Правила содержания мужчин

Глава 12

Станверия не понравилась Сильвии. Унылые серые пейзажи, черные и серые домишки крестьян, плохо возделанные поля, узкие и колдобистые дороги. Захолустье. Посольство направлялось к ближайшему приграничному замку, и от результатов первых переговоров могло как отправиться восвояси, так и быть приглашено в столицу. Предметом переговоров являлись торговля, возможность транзита караванов с товарами и спор за приграничные рудники.

Шпионы работали исправно, донесения оба Мессерти выслушивали внимательно. И быстро поняли, почему несколько лет назад отправленное посольство ничего не добилось. Оно исчезло. Главу посольства попросту похитили. Замуж. Кризис деторождения коснулся и Станверии, поэтому с женщинами из делегации не разговаривали, а попросту растащили по замкам и особнякам. Похищения невест были самым обычным делом, частенько       и девицы не возражали быть похищенными. Случившееся замяли усилиями дипломатов обеих сторон. Король вообще был не в курсе. Императрице изложили мягкую версию событий. В конце концов, хороший муж – это ли не уважительная причина, по которой женщина не вернулась домой? Очарованая иноземными кавалерами? Разве это повод для войны?

Сильвия в который раз порадовалась, что взяла с собой Дестона, и что он любил шпионские и детективные истории. Они уже поименно знали всех вельмож, обзаведшихся тогда женами, и расположение их замков. К кому-то удалось официально напроситься в гости, к кому-то отправились доверенные люди, узнать о судьбе дам и постараться вернуть их домой. Дестон был в восторге от перспективы такой благородной спасательной миссии, и немало позубоскалил по поводу умников, догадавшихся послать женщин в патриархальную страну.

Вместо того, чтоб представлять Сильвию главой посольства, как оно и было на самом деле, Дестон предложил ввести в состав делегации красивого и надутого фанфарона, племянника самой Императрицы. Который рьяно строил глазки Сильвии и намекал, что из него получится отличный муж для нее. Разодетый, как павлин, племянничек ехал впереди и бурно обсуждал лошадей, оружие и соколиную охоту. Единственные вещи, которыми он интересовался и, между прочим, очень тонко разбирался.

Сильвия притворялась дурочкой, взятой в путь из-за ее любопытства и флиртовала с вельможами, стараясь, впрочем, не сильно переигрывать, помня о судьбе предыдущего посольства. Распаленный страстью какой-нибудь барон мог просто завернуть ее в плащ и умыкнуть на горячем коне. Половина сопровождающих их местных вельмож оказались холостыми, предложения руки и сердца поступали практически безостановочно.

Дестон шнырял по замку, насколько позволяли хозяева. А когда не позволяли – подкупал слуг, изучал замок, искал потайные ходы. После пышного приема с тяжелой едой и крепкими напитками начались переговоры. Страдающий от похмелья племянник даже не делал вид, что слушает. Хозяева довольно потирали руки, уверенные, что подпишут все, что нужно, с огромными преференциями для своей стороны, да еще и невест в нужном количестве получат для закрепления, так сказать, дружбы между народами.

Пока не взяла слово Сильвия. Она обожала ставить на место зарвавшихся мужланов. Мягко, нежным голоском тембра «злобная гарпия», деликатно, она им наговорила столько гадостей! Указала на нестыковки в договорах, неполноту отчетов, ошибки в оценке величины товарооборота и расчета рентабельности рудников, неудобство маршрута и отсутствие необходимой инфраструктуры. Потребовала привести в порядок дороги, построить постоялые дворы, вырыть колодцы, а также резкого снижения налогов за проезд караванов и беспошлинного провоза части товаров. А то на Станверии свет клином не сошелся, с другой стороны тоже есть соседи.

Советники станверского короля были очень недовольны. Глава делегации герцог Наморр – в ярости.

