Психоз

Предчувствие

Игорь открыл глаза. Снова сон. Очередной страшный сон. Он поднялся, сделал разминку, умылся, почистил зубы. Достал одну из белых чистых рубашек. Затем сделал первоклассный капучино с двумя кусочками сахара и хрустящим хлебцем. Иногда он позволял себе кофе, но лишь когда был выходной. В основном же Игорь предпочитал свежевыжатый апельсиновый сок. Ведь эстетика человека должна проявляться, прежде всего, в упорядоченности, чистоте и подготовленности. А что, как не пища и пробуждение подтверждают это?

Закончив с завтраком и разминкой, он вышел на улицу. Сегодня было много дел. Нужно было подготовиться к очередному выходу в фильм. Тем более, это было не совсем обычное кино, а ужастик, для которого нужна особая группа.

Он нажал кнопку лифта, и палец невольно задержался на кнопке. Эти сны… Они как предчувствие. Раньше у него никогда такого не было. Но теперь… Теперь все изменилось. Всё, благодаря этому «Инциденту». Когда выпорхнувшая из портала тварь вырвалась наружу и зацепила девочку, кишки которой нашли лишь через сутки на крыше соседнего дома.

Двери лифта открылись, и Игорь увидел соседку. Это она первая заметила кровь возле подъезда, когда крылатая бестия, подхватив когтями ребенка, понесла его на крышу. Хорошо, что монстра не увидела, благо, была ночь. Игорь вежливо поздоровался. Ему не хотелось с ней говорить. Да и Анастасия Петровна не ограничилась бы минутным разговором, впрочем, собственно, как и десятиминутным. Ещё бы, такое событие. Кто-то сожрал человека.

Плеханов вышел на улицу. Была зима. Снежная, мягкая зима. Ни влаги, ни ветра. Отменный хрустящий снег и яркое солнце. Но блаженство длилось недолго, так как именно в такую погоду кровь видна особенно ярко. Перед глазами снова замаячила картина красного снега, который вчерашним утром так сильно волновал всех жителей района.

Спустившись в подвал, он застал Травкина, но это было нормально, так как после смерти девочки он сам дал всем выходной. Что же касается Романа, то он все равно почти всё свое время проводил тут. Проверив Систему защиты, Игорь похлопал его по плечу. Он знал, что Травкин был особенно чувствителен к детским смертям. Это подтверждали его психологические тесты.

– Не доверяешь мне? – усмехнулся Роман, поворачиваясь в кресле.

– Перепроверяю.

– Считаешь, я виноват в этом?

Игорь повернулся и посмотрел на экран. Меньше всего ему хотелось начинать эту абсолютно ненужную дискуссию насчет того, кто виноват. Это была общая ошибка. Виноваты все. А больше всего, конечно, он сам. Но и снимать груз ответственности с подчинённых тоже не следовало.

– Все виноваты.

– Это понятно, но… В общем, я тут немного поразмыслил, и у меня появилась идея. Мы же можем помочь этой семье, подкинуть денег. Я даже план разработал. Всю ночь думал, как это осуществить, чтобы нас не обнаружили.

– Хочешь поиграть в «Тимура и его команду»? – Игорь отвлекся от монитора. – Одна ошибка не должна тащить за собой вторую. Пусть это будет уроком, который мы больше не будем повторять. Что же касается помощи, боюсь, никаких денег не хватит, чтобы залатать утерю дочери. И ты это знаешь.

– Но что-то мы должны сделать?

– Повторяю ещё раз. Мы должны больше не допускать этих промахов. Ты проверял Ударова на инфекцию повторно?

– Да. Вот анализы, он абсолютно чист.

Игорь посмотрел на монитор. Данные Ударова действительно были превосходными. Словно его и не кусала эта болотная зараза. Но всё же, это тоже было нехорошо, так как эти укусы также были недоработкой. А что, если бы она не попала в шею, и тогда смертей было бы две. Игорь заметил кофе. Странно, раньше он не видел, чтобы Травкин держал чашку на рабочем месте.

