Игра Леона

Глава вторая

В назначенный час Леон стоял в одной шеренге с другими кандидатами в Команду посреди большого школьного физкультурного зала. Именно здесь традиционно проводилась торжественная церемония. В десяти метрах перед ними в парадном порядке выстроилась вся Команда. Во главе новый капитан, за ним знаменосец со знаменем. На зелёном полотнище была вышита голова бурого медведя с двумя перекрещенными под ней огромными охотничьими ножами. Поверху золотом девиз: «Сила и отвага». Далее клином символизирующим острие ножа стояли остальные игроки. И только четыре бреши в их строю, смотрелись зияющими ранами на могучем теле. Эти бреши оставленные выбывшими по возрасту членами Команды и должны сейчас были заполнить собой четыре счастливчика из семи претендентов. И тогда строй вновь станет единым целым. Несокрушимой стеной. Острым клинком.

С боков вдоль стен зала стояли многочисленные друзья и родственники кандидатов. Одним очень скоро предстояло возликовать и восславить своих сыновей, братьев и внуков. На долю других выпадет лишь утешать тех, от кого сегодня отвернётся удача.

Начало церемонии было рассчитано до минуты и даже секунды. Солнце, совершая положенное ему движение по небосклону, оказалось в нужной точке. И его луч, ворвавшись в спортзал через специальное небольшое окошко, служившее единственно этой цели, высветил развёрнутое знамя. Вспыхнули расплавленным золотом слова девиза. «Сила и отвага». А луч, продолжив движение, уже выделил на общем, сразу померкшем фоне фигуру капитана. И в тот же миг молодой командир заговорил.

– Запомните это мгновение! В качестве кандидатов вы можете видеть его первый и последний раз в жизни!

Пятно света покинуло фигуру капитана и медленно поползло в сторону шеренги претендентов. Ко времени, как оно преодолеет эти разделяющие его и их десять метров, Команда школы уже снова должна оказаться в полном составе.

– Вы все достойно прошли испытания, – продолжил капитан, – иначе бы не стояли сейчас передо мной и моими товарищами. Но я назову лишь четыре имени. Кого назову должен сделать два шага вперёд.

Все знали порядок. Но и капитан по традиции обязан был произносить закреплённые веками церемониальные фразы.

– Не названные, но не менее от этого достойные остаются в резерве на случай, если до начала Игр Команда по какой-либо причине лишится одного или нескольких игроков. Будь то болезнь, смерть или недостойное поведение, приведшее к ущербу чести.

Это являлось вполне разумным правилом, хотя уже и старики не упомнят, когда оно применялось в последний раз. Но в древние времена за оставшиеся месяцы до Игр члены Команды продолжали вести обычный образ жизни. Они участвовали в охоте, например. А это всегда риск получить травму и даже погибнуть. Да и с медициной тогда было не всё в порядке. Проще говоря, она напрочь отсутствовала. И любая простуда могла свести человека в могилу. Для этого и существовал резерв. А вот во время самих Игр производить замену запрещалось. Если кто-то выбывал, Команда вынуждено сражалась в усечённом составе.

– Итак, – повысил голос капитан, – я вызываю!

Зал замер. Все затаили дыхание. От неестественной тишины звенело в ушах. Казалось, что люди даже дышать прекратили. Ведь сейчас буквально решалась дальнейшая судьба этих семерых мальчишек. Ведь случись чудо, и резервный игрок войдёт потом в основной состав, для всех и навсегда в памяти он так и останется всего лишь «резервистом». Да и капитаном такому точно никогда не стать. История Игр подобных случаев не знала.

– Вадим Эбель.

Из шеренги гордо шагнул невысокий парень. Ничем не примечательный кроме по-юношески прыщавого лица. Никто бы со стороны никогда не предположил, какой потрясающей гибкостью обладает он. А его изворотливый ум всегда скрывала чуть простоватая улыбка эдакого школьного дурачка.

Сторонники Вадима в зале зашевелились. Но продолжали из последних сил сдерживать рвущуюся наружу радость. Нарушить вызов новых игроков шумом считалось не только дурным тоном, но и плохим предзнаменованием.

– Крис Прост.

