Мистер Смерть и чокнутая ведьма
- -
- 100%
- +
– Сдохни, тварь! – завопила я, стараясь в прыжке дотянуться до порхающей как… ну да, как белка, Беллы.
– Ну уж нет! Это ты у меня сейчас сдохне-е-е…
И в этот момент…
Вот я вообще не поняла, что произошло.
Что-то шандарахнуло, разлетелся на осколки шкаф… Белла, не ожидавшая нападения, с писком сиганула спасаться к своей хозяйке, то есть ко мне. Поймать ее я бы не смогла, у меня ведь в руках сабля, поэтому умный фамильяр прыгнул мне во взбитые в дикий причесон волосы. Завопив дурниной, я швырнула в сторону двери проклятие. Обычно я не практикую подобное, но тут уж явная угроза жизни…
– Да твою ж маму! – заорал влетевший в комнату Василий. – Ты что же наделал, ирод окаянный?!
– Маму не поминай! – в ужасе в ответ закричали мы с Беллой, таращаясь на замершего на пороге в боевой стойке… Теодора Мортема, собственной иностранной персоной.
На его шее сидел, вцепившись всеми лапками, обалдевший Енька.
Домовой схватился руками за голову, подбежал к музыкальному центру и выключил «Танец с саблями». В комнате мгновенно повисла оглушающая тишина, лишь мелко икал енот. Причем испугался он явно за нас с Беллой, потому как весь прошлый год тоже играл с нами. Иногда он был помощником «охотника», иногда второй «нечистью», в зависимости от правил игры.
– Что. Здесь. Происходит?! – не меняя боевой стойки, поинтересовался некромант, на пальцах которого играли искры заклинания. А глаза жуткие такие, брр. Тот, который темно-карий, – словно бездна. Тот, что зеленый, – кажется, светился.
– Ой дуре-ень, – в сердцах махнул рукой расстроенный домовой. Ведь именно ему предстояло наводить порядок в разгромленной комнате, восстанавливать шкаф и убирать все последствия. – Я ж тебе сказал, что Арина на нечисть охотится.
– И?! – требовательно уточнил англичанин, шаря глазами по комнате и остаткам шкафа. – Где нечисть? Какой вид? Степень опасности?
– Нечисть – это я, – помахала ему лапкой мелко подрагивающая Белла, высунувшись из моих волос.
– А охотник – это я, – продемонстрировала я саблю. И да, у меня тоже рука дрогнула. Напугал, поганец заморский.
– Не понял! – не внял объяснениям этот глупый иностранец.
– Эх, мистер Смерть. Что ж ты дикий-то такой? – печально поинтересовался Вася. – Играли девочки. А ты…
– Играли? – медленно опустились вскинутые для боя руки мага смерти. Огоньки на его пальцах погасли, и он, повернув голову, взглянул на своего фамильяра.
– Тео, ты это… Ик. Не нервничай только. Ик. Играли они. Ик. И я с ними тоже раньше играл. Ик. Знаешь как весело? Ик, – проговорил енот, периодически срываясь на икание.
– Вась, дай пироженку? – грустно попросила я.
– Две, – огорченно шмыгнула носом белочка.
– Три, – вздохнул Евграфий и снова икнул. – Я же в гости пришел.
– Четыре, если можно, – в досаде скривился некромант, явно чувствуя себя глупо от всего произошедшего.
Мы вереницей прошли в кухню, чинно расселись за столом. Вася с непроницаемым лицом поставил перед каждым тарелки и чашки. Водрузил по центру большое блюдо с эклерами с заварным кремом и глазурью. Я тихо вздохнула и утащила себе сразу два. Енька тоже не стеснялся, шустро подцепил лапкой пирожное и утащил к себе в тарелку.
– Вась, а… – поискал енот глазами мисочку для полоскания еды.
– Держи уж, фамильяр, – усмехнулся домовой и выдал Евграфию глубокую суповую тарелку с компотом.
