Варвара-краса и Тёмный властелин
- -
- 100%
- +
– Владыка, желаете, чтобы вам привели наложницу?
– Мм-м? – не поняла я вкрадчивого вопроса Гортензии, прислуживавшей мне за столом.
Девушка стояла, глядя в пол, но когда я спросила, она быстро стрельнула глазками на то, что я только что рассматривала.
Наложницу? Мне? В смысле – для постельных утех?
– Нет! – почти закричала я. – Никаких наложниц!
– Как скажете, владыка, – отозвалась горничная, а я с подозрением уставилась на нее.
Надеюсь, прежний хозяин этого тела не делал с Гортензией ничего такого? Не хватало еще выгонять из своей постели озабоченных девиц, жаждущих теперь уже моего тела. К тому же барышень с такими зубищами, жуткими красными глазищами и откровенно страшной наружности.
А вот доставшееся мне тело, кстати, очень даже… Должна признать, что этот мужчина, кем бы он ни был, весьма хорош… Я бы и сама не отказалась закрутить страстный и бурный роман с таким мачо. Теперь же я вынуждена буду смотреть на это тело в зеркало и депрессировать о своей несчастной доле.
М-да… Ситуация – ужасная. Это факт! Я в чужом мире, в чужом доме, на чужом месте и, что самое ужасное, в чужом теле. И надо сильно постараться, чтобы меня с этого места не упекли в каменный мешок и не заковали в кандалы, с требованием вернуть им настоящего владыку или как там его. Кстати, а как его, то есть теперь меня, зовут? И еще… Если я тут, то кто же тогда там? Что если этот роскошный брюнетистый высокопоставленный хмырь поменялся со мной местами?
Допустим, меня перенесло в его организм, а его в мой. Убью гада, если он хоть что-то не то сотворит с моим телом! Я за собой трепетно и тщательно ухаживала целых тридцать лет и сохранилась в прекрасном состоянии. Выгляжу лет на десять моложе своих тридцати. Ну ладно, не десять, но больше двадцати пяти мне не дают на вид. Так, не паниковать. Будем рассчитывать на лучшее. Предположим, вмешались какие-то высшие силы или маг-маньяк совершил нечто, и вот результат. Значит, я должна сделать всё от меня зависящее, дабы не раскрыть свое инкогнито как можно дольше, навести порядок в делах хозяина моего тела (бред как звучит, но так оно теперь и есть), улучшить то, что смогу и не ухудшить всё остальное.
Осталась самая малость – разобраться: как меня зовут, кто я теперь, где живу, чем занимаюсь, кто меня окружает и что надо сделать.
– Гортензия, приготовь мою одежду, – приняв решение, велела я горничной.
Кстати, а почему у меня горничная, а не лакей? Всё же очень надеюсь, этот, который хозяин моего тела, с ней не спал. И, наверное, придется поменять девицу на мужчину, они менее наблюдательные. Эта шустрая темнокожая страшилка вполне может раскусить меня по повадкам.
С одеждой всё оказалось лучше, чем я думала. Никаких простеганных ватных панталон (о-де-шосс они, вроде, у нас назывались), чулок на резинках и штанов с откидывающимся гульфиком. Нет, нормальные брюки с пуговицами, нормальная белая рубашка с пышными рукавами, простеганный кожаный жилет и сверху камзол. На ноги – сапоги. Хуже обстояло дело с оружием. Я смотрела на чернёный тонкий меч и боялась брать его в руки. Еще порежусь…
– Гортензия, напомни-ка, сколько ты уже служишь моей горничной? – словно невзначай спросила я.
– Почти семьсот лет, владыка.
Как я не уронила себе меч на ногу, не знаю. Матушка моя, значит, тысячу лет назад упокоилась. Это страшилище служит моей личной служанкой семьсот лет… А сколько лет тогда мне? Ну, в смысле не мне, а этому… чьего имени я пока не знаю, но который владыка.
М-да. Поменять вдруг горничную ни с того ни с сего на другого слугу – не вариант. Вызовет слишком много вопросов. Придется думать, что врать. Тут в дверь постучались, и запыхавшийся серокожий клыкастый монстр в кольчуге сообщил, что советник Керин просил передать, что он отбыл вместе со всеми на поиски каких-то «светлых». Их вроде как заметили в каком-то месте (прозвучало географическое название с кучей рычащих букв), вот советник с утреца и отбыл.