Два шага вперёд сделал здоровяк с неподецки сложенной фигурой борца. Как и прочим претендентам, ему исполнилось лишь четырнадцать. Но на последней ярмарке он одолел заезжего чемпиона, сломав заодно судейский столик. Телом того чемпиона. На взгляд Леона Крис был слегка туповат во всём, что не касалось драки. Но, во-первых, он прошёл все испытания. А во-вторых, силовой участник команде был необходим, так как прежний окончил школу. Правда, с трудом.

– Вахтанг.

Темнокожий с не по возрасту волосатым лицом и телом парень стал в своё время загадкой для всего городка. Начать с того, что он был подкидышем. Такого здесь никогда ранее не случалось. Свёрток с младенцем нашли на крыльце дома шамана. Разумеется, тот не мог дать младенцу пропасть. Хотел его даже усыновить. Помешала записка, найденная при младенце. И эта записка стала второй загадкой. В ней указывалось, что мальчика зовут Вахтанг. И потом шли угрозы и проклятия тому, кто посмеет изменить ему имя и дать свою фамилию. При этом настоящая фамилия указана так и не была. Толи мать забыла написать, толи боялась, что по фамилии её отыщут.

В общем, Шаман, как служитель культа и сам решил не рисковать. На что нерадивая мать, подбрасывая ребёнка именно к дверям этого дома, видимо и надеялась. Мальчика он принял и вырастил. Но Вахтанг так и остался просто Вахтангом. Без фамилии. Благо это был единственный мальчик с таким именем в городке. Не перепутаешь.

А ещё Вахтанг, как и Крис был знатным борцом. И не только. Он обладал взрывным темпераментом и не боялся ровным счётом никого и ничего. Из этого следовал однозначный вывод: команда не просто обновляет, а резко поднимает свою силовую составляющую.

Полной тишины в зале больше не было. Хотя и голос никто не подавал. Однако шуршание трущихся одеждой друг о друга людей, и подошв об деревянный пол становилось громче любого шёпота. Ведь оставался единственный неназванный кандидат.

Леон, до сих пор старавшийся держаться бодро внезапно понял, что ещё немного, и он не в состоянии станет удерживать дрожь в коленях. Всё летело в тартарары. Похоже, у нового капитана было иное видение состава Команды, чем у прежнего, раз он решил удвоить силовой блок. А если он решит его утроить? Среди оставшихся неназванными претендентов присутствовал ещё один силач – Саварру Мяоконнин. И он был не дурак. Тоже почувствовав, куда дует ветер, едва сдерживал торжествующую улыбку. Леон это заметил краем глаза. Как бы сейчас помог дедов нож! Не смогли бы не принять в Команду прямого потомка Раймонда Высокого! Охотничий нож Раймонда, которым он добыл Короля Медведей и спас весь клан – это если не круче знамени Команды, то уж точно наравне с ним! Леону вдруг захотелось самому сделать заветные два шага и провозгласить о своём происхождении. Что тогда станет делать капитан? Откажется от бесценного дара в виде священного ножа?

А солнечное пятно тем временем подобралось к самым ногам мальчика и на мгновение там и застыло.

– Леон Чусьмин.

Леон не слышал. Он таки решился взять судьбу в свои руки и пусть будет что будет. В конце концов, эта дерзость запомнится больше, чем его позор. И он сделал роковые два шага. А солнечный зайчик, отразив его тень за спиной, пополз себе по полу дальше.

– Я потомок.., – начал было он.

Однако напрасно. Секундой раньше зал взорвался. Как порох в замкнутом пространстве преобразует простое горение во взрыв. Долго сдерживаемые эмоции прорвались через все дамбы мощным потоком.

Но ритуал ещё не был завершён. И гости, и болельщики, зная это бесновались, не пытаясь сдвинуться за черту, отделяющую их от Команды и её новых членов. Через пять минут они стали затихать. Дождавшись достаточного уровня тишины, капитан провозгласил долгожданное:

– Поздравляю, вы приняты! Встаньте в строй!

Лишь спиной ощутив ненавидящий взгляд Саварру Леон, наконец, понял, что произошло. Его выбрали! Без дедушкиного ножа и родства с героем древности. Выбрали за собственные его Леона качества! И теперь он член школьной Команды!