Каждый день делались вежливые попытки соблазнить дерзкую чужеземку. Каждую ночь – грубые попытки похитить. Дестон придумывал невероятные уловки, чтоб оставить похитителей ни с чем. Прятал ее в разных комнатах, то в сундуках, то в распашной статуе. Как-то несколько часов Сильвия висела над собственным окном в парусиновом гамаке, пока ее искали по всему замку. Замерзла, между прочим!

Специальный отряд стражи, охраняющий Сильвию, получал щедрые взятки со всех сторон и активно улучшал свое благосостояние. Возмущенная постоянным недосыпом Сильвия ужесточила требования к стороне переговоров. Сторона тянула время, но Мессерти это было на руку. Оно было необходимо, чтоб через границу тайно перешла Уртилла. Начальница тайной стражи привела свое специальное подразделение, с весьма обширными полномочиями, подчинялась лично Императрице и занималась только особо важными и секретными поручениями. Такой и было возвращение похищенных дам домой.

Дестон после знакомства с ней говорил: «О, какая женщина!» и безоговорочно признал ее авторитет.

Несмотря на то, что переговоры прошли откровенно неудачно – из предполагаемых соглашений были подписаны лишь два, Мессерти были довольны. Сильвия мило улыбалась и снова отчаянно строила из себя дурочку. Прошлой ночью переправили домой трех похищенных женщин и двух девочек, которыми они успели здесь обзавестись и не желали оставлять. Получены были точные сведения о еще трех женах. Одна написала родным письмо и отказалась от спасения, ибо привязалась к супругу.

Герцог хищно скалился при виде Сильвии, а его приближенные активно склоняли ее к замужеству. Хорошо, что претендентов было много, друг другу они откровенно мешали, и Сильвия удачно стравливала их между собой до самого отъезда.

Едва успели исчезнуть шпили замка, как пышная делегация разделилась на три неприметных группы и разными путями рванула к границе. Дестон опасался преследования, но им повезло.

Императрица чрезвычайно высоко оценила деятельность отряда Уртиллы, всплакнула над судьбой возвращенных от варваров женщин, обрадовалась привезенным детям и весьма благосклонно отнеслась к Сильвии. Дестон просил не давать о нем восторженных отзывов, он же просто помогал.

Дестон успешно уклонялся от предложений брака. Чтоб отпугнуть впечатлительных невест и их озабоченных мамаш, распустил слухи о своих гнусных противоестественных склонностях, оборудовал пыточный подвал и открыто пошел в ученики к палачу. Хобби у него такое, желает освоить тонкости работы.

Ночью, лежа в обнимку, Сильвия и Дестон смеясь, обсуждали свои планы и делились всем сокровенным. Доверять они могли только друг другу. Правда, из-за пристального внимания лира Ракса теперь Дестон старался реже ночевать в спальне Сильвии.

– Невесты теперь в ужасе, хоть раньше ты был на хорошем счету у Повелительницы. Ты же знаешь, жестокость и насилие у нас не приветствуются, – упрекала его Сильвия.– Тебя могут просто выслать!

– Зато отстали, значит, я хорошо придумал. Сильвия, я обычный мужчина. Меня бесят здешние слизняки! Я люблю доминировать, а тут это невозможно.

– Ну, в постели-то многие дамы любят пожестче…

– Ты у нас спец по дамам, да? Я что-то про тебя не знаю? – усмехнулся Дестон. – Только не здесь, не в этой стране. Да и постелью жизнь не ограничивается. Чтоб какая-то безмозглая курица диктовала мне, как жить? Пусть идет, как идет. Нам и так очень хорошо вместе, правда?

– Да, милый, – Сильвия потянулась к нему. – Не заиграйся только.

Глава 13

Мессерти вернулась с приема. Прием прошел скомкано, делегация Станверии выглядела крайне нервно, верительные грамоты предъявил новый посол, какой-то юный лир, сам робеющий от собственной важности.

– Слушай, я все время думаю, что тот наш пропавший раб… я его видела тогда, три года назад, в Станверии. Я почти уверена.

– О! – удивился Дестон.– Тогда, вероятно, он был из дипмиссии? Для начала нам нужны списки их делегации с полными именами и титулами, еще бы узнать, у кого Раваиль перекупил раба и где те ребята его взяли.