Я украдкой перевела дух, что встреча еще с кем-то из близкого окружения откладывается, и решила, что пора начинать действовать. А начну, как настоящая женщина, в чьем бы теле я ни была, с обустройства своего нового дома. Отвлекусь, опять-таки. А то уж больно страшно от происходящего. И я решительно повернулась к красноглазой девице
– Гортензия, так как жены у меня нет… – тут пришлось сделать незначительную паузу. А то вдруг жена таки есть, но в отъезде… Пусть тогда меня исправят. – Так вот, решил я, что пора мне самому посмотреть на свои владения. Давненько я не инспектировал территорию, наверняка народ отбился от рук и всё в запустении. Я прав?
– Я не знаю, владыка. Вроде всё как всегда… Что прикажете?
– Зови управляющего.
– Смотрителя замка? – переспросила Гортензия.
Я мысленно чертыхнулась.
– Нет, я передумал. Не хочу никого видеть. Со мной пойдешь ты, я скажу тебе, что надо исправить и переделать, а ты передашь кому надо. Твое присутствие меня не раздражает сегодня, в отличие от прочих. И передашь, не сделают всё быстро именно так, как я приказал через тебя, сильно пожалеют.
Понятия не имею, чем занимаются владыки, но тот, кто засунул в это тело женщину из другого мира, должен был предвидеть и осознавать последствия. А жить в свинарнике, пусть и королевском, я не собираюсь. Жилище мне досталось готическое, судя по интерьеру, но уж что имеем, тем и будем распоряжаться.
– А начнем мы, Гортензия, с моей комнаты. Здесь – помыть, здесь – выбить пыль, это переставить сюда…
Увы, мне таки пришлось терпеть присутствие смотрителя замка. Стало понятно, что Гортензия не может всё запомнить, а писать она, похоже, не умела или было не на чем. Пришлось позвать этого самого господина Моока. Жуткий мужик выглядел как типичный черт: с волосатыми ногами и копытами, длинным хвостом, пятачком вместо носа и рогами на лысой голове. Мамочки, куда я попала?! Надеюсь, это не ад! И вот как раз этот рогач все мои приказы судорожно записывал грифельным стержнем в толстую тетрадь.
А я как-то незаметно для себя поймала кураж от всего этого и раздавала указания направо и налево. Нет, ну хлев ведь, а не замок. По углам воняет, поскольку кто-то явно не добежал до ночного горшка, с потолка паутина свисает, гобелены на стенах настолько пыльные, что не видно, что на них изображено. В окнах щели, по помещениям гуляют сквозняки. Так никаких дров не напасешься камины растапливать. Кстати, о каминах…
– А это что?! – с угрозой в голосе произнесла я и стукнула кулаком по стене над камином. В трубе что-то гулко ухнуло, и вниз посыпались черные кусочки. – Уморить меня решили? Трубы не чищены? Я что-то не понял, любезнейший Моок… Так-то ты смотришь за вверенной тебе территорией? Так следишь за тем местом, где живет твой владыка? Тебе, кажется, надоело твое место?
– Пощадите, владыка! – заверещал черт и бухнулся на колени. – Всё исправлю! Клянусь! Сейчас же направлю народ на уборку!
– Проверю! Найду грязь – языками заставлю вылизать! – отчеканила я. – Завтра продолжим осматривать замок. И вот еще что! Кто вздумает гадить в моем замке по углам, найду и отрежу все «гадилки» под самый корень. Передай всем! Гортензия! Быстро идем в мой кабинет. Марш вперед!
Моя красноглазая горничная испуганно дернулась, часто закивала и торопливо рванула туда, куда я дороги не знала. В кабинете, разумеется, тоже было ужасно. Но тут имелось много книг, свитков, писем и прочих бумаг. Решила, что сначала сама разберусь со всем этим, а уже потом заставлю прислугу вычистить всё. Для начала только окно… Мне еще не хватало простуды с насморком и всем сопутствующим.
– Щели законопатить и замазать, стекла отмыть! Сегодня же! Остальное потом, – сухо распорядилась я. – Почему я должен тратить свое время и отслеживать то, что должны делать слуги?
Темный властелин
Меня разбудил пронзительный воющий звук. Ошалело подскочив в кровати, я потряс головой, пытаясь понять, что происходит. В голове гудело, а во рту был омерзительный привкус. Похмелье… Ох, явно мы вчера перепили с Керином.
– Гортензия! – рявкнул я и озадаченно замолчал.
Голос у меня был… женский. Довольно низкий, с чуть заметной хрипотцой, но женский. Та-а-ак! Что за шутки? Какое заклинание успел на меня вчера навешать Керин?