Не спеша. (Куда теперь спешить) С полным достоинством он приблизился к строю. Его новые друзья взглядами указали брешь, которая теперь станет его местом в клинке. И это оказалось место правой руки капитана. Атакующая позиция! Да о таком в четырнадцать лет не мог и мечтать ни один пацан! Плевать, что, как правило, после Игр правая и левая руки подолгу зализывают раны и переломы. Что значат какие-то травмы по сравнению с осуществлением мечты? Ведь признаться более чем на «прикрывающего» он не рассчитывал!

Нет. Даже подумай он тогда трезво без эйфории, от чего это новый капитан решил поднять силовой блок, и чем это грозит «идущим вперёд» всё равно бы не отказался. Так уж устроены мальчишки.

Клинку Команды между тем ещё предстояло провести марш по центру городка. Поэтому вся родня и болельщики покинули школьный спортивный зал и высыпали на улицы. Там и вовсе собрались почти все жители.

Капитан вдруг наклонился к Леону.

– Если честно по плану мне необходим был третий силовик, – признался он.

У парня едва сердце не остановилось. Неужели взяли по протекции? И кто посодействовал? Отец? Дед? Это же будет хуже любого позора!

– Но я посмотрел все твои тесты и присутствовал на всех твоих испытаниях, – прошептал капитан. – В том, что я задумал, лучшей правой руки мне не найти!

Жизнь вернулась в сердце Леона.

– Только, пожалуйста, забудь, что ты – новичок! Советую единственный и последний раз. Спрос со всех одинаков.

И тут Леон произнёс такое, чего и сам от себя ожидать не мог.

– Так и ты новичок на месте капитана! Напоминаю первый и последний раз.

Может знаменитый предок придал ему наглости? Леону очень хотелось сейчас зажмуриться и вернуть время на две минуты назад. Но он продолжал прямо смотреть в глаза капитану. Всего несколько секунд тот ошеломлённо молчал. Но командир не может себе позволить долго оставаться в прострации.

– А мы сработаемся! – неожиданно рассмеялся он. – Два новичка!

– Сработаемся, – подтвердил Леон.

– А теперь давай не станем заставлять город ждать!

Капитан выпрямился.

– Парни! Город должен увидеть клинок героев, а не толпу слюнтяев! Подбородки выше! И за мной шагом марш!

В торце спортивного зала школы были предусмотрены специальные ворота. Их открывали в двух случаях. Либо когда провожали Команду на Игры, либо, как сейчас, при принятии в состав новых членов. В обоих случаях отпирали и распахивали их директор школы и мэр в парадных мундирах и при всех регалиях. Так было и теперь.

Для новопосвящённого, но ещё не до конца осознавшего всю меру изменений своей судьбы Леона было чудно видеть склонившегося перед ним в поклоне директора. Он всё ещё пока не ощущал себя единым целым с парнями, маршировавшими бок о бок. Но от него пока этого и не ждали. Первый день для новичков – день их триумфа. Их праздник. Пусть порадуются. Боль и кровь приходят позже. И где-то между посвящением и Играми новички обязаны стать не просто членами Команды, а её частью! Если этого не произойдёт, плох тот капитан, который предпочёл их кандидатуры прочим достойным.

Строй выверенным клином шёл по центру городка. Давно зная этот маршрут, жители выстроились вдоль стен зданий. Большинство приветствовало. Однако случались и те, кто бранился часто, не стесняясь в выражениях. Это оказывались болельщики проигравших.

Но и такое считалось нормальным. На самом деле любой мальчишка готов был полжизни променять даже за резерв. Пусть ты и не станешь играть, но тебя отобрали в Команду!

Остановились у ратуши. Прямо напротив памятника Раймонду Высокому и его брату. Новых игроков должен был поздравить мэр. Он обязан был выйти и произнести речь. Но вот только не в этот раз. Чудеса иногда случаются. Леон не поверил своим глазам. Хрупкая Алиса выкатила на площадку кресло со старым охотником.

