- -
- 100%
- +
Пролог
Говорила мне бабка лютая,
Коромыслом от злости гнутая:
– Не дремить тебе в люльке дитятка,
Не белить тебе пряжи вытканной, —
Царевать тебе – под заборами!
Целовать тебе, внучка, – ворона.
Марина Цветаева
Простояв у окна около двух часов, она наконец-то увидела, как он возвращается. Сердце, которое прежде билось спокойно, будто бы она не планировала ничего ужасного, при виде его сразу же забилось как ненормальное. К горлу подступила тошнота. Руки, которые сжимали аккуратный маленький револьвер, мелко задрожали.
Она не сможет выстрелить в таком состоянии. Тем более в того, кого любила. Пусть он и был убийцей ее отца.
Спрятавшись за дверью, ведущей в спальню – их спальню, – она крепко сжала револьвер, медленно вдохнула и шумно выдохнула.
Время превратилось в тягучее вещество. Казалось, прошла целая вечность до момента, когда входная дверь открылась, и он вошел в квартиру.
Его движения были едва слышны. Ей даже пришлось затаить дыхание, чтобы слышать его шаги.
Почему-то именно сейчас, в самый неподходящий момент, она вспомнила предсказание своей покойной прабабки, когда та гадала ей единственный раз в жизни.
– Соколики возле тебя виться будут, в жены звать. Да только полюбишь ты, внучка, ворона, – хмуро сказала тогда прабабка. – Только к нему у тебя будут чувства такие сильные, что погубят и тебя, и его.
Почему она вспомнила это предсказание только сейчас? В момент, когда приготовилась убить того самого ворона, которого все еще отчаянно, до ноющей боли в груди, любила, несмотря на страшную правду. Ворона, чьи черные крылья были давным-давно обрезаны и запачканы кровью – своей и чужой.
Недалеко от нее скрипнула половица.
«Сейчас или никогда», – подумала она и вышла из своего укрытия, держа револьвер обеими руками.
Он стоял к ней спиной. Взялся за края свитера, чтобы снять его, но увидел ее через зеркало и улыбнулся – видимо, еще не заметил револьвер в ее руках.
– Я думал, ты спишь…
Время снова стало тягучим, со вкусом и запахом металла.
Он начал медленно поворачиваться. Не дожидаясь, пока их взгляды встретятся, она выстрелила ему в спину.
Один раз. Второй.
Брызнула кровь. Несколько капель попали на ее белую футболку. Вернее, его футболку, которую она носила как пижаму.
Запах и вкус металла усилился.
Запах и вкус крови.
«Что я наделала…» – пронеслось в ее голове.
Один
И одинокая мигрень,
Подруга дней моих,
Меня любила целый день
За двоих
Агата Кристи – Ни там, ни тут
Год назад
Головная боль, которую медики называют заумным словом «цефалгия» бывает разной и воспринимается по-разному. Каждый в своей жизни ощущал ее в том или ином виде, даже будучи абсолютно здоровым человеком.
Мигрень, как правило, встречается всего у шести процентов людей, причем в основном у женщин. Самый распространенный вид головной боли – тензионная или напряженная. Есть еще боль, связанная с инфекцией, веществами и с давлением. Но вот к какому виду отнести головную боль, которая появляется от скуки и раздражения?
Ярослав рассуждал на эту тему уже около часа. За это время его голова болела почти всеми видами, которые он только знал: начиная женской мигренью и заканчивая болью из-за жуткого шума, который издавали собравшиеся в конференц-зале люди.
Это было очередное собрание важных шишек известной на весь мир компании «Rieger Enterprises», которая специализировалась на производстве инновационных компьютерных систем. На этом мероприятии Ярослав оказался впервые, да еще и совершенно случайно – у его непосредственного начальника, неожиданно возникли важные дела, и поэтому на собрание он послал своего помощника, Ярослава.
Поначалу Ярослав с умным и заинтересованным видом пытался слушать все, о чем говорят эти великие люди. Однако в скором времени он понял, что ничего великого в них нет. Их разговоры, которые стремительно перерастали в громкие споры, сводились лишь к всевозможным способам заработать больше денег. И зачастую эти способы были совершенно бесчеловечными. Например, сегодня эта кучка неприятных на вид мужчин в дорогих костюмах решала, как быстро и менее затратно отобрать у двух молодых компаний их патенты на новые разработки.
