Книгоходцы и тайна механического бога

– Зная Аннушку, готов биться об заклад: руководство к действию для нас именно на этом листочке, – пробасил напарник. – Только у меня пока ни малейшего представления, что это может быть.

Я задумчиво кивнула и перевернула книгу обложкой вверх.

– «Хроники Дарколи от пришествия Механического бога и до наших дней», – прочитала я название вслух. – До наших дней – это… до периода шестьсот лет назад, если судить по дате выхода этой книги. Кстати, смотри, она не рукописная, а печатная. Сечёшь?

– Секу, – кивнул он и забрал хроники из моих рук. – Что тут у нас?

А оказалась у нас историческая книга. Читали мы ее, устроившись на диване плечом к плечу, комментируя по ходу некоторые моменты. Начиналось все с того, что реальность Дарколь была полностью магической со всеми вытекающими: много магии и магов, полное отсутствие механики, технический прогресс стоял на месте. Кроме того, этот мир являлся полностью открытым для всех прочих реальностей, что вполне нормально: если есть маги, то они могут путешествовать по своему желанию, либо открывая порталы самостоятельно, либо приобретая специальные амулеты переноса.

И вот однажды, никто не знает точно, откуда, как и когда, но пришел в него извне Механический бог. Пришел и остался навсегда, так как местные боги давно не давали о себе знать, и люди совершенно обоснованно считали, что те покинули их. Некоторое время новый бог жил, ничего особенного не предпринимая, лишь приглядываясь и изучая новый мир, но уже совсем скоро принялся за дело. Перекрыл каким-то неведомым образом часть источников магии и взамен обучил население некоторым техническим штучкам, доступным на том уровне развития Дарколи. Потом заблокировал еще энное количество источников. Выжил часть аборигенов с их территорий, и никто не в курсе, куда они исчезли и что точно произошло.

Так как жизнь с появлением техники стала улучшаться, то сначала никто даже не почувствовал, насколько беднее становился мир на магическую энергию. Но потом все стало усугубляться. Так как механикой могли владеть не только маги, но и обычные ремесленники, все больше технических приспособлений появлялось в повседневной жизни. Они заменяли собой прежние артефакты и амулеты. Со временем, когда стало рождаться меньше одаренных детей, маги забили тревогу. Но было уже поздно. Некоторые источники магии совсем исчезли, другие были полностью заблокированы Механическим богом, и хотя об их местонахождении знали, но никому не удавалось открыть их. Стало понятно, что все плохо, нужно спасать магию, но… А мир скудел, теряя большую часть своего волшебства и очарования. Уходили из Дарколи те существа, которые не могли жить в таких условиях. Тогда это еще было возможно…

Те немногие слабые маги, что еще рождались, вынуждены были подстраиваться под существующий порядок и изучать такую область наук, как техномагия. Они сотрудничали с механиками и создавали вместе уже не артефакты и амулеты, а техномагические приспособления, обладающие строго ограниченным набором свойств. Книга заканчивалась на периоде шестьсот лет назад. Если же к ней добавить оброненные Аннушкой слова о том, как сильно изменилась Дарколь за триста лет с ее прошлого визита сюда, то напрашивался вывод, что процесс умирания магии продолжился, и ныне он, вероятно, практически завершен. Теперь становилось понятным и предупреждение магистра о том, что нужно экономить силы, так как восстановить их будет весьма проблематично.

Прочитали мы также легенду или, скорее, пророчество, что однажды придет некто, кто спасет мир, победив чары Механического бога, который спустя много лет после своего пришествия перестал показываться людям. А если этого не случится, Дарколь умрет. Ха! Они это серьезно? Кто может победить бога?

– М-да! – озвучила я свое мнение.

После чего перешла на магическое зрение и принялась изучать пространство вокруг нас. Тонкие редкие паутинки, едва просматривающиеся в воздухе, – вот каковы были здешние магические потоки. Ясно, зачем нужны специальные очки, чтобы увидеть эти – не потоки, отнюдь, а едва заметные нити силы. Надев очки, я подкрутила окуляры и удовлетворенно кивнула. Стекла очков окрашивали эти паутинки в насыщенные яркие цвета, давая возможность быстрее их обнаружить.

