Контрабанда

Лаолайо Лон, или, как называли его люди привыкшие сокращать имена просто Лойл, был весьма удивлён, когда во время обычной утренней прогулки его остановил патруль земной космополиции. Он не мог припомнить за собой ни одного нарушения конвенции. А останавливать законопослушного инопланетянина посреди улицы без причины было не принято. Это могло вызвать нездоровый интерес обывателей. И несмотря на то, что и Лойл и полицейские носили личины, среди зевак мог оказаться и всевидящий. И хорошо ещё, если им окажется какой-нибудь уже с утра пьяный бродяга. Он посчитает увиденное токсической галлюцинацией. В крайнем случае, ему легко станет внушить именно такое отношение к увиденному. А если это окажется один из Ищущих? От этих так легко не отделаться. Некоторые особо фанатичные не соблазняются даже крупными суммами денег. И как в подобных ситуациях выкручивается космополиция Лойл и знать не желал.

Дело в том, что Земля вот уже три сотни лет как была объявлена нейтральной системой. Что было логично. Ибо по силе человечество уступало практически всем неожиданно открывшимся ему звёздным цивилизациям. Вступать в борьбу за первенство являлось мыслью самоубийственной. Хотя имелись апологеты такого пути среди радикалов.

Однако земляне проявили своё неожиданное преимущество – гибкость не тела, но разума. Чего не доставало космическим расам, стремящимся к единоличному доминированию в известной вселенной. И нашла-таки своё место в галактике. Земля никому не могла стать соперником, а следовательно, и союзником никому ей быть было не под силу. Таким образом система становилась идеальной нейтральной зоной, доступной для всех, но не подчиняющейся никому. Ибо прибирать её к своим рукам не имело смысла с любой точки зрения. А вот использовать как безопасную площадку для ведения бизнеса и политических переговоров – в самый раз.

Конвенцию подписали и ратифицировали все известные на тот момент разумные расы галактики. Но главное самые влиятельные: Гоой, Риттор и Эрго. К последней как раз принадлежал Лойл. Любая раса, нарушившая конвенцию, будь она даже из числа сильнейших, мгновенно теряла все свои преимущества в силе, ибо ей пришлось бы иметь дело со всеми остальными разом. Пусть даже те объединились бы временно и сразу перегрызлись после победы.

Ещё одной особенностью являлось, что простые обыватели понятия не имели в какие галактического масштаба коллизии втянута их родная планета. Они продолжали спокойно жить, любить, строить и ломать, рожать и убивать, творить и изучать. Всё как обычно. Поскольку, немного изучив людей, инопланетяне сочли их слишком психологически неустойчивыми. В случае ознакомления всей цивилизации с конвенцией могли возникнуть ненужные для объявленного нейтральным миром волнения.

Именно поэтому все инопланетные гости на Земле носили камуфляж. У каждого технология была своя. В случае Эрго это был широкий чёрный плащ, видимый только самим эрго, но имеющий множество функций. Просто накинутый на плечи он создавал человеческую личину. Пока этого одного вполне хватало. Даже против всевидящих.

В случае, когда Лойл ощущал их присутствие, он просто заворачивался в плащ и становился невидимкой. Побочным эффектом служило то, что именно такое внезапное исчезновение мотивировало Ищущих – фанатиков охотников за инопланетянами. Эти ребята на каждом перекрёстке кричали о незримом присутствие на Земле инопланетян. Выпускали свой бюллетень. Кто-то им даже верил.

И вот Лойл был без всякой видимой причины остановлен космополицейскими.

Их было четверо, что тоже нельзя считать обычным делом. Традиционно, как и все полицейские во всех мирах они патрулировали парами. К чему усиленный наряд? Разве что они ожидают от него некой неадекватной реакции. На что?

«На что» стало понятно через секунду. За спинами космополицейских начал словно изображение на фотобумаге помещённой в проявитель материализоваться огромный, весь состоящий из прямых линий и углов в своём боевом скафандре штурмовик Гоой.

Предположи Лойл такую ситуацию раньше, и он бы, изменив зрение, без труда обнаружил бы присутствие представителя враждебной цивилизации. Но как мог он ожидать встречи с гоой в боевой экипировке на нейтральной Земле? И за спинами земных космополицейских.

