Модный салон феи-крестной

© Милена Завойчинская, 2023

Глава 1

Из зеркала на меня взирала зареванная мрачная девица симпатичной наружности. Аккуратный прямой нос, темные брови вразлет, орехово-карие глаза. Что ни говори, а я красотка. Ничто меня в этом не разубедит. Даже ярко-розовая грива волос.

– У-у-у… – выдало мое отражение и всхлипнуло. – Я не выдержу!

– Выдержишь. А сама виновата, – хихикнула Мо́ника, моя однокурсница и подруга по пяти годам обучения.

– А ты куда смотрела? Почему не остановила? – горестно вздохнуло недоразумение с розовыми волосами. Я то есть.

– Шутишь?! Покажи мне того смертника, который рискнет встать у тебя на пути. Я еще слишком молода, чтобы погибать, пытаясь тебе что-то запретить. – Моника встала за моей спиной, покрутилась перед зеркалом и поправила прядь своих роскошных светлых волос.

– Ты утрируешь, – поджала я губы, глядя на ее отражение.

Раньше мы хорошо смотрелись рядом. Нежная, пухленькая, словно безе́, Моника с длинными золотистыми кудряшками и голубыми глазами. И худощавая порывистая темноглазая брюнетка – я. Где бы мы ни появлялись вдвоем, нам оглядывались вслед.

Подруга послала мне воздушный поцелуй и погладила по голове.

– Не расстраивайся. Выполнишь условие спора, походишь такой… гм… феей две недели. А потом фейская аура слиняет, магическое окрашивание сойдет, и вернется твой родной цвет волос.

– Моника, две недели! Полмесяца!!! Четырнадцать дней я буду похожа на чучело! – Я снова глянула на себя в зеркало, и у меня некрасиво искривились губы. Сейчас опять разревусь.

– Слушай, дорогуша, я тебя не узнаю. Где та отчаянная девчонка, которую даже боевики опасаются задирать? Подумаешь – розовый цвет волос и поведение феи! Внутри-то ты не стала феей, а все та же неугомонная вспыльчивая магичка, какой и была всю жизнь. Войди в роль. Отыграй. И будь умнее в следующий раз: не пей гномий самогон.

Меня передернуло при ее последних словах. Никогда! Никогда в жизни я больше не буду пить на спор гномий самогон. Вообще его пить больше не буду.

Дурища самоуверенная!

– Собирайся! Причесывайся, надевай свое лучшее платье, дерзкие каблуки и иди! – велела Моника. – Покажи, что магички не сдаются, а если уж проиграли, то честно выполняют условия сделки и отрабатывают проигрыш. Но тебе придется смириться и войти в роль. Сама понимаешь. Условия проигрыша вы закрепляли магией, ты не сможешь противиться. Так что даже не пытайся.

Я поджала губы, приподняла розовую прядь. Ужас! Тихий кошмарный розовый ужас! И это еще не все. Второй ужас висел на вешалке и ждал, пока я его надену. Розовое платье. С рюшечками. Воланчиками. И с глубоким вырезом.

И мне предстояло отходить вот таким вот феячьим недоразумением целых две недели. Любименькие мои наряды темных благородных цветов будут сиротливо ждать свою хозяйку.

Моника проследила взглядом, куда я смотрю, и сделала еще одну попытку меня подбодрить.

– Смотри на это иначе. Ты ведь любишь эксперименты. Это твое самое любимое занятие, согласись. Ты обожаешь придумывать новые заклинания и эликсиры. Вот и считай, что у тебя эксперимент. Что чувствует потомственный маг, став под магической клятвой на время феей. Попробуй не только выглядеть как фея, а по-настоящему стань ею на этот срок. Ешь то, что они. Ходи как они. Думай как они. Разговаривай, как они. Делай прически как они. Ну и все остальное.

– Спать я ни с кем не стану, как они! – отрезала я. – И даже магическая клятва меня не заставит поступать в этом вопросе как феи.

– Да, пожалуй, тут не стоит повторять за ними, – хихикнула Моника. – Хот-я-я…

– Никаких «хотя»! Родители меня закопают, если я… того-этого.

– Как закопают, так и откопают, – отмахнулась подруга. – Тоже мне, проблема для некромантов.