– Вкуснота-а-а, – обрадовался енот-полоскун, быстро схватил эклер, обмакнул в компот, побултыхал его там и откусил.
– Тебе чего налить-то, ирод заморский? – непочтительно поинтересовался домовой дух. Вася злился, но воспитание не позволяло наорать на гостя хозяйки.
– А что есть? – поднял на него уже вполне нормальные, лишь немного смущенные глаза англичанин.
Интересно, ему хоть стыдно? Такую игру испортил!
– Чай, кофе, компот, томатный сок, водка. Выпить хочешь?
– Хочу, – подумав, кивнул Мортем и покосился на меня. – С вами, мисс Арина, никаких нервов не хватает.
Я молча дернула плечом, не желая отвечать на явную провокацию, и откусила от эклера.
Ели мы в тишине. Я, Белла, Енька и Вася – десерт. Некромант – водку, соленые огурцы и бутерброды с копченой колбасой. Их Вася настругал сам, без уточнений, и не ошибся. Судя по тому, с какой скоростью бутерброды исчезали с блюда, Мортем сегодня не обедал и не ужинал.
– Слушай, мистер Смерть, а ты чем вообще питался эти дни? – подперев кулаком подбородок, поинтересовался сердобольный домовой. Он вообще злиться долго не умел. Со мной это было просто бессмысленно, так что нервы у Василия Васильевича были как стальные канаты.
– Ну… – на минуту замер, перестав жевать, Мортем. – Когда как. Работа…
– Понятно. Картошки пожарить?
– Да! – благодарно выдохнул иностранный гость.
– И от котлет, поди, не откажешься? – поднял одну бровь Вася.
– Не откажусь, – ни минуты не сомневаясь, подтвердил Теодор и улыбнулся. – Мисс Арина, вы не против? Я как-то все время оказываюсь в вашем доме в несколько двусмысленных ситуациях.
Я лишь отмахнулась, продолжая наслаждаться пирожными.
– Да что ж тут двусмысленного? – подала голос Белла. – Вы ж, мужики, вечно голодные.
– Большой опыт? – иронично усмехнулся Теодор.
– А то! Трижды замужем были, – невозмутимо отозвалась белочка. Подождала, пока ее визави откашляется и перестанет таращиться, и продолжила: – Но ты, мистер Смерть, не бойся. Тебя мы замуж брать не будем. Ты нам не подходишь.
– Это почему еще?! – возмутился некромант, и тут же его скулы зарумянились. О, ну надо же! Он умеет краснеть. Какая прелесть! – В смысле… Простите, я не то хотел сказать. – И он бросил на меня быстрый взгляд, ища реакции.
А чего реагировать? Все мужики так возмущаются, если им сказать, что они не подходят. У них сразу э́го включается, мол, как это?! Что за дела? Что со мной не так, раз она нос воротит? Причем неважно, а нужна ли им я. Сам факт просто выводит их из себя.
– Иностранец ведь, – соизволила пояснить мелкая хвостатая нахалка. – А зачем нам иностранец? У нас своих мужиков хватает. А во всякие там Англии уезжать мы не планируем.
Вот тут я кивнула, подтверждая, что – да, не планируем.
– Тео, ты только не расстраивайся, – похлопал своего хозяина по руке Евграфий, у которого уже прошла нервная икота. – Но Арине ты правда совсем не подходишь. Она девушка красивая, заводная, за ней парни знаешь как бегают? Тут от местных желающих стать ее мужем отбоя нет. А ты приехал и уедешь. На кой ты ей? А временных любовников она принципиально не заводит. Так что и тут тебе ничего не светит.
Я прямо заслушалась, как меня хвалит Енька.
– Да я совсем не… Я вовсе ничего такого не имел в виду, – и тут же, противореча самому себе, чуть нахмурился и поинтересовался: – А куда делись бывшие… мужья?
– А я как самка богомола, – потупившись, пояснила я. – Сразу после первой брачной ночи – чик, и всё. Ну чтобы потом не нервничать: будет мне этот тип портить семейную жизнь или нет. Самое главное в браке ведь что?
