Лишний материк. Книга вторая. Гнездо тиранов

Замира же, на правах нанимательницы Артёма, потребовала подробностей. В общем-то скрывать от неё ничего и не стоило – она сама во многом причастна к тому, что рассказывал членам Совета Артём.

– То есть получается, что ты теперь вполне дееспособный подданный императора, благородный притом, – задумчиво говорила она. – Даже и жить тебе есть где, и жалование небось не меньше, чем у отца. Это нормально. А меня кто охранять станет? И я, между прочим, не шучу сейчас. Разумеется, на дуэль меня вызывать никто не станет, но подставить так, чтобы я «лицо потеряла», это запросто. Мало того, что я теперь свободный тиран – без защиты какой-либо имперской службы, так попробуй и другое место найди, если, скажем, кто-то меня оскорбит, лично меня, а ответить некому – не помощнику же канцлера на поединок выходить. Хоть это и не возбраняется, только, как ты понял уже, родственная ответственность у тиранов на далеко не первом месте, её вообще можно не учитывать. Это я всё только предполагаю, может, и обойдётся. Но, скорее, нет. Не стоит забывать, что есть Вальтина, у которой не вышло получить мой особняк. Я с ней встретилась, естественно, в составе всей семьи, одного взгляда хватило, чтобы понять её обиду на то, что я в живых осталась. Она наверняка ещё опасается, что я потребую расследования, кто это на меня церковников вывел. И не зря опасается, я ей без расследования отомстить намерена. Ещё есть тот департамент внешних связей, где я стажировалась, и который легко от меня отказался. То есть именно он опозорился, а кто в том виновен, по его мнению? Ох, разболталась, прошу прощения. Неожиданно всё, другие планы имелись.

– А что изменилось-то? – удивился Артём. – Да, появилось у меня своё жильё, и что? Отряд – вот он, договор не расторгнут. Может весь рядом с тобой находиться, может по частям. Никто ж не против? – обратился он к своим. – Потребуется тебе защита чести, любой из нас встанет, кто рядом окажется. А при необходимости кто помешает мне самому подключиться? Тебе главное – необдуманных поступков не совершать, особенно в отношении сестры, сначала попробуй окольными путями выяснить, какого дьявола она вообще на твою резиденцию нацелилась. С отцом поговори откровенно, у жён его спроси мимоходом, узнай, с кем она общается, не собирается ли замуж, не залезла ли в долги, мало ли. Место своей службы присматривай – ты же в этой обстановке лучше нас разбираешься.

– Ладно, хоть как, но успокоил, пойду подумаю…

После чего начался разговор нужный – со своим отрядом. Основанный уже не на предположениях о своём месте в империи, а на реальной ситуации. Вот тут Артём не скрывал вообще ничего из того, что успел узнать во время суда, на императорском Совете, от канцлера, Гильтома. Пожалуй, основным перспективным пятном во всей информации стало известие о наличии на Гамбите Верхнего храма. И, если представители его, как тот же Джевелин, занимаются контролем традиций и экспансии на других материках, то значит, что и весь храм создан именно с этими целями. Кем создан – тоже вопрос актуальный, потому как есть большая вероятность, что это «учреждение» вовсе и не тут появилось, а было перенесено на Кренос вместе с материком Гамбит уже в дееспособном состоянии. Название же «храм» вовсе не предполагает его принадлежность церкви, что подтвердило поведение Джевелина. А называется так, чтобы не плодить сущностей и убедить гамбитцев в существовании некоего Владыки, по чьему указанию требуется захват планеты. Всё это пока чистой воды теория, но куда без неё? Потому Артём и вываливал свои мысли на бедные головы соратников – аборигенов, чьи мысли до встречи с Советником никак не выходили в «звёздные сферы», а были направлены лишь на выживание. Теперь же… Впрочем, они ещё когда только решались последовать за Артёмом в логово врага, начали воспринимать его слова и поступки с полным доверием – иначе бы и не оказались здесь. И не просто воспринимать, но и понять старались, уяснить вещи, ранее не то что недоступные пониманию, а отсутствующие в их реальности.

– По-твоему, выходит, – задумалась Камилла, – что тот храм и заправляет тут всем на Гамбите. Не мелочами, а именно главными делами: сохранением традиций, завоеванием… нас?