Клинок затих. Затихли все. Люди понимали, что происходит нечто необычное. Такое, чего раньше не случалось. Вот так пред взорами предков мог говорить только вождь. И древний старик, которого выкатила на коляске четырнадцатилетняя девочка, должен теперь объяснить своё право.

И он его доказал.

Кто бы знал, сколько силы было в этой руке, поднявшей над головой нож героя. Над площадью пронёсся всеобщий вздох. Разговоры стали лишними. Наследник этого ножа мог сейчас требовать что угодно от любого жителя городка. Но это мог старик. Молодой, если найдёт в себе силы принять реликвию, ещё должен доказать своё право ею обладать.

– Девочка, скажи. У меня уже не такой громкий голос, – извинился дед.

– Ваш голос все услышат, – ответила Алиса. – Голос потомка Раймонда Высокого будет звучать, даже если он просто прошепчет!

Леон поразился. Никогда он не ждал такой силы от своей подруги. Она не говорила. Она вбивала гвозди в каждую ступню, которая желала сделать шаг и заявить своё право. Право принадлежащее ему от рождения.

Но девочка поразила всех снова.

Древний ритуал. Его проходили в школе. Но никто не думал повторять странные движения давно усопших предков. А Алиса встала и повторила. Её тело извивалось в такт невидимым бубнам.

– Позовите Шамана, – еле выговорил капитан. – Это стоит жизни. Вот только это станет стоить жизни ей, если продолжит.

Девочка встала перед приведённым престарелым Шаманом. Такой гордой осанки её друг у Алисы никогда не видел. Ему даже показалось, что она светится.

– Делайте то, что положено, – произнесла она. – Нож должен стать его по полным правилам. Я готова.

Шаман сделал вид что пошатнулся. На самом деле припал к уху Алисы.

– Ты знаешь, на что соглашаешься?

Алиса посмотрела на совершенно обалдевшего в строю Леона. Потом она перевела взгляд на деда с поднятым ножом. Тот едва заметно кивнул. Сначала ей, а после и на вопросительный взгляд Шамана.

Седой и бородатый служитель культа едва ли был моложе старика держащего сейчас в руках реликвию народа. Он знал, что должен сделать. Но такое не практиковалось уже много веков в этом селении. С тех самых пор как братья победили Короля Медведей. С тех пор, как никто не заявлял своего права на первенство. В полной тишине он произнёс:

– На святой клинок должна пролиться кровь девственницы! Таков закон!

Даже противники сегодняшнего выбора разом со всеми ахнули.

Алиса с поклоном приняла древний нож из рук деда своего друга и, встав на колени, преподнесла его шаману.

– Пусть нож великого охотника получит его наследник, – произнесла она. – Я девственница. Приношу себя в жертву достойному.

Народ вновь хором ахнул. Такого не помнили самые древние старики. Что не удивительно. Человеческие жертвоприношения не проводились в селении тысячу лет. А тут девственница вызвалась сама. Леон же стоял словно заворожённый. Ему бы броситься спасти подругу. Даже слова о древности обряда, нивелирующую его значение уже крутились на языке. Будто не он ещё недавно готов был объявить себя наследником. Словно не он собирался предъявить свои права на этот древний нож. Но не такой же ценой. Не ценой жизни Алисы.

Но это у молодых мухи в голове. Старики на то и пожили в этом мире, чтобы постичь мудрость. Шаман правильно понял старого охотника. Да и кто другой мог здесь устанавливать правила кроме него? Кроме служителя древнего культа.

Кровь девственницы останется на священном клинке. Но кто сказал, что для этого надо лишать её жизни? Может когда-то давно так и поступали. Очень давно. До первых Игр. Но недаром же нож вождя столько лет оказывался скрытым от глаз. Он ждал новых времён и нового хозяина.

Шаман принял нож из рук Алисы. Он повернул её руку ладонью вверх. Девочка даже вскрикнуть не успела, как древнее лезвие сделало надрез на её запястье. Несколько капель крови окрасили клинок.

– Нож освящён! – провозгласил Шаман.

Даже Алиса не сразу поняла, что произошло. А старик в кресле усмехнулся. Они никогда не были с Шаманом друзьями. Но и врагами тоже не были. Да и любовь к своему народу у них была общая. И теперь на глазах у всех потомственный вождь и потомственный жрец объявляли наследника.

