Клинок Долин

Посвящается памяти моей бабушке Варваре.

Спасибо, тебе за веру в чудеса. И пусть ты уже ушла в другой мир, ты всегда живешь в моем сердце, а теперь и в моих историях.

1 ГЛАВА.

Она бежала. Бежала из последних сил. Сердце колотилось, как запертый в клетке дикий зверёк и казалось сейчас выскочит из груди. Тяжелый топот копыт, за её спиной становился все ближе! Боясь оглянуться, Варвара могла только шептать: Господи, помоги!

Бык остановился. Он яростно топтал землю и пыхтел. Макушка его головы была гладкой и блестящей, как наковальня. Он был огромный, чёрный и страшный.

Ревя, он рыл рогами землю, поднимая клубы пыли. Бык поднял на Варю глаза налитые кровью, в которых плескалось безумие и бросился за ней. Варя вскрикнула и побежала.

Варвара задыхалась, капли пота стекали по лбу и кровь стучала в висках. Но вот показался родное село, и девочка поняла, что это её шанс.

Собрав последние силы, Варвара, бросилась через огород к крайней избе. Листья кукурузы резали ей лицо и руки, но она продолжала бежать. Следом, тяжело дыша и ломая на своей пути стебли нёсся бык.

О хозяйке избы, куда бежала Варвара, в деревне ходили недобрые слухи. Евдокию сторонились и млад, и стар. Шла слава, будто она знается с нечистой силой.

На бегу Варя вспомнила, как однажды Евдокия спорила с её отцом и бросила ему странную фразу: «Все равно моей будет! Судьба сама приведёт!»

В любой другой день Варвара ни за что бы не приблизилась к дому Евдокии. Но бык настигал ее, и несколько раз, когда она падала ей казалось, что это конец, но какая-то неведомая сила поднимала ее. Легкие жгло огнем. Варвара от слёз и пота не видела куда бежит. Ей даже пришла предательская мысль просто сдаться, чтобы и боль, и усталость оставили её и пришёл покой, который всем обещает смерть.

И уже у самой избы Варвара споткнулась и рухнула на крыльцо без сил…

Спускались сумерки. Полутьма уже окутывала село. Всё живое готовилось к наступлению ночи – коровы шли с пастбищ к родным дворам, куры кудахча, мостились на своих насестах, ребятня, наигравшись вдоволь, неслась, сверкая грязными пятками домой к ужину. И только в доме Трофима не было покоя – младшей дочери Вареньки не было, как ушла по утру в поле, так и не вернулась.

Ночь отступала. Зарево рассвета протянулось от одного края горизонта до другого и на глазах росла. Солнечный свет просачивался сквозь кроны вековых дубов и всё ярче, и ярче освещал всё вокруг – поля, где золотился будущий хлеб, крыши и стены домов, и проникал даже в самые дальние углы погребков, где хозяйки хранили крынку молока и головку сыра. Петухи завели свою утреннюю песнь. Село просыпалось.

Открыв глаза, Варя с изумлением обнаружила, что она все ещё жива. Да тело беспощадно болело и лёгкие жгло огнём после бега накануне, но она была жива. Девочка огляделась.

Изба была ветхая. В комнате стоял полумрак – раннее солнце ещё не могло осветить каждый угол. В чисто умытой комнате пахло липовым цветом и яблоками. На жердях под потолком висели пучки зверобоя, чабреца и горькой полыни. В печи весело трещали поленья дров.

За окном были слышны – смех деревенских девчат идущих по воду, крик старого горластого петуха, брехня дворовых псов и песня пастушьего рожка, звучащего далеко на холме. И тут в полумраке Варя увидела высокую худую старуху в черном платке. Девочка замерла от страха.

– Да ты не пужайся, много обо мне брешут! Люди любят придумывать страшилищ и ужасы. Тогда они сами себе не кажутся столь уродливыми. Им так легче жить.