Новоиспечённый глава компании, Алексей Борисович Горюнов, тоже активно дискутировал, брызжа слюной и выкрикивая матерные слова. Ничего общего с его предшественником – Дмитрием Альбертовичем Ригером – у Горюнова не было.
Новый глава компании вызывал у Ярослава отвращение, как и вся его свита. Тупо уставившись на стоящий перед ним стакан с водой, Ярослав с нетерпением ожидал окончания этого кошмара. Одновременно с этим он пытался избавиться от головной боли, отрешившись от реальности и не вслушиваясь в громкий разговор окружающих его людей.
В тот момент, когда головная боль уже начала проходить, кто-то толкнул Ярослава в плечо. Очнувшись, он перевел свой взгляд от стакана в сторону, откуда прилетел толчок. Сидевший рядом с ним мужчина нетерпеливо смотрел на Ярослава мутными голубыми глазами.
– Вы нас слышите? – спросил Горюнов.
Ярослав сдавленно кивнул и потянулся к стакану с водой. Сделав пару глотков, он робко попросил повторить вопрос.
– Мы интересуемся, уничтожил ли Глеб Романович архивы за прошлое десятилетие? – недовольно произнес Алексей Борисович.
Девять пар глаз устремились на Ярослава, ожидая ответа, которого он сам не знал. Внезапно головная боль резко отступила, и на ее место пришло волнение, сдавливающее горло так, что трудно было произнести хотя бы слово.
Совет директоров ждал, испытывающее глядя на Ярослава.
– Да, разумеется. Его больше не существует, – ответил он, придав своему голосу как можно больше уверенности.
Врать ему всегда было сложно, особенно, когда от этого вранья зависело многое. На самом деле этот «архив», который состоял лишь из парочки компрометирующих компанию документов, был стерт лишь из базы данных. Глеб Каверин был человеком предусмотрительным. Для безопасности он всегда оставлял себе такого рода документы в печатном и электронном виде, которые хранил в надежном месте. Ярослав ни раз видел, как Каверин с коварной ухмылкой распечатывает какие-то бумаги, а потом аккуратно кладет их в фалы и убирает в железный сейф. Там же у него лежал маленький носитель – запароленная флешка с кучей компромата почти на каждого работника компании, с которыми он когда-либо работал.
– Прекрасно, – настроение президента заметно улучшалось. – Он занимал слишком много места.
Остальные, как китайские болванчики, усиленно закивали в подтверждении его слов. Ярослав тихо выдохнул от облегчения. Разговор снова вернулся в привычное скучное русло, только голоса теперь начали звучать намного тише и в них не слышалось былой напряженности. Спустя несколько минут Горюнов встал и, поправляя синий галстук, громко обратился ко всем присутствующим:
– На этом мы закончим. Благодарю вас, за то, что уделили мне свое драгоценное время.
Алексей Борисович хотел еще что-то добавить, однако стеклянные двери вдруг широко распахнулись и с криком «немедленно пропустите!», в конференц-зал влетела светловолосая девушка.
Трое охранников, которые безуспешно пытались остановить стремительную блондинку, в нерешительности замерли в дверях, ожидая приказа начальства.
Девушка стремительно подошла к Алексею Борисовичу и, глядя ему в глаза, поинтересовалась:
– Почему меня не пускали? Я имею полное право здесь находиться, это компания моего отца, а значит и моя!
Черты лица президента приобрели злобный вид. От природы маленькие глаза сузились и стали похожи на две щелочки, лоб и щеки покраснели. Челюсть от негодования сжалась, а ноздри сжимались и раздувались в такт его участившемуся дыханию.
– Покойного отца, – поправил девушку Алексей Борисович.
– А я смотрю, вы быстро свыклись с этим фактом, – ехидно заметила она, все так же пристально глядя на президента. – Не успели его похоронить, как ваша задница уже оказалась в его кресле, которое, между прочим, выбирала я. Как и все в его кабинете. А знаете, почему? Потому что это была наша с ним компания, и я видела, как он писал свое завещание. То, что вы и ваш подкупной юрист предъявили мне и всем этим людям, – девушка обвела рукой собравшихся в зале, – фальшивка!
Лицо Горюнова начало краснеть на глазах. Он еле сдерживался, чтобы не закричать.
