Книга пяти колец

Книга пяти колец. Часть 1.

Пролог.

Сидя в раздевалке, мы слышали, как конферансье распаляет публику. Народ хочет хлеба и зрелищ. А еще народ хочет крови, и сегодня он ее получит сполна, ведь сейчас финал суперкубка по настоящему вале-тудо. Не по тому балету, в которое превратилось ММА с обнимашками и кучей правил, а по старой доброй кровавой зарубе. Забинтованные кулаки, свободные удары головой и локтями, футбольные удары ногой и топтание на черепе противника, в общем, все, чтобы народ визжал от восторга и ужаса одновременно.

Алекс перестал вслушиваться в крики и нагнулся ко мне:

– Брат, работай по геймплану. Не рискуй, эта туша сейчас килограмм на двадцать тебя тяжелее. Нигер гоняет вес только в путь.

Алекс, мой одноклубник и близкий друг, сегодня был моим секундантом. Классный парень, вот только, когда нервничает, его не заткнуть.

Маурисио, мой второй секундант, отмахнулся:

– Алехандро, он знает все лучше нас с тобой. Все обговорено уже не раз. Ян выйдет и отработает на сто процентов. Как всегда..

Он, как и я, боец из зала Шуте Бокс. Криво ухмыльнувшись, Маурисио сказал:

– Твой выход, Ворон, – он подставил кулаки, по которым я тут же ударил. – Твой выход, Ворон, – повторил он едва слышно.

Грохочущий рев барабанов, вспышки файеров и клубы дыма. Эти ребята умеют делать шоу, даром что на службе у картелей. Сбросив парням балахон, я, игнорируя дверь клетки, с разбегу запрыгнул на ограждение и вскинул кулаки вверх, приветствуя толпу. Сальто через спину, и я уже в стойке.

В ночь с 31 октября на 1 ноября у мексиканцев праздник смерти, которая несет в себе жизнь. Вот картель Синалоа и решил порадовать публику кровавой зарубой двух принципиальных противников, а с тем гонораром, который мне предложили, отказываться было просто глупо. Хотя конкретно эту тварь я бы урыл и за бесплатно.

Мексиканская публика ревела от восторга. Отрешившись от всего, я исполнил традиционный для тайских боксеров танец – Рам Муай. Опустившись на колени, я позволил Маурисио снять с меня монгкон – повязку-талисман, которая со мной уже больше пятнадцати лет с тех пор, как я впервые вышел на профессиональный ринг.

– Убей эту годзиллу, брат. Пусть все ветры тебя хранят, – едва слышно прозвучали его слова, когда он снимал с меня повязку. Сложив ее в сумку, он легонько дунул на мой лоб, соблюдая традицию.

– Ян, он тяжелее тебя, не лезь в зарубу. Танцуй вокруг, отбей ему ноги и дыхалку. Его вес и сила – это не шутка, – Алекс перестал волноваться и переключился в состояние калькулятора. Он подмечал сейчас все, что происходило вокруг, и быстро смотрел записи с планшета. – Береги себя, брат.

– После боя выпьем по паре кружек. Идет, парни?

– Идет! – ребята вскинули кулаки, желая мне удачи. А я начал медленно дышать, готовясь к, наверное, самому сложному поединку за все мои тридцать пять лет.

Отрешившись от всего вокруг, я смотрел сквозь рефери, сквозь конферансье и сквозь моего противника. Мой мир сузился до меня самого. Боли нет. Смерти нет. Есть лишь путь. Есть лишь моя воля. Эта простая мантра позволяла мне выбросить все лишние мысли.

– В красном углу ринга пятикратный чемпион по вале-тудо в среднем весе! Безжалостный боец, о кулаки и локти которого сломалась не одна карьера! Достойный сын холодной России, – даже не оборачиваясь, я знал, что Алекс поднял наш трехцветный флаг, принятый как родной в жаркой Бразилии, а сейчас рядом взлетел флаг родины Маурисио. – Неподражаемый Ян Рейвен Воронов! Вес девяносто килограмм!

Зал взревел от восторга. Меня знали и любили за мой стиль боя, бескомпромиссный и безжалостный, за последние семь лет ни одного поражения, никаких судейских решений, только досрочная остановка боя.