– Гортензия! – повторно позвал я свою горничную. – Да где тебя носит?
Горничная отчего-то не отвечала. Я открыл глаза, медленно осмотрелся. Находился я в небольшой, но уютной комнате со светлой мебелью и одним большим окном, завешенным светло-оранжевыми шторами. Из окна пробивался свет, дающий понять, что уже утро. Из мебели в этом незнакомом мне помещении находились большой шкаф с зеркалом во всю дверцу до самого потолка, письменный стол с каким-то странным сооружением на нем – плоская черная панель, стоящая вертикально на специальной подставке, рядом с ней пристроились две маленькие черные коробочки. На столе лежала плоская дощечка и овальный камушек. И дощечка и камушек соединялись с плоской панелью длинными шнурками. Рядом со столом черное кресло на колесиках. Лежал я на кровати, стоящей у стены. И никакого балдахина… Напротив постели на соседней стене крепилась еще одна панель, но большего размера, чем та, что стояла на столе. Под ней – невысокий книжный стеллаж с застекленными дверцами. На полу светлый пушистый ковер.
– Не понял… Что за шутки?!
Голос по-прежнему оставался женским. А на мое лицо падали длинные пряди волос. Светлых, длинных, шелковистых белокурых волос. Начиная подозревать худшее, я опустил глаза и…
– …! Я – женщина? – Рывком вскочив с постели, я решительно подошел к зеркалу и завопил.
Оттуда на меня таращилась обезумевшим взглядом стройная молодая женщина с длинными светлыми волосами, спутанными после сна. На ее красивом лице с огромными серо-зелеными сонными еще глазами застыло выражение ужаса, а губы, над которыми красовалась маленькая родинка, мелко дрожали.
Девица в зеркале подняла руки и принялась ощупывать себя. И с каждым движением, выражение паники на ее лице усугублялось.
– Я баба? Это я? Как… как такое возможно?!
Всё еще надеясь, что это просто очень реальный ночной кошмар, я поднял короткую маечку, оголяя живот и пышную грудь. Остолбенело полюбовался на то, чем меня внезапно наградили, после чего отпустил майку и схватился за голову. Не может быть! Этого просто не может быть, потому что не может быть никогда. С опаской оттянул пояс коротких штанишек и заглянул туда. Сомнений не осталось. Ниже пояса я тоже был женщиной…
Некоторое время ушло на то, чтобы успокоиться. Сидя на кровати, зажав ладони меж коленок (очень стройных коленок, надо сказать), я глубоко дышал и пытался восстановить события вчерашнего вечера.
Сотник Нерзриг доложил, что к нам пробрались светлые. Потом мы пили с моим советником. Затем я остался в своей спальне один и снова налил себе вина. Стоял у зеркала, разговаривая со своим отражением… Что потом? Кажется, лег спать. То есть ничего экстраординарного не происходило. Так в чем же дело?
Я попытался просканировать поисковым заклинанием окружающее пространство на наличие присутствующих. И вот тут у меня едва волосы не встали дыбом. В этом мире не было магии, либо, что гораздо хуже, способности к магии исчезли у меня. Та-а-ак! Хорошо! Если допустить, что меня, точнее, мою душу каким-то немыслимым образом перенесло сквозь время и пространство и занесло… Куда? Куда-то занесло. В тело незнакомой женщины, живущей в этом мире. А ее?
О нет!
Если предположить худшее и допустить, что нас с ней поменяло местами, то значит, сейчас душа этой белокурой девицы находится в моем теле? Великие боги! Владыка Темных земель – баба!
Осознав весь масштаб катастрофы, я с опаской подошел к окну, рывком раздернул шторы, выглянул и едва сдержал крик. Жилище этой кукольной блондиночки располагалось в высокой башне. Где-то там, далеко внизу расстилалась укрытая снегом улица какого-то странного города. Замки, замки, замки… Или это не замки? Прямоугольные высокие коробки, усыпанные квадратами окон. В некоторых горел свет, другие были темными… Улицы далеко внизу были заставлены яркими разноцветными каретами странных форм. Торопились куда-то прохожие. Два привратника огромными лопатами расчищали дорожки. Один из них задел красную карету, та замигала огоньками и начала издавать тот пронзительный звук, который меня и разбудил.