– Что? – повелся на мою провокацию Мортем.
– Свадьба, конечно же. Платье красивое, фата, праздник, гости…
– Мисс Арина, – обиделся некромант. – Ну что вы в самом-то деле?
– Арина, – спокойно исправила я его, решив, что пора прекращать балаган. Пора бы уже обсудить серьезные вещи. – Нам предстоит долго работать вместе, поэтому предлагаю перейти на «ты» и опустить все эти расшаркивания.
– Теодор.
– Так зачем я тебе понадобилась, Теодор? – спросила я, взглянув ему в глаза. – Почему именно я? Почему не маги, не оборотни? У них явно больше возможностей оказать помощь в сложной ситуации. Только правду, пожалуйста. И кстати, мне в ВУСВОМе сказали, что приступить к работе я должна только послезавтра. Они пока готовят документы и все необходимое.
– Уже не послезавтра, – покачал головой Мо́ртем и слегка отодвинул от себя тарелку, давая понять, что тоже приступает к деловому разговору. – Завтра утром нам нужно будет отправиться в деревню Малый Каравай. Поэтому я поторопил вашу администрацию и сам заехал к тебе, чтобы сообщить об этом.
– Рано выехать нужно? – уточнила я.
– Не очень. Спокойно можно отправиться часов в десять или одиннадцать утра. – Я кивнула, а он продолжил: – А почему именно ты, Арина? Я пообщался в эти дни с другими вашими коллегами. Они… Слишком серьезные. И имеют явные проблемы с общением.
– В смысле? Вы с ними ссорились по каким-то причинам? Не сработались? – не поняла я.
– Да нет, Арин, – влез Енька. – Ну ты ж знаешь наших. Они ж все с гонором, только что корона на ушах не висит.
– Да. Я… серьезный, погруженный в работу чаще всего. И не знаком с особенностями местного менталитета. Я не могу договориться с людьми, чтобы они помогали.
– То есть тебе нужен посредник? – удивилась я.
– В некотором смысле, – подумав, утвердительно качнул головой мой будущий напарник. – Ваши коллеги… они как я. Запугать могут, а вызвать добровольное желание помогать – нет. Если только Леонид справился бы, он обаятельный оборотень. Но на него собаки плохо реагируют.
– Это да, – улыбнулась я. – Собаки ли́са чуют.
– А ты, Арина… Можно я скажу правду? Не чтобы обидеть, а чтобы пояснить.
– Нужно.
– Ты женщина, значит, гибче и мягче. И с полным отсутствием комплексов. Характер такой… crazy[10]. Как это по-русски?
– То есть ты намекаешь, что я чокнутая? – опешила я.
– Да! Чокнутая ведьма – это именно то, что мне надо. Мы дважды встречались, и оба раза… Одежда, поведение, прическа, – помахал он руками у себя над головой, вероятно, изображая мой шухер. – Никаких комплексов. Ты абсолютно чокнутая.
– Белла? – посмотрела я на своего фамильяра, перевела взор на енота – Ень? Это меня сейчас обидели?
– Что? Почему обидели? – не понял Теодор.
– Тео, ты это… Не очень хорошо знаешь русский язык, – погладил своего хозяина по плечу Евграфий. – Был бы ты не иностранцем, и если бы Арина не осознавала, что ты просто плохо понимаешь значения слов, то… Квакал бы ты сейчас и мух языком ловил.
Тут мне Евграфий, конечно, льстил. Я все же ведьма, а не сказочная волшебница. Превращать в жаб и лягушек не умею. Но у нас это давно уже стало шуткой, а Енька прожил у меня долго и втянулся в нашу с Беллой манеру общения.
Глаза англичанина на мгновение подернулись пеленой, так как фамильяр ему явно мысленно передавал какие-то образы.
