Бар Чеширски. Первое дело

Глава первая

Старый детектив

Бар задумчиво смотрел на детектива Бучи Хайнлайна, медленно уминавшего рыбный суп. Ещё никогда он не видел, чтобы так медленно ели. Это было даже не чванство, это был такой паразитизм на его времени. Бар сделал небольшой глоток свежезаваренного кофе и посмотрел в окно. На самом деле он был, конечно, рад, что попал к этому медленно жующему коту. Хайнлайн был лучшим кошачьим детективом во всем городе. Да что городе, в округе!

–Чеширски, я читал, вы были отличником в академии? – задумчиво спросил Хайнлайн, наконец оторвавшись от супа. Бар посмотрел на него и ещё раз подивился этой странной сочетаемости расцветок. Высокий рыжий кот с каким-то невообразимо большим белым пятном посреди морды.

–Да, сэр. Я хорошо учился.

– Нет,Чеширски. Вы не просто хорошо учились, вы были лучшим и, более того, ещё в колледже вы отличились, получив неплохую стипендию и возможность выбрать куда более престижное место. Скажем, федеральную академию или ФБР, но вы пошли именно в полицию.

– И что?

– Ну как, мне любопытно. Скажем, я отдал этой службе всю свою жизнь и, как видишь, все, что у меня осталось– это одиночество и маленькая пенсия. Не самый лучший выбор для кота с таким стартовым капиталом, как у тебя, Бар,– улыбнулся Хайнлайн.

Бар прищурился и внимательно посмотрел на старика. Несмотря на морщины и сутулость, его глаза горели тем самым огнем, который возможен только у подлинных фанатиков своей работы.

– Я всегда хотел ловить преступников, сэр. ФБР – серьёзная организация, но я всегда хотел быть именно копом и ловить преступников на улицах, больше защищая простых граждан, нежели целое государство как таковое. Это слишком сложно для меня.

– Учитывая твои способности, тебе вполне по силам.

– Но не по желанию. А что касается пенсии и одиночества, то я собираюсь жениться, сэр.

– Ого, есть избранница?

– Ну, кое-кто есть, сэр.

– Хочешь завести семью?

– Конечно! Уверен, что несколько котят никак не помешают мне ловить преступников. Это, кстати, ещё одна позитивная черта работы в участке. Ты рядом с домом и можешь больше проводить времени с семьёй.

– Ну что ж, я могу лишь только порадоваться за тебя, Чеширски. Не скрою, мне приятно, что к нам пришёл кот с убеждениями, да и семья –это всегда хорошо.

– Сэр, если уж мы заговорили о семье, то почему вы один?

– Я просто не встретил ту, что искал, Чеширски, так тоже бывает. Ладно, допивай свой кофе. Поедем, прогуляемся по улицам, покажу тебе, что и как у нас тут. Разговор по душам –это, конечно, хорошо, но надо и работу делать. Как-никак у нас тут преступление.

– Сэр, а, кстати, почему вас направили на это дело, это же, скажем прямо, не бог весть что?

– Ой, Чеширски, не говори, что ты не понял. Ты понравился старику Освальду, капитан просто решил поднатаскать тебя, ведь у него редко в лапах оказывается столь блистательный выпускник. Да и мне это подходит, громкие овации прошли, идеально для последнего дела. Тихое, неприметное. Для того, чтобы войти в курс нашей работы – самое оно. Если, конечно, этот чертов Джереми не будет путаться у нас под ногами.

– Я так понимаю, вы с ним не в самых лучших отношениях?

– Да почему же? Просто он действительно часто путается под ногами, – сморщившись, заметил Бучи и поднялся из-за стола.

Оставив двадцатку, Бар задумчиво посмотрел, как Бучи идёт к выходу. Увы, но он выглядел слишком живым для пенсионера. Такие, как этот коп, никогда не привыкнут к обычной жизни. И зачем только Хайнлайн согласился с уходом? Лично ему это было непонятно. Это видно же, что Бучи ещё полон сил, пусть он даже и перешагнул возрастной рубеж.