Варвара встретилась глазами со старухой и увидела, нет даже скорее почувствовала в ее взгляде небывалую силу. Евдокия хитро прищурила темно-карие глаза.

– Поди оголодала?

Старуха достала из печи чугунок. Аромат томлённой каши заполнил комнату и в животе у девочки предательски заурчало. Евдокия засмеялась:

– Давай не робей, бери ложку. Тебе нужно подкрепиться, а после поговорим.

Варвара присела на потемневшую от времени лавку, и рука сама потянулась к чугунку. Каша таяла во рту и согревала желудок. Девочка от удовольствия позабыла и про страшные слухи о старухе, и о столкновении с быком.

Пока Варвара уплетала свой завтрак, Евдокия разглядывала её белые кудри и синие, как шелковая лента, глаза.

Съев полтарелки каши, Варвара несколько минут помолчала, а потом подняла взгляд на Евдокию:

– Как мне удалось спастись?

– Моя сила сберегла тебя от смерти, – сказала Евдокия – должок надо будет вернуть!

Варвара вздрогнула и посмотрела в тёмные глаза старухи:

– Конечно я отдам бабушка, скажи, что делать?

– Да пустячное дело! Сходишь со мной к одному человеку, поможешь немного. Ты ешь моя хорошая! Подкрепись.

Варвара доедала кашу, а Евдокия тем временем открыла старинный сундук. Он был из толстого дерева и оббит кованым железом. Варвара с любопытством поглядывала на старуху. Тем временем та достала из сундука большой холщовый мешок, а следом пару пучков душистых трав. Дух полыни разнеся по избе. Евдокия продолжила рыться в сундуке.

– Да где же ты есть? – ворчала старуха – а вот и оно.

Бережно Евдокия вытащила что-то завернутое в бумагу и закрыла сундук.

Варвара уже забыла про кашу, пытаясь рассмотреть, что держит в руках старуха. Та неожиданно бросила недовольный взгляд и прошипела:

– Некоторые вещи лучше не видеть.

Варвара отпрянула.

Евдокия убрала со стола тарелку, взяла Варвару за руку, и они вместе вышли из избы.

Тропа шла через лес. Варя разглядывала цветы, деревья, попадающиеся на пути. Порой можно было заметить промелькнувший хвост рыжей белки.

– Смотри какие цветы красивые. Поздние. Не хочешь матушке собрать?

– Матушку они порадуют

– Так ступай дитя, а я тебя на этом пеньке подожду.

Варвара словно бабочка запорхала на цветущей поляне, предвкушая радость матери.

Тем временем старуха достала из мешка предмет, завёрнутый в бумагу, и положила его на гнилой пень. Следом Евдокия достала пучки трав, чиркнула спичкой и от трав пошел горьковатый дым. Дрожащими руками старуха развернула бумагу. Солнечный луч встретился с черной гладью зеркала и затрепетал, как пойманный в ловушку зверь. Перед ней открылся портал. Он был похож на чёрную дыру.

– Получилось! – Евдокия потерла удовлетворительно руки.

Затем она присела подле пня, закрывая спиной портал.

Ветер налетел неслышно и по коже прошёл озноб. Небо потемнело. Словно очнувшись от сна Варвара вздрогнула.

– Варя, – простонала старуха. – Варя, поди помоги мне встать.

– Бабушка, что с вами? – встревоженная девочка бросила собранные цветы и побежала к старухе.

– Голова закружилась – пожаловалась Евдокия.

Варвара протянула руку помогая старухе подняться. Евдокия неожиданно вскочила на ноги, с силой схватила ошеломленную девочку и толкнула к черному зеркалу.

– Стой! – закричала Варвара, пытаясь вырваться из цепкой руки Евдокии.

Но старуха только еще сильнее потянула девочку к краю портала и столкнула её в него. Девочка исчезла и проход захлопнулся. Старуха глубоко вздохнула и стала ждать.