М-да. Это явно не мой мир. Отойдя от окна, я принялся исследовать комнату. Шкаф, забитый женской одеждой. Пришлось немного помучиться, пока разобрался, как его открывать. Дверцы отъезжали в сторону, а не распахивались. Вещи в шкафу тоже отличались от тех, что принято носить приличным дамам: узкие брюки, короткие юбки и не менее короткие платья, полупрозрачные блузы, свитера из тончайшей шерсти, камзолы только явно женские и совершенно иного кроя, чем носят у нас. Носят мужчины! В отдельном ящике – изумительное кружевное белье… Хм. Хотел бы я провести ночь с женщиной, одетой в такой кружевной соблазн. Повертев в руках всё это великолепие, выдвинул следующий ящик. Тут оказались чулки из прозрачной шелковистой ткани. На нижней полочке несколько бумажных коробок… В них оказалась невероятной красоты обувь. Да за одну такую пару леди из самых богатых семейств готовы были бы на всё. Только вот маленький нюанс… Как быть с тем, что я не умею ходить в женских туфлях на высоких каблуках? Да еще в туфлях такого маленького размера…
Я выставил вперед одну ножку своего нового тела, с одобрением осмотрел ее, поцокал языком. Красотка! И тело потрясающее. Туфелька пришлась впору, из чего подтверждался вывод, что меня перенесло в тело реальной женщины, которая до того вполне неплохо тут жила. А судя по обстановке и качеству тканей ее одежды, девица явно не бедствовала.
Следующим я обследовал письменный стол, странный ящик под ним с какими-то кнопками и плоскую вертикальную панель. Так-так… На доске, соединенной шнурком с ящиком под столом, красовались буквы. Выходит, это какое-то записывающее устройство? Ладно, разберемся потом.
Откуда-то из-за двери потянуло сладким запахом выпечки, и у меня в животе заурчало. Ну что ж… Придется исследовать свое новое обиталище дальше. Только нужно одеться. На стуле возле постели висели светло-синие потертые и дырявые парусиновые брюки и рубашка с короткими рукавами, одевающаяся через голову. Надев всё это, я вышел из комнаты и очутился в небольшом коридорчике. Справа – еще одна комната с очень похожей обстановкой, слева две закрытых двери и поворот туда, откуда доносился запах еды. И там определенно кто-то был…
Я неслышно прокрался и заглянул в… кухню. Миловидная светловолосая женщина средних лет жарила оладьи и поглядывала в точно такую же плоскую панель, как стояла в «моей» комнате. Но эта демонстрировала изображение… чего-то. Картинки менялись, показывая то улицу, на которой мчались кареты, то мужчин и женщин. Кстати, все они, в том числе и прежняя хозяйка моего нынешнего тела, и кухарка являлись людьми. Занятно…
– Варя, – оглянулась ко мне от плиты женщина, – проснулась? Завтракать будешь?
– Завтракать? – осторожно переспросил я.
– Иди умывайся и садись к столу, – кивком указала мне направление кухарка. – Или минералки сначала? Ты вчера, конечно, нарядная заявилась. Разве можно так напиваться?
– Минералки? – предпочел я оставить без внимания остальное и уточнить, что мне предлагали.
– Вон стоит, на подоконнике.
В указанном направлении обнаружилась высокая прозрачная бутылка из неизвестного мне мягкого материала, с завинчивающейся как у фляги крышкой. Я отхлебнул из нее и закашлялся, так как вода оказалась шипучая и в нос ударили пузырьки…
– Варя! – строго одернула меня женщина. – Ну что ты как дикая? Налей в стакан и пей.
И то верно… Что это я как дикий? Покачав головой, удивляясь ситуации, я взял один из стаканов, стоящих у мойки, и наполнил его. Стоя выпил…
Следующие проблемы возникли в ванной комнате. Боги! Куда вы меня занесли? Мне не одна сотня лет, я сильнейший маг. Владыка огромной территории. В моем подчинении множество народа. Меня боятся… И что в итоге? Я не знаю, как зажечь свет в помещении, как включить воду и куда справить нужду. Где тут ночной горшок?
Помаявшись, я вышел из ванной и открыл дверь в соседнюю комнату. Белый фарфоровый сосуд… Ну… надеюсь, это то о чем я думаю, ибо терпеть уже сил нет.
– Варь, ну что ты так долго? – окликнула меня из кухни женщина. – Чего застряла у туалета? Давай быстрее заканчивай и иди завтракать.
М-да… Ладно, буду надеяться, что это именно то, что мне сейчас жизненно необходимо. Я по привычке расстегнул брюки, встав у белой фарфоровой вазы до половины заполненной водой и… замер.