Сняв приспособление, я перешла на ведьминское зрение. Но и тут картина была практически та же. Дарколь умирала как магический мир, становясь миром техническим. Причем не по своей воле, а из-за вмешательства того, кто даже не являлся местным жителем. И это было безумно обидно, поскольку я родом как раз из такой реальности, в которой волшебства уже не осталось, а есть только разные приспособления. Наверное, это не так уж и плохо для простых обывателей. Но кто знает, сколько среди этих самых «простых обывателей» магов и волшебников? Точнее, тех, кто мог ими стать, если бы их силы пробуждались и подпитывались магией. Так они живут, работают бухгалтерами и учителями, полицейскими и пожарными, лифтёрами и сантехниками. А возможно, существуй на Земле магия, они были бы алхимиками или боевыми магами, предсказателями или целителями, которые спасали смертельно больных людей. По моему убеждению, «немножко волшебниками» на Земле оставалась только часть людей. Те, кто создавал что-то новое и прекрасное: художники и скульпторы, поэты и писатели, архитекторы, инженеры, программисты и ученые. У них была своя магия, магия цифр и слов, красок и текстур…

Впрочем, я отвлеклась.

– С книгой в целом все понятно, – прервал мои размышления Карел. – Общее представление мы получили, потом прочитаем все подробно, а не пролистывая. Но что Аннушка имела в виду под нашим заданием на летнюю практику?

– Да, похоже, все это же, – потрясла я листочком. – Это явно шифр, и нам нужно понять какой.

Мы снова уставились на ряды цифр.

– Так. У нас тут есть блоки: три цифры через пробел, потом запятая, следующие три цифры через пробел и так далее.

– Но в некоторых местах не запятая, а точка, – указал пальцем на лист напарник.

– Из чего я делаю вывод, что на точке заканчивается предложение.

– Логично, – кивнул он.

– Хорошо, предположим, это книжный шифр, а ключом является данная книга. Давай его разгадывать, посмотрим, что получится.

– Какой-какой шифр? – озадачился Карел. – Слушай, я рядом с тобой иногда чувствую себя деревенским увальнем. Откуда ты столько всего знаешь?

– Интернет, детективы, шпионские фильмы… Продолжать? – хихикнула я.

– Она еще и издевается! – закатил глаза парень и рассмеялся. – Не позорь меня еще больше. Рассказывай, что за книжный шифр и с чем его едят.

– Есть мы его не будем, а расшифровывается он так: первая цифра – номер страницы, вторая – строки, третья – буквы или слова в этой строке. Надо сначала посмотреть, сколько в книге всего страниц и строк на каждой. Посчитать среднее количество знаков в строке с пробелами и без. Ну и прикинуть, что имел в виду шифровальщик под третьей цифрой – букву в строке или слово. Только пойдем в библиотеку, там есть стол и бумага. А то тут неудобно.

Мы перебрались в библиотеку, расположились и принялись выписывать то, что у нас получалось.

– Ну и что это за бред? – вопросила я, читая получившийся стишок: – Двенадцать раз пробьёт стрелок, укажет путь мечом. И девы стройной сапожок послужит умному ключом.

– Гипотетически пробить могут часы, к тому же и двенадцать раз. Но почему стрелок?

– Идем-ка! Нам нужен абориген! – Я решительно выбралась из-за стола и отправилась искать управляющего.

Обнаружили мы достойного господина в столовой, где он проверял, как накрывают стол к ужину.

– Господин Дойс! – позвала я его. – Можно задать вам несколько вопросов?

– Да, госпожа Золя, – чопорно отозвался он и подошел к нам. – Я вас слушаю.

– Скажите, господин Дойс, сохранились ли в столице старинные часы, которые отбивают удары?

– Насколько старинные, госпожа?

– Ну… лет эдак семьсот, а может, и более.

Мужчина немного подумал и ответил:

– Часам на башне в Ратуше шестьсот тридцать лет. Подойдет?

– О да! – воодушевилась я. – А Ратуша открыта для всех? Мы сможем сходить туда на экскурсию? А к часам подняться? Обожаю старинные механизмы. А где она располагается?