Гладь черного зеркала пошла рябью, портал заискрился, из него повалили клубы дыма и взметнулся вихрь – перед старухой вырос демон Долин. Черный плащ укрывал с головы до ног, а пламя горело и искрило в его складках.

– Евдокия, моя дорогая, ты сдержала слово, привела ко мне этого светловолосого ангела, проси, что пожелает душа твоя! – радостно пропел он.

– Самаил, ты знаешь моё желание. И порой мне кажется, что именно ты мне его и внушил.

Демон расхохотался. От смеха его капюшон упал, и ведьма увидела черные густые волосы Самаила, которые волнами ложились на крепкие плечи. А его глаза были словно небо в зимнюю стужу.

– О, моя милая Евдокия! – сказал Самаил – ты жаждешь быть самой могущественной ведьмой, да так сильно, что даже не пожалела девчонку, верно?

– Осуждаешь меня?

– Что ты! Кто я такой чтобы судить? Мы не судим никого.

– Может вернёмся к уговору?

– Да, конечно.

Демон выудил из складок плаща сосуд с золотистой, переливающейся жидкостью и протянул его старухе.

– Это «Сила Солнца», зелье которое даст тебе великую силу, могущество и бессмертие.

Старуха с трепетом взяла сосуд, в котором плескалось ее будущее. Евдокия как зачарованная разглядывает его, и в её тёмных глазах отражается золотистый блеск.

– Я буду непобедима!

– Конечно, но…

– Но?! Что значит, но?

– В пророчестве Долин, говорится об особом клинке. Он может разрушить и моё, и твоё могущество. Клинок Долин.

Старуха от ярости сжала зубы и выплюнула гневные слова:

– Его нужно найти и уничтожить!

– Не все так просто, Евдокия. – Самаил улыбнулся. – Найти клинок может человек с особым сердцем, в котором горит любовь. А у нас с тобой и сердца-то нет.

С этими словами демон взмахнул полами черного плаща, его охватило пламя. Кожу старухи обдало жаром. Евдокия со страхом смотрела на пылающего демона, а он, заметив ее страх захохотал. Самаил нарисовал в воздухе неведомый знак, который вспыхнул горящими искрами, а затем исчез в воздухе вместе с демоном.

Выглянуло осеннее солнце, ветер затих. Снова стали слышны звуки старого леса. Где-то над головой выбивал морзянку дятел, в корнях дуба шуршали мыши. Будто и не было никакого демона, не было предательства невинной души. И только запах гари и рассыпанные цветы, были немыми свидетелями случившегося.

Прошло 10 лет…

2 ГЛАВА.

Ведьма улыбнулась беззубым ртом:

– Зачем пожаловал?

– Моя дочь… она умирает. – с мольбой в голосе начал кузнец.

– А что же ваши жрецы? Неужели не могут победить хворь?

– Ты можешь помочь?

– Ступай домой, я приду как солнце сядет.

Страшная хворь пришла в королевство Дзеркало осенью, после сбора урожая и праздника Мабон. Заболевали только молодые. И что бы ни делали лекари и жрецы, каждый заболевший умирал. Последней надеждой кузнеца была старая ведьма. Никогда бы он к ней не пришёл, ведь все знают, что сделка с Евдокией, это сделка с самим дьяволом, но ради дочери Мирослав был готов идти прямо в ад.

Темнело быстро, по-осеннему. Луна поднялась в настороженной тишине.

– Неужели не придёт? – кузнец мерил шагами комнату и не мог найти покоя. Страх медленно стискивал ему горло. Скрипнула входная дверь, пронизывающий ветер ворвался в комнату. На пороге стояла Евдокия.

– Ну, и где наша золотая девочка?

Больная лежала в забытьи, волосы ее прилипли ко лбу, капельки пота проступили на мертвенно-бледном лице, казалось жизнь лишь теплилась в ней.