Что-то случилось, понял он прежде, чем один из землян произнёс:

– Вы арестованы.

– Причина? – На чистом земном международном поинтересовался Лойл, на самом деле просто выигрывая себе секунды времени для анализа и принятия решения.

Арест. Он чисто теоретически входил в права земной космополиции. Да, это было прописано в Конвенции. Но никогда не применялось. Помимо того, что не было ни одного повода. В добавок, любой из арестуемых более высших рас мог просто перебить весь патруль и ближайшим рейсом покинуть планету. Земляне слишком слабы. Но это и составляло их преимущество до сих пор.

Так вот зачем здесь гоой! Силовая поддержка. Но от чего не риттор? И зачем вообще такая поддержка нужна? Пригласите, и я сам явлюсь.

– Идём, мальчик, – пробасил через динамики гоой. – Не сопротивляйся, и всё будет хорошо. Обещаю.

Через динамики? Да он в полной боевой трансформации!

Лойл наконец изменил зрение и взглянул на космополицейских. Они не были подвержены подавляющему волю воздействию, однако выглядели и без того весьма подавленными. Им явно претило задание. Но не выполнять приказа они не могли.

– Беги, – одними губами прошептал по виду самый молодой из них.

Лойл мгновенно уловил его мозговую волну и не стесняясь влез в сознание парня. Подлый приём, учитывая, что тот похоже пытался помочь. Лойл был согласен. Однако, кажется, сейчас решалось нечто большее, чем психическое здоровье этого потомка первых приматов.

Даже из того, что он смог выудить из рядового полицейского, всё обстояло плохо и не понятно. И в двойне плохо от непонимания. Арестовать приказали не только его. По всей планете шли задержания эрго и везде при этом присутствовали тяжеловооруженные гоой. И если эрго оказывали сопротивление… Это уже не простое недоразумение. Массовые убийства безоружных эрго тяжело экипированными гоой на нейтральной Земле прямой и недвусмысленный повод к большой войне.

Зато теперь ему не надо было долго думать.

Когда тебя останавливают с нехорошими намерениями, у тебя два варианта: стоять или бежать. Продолжать стоять было нелепо. Гоой не самая лучшая компания для пленных эрго. Умирать и вовсе резона не имелось. Поэтому учитывая, что сканированный им полицейский потерял сознание, отвлекая остальных. А гоой в боевой трансформации далеко не скакуны. Он выбрал второе.

И Лойл побежал, не забыв взмахнуть плащом. В такой ситуации плевать, что пара домохозяек, спешащих к открытию рынка, увидели исчезнувшего прямо на их глазах мужчину. Максимум перекрестятся, да и вернуться к своим дворовым сплетням. Хотя гоой в боевом изменение такой фокус обманет не на долго.

А долго и не надо. Эрго соблюдали Кодекс, но никогда никому не доверяли. Тем более Гоой и Риттор. Хоть Лойл и вышел в город ничего ещё не подозревающим и безоружным, это вовсе не значило, что у него нет оружия.

Но ещё необходимо связаться с остальными эрго находящимися сейчас на планете. Он ещё не знал, в чём собственно дело, но точно за этим стояли извечные враги гоой.

До своей норы Лойл добрался быстро, благо и отошёл недалеко. Забравшись поглубже, туда, где проходит страх открытого пространства и хранятся самые важные вещи вдали от чужих глаз, он извлёк из футляра кристалл. Управлять им никакой сложности не было. Достаточно просто регулировать силу сжатия в ладони. Вот только ни у кого этого не выходило. Кроме истинного владельца.

Как-то без особого энтузиазма, но по приказу свыше, он проводил эксперимент с одним из землян, каждое утро пившем кофе за соседним столиком. Он дал тому подержать в ладони и слегка сжать кристалл. Человек просто взял и умер ни с того ни с сего прямо за столиком. И сколько проблем доставил!

Кристалл-то у покойного в кулаке зажатым остался. А ядерная бомба – детям не игрушка! Лойлу пришлось подключить двух своих агентов очень ценных, дабы подчистить за собой. Прекрасно зная, что после выполнения задачи ему придётся их ликвидировать.