– Если ты не угомонишься, я попрошу охранников вывести тебя отсюда насильно.
В подтверждении его слов трое мужчин в черных костюмах подошли к девушке и встали за ее спиной. Оглянувшись на свой конвой, она презрительно фыркнула.
– Ладно, – девушка примирительно подняла руки вверх. – Я уйду, но обещаю, что не остановлюсь, пока не найду тех, кто виноват в смерти моего отца! А я уверена, что они сейчас находятся в этом зале.
Она оглядела всех презрительным взглядом, развернулась и уверенно зашагала к выходу.
– Цирк окончен, можете расходиться, – бросил Горюнов и стремительно удалился из зала.
Ярослав убрал планшет и папку с бумагами в сумку и быстрым шагом направился к лифту. В тесной кабине, обитый серебристым металлом, головная боль вновь дала о себе знать. Потирая виски, Ярослав с нетерпением смотрел на дисплей, где отсчитывались этажи.
Блондинка ждала его у входа на улице. Взбешенная и нервная.
– Ты с ума сошла? – прошипел Ярослав, подойдя к девушке. – Зачем пришла и закатила истерику?
– Это была не истерика. Я просто хочу знать правду о смерти отца!
Ярослав картинно схватился за голову и сказал на тон громче:
– Боже, Лера, ты можешь в такое дерьмо влипнуть, что уже не из него не выберешься! Как ты этого не поймешь? Сиди тихо и не высовывайся!
Девушка злобно зыркнула на него, прищурив зеленые глаза, подведенные изящными стрелками.
– А как ты не поймешь, что они убили моего отца?! Как я могу оставаться в стороне?
– Лер, твой отец убил себя. Застрелился. Потому что устал от свой жизни.
– Он бы меня не оставил! – прорычала она. – Это они с ним такое сделали! Не знаю пока как, но уверена в их виновности! Твой ненаглядный Глеб Романович и Горюнов, который спал и видел, как бы забрать все себе, виновны в смерти моего отца!
Ярослав уже не мог сдерживать свое негодование. Его бесила Лера, эта чертова компания, головная боль, однако он сконцентрировался и взял себя в руки. Если сейчас он вспылит, они поругаются. Лера уедет к подруге и будет дуться на него около недели, а это означает еще больше приступов головной боли и других неудобств, возникающих из-за ссоры с ней.
– Давай ты сейчас успокоишься, и мы поедем домой? – примирительным тоном сказал Ярослав, обнимая Леру за плечи.
По ней было видно, что она вовсе не хотела успокаиваться. Ее зеленые глаза воинственно горели, и Ярослав понимал, что ее нельзя остановить. Можно лишь замедлить на какое-то время.
За два года отношений он уже прекрасно изучил эту хрупкую и милую на вид девушку. Если Лере что-то понадобится, она в лепешку разобьется, но не остановится на пути к своей цели. Тем более сейчас, когда все, что было у нее с детства, вдруг отобрали за пару дней.
Ярослав прижал Леру к себе и погладил по спине. Она тяжело и неровно дышала, но спустя пару минут начала успокаиваться. Дыхание выровнялось и стало почти беззвучным. Лера подняла руки и обвила ими шею Ярослава.
– Пойдем домой, – прошептала она.
Ярослав кивнул и, отстранившись, заглянул в ее зеленые глаза. Воинственный блеск пропал. Теперь Лера выглядела уставшей и разбитой. Ярослав тихо порадовался, что на какое-то время ему удалось притушить мстительный пожар, горевший в ней. Вот только от тлеющих углей он никогда не сможет избавиться, и рано или поздно огонь вспыхнет с новой силой.
Два
Мне кажется, мы крепко влипли,
Мне кажется, потухло солнце,
Прости меня, моя любовь…
Земфира1 – П.М.М.Л.
Настоящее время
– Психологический уровень личности объединяет ее психологические особенности: чувства, волю, память, мышление. Психологические особенности находятся в тесной взаимосвязи с наследственностью личности, – увлечённо передавал студентам свои обширные знания преподаватель по социологии.
Сидящая на третьем ряду Лера искренне завидовала преподу, потому что, судя по окружающим ее скучающим лицам, его одного интересовало то, о чем он говорил. Оживленно жестикулируя, Борис Константинович, которого в народе прозвали «Борян», показывал на проекторе скучнейшие картинки со схемами и таблицами, каждую из которых он подолгу характеризовал.