– Знаю я эту хворь и могу тебе помочь. Но цена высока, – старуха еле заметно улыбнулась. – На что ты готов ради Златки?

– Знаешь ведь старуха, что жизнь и душу отдам!

– Мне не нужна ни твоя жизнь, ни душа! Достань мне клинок Долин и будет здорова твоя дочь.

Мирослав стоял, не шевелясь и смотрел на дочь. Внутри у него шумела буря.

Клинок согласно легенде, находился в Долинах. Воздух там похож на душистое вино, он опьянял путника и дарил ему вкус грёз наяву, околдовывал мечтами. В Долинах было немало редких талисманов и магических предметов. Но клинок был особенный. Он способен уничтожить любое зло. Охотников за дорогими и редкими вещицами было полно, но король закрыл проход в страну грёз и поставил у него стражу.

– Ты смерти моей хочешь? – наконец ответил Мирослав.

– Что ты, Мирослав! Я же тебе помогу магией. Но если ты боишься, то… – не закончив, Ведьма пошла к выходу.

– Я согласен. – воскликнул кузнец – спаси мою дочь. Я достану клинок.

– Вот и договорились. Девчонка будет жить, о ней я позабочусь.

Кузнец с сомнением взглянул на старуху.

– А на что тебе клинок, старуха?

– Не твоего ума дело! Пекись о дочке! – сердито сверкая темными глазами ответила Евдокия. – Завтра на рассвете жду тебя, я всё приготовлю в дорогу.

Слабой позолотой уже занимался северный рассвет, когда кузнец простился с домом и направил коня к избе ведьмы.

Непонятное веселье охватило Мирослава – очевидно, это то возбуждение, какое появляется у человека во время большой опасности. Он пришпорил коня и пустился галопом. Осенний ветер засвистел в ушах. Кузнец улыбнулся.

Евдокия, как и обещала встретила его с полным мешком зелий.

– Это зелье, поможет скрыть тебя от глаз стражников, в зелёных колбах оглушающие бомбы, но их мало. Красные и пурпурные содержат противоядия, конечно, не от всего, так что не лезь на рожон.

– А что это за сиреневый шар?

– Ох, нетерпеливый ты парень! Это для связи со мной, потрёшь его, чтобы меня вызвать. В мешочках порошок трезвости, его надо употреблять очень осторожно и только в тех обстоятельствах, когда не сможешь справиться сам. А это порошок рассеивающий туман.

– Я смотрю ты мне и кинжал приготовила, старуха!

– Поверь мне, пригодится! Надеюсь, о пропитании своём ты сам позаботишься?

– Не переживай с голоду не помру.

– Ох, чуть не забыла! Вот сбруя для твоего коня. И не криви лицо, она не простая, ты же не хочешь, чтобы животное сошло с ума? – сурово сказала Евдокия – Долины опасны для всех.

– Если ты закончила, то мне пора в путь.

– Самое главное, Мирослав, ты должен успеть вернуться до ночи Самайна. Вот держи песочные часы, они необычные. В них песок течет в одну сторону, его течение нельзя замедлить или остановить. Запомни, когда последняя песчинка упадёт, я не смогу открыть врата, и тебе не вырваться из страны грёз.

Кузнец взял стеклянные часы с мелким чёрным песком. Каждая песчинка лилась из прошлого в будущее, создавая мягкий шелковый звук. Наверно такие часы носит с собой сама Смерть.

3 ГЛАВА.

Осеннее солнце, прощаясь, дарило воспоминание о летней, животворящей силе и Тим подставил лицо его ласковым лучам. Парень подошел к мишени, приделанной к стволу старого дуба, и вытащил небольшой нож. Попал прямо в яблочко. Жаль, что продемонстрировать небывалую меткость Тиму было некому.

Парень явно скучал на заставе. Здесь абсолютно ничего не происходило. Он же мечтал о боях, подвигах, походах в дальние страны и сражениях со страшными чудищами. Через заставу в Долины никто не ходил, и он не мог понять зачем ее охранять?

