Неприятно познакомиться, ведьма

А ощущения тебе не выдать?

Глаза напротив глаз.

Я прищурилась, вглядываясь в них – мятежное грозовое небо, – и ответила:

– Твои поступки говорят, что ты – человек надежный, хоть и не без морализаторства. А глаза… Глаза сообщают, что ты голоден, Влад, потому что я очень сомневаюсь, что ты успел позавтракать. Поэтому сейчас мы идем на кухню. Думаю, завтрак уже готов. Если нет, я помогу тете, и он приготовится быстрее.

– Яна, и ты думаешь, что это нормальный ответ?

– Какой вопрос, такой и ответ. – Я поднялась с дивана, взглянула на него сверху вниз и заметила: – Кстати, первая половина была нормальной.

Влад поднялся следом.

Если бы он был сантиметров на двадцать ниже ростом, мы бы столкнулись лбами. Но сейчас я едва не столкнулась с его шеей и ключицами и отшагнула назад, поднимая голову.

И это я, как говорится, еще достаточно высокая. Ещё три сантиметра, и буду без двадцати пяти двухметровой. Но мне все равно приходится задирать голову, чтобы посмотреть на Влада. А вот если он себе найдет девушку-Дюймовочку ростом в полтора метра, представляю, как им несладко будет… целоваться. То есть, ощущения, может, и будут сладкими, но Владу придется согнуться напополам, а девушке-Дюймовочке надеть самые высокие каблуки, что придуманы. Видела я один такой фильм…

Влад явно не подозревал, чем заняты мои мысли. Вполне возможно, что чего-то ожидал. Возможности согнуться? Оу, ну уж нет. Если вдруг захочет согнуться Влад, придется согнуться и мне. А потом уж бочком, бочком, около стеночки – и в коридор, с воплями «Спасите!!!».

– Есть пойдем, – пробурчала я.

– Пойдем, – согласился Влад, но не сдвинулся с места.

– Иди, – радушно предложила я. – Или только после нас? Меня и живущих во мне личностей? – я фыркнула и призналась: – Если честно, они все ведьмы и все вредные. Так что даже не знаю…

– Может, одна из твоих личностей все же окажется более благосклонной?

– На что ты намекаешь?

– Ты поняла.

– Дело как раз и заключается в том, что я поняла, – заметила с горечью, – а ты не понял. Разворачиваемся – и идем. Левой, левой, раз, два, три. Выходишь в коридор, поворачиваешь направо, добредаешь до перекрестка и снова направо. Влад, – добавила жалостливо. – Идем, а? Я уже устала спорить и что-то доказывать. Что делать с нечистью, решим после завтрака.

И я вышла из зала первой.

Влад, подождав несколько секунд, последовал за мной.

***

– Вот так матацика-а-ал, – восхитился Пашка, разглядывая черного зверя Влада. Вернее, Влад был человеком, но его мотоцикл, действительно, тот ещё зверь… Пашка обошел его кругом, не пропустив ни одну деталь, и добавил: – Вот это да-а-а…

Приезду Влада он обрадовался в пять раз больше, чем я. Пашка пришел на кухню, когда мы уже заканчивали завтрак, и чуть в ладоши не захлопал от восторга. Ничто не могло спасти Влада от игры в самолетики – ну как же, в самолетики с будущим инженером играть очень интересно. Но уже по пути в детскую Влад заикнулся о мотоцикле.

О да, это был настоящий фурор.

Пашка носился по дому как сумасшедший, разыскивая куртку. Он бы и в футболке на улицу унесся, но тетя его притормозила. Я смотрела за братцем, но видела в нем себя – я тоже так люблю побегать, особенно перед школой. Не родственники мы, случайно?

Так вот, Пашка все же оказался на улице, и сейчас его восторгам не было границ.

После очередного круга и комплимента Влад, не выдержав, взглянул на меня. Взгляд у него при этом был таким страдальческим, что я фыркнула.