– И эта моя подруженька… она, собственно, не сказала ничего важного, сидела целый вечер, хлестала винище, тискала моего раба. Как полагаешь?

– Я проверю, родная, – Дестон поцеловал Сильвию. – У нее в доме работает пара моих людей.

Во дворце Сильвия искупалась в бассейне, выслушала от смеющихся прислужниц последние сплетни, отдала распоряжения помощнику повара на завтра, и велела позвать лира Ракса.

Смотритель гарема степенно поклонился. За прошедшие годы он почти не изменился, лишь прибавилось чуть больше седых волос. Не зря он пользовался особым расположением покойной госпожи. Это по-прежнему был красивый и видный мужчина.

– Госпожа желает выбрать наложника на ночь? Счастлив буду помочь.

– Я очень ценю вас и доверяю вашему мнению. Кого же вы посоветуете? – Сильвии, правда, было очень интересно его мнение. Не часто приходится общаться с таким узким специалистом.

– Вы, госпожа, никого из них не пробовали, кроме одного блондина, Свена, – с легким осуждением сказал лир Ракс. – Он, конечно, весьма необычен внешне, но и только. Вы им остались довольны?

– А, Свен… – Сильвия испытала минутный укол совести. Ей стало жаль этого красивого юношу. Она была с ним слишком груба и тороплива. Ведь он ей действительно понравился. – Да, вполне довольна.

– Я бы посоветовал взять Мирта или Эрва. Оба брюнеты, они отвечают всем требованиям императорского отбора, я уверен, госпожа не будет разочарована. Они оба очень темпераментные, – лир Ракс чуть причмокнул губами.

– Скажите, уважаемый, а какие настроения в гареме?

– Они… госпожа, простите, вы хотите откровенно?

– Да, лир Ракс. – Сильвия повернулась.

– Настроения хуже некуда. Вы пренебрегаете любовными утехами, забыли долг перед страной, тут еще и этот невозможный побег.

Хм, вот так просто обвинить ее практически – в государственной измене? Хорошенькое дело. Уклонение знатной дамы от продолжения рода считалось именно таким действием.

– Вы же сами не верите, что это бы побег, – Сильвия напряженно глядела в глаза смотрителя.

– У меня нет оснований думать иначе, – поклонился лир Ракс. – Так кого вам прислать?

– Обоих и пришлите, я посмотрю и выберу, – Сильвия откинулась на спинку кресла. Глубоко вздохнула. – Всецело вам доверяю.

В Станверии тоже были свои маги, сопровождали они и нынешнее посольство во дворец. Но на завуалированные вопросы о перемещении между мирами дружно махали руками и вопили о нереальности, неприемлемости и недопустимости таких предположений. О возвращении домой с таким подходом не могло идти речи.

Нет, Сильвия была очень довольна своей жизнью. С отсутствием электричества и автомобилей легко смирилась. Полон дворец слуг, они и воды натаскают, и подогреют, и светильники зажгут. Когда они с Дестоном навели здесь порядок, то земли стали приносить ощутимый доход. Они даже организовали несколько новых направлений производства сыров и колбас на продажу. Дестон был прирожденный организатор.

Сильвия была даже более, чем довольна. Раньше она часто думала о доме, хотела вернуться, вспоминала ту жизнь и плакала. Стоит ли ей возвращаться? И теперь она склонялась к мысли – не стоит. Ради телевизора, что ли, или мобильного интернета? Ничего особенного там ее не ждет. Одуряющий стремительный ритм жизни. Многочасовые поездки на работу, безжалостно сжирающие время. Работа, пусть и любимая, но изматывающая и малооплачиваемая. Жалкий отпуск раз в год. Убогое жилье, за которое надо впрячься в кабалу на всю жизнь. Гнусные шумные соседи по дому. Полное отсутствие личной жизни.