В лектории веяло скукой, сонливостью и утренним кофе, который был явно бесполезен в начале первой пары. Чтобы быть бодрым и радостным в это время суток, надо либо ложиться часов в семь-восемь вечера, либо использовать магию вне Хогвартса.
Сзади послышалось звяканье мелочи. Кто-то уже проголодался. Значит, на пятиминутке пойдут брать штурмом буфет. Лера вдруг поняла, что тоже не прочь перекусить, но за пять минут дойти до кафе она не успеет, а есть в университетском буфете девушке было противно.
За стуком мелочи последовал слащавый запах энергетика. План «Б» после неудачи с кофе.
Лера вздохнула и повернула голову к окну. На улице тоже ничего интересного не происходило. Серое небо, грязный снег, унылое здание соседнего корпуса университета, голые деревья, кривой столб и вяло передвигающиеся в пробке машины.
Увидев идущих по улице девушек с воздушными шарами, Лера вспомнила, что у одной из ее одногруппниц сегодня день рождения. У той, что сидит на первом ряду и пытается записывать за преподавателем. Вроде, ее зовут Лиля. Или Лиза?..
Хоть с первого сентября прошло уже три месяца, Лера все еще не могла запомнить всех своих одногруппников. Она пока что слишком хорошо помнила тех, с кем училась до перевода на кафедру экономики и финансов.
Лерин мозг автоматически разбил свою новую группу на кучки. Кучка толстушек, кучка мальчишек и кучка пустоватых, но вроде вполне себе нормальных и адекватных девчонок, одна из которых, самая пустая, постоянно долдонит о своих парнях и о том, с кем же ей лучше встречаться. Последняя кучка – это кучка тех, кого Лера более-менее знала в лицо и по именам, и с ними ей даже бывает весело.
С задних рядов до Леры долетел громкий шёпот. Это кудахтали представительницы ещё одной кучки – гламурные курицы. Они постоянно опаздывают, ходят, пошатываясь, на огромных каблуках, красятся на лекциях и не совсем понимают, куда они поступили и на кого учатся. Они бесили тем, что делали вид, будто все их шмотье от кутюр, а вовсе не китайский ширпотреб, купленный в дешевых бутиках. Лера легко могла отличить настоящую фирменную вещь от дешевой подделки, потому что с детства носила дорогую и качественную одежду.
Зазвонил телефон Боряна. Препод схватил его и стремительно вышел из лектория. Все мгновенно оживились и загалдели. Лера зевнула, прикрывая рот рукой, и лениво осмотрелась.
В лектории собрался поток студентов. Социология – общий предмет для всех, кто учится на третьем курсе данного университета, поэтому вокруг было много незнакомых лиц. Не считая своих одногруппников, Лера запомнила только некоторых: ярко-рыжую девушку с длинными волосами, толстого батана в очках и светло-русого парня со странными татуировками на руках и шее.
Сонным взглядом Лера осмотрела сидящих в аудитории людей и остановилась на парне с татуировками. Красивое лицо с мягкими чертами даже не портила многодневная щетина. Парень смотрел куда-то вперед, подперев голову рукой. Лере казалась его внешность весьма интересной, так бы, наверное, выглядел Иван Царевич в современных реалиях. На шее парня виднелась странная черная татуировка, похожая на звезду с множественными лучами. Кожа под ней была красной и вся в царапинах. Наверное, это тату он набил совсем недавно.
Почувствовав на себе чей-то взгляд, парень вдруг резко повернулся и встретился взглядом с Лерой. Поймав на себе взгляд его темных глаз, она невольно улыбнулась. Парень тут же отвернулся. Лера обиженно нахмурилась и отвела взгляд в сторону.
Вернувшись, Борис Константинович принёс какие-то плакаты с понятными лишь ему одному каракулями, и продолжил лекцию.
Лера вновь оглянулась.
Мало кому было интересно то, о чем рассказывал препод. Все занимались своими делами. Всё, что угодно, лишь бы не слушать нудную лекцию. Здесь действовал суровый закон: начнёшь слушать – уснёшь на всю пару, даже звонок на пятиминутку не разбудит. А со звонком в универе беда. Он тихий и короткий, а слышат его лишь те преподаватели, чьи лекции довольно интересны. Услышат и тут же бежать. Естественно, по всем известному закону подлости, нудный Борян звонка никогда не слышал, и даже, когда ему о нём кто-то сообщал, преподаватель небрежно ронял уже знакомое всем «минуточку» и продолжал вещать дальше.