Я хмыкнула. Мама и папа у меня оба некроманты. Они и познакомились во время учебы. Вот копали-копали могилы, поднимали-поднимали нежить. Ночами не спали, все над новой жизнью работали. Доработались. Выпускные экзамены мама сдавала с огромным животом, и родила меня прямо там же, в аудитории, как только ей проставили оценку в зачетку.

Фея, одна из магистров-экзаменаторов, лично приняла роды, первая взяла меня на руки и перерезала пуповину.

Так что я, если можно так сказать, с младенчества в стенах академии. Только вот с магией природа пошалила. При обоих родителях некромантах мне не досталось даже крупицы магии смерти. Я бытовик и зельевар. Последнее, правда, не особо развито, но вполне терпимо для второго дара. Зато оба моих младших брата, как и положено, унаследовали семейный дар.

И вот сейчас мы окончили учебу. Я – дипломированный маг-бытовик широкого профиля. Экзамены сданы. Диплом получен и благополучно обмыт глобальной попойкой. Или не совсем благополучно, учитывая мой нынешний облик.

– Можешь взять мою косметику, – щедро разрешила подруга. – Твоя под розовый цвет волос не подойдет. И помни: полмесяца у тебя длится эксперимент. Может, наоборот, удастся найти интересную работу.

– Ох ты ж боги! – подпрыгнула я на стуле. – У меня же сегодня после обеда собеседование!

– А чего ты тогда сидишь?! Умывайся, приводи себя в порядок и беги. Благословляю! – осенила меня Моника обережным крестом, призывая благодать всех четырех богов.

Спустя час из зеркала на меня по-прежнему смотрел ужас ужасный. У этого ужаса на голове шевелюра цвета взбесившейся фуксии. И платье цвета романтичной розовой фиалки. Летящее такое, нежное. Магия и макияж убрали с лица следы слез. Так что, объективности ради, девушка в зеркале была прехорошенькой.

– Улыбаемся и шагаем в мир, – пробормотала я. – Я фея. Я фея. Я феячья, демоны побери гномий самогон, фея. Сейчас выйду, покажусь и отфеячу любого, кто засмеется.

Моника прыснула от смеха и спрятала в ладонях лицо.

Мой триумфальный выход из общежития я запомню надолго. Как и эмоции, которые мне довелось испытать, когда на меня смотрели с улыбками и со смешками шушукались. Но это тоже опыт. Да. Мне предстоят непростые дни, но не сложнее, чем предстоящие поиски работы и жилья. Возвращаться в отчий дом под крылышко семьи я не намерена.

У нас с родителями уговор: если я сразу же не нахожу себе работу и не начинаю делать первые шаги в профессиональной сфере, то они все-таки подбирают мне мужа. Это обычная практика в наших кругах. Либо ты сильная независимая магичка, и тогда само государство идет тебе навстречу и позволяет строить карьеру. Либо ты под этим самым пресловутым «крылом» у родни, но тогда принимаешь их правила и следуешь их указаниям, как приличная юная аристократка. Я старшая из детей, девушка, мне рьяно примутся искать супруга. Дед только и ждет, пока пройдет оговоренный срок.

И, к сожалению, искать мне мужа будут только и исключительно среди титулованных риа́тов[1]. Раз уж я не нашла себе потенциально сильного и одаренного мужа в академии. Тогда все закрыли бы глаза на его происхождение, как это случилось с моими родителями. Мама – дочка простого целителя, даже не дворянина. Но при этом она очень-очень сильный некромант. Для дедушки, ее папы, это был страшный удар, он-то рассчитывал на помощницу в лекарском или хотя бы в аптекарском деле. И надеялся на потомство с даром жизни.

А мой отец – наследник одного из титулованных аристократических родов королевства. И тоже могучий потомственный некромант.

Сила к силе.

Работают они оба даже сейчас. У мамы настолько мощный дар, что ей никто не позволил бы прозябать в роли обычной праздной супруги лорда.

Со мной сложнее.

В общем, если я вернусь домой без приглашения на работу, то опомниться не успею, как меня начнут водить по званым чаепитиям и знакомить со всеми неженатыми сыновьями подруг, соседок, знакомых и родственниц. Это, если повезет и мама снова отобьет меня у родни. А если дедушка потеряет терпение, то я вообще могу узнать, что помолвлена, только получив приглашение на собственную свадьбу.

Но смотрины и замужество – это не то, чего я хочу для себя в ближайшие годы.

– Клара, ты ли это? – пытался изо всех сил не засмеяться мой однокурсник и вчерашний собутыльник, гном Ру́фус.