Однако это всё ненужные воспоминания и терзания совести. В данный момент речь шла о его собственной жизни. Хотя лучше смерть, чем попасть в плен к Гоой. За века противостояния эти рептилии очень хорошо изучили анатомию эрго и отлично использовали полученные данные при пытках.

Лойл сжал кристалл изо всех сил. Он поздно сообразил, что не поставил капу. Зубы едва не крошились от охватившего челюсти спазма. Зато в его тело в экстренном порядке грузился полный арсенал самого разнообразного оружия. Применение некоторого могло угрожать местной жизни. Но какое теперь до этого дело цивилизации Эрго, раз Земля перестала быть нейтральной и помогает Гоой.

Внутренний голос подсказывал Лойлу, что лучше отсидеться в своей норе до прихода эвакуатора. Это было бы правильнее и главное безопаснее. Вот только сейчас по всей планете гоой в боевой трансформации при помощи земной космополиции гоняются за беззащитными эрго. А бросать своих в беде Лойл не учили.

Сунув руку в петлю на внутренней стороне плаща, дабы иметь возможность в любой момент запахнуться спасительной тканью он вышел на улицу.

То, что предстало его теперь уже насторожённому взору превысило самые худшие его опасения. Помимо людей ничего не видящих, но инстинктивно ощущающих страх и жмущихся к стенам домов и кромке тротуаров, проезжую часть на каждые сто метров контролировали космополицейские. И при каждом третьем патруле наблюдалось присутствие тяжело вооружённого гоой.

Лойл даже успел проанализировать предположение, что Гоой, уставшие от многовекового противостояния решились на обострение и захватили нейтральную Землю. Однако быстро отказался от этой мысли. В таком случае вокруг планеты уже стояли бы военные флоты Риттор, Эрго и всех остальных членов конвенции. А земные космополицейские не предъявляли бы ему арест, а интернировали. Есть политическая разница в этих действиях.

А вот что происходило на самом деле ему теперь и требовалось узнать. Но сначала спасти как можно больше своих соплеменников.

На Земле эрго жили достаточно компактно. На своей же планете каждый клан напротив рыл норы на максимальном удалении от соседей, ровно в середине своей территории. Однако среди десятков пришельцев иных миров на Земле у них такой возможности не было. И в итоге несколько парней были вынуждены ютиться буквально в квартале друг от друга. Что для эрго доставляло большой дискомфорт.

Но теперь речь шла не о личных удобствах. Лойл с ужасом смотрел, как гоой с попустительства людей из космополиции хладнокровно расстреливает попавшегося на утренней пробежке эрго. Тот даже не успел прикрыться плащом. Ведь он не ожидал атаки. И скорее всего и понять ничего не успел, рухнув навзничь на тротуар.

Лойл отметил, что гоой пока используют только обычное огнестрельное оружие. Возможно, это являлось результатом компромисса с земными властями, до последнего не желающими просветить свой народ относительно реального положения дел на планете.

Всему терпению и послушанию законам есть предел. Плевать на то, что теперь подумают земляне, раз они предали ими же когда-то предложенную Конвенцию.

Этого гоой Лойл срезал простым бластером. Тот не готов был к атаке, и его защита не смогла нейтрализовать удар.

Космополицейские присели на корточки рядом с двумя телами. Они не являлись воинами. Но теперь им предстояло сообщить властям о том, что на Земле началась бойня!

Информация среди рептилий распространяется не очень-то быстро. Поэтому второго гоой Лойл убил легко. Даже как-то по ходу движения. Сейчас он только хотел спасти как можно больше своих. И будь проклят Совет Эрго, который лишил его связи. Хотели защитить. Спасибо теперь вам скажут погибающие безоружные братья.

Лойл запахнул плащ. Даже гоой сложно увидеть мимикрирующего эрго. Их зрение реагирует на движение. Но когда это движение размыто, они не могут нанести точный удар. Зато Лойл может.

И пяти минут не прошло, как ещё одна ящерица извивалась в конвульсиях у его ног не смотря на всю свою броневую защиту. Когда ты вооружён словно боевой крейсер и знаешь слабые места противника, тот обречён. Жаль только, что рядом лежал бездыханный эрго.