– Уничтожением, – мрачно поправила Эльмира.

– Что? Да, уничтожением. Ради расселения своих людей. А другие варианты могут быть? Допустим, тот храм, или что там на самом деле, никакой не повелитель, а просто созданный когда-то императорами такой… такой высший судья в глазах всего народа. Обычные люди, племя, например, которые издавна получают оплату от императоров только за то, что не позволяют этих самых императоров гнать в три шеи, выступать против них запрещают. Ссылаясь на того же Владыку. Вот же вовсе непонятное существо!

– И что, если так? – подключился Гераним.

– Не знаю, что, – вздохнула Камилла. – Прийти туда и дать этому племени по шапке.

– Это с удовольствием! – поддержал Критос. – Это всегда пожалуйста! Только что это изменит? То, что императоров свергать начнут? Нам-то что с того? Да, может, и вообще нету никакого храма.

– Как это? – не поняла Камилла. – Есть же представитель.

– Это он представителем представляется. Тоже вот вариант, что есть такое племя представителей, которое во всех империях действует. Силы когда-то давно набрались. И наглости. И заставляют всех со всеми воевать.

– Ага, в это нетрудно поверить, если всё от древних традиций зависит. Они ведь не меняются? Нет. Опять же самый яркий пример – разные взаимоотношения императоров и церкви в разных империях. Они же не из-за этого друг с дружкой воюют, – предположил Гераним. – Да и воюют ли? Что-то берут сомнения, что за века никто никого прижать не смог. Ерунда это. Вид делают, что дерутся. О чём это я? Да, вариантов можно напридумать, но слухи – пусть так – о высшем храме есть, и даже место указано, где он находится. Вот и надо бы туда наведаться.

– А зачем? – спросила Эльмира.

– Там видно будет, – чётко определил цель и смысл своего предложения Гераним.

Народ возбуждённо загомонил, принимая, видимо, мысль «дать по шапке», что и высказала в конце концов скромница травница и лучница Былина.

– Мы же сюда приплыли не за тем, чтобы Замиру охранять неизвестно от чего, не так? Стало быть, делать что-то надо, то есть идти к этому храму, вот! Артём, чего молчишь?

– Да он всегда сначала слушает, будто не привыкли уже, – подсказала Камилла.

– А как иначе-то? – усмехнулся Артём. – Одна голова хорошо, а большое поголовье лучше.

Он-то точно знал, что идти надо. И пойдут, тут ничего не высидишь, кроме разве дополнительной информации. Так сколько времени это великое сидение займёт, кто знает?

– В целом, я, конечно, согласен, проверить, что там за храм такой нужно. И ещё – чего это он устроился прямо на стыке трёх империй? Не зря это, наверное, получилось. Будем готовиться. Поскольку мы вполне себе уже не считаемся подозрительными личностями, то займусь поисками подходящей причины для путешествия.

– Артём, а не стоит ли, пока ты причины ищешь, часть отряда туда заранее отправить? Человек пять-шесть, к примеру? – предложила Камилла. – Мало ли что можно обнаружить по пути. Заранее. И главное – совсем незаметно, если, например…

– И что ты замолчала? – поторопил Гераним. – Умная мысль посетила? Делись!

– Да! – гордо задрала нос женщина. – Именно что умная! Артём, эти люди, что пойдут, если ты согласишься, могут стать охраной наших купцов. Они же уже извелись, как торопятся в свою Поднебесную. Причина такая, что для всего отряда не годится, а для маленькой группы – в самый раз.

Надо сказать, что упомянутые купцы Ив и Эдгар, по понятным причинам отсутствующие при разговоре, действительно извелись. Они бы давно уже и товару нашли, и в путь отправились, да вот беда – денег нету. А продавать амулеты на территории Фланкона без согласия Артёма не решались. Это тому капитану, что их вёз, просто в своей Дартении торговать, а тут легко на неприятности нарваться уже на этапе пояснения, что именно они предлагают к продаже. Но ждали, не суетясь и присматриваясь к местному рынку – если Артём обещал помочь, значит поможет: сколько они времени-то провели в столице – вовсе ничего. И нашли себе занятие: искать на торговых площадках земляков, надеясь расспросить их о нынешней Поднебесной. Правда, в столице пару всего таких торговцев нашли – редко, кто сюда доходил через всю страну, далеко, потому не выгодно. Давно тут обосновались двое «оптовиков», ожидающих товара с родины, а когда он там будет – лишь небесам известно, потому просто торговали чем попало, как и местные. Почему-то не прогорали и ладно. Такие странности реальной жизни: война войной, а обмен товарами – святое. Не первый год и даже век длится такая ситуация, и военные в каждой империи привыкли, что купцов лучше не трогать, потому как можно огрести от своих же.