– В синем углу ринга боец, отправивший на больничную койку больше десятка противников! Двухкратный чемпион по боям на голых кулаках! Чемпион в тяжелом весе по вале-тудо этого года! Безжалостный А-а-а-а-а-а-алигатор, – хотелось лишь одного: чтобы конферансье заткнулся и начался бой. Во мне начала закипать ярость, я хотел убить его за то, что эта сволочь специально покалечила моего товарища в бою за титул чемпиона в тяжелом весе, и теперь Игнат смотрит этот бой из больницы со сломанным позвоночником. – Дэниэл Хант из Америки! Сто семнадцать килограмм!

Выше на голову и серьезно тяжелее, этот мулат смотрел на меня, улыбаясь, а потом провел пальцем по горлу. Мой английский позволил прочитать по его губам слова: “Тебе хана, сосунок, я сломаю тебя, как и твоего дружка”. Рефери, подойдя к нам, начал говорить стандартные фразы про соблюдение правил и прочее. Нам обоим было плевать, мы пришли сюда за скальпами друг друга. Проведя ладонью по своей выбритой наголо голове, я улыбнулся, глядя в глаза этой твари. Человек с более слабыми нервами от этой улыбки предпочел бы бежать куда подальше.

Гонг.

Мы не тратили время на приветствие. Этот носорог рванул ко мне, пытаясь угробить меня градом ударов кулаками. В голове мелькнула мысль: “Ты идиот?”, пока тело само сместилось с линии атаки, одновременно вбивая голень в его бедро.

Танец со смертью начался. Он был сильнее и тяжелее, притом ощутимо, но моя скорость позволяла мне безнаказанно бить его ногами. Каждый удар его кулака мог поставить крест на дальнейшем бое. Удар. Удар. А вот и мой шанс. Я пропустил его связку в миллиметрах от лица и с резким разворотом вбил локоть ему в затылок – отличный бэкфист. И тут же ушел кувырком. “Что за хрень?”. Эта туша даже не пошатнулась. В глазах этого урода плескалась белесая муть. “Да он по уши накачан химией! Вот дерьмо!”. Химия химией, но у тела есть запас прочности, и моя задача, чтобы его прочка закончилась раньше моей. Я взвинтил темп, игнорируя маты Алекса и Маурисио, летящие из моего угла.

Я заставил его “съедать” каждый мой удар. Иногда работая в полную силу, иногда лишь обозначая. Его рефлексы играли против него, тем более под химией. Год за годом каждый из нас приучает себя к тому, что удар надо уводить или блокировать, а значит, тратить силы. И сейчас Аллигатор получал сполна за каждую ошибку.

В мою грудь словно врезался грузовик. Один пропущенный удар, и я потерял темп. В следующий миг меня уже пытались уронить в партер. Хрена с два. Я рухнул на колени, гася энергию его рывка, и тут же обрушил град ударов на его затылок. Не обращая на них внимания, он пытался занять позицию, чтобы меня сломать.

Гонг.

Рефлекторно я остановил удар, но в следующий миг начал насыпать дальше, поскольку американец не собирался останавливать. Здоровенный рефери, явно бывший борец, влетел, разнимая нас. Я сразу же прекратил атаку.

– Я убью тебя, тварь! Я порву тебя, ублюдок! Сломаю, как твоего дружка! – с налитыми кровью глазами американец орал, пока его отводили в угол. Продолжай тратить кислород, мразь, мне же лучше.

– Ты какого хрена творишь? Ворон, у тебя мозг есть? – в два голоса почти орали мои секунданты.

– Парни. Он под химией. Притом плотно. Дайте лед, – я говорил короткими фразами, восстанавливая дыхание. Сейчас только дыхалка меня может спасти.

– Все серьезно? – Маурисио обернулся на Алекса, не забывая протирать меня льдом.

– Все просто полный песец. Ставки на Аллигатора взлетели до небес. Ставят, что он тебя угробит, брат.

– Посмотрим.

Гонг.

Следующая десятиминутка началась.

Лоу.

Второй.

Третий.

Мои удары ногами превращали его мышцы на бедрах в отбивную. Уйти от удара в лицо. Аллигатор несся на меня, как танк, осыпая тяжелыми ударами, от которых я постоянно смещался. Возвращая ему долги короткими, жесткими сериями. Хайкик в голову пошатнул эту тушу, а в следующий момент меня швырнули об канвас спиной. Эта сволочь стала двигаться на удивление быстро, словно атакующая кобра. Окровавленное лицо нависло надо мной. Удар, другой, третий. Он осыпал меня тяжелейшими ударами сверху. Удар костяшками на противоходе, и я отсушил ему нервы на руке.