Спустя пару минут черный форд устало выехал на шоссе, и старик вытащил из бардачка пачку чёрного джека, одну из сигарет которого он любовно поднёс к носу и прищурился от запаха. Заметив настороженность Чеширски, Бучи протянул сигарету и ему.

– Куришь?

– Нет, сэр. Хочу продержаться здоровым как можно дольше.

– Скажи ещё, это помогает при поимке преступников.

– Если бежать, то, наверное, да.

– Может, ты ещё и не пьёшь?

– Очень редко, детектив.

– Ничего, от этой чертовой работы ты быстро подцепишь все эти вредные привычки.

– Очень сомневаюсь, сэр.

– Ну да, – усмехнулся Бучи. – Все мы так изначально думаем.

– А куда мы едем? – спросил Бар, пытаясь перевести разговор в более профессиональное русло.

– Как – куда? Прокатимся по крысиным норкам, крысы, как никто другой, знают, откуда дует ветер. Походим, потрясем, может, что и всплывёт.

– А не лучше ли нам съездить на место преступления?

– В канализацию?

– Да, а почему бы и нет.

– Поверь мне, Джек Портко – отличный медэксперт, он уже наверняка всё там обнюхал. Но если тебе так не терпится, ты можешь, конечно, туда съездить. Но это уже без меня. Не люблю заниматься лишней работой. И тебе тоже не советую.

– Но, сэр.

– Чеширски, поверь моему опыту, сперва надо начать с крысиных нор, наверняка там мы найдём что-нибудь интересное. И уже оттуда будем действовать.

– Кстати, сэр, что за норы?

– Сейчас сам всё увидишь. Не самое лучшее, конечно, место, но источник информации наилучший.

Форд свернул налево, затем, пропетляв меж дворов, подъехал к огромному, похожему на огромный муравейник, дому. В центре, которого был небольшой квадрат свободной площадки, окруженный со всех сторон монолитными, возвышающимися на двадцать этажей, стенами. Чеширски закрыл нос. Воняло тут просто ужасно.

Выйдя из машины, Хайнлайн потянулся и сделал глубокий вдох, нисколько не обращая внимания на скривившегося Чеширски.

– Да, именно так и пахнет наш город. Но ничего, скоро ты привыкнешь к этому запаху. Год–другой и ты уже начнешь мучаться на свежем лесном воздухе, где так сладко цветёт в апреле мята.

– Очень сомневаюсь, сэр.

– А у тебя выбора нет. Это часть нашей работы, – парировал Бучи, направляясь к высокой, немного проржавевшей двери.

Чеширски посмотрел по сторонам. Двор был без единого животного, хотя, казалось, в этом месте должно быть полно всякой живности. Он хотел было спросить об этом Бучи, но тот уже вошёл внутрь одного из четырех подъездов. Недолго думая, Бар последовал за ним. Мысленно поблагодарив бога за то, что может видеть в темноте.

– Чёрт возьми, опять всю лестницу обоссали! Ну что за твари, не могут без вони жить! – чертыхался Бучи, медленно поднимаясь наверх, стараясь не браться за липкие перила. – Постарайся, кстати, в говно не вляпаться! Тебе, как-никак, потом ко мне в машину садиться, а у крыс оно очень уж пахучее.

– Детектив, а где все крысы? Дети или взрослые, это же жилой дом.

– Ты что, издеваешься? Мы же на полицейской машине приехали. Вся шелупонь и разбежалась. Да и немного их тут днём.

– А куда мы идем?

– Да есть тут притон один, там полно всякого сброда ошивается. И потрясти можно, и проблем не будет. С наркоманами никто обычно не связывается, конченые звери.

– Я так понимаю, все, кроме нас?

– Именно, Чеширский, именно, – закивал Бучи, остановившись у засаленной двери. – Всё, пришли.