– Я, – мило улыбнулась и покрутилась, демонстрируя кошмарное розовое великолепие. – Правда, мне идет этот цвет? Даже не ожидала, что буду такой миленькой.

– Удивительно, но да, идет, – хмыкнув в бороду, все же признал парень. Обошел меня по кругу, а потом протянул руку: – Принимается. Условия спора ты выполнила, проигрыш зачтен.

– Отлично! – Я пожала его крепкую мозолистую ладонь. И сразу прикинула: если он принял проигрыш, то, может, и срок удастся скостить, и дезактивировать окрашивание волос раньше, и отменить магическую клятву «быть настоящей феей»?

– Клара, две недели! День в день! Час в час! – прочитал он мои планы по мимике и опередил.

– Зараза косматая! – пробормотала я, но он услышал и от души расхохотался.

– Ты красотка! – отвесив мне шутовской поклон, Руфус двинулся к выходу из академии.

Я вздохнула и поцокала каблуками следом. По пути улыбалась всем встречным студентам и преподавателям. Я же фея сейчас. Главное, чтобы мои братья меня в таком облике никогда не увидели, иначе до конца жизни будут подшучивать.

– Клара, ты решила сменить имидж? А ничего, тебе идет! – Перегородил мне дорогу один из парней с боевого факультета.

– Да, эксперимент, – мило улыбнулась я и похлопала ресницами. – Пару недель буду вести дневник с записями. Тема – «Зависимость мироощущения мага от врожденных и приобретенных расовых особенностей».

– И как? – хмыкнул парень, не стесняясь заглянув мне в глубокий вырез платья.

– Пока не поняла. Первый день только.

– А ты будешь полностью вести себя как фея? А то я готов поучаствовать в качестве подопытного и вспомогательного материала. Мой сосед уже съехал, приходи, комната свободная. И я буду весь твой, – подмигнул он и сделал пару характерных движений бедрами.

– Дина́р, я бы, может, и решилась на полное погружение в эксперимент. Но, видишь ли, боюсь, потом мои родители устроят полное погружение в могилу всем участникам этого эксперимента. Ты же знаешь, я из семьи потомственных некромантов. Папа у меня строгий и нервный. Так что придется выбирать: к алтарю или сразу в могилу.

– К алтарю жениться? – скалясь, уточнил собеседник.

– К алтарю в жертву приноситься, – вздохнула я. – До свадьбы еще ни один из моих кавалеров не дошел.

Динар заржал в голос, похлопал меня по плечу и напутствовал:

– Иди феячь, Клара, пока можешь. Слышал я про твоих родителей. Ох и непросто тебе будет замуж выйти. Такого дурака еще поискать.

На этой радостной ноте он отвернулся и тоже двинул к воротам. А я скривила ему в спину злобную рожу. Поганец!

Ну и тоже пошла.

У нас, выпускников, было две недели на то, чтобы досдать хвосты, вернуть литературу и учебники в академическую библиотеку, уладить все спорные моменты и отработки. И таки да, найти работу и новое жилье тем, кто не планировал возвращаться к родителям.

Начало лета, биржи вакансий полны предложений для молодых специалистов. Понятно, что в основном на мизерные оклады. Кто же станет много платить новичку, который только вышел из стен учебного заведения? Но это первые шаги во взрослую жизнь.

У меня все две недели были плотно расписаны. Кадровые агентства, независимые охотники за головами, риэлтерские конторы, которые отслеживали продающиеся лавки и частные практики. Я не стала заключать договор на эксклюзивное обслуживание ни с одной из вышеназванных организаций или специалистов. Выпускников много. Хороших вакансий мало. И тут никогда не узнаешь, кто успеет перехватить что-нибудь интересное.

Как говорится, пока хорошенечко не побегаешь, результат за хвост не поймаешь.

Встреча в кадровом агентстве прошла впустую. Агент был вежлив, улыбался, я даже получила пару неприличных намеков на то, что было бы неплохо встретиться вечерком. При этом ничего путного он мне не предлагал, хотя я показала свои документы, аттестат, положительные отзывы от преподавателей. У меня ведь папка собрана. Я ответственно ко всему подхожу. И училась я хорошо. Не красный диплом, конечно, но все же вполне и вполне пристойно.

