он дает себе несколько секунд на «успокоиться», но не справляется.
Стремительно дергается в мою сторону и, крепко обхватив подбородок горячими пальцами, легко впечатывает мою голову в подголовник кресла.
– Даже не думай об этом! Просто не думай! Никогда! – в его глазах ад творится.
Моё эмоциональное состояние разлетается на мелкие осколки. Мгновенно и в клочья.
– Ты думаешь, я буду спрашивать твое мнение? – хватка на моем лице не дает нормально говорить, но я всё же произношу. – Когда мы с тобой разведемся, буду делать что захочу! – единственное, что я хочу – убраться побыстрее из мира мужа.
В глазах Марата мелькает какая-то дикая эмоция, не совсем её природу улавливаю. Он на меня злится?! На меня?! После того, что сам наделал?!