– Девочка, – произнёс Шаман, – передай нож охотника потомку. И пусть он никогда не покидает его пояс ради забав. Но только ради народа пусть его поднимет рука Раймонда Высокого.

Алиса поднялась с колен глядя то на нож, то на Шамана. Сейчас её должны были принести в жертву. Она была готова. Но кровь пролилась. Кровь жертвы. Пусть она и осталась жива. Это девочка тоже понимала. Вот только что теперь? В школе этому не учили. Да и если б учили. Какая девочка готова стать жертвой ради племени?

– Поднеси нож тому, кого выбираешь вождём, – шепнул ей на ухо Шаман. – На тебя смотрит не только Команда, но и весь город. И не ошибись в выборе. Многие пострадают, как медведи в борьбе за самку. Но этот нож должен найти хозяина.

– Знаю, – так же тихо ответила она.

– И ты теперь станешь частью ножа. Кровь твоей жертвы на нём. Теперь ты сама принадлежишь ему.

– Что это значит?

Шаман пригладил рукой её волосы на голове.

– В своё время всё поймёшь.

Алиса не сомневалась ни секунды более. Она подошла к правому краю клинка Команды. Девочка встала на колени и протянула реликвию Леону. Парень растерялся. Но капитан толкнул его в плечо.

– От таких подарков не отказываются, – произнёс он еле слышно.

– И сватов теперь засылать не надо, – также тихо усмехнулся Вахтанг. Парень вообще имел виды на всех девочек городка. Вот только эта теперь была для него недосягаема.

Леон, наверное, пропустил уроки по истории в школе, где рассказывали о традициях племени. Он не знал, как правильно поступить. Не будь толпы вокруг, нож можно было бы просто взять. Но после ритуального жертвоприношения Алисы надо было хоть как-то соблюсти традицию. Хотя парень и не был уверен в том, что она вообще существовала. Ведь после Раймонда Высокого этот нож исчез где-то в семье. Даже дед признавал, что собирался просто передать его своему сыну – отцу Леона. И без всяких там жертвоприношений.

Но раз уж дело дошло до кровопускания следовало соответствовать. Не мог потомок великого охотника перед всем народом просто взять нож и повесить себе на пояс.

Леон правильно понял взгляд Шамана. Он принял нож из рук коленопреклонённой девочки и резанул им по своей ладони. Слишком сильно резанул. Теперь долго станет заживать. Но эффект оказался потрясающим.

Кровь не успела капнуть из пореза, как весь клинок Команды отреагировал. Парни опустились на одно колено. Даже Вахтанг, никогда не призновавший авторитетов. Даже капитан. А уж такое не случалось со времени самого первого хозяина ножа.

Понимал ли он, на что себя обрекает? Не факт. В тот миг парень просто отдался инстинктам. Нырнул в реку и поплыл по течению. Коряги и мели будут потом. Сейчас он просто тёк вместе с водой туда, куда влекла его судьба. А эта своенравная дева, похоже, готовила ему ещё много неожиданностей. И первая не заставила себя долго ждать.

– Теперь ты вождь народа, – без особого почтения, но и без усмешки произнёс капитан Команды, поднявшись с колена. – Это неожиданно.

– Я ничего такого не желал, – возразил Леон.

– Это не важно.

– Моё мнение не важно? – удивился мальчик.

– Вот именно, – подтвердил старший. – После обряда это не важно. Жертва отдала свою кровь. Жрец освятил передачу. Ты сам принял нож.

– И что теперь?

– Теперь капитаном Команды станешь ты.

Слишком много событий за один день. Мальчишка совсем не был к этому готов. Он ждал лишь приёма в число игроков. Осуществление мечты любого ученика школы. Максимум на что он рассчитывал так это на досрочное посвящение в мужчины. Он даже про сватовство положенное мужчине не задумывался. Честно говоря, он только-только начал ощущать в присутствие Алисы нечто большее, чем чувство дружбы. Что-то такое внизу живота. Нечто неудобное. Стеснительное и запретное. И сны. Алиса теперь снилась ему постоянно.