– О-о! – моргнул Мортем. – Арина, я не это имел в виду. Я хотел сказать… шальная, да? – повернул он голову к Евграфию. Енот-полоскун кивнул, и некромант закончил извинения: – Русский язык весьма… богатый. Я хотел объяснить, что мне очень нужен в помощь кто-то… как ты.
Вася кусал губы, чтобы не рассмеяться, Белла закатывала глаза и вздыхала, а я…
– Ну ладно, мистер Смерть. Будет тебе чокнутая ведьма. Только, чур, потом не жаловаться.
В этот момент меня отвлекло пришедшее на телефон сообщение. «Некромант заставил поторопиться. К тебе отправилась машина».
Ирина, ведьма с проходной ВУСВОМа, как и обещала, шепнула о смене планов. Я об этом уже узнала сама, но услуга все равно засчитывалась. Быстро поблагодарила в ответном сообщении и невзначай поинтересовалась, любит ли она грибы. Ну а что? Из города мы едем далеко, а значит, всегда можно выбрать несколько минут и насобирать немного, если конечно, они уже вылезли. Что там у нас в июне вырастает? Подберезовики с маслятами вроде, а если повезет, то и белые можно найти.
«Поганки закончились. И неплохо бы пару мухоморов», – поняла меня коллега по ремеслу.
Хм. Интересная она какая. И где я ей их возьму в начале лета? Это же лешего придется умолять и подкупать, чтобы он их вырастил специально для меня. Но вообще, мысль правильная, мне и самой не мешало бы пополнить запас. Я тут же бросила взгляд на полку с герметичными стеклянными банками.
– Вась, а у нас поганки и мухоморы остались? И вообще, чего заодно набрать?
– Проверю, – кивнул домовой и помешал жарящуюся картошку. – Вещи какие подготовить?
– Давай набор номер три, – подумав, отозвалась я, не обращая внимания на взлетевшие брови Теодора. – Только придется Нику позвонить.
– Ой! – пискнула Белла. – А может, не надо, Арин?
– Надо, дорогая, надо.
– От же! – крякнул Василий и пошел к раковине чистить еще картошку.
– А Ник – это?.. – влез в разговор неугомонный любопытный некромант.
– Муж ейный, – пояснил Евграфий. – Первый.
Глава 6
А я подмигнула посмурневшему вдруг иностранцу, нашла в списке контактов номер Николая и позвонила.
– Коленька-а, – ласково позвала я, когда густой бас моего первого мужа рявкнул приветственное «Да!».
– Аринушка? – тут же изменилась его интонация. – Здравствуй, любовь моя. Рад тебя слышать.
– И тебе не хворать, дорогой. Милый, ты мне одолжишь снаряжение?
– Конечно, Аринушка! Сейчас привезти? – с воодушевлением откликнулся он. – Что именно тебе нужно?
– Мм-м, – задумалась я. – Давай двухместную палатку, большой спальный мешок. Ну и на твое усмотрение. Меня с коллегой по работе отправляют в командировку в окрестные деревни. Придется немного пообщаться с природой.
– Что за коллега? – в голосе бывшего мужа прозвучала ревность.
– О, он иностранец. Из Англии приехал к нам по контракту. Сам понимаешь, ничего для таких выездов у него нет, а искать по магазинам – это терять время. Ты ведь знаешь, милый, как я ценю каждую минуту.
– Из Англии? Ну тогда ладно, – тут же успокоился Николай.
– Коленька, я тебя жду, – пропела я. – А у нас тут уже картошечка жарится к твоему приезду.
– Буду через полчаса, Аринушка! – отчеканил он и отключился.
Вот чего у Ника не отнимешь, так это пунктуальности. Сказал «через полчаса», значит, ровно через тридцать минут он будет звонить в дверь. Удивительная особенность в наше-то время.
– Значит, еще и котлеты, – правильно понял энтузиазм моего бывшего мужа Вася и потопал к холодильнику, чтобы достать фарш и пожарить еще партию. Аппетит у Николая… хороший, в общем, аппетит.