Хрен тебе, а не партер, тварь. Спасибо нашим самбистам за поставленную технику.

Шаг вперед, и мой локоть разбил его нос. Апперкот, и его голова подпрыгнула, как мяч. Удар. Удар. Я превращал его в измочаленный кусок мяса, не давая ни малейшего шанса. Либо я его сломаю сейчас,либо мне хана!

Игнорируя все мои удары, он, словно окровавленный зомби, рванул вперед и схватил меня в охапку, стараясь раздавить.

– Сдохни, тварь! – ревел американец, залитый кровью. – Сдохни!

В глазах начало темнеть. Я услышал, как трещат мои ребра. В трансовом состоянии у меня была лишь одна мысль: убить!

Каким-то чудом я сумел вытащить правую руку из его захвата, и мой локоть сверху вниз обрушился на его лицо. Раз. Второй. Третий. Хруст костей…. А потом наступила темнота.

****

Я очнулся, стоя в незнакомом помещении. Тело рефлекторно сместилось в стойку.

Хлоп.

Хлоп.

Хлоп.

В тишине раздались негромкие аплодисменты.

– А ты хорош, Ян Raven Воронов, – в глазах прояснилось, и я увидел мужчину в стилизованной полумаске краснорожего демона из азиатских легенд. – Выпьешь? – он кивком указал мне на небольшую пиалу и чайничек.

– Что за херня происходит? Где я? И кто ты такой? – меня бесила сама ситуация. Еще и теплой рисовой водки предлагают хлебнуть. Откуда я знаю, что там именно рисовая водка, да еще и теплая?

– У меня для тебя несколько новостей, есть как плохие, так и хорошие. С каких начать? – он очень небрежным движением подхватил налитую пиалу и отхлебнул. Взгляд независимо от моего желания срисовывал сидящего. Судя по всему, этот тип был чуть ниже моих метра восьмидесяти ростом. Какой-то восточный костюм красно-черных тонов, судя по движениям, крайне удобный и меч. Именно он больше всего резанул мой взгляд. Какой нахрен меч в двадцать первом веке?

– Какая к черту разница?! Просто объясни, что тут происходит!

– Все просто и одновременно сложно:ты умер, – он отхлебнул еще раз. – Для тебя это плохая новость, – посмотрев на мое лицо, он ответил на не заданный мною вопрос: – Этот громила сломал тебе шесть ребер. Осколки пробили легкие и сердце. А вот тебе хорошая новость:ты не проиграл. Своими локтями ты расколол череп противнику. Чисто технически ты был еще жив, когда его мозги расплескались на ринг.

Я стоял в шоке, не зная, что сказать. Я – труп, и я же стою тут, рядом с пьющим саке азиатом. Может, у меня глюки? Аллигатор отбил мне башку, и я ничего не помню. Я поймал доброжелательный взгляд моего таинственного собеседника. Он покачал головой, будто читая мои мысли.

– Что это за место? Чистилище? А ты, типа, решаешь, куда мне двинуться дальше, тогда почему азиатский наряд? – от шока я задавал один вопрос за другим. Мужчина поднял вверх руку, жестом прерывая мой поток вопросов.

– Чистилище? – он на мгновение задумался, словно пробуя это слово на вкус. – Можно и так сказать, но выбор, куда ты двинешься дальше, лишь за тобой.

Я завис на несколько секунд, переваривая информацию. Хуже всего принимать решения на эмоциях. Глубокий вдох через нос, медленный выдох через рот. Привычное действие отрезвляюще на меня повлияло, а на губах “краснорожего” заиграла улыбка.

– И какой у меня выбор? Да и причем тут ты? – произнес я, глядя прямо в его черные глаза.

– Меня зовут Даитэнгу,есть предложение для тебя.

– От которого я не смогу отказаться, – перебил я его.

– Хватит! – в его голосе звучал металл. – Само Небо решило дать тебе еще один шанс. По великим законам твоя душа должна сейчас уйти на круг перерождения, но так получилось, что твоя душа созвучна моей. И поэтому я могу дать тебе новый шанс сохранить свою память, свои знания и возможность жить дальше. Тебе интересно? – его глаза горели алым огнем, взгляд проникал в самую суть. Черт, да он издевается? Стать никем или продолжить жить и биться с лучшими? Ответ однозначный!

– Где расписаться кровью? – с кривой усмешкой на губах я смотрел прямо в эти пылающие алым глаза.