Ещё припомнив название города Енхольм, в который стремились купцы, и карту Гамбита, Артём увидел, что путь в тот город лежит прямо через точку соприкосновения всех империй или близко к ней. Так что предложение Камиллы его очень устроило. Вообще, он с самого начала морского путешествия много занимался обеспечением безопасности отряда, нашёл возможность соединения ранийских амулетов по типу батареи, проверка показала, что три штуки вполне держат удары скрипов. Сумел в эти пластинки вставить функции связи, теперь каждый мог знать о местоположении любого соратника. Да и по делу, если подумать, такая группа могла попутно поискать или случайно обнаружить кого-то из «еретиков» – Артём совсем даже не собирался забывать давнюю информацию от Замиры о наличии на гамбите личностей, ратующих за возвращение на историческую родину без всякого захвата планеты, тем более – уничтожения аборигенов. Если подобных пацифистов сожгли не всех – а это за века не получилось, однако, почему бы с ними и не пообщаться, может, у них за те же века появились мысли, как осуществить мечту. Мало ли – вдруг повезёт, и ранийцы наткнутся где-то в глухих местах на проповедника-еретика. И на более нереальную цель можно своих людей настроить: имеется же где-то на этом свете маг, перекинутый «хранителями сектора» для наведения порядка в их понимании. Шанс встречи с ним оптимистично оценивался как один ко всему населению Гамбита, и это в том случае, если тот маг не удрал на другой материк. И тут уж даже и поиски невозможно начинать, можно лишь прислушиваться к сказкам о каком-либо таинственном существе, явившимся в этот мир неведомо зачем. Тем не менее… Если ещё удастся внятно обосновать присутствие тут того потустороннего мага перед своим отрядом, потому что самым понятным заданием пока является «найди то, не знаю что».

– Принимаем решение об отправке группы из шести человек с купцами, – подвёл итог Артём. – Пока я пытаюсь понять, для чего нам эта разведка нужна, и ищу деньги для купцов, решайте сами, кто в эту группу войдёт, кто тут среди нас самый смелый, что отправится в путь по стране, в которой каждый житель – враг.

Два дня Артёма никто не беспокоил, так что он в полной мере отдавался обустройству нового жилья, размещению отряда, всякими хозяйственными делами под строгим надзором Замиры. Она убедила новоиспечённого советника, что он ни черта не представляет, как живёт благородное сословие, и какие непременные атрибуты, типа каминов, картин, скульптур и прочей дребедени обязаны присутствовать в особняке. Сопротивляться напору Замиры ему было элементарно лень, эта обязанность была возложена на Камиллу с её девицами, которые буквально повизгивали от восторга. Канцлер Лестон вызвал Артёма на третий день отдыха – видно, это время прошло у него в консультациях и раздумьях о практическом использовании советника «по делам безопасности, эмиграции и амулетов». Странно звучит, но на такой формулировке должности в начале этой встречи они и остановились. Как выяснилось, «советники» и «помощники» у любого правителя, руководителя, да и частного лица имели лишь порядковые номера – это, наверно, чтобы никто не знал, чем они конкретно занимаются. Да и ладно. В общем, Лестон определил Артёму на сегодня полторы встречи: полноценную с руководителем службы имперской безопасности тираном Рамезом и «попутную» – с начальником военного департамента тираном-генералом Кайшином.

– После разговора с Рамезом, который должен продлиться не более, чем до полудня, зайдёте ко мне, – канцлер пока ещё обращался с Артёмом на «вы», демонстрируя сословную принадлежность советника. Вполне себе деловое обращение.