– Я Чеширски, сэр.

– Ну, извини, – сказал рыжий кот и толкнул дверь.

Глава вторая

Неожиданная встреча

Не то чтобы Бар был неженкой и понятия не имел о наркопритонах, но когда непосредственно сам становишься гостем такого места, то мнение о собственной стойкости несколько меняется в худшую сторону. Но всё же Бар решил не дожидаться Бучи возле двери и пойти следом, как-никак это часть его будущей работы, пусть даже и не самая лучшая.

– Твою ж мать! – выругался Чеширски, перешагивая через очередного заблудившегося в иллюзиях посетителя. – Сколько же их тут?

–Это притон, Чеширский, здесь не бывает мало посетителей, – обронил Бучи.

– Особенно, если это крысиный квартал, так?

– Именно, детектив, именно. Крысы – самые лучшие клиенты наркоторговцев, минимальные запросы по качеству и минимальные жалобы в полицию. Уверен, пятьдесят процентов проходит именно через них.

– А кого мы ищем?

– Люция Малкфлоя, хозяина этой квартиры. Обычно он ошивается на кухне, там что-то вроде небольшого производства.

– Но почему не убрать здесь всё? Если вы знаете, что это притон, то почему с ним не разобраться, это же рассадник преступлений?!

– Сразу видно, как ты ещё молод. Не спеши с выводами. Убрать, конечно, можно, но ты сам видел это здание, так что притон наверняка появится где-то ещё и, скорее всего, у менее разговорчивых хозяев. Ты же видел, сколько нас в участке и можешь сравнить с тем, сколько крыс тут. Бар, иногда приходиться работать точечными методами.

– Но это неправильно, сэр.

– Послушай, ты хочешь расследовать убийство или заниматься уборкой наркопритонов?

– Это все равно неправильно.

– Я тоже так сначала думал, Чеширский, – отмахнулся Бучи и неожиданно встал перед входом на кухню. – Джереми? Какого черта? Ты что здесь делаешь?

Бар выглянул из-за спины Хайнлайна и увидел того самого барсука, с которым вчера ругался капитан Освальд. Неужели его знают абсолютно все детективы в участке?

– Кофе пью, что ж ещё. Тут, кстати, неплохо его готовят, равно как и всё остальное, – ухмыльнулся Джереми, поднимая блестящую металлическую кружку. – О, да ты с кавалерией! Привет, малыш, я вижу, ты стал настоящим детективом и уже не боишься злачных мест.

– Детектив Чеширски, сэр и попрошу вас вести себя более уважительно, – вспыхнул Бар, инстинктивно подталкивая Бучи вперед.

– Прости, Чеширский, я буду впредь знать, как к вам обращаться.

– Чеширски. Не Чеширский, а Чеширски! – сказал Бар, чувствуя, как поднимается шерсть на затылке. Он ненавидел, когда коверкали его фамилию.

– Окей, окей, малыш. Чеширски, так Чеширски, – миролюбиво поднял лапы Джереми. – Ну так что, я так понимаю, у нас общие интересы относительно местной кухни?

– Ну да, видно, так, – ухмыльнулся Бучи, не обращая никакого внимания на вспыхнувшего Бара. – Дай я попробую твое пойло, с утра во рту этой черной бурды не было.

– Но это же не алкоголь, детектив, вы можете отравиться, – улыбнулся Джереми, допивая остатки кофе и наливая новую порцию из небольшого термоса.

– Иногда можно и отойти от традиций, – улыбнулся Бучи и сделал глоток. – Мда, божественно, ты у нас просто мастер. Ты ко всем так подкатываешь?

– Только к самым красивым.

– Вот, полюбуйтесь, Чеширский, как работает наш главный журналистский гвоздь в заднице. И помните, коммуникабельность – это основной ключ к раскрытию большинства дел. В этом чертовом городе ничто так не помогает, как вовремя приготовленный кофе, заботливо припасенный в небольшом термосе. Протяните его бандиту и можете брать его ещё тепленьким, так ведь, Джереми?

