Игра Леона

Пролог

Сумрак извечно сопутствующий этому месту усугубила собой надвинувшаяся огромная тень. Тот, кто пребывал здесь всё время, лениво поднял голову. В этом месте он и сам давно уже стал тенью.

– Думал я никогда не найду тебя? – усмехнулся вошедший. – Надеялся укрыться? Нашёл пристанище?

– От чего же? – несколько притворно, но вполне смело удивился постоялец. – Я никогда не прятался от тебя. Да и с чего бы мне скрываться?

Тень стала всепоглощающей, заслонив собою даже сумрак.

– Но признаться, я не ожидал тебя увидеть снова после нашей последней встречи, – добавил тот, кто был тут всегда. – И не надо нависать надо мной своей тушей! Это не пугало меня раньше – не испугает и сейчас.

– Снова позовёшь на помощь брата?

Сумраку пришлось ещё более поделиться пространством, ибо возникла новая тень закрывавшая почти всё.

– Разговаривая с ним, ты говоришь с нами обоими! – прозвучал голос. – Или я плохо доказал тебе эту истину в прошлый раз, дядя?

– Я не дядя вам, щенки!

– Но ты хотел, чтобы мы тебя звали отцом! Это самое малое, что мы могли предложить взамен.

Сумрак потряс страшный хохот более похожий на рёв медведя.

– Один слабый и глупый! Второй сильный и умный! Странный выбор природы! Чаще она хотя бы тасует карты!

Одна тень рванулась на встречу вошедшей. Но другая её остановила от чего сумрак над столом покрытым зелёным сукном едва не уступил место полной тьме.

– Так может, давай сыграем снова?

– Я готов.

– И твой брат не станет вмешиваться?

– Этого я не говорил.

– Ладно. Предупреждён – значит, вооружён! – страшно загоготал вошедший.

Глава первая

Леон не сразу понял, что его разбудило. Он открыл глаза, но тут же зажмурился. Через щели в неплотно закрытых жалюзи прямо ему в лицо били яркие и тёплые лучи утреннего солнца. Значит уже утро. И судя по высоте светила не самое ранее. Утро такого важного для него дня. Парень мигом слетел с кровати и бросился в душевую.

Надо же, а ведь вечером ему казалось, что этой ночью он вовсе не уснёт от волнения о предстоящем событии. Долго ворочался в постели, снова и снова представляя как, услышав своё имя, выйдет на два шага из шеренги таких же, как он кандидатов. И как капитан команды коротко произнесёт:

– Поздравляю, ты принят.

Новый капитан, ибо старый, как и ещё несколько игроков в этом году окончили школу и больше не могли представлять её на ежегодных Играх в преддверии парада Встречи Весны. Именно поэтому потребовалось свежее пополнение из учеников достигших четырнадцати летнего возраста.

Стать членом школьной Команды было не просто почётно. Это значило оказаться в кругу избранных. В глазах школьников даже старших ты становишься практически божеством. Да и взрослые начинают глядеть на тебя с уважением. Ты даже на год раньше срока получаешь право гордо носить на поясе самый настоящий охотничий нож. Что говорит любому встречному – перед ним уже не мальчик, а мужчина!

Одноклассники только по достижении пятнадцати лет будут за редким исключением признаны взрослыми и получат это право. Это была очень древняя традиция, сохранившаяся ещё со времён холодных зим. Тогда их городок представлял собой лишь посёлок охотников. Старики говорят, что тогда посвящение мальчика-подростка в категорию мужчины сопровождалось некими ритуалами. Но до сих пор сохранилась лишь традиция вручения ножа. После чего новоявленный охотник получал право начинать присматривать себе невесту. Однако свадьба могла произойти только по окончании школы. При этом авторитет членов школьной Команды поднимался столь высоко, что лучшие невесты города всегда доставались им. Если конечно они доживали до выпускного.

Нет, сами Игры не предусматривали кровопролития помимо того которое могло произойти с игроком при преодолении очередного этапа. Но такое происходит практически в любом виде спорта. Хоть в катании с гор на лыжах, хоть при игре в мяч. Не говоря уже о контактных видах. Спорт сам по себе травмоопасен.