Хоть руководитель такой специфической службы и имел право напрямую выходить на императора, всё же формально он подчинялся канцлеру. И вряд ли возникали противоречия – приоритетным всегда являлись указания императора, потому Рамез, как и Лестон, будучи членом императорского Совета, понимал, что с новым советником лучше сотрудничать, чем пытаться на него давить.

В кабинете главы ведомства, кроме самого тирана Рамеза, присутствовал и главнокомандующий армией Фланкона генерал Кайшин – по совместительству глава военного департамента, где под его контролем находились не только боевые действия, но и производство оружия, и все необходимые поставки для армии. После взаимного официального представления, когда все трое расположились за круглым столиком, именно он и начал разговор, без лишних слов приступив к делу.

– У меня немного вопросов, советник, не стоят они излишней траты времени, потому я, с вашего позволения, задам их и оставлю вас. Не против? Тогда о главном. Не знаю, известно ли тебе, что настоящей войны между империями никогда в истории не объявлялось. При этом постоянные стычки и конфликты на границе с Дартенией и по-иному, чем войной, назвать не могу. Хоть никто и не имеет задачей добиться капитуляции противника. Я не политик, моё дело – не допустить врага на свою территорию и, по возможности, захватить его приграничные земли. До сих пор используемые в этих конфликтах силы примерно равны. Однако… Я не могу не предусматривать резкое усиление противника при использовании предъявленных тобой амулетов. Чтобы не терять напрасно людей, мы будем вынуждены тупо отступать, а до каких пределов – кто бы знал? Возможно ли противодействие этому оружию? Не знаю их других свойств, для меня – это именно оружие, причём довольно эффективное.

– Противодействовать амулетам в сражениях можно лишь такими же амулетами, либо скрипами, либо десятикратным превосходством в живой силе.

– Вот как… – задумался Кайшин. – Скрипы – это непосредственное участие в сражениях тиранов, что вряд ли целесообразно. Увеличения количества войска вызовет идентичный ответ от дартенцев – то есть смысла нет. И тираны, и увеличенные войска могут стать лишь временным явлением. Остаются амулеты. Можешь ли что-то предложить по их изготовлению или приобретению? Или посоветовать? Вдруг у тебя окажется при себе некоторое количество этих вещей? Помнится, такой вопрос тебе уже задавали, и ответа не было. А казна наверняка пойдёт на необходимые расходы. Дело не рядовое.

– Начну по порядку, – в числе разных вариантов советник учитывал и эти вопросы, хотя с приобретением амулетов ситуация возможная, но нежелательная. – Но учти, что я только приступаю к должности, так что вносить предложения не компетентен, а к советам можешь относиться как угодно в соответствии вашими знаниями обстановки. Само изготовление амулетов труда не представляет, проблема в сырье. Его на Гамбите может не оказаться вовсе, хотя поискать нужно силами соответствующего департамента и местных владетелей. Да и ответственным за переселение на Омнию следовало бы такое задание выдать, причём обозначив его как дело государственной важности – на Рании же подобное дартенцы отыскали, так что это направление поисков сырья может оказаться очень результативным. Приобретать же… Это можно бы на Рании, в том же бывшем форпосте дартенцев. Только не могу представить, чтобы аборигены, уничтожаемые гамбитцами, продавали бы оружие врагам. Нереально. А вот попытаться останавливать и проверять корабли Дартении, идущие домой, по-моему, стоит – понимаете, зачем. Других способов приобретения амулетов не вижу. И последнее. Не скрою, что мне удалось приобрести совсем маленькое количество пластинок. Но вряд ли тебя устроят полсотни штук?

При этих словах Кайшин даже с места вскочил.

– Что значит «вряд ли устроят»? Ты не представляешь… Ладно, мне нужно срочно пообщаться с канцлером и казначеем. До встречи, надеюсь, скорой!

– Не слабо ты его зацепил, советник, – позволил себе комментарий тиран Рамез. —Один его отряд, вооружённый этими амулетами, может сильно удивить противника. Я бы тоже не отказался от подобного для подчинённых. Есть надежда?

– Есть возможность, – вздохнул советник. – В том же количестве. Не стану скрывать, оставлю себе столько же на случай рекомендаций со стороны канцлера.