– Риа́та[2] Клари́сса, работодателям не нужны ваши оценки, – глядя мне в декольте, сообщил агент. – Им нужны работники. Но у меня для вас есть кое-что.

Он подвинул к себе розовую папку и принялся листать и перечислять:

– Организатор вечеринок. Танцовщица. Актриса в Малый театр. Прислуга у некоего холостого риата. Агент в свадебном агентстве. Тут везде пометки, что им требуются девицы с легким нравом, молодые, незамужние, веселые и легкие на подъем.

– А что в той папке? – кивнула я на черную, ту, которую он открыл и сразу закрыл, когда увидел цвет моих волос.

– Те вакансии вам не подойдут, риата Кларисса. Там требуются серьезные специалисты на государственные должности. Или в приличные семьи. В последних одно из требований – наличие мужа. Ну или хотя бы быть в разводе. Сами понимаете, вы не соответствуете.

– Но я ведь не настоящая фея, я человек, – нахмурилась я. – И вполне могу выйти вскоре замуж, а не ждать сотню лет полного взросления и становления, как это принято у них. И даже развестись могу.

Агент, профессионально улыбаясь, подвинул к себе мои бумаги. Заглянул, еще раз ознакомился и заявил:

– Что-то мне подсказывает, риат Монк не одобрит развод дочери. Да упокоят с миром боги душу того несчастного, который посмеет развестись с вами, риата Кларисса.

Я поджала губы. Тут агент, конечно, прав. Папа – он такой.

– И что мне делать? – мрачно спросила я, выпадая из образа улыбчивой розововолосой феи.

– Идти замуж?

– Вы меня спрашиваете? – удивилась я.

– Или, если вы решили жить феей, не попадаться на глаза родителям.

– Я про работу. Фея я временно. Всего на две недели.

– Я вижу. Магическая клятва. Хорошая, сильная. У вас даже аура феи сейчас.

– Это я знаю. Что мне с работой делать?

– Мне нечего вам предложить, – развел он руками. – В нашем агентстве нет ничего подходящего для вас в нынешнем состоянии. Полагаю, вы не захотите то, что подходит им. Но под другие требования не подходите вы. Даже если придете, когда перестанете быть феей.

– Совсем-совсем ничего?

– Могу дать совет. Если не найдете подходящую должность, попробуйте частную практику. Но все же не отчаивайтесь. Насколько понимаю, это ваше первое собеседование. Все девушки рано или поздно находят работу. Или мужа.

– Ну, как прошел первый день? – поприветствовала меня подруга, когда я вечером приехала обратно в общежитие.

– Никак.

– Нет вакансий?

– Полно, но не для меня. На государственные должности я не подхожу, нет опыта. Мне вакансии даже не озвучили. В семьи – тоже не подхожу, надо иметь мужа или опыт семейной жизни. Бытовики же как таковые – народ скучный. А с такой внешностью и аурой я могу рассчитывать только на что-то легкомысленное, развлекательные услуги. Не хочу, это не мое. Да и родители не позволят.

– Какие планы?

– Да такие же. Искать. Две недели под клятвой быстро пролетят. Стану снова собой, что-то и подберу. Слава богам, что родители у меня хоть и строгие, но понимающие. Замуж не гонят, жениха с пеленок мне не стали подбирать.

– Да-а, в этом плане тебе проще. Мне-то никуда не деться от замужества. Мне жениха нашли и к свадьбе уже все готовят.

– Но он же тебе нравится, да? Так что все в порядке? – покосилась я на загрустившую подругу.

– Он милый, – хмыкнула она. – Мы в целом неплохо ладим, давно уже смирились с тем, что нас поженят, как только я окончу учебу.

– Но?… Что не так? – осторожно уточнила я.

– Любви хочется, – развела Моника руками. – Не просто – «оба смирились». А любви. И хоть немного свободы. У меня дар не такой сильный, как у тебя. Мне не позволят работать ни до замужества, ни тем более после него. Буду я сидеть в имении и скатерти крестиком вышивать. Приемы организовывать, да магией пыль с ковров и гардин убирать.

Я молча кивнула, понимая ее печаль.

Так уж заведено в аристократических семьях. Девочек отправляли учиться управлять магическим даром. Но после окончания учебы лишь единицы из них могли реализовывать свои умения и способности где-либо, кроме как в родовых поместьях. Все на благо семьи и рода. И главная роль девушки-аристократки – примерная жена и мать. Если же она родилась магически одаренной, то ее цена на брачном рынке выше, потому что ее дар унаследуют дети.