Но Игры школьных Команд являлись вторым по важности событием в жизни страны после парада Встречи Весны. Собственно Команда-победитель и получала право в полном составе возглавить Великое шествие. А оно опускалось корнями в глубокую и трагическую историю народа. Когда ещё на территории нынешней огромной страны существовали лишь разрозненные области и даже отдельные поселения.

В те далёкие времена на планете случилось резкое изменение климата. Зимы стали лютыми, ледяными, а лето прохладным и коротким. Урожаи не вызревали. Удавалось собирать лишь небольшое количество зерна и овощей. Большинство животных исчезло. Леса гибли. Наступил всеобщий голод.

Чтобы выжить долгой злой зимой требовалось успеть за короткое время заготовить максимальное количество припасов. И самым распространённым способом достичь этого и обеспечить тем выживание своего клана оказалось отнять припасы соседей. Теперешние историки назвали то время «периодом осенних грабежей». Почему осенних? Да потому что устраивать налёт до сбора урожая и окончания заготовки прочих припасов смысла не имело. Таким образом, любой клан мог сегодня стать грабителем, а завтра жертвой соседей.

Очень сильно сократилось тогда население. Но всё когда-нибудь кончается. Климат вновь изменился. Наступило благоденствие. Пищи стало хватать всем. Тем более что и едоков осталось не так много. Люди перестали резать друг друга за еду. Поселения превратились в города и со временем объединились в большую страну.

Вот напоминанием о древних событиях и служили парад Встречи Весны и Игры школьных Команд. Парад олицетворял радость окончания как просто зимы с её голодом, так и всего периода холодов. А состязания школьных Команд служили напоминанием о тех жестоких веках, когда племена, городки и посёлки сражались друг с другом за выживание. Ну а победившая Команда во главе парада символизировала выживших в этой борьбе за существование, то есть сильнейших из сильных.

Значение парада для общества оставалось уже много веков столь велико, а идти во главе шествия в роли победителя столь почётно, что любой подросток готов был отдать почти всё, лишь бы оказаться там.

Однако, как известно молодёжь и особенно подростки отличаются повышенной жестокостью даже в большей степени, нежели амбициозностью. Поэтому подковерная, а порой и открытая борьба игроков различных Команд особенно ближе к финишу частенько оказывалась кровавой и смертельно опасной. Особенно способного члена противоборствующей Команды могли попытаться подкупить, шантажировать. А иногда и покалечить и даже убить.

Разумеется, такие крайности не приветствовались и строго карались в случае поимки виновного. Но болельщики относились к подобным происшествиям можно сказать с благосклонностью. Ведь это добавляло в их глазах зрелищности и азарта в Играх.

Вот поэтому некоторые члены школьных Команд не доживали до возможности сыграть свадьбу и завести семью. И, тем не менее, попасть со временем в школьную Команду мечтал практически любой ученик младших и средних классов.

Мечтал и Леон. И сегодня это должно было свершиться. Ведь он идеально прошёл все предварительные испытания. А испытания эти показались парню едва ли легче самих Игр. Его заставили бежать с тяжёлым рюкзаком по пересечённой местности несколько километров. Карабкаться без страховки на скалы и нырять в воду, из которой долго не давали выплыть, притапливая его голову едва она показывалась над поверхностью. Он доказал что не испытывает страха перед высотой. Убедил экзаменаторов, что способен терпеть сильную боль. Боролся с самим капитаном команды. Леон естественно проиграл, но смог продержаться пару минут. А это учитывая разницу в весе и возрасте весьма не мало. И многое другое. Оттого он и был уверен, что сегодня прозвучит его имя. Несмотря на то, что претендентов оказалось несколько больше чем освободившихся мест в Команде.

Помывшись, он позавтракал на кухне. Отец уже уехал на работу, но мама, услышав звук льющейся воды, быстро пожарила ему оладьи из заранее приготовленного теста. Она не желала, чтобы её чемпион ел разогретую еду. И, разумеется, мама знала, какой сегодня день, но ни разу не подала вида стараясь вести себя как обычно.

– Ма, Алиса не звонила? – дожёвывая последний блинчик, спросил Леон.

– Звонила, – с едва заметной улыбкой ответила женщина.

Алиса была девочкой из очень уважаемой семьи и по совместительству одноклассницей её сына. В свете предстоящих событий мать весьма радовалась их с Леоном дружбе.

– Что сказала? Передать ничего не просила?

– Сказала, что ты ужасный соня!