– Благодарю. По цене буду ориентироваться на ту, что одобрили Кайшину. Теперь к актуальным вопросам. По опыту общения знаю, что к моей службе относятся с неким… С предвзятостью, так скажем, и отдельные личности в этом кабинете стараются сообщить то, что устраивает меня. Понимаешь, о чём я?

Такой подход Артёму нравился. Нет, он не сомневался в том, что глава безопасности станет его подозревать в шпионской деятельности, к примеру – служба такая. Но и не верить ответам не станет – убедился на Совете, что собеседник не пытается лгать или выкручиваться. Потому разговор шёл в спокойном режиме. И основной темой Рамез обозначил возможные неприятности для императора со стороны недовольных подданных – а когда их не было? – при открывшихся свойствах скрипов.

– Из того, что ты приоткрыл в скрипах, для нас, конечно, важным становится запись и воспроизведение событий. Честно говоря, не знаю, как поступать: с одной стороны, явно полезная вещь для судопроизводства, расследования преступлений, с другой – личная защищённость тиранов. Кто это согласится на публичный просмотр отрывков собственной жизни?

– Тут, знаешь ли, стоило бы определить приоритеты между личными, сословными и государственными интересами. Тиран тираном, но подчиняться законам он обязан, не так ли? Потому необходимо некоторые нормы в отношении тиранов пересмотреть. В официальном порядке, разумеется. Например…

Разговор, действительно, оказался познавательным и полезным для обеих сторон. В частности, Артём ещё раз получил предупреждение об обязательных попытках со стороны завистников его дискредитировать. Ещё и предложение незаметного пригляда со стороны безопасников. Отказываться не стал, поскольку понимал, что «пригляд» – он не только и столько ради его защиты, сколько обычное наблюдение за поведением и контактами.

– Но одно, нет, даже два условия для такой заботы я обозначу, если позволишь, господин Рамез. Наблюдатели при всей их незаметности по должности люди любознательные, им непременно нужно знать о тех, с кем я буду общаться, особенно – часто. Так просил бы мой отряд «Подкова» не беспокоить вопросами обо мне и о них самих, отвечать никто из них не станет, а ваши люди подозрения вызовут. Второе же – я должен знать тех, кто меня… охраняет, даже если и не сумею их увидеть. Причина проста: кто гарантирует, что наряду с вашей службой меня не станет тайно сопровождать кто-то ещё?

– Принимается. Да вот познакомьтесь, наконец, а то и забыл тебе представить своего заместителя. Господин Хармин. Он и назначен обе6спечивать твою безопасность.

С одного из кресел, стоящего чуть в стороне у стены, приподнялся и сделал полупоклон молодой человек, ровесник Артёма, может, чуть старше. Не тиран, одарённый – даже странно, что получил такую должность в таком возрасте и без скрипа. Но странность слегка подвинулась, лишь Артём уяснил, что Хармин обладает даром «правдиста» – для бесед с клиентами службы безопасности самое то.

– Хармин, ты подожди советника после его выхода от канцлера, думаю, вам необходимо познакомиться поближе, – Ремез подождал, пока за заместителем закрылась дверь. – Вот не могу понять, почему храмовая служба обрядов противится посвящению Хармина, отличный работник, хоть и неблагородного происхождения, имеет сильный и крайне редкий дар – других таких даже я при своей должности не встречал. Ты понял, на что он способен?

– Понял, – кивнул Артём. – И не вижу особого секрета в поведении церковников. Как раз способность у него такая, что служба обрядов опасается… Продолжить?

– М-да, действительно. Как-то и не приходила в голову такая мысль. Ладно, подумаем, как это исправить. Вернёмся к основной теме. Ты уверен, советник, в том, что обозначенные тобой свойства скрипов – это всё, на что они способны? – спросил Рамез, когда упомянутый канцлером полдень уже близился.

– В том до конца уверенным быть невозможно, – признал Артём. – Природа вообще непознаваема до конца, тем более – природа магическая. Может, те же церковники больше знают, раз так разволновались…

– Очень может быть. Но пока у нас нет законных способов спрашивать ту службу обрядов с пристрастием – там как раз одни тираны. Но успеем, думаю. Я сейчас о конкретном факте. Твои действия на Рании меня не очень волнуют, хоть и интересно. А вот миссия тирана Замиры в ипостаси пленницы Дартении несколько тревожит. Она ведь пользовалась собственным скрипом, но с весьма опасной способностью, то есть, как ты говоришь, амулет мог и может как временно укреплять материалы и здоровье, так и разрушать их. Это природное свойство скрипов или привнесённое тиранами Дартении? И ты каким-то образом ему противодействовал?