– Этого не должно быть здесь, – тихо сказал он, поднимая кружку. – Кто разрешил?

– Никто. Я перенервничал немного.

– Иди домой. Я посмотрю за аппаратурой, – заметил Игорь, протягивая ему кружку. – Тут должен быть порядок.

– Да, да. Хорошо.

Плеханов пробежался по клавиатуре. Фон района был чист, никаких следов проникновения за периметр, кладок или ещё какой-либо гадости от их слизистого гостя. Только жертва. Невинная жертва. Тут лифт снова зашумел.

– Что-то забыл? – не поворачивая головы, спросил Игорь.

– Нет, просто дома скучно, – раздался голос Чирвина.

Игорь развернулся. Чирвин был вторым после него проникателем по эффективности работы с ужасами. Или, быть может, равным, тут мнения расходились. С его точки зрения – вторым, с точки зрения Чирвина – первым.

– Ты же вроде отдыхаешь? Нет денег на кино?

– Да какое сейчас от него удовольствие, – улыбнулся Дмитрий, показывая на синий фон экрана. – Я смотрю, всё у вас хорошо.

– Как и у тебя.

– Все когда-то умирают. Кто-то раньше, кто-то позже. О, кофе! Боже, что бы я ни отдал, чтобы оно оказалось с утра в моей постели, – он подошёл и, похрустев шеей, поднял кружку. – Причем вроде недурно. Ты готовил?

– Сюда с кофе нельзя.

– Входить – да. Но оно же тут стояло. Я, наоборот, помогаю от него избавиться, брат.

Игорь тихо вздохнул. С некоторыми людьми сложно вести диалог, и Чирвин был одним из них. Пожалуй, самый сложный человек из их команды. К тому же, все психологические тесты, которые он прошёл, выдавали совершенно противоположные результаты.

– Знаешь, я тут понял одну вещь. Девочка нам помогла. Зараженец искал калорийное мясо для кладки яиц. И если бы не она, то он улетел куда подальше. А так, он задержался кормежкой. И мы смогли его достать.

– Это ты к чему вообще?

– Хотел тебя успокоить, – развел руками Чирвин. – Как бы все не просто так.

– Ты что, идиот?

– Ну вот. Хотел помочь, а вместо благодарности – оскорбления.

– Знаешь, если уж пришёл, сходи, потренируйся. Займи себя делом. Дай мне побыть одному.

– Окей, но ниче, если с кофе? Ты же сам сказал, он тут ни к месту, – Дмитрий улыбнулся, направив палец на чашку. – И, если тебе это поможет, у неё родители были алкашами.

– Исчезни наконец! – буркнул Игорь.

Когда Дмитрий ушел, он снова развернулся к экрану. Увы, но как бы этого не хотелось признавать, Чирвин был действительно прав, если бы не девочка, то, возможно, у них было бы куда больше проблем с куда менее прогнозируемым результатом. И всё же, он был уверен, что жертвы вполне можно было избежать. И злиться надо было не на Чирвина, а лишь на себя, так как именно он отвечает за подвал, являясь тут главным.

Поиск ошибок

Игорь раз за разом просматривал запись вылета твари из портала. Это произошло сразу же после того, как они вошли в фильм. Каким-то чудом заразитель смог обойти их со спины и прошмыгнуть в портал. Конечно, для слизистой структуры, способной просочиться в любую щель, это, в принципе, не сложно. Но для них, двух профессиональных проникателей, да ещё под витаминами, не услышать, как мутант подполз сзади – неслыханная ошибка. И, более того, они пошли дальше.

Игорь нажал на паузу. После того, как слизень попал в реальность, он поступил очень осмотрительно, прошмыгнув мимо Романа, слившись с полом, поставив своей целью выживание любым путём. Удивительно, как он всё же умеет приспосабливаться под новое окружение.

Плеханов снова перемотал запись. Плавный, невидимый, явно недооцененный противник. А ведь в фильме они справились с таким. Но опять же, он был занят перевариванием жертвы. Впрочем, как и в реальности. Нет, это явно недоработка. И он знает, в чем. Нужно больше эффективности препаратов. Так как основная ошибка лежит именно на проникателях. Они не заметили тварь.