– И всё? – удивился Леон.

– И что она собирается навестить нашего дедушку.

Дедушка Леона уже несколько лет жил в пансионате для стариков. У Алисы ни бабушек, ни дедушек в городке не было, и она очень любила вместе с другом навещать старика. Тому она тоже очень нравилась, так как готова была часами слушать его воспоминания о старых временах. А может просто и дед уже видел в девчонке будущую родственницу. Старческим слабоумием старик отнюдь не страдал.

– Когда? – оторвавшись от чашки с кофе, воскликнул Леон.

– Она не носится сломя голову подобно мальчишкам, – вновь улыбнулась мама, – поэтому думаю, ты вполне успеешь её догнать.

Парень вскочил из-за стола, едва не опрокинув недопитые остатки кофе. На ходу извинившись перед мамой, он опрометью выбежал из дома и помчался что есть мочи в сторону гор. Там посреди живописной рощи на берегу небольшого озера и располагался пансионат. Алису он, правда, так и не догнал. Однако оказалось, что она сама поджидает его на крыльце красивого старинного дома. Когда-то тот являлся чьей-то усадьбой, но теперь полностью принадлежал престарелым жителям городка.

– Алиса, – только и смог произнести запыхавшийся от быстрого бега Леон.

– Ох и долго же ты спишь, – притворно надула губки девочка.

От этого парень лишь ещё сильнее вспотел. Они дружили с первого класса. И ему частенько приходилось драться из-за насмешек товарищей дразнивших их «женихом и невестой». Но только недавно он вдруг стал робеть перед ней. И ему становилось жарко при виде вот таких её милых гримасок или просто лёгкого движения плеч девочки.

– А чего ты не зашла к нам? – наконец отдышавшись, спросил Леон.

– Не хотела слушать, как ты чавкаешь за завтраком, – улыбнулась Алиса.

Да что за наваждение.

– Я не чавкаю.

– Когда торопишься, то чавкаешь! А есть надо не торопясь. Особенно в такой день.

Он смог в ответ только кивнуть.

– Ты кстати не опоздаешь?

– Собрание вечером после уроков, – сообщил парень. – А меня по такому случаю на сегодня освободили. И я тоже собирался навестить деда.

– Тогда чего стоим?

Алиса развернулась, от чего её лёгкое платье раздулось воланом, обнажив красивые колени, и легко взбежала по ступеням крыльца. Стараясь, правда, без особого успеха не смотреть на ноги подруги Леон поднялся следом.

Здесь ребят хорошо знали, поэтому без всяких вопросов сопроводили на большую летнюю веранду, где в кресле качалке отдыхал дедушка Леона. Им показалось, что старик спит, и они переглянулись. Стоит ли его будить? Может в своих снах он вновь молодой и крепкий мужчина совершает какой-нибудь подвиг. Но тот если и спал то очень чутко. Едва заслышав лёгкие шаги подруги своего внука, он тотчас открыл глаза и подмигнул обоим.

– Здравствуйте, детки! Не забываете старика!

– Ну что ты, дедушка, – произнёс Леон, подойдя к креслу и поцеловав деда в морщинистую щёку.

– Вас невозможно забыть! – прощебетала девочка, повторив за другом приветственный поцелуй.

Старик счастливо заулыбался.

– Алиса, а ты опять похорошела! – сообщил он.

Гостья покраснела от удовольствия. Хотя она была здесь всего неделю назад и вряд ли могла так быстро «ещё похорошеть».

Потом он перевёл взгляд на переминающегося с ноги на ногу внука.

– Помню-помню, какой у тебя сегодня день, – вновь подмигнул он. – Память у меня пока хорошая ещё. – Может завтра или послезавтра увижу тебя уже с ножом на поясе?

– Деда, я там не единственный претендент, – теперь уже смутился Леон, хоть и был уверен в своей победе полностью.

– Ладно, скромничать! Только ты как нож получишь, приходи первым делом не ко мне похвастаться, а вот к ней! Домой. Знаешь, как в мои времена это называлось?

– Как? – почему-то разом спросили оба гостя.

– Официально – заявить намерения. А в мужском кругу, – он понизил голос, будто шептал только Леону, хотя Алиса, конечно, всё слышала: – Застолбить поляну! Чтобы показать всем прочим козлам, что травку щепать сюда прибыл Король-Олень и эта козочка не про них!