Когда-то в древние времена, как рассказывала его бабка-цыганка, охотников попасть в страну грёз было много. Слухи о магических предметах, которые давали власть и могущество влекли, как магнит.

Бабуля Рада сказывала, что сами цыгане были родом из Долин, оттуда и был их дар провидения, гадания и умение задурить голову любому. Большой плюс цыганской крови – это иммунитет к магии.

Тим услышал шорох и вгляделся в лесок возле стены.

– Показалось…

Тут ветви шевельнулись и опять замерли. Тим бросился в каморку к напарникам.

– Ребята там в кустах кто-то есть!

– Тим, да это наверно заяц от лисы убегает – заржал толстяк Сэм.

– Я пойду проверю – сказал Тим напарникам, рубившимся в «дурака».

– Давай, давай – ответил сержант.

В это время Мирослав, сидя в кустах, лихорадочно думал, что делать. Ведь цыганёнок направлялся прямиком к нему.

– Чертова Евдокия! Только начало пути и уже проблемы! Зелье тумана не действует на мальчишку!

Выбора не было: кузнец пришпорил коня и пустился галопом прямо на Тима.

– Стой! Стой! Стрелять буду!

Но Мирослав во весь опор летел к проходу между мирами. Тим едва успел отскочить из-под копыт. И уже через секунду мчался за кузнецом.

Шум и крики донеслись до играющих в карты.

– Что-то паренёк заигрался – сказал Толстяк сержанту.

– Пошли глянем, что там творится!

– Ха, думаешь, кто-то решил перейти границу?

– Это вряд ли, – хмыкнул сержант. – Но проверить надо.

Все что успели увидеть Толстяк Сэм и сержант – как портал поглотил всадника и Тима.

– Вот же черт! – только и смог произнести сержант. У него на лбу выступил холодный пот.

Переход можно было сравнить с попаданием в тягучий вакуум. Закладывало уши, ты будто оказывался в паутине жирного паука. Руки и ноги не слушались, охватывала паника, мир кружился, переворачивался… и тут тебя резко выплёвывало, и ты кувырком летел вниз!

Ещё до того, как кузнец и Тим выпали из портала, конь Мирослава пустился галопом прочь, словно за ним гнался хищник.

– Проклятье! Нет! – кричал Мирослав вслед коню, – ну, почему я не послушал ведьму и не поменял сбрую.

– Ты нарушил закон! Эту границу запрещено переходить! Именем короля ты арестован! – вскочил на ноги Тим.

– Ха-ха-ха!

– Что смешного? Да за такое тебе голову снесут на плахе!

– Для начала нужно вернуться в Дзеркало – перестав смеяться, заметил кузнец.

Тим было открыл рот, чтобы возразить, но так и оставив его открытым замер.

– Дошло наконец? И если ты обернёшься, то увидишь, что портал, через который мы попали в Долины исчез.

Действительно, там, где был только что портал вырос могучий дуб.

– Вставай – Мирослав подал изумленному Тиму руку – нам нужно идти. Времени мало, если ты не планируешь остаться в Долинах, мы должны найти выход до наступления праздника Самайн.

4 ГЛАВА.

Вокруг стояла ничем не нарушаемая тишина. Не было слышно даже пения птиц. Спустились серые теплые сумерки, накрапывал нерешительный дождь.

Вдруг гром расколол над головами небо. В лица Тима и Мирослава ударил грозовой ветер и молнии, обгоняя друг друга, начали бить в почерневшую землю. Леса зашумели так, будто океаны прорвали плотины и затапливают Долины. Гром встряхивал землю.

– Нам нужно найти, где укрыться.

– Смотри, там какой-то огонёк на холме – Тим пытался перекричать шум ветра.

Путники двинулись к западному холму. Дождь усилился, земля прямо на глазах превращалась в топь, лишь местами выступали редкие кочки.