Меня оценивали на этом самом рынке невест высоко. Очень высоко! Единственное, что сдерживало пыл потенциальных женихов и их семей от обручения со мной, – это то, что я из семьи потомственных некромантов. Да, на мне природа отдохнула, я родилась без дара смерти. Но мои дети запросто могут оказаться такими же, как их родственники. И не все фамилии к этому готовы, очень уж специфичная магия.

Ну и мама, конечно. Только благодаря ей меня удачно не пристроили еще в младенчестве. Потому что некромантских родов тоже хватает. Это была настоящая битва, но мамуля ее выстояла и выбила мне свободу от возможного обручения с кем бы то ни было до полного окончания учебы.

Она рассчитывала и надеялась, что я за эти годы устрою свою судьбу, как это повезло сделать ей. Встречу, полюблю, обручусь. Сама! И если это будет по-настоящему сильный маг, то…

Папа маму очень любит и пошел на этот брак, невзирая на отсутствие у нее дворянства. Хотя ему изрядно досталось от деда. Аристократы крайне консервативный народ.

В общем, я не оправдала маминых надежд. Не встретила. Не полюбила. Не обручилась. Ни с кем. Поэтому мне важно выполнить вторую часть уговора: немедленно найти хорошую работу, доказать, что я чего-то стою. Что я хороший маг, востребована, что что-то могу.

Это позволит и деду продемонстрировать, что не так уж срочно меня надо пристраивать замуж.

Глава 2

Мы с Моникой погрустили немного, да и спать легли. Планы на ближайшие дни вполне ясны.

Она будет наслаждаться последними двумя неделями на свободе в академии под предлогом, что ей нужно доделать кое-какие учебные дела. Я стану бегать по собеседованиям.

Первая неделя окончилась для меня никак. Ни одной подходящей вакансии. Что было странно. То, что выгляжу как фея – это ведь временно. В документах четко написано: я человек с незначительной долей эльфийской крови. Кто-то из предков по маминой линии пошалил. Она ведь не из дворян, в простых семьях никому не важно, в браке или нет рожден ребенок. Вот и отметился кто-то из ушастых красавцев в давние годы. На внешности и даре это никак не отразилось, только при магическом разборе состава крови и выявляется.

Я так и носилась по городу с ярко-розовой шевелюрой и в таких же оттенков платьишках. Пришлось поработать над своим гардеробом. Покупать новый в мои планы не входило. А носить привычную одежду не давала магическая клятва. Феи – милые особы, но взбалмошные, игривые и легкомысленные. Они не выносят мрачных тонов в своем окружении. А моя аура из-за нынешнего состояния была аурой феи, что влияло и на восприятие. И я сжимала зубы, но переделывала свои приличные строгие наряды в веселенькие воздушные платьишки и юбочки.

Моника меня утешала, что мне все равно все получившееся очень идет.

– Клара, ну ты же всегда говорила, что хочешь больше свободы и творчества, но родители и окружение не позволяют. Наслаждайся эти две недели. Приедешь домой, наверняка твоя мама поведет тебя по салонам, и вы опять накупите все это твое привычное – черное, фиолетовое, коричневое и серое.

– Мне будет тебя не хватать, – приобняла я подругу и принялась рассматривать только что перевоплотившийся наряд.

Вместо строгого серого платья-футляра на вешалке сейчас висело нечто воздушное, словно зефирка, цвета молочных сливок.

– Если ты перестанешь пытаться соответствовать им, а станешь собой, тебе будет легче.

– Я не могу. Мне не позволят.

– Клар, ну ты ведь не такая! – повернулась ко мне подруга. – Когда ты забываешься, отпускаешь себя, ты ведь легкая, веселая. На тебя не давит дар смерти, как на них. Ну перестань стараться быть как они! Стань собой! Порывистой, упорной, но не… мрачной.

– Да не дадут! Ты ведь знаешь!

– Но ты ведь выросла. Вспомни себя пять лет назад. Ты же тогда даже не улыбалась. Вела себя, как… Как некромант. Но ты – не маг смерти, а бытовик. Тебе необязательно носить черную одежду, делать строгие прически, выглядеть неулыбчивой.

– Но они моя семья, – улыбнулась я. – Мне нужно соблюдать внешние приличия. Я и так порчу им всю статистику.