Оба гостя привыкли к несколько фривольным шуткам дедушки, но от такого сравнения всё равно расхохотались.

– А от чего же я козочка, а он Король-Олень? – отсмеявшись, поинтересовалась девочка.

– От того, милая, – неожиданно серьёзно произнёс дед, – что только от Козочки в этом случае зависит: сможет ли она превратиться в Королеву при Короле-Олене, или сделает его козлом!

Дети обалдело замерли. А старик тем временем вновь, как ни в чём не бывало, заулыбался.

– А потом сразу ко мне! Понял, Леон! Есть у меня для тебя подарок на этот случай. Не поверишь, берёг для твоего отца, но решил оставить внуку.

– А почему не отцу? – поинтересовался внук.

– Ну, как тебе сказать. Он просто стал мужчиной. Дорос своим ходом. Ты не думай, внук, отец у тебя отличный! Раз тебя воспитал. Но это подарок не для хорошего мужчины и отца. Это вещь священная. Реликвия.

Старик вдруг сунул руку под плед, укрывавший его ноги, и извлёк то, что вызвало сразу два юношеских стона.

– Боже, – простонала Алиса.

– Неужели? – это уже был Леон.

Из потёртых и потрескавшихся от времени кожаных ножен с потускневшей в силу той же причины серебряной отделкой выглядывала жёлтая костяная рукоять. Дед сделал движение неожиданно лёгкое для его лет, и блеснул металл. В отличие от остального видимо совершенно не тронутый временем. По широкому лезвию шла едва заметная надпись.

– Мы же его в школе проходили, – прошептала отличница Алиса. – Охотничий нож нашего легендарного героя Раймонда Высокого! Их памятник с его братом Ратмиром на главной площади города стоит! Откуда он у вас? Триста лет его никто не видел!

– Это копия? – нервно сглотнув, спросил внук.

– Стал бы я беречь для внука копию, – обиделся дед.

– Тогда откуда он у тебя?

– От моего деда. Это наш родовой нож. Но учти, получишь не раньше, чем заслужишь на него право!

– Но я никогда не видел его на твоём поясе, – всё ещё продолжал сомневаться Леон. – Ты всегда носил хороший, но обычный нож.

Дед покачал головой и спрятал реликвию обратно под плед.

– Ты представляешь, если б я разгуливал с этой штукой на поясе? А вот родителей твоей бабушки я очаровал именно с его помощью. Правда, пришлось взять с них клятву вечного молчания! И надо признать они её сохранили до самой смерти.

– Так мы потомки Раймонда Высокого?

Дед вздохнул.

– Внук, раньше мне казалось, ты соображаешь гораздо быстрее. Бери пример с Алисы! Она уже и выводы сделала.

– Ага, – сказала девочка, – сделала. И они мне и нравятся и не нравятся одновременно!

– Ну, что я говорил?

– Для меня честь дружить с прямым потомком героя. Но если Леон явится к моим родителям с этим ножом на поясе, они меня свяжут и запрут в чулане до самого окончания им школы. А я не хочу три года сидеть взаперти!

– Почему запрут? – Удивился парень.

– Ещё неизвестно каких обязательств они от тебя потребуют! – не унималась Алиса. – К ним пришёл, как выражался в молодости твой дедушка «столбить поляну» прямой потомок Раймонда! Боюсь, тебе тогда придётся забыть про Игры. Что такое член школьной Команды по сравнению с героем?

– Молодец, Алиса, – одобрил старик. – Ты прости, что я ему такую вещь преждевременно показал. Но я ведь стар и могу уйти к праотцам в любой день. Кто вам тогда отдаст нож и расскажет о правду, о Раймонде?

Гости стояли молча. Леон обиженно насупился. Его просто поразила скорость, с которой подруга просчитала всё их будущее. Сам-то он думал только о ноже. Выйти с таким хоть к друзьям, хоть в Команду. Уж не говоря о том, какая для школы реклама на Играх: «В нашей Команде играет потомок великого героя Раймонда Высокого!» И ничего, что он пока ещё права на ношение даже самого простого ножа не приобрёл.

Однако отличницу Алису зацепило иное в словах дедушки её расстроенного в данный момент друга.

– Легенду о братьях знают все жители нашего города как минимум, – произнесла она. – Это тот самый нож?