Теодор мрачно убивал свою котлету на тарелке и превращал в пюре ломтики жареной картошки. Ему домовой выдал порцию, пока я общалась по телефону. Я оценила кровожадность некроманта, который в тарелке видел явно не обычную еду, а как минимум врага.
– Пойду переоденусь, – сообщила я, вставая из-за стола. – Сейчас приедет представитель ВУСВОМа. Везет бумаги, разные мелочи и машину.
Я успела умыться, причесаться и переодеться в симпатичное домашнее платье, как в дверь позвонили. На пороге обнаружился молоденький оборотень, который сначала принюхался ко мне и лишь после этого вручил папку и коробку.
– Документы на машину и ключи – в коробке, скатерть и амулеты там же. Ваш экземпляр договора – в папке. Подпишите бланк накладной, – протараторил он и сунул мне под нос бумажку.
Подписала, разумеется, но сначала проверила содержимое коробки.
Курьер убежал, перепрыгивая через ступеньку и игнорируя лифт. Молоденький волчок, энергия прёт, а вылить ее в городе некуда. Я с улыбкой покачала головой и отнесла полученное в квартиру. А через пять минут снова раздался звонок в дверь.
– Аринушка! – прогудел Николай, вваливаясь в коридор и легко втаскивая одной рукой походный рюкзак и сложенную палатку. – Ты ж моя красавица! – распахнул он объятия, бросив вещи на пол.
– Привет! – позволила я себя обнять и облобызать. Сама тоже чмокнула бывшего супруга в щечку и оглядела эту двухметровую гору мышц. – Ну ты прям… Коля, на диету посажу!
– Ну ты прям, – гулко хохотнул он, повторив мою фразу. – Ты же знаешь, любовь моя, ни жиринки.
– Вот это-то и пугает, – погрозила я пальцем. – Входи. Как нога? Пошептать?
– А можешь? – замер он на пороге кухни, не замечая сидящих там иностранца, Васю и двух фамильяров. – Ноет на погоду.
– Иди в спальню и снимай брюки, – жестом указала я направление. – Я сейчас. А плечо-то как?
– Аринушка, ну ты ж сама знаешь. Полечишь?
– Ох, Коля! – сердито шикнула я. – Слечь хочешь?
Николай гоготнул и потопал в спальню, на ходу стаскивая футболку и расстегивая джинсы.
– Теодор, вы пока посидите. Мы быстро, – глянула я на слегка оглушенного, задумчивого англичанина. – Вась, где склянка Ника?
Домовой ткнул деревянной лопаткой, которой переворачивал котлеты, на полку в углу и вернулся к своему занятию.
Минут десять мы провели с бывшим мужем в спальне. Я втирала в его плечо и бедро мазь и заговаривала. Старые травмы периодически давали о себе знать, и если бы не мои способности, Ник уже давно не смог бы заниматься своим любимым хобби и делом.
– Как личная жизнь? – спросила я, закончив и встав с кровати.
– Да всё так же, – громко фыркнул он, вытягиваясь во весь свой двухметровый рост на спине. – Жду, пока ты передумаешь и снова выйдешь за меня замуж.
– Никуся! – погрозила я ему пальцем. – А как та блондиночка?
– Которая из? – усмехнулся он.
– Понятно! Картошка остынет. И котлеты, – сообщила я.
– Эх, Аринушка, умеешь ты мужчину уговаривать, – захохотал он на всю спальню и легко вскочил.