– Нет, не противодействовал, а убирал последствия. Порой опаздывал. И свойство это именно привнесённое. Об этом, конечно, лучше тирана Замиру спрашивать, я-то лишь предположить могу, что в защитную функцию скрипа входит и целительская составляющая. Вот в неё тиранами, видимо, добавлялись сигналы на разрушение. Наверно.

– Звучит весьма правдоподобно, – задумался Рамез. – И такую способность следует засекретить на государственном уровне. С тираном Замирой побеседую в обязательном порядке…

«А ведь это вариант – сделать так, чтобы Замира стала сама больше всех заинтересована в сохранении и защите собственных секретов. И её, кстати, этот вариант вполне защитит – не совсем, но…» – с такой мыслью Артём отправился на встречу с канцлером. А тот, к удивлению советника, встретил его тем же предложением, чуть не так оформленным.

– Знаешь, советник, о чём я подумал, в числе прочего, после нашей последней встречи? О тиране, который мог бы заняться, как ты говоришь, исследовательской работой. Кажется, для того сейчас, как никто более, подходит ваша нанимательница Замира. Как ты на это смотришь – думаю, что за последнее довольно длительное время ты узнал её лучше даже, чем мой помощник тиран Гильтом.

– Положительно смотрю, – усмехнулся Артём. – Как ни странно, но именно о ней мы завершили разговор с тираном Рамезом. Уже определилась и первая тема для её деятельности.

– Вот и прекрасно. В ближайшее время создадим специальный департамент, пусть в нём пока будет лишь руководитель, набрать сотрудников – уже её задача. И да, могу порадовать. Пока вы беседовали с Рамезом, генерал Кайшин ухватил меня, казначея, добился срочной аудиенции у императора… Ты теперь богач, советник. Цена за амулеты, утверждённая его величеством, позволяет купить с десяток таких особняков, каким сейчас владеешь.

– Благодарю, господин канцлер, золото лишним не бывает. Лишь уточню, что не десяток особняков, а два десятка. Тиран Рамез тоже, знаешь ли, печётся о своих сотрудниках.

Заместитель Рамеза Хармин ожидал его в приёмной. Человеком он с первого взгляда показался простым, открытым, с поправкой на место службы, коммуникабельным. Тут же предложил познакомиться поближе по причине одинакового возраста, отсутствия у обоих скрипов и конкуренции в работе.

– Сейчас я тебя познакомлю с шестёркой наших тайных бойцов – они и будут рядом с тобой постоянно. А потом предлагаю показать столицу, ты ведь, как понимаю, мало чего видел?

– Ничего не видел, кроме особняка Замиры, своего жилья и клочка дворцового комплекса, – признался Артём. – И, если честно, то мне этого пока достаточно. Как скромному человеку. Как советнику – пригодится и большее.

– Даже как человеку пригодится, – рассмеявшись, заверил Хармин. – Особенно скромному. Если не собираешься идти по пути отшельников и умерщвлять свою немалую здоровую плоть – получилось ведь вымахать на голову выше немаленького меня!

Двумя словами убедил – надо же! Бойцов-наблюдателей Хармин успел подобрать и проинструктировать во время короткой беседы Артёма с канцлером, потому они уже ждали в кабинете заместителя на первом этаже. Представил коротко каждого, договорились о сигналах опасности, если таковая появится, и других. Отправились знакомиться со столицей на своём четвероногом транспорте. Официальную охрану брать не стали – Хармин сообщил, что столица в светлое время суток спокойна, а ночные короли основных лиц императорских служб знают назубок – неприятности крайнего толка никому не нужны. Случайные опасные встречи, разумеется, возможны, особенно, если бродить ночью в одиночку, но кому и зачем это нужно – бродить? Даже одинокие тираны настолько с ума не сходят. К слову, если уж «гид» упомянул о тиранах, Артём не скрыл от него свою догадку, которую высказал Рамезу.