– Ага, вижу, ты решил раскрыть все мои секреты?

– Работа у меня такая, дружище.

– Странно, я думал, ты всё, на покой пошёл. Освальд разве не подписал приказ?

– Да подписал, но сказал вот подтянуть немного, ввести в курс дела.

– Рано тебе ещё. Поверь мне на слово.

– Да к черту всё, устал я. У меня билет уже до Лос-Анжелеса лежит, я там прикупил кое-что.

– Везет, скучать не будешь?

– По тебе если только, – улыбнулся Бучи и похлопал Джереми по плечу. – Ну что, я так понимаю, ты тоже по этой злополучной крысе. Неужели всё так плохо, что ты вдруг на бомжей перешёл?

– Давай не будем об этом. У меня и так уже мозоль от ваших шуток, лучше поделись, что имеешь.

– Это не ваше дело, – начал было Бар, но Бучи остановил его.

– Чеширски! Или немного прогуляйтесь, или не мешайте. Джереми хороший парень, я думал, Освальд уже это объяснил вам. Так что постарайтесь вести себя вежливо. Общее сотрудничество в наших интересах. К тому же, это не то дело, ради которого стоит драть глотки, верно ведь?

– Ну почему же, вонючий труп крысы в доках очень даже тянет на крупное дело, – улыбнулся Джереми, но тут же резко сменил тон. – Ладно, ладно, давай я начну, как-никак, я же должен вам первый помогать. В общем, знаю, что наш парень – наркоман и пару раз засветился у Люция. Пока все.

– Я, в общем-то, тоже не богат на сведения, примерно то же самое. Ты, кстати, говорил с ним?

– Нет ещё, но он вроде будет с минуты на минуту, так что надо просто подождать. Владеть наркопритоном непросто, постоянно провиант кончается.

– Господи Иисусе, Святая Кошка, да как вы вообще можете так говорить? Надо взять этого дилера, привезти в участок и допросить на месте, – злобно прошипел Бар. – А мы тут сидим, ждем его. Это не мы, а он к нам должен приходить в гости. По нашему первому вызову.

– Ого, сколько напора. И все такие?

– Да нет, Звери в основном зарабатывать идут, идейный пока один, – с грустью заметил Бучи.

– Значит, тогда вас уже двое. Неплохо для среднего участка.

– Ну почему двое, ты тоже взяток не берешь. Стало быть, трое.

– Это ты так меня приглашаешь с вами прокатиться?

– А почему нет? У тебя все равно машины нет и, я уверен, ты потом в доки поедешь, какая разница, с нами или без нас ты там будешь. Джереми, это последние деньки. Можно немного и нарушить правила общей работы. Да и заодно привыкнешь к нашему молодому коту. Уверен, вы быстро подружитесь.

– Ага, только вот твой молодой кот сейчас убежит.

– В смысле? – спросил Бучи и повернулся к Бару, который, словно замерший перед атакой хищник, не сводил глаз с двери, где топтался в нерешительности Люциус. Этот невысокий долговязый, как обычно, в порванном черном балахоне испорченный крыс, явно не был готов к такой большой компании посреди собственной кухни, к тому же Чеширски никак не производил вида полицейского, способного к компромиссу.

– Спокойно, Люциус, мы все тут друзья, не вздумай, – начал медленно Бучи, но заметив, как Бар изготовился к прыжку, лишь добавил: – твою мать, я слишком стар для всего этого.

После чего крыс рванулся с места, а Чеширски, едва не выбив дверь, помчался за ним следом.

– Что, до машины? – тихо спросил Джереми, забирая кружку.

– Да, давай. Уверен, он притащит его туда.

– Думаешь, догонит? – задумчиво спросил барсук, поглядывая на тёмный вонючий коридор.