Все время он ставил меня в тупик своей пластикой. Вот огромный ведь, реально медведь, хоть и обычный человек. Высоченный, мощный, сильный, накачанный, но при этом умудряется двигаться быстро и плавно, а в лесу ходит так, что и травинка не шелестнет под ногами. Не то что я – маленькая, а шумная, как бегемотик. Это его слова, не мои. Лично я предпочитаю себя считать стройной ланью. А веточки… Так под копытцами-то…
Кстати, все мои навыки выживания в лесу, умение ставить палатку, разводить костер, кашеварить в котелке и многое-многое другое у меня именно от него. Он всему научил, пока мы были женаты. Николай страстный любитель походов, сплавов на байдарке, туризма в целом, ну и спорта, само собой. Держит свой фитнес-зал, в котором есть и клуб любителей всех этих экстремальных увлечений, и этим зарабатывает на жизнь. Любовь у нас была яркая, сильная, страстная… Такая, что искры летели во все стороны. Правда, недолгая. Через два года я устала от такой полупоходной жизни, и мы развелись. Но Ник до сих пор относится ко мне нежно и трепетно, летит по первому зову и не задумываясь женился бы на мне снова, хотя я точно знаю – той феерии чувств, что была между нами в начале отношений и в браке, у него уже тоже не осталось.
К тому же баб у него за последние годы было… много, короче. Ни одна, правда, надолго не задерживалась. Но то они. А я – это я. Посмел бы хоть кто-то на меня косо посмотреть или слово плохое в мой адрес сказать, Ник порвал бы на лоскутки, а кого не порвал – размазал. Аринушка – это святое. Да.
Ну а я тоже тепло к нему относилась. Выручала, чем могла, залечивала его застарелые болячки. Он меня считал экстрасенсом, а в магию, ведьм, оборотней и прочую «ересь» не верил категорически. Василия, кстати, не видел и даже присутствия его не ощущал, а Беллу и Евграфия воспринимал как моих домашних питомцев.
– Пойдем, радость моя! – подхватил он на руки задумавшуюся меня и пошагал на кухню, куда его вел запах еды.
Вот так мы и вплыли на кухню. Там сразу же стало очень тесно, хотя метраж в моей квартире весьма внушительный, все до единого помещения просторные. Но там, где появлялся Ник, всегда сразу становилось тесно.
– Николай! – с порога громко представился мой бывший, аккуратно усаживая меня на диванчик и протягивая руку англичанину.
– Теодор, – встал и протянул ему руку некромант, отчего-то мрачный как сыч.
– И как там в ваших Англиях? – задал риторический вопрос Коля и отправился доставать себе тарелку и приборы. У меня дома он чувствовал себя уверенно, так как неоднократно тут бывал и всё знал. Я эту квартиру купила, когда мы уже были в разводе, но регулярно приглашала бывшего супруга в гости. – Королева как поживает? Принцы?
– Все здоровы, спасибо, – сухо отозвался житель туманного Альбиона.
– Ну и то хорошо, – усмехнулся Ник, вываливая на огромное блюдо со сковороды всю жареную картошку и сгружая туда же три котлеты. – Аринушка, ты будешь? – замер на мгновение, но тут же сам себе ответил: – А, нет, ты же такую не любишь.
Мортем метнул на меня взгляд из-под нахмуренных бровей, но ничего не спросил, а я пояснила:
– Мне нравится, когда ломтики по-другому нарезаны.
Вася усмехнулся в бороду и от греха подальше отошел к окну, а то как бы Николай его не затоптал. Не видит ведь домового духа.
– Белла, Евграфий. – Могучий гость с прищуром поприветствовал сидящих за столом притихших фамильяров. – Как жизнь звериная? Аринушка, вот всё же не права ты. Не дело диким животным обитать в городской квартире. Летяга твоя совсем хилая стала. Ей же тут простора никакого.
Белла вскинулась и зашипела, так как не считала себя хилой, но хватило одного моего взгляда, и она присмирела. Еще не хватало, чтобы белочка при Николае разговаривать начала.
– Енька, ну а ты? Ариш, ну почему енот-полоскун ест пирожное? – с укоризной произнес он. – Ну дикий зверь ведь! Он у тебя, конечно, за этот год отъелся и уже не такой доходяга, как был, когда ты его подобрала. Но все же! Солнышко, ну как можно быть такой безответственной? Давай я отвезу их на природу?
– Не надо! – в стотысячный раз отказалась я.