– А как им управлять? – полюбопытствовал Пашка.

Очередной взгляд – и моя широченная улыбка.

– Примерно как самолетом, – ответил Влад наконец.

– Правда?..

И он попробовал забраться прямо на железного коня. Тогда уже не выдержала я: подбежала к Пашке, взяла его за плечи и осторожно оттянула назад со словами:

– Покатаешься, когда немного подрастешь, хорошо? Сейчас тебе уезжать нельзя: как же будет мама жить одна?

– Но потом не будет мотоцикла, – заметил Пашка справедливо.

– Мы попросим у Влада, и он нам его пригонит. Правда ведь, Влад? – мы вдвоем уставились на мага, и бедняге ничего не оставалось, кроме как кивнуть. – И даже обучит всему, что надо знать. А теперь тебе пора завтракать. Транспорт подождет.

– Яна, – Пашка коснулся моего запястья.

– А? – я удивленно взглянула на него.

– Давай с тобой договоримся, – произнес он, – чтобы ты не ссорилась с Владом.

– М? С чего мы должны с ним ссориться?

Теперь на Влада глядела уже я. И он словил мой взгляд, ответив горькой улыбкой.

Они что, сговорились? Ох, малышня. Ничего не понимают. Ну ничего, им мудрая тетя Яна все объяснит…

Тетя Яна… Вот так жуть. Ужасно звучит. А ведь когда-нибудь я стану тетей. Лет эдак через пятнадцать, двадцать или тридцать. Будут деточки Пашки приезжать ко мне и во всю глотку орать: «Яна! Тетя Яна!». Или мои деточки – к Пашке.

Я помотала головой. Ну уж нет. Обойдемся без деточек.

Пашка, не дождавшись ответа, убежал в дом, и я поплелась следом за ним. Недалеко доплелась: через пару шагов моего запястья коснулась уже другая ладонь. Ладонь с длинными, утонченными пальцами, холодная мужская ладонь. Ну так с нашей погодой… И с синдромом Рейно. Вот чего он в меня вцепился?

– Давай без выяснения отношений, – поворачиваясь, произнесла я.

– Давай, – согласился Влад.

– Тогда что ты хотел сказать?

– Да так… – протянул он. – Просто хотел высказать кое-какую мысль.

От такой тактичности я закатила глаза и пошевелила Влада:

– Высказывай.

– Думаю, твой брат был бы хорошим черным магом. Жалко, что все так получилось. Что он не смог им стать.

Влад про ситуацию с моей тетей знал. В свое время, если можно так сказать, она потрясла все магическое сообщество. Ещё бы – такие новости! Ведьму, подающую большие надежды, ведьму, что совершила уже и без того многое, вдруг сбросили со счетов.

Я не любила об этом вспоминать.

– Тебе правда жалко? – уточнила я.

Влад кивнул. Ожидая чего-то… чего? Какого-то громкого моего заявления? Так я его не разочаровала, произнесла:

– На самом деле, я даже рада. Не в ситуации с тетей… а в случае с братом. Я рада, что он обычный человек. Ладно, не совсем обычный человек, – заметила я. Все-таки один рецессивный ген черной магии Пашка нес. Тетю душу смогли закрыть, но предрасположенность к черной магии невозможно изъять. – Нам ли жалеть, Влад?

– Ты согласилась бы стать обычной? – спросил он.

– Сейчас – нет, – я покачала головой. – Сейчас уже слишком поздно. Но я не уверена, что многое бы потеряла, если бы была простой. Если бы магия оставалась сказкой. – И добавила: – Помнится, когда-то ты тоже говорил о подобном.

– Да, – он кивнул. О чем он тогда только не говорил, в самом деле. – Но ты права: мы без магии – это уже не мы.

– А Пашка с магией не был бы тем Пашкой, которого я знаю.

И я сдвинулась с места, продолжив путь. Но Влад вновь меня остановил, и я вновь повернулась к нему, чтобы услышать его вопрос:

– Ты бы не хотела, чтобы твои дети были черными магами?