– …! Я – баба! – скорбно закатив глаза, я спустил брюки.
За едой разговор не клеился. Я боялся выдать себя и ограничивался короткими фразами, в основном повторяя последнее слово из вопроса незнакомки. Она, вообще, кто? Прислуга? Мать? Скорее, последнее. Прослеживается явное сходство с тем телом, которое мне досталось.
– …так что тебе подарили девочки? – повторно задала вопрос предположительно мать Вари, в теле которой я обитал сейчас. Что за странное имя?
– Девочки?
– А кто был? Все три приехали или Иришка не смогла?
– Иришка?
– Варвара! Прекрати повторять за мной как попугай, это уже раздражает! Так что они тебе подарили?
Я неопределенно пожал плечами. Вот бы я еще знал, что этой Варваре подарили какие-то девочки, одна из которых Иришка.
* * *Два дня прошли весьма напряженно. Балансируя на грани, чтобы не ляпнуть что-нибудь и не выдать себя, я исследовал жилище. С комнатой, в которой обитала некая Варвара, было проще. Панель на стене включалась с помощью узкой продолговатой коробочки с кнопками и начинала демонстрировать… всякое разное. С ванной я тоже разобрался быстро. Прочитал надписи на всех флаконах из неизвестного материала, и хотя что-то было написано на другом языке, я отчего-то понимал и его. Не знаю, как такое возможно. Либо оба языка являются обязательными в жизни этого мира, либо прошлые навыки Варвары сохранились и у меня, хотя память исчезла.
Трудности возникли с кухней и просьбой матери Варвары приготовить чай. Пришлось отговориться ужасным самочувствием и скорчить жалобную рожицу. Я себя в зеркале в этот момент не видел (кстати, надо потренировать мимику), но отчего-то был уверен, что на очаровательном личике блондиночки мое скорбное выражение смотрелось достаточно жалостливо. Во всяком случае, женщину проняло, она позвала меня на кухню и принялась сама хозяйничать. А я пристально наблюдал за ее действиями и запоминал. Надеюсь, она не попросит меня приготовить еду, поскольку прислуга тут явно отсутствует. Это будет катастрофа! Максимум на что я способен, это поджарить на костре дичь.
Осознав всю безнадежность ситуации, я решил предпринять некое действие, объяснявшее бы мои странности. А их хватало, потому как женщина начала на меня поглядывать весьма озадаченно.
– Мам… – с трудом выдавил я из себя это обращение.
– Варь, – тут же отозвалась она, – ты какая-то странная второй день. Что-то вчера произошло?
– Да… Дело в том, что… Я вчера упал-ла. Поскользнулась и упала. Ударилась головой…
– Что?! Почему ты сразу не сказала? Тошнит? Голова кружится? Сотрясения мозга нет? – засыпала она меня вопросами.
– Сотрясения нет. Всё гораздо хуже. Я потерял-ла память.
Демоны, как же трудно постоянно следить за языком и говорить о себе в женском роде.
– Что?! – опешила мать Варвары и осела на стул. – Как потеряла? Совсем? – с ужасом глядя на меня, уточнила она.
– Совсем! – развел я руками. – Проснулась утром, а что вокруг и где я… Вообще ничего не помню. Имя свое и то не сразу вспомнила.
– Ну хоть имя помнишь… – тихо пробормотала женщина, приложив ладонь к губам. – А меня? Меня помнишь?
Я отвел взгляд в сторону и покачал головой.
– Час от часу не легче, – устало прикрыла глаза моя собеседница.
Некоторое время она молчала и вздыхала. Потом произнесла:
– Надо позвонить твоему шефу и сказать, что ты не можешь пока ходить на работу. Травма головы – это не шутки. А завтра поедем к врачу, пусть сделают снимок.
– Позвонить? Шефу? Врач? Снимок? – как дурак повторял я за ней.
– О господи! – сгорбила спину женщина. Как ее зовут, интересно? – Дай мне свой телефон, я сама позвоню твоему начальнику.
– Телефон?..
Варвара
Неделю я зверски гоняла слуг, заставляя переделывать то, что считала сделанным некачественно. При этом поддерживала легенду, что я страшный «владыка» этих монстриков. Подданные мне, кстати, достались такие, что периодически меня оторопь брала от их внешнего вида. Но дня через три уже эти страшилища вздрагивали, заслышав мои шаги и низкий голос. А я нервно дергалась, встретившись глазами с кем-то из этих клыкастых существ. Жуткие они такие, что озноб по спине пробирал.