– Достаточно твоего слова. Я не смогу тебя вернуть в твой мир, но предложу кое-что другое. Идем со мной. Прежде чем ты примешь окончательное решение, тебе стоит увидеть твой новый мир, – он развернулся и жестом показал, чтобы я следовал за ним.

Следующее помещение выглядело как небольшая пещера, полностью покрытая светящимися кристаллами. А в центре, в углублении, был небольшой пруд буквально пару метров в диаметре. В каменном полу были вырублены ступени и площадка, позволяющая стоять прямо у самого края, не рискуя свалиться вниз. Кристальной чистоты вода позволяла видеть все до самого дна. А посмотреть там было на что. На самом дне был символ, напоминающий Инь-Ян, вот только разделенный на три части. Черный, белый и красный, чем дольше я в него всматривался, тем больше во мне крепла уверенность, что это нечто важное. Настолько важное, что все остальное в сравнении с этим знанием ничто.

– Смотри сюда, – голос моего сопровождающего вывел меня из трансового состояния. – Молчи и слушай. Все вопросы потом.

Он вытянул левую руку и задрал на ней рукав, открывая запястье. Его руки выдавали в нем очень сильного и опасного бойца. Ноготь на указательном пальце стремительно вырос и стал напоминать коготь хищника. С видимым напряжением он вскрыл себе вены на левом запястье. Медленно, очень медленно для такой раны багряная кровь начала выступать крупными каплями, постепенно сливаясь в тонкий ручеек, а потом он перевернул руку, чтобы кровь лилась в этот прозрачный пруд.

Кап.

Кап.

Кап.

Я завороженно смотрел на тяжелые капли, падающие в воду. Кап, и вокруг них расходится небольшая рябь волны. Я не знаю, в какой момент идеальная чистота пруда сменилась кроваво-красной пленкой.

– Смотри!

И тут же пленка крови пошла рябью, а я увидел мир, словно с высоты птичьего полета. Безумно красивые горы, зеленая стена лесов, очертания островов, обрамляющих материк. Движение ускорилось, и перед моими глазами открылась гигантская стена. Да, она, похоже, была больше великой китайской стены! У подножья этого великана сидели одетые в азиатские доспехи люди. Кто-то ел, кто-то точил разнообразное оружие.

– Ву-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у, – раздался звук гигантского рога. А тот, чьими глазами мы видели, взлетел над стеной, показывая, что же там с другой стороны.

Под грохот барабанов к стене двигалась орда. Люди, странные зеленокожие мелкие твари, волосатые голые гиганты с дубинами и молотами в руках, краснокожие демоны, какие-то чудовища, порождения кошмаров – кого там только не было. И тут будто кто-то нажал на кнопку ускоренной перемотки. Нелюди начали штурм.

Защитники стены выдержали натиск чужаков и отбили нападавших, творя настоящие чудеса. Они сжигали монстров, били их молниями, топили в земле, летали по воздуху, сея кругом смерть, но цена их победы была чудовищно высока. Трупы складывались в пирамиды, а потом поджигались. Хлопок, и видение исчезло.

– То, что ты видел, и есть мир, в который я тебя зову. Эта битва произошла десять больших циклов назад. По вашему летоисчислению – шестьсот лет назад, – он замолчал, а потом продолжил:

– Силы императора при поддержке кланов победили, но некоторые кланы заплатили куда больше, чем другие. Но речь не об этом, я предлагаю тебе отправиться в этот прекрасный и суровый мир. Там ты сможешь достичь небывалых высот.

– В чем подвох? – пока он рассказывал, я все хорошо взвесил. Если я не могу вернуться в свой мир, то почему бы и не попробовать занять достойное место в новом мире? Думаю, местные кланы вряд ли серьезнее, чем организованная преступность в нашем. А как там делаются дела, знают все серьезные игроки рынка боев без правил. Но знать, что ты облажался и потерял свою жизнь просто потому, что недооценил противника…..

– Подвоха нет. Ты окажешся в семье, которая мне крайне дорога. И станешь ее наследником, – было видно, что моему визави тяжело говорить, но он продолжил. – Займешь тело парня, чье тело живо, а дух угас. Он был очень талантливым мальчиком, но ему не хватало силы духа и воли, чего у тебя в избытке.

– И что я должен делать? – мысли кружились в голове, заставляя смотреть на ситуацию с разных сторон.

– Жить, становиться сильнее и стать мастером колец силы.

– А это еще что такое?

– Считай, стать настоящим мастером боевых искусств в этом мире. Согласен? – пока я раздумывал, он словно решил меня ускорить.