– Готов поспорить на десятку, – хмыкнул Бучи.

– Почему бы и нет, только предлагаю поднять до двадцати, не хочу упустить возможность утереть тебе нос.

– Хорошо. Двадцать– так двадцать.

– Вижу, он тебе понравился.

– Да, это хороший коп, только пока слишком молодой, – обронил Бучи, выходя из квартиры и посматривая на едва не выбитую дверь. – Впрочем, я тоже таким когда-то был. Разве что немного поздоровее, но это больше плюс, чем минус.

Глава третья

Крысы, кошки, собаки

Петляя между коридоров, Чеширски мысленно поблагодарил крысу за ту любезность, которую тот ему оказал. Находиться рядом с этим барсуком и не съездить по его наглой морде было сверх его сил. А тут и бег, и возможность отработать дилера. Перемахнув через лестничный пролёт, Бар почти достал ловкача, схватив его за край балахона, но крысеныш ловко вывернулся и снова бросился наутек, подарив одежду преследователю. Сплюнув, Чеширски выкинул подарок и снова рванулся за дилером, догнав его этажом выше, когда тот вошел носом в одну из ближайших дверей.

– Прошу сохранять спокойствие, это полицейская операция, – довольно сказал он, открывая лапой запачканную кровью дверь.– Мистер Люций прав, я думаю, вам читать не надо.

– Как бы тебе их сейчас не зачитали, хвостатый уродец, – зло прошипел Люций, вытирая разбитый нос. – Ты что думаешь, если коп, то всё можно?

Бар задумчиво посмотрел на обитателей квартиры. Это было три точно таких же тощих крысы, только две почему-то в белых майках, а третья вообще лишь в рваных штанах. Быстро оценив обстановку, он полез было за пистолетом, но тут же вспомнил, что оружие ему ещё не успели выдать, а сам он не особо настаивал, полагая, что первый день сможет обойтись без него.

– Что случилось, кошечка, потерял что-то? – высунув свои отвратительные длинные зубы, послюнявил один из наркоманов, вытаскивая нож. – Щас мы тебя резать будем, котик, медленно и нежно, аккуратно так, чтобы в холодильник уместился.

– Не пугай его, Джек, он же может уйти, будь поласковей с гостем, – вставил тот, что был в одних штанах.– Я слышал, кошки сейчас пугливые стали, нет-нет, да и драпают от настоящих крыс. Хотя…Ты же нас не боишься, малыш?

– Я здесь не вижу настоящих крыс, видимо, кто-то с мышью согрешил, вот и получилось непонятно что, – мягко сказал Бар, немного отходя от стены. – Впрочем, вы всё равно уже угрожаете полицейскому, так что давайте сразу приступим к делу. Только заранее попрошу, постарайтесь не касаться голым хвостом, это просто омерзительно.

– Какой дерзкий! Люций, ты уж извини, но эту скотину я порежу очень сильно. Билли, зайди слева, парень-то у нас крупный, постараемся, чтобы поменьше полок поломал, как-никак нам тут ещё жить.

Бар молча ждал, пока все трое выйдут из-за стола и направятся в его сторону. Закрытое окно давало неплохой шанс, и поэтому он лишь выжидал момент, когда можно будет напасть. Прокуренные крысы совсем забыли, с кем имеют дело, к тому же, ему так хотелось разбить чей-то нос. Наконец расстояние сократилось до минимума, и резким движением Чеширски ударил по переключателю, подарив бою мрак.

– Твою ж мать! – только и успел прокричать один из нападавших, тут же получив удар, от которого отлетел к стене, собрав бесчисленные стаканы, кастрюли и прочую мелкую утварь, громко резанувшую по ушам.

– Он здесь!– крикнул второй, размашисто махнув кулаком по темноте. Но Бар уже нырнул под лапу и, зайдя сзади, ловко вывернул крысиное плечо, подарив общему шуму истошный визгливый крик.