После неудачного брака она больше не собиралась брать себе такое ярмо на шею. Брак по огромной любви с однокурсником распался, не продержавшись и года. Однажды Соня вернулась с ночного дежурства пораньше и застала любимого мужа в постели с не менее любимой подругой. Больше подруг у нее не было, и на мужчин Соня смотрела теперь с презрением и опаской. А уж таких мужчин, как здесь, дома она видела только на картинках журналов или в кино. Да и то, непомерная раздутая толерантность породила моду на физическое несовершенство. Ладно, актер, он может быть некрасивым, но жутко обаятельным и талантливым, но то, что шлялось по улицам, ходило в магазины и ездило в метро – Сильвия вообще не могла считать за мужчин.

Сильвия повернула голову на шелест шагов. Рослый стражник стукнул копьем, привлекая внимание госпожи. В покои за ним вошли два почти обнаженных наложника. Синхронно, как танцоры, встали на левое колено, склонили головы и мягко опустились на пятки. Оба были одеты лишь в набедренные повязки. Сильвия уронила лоб на ладони и нервно рассмеялась. Вот таких, как эти двое – точно бы никогда даже не увидела! Она подняла голову.

Восхитилась изумительным сложением и гармоничностью черт обоих мужчин. У первого были черные прямые волосы, ниже плеч, сейчас распущенные, теплые карие глаза, брови вразлет, как крылья стрижа. Свежие сочные губы. Второй был чуть ниже, более загорелый, недлинные волосы его вились мелкими спиралями, серые глаза слегка мерцали, отражая огонь светильника. Ни усов, ни бород тут не носили, к счастью, а уж наложникам вообще удаляли все волосы с тела. Красоту ни к чему прятать за шерстью, с этим Сильвия была совершенно согласна.

– Встаньте, подойдите, назовите ваши имена, – мягко приказала Сильвия.

О, как они оба двигались! Гепарды, львы и пантеры бы мяукали и катались по земле от зависти. Сдержанная грация и плавность движений завораживала. Они подошли, присели на пятках возле ее кресла. Две пары глаз выжидательно уставились на нее.

«Господи, у меня же простаивает целый гарем отборных самцов», – запоздало подумала Сильвия, не понимая своих чувств, что же она испытывает, ужас или восторг от этой мысли. – «Блин! Какие парни! Хреновая из меня госпожа, прав лир Ракс. Чем же они там целыми днями занимаются? Шпилят друг друга?». Она ужаснулась и сглотнула. Кого предпочесть? Мирта? Эрва? Или попробовать… с двумя? Ей стало жарко от одной мысли. Она никогда не признавалась Дестону, что у нее был крайне скудный и неудачный сексуальный опыт. Скорее всего, он и сам это прекрасно понял и не лез с критикой. Муж, за которым она не успевала, и собственно, все. Дома она никому не доверяла, просто не могла после предательства. Здесь был Дестон. Он был такой домашний и уютный, с ним было тепло. Но каких-то особенно грешных мыслей или особенной страсти он не вызывал. И что особенно нравилось Сильвии – и не предлагал никакого экстрима. Просто уточнил, что она не приемлет – и все. Просмотр нескольких порнофильмов в свое время немного раздвинул ее представления о сексе, но чисто теоретически. Оргии во дворце вызывали чаще тошноту и омерзение, ни разу не вызывали желания присоединиться. Хотя легкую зависть к более раскованным дамам Сильвия испытывала не раз.

Когда она присутствовала на подобных праздненствах, то обычно скромно усаживалась в уголке и ограничивалась массажем. Прилюдно заниматься сексом ей не позволяло воспитание. Быть плохой девочкой, шалавой и шлюхой плохо, стыдно и нехорошо. А почему нехорошо и кому от этого плохо – Сильвия никогда не задумывалась. Обычаи этой страны шокировали ее, во многом пошатнули ее мировоззрение, очень трудно было привыкать к свободным нравам, себя переламывать и подстраиваться.