Если в этот раз Борян вновь задержится, не видать Лере завтрака в кафе. Придется довольствоваться батончиками из аппарата и невкусным кофе.
– Ну что ж, на сегодня хватит, – неожиданно сказал Борис Константинович. – Мне надо уйти пораньше, так что вы свободны.
Лекторий взорвался радостным гвалтом. Молитвы студентов были услышаны.
Довольная Лера собирала вещи в кожаную сумочку от известного бренда и быстрым шагом направилась к выходу. В проеме двери ее больно задел плечом парень с татуировками. Не глядя на Леру, он бросил извинение и быстро проскочил мимо, оставив за собой легкий запах каких-то трав.
На выходе из корпуса Леру поймала одногруппница, которая благополучно прогуляла нудную лекцию.
– Если ты идешь есть, то я с тобой, – заявила Нина, хватая Леру под руку. На улице скользко, и девушки, держась друг за друга, осторожно дошли до ближайшего кафе, где заказали пасту и салат.
После еды Лере еще больше захотелось спать, а вот Нина, наоборот, была веселой и бодрой. Ну конечно, ведь ее не было на первой паре.
– Я вчера так долго общалась с Сергеем, – щебетала подруга, выходя из теплого кафе на морозный воздух. – Какой же он классный!
– Это тот, с которым ты познакомилась на фитнесе? – уточнила Лера. Парней Нины было не счесть.
– Да. Я думаю, он скоро позовет меня на свидание! Правда, классно?
– Очень, – согласилась Лера, оглядывая улицу в поисках такси. Идти на учебу ей уже не хотелось. Желание спать становилось сильнее с каждой минутой, особенно от Нинкиной болтовни.
Внезапно взгляд Леры уловил знакомую фигуру. В нескольких шагах от нее и Нины стоял парень со странными татуировками и тихо беседовал с каким-то мужиком.
– Ты его знаешь? – Лера кивнула на светловолосого.
Нина близоруко всмотрелась в парня. В ее глазах проскользнуло узнавание.
– Кажется, его зовут Иван. Или фамилия у него Иванов… – подруга нахмурилась, вспоминая. Нинка была старостой нашей группы, постоянно околачивалась в деканате и много чего знала про студентов нашего универа. – Точно помню, что лингвист, и что порядком старше нас. То ли второе высшее получает, то ли просто поздно поступил. Говорят, что он наркодилер. Я вот верю. Смотри, какой странный мужик с ним рядом стоит.
От слов подруги Лера поморщилась:
– Что за бред?
Нинка пожала плечами. Мол, не веришь, ну и не надо.
– А что, ты на него запала? – тут же полюбопытствовала она.
Лера мотнула головой:
– Просто он меня задел, когда мы из лектория выходили. Стало интересно, что за фрукт такой.
Нинка тут же потеряла интерес к парню с татуировкой на шее и начала уговаривать Леру пойти с ней на остальные пары. Лера нехотя согласилась, и подруги направились обратно в корпус. Проходя мимо парня, то ли с именем Иван, то ли с похожей на это имя фамилией, Лера невольно бросила на него взгляд. Парень уже распрощался с мужиком и теперь садился в машину, которая, по Лериной оценке, была не из дешевых.
Их взгляды встретились, но лишь на пару секунд. Лера быстро придала своему лицу равнодушный вид, и первая отвела взгляд.
Телефон в ее руке начал неистово вибрировать – звонил ее парень Ярослав.
– Ты на учебе? – тут же спросил он, как только Лера приняла вызов.
– Да, а ты на работе?
Ярослав ответил не сразу:
– Взял выходной в последний момент. Друг позвал отмечать помолвку, так что приду поздно ночью. Ты не против?
– Нет, повеселись, – ответила Лера. На самом деле она была против, но не сказала об этом, потому что сегодняшнее отсутствие Ярослава будет ей на руку. Главное, чтобы он не играл.
– Спасибо. Люблю тебя, – бросил он и отключился.
– Я тоже тебя люблю, – шепнула Лера, но в ответ услышала лишь короткие гудки.