– Проклятье – завопил Тим – мой сапог засосала эта дрянь!

– Не останавливайся, парень, иначе следующим будешь ты.

Тим тут же забыл о потере и ускорился насколько это было возможно. Почва под ногами ходила ходуном и пружинила, при каждом шаге где-то сбоку и внизу раздавалось жирное хлюпанье просачивающейся тины.

Внезапно дождь прекратился. Медленно, медленно стал спускаться на землю туман. Долина тонула в пепельной мгле. Вдали, за лесом, мутно розовело небо – должно быть, за тучами подымалась луна.

Тишину разорвал вой. Все задрожало вокруг. Сквозь туман путники увидели светящиеся желтым огнем глаза. Так много глаз. Ни лица, ни морды, а одни глаза в полумраке и дымке тумана.

– Бежим! Скорее! – закричал в ужасе Тим.

– Стой! Далеко в тумане не скрыться, мы скорее потеряемся – Мирослав полез в сумку, что дала ему старуха и достал порошок рассеивающий туман.

Он рассыпал его по кругу. Сначала ничего не происходило. И вот туман начал таять. Наступила тишина. Одни только звезды мерцали в небе среди всеобщей неподвижности. Из-за облака выглянула луна и осветила маленький домик на холме.

Промокшие и уставшие путники двинулись к нему.

Открыв тяжёлую дубовую дверь Тим и Мирослав попали в тёплую комнату. В центре неё стоял накрытый для гостей стол, а у очага в котелке томилось ароматное жаркое.

– Нас видимо ждали! – радостно воскликнул Тим – я голоден как волк!

– Это и пугает, что ждали. Будь настороже.

Путники обошли каждую комнату дома, но хозяина не нашли.

– Думаю, мы должны подкрепиться – подсев к столу сказал Тим – иначе хозяин дома обидится.

– А может, наоборот, разозлится от твоей наглости, что ты явился без приглашения и ещё слопал все харчи?

– Да, ты что? Нас очень ждали в этом доме! Посмотри, как накрыт стол – горячий хлебушек, кувшин пьянящего виноградного вина, золотистые пироги с мясом и рыбой, сыр, жаркое на огне и даже салат!

Тим схватил пучок салата, чтобы продемонстрировать своему спутнику и тут салат его укусил!

– Аааааа! – завопил паренёк.

– Аааааа! – ответил ему зеленый пучок. Кузнец, покатываясь со смеху не мог вымолвить не слова.

– Ты кто? – спросил Тим.

– А ты?

– Неужели ты не узнал? Это же лепрекон! – давясь смехом, подсказал Кузнец.

– Лепрекон Оливер! – зеленый человечек поклонился, сняв шляпу – мои дорогие гости, прошу вас к столу!

Тим недоверчиво покосился на хозяина дома. Кузнец тем временем уже угощался и наслаждался беседой с новым знакомцем.

– О, это чудеснейшее вино, напиток Богов, попробуйте обязательно – мурлыкал лепрекон, наполняя бокалы до краев.

– Действительно, отменное – согласился с ним Кузнец.

Тим же только сделал вид, что пьёт, а сам даже не пригубил вина.

Лепрекон тем временем рассказывал Кузнецу о урожае виноградника, о своём саде, всё подливая и подливая хмельной напиток в кубок гостя.

– А откуда вы путь держите мои дорогие гости – с улыбкой спроси лепрекон, – вы ведь не из Долин? Охотники за сокровищами?

– Не по своей воле мы здесь, – с грустью ответил Мирослав, – дочь моя больна, я нашел знахарку, Евдокию, а та за лечение запросила клинок Долин.

– Клинок Долин? – с изумлением воскликнул лепрекон Оливер.

– Что-нибудь знаешь о нем? – с надеждой спросил кузнец.

– Я сам много не знаю, но завтра могу поспрашивать. Оставайтесь у меня. А утром постараюсь помочь вам.