Он посмотрел на монитор. Несомненно, это одна из самых ужасных смертей, так как прежде, чем сожрать, эта тварь обхватывает жертву двумя склизкими краями, обжигая органической слизью, затем вводит жало, обездвиживающее жертву. А когда сопротивление угасло, заразитель разрезает живот и вываливает кишки, начиная медленно поглощать плоть. Да, ужасная смерть. Игорь переключил запись фильма на камеры в подвале. Нет, на сегодня точно хватит.

Он поднялся и вышел в холл. Оказывается, Чирвин и не думал тренироваться, вместо этого он развалился на диване и пил кофе, задумчиво разглядывая бетонную стену. Плеханов сел напротив. Он был уверен, что он (тот) неспроста задержался. Чирвин улыбнулся. Но у этого парня даже улыбка была какой-то мерзкой.

– Мне кажется, у нас одни и те же мысли. Как думаешь? – скривился Чирвин, ставя стакан на стол.

– Это какие же?

– Как? Ты же понимаешь, почему это все произошло. Верно? Просто вчера мы были так сильно заняты, что не смогли поговорить об этом. Но сейчас, когда никого нет… Нет ни паникёров, ни Дианы с её вечным «ой, ой, ой», мы можем нормально обсудить сложившуюся ситуацию.

– К чему ты ведешь?

– Доза. Она становится либо слабее, либо мы к ней привыкаем. Либо фильмы меняются. Но, в любом случае, её надо увеличивать. Ты пойми, ведь вчера был современный ужастик. В котором спецэффекты лучше и твари более быстрые. Раньше нам попадались кукольные монстры. Они неповоротливы и менее умны. Хотя, нет. Может и умны, но явно менее поворотливы. А что же касается прозрачности, так это вообще впервые.

– И что ты предлагаешь?

– Я же сказал. Всему виной доза. Мы вряд ли сможем изобрести новый витамин. Поэтому, я считаю, надо увеличить дозу. Травкин – он не химик-гений, сам понимаешь. Витамины нам предоставил Аристократ. Вчера мы употребили максимум из того, что есть. Вывод – надо увеличивать дозу.

– А разве дело не в том, что мы просто тварь не заметили?

– Да ладно! Нельзя всё время фонарем по стенам шарить в поисках врага. Мы должны чувствовать их. Ощущать всем телом. Слышать, наконец. Ты вспомни, как год назад мы разбирались с подобными монстрами. Они мне казались улитками, их скорость ни в какое сравнение с нашей не шла. А теперь? Мы просто не поспеваем за прогрессом. Это компьютерные эффекты сделали из них самых настоящих убийц.

Игорь задумался. В словах Чирвина был смысл. Тварь, которая проползла в метре от них, раньше никогда не прошла бы так незаметно. Теперь же это было фактом. И, что самое печальное, для кого-то летальным. Но увеличивать дозу? Без вмешательства Аристократа это было рискованным шагом. Впрочем, судя по всему, доброволец у них уже был.

– Я так понимаю, ты хочешь испытать её на себе?

– Не на Диане же её испытывать.

– Что-то ты без неё уже жить не можешь.

– Мне нравится имя.

– Этот вариант надо обдумать.

– Боюсь, у нас, как обычно, нет на это время. Ты же знаешь, среди остальных фильмов нет простых ламповых ужастиков в стиле восьмидесятых. Там все сплошняком компьютерные ужасы. Боюсь, мы так не успеем отчитаться по выполненным работам. Год ведь только начался. И уже такая лажа.

– Один труп есть. Ты хочешь ещё?

– Они и так будут. Это лишь первый звоночек.

– Значит, буду ходить я. И я буду более внимательным.

– В следующем фильме наш монстр перемещается так быстро, что в него попасть не могут. Причем снято всё очень натурально. И здесь дело не в боеприпасах. В него просто не могут попасть. Понимаешь?

– Сказал же, что пойду я. Но мне очень приятно, что ты переживаешь.