Он едва ли не точь-в-точь повторял мои недавние размышления.

Я удивленно вскинула брови.

– К чему такие вопросы?

– Мне… – он замялся. – Интересно узнать.

– Хорошо, – я вздохнула. – Тогда слушай. Я бы вообще не хотела, чтобы у меня были дети. Я не смогу воспитать их достойно. У меня перед глазами нет правильного примера. Не хочется быть такой, как моя мать. Но и такой, как отец. Он хороший, но…

– Я понимаю, – Влад кивнул. – Но ведь ты будешь воспитывать их не одна.

И он уже во второй раз за сегодняшний день попытался ко мне приблизиться. С какими намерениями? Я шагнула назад, не позволяя свершиться… ничему такому, ничему, что, может, и не должно было свершиться, но крупно засело у меня в голове.

Я всегда буду одна, Влад. Кто бы меня ни окружал, я буду одна.

– Идем в дом, – произнесла равнодушно. – Нужно обсудить, что сделать с нечистью. И сделать это, ведь ты здесь именно для этого.

– Идем, – он кивнул.

– И больше никаких таких тем, – предупредила я.

Я надеялась, что Влад скажет: «Хорошо».

Вместо этого он спросил:

– Почему?

– Потому что мне откровений достаточно. Я столько за последние семь лет не сказала, сколько за одни сутки. Отправляемся, эй! – я попыталась улыбнуться.

Тогда заветное «хорошо» все-таки прозвучало.

Правда, было уже слишком поздно.

Почувствовав боковым зрением движение справа, я обернулась, но заметила только висящую в кухне белую штору, что слегка колыхалась.

***

Надеюсь, наш с Владом план был настолько же гениален, насколько прост.

Если быть точнее, мы собирались почти полностью повторить мой триумф. Только теперь вместе. Вместе… Пф. Мы во время этого повторения даже за руки держаться не будем, что уж говорить о душах?

Хотя нет, души задействовать все же придется.

С собой Влад привез ловушку. Почти как мою, только более надежную. Ну, по крайней мере, так сказал он сам. Я должна буду активировать ее, когда приблизится нечисть. Влад в это время будет стоять рядом, и он активирует стену, которая помешает нечисти сбежать.

Вот и все.

У нее не будет путей, кроме как добровольно податься в ловушку. А она на волне паники именно так и сделает.

Оставалось главное: сделать так, чтобы нечисть пришла к нам навстречу. Но в этом я проблемы не видела. На деточке стоит блок, который мешает ей подпитываться человеческой и белой энергией. А питаться обделенной даме надо. Поэтому она сама бросится к черной магии. Ещё бы: два ходячих источника энергии.

Вот так мы все и разрешили, сидя на полу в гостиной. Можно считать, что нам необычайно повезло: Пашу увел в гости Леша, тот самый, с новой машиной. Ну, как увел… Минут двадцать они толкались у мотоцикла и даже успели нажать пару кнопочек. Хорошо, что Влад этого не видел. По крайней мере, я надеюсь, что он это не заметил.

Поэтому мы быстро сели и все решили. Совсем-совсем не переходя на личные темы и даже почти не ругаясь. Что, если учесть последние события, удивляет.

Но потом у Влада зазвонил телефон, он, бросив, что это мама, поднялся с пола, вышел в коридор, а потом и вовсе во двор. Я слышала, как хлопнула входная дверь. Ну надо же, сколько секретов! Хотя кто бы говорил. Наши общие я сейчас прятала в рюкзак Влада.

Спрятала вовремя: только я поставила рюкзак на место, не забыв при этом положить в него задолженные когда-то тридцать рублей, правда, без подписей, в зал вошла тетя, которая до этого занималась домашними делами.

– Влад ушел? – спросила она.

– Да, – я кивнула. – Ему позвонила мама.