– Ах ты, тварь! – резал ножом воздух последний из квартирантов, все время поглядывая в сторону кричавшего собрата. – Ну, иди сюда, давай, давай, иди, я тебе сейчас покажу, что такое боль, малыш.

– Не переживай, я рядом, – тихо произнес Чеширски, встав прямо перед ним, совсем близко.

Выпад, ещё, затем снова. Крыса махала ножом так, что, казалось, сталь начала свистеть, но всё равно не доставала Чеширски.

– Что же ты? Ну? Иди, ну?

– Сейчас, подожди секунду, – сказал Чеширски и, аккуратно подняв стул, что есть силы треснул им по голове крысы, моментально вырубив наркомана. – Ну вот и всё, а ты говорил – пугливые. Мы не пугливые, мы –осторожные.

Затем он подошёл к Люцию и, смачно приложившись, вырубил его, после чего перекинул через плечо и понёс в сторону двери, мурлыча под нос одну из старых хулиганских песенок про странную дружбу кота и крысы. Только вот фон немного сбивал. Как-никак, а оставшаяся в сознании крыса продолжала неистово орать.

Выйдя на дневной свет, Бар прищурился. После столь дружелюбного полумрака дома солнце ужасно слепило. И всё же при столь ярком свете он успел заметить, как Джереми недовольно протянул двадцатку Бучи, скривившись так, как будто отдал новенький шевроле.

–Что с ним, Чеширски? Насколько я помню, он убегал на своих двоих, – сказал Бучи, задумчиво осматривая дилера.

– Упал, неаккуратный очень, – выдохнул Бар, кладя тело на капот. – Крысы плохо видят в темноте, а там так много луж.

– А это что? Кровь?

– Там бетонные стены, а тело – мягкий предмет.

– Он хоть живой?

– Дышит. С ним всё в полном порядке, просто может немного нервничать, когда очнётся. Испугался, так бывает. Как известно, крысы очень ранимые существа.

–Да, теперь понятно, почему вы так спелись, – мрачно заметил Джереми. – Чеширски, а вы понимаете, что он, по сути, ни в чем не обвинён?       – Если это так, то никто не будет убегать от полицейских, а если убегает,значит, есть что скрывать. А если есть что скрывать, да к тому же от полицейских, то это надо проверить. Так ведь, детектив Бучи?

– Конечно. Ты, как всегда, прав. Давай, приведи его в чувство, поболтаем с этим парнем.

– Но сэр, его надо везти в участок, – запротестовал Чеширски.

– Ты с ума сошел? Чтобы эта вонючка села в мою машину? Да я его даже в багажник не положу.

– Но, сэр!

– Вот когда у тебя будет своя машина, тогда и будешь возить кого хочешь, а сейчас он останется здесь. Всё, спор окончен. А теперь надо привести нашего друга в чувство. И давай без фанатизма, это не самое дешевое пойло, – заботливо сказал Хайнлайн и протянул Бару коричневую бутылку.

– Это что? Виски? – спросил Чеширски, недоуменно разглядывая бутылку. – Сэр, вы что? Пьете на работе?

– Вот так новость, да? Пьющий детектив, – улыбнулся Джереми, покачав головой. – Да к тому же уже почти на пенсии. Считаю, нужно на него подать жалобу, уверен, никто об этом не знает. Это, кстати, минус половина пенсии, дружище, ты вообще в курсе, чем это грозит?

– Очень смешно, – буркнул Бучи и, взяв из лап Бара бутылку, аккуратно плеснул несколько капель на окровавленную морду крысы, которая тут же засопела и замычала.

– Но, сэр, так же нельзя.

– Да, да, да, – словно от мелкой мухи отмахнулся от Чеширски детектив. – О, смотри, пошла реакция! Кстати, Джимми мне по сорок баксов теперь продает, совсем скупердяем стал.