– Спасибо тебе гостеприимный хозяин, накормил, напоил, еще кров на ночь даешь.

– Пустяки! Заболтал я вас совсем, а вы устали с дороги! Идемте за мной. Сюда пожалуйте!

Лепрекон отворил дверь, и путники увидели небольшую комнату.

– Смотрите какая воздушная перина для моих друзей – шествуя по комнате голосил Оливер.

Проходя мимо камина, зелёный человечек щелкнул пальцами и в нем вспыхнул огонь. Комната сразу наполнилась тёплом, а с ним – уютом и чувством безопасности. Усталость и сон навалились на Тима и Мирослава. Лепрекон оставил гостей, пожелав им крепких сновидений.

Тим пытаясь прогнать от себя сон, с жаром зашептал:

– Как ты можешь доверять этому зелёному проходимцу? Он же тебя опоил!

Кузнец с улыбкой достал из сумки порошок, который ему дала Евдокия перед походом. Высыпав немного себе в рот, он запил его водой из фляги.

– По-твоему, я такой доверчивый простак?

– Но Евдокии ты же поверил! А ей нельзя доверять, это все знают!

– Эх, парень! Совсем меня дурнем считаешь! Не было у меня выбора! Понимаю, что старухе верить нельзя.

– Как думаешь, зачем ей понадобился клинок Долин?

– Давай сначала его найдем и потом зададим вопросы. А сейчас ложись-ка, отдохни, а я покараулю.

Поленья в камине давно догорели. Время ползло к рассвету. Кузнеца нестерпимо мучила жажда. Он то и дело прикладывал флягу с водой к пересохшим губам. Тишину ночи нарушил шорох и скрип половицы. Мирослав подскочил к кровати, чтобы разбудить Тима.

Тим сонно протер глаза, вставая. Кузнец увлёк его в нишу у книжного шкафа.

⎯ Как бороться с лепреконами? – нервно зашептал цыган. – Нам нужен клевер!

Тут в потухшем что-то заискрилось и прямо из пепла проклюнулось четыре ярко-зелёных листа.

– Ого! – воскликнул ошеломлённый Тим

Кузнец достал из-за пазухи железную подкову.

– Серьезно? Хочешь убить лепрекона подковой?

– А ты решил пощекотать его листиками клевера?

Дверь, скрипнув открылась, но на пороге комнаты оказался вовсе не лепрекон. Высокая тень в темном балахоне скользнула к постелям. Костлявой рукой тень потянула край одеяло и замерла. Холодный голос прорезал тишину комнаты.

– Оливер! Где мои души? Ты нарушил наш договор!

Стены задрожали. Они сотрясались всё сильнее и сильнее, и домик стал рассыпаться. А тень продолжала истошно вопить. Мирослав подтолкнул Тима к ближайшему окну.

Выскочив, кузнец и цыган, бросились бежать. У них за спинами раздался жуткий грохот. Обернувшись, они увидели облако пыли, висевшее над руинами домика.

А потом услышали плач. Тихий плач. Словно дитя горевало о сломанной любимой игрушке. Это Оливер всхлипывал на обломках дома. Сердце Тима сжалось. Он уже сделал шаг в сторону лепрекона, но Мирослав остановил его.

– Нам пора уходить.

Мутный свет облаков предвещал скорый рассвет. Багровое солнце показалось из-за них, избавляя путников от ночных кошмаров. Оно поднималось все выше и выше, рождая новый день.

5 ГЛАВА.

Несколько дней перед глазами Тима и Мирослава была только мертвая голая пустыня. Слюдяное солнце беспощадно сжигало землю. Сухая горечь сводила рот невыносимой жаждой. Ноги обжигал раскалённый песок. Мирослав, измученный жаждой, упал на колени. Тим подбежал к нему.

– Я не могу больше идти, парень. Оставь меня – прошептал кузнец сквозь спекшиеся губы.