Еще я привыкала к новому телу и его пропорциям. И это, скажу я вам, не так-то просто. Если ты всю жизнь провел невысокой миниатюрной девушкой и вдруг оказался выше в полтора раза и во столько же раз шире, то это доставляет конкретные проблемы. Я не вписывалась в пространство, сшибала углы, задевала плечами стены и шкафы. Когда усаживалась за стол умудрялась пару раз приложиться коленом или локтем, потому что никак не могла привыкнуть к своим новым габаритам. На мое счастье тут были высокие потолки. А то боюсь, сотрясение мозга стало бы моим постоянным состоянием. Ну ёлки! Это то же самое, если вдруг пересесть с Мерседеса Смарт на Хаммер.
В свободное время я просматривала бумаги, хранящиеся в кабинете, карту своих владений, отчеты, читала письма. Неприлично, разумеется, читать чужую корреспонденцию. Но это теперь вроде как всё мое, значит, я должна быть в теме. И должна сказать, что дурили этого «владыку» по-черному. Буквально на следующий же день я обнаружила, что его, вернее, уже меня, нагло обкрадывают. Интересно, что тут полагается за казнокрадство и укрывательство от уплаты налогов? Надеюсь, не смертная казнь? К этому я как-то не готова. Но разбираться, однозначно, придется. Правда, позднее, когда освоюсь и разберусь во всем. К тому же у меня имеется какой-то неведомый советник, вот пусть он и подскажет, как наказать виновных. А я типа прислушаюсь к его мнению. Не зря же я ему деньги плачу. Ну то есть не я, а… Черт, как же меня теперь всё-таки зовут? Имя есть у этого самого владыки или как? И ведь не спросишь напрямую ни у кого.
Еще меня удручал рацион. Мясо на завтрак, мясо на обед, мясо на полдник, мясо на ужин. Приготовленное по-разному, но мясо. Из напитков: вино белое, вино красное, самогон и нечто, напоминающее арманьяк.
– Гортензия, – вкрадчиво обратилась я к служанке, взглянув на очередной завтрак. Девушка дернулась и вскинула на меня испуганные глаза. – Скажи-ка мне, я похож на дикого хищного зверя?
Я ввела временно новую традицию и завтракала в своих покоях, а вот к обеду и ужину выходила в огромную гулкую и мрачную столовую с темной тяжелой мебелью.
– Нет, владыка, – осторожно ответила она.
– А почему тогда я вынужден есть только мясо? Нет, я, конечно, всё понимаю. Вы привыкли к моей неприхотливости, но хоть какая-то совесть у моих подданных должна быть?
– Что-то не так, владыка? Плохо приготовлено? Вам не понравилось? Но вы ведь никогда не… – залепетала она, затравленно поглядывая на дверь, явно мечтая сбежать от меня подальше.
– Вызови ко мне повара! – приказала я.
Когда явился трепещущий от страха огромный толстый серокожий мужик, я ледяным тоном потребовала разнообразить мое меню. Овощи, фрукты, каши, выпечка, супы и яйца, наконец, и напитки – травяные отвары, взвары, компоты и непременно чистую воду в кувшине. И в качестве аргумента своего сумасбродства заявила, что мне наскучила однообразная пища. Сколько можно? Повар содрогнулся и принялся лопотать что-то насчет того, что он такое готовить не умеет.
Кошмар!
В общем, при всем том, что ничего ужасного я пока не сделала, никого не казнила и не наказала, ни одной репрессии не провела, меня стали бояться до икоты. Однажды я подслушала тихое перешептывание слуг, что мол, владыка перестал скучать. И теперь всё станет иначе. Н-ну-у… Уж не знаю, кто так скучал, что не обращал внимания на то, что его окружает, и позволил так распуститься, но я этого точно не потерплю. Это теперь всё мое, так что…
Из развлечений по вечерам в моем распоряжении были книги о магии, рабочие документы, спиртные напитки и возможность пригласить наложницу. Ага! Последнее было особенно актуально, да…
Надо бы, кстати, посмотреть, что там за тётки, сколько их и где они, собственно, живут. Пока что я ни одной не видела.
Оставшись в одиночестве, я перед сном подолгу изучала новое вместилище моей души и его отражение. Тело мне досталось первоклассное, ничего не могу сказать. Так и съела бы данного конкретного мужчину. В переносном смысле, разумеется. Печаль была в том, что в данный момент жизни я страдала нарциссизмом, поскольку балдела от того, что видела в зеркале.