– Сбеги к деду. Тому, который лекарь. Он тебя понимает и не пытается заставлять быть суровой и мрачной букой.

– Шутишь? Что я буду делать в той дыре? Да и кто мне позволит? Найдут и вернут. Ты же в курсе, какой характер у моего второго деда. Уф-ф! – Я передернула плечами.

– Тогда… Тогда просто сбеги! – И Моника прыснула смехом, поняв, что сказала. – Или хотя бы отпусти себя окончательно на оставшуюся неделю и наслаждайся тем, то ты временно фея.

– Это я могу попробовать, – усмехнулась я и потянулась. – На несколько дней можно уйти от всех установок. Пойдем спать. Мне завтра опять ходить по собеседованиям. У меня осталось совсем немного от времени, отпущенного родителями. Потом придется ехать домой.

Следующий день прошел так же безрезультатно, как и остальные. Вакансий было много. Но мне по-прежнему ничего не подходило. Некоторые – потому что не соответствовали моему дару и образованию. Другие – потому что они были для фей. Но я-то фея еще ненадолго, пока отбываю проигрыш пари.

Устав как собака, я пришла к городскому храму и присела на ступенях, ведущих к огромной двустворчатой двери. Уже был вечер. Я за весь день съела только завтрак в общежитии, а потом перехватила пирожок с яблоком у торговки с уличного лотка. Хотелось пить, есть, прилечь и разуться. За неимением возможности сделать все желаемое, я выполнила только последнее – сняла туфли и с наслаждением пошевелила босыми пальцами ног.

Будучи временно феей, я нарушала все мыслимые и немыслимые правила приличий. На мне не было чулок.

Сумерки опускались на город. Закат окрасил крыши домов в ярко-розовый цвет, и я с улыбкой смотрела вдаль. Красиво. Мне будет не хватать этого города, в котором я провела пять лет.

Вниз убегали белые ступени храмовой лестницы. По ней неторопливо спускалась дорого одетая дама в изумрудном платье до колен. Я даже отсюда видела, что платье у нее из плотного тяжелого шелка василее́вских шелкопрядов, а кружевные чулки сплетены пауками-кружевниками.

Женщина почувствовала, что на нее кто-то смотрит, обернулась и смерила меня надменным взглядом. После чего поправила пальцами с ярко-красным маникюром ворот платья и поспешила вниз. Только пышный подол взметнулся, чуть выше открывая ноги. Так, что стала видна резинка чулок.

Красиво. Тоже хочу так одеваться. Чтобы платье яркое и с вырезом, и чтобы чулки кружевные, а не строгие гладкие и шелковые. Моника права, мне нравятся эффектные яркие вещи. Я украдкой изучала витрины одежных лавок. Иногда заходила и просто листала каталоги модных салонов. Я не могла все это купить и носить. Точнее, купить могла. Носить – нет. Репутация семьи некромантов, чтоб ее. И родители всегда сами закупали мне весь гардероб. Так принято.

Но это так грустно. Подруга права. Сто раз права. Я не маг смерти. Но вынуждена вести себя как они.

Может, не так уж и плохо выйти замуж? Тогда я смогу сама себе покупать одежду. Если муж попадется понимающий и не некромант.

Я совсем загрустила. В животе жалобно заурчало, напоминая, что мечтать о красивых нарядах – это, конечно, приятно. Но не мешало бы вспомнить о чем-то более приземленном и насущном.

Со вздохом я собралась уже вставать, и тут появилось новое действующее лицо. По улице, ведущей к храму, сломя голову бежал высокий крупный светловолосый мужчина. Прилично одетый риат во… фраке.

Это откуда и куда он так мчится в подобном виде? Фрак не принято носить в повседневной жизни. Еще можно понять – на свадьбу, похороны, оперу или бал. Да и то, последние годы фрак, по большому счету, остался непременным атрибутом лишь на свадьбах. Как у невест – фата.

Интересно, этот риат спешит к невесте или от невесты? Я улыбнулась своим мыслям и встала, держа туфельки в руках.

А тот, за кем я наблюдала, увидел на опустевшей лестнице меня, резко повернул и поскакал через две ступени вверх, к храму.

Поравнялся со мной и, не дав опомниться, схватил за руку и потащил за собой.

– Фик… тив… ный… на… не… де… лю… – По слогам, делая паузы и задыхаясь, выдавил он.