Лойл прикрыл плащом погибшего собрата обоих, делая их невидимыми для людей. Оставалось надеяться, что служба зачистки земной космополиции ещё работает. Кому бы она теперь не подчинялась. В их же интересах минимизировать последствия действий не на шутку разбушевавшегося Лойл.

Отец всегда хотел видеть в Лойл дипломата. Лойл усмехнулся. А получил воина, каким и сам когда-то был.

Алексей ожидал уже более получаса, изображая праздного гуляющего присевшего на лавочку в сквере. И это в рабочее время. Ещё немного и им заинтересуются не только вездесущие голуби. И тогда прощай секретность, о которой его особенно просил так пока и не объявившийся информатор. Вот так опаздывать на интервью было не принято среди уважаемых людей. Хотя, мог ли предполагаемый собеседник претендовать на столь высокое звание?

– Айм сорри, – сказал подоспевший парень весь покрытый татуировками.

Разноцветные мотивы татуировок выдавали жителя окраинных миров. На Земле мода на изнасилование собственной кожи уже лет сто как прошла. А тут просто иконопись на живом теле. И Пегас, машущий крыльями над Юпитером. Планетой, а не богом. И мелким бисером перечень спутников вышеобозначенной недозвезды.

Глаза Алексея потухли. День, вернее утро было потеряно. Как он мог повестись на это сообщение? Какую такую важную информацию может сообщить ему этот недоросль из глубокой провинции? Как следует правильно пасти псевдокоров при низкой гравитации? Как заготавливать сверчков для последующего помола в муку? Нет, он не был сторонником идеи превосходства жителей метрополии над обитателями окраин. Однако здравый смысл подсказывал, что новости вселенского масштаба сначала достаются центральной планете системы и лишь потом транслируются в колонии, а не наоборот.

Всё же природный профессионал являющимся стержнем его натуры победил скептицизм и в этот раз. Встреча назначена, следовательно станем говорить.

– Мои слушатели заинтригованы, – начал Алексей. – Вы так заявили о своих намереньях, что они уже открыли рты!

– И сейчас их захлопнут, – совершенно уже не демократично заявил гость.

Повисла пауза. Ничего хорошего в паузах никогда не случалось. Это Алексей знал, как почти что уже древний сотрудник редакции. Такое начало интервью весьма многое говорило о его предположительно бесславном завершении.

– Это ваше предположение? – Попробовал исправить возникшую ситуацию Алексей. – Или просто шутка такая?

Его интервьюер на шута не походил.

И если бы все мысли журналиста не были направлены на выполнение своих профессиональных обязанностей, то он бы раньше заметил. Чтобы татуированному мальчику с одного из провинциальных спутников добраться не просто до метрополии, но до столицы, надо три года всю зарплату откладывать и питаться собственными испражнениями. А он теперь сидел напротив него с огнём в и так золотистых, как у всех мутантов глазах, и голодным при этом отнюдь не выглядел.

Но что-то щёлкнуло в голове, и Алексей отключил профессиональную функцию. Теперь он нутром чувствовал, что происходит нечто неординарное.

– У вас сообщение? – Боясь уже услышать ответ, спросил он.

Парень кивнул. Три раза кивнул. Это был очень старый, почти забытый им код. Нет, не могло стать всё так плохо, чтобы он понадобился.

Когда-то очень давно (по меркам жизни ещё достаточно молодого сорокалетнего человека) Алексей был втянут, или, скорее, сам со всей юношеской пылкостью втянулся в деятельность тайной организации. Сообщество чем-то напоминало древних и почти забытых масонов. Как и те, члены современной организации строго хранили и охраняли свои тайны, и обладали определённой информацией, далеко выходящей за рамки общедоступной. Они, к примеру, в отличие от остальных землян были осведомлены о существовании Конвенции, как и знали о присутствии инопланетян на планете. Члены общества следили за ними. В отличие от групп радикалов, они не планировали изгнание чужих. Напротив, они желали впитать как можно более знаний, которые могли бы послужить Родине для вхождения однажды в круг могущественных галактических цивилизаций.