– Босс, тебя просто разорвут. Этот, как его, хищник, или преторианец, он не по зубам тебе. Я думаю, ты не то, что ногу ему не отстрелишь, ты даже не поцарапаешь его. А лапы у него сильные. Подпустить и вытерпеть первую атаку не получится. Он металл рвал в фильме. Я просто вчера весь вечер на просмотр и изучение убил. Крайне опасная тварь.

– И всё равно – нет.

– Как знаешь, как знаешь. Мое дело попытаться донести. Ведь мы же друзья, – произнес Чирвин, поднимаясь.

– Это понятно, но зачем тебе это? – нахмурился Игорь. – В чем тебе польза от новой дозы?

– Я же сказал, чувствую привыкание. Кайф уже не тот. Хочется чего-то нового. Может, я старею, конечно, кто знает.

– Мы все стареем, Дима.

– Ну да, ну да. Спасибо за кофе.

– Это Травкину.

– Спасибо, значит, ему.

Чирвин поднялся и пошёл к двери. Игорю, конечно, хотелось понять, что у того в голове, но, с другой стороны, это было небезопасно. Из всей их команды этот был, пожалуй, самый отмороженный. И всё же, все же… Он снова был прав. Что за день-то такой, когда два раза подряд Чирвин задает тон разговора.

В гостях

Ударов резал картошку, лук, огурцы, капусту, морковку, мясо почти одинаково. Либо в два куска, либо в четыре. Никаких измельчений, все шло в кипящую воду почти таким, каким родилось на свет божий, разве что без шкурки. Притом в его больших ладонях выглядело всё это почти нормально. Можно сказать, аккуратно. Бережно засыпав овощи и мясо, он немного скривился. Хоть и обработанная, рана всё же давала о себе знать, так как от регенерации он привычно отказался.

Закончив с похлебкой, Антон, бережно взяв чайник, налил две чашки и, разбавив их заваркой, сел напротив, пододвинув Игорю варенье.

– Вот. От мамы привез, – улыбнулся он щербатым ртом. Очень вкусное.

– Да. Неплохое. Как рука?

– Немного побаливает, но в целом все хорошо.

– Стрелять сможешь?

– Да.

Игорь внимательно посмотрел на Антона. В его физической составляющей он особо не сомневался, а вот в моральной… Он сделал глоток чая и аккуратно поставил чашку на фарфоровое блюдце.

– Скоро ты мне понадобишься. И, скорее всего, тварь будет серьезнее предыдущей.

– Хорошо, – Ударов посмотрел в чашку, медленно мешая ложечкой чай.

– Ты в норме?

– Ты же не зря пришел, верно? – ухмыльнулся Антон. – Да, эта девочка, она немного меня задела. Понимаешь, там мы убивали мужиков, я почти не видел детей, и там была война. А тут… Тут мирная жизнь. И вот смерть. И какая? Ради чего? И ладно, Чирвин, Брутальный, они получают кайф и не задумываются. Но…

– Ты? Какая польза тебе, ты это хотел сказать? Ради чего ты здесь?

– Да. Можно и так сказать.

– Ты защищаешь людей. Но сейчас не это главное. Ведь, по сути, здесь же вопрос не в том, ради чего всё это, а в том, что ты просто не справился. Ты ведь ответственный за безопасность.

– И? – Антон поднял глаза.

– А что и? Стоило тебе упустить тварь, как ты стал думать, зачем мы этим занимаемся. Разве бы ты думал так, если бы пробил ей череп из своего револьвера в подвале? Думаю, нет. Ты бы радовался меткому выстрелу и ещё неделю нам хвастал, что обошелся без витаминов.

– Хочешь взбодрить меня?

– Я хочу, чтобы ты был в форме. Чтобы больше не было осечек. Так как теперь всё будет немного сложнее. Тварь будет ещё опаснее. И если что-то пойдет не так, ты единственный, кто сможет остановить её.

– Прямо-таки единственный. Пока у нас есть витамины, а Брутальный и Чирвин куда лучше меня. Просто у них должности другие.

– Нет. Брутальный пойдет со мной. А Чирвин будет дома.