Настроение резко ухудшилось ни с того ни с сего. Убирав телефон в сумочку, Лера схватила спешащую на пары Нинку за рукав дубленки.
– Я все же поеду домой, – сообщила она. Кажется, что она вот-вот свалится в обморок от усталости и недосыпа.
Подруга вновь принялась уговаривать не бросать ее, но Лера была непреклонна. Она действительно очень хотела спать, однако не только по этой причине ей так не терпелось уехать. Вечером она должна была сделать кое-что незаконное. То, что, возможно, полностью изменит ее нынешнее положение.
Почти год назад Ярослав увлекся азартными играми. Сначала он выигрывал большие суммы и закидывал Леру дорогими подарками, но потом удача от него отвернулась. Ярослав брал в долг и пытался отыграться, но безуспешно. Снова и снова он проигрывал, приумножая долги всем в округе. Почти вся его зарплата уходила на погашение долгов, а деньги, которые по завещанию оставил Лере отец, девушка могла снять только по достижении ей двадцати одного года. Видимо, отец не подумал о том, что ее надежный и хорошо обеспеченный парень начнет спускать все свои средства на азартные игры…
Лера даже думала перейти на заочку и устроиться на работу, но Ярослав уговорил ее не делать этого. К тому же, вся ее учеба была заблаговременно оплачена отцом. Так что, немного подумав, девушка послушалась Ярослава и выбрала учебу, а не работу. Она часто его слушала и во всем соглашалась, но потом зачастую делала так, как сама того хотела.
А еще Лера не прекращала искать виновников смерти отца. В тайне от Ярослава, конечно же. Она не раз задумывалась, что отец наверняка был бы против того, чтобы его дочь гонялась за правдой, подвергая себя опасности. Однако сидеть, сложа руки, Лера не могла. Тем более, когда у нее осталось несколько знакомых, работающих в «Rieger Enterprises» и уважающих ее отца.
Не очень хорошая репутация нынешнего президента компании, которая подпортилась из-за его любви к сокращениям и неоплачиваемым переработкам, а также небольшие денежные вознаграждения привели к тому, что, по трое сотрудников «Rieger Enterprises» с радостью сливали дочери предыдущего начальника всю нужную ей информацию. Так, от тощего и очкастого айтишника Коли, которого ни с того ни с сего уволил Горюнов, Лера узнала, что около шести лет назад на одном из заводов «Rieger Enterprises» произошла утечка химических отходов. Борис Горюнов в то время отвечал за этот завод и утаил от генерального утечку. В официальных отчетах и в докладе Дмитрию Альбертовичу было сказано, что концентрация этих токсичных веществ была низкой, поэтому реорганизация производства не понадобилась.
Получив список работников того завода, Лера начала навещать по несколько человек в день. Почти каждый третий лечился от лейкемии, а каждый пятый умер от этой болезни. Девушка проводила много времени с семьями больных, пытаясь вместе сопоставить факты и найти улики против «Rieger Enterprises», но это было невозможно. Часть сотрудников завода и людей, проживающих рядом, действительно болели лейкемией, но доказать, что они получили эту болезнь в результате утечки химикатов с завода, было невозможно. Человек, который идеально подчистил за Горюновым, был своего рода юридическим гением. Именно к этому гению Лера решила подобраться как можно ближе.
И подобралась.
Глеб Каверин был хитрым и расчетливым человеком, имеющим за плечами почти двадцатилетний стаж работы юристом в самых выдающихся копаниях мира. Последние четыре года он работал на отца Леры и был для Дмитрия Альбертовича практически незаменимым. Одно время Каверин даже пытался ухаживать за Лерой, но она тогда только познакомилась с Ярославом, поэтому на представительного и серьезного мужчину за сорок она даже не обратила никакого внимания, а зря. Знала бы, что сейф ее ухажера битком набит компроматом на всех должностных лиц в «Rieger Enterprises», включая ненавистного ей Горюнова, то, естественно, выбрала бы Глеба, а не Ярослава. Однако тогда Лере не нужен был компромат, ведь ее отец был жив и готовился оставить ей в наследство не только много денег, но и «Rieger Enterprises». В те дни у нее было все, о чем можно было бы мечтать. Да и могла ли она знать, что через пару лет всего за одну ночь она лишится практически всего, что было у нее с самого детства?