Тетя кивнула в ответ, села рядом со мной, на пол, но напротив места Влада, и поинтересовалась:

– О чем говорили?

– Да так. О всякой чепухе, – протянула я. – О всяких… м-м-м… изобретениях и о прогулках. По мелочи.

Кивнув, тетя взглянула на меня проницательными карими глазами.

– Именно для этого он сюда и приехал?

– Ох, – отозвалась я. – Влада понять тяжело. Скорее всего, он просто устал от городского шума и решил отдохнуть. И приехал сюда, прикрывая это тем, что «соскучился».

– Соскучился? – тетя вскинула брови. – Я случайно заметила, как вы разговаривали там, на улице. Он относится к тебе неравнодушно, Яна?

– Может быть, – пробормотала я. – Но лучше бы относился с равнодушием.

– Почему же? – она внимательно посмотрела мне в глаза.

Потому что нашему местному черномагическому мастеру нужна иная Маргарита.

– У нас разные цели, – пробормотала я. – В жизни. И взгляды на… На разные вещи. Я для него – привычка. Но я не хочу ей быть.

Тетя кивнула и произнесла:

– Когда-то меня любил мужчина. А я не знала, люблю ли его. Но оставалась рядом. Как ты сама говоришь, привыкла. Потом его не стало. – Я слушала тетю с затаенным дыханием: прежде она не разговаривала со мной на подобные темы. – И это оказалось больнее, чем я думала.

– А что произошло? – спросила я тихо.

– Авария, – тетя пожала плечами. – Если бы не Паша, Яна, я вряд ли бы нашла новый смысл жизни. Паша – его сын.

Я, наконец, выдохнула.

Пашка родился спустя три года после того, как в тетиной жизни произошла трагедия. И все эти три года, в течение которых тетя, сама того не осознавая, училась жить без магии, мы ее почти не видели. Она отгородилась от всего мира, хотя и не знала причину накатившей на нее депрессии.

Оказывается, нашелся тот, кто смог позаботиться о ней должным образом.

И, похоже, его не стало до того, как родился Пашка. Потому что сразу после его рождения тетя позвонила нам и попросила отвезти его домой. Она вновь была жизнерадостной и улыбчивой, такой, какой являлась давным-давно, и только сейчас призналась в том, что пережила ещё одну трагедию в своей жизни.

Я пододвинулась к тете и осторожно ее обняла.

Тетя обняла меня в ответ.

– Паша – очень хороший парень, – произнесла я серьезно.

– Я хотела бы, чтобы он вырос хорошим человеком…

– И ты ещё обязательно будешь счастлива, тетя, – продолжила я.

– Куда уж мне, – она хмыкнула. – Я не для этого рассказала тебе свою историю, Яна. У тебя все впереди, и я хочу, чтобы ты не совершала моих ошибок. Если любишь – люби со всей отдачей. Если нет – не мучай ни себя, ни его. Хорошо?

Она отодвинулась и взглянула на меня.

– Хорошо, – согласилась я. – Никаких твоих ошибок. Только свои собственные.

– Яна, – тетя покачала головой.

– Так и рождается мудрость, – заметила я, – из суммы опытов множества людей.

Мы посидели ещё пару минут, а потом входная дверь распахнулась, раздалось несколько еле слышимых шагов, и прежде, чем в зал заглянул Влад, тетя успела птичкой спорхнуть с пола и взять лежащую на ближайшей полочке книгу, будто именно за ней она и пришла. Ну, может, и вправду за ней… На выходе из зала, как ни в чем не бывало, она столкнулась с Владом.

Тетя была довольно низкой, худой, носила короткие каштановые кудри, но, честно признаться, рядом с Владом она не смотрелась такой уж беззащитной. Или это Влад испортил картину написанным на лице удивлением.

– Проходите, – он сделал шаг назад.

– Благодарю, – тетя кивнула и вышла в коридор.

Зато Влад вошел внутрь, и я заинтересованно взглянула на него.

– Все в порядке?