– Ратуша находится на площади Роз. Вход туда для посторонних посетителей открывают только на время праздничного зимнего бала в честь начала нового года. К часам подниматься нельзя, башня охраняется.

– Ой, как обидно-о-о, – протянула я, насупившись. – А снаружи-то хоть хорошо видно часы?

– Разумеется, госпожа. Это городская достопримечательность, и их подсвечивают фонарями и особой системой зеркал, чтобы любой горожанин мог увидеть издалека время и движущиеся фигурки.

– Так там еще и фигуры есть? – поднял брови Карел. – А какие?

– Молотобоец, гонец, стрелок, копьеносец, химера, дракон, василиск, мантикора, фея, эльф, орк и оборотень-волк, – перечислил господин Дойс.

– Какой странный набор, – удивилась я. – А почему так?

– Сложно сказать, госпожа. Часы очень старые, но не сомневаюсь, у их создателя были какие-то свои мысли относительно выбора фигурок.

– Понятно. Ну что ж, спасибо. Непременно сходим полюбоваться на них. Есть какое-то особо интересное время или все равно?

– В двенадцать часов дня и ночи фигуры устраивают круговое движение, сразу после того, как пробьет нужное количество ударов, и играет гимн. Лишь после этого устанавливается двенадцатичасовая фигура.

Выяснив все нас интересующее, мы уточнили относительно ужина и услышали, что герцогиня Каро звонила по местному аналогу телефона и сообщила, что прибудет поздно, ждать ее не нужно. А за стол нас пригласят через полчаса. На этом мы закончили беседу и отправились обратно в библиотеку.

– Ну что? Идем сегодня? – спросил напарник, наблюдая за тем, как я складываю наши записи и прячу их в книгу.

– Конечно! Чего время терять? Посмотрим на часы в полночь и узнаем, нужно ли нам идти туда завтра к полудню.

Трапезничали мы с Карелом вдвоем. Аннушка действительно не соизволила вернуться ни к ужину, ни позднее. Так что мы поели, собрали сумки и переоделись. Отправляться в дневном коротком платье было глупо, поэтому я выудила из шкафа один из новых костюмов сочного синего цвета. Нет, все же местная мода – это нечто! То, что я надела сейчас, выглядело крайне эффектно, но при этом оставалось удобным: узкие обтягивающие рейтузы, белоснежная шелковая блуза с кружевной отделкой и кожаный пояс-корсаж с перфорацией. А чтобы не продрогнуть в ночное время в тонкой блузке – однобортная легкая и короткая куртка, которую я с первой же секунды окрестила «гусарским доломаном», ибо выглядела она один в один: такой же фасон, такой же позумент из шнура. Кроме того, поверх рейтуз полагалась съемная пышная юбка-шаль с кучей воланов, как у танцовщиц из кабаре, исполняющих канкан: сзади до пола, а спереди полностью открывающая ноги и позволяющая шагать и ездить верхом, что мне и требовалось.

Хотя в Дарколи женщины носили юбки любой длины, начиная от практически мини и заканчивая макси, но банальные брюки не приветствовались. Если уж дама их надевала, то сверху, чтобы выглядеть приличной особой, необходимо было цеплять вот такое пышное игривое нечто, прикрывающее попу. Кстати, эти съемные юбки, выполняющие функцию исключительно прикрывать филейную часть порядочных женщин, были разных фасонов и длины: либо вот такие – с кучей нашитых воланов, либо простые однослойные, но очень пышные, либо короткие с хитро заложенными складками, напоминающие турнюр а-ля утиная гузка. Зато теперь мне стало понятно, отчего на меня утром смотрели с неодобрением, когда я шла по улице в своих обычных походных штанах.

Завершали мой наряд сапоги вместо полагающихся высоких ботинок со шнуровкой, так как я планировала ехать на Диане, ну и шляпа с вуалью и декоративными аккуратными перьями. Разве же я могу упустить возможность поносить шляпы?

Послав воздушный поцелуй невероятной девушке в зеркале, я натянула перчатки, подхватила сумку и отправилась вниз, где меня должен был уже ждать напарник.

– Ого! – присвистнул он, увидев меня. – Кирюш, выглядишь сногсшибательно! Тебе непременно нужно будет купить и привезти в школу еще таких костюмов разных цветов и отделок. Смотрится даже круче, чем сегодняшнее дневное платье. Изверг оценит! А Лола умрет от зависти и попытается тебя ограбить.