– Да, алкоголизм теперь дорогое удовольствие, – задумчиво резюмировал Джереми, нюхая виски. – Кстати, действительно неплохо, видимо, он не для всех бодяжит. Признайся, чем ты его взял? Не говори, что милой улыбкой.

– Жалостливыми старыми глазами.

– Это сила, я бы тебе тоже всё что угодно продал.

– Твою мать, где я? – прервал их жалобный голос крысы. – Кто вы?

– Заканчивай, Люций, оставь свои дешевые игры для других. Лучше поведай нам, что с беднягой в доках произошло. И не надо мне тут петь, что ты это первый раз слышишь.

– А я петь и не собираюсь, – скривился Люциус, сплевывая кровь. – Ты, видимо, совсем тупой стал, это же доки, а там хозяйничает Толстый кот, так что, причём тут я, с ним и разбирайтесь, ты же сам в курсе, как он к нам относится.

– Толстый кот? – нахмурился Бар.

– Ну да, мистер Толстопуз. Наверное, самый хитрый из котов, – вздохнул Бучи и задумчиво приложился к бутылке.

Глава четвертая

Главное – это рыба

Доки, которые Чеширски всегда представлял как нечто большое, выглядели совсем не так, как это часто показывали в фильмах. Вместо просторных ангаров, где могли швартоваться гигантские промысловые суда, порт принимал лишь небольшие рыбацкие лодки, которые могли похвастаться разве что парой тонн свежей рыбы. И всё же, это было очень прибыльное место, так как океанская рыба была одним из самых лакомых кусков, наравне с игорными домами и борделями.

– Ты здесь в первый раз? – спросил Джереми.

– Да, первый, – признался Бар, отворачиваясь от стекла.

– Ничего, уверен, скоро ты сюда ещё наездишься.

– В смысле?

– Ну как, скоро здесь будет самая настоящая война.

– Война?

– Да, война.

– И кто с кем будет воевать?

– Да много кто, это такое место, что каждый захочет урвать кусок.

– Заканчивай, Джереми, – недовольно буркнул Бучи. – Ты со своими прогнозами достал уже. У тебя же целая колонка для этой фигни.

– Между прочим, я делаю твою работу. Это ты должен объяснять юному дарованию, что у вас тут происходит.

– Ты лучше бы место мне поискал, – ответил детектив, высматривая место для парковки. – Как обычно, еле встанешь.

Впрочем, удача, как всегда, способствовала детективу Хайнлайну и ему удалось пристроить машину возле небольшого серенького пикапа, почти полностью забитого рыбой, запах которой проникал даже через закрытое стекло автомобиля.

– Подъем, хвостатые, не будем заставлять нашего кота ждать, – сказал Бучи, вытаскивая ключи из замка зажигания.

– Что касается меня, то я мог бы остаться и здесь, – аккуратно заметил Джереми. – Я уверен, вам двоим будет проще общаться с сородичем, если меня не будет рядом.

Хайнлайн перевесил локоть через спинку кресла и лукаво улыбнулся, – что-то я не припомню твоих конфликтов с Арчи. Или, быть может, ты мне что-то не рассказал? А?

– Это называется разумность, Бучи, здесь нет подводных камней. Ну что ты как в первый раз. Вспомни мое правило: журналист всегда должен быть кристально честным и открытым для разумных идей.

– Ты это Дизи расскажи.

– Детектив! – вспыхнул Джереми. – Это просто сплетни. Мы же вроде договаривались, что ты не будешь поднимать эту тему.

– Ну, забыл, прости, – бросил Бучи и вышел из машины. Чеширски вылез следом.

Отойдя от машины шагов на десять и пройдя ограду, Чеширски заметил, что барсук так и сверлит детектива взглядом.

– Что, смотрит? – улыбнулся Хайнлайн.

– Да, смотрит.

– Ну, это нормально. Барсуки вообще обидчивые звери и, кстати, я очень советую никогда не поднимать любовные темы нашего ловеласа журналиста, он очень остро на них реагирует.