Она никогда не пробовала и даже не думала попробовать с двумя мужчинами сразу. Надо выбрать кого-то одного, ей так привычнее. Щеки Сильвии порозовели. «Господи, я веду себя, как смущенная школьница, которую впервые поцеловал одноклассник!» – Сильвия снова закрыла глаза ладонью. Вздохнула. Надо взять себя в руки. И расслабиться. Здесь все это делают! И ничего страшного не произойдет. Тем более, парни такие красивые!

Эрв чуть поднял бровь, быстро взглянул на Мирта. Они госпоже не понравились? Не вызвали желания? Мирт чуть пожал плечами. Что это с госпожой? Голова болит? Слишком поглощена другими вопросами? Или не может выбрать кого-то из них? – иначе Мирт не мог истолковать ее явные колебания. Лично он уходить не собирается! Что Сильвия умирает от смущения и борется сама с собой – он даже предположить не мог. В их стране женщины не стеснялись своих плотских желаний и потребностей.

– Что прикажет наша госпожа? – Мирт прервал молчание бархатным низким голосом. – Вы позволите?

Мирт подался вперед и положил руки на тонкие лодыжки Сильвии. Очень мягко подушечками пальцев погладил выступающие косточки. Госпожа протянула руку, коснулась его волос, пропустила мягкую прядь между пальцев. Наклонилась и зарылась носом в его гриву. «Все-таки это потрясающе красиво, длинные ухоженные волосы у мужчины»,– подумала она. Почему то в ее мире, если мужчина и отращивал волосы, то они были жидкими, неопрятными, сальными, и дополнялись бородищей, а то и плешью. Мирт пах еле уловимо чем-то нежным и цитрусовым. Апельсин или лимон? Она прикрыла глаза, наслаждаясь прикосновениями к шелковым волосам раба.

Мирт глазами показал Эрву в сторону двери, продолжая уже уверенно гладить ноги госпожи. Эрв отрицательно мотнул головой, оскалился и сделал страшные глаза – он тоже не собирался оставлять покои. Госпожа не приказывала ему уйти! Он поднял руку госпожи с подлокотника и стал поглаживать, прикусывать и облизывать ее пальцы. Сильвия едва от неожиданности не вырвала руку, а теперь задумчиво смотрела за его действиями, прислушиваясь к своим ощущениям.

Оказывается, это очень приятно, когда тебя гладят две пары теплых опытных рук. И ужасно стыдно. Невероятно.

Мирт тихонько привстал и опустил руки на плечи госпожи, провел ладони вниз до локтей, вернулся обратно. Торсом он прижимался к голеням хозяйки, руками обнимал ее плечи и склонился к груди. Ступни Сильвии оказались у него в паху, и она мгновенно вспыхнула – наложник был внизу живота таким горячим, большим и твердым! Настойчивые руки Мирта подхватили ее под ягодицы и придвинули ближе к краю кресла. Сильвия выдохнула, запуская руки ему в волосы. Эрв тут же подержал госпожу за плечи, обнимая сзади, скользя по гладкому шелку ее тонкой сорочки, огладил грудь. Сильвия выгнулась назад, оказываясь в кольце его рук. Дыхание Эрва щекотало ее шею, и Сильвию все больше охватывало возбуждение. Раб невесомыми легкими поцелуями покрывал ее шею, держа ее тело на одной руке, а второй умело лаская грудь.

Мирт тем временем покрывал горячими поцелуями внутреннюю поверхность бедер госпожи, поднимая тонкую ткань все выше и выше. Мягко, но настойчиво он развел ноги госпожи, еще ближе подтянул ее к краю кресла и жадно вторгся языком, раздвигая, щекоча и лаская. Стон Сильвии выпил Эрв, приникая к ее губам.

Мирт облизывал, прикусывал нежную плоть, пока лепестки не стали совершенно мокрыми. Тогда он вздернул ненужную сорочку вверх, где Эрв тут же аккуратно продел ее через руки госпожи и отбросил в сторону. Мирт с Эрвом переглянулись, и Эрв занял его место, а Мирт занялся грудью госпожи, сладкими мягкими полукружиями с розовыми нежными вершинками. Сильвия часто дышала, выгибалась, не в силах преодолеть разливающуюся по телу истому. Она уже не следила, кого обнимает и целует, контроль и моральные устои полетели к черту.