Однако, отдавая дань предшественникам, новые масоны через чур переборщили с тягой к ритуалам. Молодому парню, желавшему применить бьющую из него энергию для конкретных подвигов это всё, быстро наскучило. Он всё реже посещал собрания и всё чаще использовал связи для добывания пусть сенсационной, но чисто земной информации для своей колонки и передачи на галовидении.

Иногда, бросая взгляд в своё прошлое, Алексей улыбался, вспоминая, с каким трепетом вступал в организацию. Теперь он уже и вовсе почти забыл о ней. Если бы не этот покрытый татуировками юноша с золотистыми глазами. И знак, который он подал.

Это означало, во-первых, что организация в отличие от самого Алексея о нём не забыла. И, во-вторых, что сообщение имеет неимоверную важность, касающуюся безопасности самой колыбели человечества.

Алексей сразу вспомнил разрозненные слухи от своих сохранившихся с прошлых времён источников об исчезновении эрго в последние дни. О странных трупах на улицах мирного пока ещё города. Эрго, Гоой, Риттор. Как простой землянин он вообще не должен был знать об их существовании. Как один из братьев Ордена был обязан. Но он же давно фактически его покинул. Почему про него теперь после стольких лет вспомнили?

– Война? – Спросил он, уже даже не ожидая ответа.

– Мы знаем только то, что знаем, – произнёс татуированный парень. – Я могу изложить Мастеру послание Старших?

Алексей не любил ритуалы, как и воспоминание о присвоенной ему когда-то степени, считая это чем-то вроде игры для так и не повзрослевших бородатых мужиков, но в уважение отдалённым от столицы членам сообщества им следовало следовать.

– Тебе, проделавшему столь долгий путь я позволяю передать мне имя старшего, прежде чем ты дашь мне его слова.

Парень закатил глаза, медленно сполз с лавочки, упал на колени, потом мешком завалился на бок.

– Я не могу назвать имя. Ты знаешь. Пока ты не произнесёшь код!

Видимо информация стоила жизни несчастного парня. О такой секретности Алесей естественно помнил, но никогда в её применении не учувствовал. Код у каждого Мастера был свой. И произнести его мог только он своим голосом. Никакая подделка искусственного интеллекта не проходила. Любая неточность и информатор умрёт, унося тайну с собой во тьму. Вот только Алексей давно отошёл от дел. А коду этому лет пять, поди вспомни.

Кота его родителей вроде так звали. Сенека? Нет. Тестостерон? Нет. Цезарь! Вот!

– Цезарь, – громко произнёс Алексей.

Татуированный парень прекратил увидать, легко поднялся с асфальта и сел обратно на лавочку, лишь оглянувшись, дабы убедиться, что никто посторонний не заметил произошедшего. Кодировочка ментальная та ещё была, подумал Алексей. Раньше он о подобном только слышал. Теперь пришлось столкнуться воочию.

– Кто? – Потребовал он ответа.

Парень потряс головой, сбрасывая последние остатки морока.

– Высший Мастер нашей колонии Иней.

Никакого Инея Алексей не помнил. Хотя это абсолютно ни о чём не говорило. Всех провинциальных мастеров он знать не мог. Да и за столь долгий срок пренебрежения им делами Ордена многие из них могли смениться.

– Откуда ты?

Парень с нескрываемым удивлением взглянул на него.

– Ах, да, – спохватился медленно возвращающий себе память Мастер.

Татуировки! Пегас над Юпитером. Спутники. Величайший поэт прошлого века, почитаемый едва ли не на уровне бога, родился на Земле. Однако почти всю жизнь он прожил и творил на Ганимеде, сосланный туда за то «что милости к мутантам пожелал». Факт общеизвестный. Не удивительно, что посланец засомневался.

– Так что передаёт мне Мастер Иней? – Вполне наконец осознав серьёзность положения дел спросил Алексей.

– Если бы я точно не знал, что вы не эрго или гоой, то побоялся бы докладывать, – произнёс мутант. – Но код подделать невозможно. Так меня учили.

Ничего хорошего такое предисловие не судило.

– Правильно учили. Невозможно. Давай уже, – попросил Алексей.

Парень закрыл глаза и напрягся. Сейчас он начнёт говорить. Так передают тайную почту в Ордене.