– Да, – отозвался он.

– Точно? – не успокоилась я.

– Точно. Мама не могла определиться с цветом дивана, и на помощь пришел я – высококвалифицированный дизайнер. Прости, что долго.

– Ничего. Диван – вещь важная. У нас дома, его, правда, нет, но это важности не отменяет.

Я поднялась с пола, подняла голову и осторожно спросила:

– Ну что? Прогуляемся до речки?

– Знаешь, Яна, – отозвался он. – Я бы с радостью с тобой прогулялся, и даже дальше, чем до речки и всему к ней прилежащему. Но на улице начался дождь.

– Дождь? – удивилась я. – Впервые за неделю, наверное. Хотя у меня такое ощущение, что впервые за полгода.

Влад кивнул, и я обернулась, чтобы посмотреть в окно. За ним в самом деле виднелась едва заметная рябь, которая, впрочем, уже спустя десять минут обернулась в ливень.

***

Я вообще-то не люблю чай с медом, но сейчас он пришелся как никогда кстати.

Мы: я, тетя и Влад, сидели на кухне, в тишине, перебиваемой лишь музыкой дождя, и пили его из прозрачных стеклянных чашек. Пашка тоже пытался пить, но то и дело посматривал на Влада, намереваясь что-то ему сказать, но не решался. А потом и вовсе принялся разворачивать шуршащую конфету. Не выдержал, уж точно.

Вскоре закончился чай и почти закончился дождь. По крайней мере, его больше было не слышно. Мы переглянулись с Владом, и я, поднявшись со стула первой, произнесла:

– Наверное, надо прогуляться.

– Яна, – тетя покачала головой, – ты промокнешь.

– Я возьму зонт… Твой, хорошо? Тем более, дождь совсем слабый, а мне срочно надо подышать свежим воздухом.

– Как и мне, – очнулся Влад.

– И я хочу! – не выдержал Пашка.

Короче говоря, не без помощи тети, но от Пашки мы отбились, пообещав вернуться в скором времени. Я взяла тетин зонт, предусмотрительный Влад – свой собственный, как и ловушку и так называемый протектор стены, который будет активировать сам. И мы вышли из дома.

Дождь, в самом деле, был уже совсем слабым. Что-то мне подсказывало, что это ненадолго. Но тянуть с делом было уже некогда. А если полностью он закончится ещё нескоро? Если будет идти всю ночь, а потом весь день, а потом ещё ночь…

Вода в кроссовках пошлепывала, и что-то мне подсказывает, что не только в моих.

Спускаясь по тропинке к реке, мы замарались в грязь. У речки подсобрали песка в обувь. Потом все же достигли злополучного кладбища, виду которого Влад почти не удивился, прошли через него, собирая воду с травинок, и все-таки оказались в лесу.

Мы ждали. Терпеливо ожидали, когда появится моя детка.

Ждать пришлось недолго.

Несчастная, исхудавшая, она бросилась на нас, и я как можно быстрее активировала ловушку. Ещё одну. Влад, как мы и договаривались, поставил стену.

Бежать нечисти было некуда – так мы хотели.

Только «вот и все» не случилось.

Усилившийся дождь барабанил по потолку и стенам, различимым только благодаря редким фиолетовым всплескам. Не попадает на магию, но отлично попадает на нас.

Два мага друг напротив друга, в центре – ловушка, над ней – моя недодемонюка. Она полетела вверх – и наткнулась на потолок. Потыкалась в стены, но выхода не нашла.

Думаете, она действительно бросилась в ловушку?

Как бы ни так. Ловушка и ее притяжение монстра совершенно не беспокоили, как и в прошлый раз.

Зато она вдруг очень заинтересовалась мной и бросилась вперед, прямо на меня, не давая даже секунды на размышления.

И я не успела что-либо сделать.

…Дуньте на слабую ведьму, и пусть она погаснет.

Да здравствует полная темнота. Я ведь так о ней мечтала.