Еще минута, и Эрв подхватил госпожу на руки и отнес к ложу, с которого Мирт быстро откинул покрывало. Они уложили хозяйку на красный шелк и залюбовались на дело своих рук – трепещущее, отрытое, истекающее соками тело.

– Госпожа, кого вы хотите первым? – тихо спросил Эрв, снимая набедренную повязку.

Они оба были разгорячены и готовы. Сильвия открыла глаза, улыбнулась обоим и протянула руки навстречу Мирту. Тот счастливо улыбнулся на ее приглашение, погладил свой ствол, размазал по нему обильную смазку и лег между ног госпожи. Они страстно поцеловались, сплетаясь языками. Одно движение и он был внутри. Сильвия застонала, подаваясь ему навстречу. Уверенные и неторопливые движения сводили ее с ума, она извивалась, ей хотелось большего. Мирт отлично понимал желания ее тела, постепенно заводясь все больше, стал двигаться резче и сильнее, выходил почти полностью и снова врывался мощным толчком, наполняя и растягивая огненные своды, сжимающие его так, что он не мог сдержать хриплых стонов. Напряжение все нарастало, тело Сильвии пронзила молния, ее сотрясла крупная дрожь, она вцепилась в ягодицы Мирта, плотно прижав, не давая ему отстраниться, и приняла с наслаждением всю пульсацию его излившегося члена.

– М-м-м, хорошо, – сказала Сильвия, еще продолжая слегка задыхаться.

– Я счастлив, что доставил наслаждение моей несравненной госпоже, – Мирт, и правда, был совершенно счастлив.

Эрв, повинуясь жесту госпожи, налил обоим вина. Они немного полежали, отдыхая, потом госпожа увела обоих наложников в купальню, где, удивляясь самой себе, затискала и зацеловала обоих, а они в четыре руки выкупали ее. Госпожа шалила, брызгалась, Эрв с Миртом тоже расслабились и стали шутить и смеяться.

Потом круглое ложе приняло на себя три тела. Под живот Сильвии Мирт пристроил круглую подушку. Настала очередь Эрва войти в желанную глубину. Полные круглые ягодицы Сильвии вздрагивали, и их колыхание возбуждало обоих наложников до неистовства. Мирт лег под стоящую на четвереньках Сильвию и стал жадно целовать, лаская ее грудь руками. Потом он немного сдвинулся, и перед лицом Сильвии возник его прямой, как стрела, с такой же стреловидной головкой член. Сильвия распахнула недоуменно глаза, а сильные пальцы Мирта нежно, но настойчиво обхватили ее затылок. Сильвия не успела возмутиться, как двойные незнакомые ощущения от горячей плоти во рту и бешеный ритм Эрва сзади сломали все комплексы, увлекая ее в безумство животной страсти. Она замычала и забилась в ярчайшей вспышке, до звезд в глазах. Она никогда не испытывала ничего подобного. Наложники дали ей пережить затихающие волны наслаждения и продолжили. Потом мужчины менялись, ловко переворачивали ее на спинку, на бок, продолжали двигаться стоя, сидя, лежа, а Сильвия, потрясенная своими накатывающими ощущениями, погружалась в бездну морального падения. И это ей ужасно понравилось. И бездна, и падение.

Они так и уснули, свалившись в обнимку. Спереди ее обнимал Мирт, сзади прижался Эрв. В комнате остро пахло резким мужским потом, спермой и совсем немного – вином.

Глава 14

– Милая, – тянули ее за ухо. – Пора вставать! На работу опоздаешь!

– А!? Что?! – Сильвия подскочила. О боже, столько лет прошло, а она все еще боится проспать на работу?

Радом тут же зашевелились еще два тела. Дестон прошел к двери, крикнул страже отвести наложников в гарем, вернулся и сел на кровать.