Много шума, но почти ничего интересного. Гоой подло под предлогом очередных переговоров высадили десант в столице Эрго и захватили её. Война началась, но она может быть весьма короткой. Эрго разобщены в силу традиций. Каждый клан предан своей норе. И только Императору преданы все. Но Императора Гоой убили.

– Какое дело землянам до убийства Императора Эрго и захвата его планеты Гоой? – Поинтересовался Алексей.

Хотя никакого смысла спрашивать об этом парня не было. Тот являлся только живым закодированным письмом и не более.

– Это просто новости, – произнёс Алексей. – Мне не интересно, кто кого убьёт в этой битве. Не вижу причины вмешаться.

Вместо ответа мутант выставил руки локтями вперёд и татуировки начали плавиться. Замысловатые узоры стали превращаться в клинопись, понятную только ему – Мастеру. Они просто текли перед его глазами.

– Не может быть, – прошептал он.

Лучше никому не видеть этих знаков. И мальчика придётся ликвидировать. Слишком тяжёлый груз он взял на себя.

Теперь в опасности Земля. Причём во сто крат большей, чем случилось, когда её и разумную жизнь на ней обнаружили галактические тяжеловесы Гоой, Эрго и Риттор.

Клинопись из расплывшихся татуировок была вторым и самым защищённым способом передачи информации в Ордене. Зрение Эрго не воспринимало фиолетовый цвет. Для Риттор треугольник являлся священным божественным знаком, почти как для многих людей триединство бога. И они считали святотатством даже пытаться выяснить смысл переписки клиньями (схожими с треугольниками). А для Гоой любая статика была невидима. Главное не дать им посмотреть момент преображения. Да и тогда они быстрее убьют, чем удосужатся прочитать.

Алексей читал и ему становилось страшно. Не за себя. Он видел доклад погибающего в огне гоой эрго, каким-то образом связанного с Орденом. В своей закупоренной норе, залитой снаружи самым примитивным напалмом, он буквально был испечён заживо. Но корчась в муках успел многое сообщить и главное объяснить.

Гоой просчитались. Взять просто главную планету Эрго, это не взять ничего. Да, там сотни планет. Каждая вертится вокруг своего солнца. Да, каждый клан Эрго предпочитает существовать самостоятельно. Только власть и авторитет императора объединяет их. Гоой думали, что, уничтожив императора они раздробят эрго и уничтожат, либо подчинят их по частям. Идея была правильная. Но они просчитались.

– Они взяли столицу и убили Императора.

Убить Императора, не лишив жизни наследника – это бестолково, как минимум. Теперь все Эрго во всех системах примутся истреблять ящериц. А те станут убивать их. И всё бы хорошо, но… Старший сын и наследник дома Эрго проживает на Земле!

Значит Земле угрожает катастрофа.

Вот теперь праздника не будет, подумал Алексей. Это уже совершенно другие танцы. Война придёт на Землю. А здесь ничего не подозревающие люди. Они станут сгорать в пламени чужой битвы.

Гоой плевать на нейтральность планеты, если на ней присутствует главная опасность их миру. Сдерживает их пока от полного уничтожения Земли Риттор.

Великаны уже однажды проучили ящериц. Гоой потеряли тогда десяток планет. Однако Риттор никогда не вмешивались в семейные распри. Если хладнокровные заимели право на трон Эрго, то мешать Риттор не станет.

Но, если есть живой принц? Вернее, пока он есть.

А ещё хуже. Он обитает на Земле!

– Теперь нам конец, – произнёс Алексей. – Причём всем. Гоой не оставят живых. Они уничтожат всю планету.

Они посмотрели друг на друга.

– Мастер знает ответ, – произнёс парень.

Он знал. Вернее предполагал. Мастеру Ордена открыты некоторые тайны, о существовании которых земляне боятся даже думать.

Оставалось самое «простое» – среди всех находящихся на Земле эрго найти Принца!

Если его уже не убили.

Гоой наконец сообразили, что что-то идёт не по плану. Помимо трупов расстрелянных ничего не подозревающих эрго тротуары залило кровью гоой. А убить полностью трансформированного в боевой режим штурмовика может только прямой наводкой крейсер эрго, или впитавший всю его мощь эрго-берсерк.