Модный салон феи-крестной

Все, что мне было ранее известно, так это то, что феи – милые, добрые, с хорошим вкусом, веселые, с приятным нравом. Также они легкомысленны, немного ветрены, но отнюдь не глупы. В старых сказках я читала, что раньше у них еще и крылышки были. Но все меняется, и нынешних фей визуально можно отличить от человека лишь по розовым волосам, ну и, может, слишком улыбчивым и чуть наивным лицам. Ну и аура, само собой, иная, но это и так понятно.

А вот их магия – да, она совсем не такая, как классическая обычная. Феи сейчас обходятся без волшебных палочек, но… чары творят как-то иначе.

Но возвращаясь к дому.

Розовый. Двухэтажный. Законсервированный, если судить по заклинаниям. А что, удобно. Наложил заклинания стазиса и различные охранки, и можно быть уверенными, что и через тысячу лет ничего не испортится, никто не взломает и не ограбит здание.

Но нотариус мог бы и предупредить, что тут все под заклинаниями.

Расплатившись, я выбралась, стараясь не уронить статую, и встала напротив калитки. Потом поставила тяжеленную горгулью на мостовую и принялась искать в сумке связку ключей. Вытащив, долго перебирала, пока нашла подходящий к замку.

Тот открылся легко, даже без щелчка. Словно его только вчера смазывали и использовали. Я толкнула калитку вперед и замерла, не решаясь переступить порог. Мало ли…

Но было тихо, никаких атакующих заклинаний.

– Ладно, – пробормотала я, наклонилась и подхватила каменное пыльное «обременение».

Вошла в крошечный мощеный дворик, аккуратно прикрыла за собой калитку и прошла к крыльцу. В палисаднике под окнами застыли в стазисе кусты роз. Но не розовые, чего следовало бы ожидать, учитывая цвет здания, а белые.

– Бедные, – пожалела я их. – Это же сколько вы так и не живете, и не умираете? – поставила горгулью на крылечко и аккуратно принялась распутывать заклинания, бережно укутывающие растения.

Как любому магу мне хорошо знакомо заклинание стазиса. Его изучают еще на первом курсе, и в жизни оно требуется постоянно. Очень удобное.

Тут чары были старые, мощные и немного иные, чем стандартные и привычные мне. Вероятно, над розовыми кустами чаровала когда-то давно еще родственница магистра Лутинии, та самая, что и оставила наследство.

Но вот последняя паутинка заклинания слетела с цветов, и они будто вздрогнули и вздохнули. Шевельнулись под ветром и прямо у меня на глазах расправились и распушились.

– Какие же вы красавицы! – от души похвалила я их. – Глаз не отвести! Я постараюсь потом подлить вам удобрений.

Я не единожды работала в теплице академии, ухаживая за лекарственными растениями. Так что знала, что любое из них отзывается на доброжелательную ауру. И даже обычный подорожник, если его хвалить и говорить комплименты, растет лучше, чем тот, на который не обращаешь внимания.

Ветер тронул бутоны, те закачались и зашелестели, словно шепча что-то смущенное.

Я улыбнулась этой сохранившейся сквозь столетия живой красоте и вернула свое внимание входной двери. Отыскала в связке подходящие ключи, отперла поочередно три замка.

Тут жил настоящий параноик, как я посмотрю.

Дверь открылась внутрь, демонстрируя мне прихожую. Но я не спешила входить. Я же не самоубийца, в самом-то деле. Для начала вытащила из сумки свиток, подтверждающий, что я теперь владелица этого места. Осторожно перекинула его через порог внутрь.

Полыхнуло магией. Охранные заклинания устроили настоящий фейерверк. Будто огненные всполохи пробежали по стенам, полу, по лестнице, уходящей на второй этаж. Дождавшись, пока утихнет охранная магия, я принялась снимать внешний стазис, оставаясь на крыльце. Вот тут пришлось повозиться дольше, чем с розовыми кустами.

Дом большой, сохранить нужно многое, и заклинания были наложены не единым общим слоем, а блоками. Не удивлюсь, если дальше придется расконсервировать каждую комнату отдельно. Я бы именно так поступила, если бы на долгие годы старалась что-то сохранить.