Старик поморщился.

– Девочка моя, – он покачал седой головой, – легенды – это почти сказки, хоть и имеют под собой некую реальную основу. Вот расскажи мне, как вас учат в школе подвигу братьев? Один, из которых был и моим и Леона предком.

– Разве вы сами не помните легенду? – удивилась та.

– Будет лучше, если я прокомментирую.

И отличница Алиса пожав плечами, пересказала веками преподаваемую в школе легенду о великих спасителях народа братьях Раймонде Высоком и Ратмире Благородном.

В те самые времена жестоких зим жили в поселении на охотничьих холмах, где теперь стоит городок с одноимённым названием два брата. Раймонд и Ратмир. Первый отличался таким ростом, что однажды рукой снял ребенка, случайно взобравшегося на конёк крыши, сам стоя на земле. Второй поражал знавших его своим благородством и богобоязненностью. И вот случилась зима лютая. Запасов заготовили мало. Не успели за осень. А по соседству с поселением объявились вдруг полчища медведей. Во главе со своим королём. Огромным и непобедимым был тот медведь. И сказал брат брату: умирают наши люди от голода, но и коры с деревьев добыть не могут. Всю медведи ободрали. Мёрзнут наши люди от холода, а медведи в шубах ходят. Доколе быть такому? И взяли свои ножи братья, и пошли в лес дремучий. И вышел к ним сам Король Медведей. И бились они с ним три дня и три ночи. И победили. Столь была огромна туша Короля Медведей, что мяса его хватило всем жителям до самой весны и ещё осталось! И такая шкура огромная была у него, что всем деткам и жёнкам куртки сшили. И не умер никто в ту зиму на Охотничьих Холмах ни от голода, ни от мороза!

– Вот, – закончила Алиса.

– А остальные медведи куда делись? – усмехнулся старик.

– Испугались и ушли.

– А чего в битве королю своему не помогли?

– Так испугались же!

– Понятно.

Дед вздохнул с грустной улыбкой.

– А теперь меня послушай, что слышал я от своего деда, а тот от своего и так далее до самого Раймонда. Только негоже это людям рассказывать. Пускай в легенду о Короле Медведей верят.

Зима тогда действительно особенно лютая выдалась. И братья, собрав всех мужчин поселения, совершили хитрый манёвр, как это бы теперь назвали. Тайными охотничьими тропами прошли меж владениями соседей, которые нападения ожидали, но не получили и напали на скотоводов. Те нападения не ожидали. Ведь они обеспечивали наших соседей мясом в обмен на безопасную зимовку. В общем, ни телефона, ни телеграфа, ни хоть ружей, что б выстрелы услышать тогда не существовало ещё. И охотники одними ножами перерезали ничего такого не ждавших пастухов. Всех, кроме молодых женщин и девушек. Даже детей не пожалели. А потом с тыла предъявили соседям ультиматум. Или договор, как это теперь называется. Возвращаемся через ваши земли к себе. Платим десятой частью добычи. Не согласитесь – вырежем вас и семьи ваши, как пастухов вырезали. А те с тылу-то нападения и не ждали. Звонок передовым отрядам на другой конец не сделаешь. А тут все их жёны и дети. А что со скотоводами охотники сделали до них уже дошло. И пропустили без боя, получив десятую часть добычи. Только вождь ихний совету племени воспротивился. С ним и бились братья. А поскольку то племя Медведю поклонялось, то и называли их все «медведями». Вот так и пережило наше племя ту зиму. Тем мясом питались. Из тех шкур куртки шили. Но время изменилось. Люди гуманнее стали. И такая память о героях. Действительно героях, спасших свой клан. Стала восприниматься, – дед покрутил рукой в воздухе, – не корректно что-ли. Но ведь и героев забывать не следует. Забудешь свою историю – себя потеряешь. Вот и придумали легенду о Короле Медведей своим мясом всех накормившем.

– Неужели это правда, дедушка? – спросил, наконец очнувшийся Леон. – Тогда мне этот нож и даром не нужен!

– Возьмёшь, – кивнул он, – очень скоро возьмёшь, как в Играх поучаствуешь. Ты думаешь, другие кланы иначе тогда выживали? Тебя смыслу Игр в школе не учили, на которые ты собрался? Возьмёшь! И покажешь, как сильны до сих пор охотники!