Передо мной показалась полупрозрачная проекция моего тела, в низу живота которого мерцало огненно-красное ядро. От него во все стороны расходились жгуты, по которым текла энергия, но откуда я знал, что это именно энергия? А черт его ….

– Это ты, видишь, как медленно бьется твое ядро? – я скорее не видел, а ощущал, что оно с каждым ударом замедляется. – Скоро оно погаснет окончательно и твоя душа уйдет на круг перерождения. А вот твой друг, – передо мной показалась проекция Игната. Его ядро пульсировало, но все жгуты силы, что тянулись в нижнюю часть тела, выглядели блекло, казалось, они медленно гаснут. Гребанный Алигатор сломал его позвоночник, ярость начала заполнять меня. Хотелось почувствовать, как лицо этого ублюдка снова ломается под моими ударами. – Если ты согласишься, я передам остатки твоих сил ему, этого хватит, чтобы восстановиться и жить полной жизнью. – Глаза азиата смеялись. – Но если ты не продержишься три года, я верну все назад.

Я согласен, – все сомнения, выжженные яростью, ушли. Жизнь за жизнь, я внутренне улыбнулся, живи, бро, стань чемпионом в память обо мне, а мне предстоят новые бои….

****

На вершине горы Сияющего лотоса расположилась небольшая беседка. В ней за низеньким столиком сидел мужчина в традиционном воинском облачении следующего за потоком. От большинства воинов-паломников его отличал лишь герб на спине его доспеха – оскаленная голова тигра. За поясом у него висело два чуть изогнутых клинка, а сам он подготовил жаровню, поставил чайник и выставил небольшие пиалы из тончайшего фарфора. Сняв со спины гуцинь, он негромко начал играть, пощипывая струны. Тихая мелодия текла из беседки, она словно звала: “Иди ко мне. Иди. Будь рядом, слушай меня.”

– Ты играешь с каждым разом все лучше, брат. И все печальнее, – говоривший в одной руке держал пару кувшинов, а другой опирался на боевой посох. Черно-красные одежды украшал знак ворона. Поставив кувшины на стол, он снял с лица полумаску в виде лица демона – владыки голодных духов, под которой оказалось лицо, изрезанное шрамами. – Рад тебя видеть, брат, – и, шагнув вперед, он крепко обнял музыканта, уже вставшего и раскинувшего руки.

– Похоже, больше никто не придет, – с печалью в голосе произнес “тигр”.

– Значит, нам достанется больше выпивки, – усмехнувшись, ответил “ворон”.

– Ты прав, брат, больше никто не откликнулся на призыв, – с этими словами в комнату вошла девушка, выглядящая так, словно ей не больше семнадцати весен, в прекрасных изумрудных одеждах, украшенных вышитыми повсюду змеями. И любой бы поверил, что девушка юна, если бы не ее глаза, в которых плескалась затаившаяся боль и печаль древнего старца. – Паук окончательно стал владыкой темных тварей, Крысу все устраивает, она создала новый клан, а Акула сказал, что они пойдут своим путем, и Багровая звезда теперь – проблемы кланов, которые уничтожили его детей.

– Так выпьем за то, что мы еще в игре, – изрезанное шрамами лицо от ухмылки стало так похоже на маску демона, которую он снял. Мужчина разлил принесенное вино и отдал пиалы друзьям.

– Ты слишком доволен, брат, а значит, у кого-то проблемы, – раздался печальный голос “тигра”.

– Главное, что они не у нас, – он отсалютовал чашей и, подняв ее над головой, вылил, ловя ртом сливовое вино. – Ставки сделаны, теперь стоит ждать раздачу.

Глава первая. Прекрасный новый мир.

Все тело болело так, словно меня переехал грузовик. С трудом разлепив глаза, я не сразу понял, где я. Небольшая комната, из которой виднелось две двери, была с белыми стенами, расписанными какими-то азиатскими мотивами. Борьба тигра и дракона, цилинь, выплывающий из озера, но больше всего меня заинтересовала северная стена. “Откуда я знаю, что она расположена на северной стороне?”. На ней была изображена великолепная картина: с гигантского водопада начиналась быстрая горная река, полная порогов, и маленький карп, плывущий против потока. На картине было видно, с каким трудом плывет карп, как ему сложно, но он не сдается и с каждым новым порогом становится все больше и больше похожим на дракона. “Лишь имеющий великую волю сможет пройти семь порогов и из ничтожного смертного стать могучим драконом”. “Откуда эти мысли?” – мелькнуло в голове, и я снова погрузился в созерцание картины. Она была созвучна моей душе. Я не заметил, как ушелв воспоминания.