И я оказалась права.

Почти час у меня ушел в итоге на то, чтобы, снимая слой за слоем, открывая помещение за помещением, обойти первый этаж и разблокировать лестницу.

Каменная горгулья все это время ожидала меня на круглом столике в прихожей. За окнами гудел город. Доносились голоса прохожих, ржание лошадей и цокот копыт. Несколько раз проехали ландо. Судя по всему, улица шумная, оживленная и располагается в самом центре. Пока я сюда ехала, успела немного осмотреться.

Покончив с территорией первого этажа, я упала в кресло в большой гостиной, вытянула ноги и протяжно застонала. А в животе у меня заурчало. Позавтракать я по пути так и не успела. А ведь собиралась.

К слову, в задней части дома имелась полностью оборудованная кухня. Все же остальные помещения пока что у меня вызывали вопросы. Здесь когда-то давно явно была или лавка, или модный салон. Обнаружились в одной из комнат два больших раскройных стола, манекены, стеллажи с обрезками тканей и нитками. В открытом сундучке хранились ножницы, булавки, мелки и прочая мелочь из арсенала модисток и портних.

Но над крыльцом не было даже намека на вывеску. Из чего делаем вывод…

Вывод пока никак не делался. Боги знают, как велись дела двести с лишним лет назад. Может, тогда и вывески никто не вешал.

А сейчас я расположилась в гостиной, где, предположительно, принимали клиенток. Кресла, пара удобных диванчиков, чайные столики. Светлая ширма в мелкий цветочек. Такие же подушечки, на диванах. В углу большое напольное зеркало в резной золоченой раме. Рядом на столике измерительная лента и серебряный наперсток.

Все в золотисто-бежево-сливочной гамме, милое и очаровательное. И, что приятно, чистое. Ни пылинки, ни соринки благодаря стазису.

Осознав, что сейчас просто упаду в голодный обморок, я вытащила себя из кресла. Прямо тут, за ширмой, вытащила из сумки легкое платье, переоделась и встала напротив зеркала. Пара заклинаний – помявшаяся ткань разгладилась. А примявшиеся под платком волосы вновь обрели объем.

– Ладненько, – зачем-то сказала я своему отражению. – Пойду добывать себе еду. Тут по соседству кондитерская и кафе. Видела, когда подъезжала в экипаже.

Утро выдалось настолько ошеломляющее и потрясающее, что я – потрясенная и ошеломленная – никак не могла пока прийти в себя и осознать случившееся. Разговаривать с мебелью или со своим отражением странно. Я это осознаю. Но не более странно, чем притащить со склада каменную горгулью, перенестись из своего королевства в другое и очень далекое, и стать владелицей недвижимости и своего дела.

– О-о-о! – округлив рот, я вытаращилась на девушку в зеркале. – У нас теперь свое дело! Профессия! Мы выполнили условия договора с родителями. Можно не выходить замуж за того графенка, что сосватал дедушка! Сын графа Олиантского точно не может быть подходящей мне парой.

Мое отражение закатило глаза и беззвучно фыркнуло.

– Эм-м-м? – вопросительно промычала я. Заморгала, но нет. В зеркале была всё я же. С выпученными глазами, испуганная, но я. Почти уже привычная в этом невообразимом фейском облике.

Кстати о феях. Вечером наконец вернется мой родной облик, нормальная человеческая аура и черные волосы. Срок отработки проигрыша подошел к концу.

Ну а пока, все же за едой.

Позавтракала и одновременно пообедала я в кафе через два дома. Улица действительно оказалась шумная, полная представителей разных рас и народов. Принимала в заведении заказы и приносила тарелки симпатичная оборотница. А за стойкой стояла ведьмочка-человек. Профессиональная остроконечная шляпа у нее была сочного лимонного цвета, а поля не слишком большие, чтобы не мешали работать.

– Вы новенькая, риата? Недавно прибыли в Берриус? – улыбаясь и демонстрируя острые клычки, спросила подавальщица, готовая принять мой заказ.

– Как вы догадались? – не удержалась я, отвечая на ее задорную улыбку.