Но вот одно он знал точно.

– Нет, – резко заявил Леон, – пусть я вождь и потомок вождей, но капитаном школьной Команды останется опытный игрок. Я не разрушу клинок.

Случаются такие слова и действия, которым никто не учит. Но они становятся правильными в нужное время. Признанный вождь признал первенство капитана. И боги судьи – команда это оценила. Игроки поднялись, и клинок вновь гордо стоял под своим стягом. Теперь помимо капитана с ними был потомок героя и Великая Реликвия.

И тут вновь произошло то, чего ранее никогда не случалось. Правая рука капитана схватил девочку только что отдавшую свою кровь ножу и втянул её внутрь клинка.

Капитан, прежде чем что-то решить и сказать посмотрел на Шамана. Тот улыбнулся и кивнул. Боги в его лице выразили своё одобрение импульсивному поступку нового вождя.

– Леон, я не должна, – пробормотала Алиса.

– Теперь должна, – неожиданно твёрдо объявил парень. – Теперь ты член Команды!

Это было впервые. Это было необычно. Но голос молодого вождя окреп. Может так действовал нож предка. Может мальчик реально превратился в мужчину. Никто не посмел ему противоречить. Даже Вахтанг промолчал.

И уж совсем само собой вышло, что девочка нашла своё место в строю сразу за штандартом. Таким образом, она только укрепляла клинок, создавая нечто вроде ребра жёсткости в его конструкции.

Подобного действа ни разу не случалось на Охотничьих Холмах. Это было впервые. Хотя никакие правила не запрещали этого. Просто по традиции девочки в Игре не участвовали. Такое мог позволить себе только истинный вождь. Шаман усмехнулся и покачал седой головой. Он видел всё иначе, чем простые обыватели. Его взгляду был доступен мир духов. Он знал больше. То, что сделала сегодня, девочка делала не она. И не просто мальчик принял реликвию. Великие вновь решили навестить свой народ.

– Здравствуй, Раймонд, – прошептал он. – Мы так давно тебя ждали!

Глава третья

Не все праздновали в этот день. Пять братьев Саварру Мяоконнина не ели мяса и не пили пива. Все пятеро были старшими. Ни у одного из них не случилось даже шанса войти в школьную Команду. Все они получили свои ножи просто в силу возраста. И только Саварру оставался мальчиком. Теперь ещё и отвергнутым. Прилюдно отвергнутым.

– Ты ещё можешь стать игроком, – сказал старший.

Мяоконнины все были крепышами. Начиная с прадедушки, их предки перестали быть охотниками. Они стали свиноводами. Проще вырастить животное и убить его в загоне, чем бегать по лесу с ножом предков. Тем более что и ножи эти доставались не по заслугам. Убить свинью – не велик подвиг. Можно ли им затмить деяние братьев-героев? Особенно, когда их потомок и сам пока ничего не сделал.

– Тем более что и нож-то не его, – подхрюкнул младший.

– И девочка не его, – согласился средний.

Он давно имел виды на маленькую Алису. Хотел даже свататься. Но очевидная всем дружба девочки с Леоном этому постоянно мешала. Прийти и быть отвергнутым гораздо хуже, чем просто не прийти. Отвергнутый жених ещё лет пять не сможет посвататься ни к одной девушке. Его просто не примут, пока не подрастёт новое поколение невест. А после сегодняшнего унижения второго семья не допустит.

– Есть правило, – выдохнул старший.

– Покалеченного игрока заменяет резервист, – усмехнулся средний. – Делов-то. Нас шестеро. Будь он хоть богом. Искалечим. Ноги перебьем, например.

– С перебитыми ногами не поиграешь, – кивнул старший. – Давайте сегодня. Пока кураж есть. А то завтра начнётся. Этот не может, тот передумал.

– Я не передумаю, – пробормотал Саварру.

Уже был готов нож, который должны были преподнести и повесить на пояс парню. Вот только в Команду его не приняли. А значит, посвящение в мужчины откладывалось на год. И лучшие невесты окажутся разобранными этими выскочками. Новыми игроками. А ему достанется какая-нибудь страхолюдина. Или придётся холостиковать, как старшим братьям.