Вот мне двенадцать, и я умываю в очередной раз разбитый нос в школьной раковине с твердым намерением больше никогда не проигрывать, чего бы мне это ни стоило и сколько бы противников ни было.

Мне четырнадцать, два года жестких тренировок сделали свое дело. От меня отстали, и я смог выдохнуть, но вот родители сообщают, что мы переезжаем в Бразилию, их пригласили на работу. Без знаний языка, без друзей я снова стал мишенью. Постоянные драки, когда один на один, когда против толпы. Каждый вечер я пробирался в свою комнату, скрывая синяки и рассечения, полученные в очередной драке, и, сделав уроки, смотрел чемпионаты по вале-тудо, мечтая стать таким же сильным, как и эти парни, сражающиеся на ринге. Так я узнал об академии Шутэбокс, которая дала миру настоящих монстров, сражающихся в жесткой бескомпромиссной манере. В той самой манере, в которой сейчас сражаюсь я.

Шестнадцать, и мой первый бой на любительском турнире. Первый соперник сметен за считанные секунды. Колено в голову и добивание локтями не оставили ему никаких шансов.

Финал.

И обидное поражение от любителя бразильского джиу-джитсу. Так я понял, что партер мне стоит серьезно подтягивать.

Двадцать, и я бьюсь уже в профи. Мои локти крушат одного противника за другим. И каждое мое выступление – это всегда море крови, неважно, моя ли это кровь или же чужая. Публика в восторге, а один из комментаторов, знающий русский, называет меня Raven – Ворон.

Годы и бои мелькали у меня перед глазами, я заново проживал каждый свой поединок, я снова впитывал в себя каждый удар, каждый залом, что терзал мои суставы. Я вновь понимал, как мне выбираться из самых сложных захватов. Я снова взбирался на вершину Олимпа в мире боевых искусств.

Боль от ударов Аллигатора. Треск моих ребер. Невыносимая боль и облегчение, когда мой локоть первым ударом ломает ему нос.

Голова начала раскалываться.

– Господин Бэй! – молодой женский голос вывел меня из состояния транса. – Господин Бэй! Молодой господин очнулся!

Несколько раз зажмурив глаза, чтобы унять головную боль, я понял, что у меня совершенно пересохло горло. Слегка надавив на точки под ушами, чтобы унять, успокоить молотобойцев в моей голове, я с удивлением уставился на свои руки.

“Охренеть! Просто охренеть!” Что же это за руки, тонкие длинные пальцы, мышцы не проработаны. “Вот ты старый выродок!” Я вспомнил своего “краснорожего” собеседника и его слова. Да он издевается, память сохранил, а что, с телом помочь слабо? Я же приводить в порядок этого неженку буду полгода, не меньше? Вдох, выдох. Немного подумав, я понял, что зря злюсь. Он ведь и не обещал мне, что я останусь в своем теле или вообще в теле бойца, что за всплеск эмоций, словно мне снова пятнадцать? Плевать, единственное, что меня сейчас по-настоящему беспокоило: сколько же времени уйдет на то, чтобы вернуть все мои навыки. Не меньше года точно. А где я тут найду хорошего диетолога?

– Мой мальчик! – в комнату, словно вихрь, ворвался мужчина, одетый в азиатский халат с широкими рукавами. Сбитые костяшки кулаков и узловатые пальцы говорили о многом, но еще больше мне сказали его шаги. Передо мной не просто боец. Это опасный хищник, готовый в любой момент атаковать. – Мой мальчик! Как же ты напугал старика! – меня сгребли в охапку, а я не понимал, как мне реагировать. По суровому морщинистому лицу текли дорожки слез, на левой щеке они скапливались на бугре от криво заросшего шрама.

Я попытался хоть что-то произнести, но у меня получился лишь хрип. Старик мгновенно подобрался, стоило ему это услышать.

– Ты хочешь пить? – я кивнул. – Джи! Воды, быстро! – голос старика мгновенно стал жестким и властным. Буквально через несколько секунд в комнату вбежала молоденькая девушка, может, даже девочка, но кто в этих азиатах разберется. В руках у нее был кувшин и пиала, которую она с поклоном протянула мужчине и тут же налила воды. Тот, подав мне пиалу, забрал у девушки кувшин и властным жестом ее отослал.