– Белая кожа. Солнышко вас еще не расцеловало в щечки, – рассмеялась она. – Могу ли я дать рекомендацию? Ниже по улице есть салон ведьмы Окта́вии. Она изготавливает прекраснейшие средства для кожи и волос. Все местные девушки покупают у нее кремы, мази, притирки и шампуни. Не пожалеете, риата. – И тут же без перехода вернулась к работе. – Что будете заказывать? Сегодня отменное рагу из кролика. Спаржа на пару. Малосольные огурчики. А хотя нет, они с чесноком, вы не захотите. Но могу еще рекомендовать блинчики с мясом или с печенкой.

– Рагу со спаржей. Блинчик… два. Один с мясом, один с печенкой. Встала рано и еще ни росинки во рту не было.

– Конечно, риата. Буквально пара минут, и я все принесу.

Она умчалась, а через пять минут я уже наслаждалась едой. Вкусно! Неимоверно вкусно. А сколько специй! Потрясающий букет.

Надо бы с собой взять, готовить мне пока не из чего, да и предстоит еще дом осматривать. И надо написать родителям.

Ой!

Вернулась я назад разомлевшая и осоловевшая. Принесла корзинку с горшочками и плошками, забитыми едой. Тут мне и полдник, и ужин, и завтрак еще.

На улице было жарко, солнце палило. Подумалось, что таки да. Надо сходить к ведьме Октавии и озаботиться специальным кремом, оберегающим от обжигающих солнечных лучей. И шляпу. И… одежду новую, подходящую по климату. И с домом разобраться.

Корзинка осталась на кухне, накрытая заклинанием стазиса для пищевых продуктов. А я снова перебралась в гостиную, подмигнула своему отражению в зеркале, присела на диван. На минуту прикрыла глаза и… заснула.

– Спит? – женский шепот был предвкушающим.

– А то ж! Перегрелась с непривычки-то. Видишь же, северянка, – ответил ему второй голос, вроде мужской.

– Тише вы! Разбудите! – Кому принадлежит этот голос, я не поняла. Но вроде девичий.

– Ох и заживем теперь! – довольно проговорила первая женщина. – Столько нового спрячем с глаз долой.

– Тебе лишь бы прятать, – фыркнул мужчина. – Покажем всё. И никак иначе!

– Да ну, глупости вы все время говорите. Лучше будем колоть и подкалывать. – Девушка фыркнула.

– Ну да, ну да. Вам всё хиханьки-хаханьки. Одна я опять буду за всех страдать! – немного истерично добавила еще одна женщина.

Я с трудом выныривала из сморившей меня дремы, пытаясь понять, что за три женщины и мужчина ведут беседы в моем доме. Который я, вообще-то, заперла на все замки, вернувшись из кафе.

Когда до сонного мозга это наконец дошло, я подскочила с дивана и принялась искать говоривших.

Никого.

Ни в гостиной, где я задремала. Ни в прихожей. Ни вообще на первом этаже. Я даже в окна выглянула и на крыльцо вышла, решив, что голоса доносились с улицы. Но нет, калитка закрыта, под окнами непотревоженные розовые кусты, которые при моем появлении под ветром развернулись ко мне всеми своими пышными цветками. Занятно получилось, словно они на меня все дружно посмотрели.

Я мотнула головой, улыбнулась своим мыслям и вернулась в дом.

Померещилось, что из гостиной снова донесся чей-то шепот. Приготовив заклинание пут, бросилась туда и… почувствовала себя дурочкой, снова никого не найдя.

– Да что ж такое-то? – пробормотала я, подойдя к зеркалу. Полюбовалась своей заспанной рожицей, примятой снова прической и вздохнула.

Подмигнула своему отражению. Оно наморщило в ответ нос.

– Что?! – отшатнулась я.

И именно в этот момент на пол за моей спиной шлепнулся магический вестник. А следом за ним еще один. И еще. И четвертый. А потом пятый. И шестой.

О-ё-ёй!

Моя семья меня потеряла. Не узнать фирменные знаки некромантов из рода Монк я не могла даже издалека. А последнее послание от Моники. Именно она так всегда складывает своих вестников.

– Ох, боги! – осенила я себя обережным крестом.

Примечания