Я хихикнула, представив реакцию любимой соседки, и ответила:

– Может, ей шляпку купить? А костюмы пусть останутся моей фишкой. – И я, напевая вполголоса мелодию канкана и размахивая юбкой, подрыгала ногами.

– Кха-кха! – сбило меня с шуточного настроя деликатное покашливание.

– Ой! – шарахнулась я, одергивая подол. – А мы это… Господин Дойс, мы решили съездить и посмотреть на Ратушу. Вы так интересно рассказывали про часы, что сил нет утерпеть до завтра. Если герцогиня Каро вернется раньше нас, то сообщите ей, пожалуйста, о том, куда мы направились.

Карел прыснул в кулак, и я исподтишка погрозила ему. И так уже в глупую ситуацию попала, так что нечего меня дальше позорить.

Выйдя из дома, мы призвали призрачных скакунов. Диана загарцевала, нервно оглядываясь и широко раздувая ноздри. Эта реальность ей явно не нравилась, но завидев старого знакомого, жеребца Карела, она немного успокоилась и позволила мне сесть в седло. Уже стемнело, и улицы сейчас освещали лишь фонари и свет из окон домов.

Сверяясь с картой и переговариваясь, мы добрались до площади Роз и остановились напротив Ратуши возле фонтана с букетом бронзовых одноименных цветов, из бутонов которых лились струи воды. Старинное здание выглядело весьма внушительно и монументально, к нему примыкала высокая башня со шпилем, на котором красовался флаг. Именно в башне, имеющей отдельный вход, и располагались те самые старинные часы, о которых нам поведал господин Дойс. Огромный белый циферблат, черные кованые стрелки, а снизу площадка, на которой в данный момент еще красовалась фигурка гонца: всадника на бегущей лошади с большими сумками, притороченными к седлу. Так как часы освещались направленными лучами расположенных на стенах башни фонарей, то фигурку всадника было хорошо видно.

Надев очки и настроив их на режим бинокля, мы в деталях рассмотрели металлического гонца. Но нужно было подобраться ближе, чтобы понять, куда укажет меч стрелка, если, конечно, он следующий. Осталось решить, кто пойдет уговаривать сторожа пустить «туриста» в башню, а кто останется здесь и будет наблюдать в бинокль снизу.

– Топай, Кирюш! Ты даже мантикору уболтаешь, не то что сторожа. Мне он точно не позволит войти, а у тебя есть шанс, если пустишь в ход свое умение болтать и ведьминское очарование.

– Ну спасибо! – фыркнула я.

– Но это же правда, – пожал он плечами. – Ты очень красивая девушка, у которой хорошо подвешен язык, к тому же, прости конечно, но ты – ведьма. Да ни один мужчина не устоит против твоих чар. Так что шагай, а то время!

Поправив шляпку, я натянула на лицо выражение восторженной провинциалки, впервые попавшей в большой город, и отправилась к двери, ведущей в башню.

– А ну стоять! – окликнул меня охрипший мужской голос.

– Ой! – подпрыгнула я от неожиданности. – А вы где?

– Здесь!

– А где «здесь»? – Я завертелась, пытаясь понять, откуда доносится голос.

– Да здесь же! – Из-за выступа в стене ко мне вышел невысокий пузатый дядька в темно-коричневой форме. У него оказалось добродушное лицо с кустистыми бровями и густыми гусарскими усами, взгляд исподлобья… В общем, вполне приятный экземпляр и совсем не грозный. – Вы чего это, дамочка, по ночам тут бродите?

– Ой! А вы охранник? – всплеснула я руками и засияла улыбкой.

– Сторож! – исправил он меня и сдвинул на голове шляпу-котелок.

– О-о! Как замечательно, что я вас встретила! Просто чудесно! Я только сегодня приехала в Дарилью и сразу же сюда. Я столько слышала про эти старинные часы, так мечтала на них посмотреть! Мне рассказывали, что фигурки меняются, а в полночь что-то совсем уж необычайное происходит. И вот я здесь!

– И? – не понял сторож.