А Енька мрачно подхватил эклер, пока не отобрали, бочком выскользнул из-за стола и удрал в комнату. Знает уже, что Николай может и лишить такой вкусной, но неполезной еды. И ведь не объяснишь, что это не простые звери, а магические существа. Белла недолго думая отправилась следом за своим приятелем с полосатым хвостом. Как-то им спокойнее подальше от блюстителя прав диких животных.
Мортем слушал весь этот занимательный диалог с интересом, даже брови приподнял. Но не вмешивался и заступаться за своего фамильяра, который чуть не лишился выпечки, не спешил.
– Так что, любовь моя? – спросил Ник, проводив взглядом белку и неодобрительно покачав головой. – Куда вас с Теодором отправляют? Может, помочь? Я могу съездить с вами.
– Не нужно, – покачала я головой. – Коленька, ну ты же знаешь. Мы экстрасенсы, у нас своя специфика работы.
– Теодор, а вы тоже из этих… со способностями? А что вы умеете?
– Многое, – буркнул некромант и взглядом согнул ложку пополам.
О как!
– А ну не портить мне приборы! – шикнула я и отобрала у бывшего мужа вторую ложку, которую он собрался тоже согнуть, но уже не взглядом, а пальцами. – Николай! Теодор!
– Всё-всё! Больше не буду! – расхохотался Коля и приступил к еде. – Ох и вкусно же ты готовишь, Аринушка.
Я вкусно готовить не умела. Что-то простое и незамысловатое – это легко. А так, как у Васи, у меня не выходило. Но поскольку Ник домового не видел, то все годы нашего знакомства и брака свято верил, что это я такой чудесный повар. Василий Васильевич добродушно посмеивался на это и продолжал радовать бездонный желудок моего муженька вкусной сытной пищей.
Быстро приговорив огромную порцию еды, Николай встал и сам помыл за собой посуду. Огляделся, включил чайник и спросил нас с Теодором:
– Чаю?
Мы отказались, а Вася только глаза закатил. Он не любил, когда на его кухне кто-то хозяйничал (даже я), но против Николая был бессилен.
– Так куда вас сначала отправляют, Ариш? – уточнил мой бывший.
Я назвала и спустя несколько минут получила подробную инструкцию: как ехать, где лучше свернуть, где за каким кустом на обочинах дороги притаились служители полосатого жезла. Кроме этого, прогноз погоды на ближайших три дня.
Наконец, Коля расцеловал меня, обнял на прощание, стребовал клятвенное заверение, что я непременно позвоню ему и позову, если вдруг понадобится помощь, и уехал.
Тут же на кухню вернулись Енька и Белла.
– Фу-у-х! – выдохнул енот, вскарабкиваясь на диванчик и шаря взглядом по столу. – Всё съел или что-нибудь осталось?
– Арин, вот всем хорош твой первый бывший муж. Практически идеальный мужчина. Я бы его даже любила, если бы он так настойчиво не пытался «вернуть» меня в дикую природу, – проворчала белка, хватая со стола орешек и начиная его нервно грызть.
Я улыбнулась, но отвечать не стала. У меня все мужья хорошими были, и со всеми мы до сих пор общаемся. И любой, кстати, снова на мне женится, если вдруг я захочу.
Мортем комментировать Николая и его поведение не стал. Молчал и с задумчивым видом посматривал то на меня, то на Беллу, то на своего фамильяра.
Когда все успокоились, угомонились, Енька выскользнул из-под стола, а через минуту вернулся из коридора, волоча по полу свое одеялко.
– Белла, идем спать, – зевнул он, показывая зубки.
– А чего это? – замер мой фамильяр. – Нечего тут посторонним мужчинам ночевать!
– Белл, ты чё? – удивился енот-полоскун, глядя на свою подружку. – Какой же я тебе посторонний?
Я прыснула от смеха, слушая их разговор, и скосила глаза на Мортема. На его лице одновременно отразились смущение и досада, и он явно размышлял, как бы так деликатно сообщить, что кое-кто никуда ехать не собирается, а навострился на мой диван в гостиной.