Девочка понимая, что мужчин надо срочно переводить на иную тему вдруг поинтересовалась:

– Дедушка, а почему детей убили, а женщин забрали? Логика подсказывает, что наоборот надо было сделать.

Старик некоторое время молчал, наверное, отходя от неожиданного сопротивления внука. Но остановиться уже не мог. Он давно считал своим долгом донести правду о своём поселении согражданам. От того и мучал привязавшуюся к нему Алису своими рассказами о прошлых временах. Не сын, не внук прошлым не интересовались. А внук даже не понимал смысла Игр и опасностей, которые ему станут грозить. Ему – единственному продолжателю рода. Ведь на Играх против них будут потомки именно тех племён, про которые он только что рассказал Леону. Он точно знал, там хорошо помнят историю. Про негласные правила Игр старик тоже знал. Не его сын, не внук не могли даже подумать, что в своё время, и он в них участвовал. Поэтому он продолжил рассказывать, намеренно обращаясь только к девочке.

– Понимаешь, Алиса! В закрытых сообществах полностью замкнувшихся в себе спустя некоторое время все оказываются кровными родственниками. Дядя женится на племяннице. Сестра выходит замуж за троюродного, а то и двоюродного брата. Их дети вырастают и вновь роднятся. Ведь других женихов и невест просто нет. А постоянное кровосмешение ведёт к вырождению. Поэтому любому племени жизненно необходим постоянный приток свежей крови. А где его было взять в те времена?

– А что, просто честно посвататься в соседей общине нельзя было? – всё ещё оставаясь насупленным, проворчал Леон.

– А ты бы отдал добровольно свою сестру замуж за своего врага? – вопросом на вопрос ответил дед. – То-то же.

– То есть эти рабыни.., – начала было Алиса.

– Не рабыни. По крайней мере, не все. Молодых женщин и девушек, взятых в набеге, выдавали замуж за самых сильных и прославленных охотников. Они становились полноправными членами общины. А их рождённые от великих охотников дети благодаря отцам в будущем занимали весьма высокое положение в обществе.

– Но тогда получается, – девочка покраснела, не смея поднять глаза на Леона, – ему не стоит приходить к моей семье хоть с драгоценным ножом хоть без него. Мы же из одного городка.

Старик расплылся в улыбке, ласково сжал нежную руку подруги внука в своих огромных шершавых ладонях.

– Не волнуйся, Алиса. Мир давно изменился. Те тёмные времена много веков как канули в историю, – успокоил он её. – Поверь мне (а я-то многое знаю) вы с этим молодцем если и имеете общих предков, то разве что в десятом колене. А это не страшно.

Девочка благодарно улыбнулась.

– Вы такой добрый, – просто сказала она. – Так много всего знаете и так интересно рассказываете. От чего вы не живёте дома? Ведь у родителей Леона очень большой дом. И мы могли бы чаще с вами видеться.

– Да, дед. Почему? – заинтересовался оттаявший, наконец, парень.

Взгляд старого охотника сделался грустным. Некоторое время он молчал, словно решая – ответить серьёзно или свести всё к шутке. Но дети терпеливо ждали. А он не привык обманывать их ожиданий.

– Понимаете, дорогие мои, – глубоко вздохнув, произнёс он, – старики не должны жить вместе с молодыми, постоянно одним своим видом напоминая об ожидающем их самих будущем. Молодёжь должна жить полной жизнью. Мыслям о неизбежной старости не следует тревожить их разум. Это только вызовет депрессию.

Деду почему-то очень нравилось это слово – депрессия. С тех пор как он когда-то услышал его, принялся употреблять при всяком удобном и неудобном случае. Пошел дождь – у природы депрессия. Ломит суставы – колени находятся в депрессии. Посмотрит новости по телевизору – экономика страны впала в депрессию. Вот и теперь, при таком невесёлом разговоре он нашел-таки, куда ввернуть любимое словцо.

– Но ведь когда мой отец был ещё ребёнком, ты заботился о нём. Значит, его долг теперь заботиться о тебе, – возразил Леон.

– Да, я многое сделал для своего сына. Но ещё больше я сделал для своего города, для общества! – гордо объявил старик. – Теперь общество, частью которого и твой отец является, коллективно заботится обо мне. Так что всё справедливо.