– Вы пойдете вдвоём?

– Да.

– Не уверен, что это правильная идея.

– Другого выбора нет.

– Подожди, а монстр, это тот, что на корабле с хитиновым покроем?

– Да. Большой, опасный и очень быстрый.

– На такого лучше растяжки ставить.

– Только не у нас. Если хочешь, можешь подвал заминировать, только потом сам всё снимать будешь.

– Неужели все настолько плохо?

– Увы, тварь появлялась в фильме не часто, и подобрать момент для входа, чтобы застать её врасплох, проблематично.

– А что, если она вырвется на волю? И мы уже не сможем остановить? Что, если я опять упущу её? Что, если она начнёт размножаться? Ты ведь не думаешь, что наша доблестная полиция и разложившаяся армия смогут её убить в течение двадцати четырех часов?

– Поэтому её и не надо выпускать из подвала. В этом и состоит твоя задача.

– Хорошо. Тогда дай мне доступ к пульту самоуничтожения.

– Ничего себе, а без этого никак нельзя?

– А что? Испугался за свою шкуру?

Игорь сделал ещё один глоток. Всё же он был прав, сделав ставку на Ударова. Этот не станет задумываться и сумеет нажать кнопку, если тварь выползет наружу. Осталось лишь ещё немного посопротивляться и все. Цель его встречи выполнена. Ведь ни Диана, ни остальные ни за что не нажмут кнопку в критический момент, чего нельзя сказать об этом светловолосом парне с широкой добродушной улыбкой.

– Я дам тебе доступ. Но только на одну миссию.

Допив чай, Игорь поблагодарил Антона и вышел на улицу. Теперь он чувствовал себя легче, ведь после того, как столько десятков тонн обрушится на их лабораторию, никто и ничто не сумеет выбраться из подвала живым. Что касаемо подобранных артефактов, то их почти нет. А ленточка от женской сумки и старый пробитый скафандр из недавнего фильма сгорят в огне взрыва. И все же, все же это смерть. Как ни печально это сознавать. Он посмотрел на снег. Он был чистым, белоснежным, невинным.

Оно опасно

Игорь ещё раз проверил автомат, все же затвор был немного туговат. Он посмотрел на Брутального, тот, как всегда, был бодрячком в своей неизменной тельняшке.

– Быстро входим, расстреливаем и выходим. Никаких лишних движений, если первая атака провалилась. Это понятно?

– Да, понятно, понятно.

– Роман, долго ждать?

– Нет. Итак. Раз, два, три! – воскликнул Роман, открывая портал.

Игорь повернулся к зеркалу, по которому пошла рябь и через несколько секунд он увидел тварь, задержавшуюся возле спасательного шлюза. Единственная сцена, где она находилась в полный рост и была возможность с первых секунд отстрелить ей конечность.

Вскинув автомат, Плеханов молниеносно прошёл сквозь портал, открывая огонь на поражение и не давая ни малейшего шанса ускользнуть. Тварь злобно взвизгнула и рванулась в сторону, но дело было сделано, левая нога была оторвана разрывными пулями.

– Вот это уровень! – подбадривающее сказал Никита, подходя сзади. – Я думал, нам как минимум три вхождения понадобится, а ты с первого раза! Тебе что, злость помогает? А? Ты ведь с самого утра немного не в себе.

– Она ушла налево. Подстрахуй, – тихо сказал Плеханов, не опуская автомат. – Уверен, она вполне боеспособна.

– Конечно, ты же ей просто ногу отстрелил, – ухмыльнулся Никита, поворачиваясь в сторону выглядывающих из-за угла главных героев фильма. – Так, без паники, мы свои.

Их было двое. Пожилой мужчина, он же профессор, и молодая девушка, его ассистент. Оба заманивали существо в ловушку так, чтобы выбросить в открытый космос. Но внезапная атака Плеханова сбила их план.

Игорь почти дошёл до тонкой когтистой лапы. Эх, сколько бы он отдал, чтобы понять, зачем Аристократу эта вонючая лапа. Выглянув из-за угла, он убедился, что коридор чист и, держа автомат наготове, он свободной рукой подобрал трофей. Весил он примерно килограммов пятнадцать.

Но едва он оторвал её от земли, как крышка канализационного люка распахнулась, и длинный ребристый хвост распорол ему руку, заставив выронить автомат. Доли секунды, едва уловимое движение, но его хватило, чтобы полностью лишь его боеспособности. Обернувшись на шум, Никита дал очередь, которая, злобно скользнув по стенке, не причинила твари ни малейшего вреда, ловко скользнувшей в канализационный люк.

– Держись подальше от них, – простонал Игорь, заметил ещё три таких же отверстия в коридоре. – Черт бы её побрал!

Он вытащил ремень и пережал артерию. Пусть он и под дозой, но витамины не умеют быстро останавливать кровь. А времени у них было немного. Очень немного.

– Сейчас, минуту, – сказал Никита, оттаскивая его от люка.

– Лапа. Бери лапу. Я в норме.

– Я вижу.

Тут снова раздался крик, но уже женский. Перебравшись в конец коридора, монстр напал на профессора, разорвав ему горло, но упустив при этом девушку, бросившуюся к ним. С обезумевшими от ужаса глазами, она едва не сбила Брутального с ног, пытаясь найти спасение у этих странных, непонятно откуда появившихся незнакомцев. Брутальный оттолкнул её к стенке, но поздно. Снова промахнувшись по твари, он лишь заставил её исчезнуть в люке.

– Да что ж такое! – сплюнул он, вынимая магазин. – Что за монстр такой?! Сука.

– Не стреляй, – тихо сказал Игорь, подымаясь. – Просто держи пока на мушке.

Он посмотрел в сторону портала. До него было метров пятнадцать, а до люка, в который сбежала тварь, метров десять. И вероятность того, что она нападет оттуда снова, была весьма высока. Он, с его разорванной рукой, вряд ли сможет хорошо подстраховать Брутального.

– Иди вперед, – подтолкнул Игорь девушку дулом автомата. – Слышишь меня?

Девушка испуганно посмотрела на него, затем на Никиту и, сложив руки, стала жалобно причитать, взывая о помощи. Брутальный скривился и, отвернувшись от этого взгляда, посмотрел на Игоря. Но тот был невозмутим.

– Не, ну это уже перебор.

– Ты два раза промазал. Я ранен. Если она увидит в портале людей, то нападет. Времени у нас почти нет. Все разговоры потом.

– Твою ж мать! Но нельзя же так! – Брутальный заскрипел зубами. – Что ты делаешь?

– Потом. Иди вперед, – тихо сказал Игорь, для острастки пальнув в стену.

Девушка нерешительно посмотрела на него. В её глазах читался ужас, но между выбором очевидной смерти и вероятного спасения, она выбрала второе, нерешительно переставляя ноги в сторону мертвого профессора и открытого портала. Впрочем, возможно, в её мозгу мелькнула спасительная мысль, что они хотят довести её до этого бледного полупрозрачного окна, где царила неизвестность и возможное спасение. Так это или нет, узнать не удалось, так как едва она поравнялось с люком, длинный ребристый хвост распорол ей живот, подняв сантиметров на десять над полом.

Брутальный в этот раз не промазал, прострелив хвост и брюхо мерзкому чудовищу, заставив его вылить лужу черной крови и отвратительных липких кишок. Расстреляв весь магазин, Никита быстро перезарядил автомат, но это уже не было нужно, так как буквально через пару секунд монстр вывалился из люка.

– Вот и всё, – заметил Брутальный, для верности прострелив ему голову. – Готов злодей.

– Хорошо, пошли. Не стоит тут задерживаться.

– Да уж, – опустил автомат Брутальный и, забрав из рук Игоря лапу, направился к порталу.

Отключив портал, Травкин сразу же приступил к лечению, отведя Игоря в процедурную и опробовав на нём почти весь спектр обеззараживающих препаратов. Стандартная процедура при ранении, хоть и весьма болезненная. Брутальному же повезло, убедившись, что его не задело, Травкин отпустил его, уделив минимальное внимание.