- -
- 100%
- +
Пролог
– Ало. Полонская на проводе.
– Привет. Узнала?
– Нет, ваш номер не определился.
– Андрей.
– И?
– И….
– И я бы хотела услышать фамилию.
– Береговой.
– Ой, Андрей! Сколько лет, сколько зим! Мы не слышались с окончания института. Что-то случилось?
– Да тут такое дело. В общем, ты ведь все еще пишешь?
– Ну да, издала несколько книг, а что?
– Постараюсь изложить как можно проще: у меня есть пациентка, девочка подросток. Сложная, не буду вдаваться в подробности.
– Ты все еще работаешь в челюстно-лицевом стационаре?
– Да, там, откуда знаешь?
– Кто-то из наших упоминал. Прости, что перебила, давай дальше.
– Ей нужно делать очередную операцию, но она упирается. Упрямая, как черт. Ни родители, ни врачи не могут с ней сладить. Мы теряем время, а квоту просто так не дают.
– Понимаю. И?
– Совершенно случайно, я заметил у нее на планшете твою фотографию. Не буду вдаваться в подробности, чего мне стоило выяснить, как так получилось. Оказывается, девчонка фанатеет по твоим книгам.
– Хм, приятно. А что требуется от меня?
– Хотел попросить тебя, ее навестить.
Глава 1. Аня
Было странно и приятно одновременно оказаться в стенах, в которых провела семь лет. Учеба в медицинском была сложной, но их группа оказалась очень дружной. Должно быть, поэтому, по прошествии почти десяти лет после окончания вуза, воспоминания были исключительно теплыми. Толпа молоденьких студентов в неказистых белых халатах вызвала у девушки улыбку. И хотя внутренняя дрожь не прошла, стало чуть лучше.
«Дурочка, ты каждый день лечишь кучу людей, и боишься встречи с подростком!»
Самоирония не возымела должного эффекта. Хотя однокурсник и рассказал, что ее ждет, передать словами последствия аварии сложно. Особенно, когда дело касается лица…, у девушки…, подростка. Страшно представить, что можно увидеть, и невозможно даже предположить, что при этом чувствует пациент.
Просьба Андрея показалась более чем странной. Он надеялся на эффект неожиданности, но что можно сказать в такой ситуации. Она искала слова все утро и почти всю ночь. Безуспешно. Даже полистала несколько статей в Интернете, прочла кое-что на форумах, надеясь почерпнуть что-то важное и нужное.
Но вот сейчас, переступая порог родного Вуза, точнее огромного центра челюстно-лицевой хирургии при вузе, ее колени дрожали. Девушка порадовалась, что надела брюки, а не юбку.
Не успели глаза привыкнуть к обилию белых халатов, как тут же встретились с хорошо знакомыми глазами. Парень тут же отделился от стены, и направился навстречу. Все такой же высокий, все та же красивая улыбка, от которой таяли сердца половины потока. Перестал носить линзы, и снова был в очках. Правильный ход, так он выглядел гораздо интереснее. Ну а говорить о том, что бирюзовый хирургический костюм сидел на нем, как на модели, лучше не стоит. Если кто и мог выглядеть так эффектно даже в этой одежде, то только Андрей.
Собственной персоной.
Парень сделал еще несколько шагов, на ходу рассматривая однокурсницу.
Помнится, на первых курсах они много общались. Потом интересы разошлись, и оставшиеся несколько лет их общение чаще складывалось из споров. Всегда принципиальная и непримиримая, Яна была крепким орешком. Ее невозможно было переспорить, заставить что-то сделать против ее воли. К слову, все парни знали, что при необходимости эта девчонка может и вдарить. Он не пробовал, но иногда злил ее специально. А еще она краснела…, точно! Всегда краснела от смущения, если очень постараться.
Все эти годы он не слышал о ней ничего конкретного. Впрочем, он редко общался с однокурсниками, не ходил на встречи выпускников и не звонил никому. Зачем? Жизнь идет дальше, какой смысл вспоминать прошлое. От этого, оказалось, невероятно трудно найти ее номер. Пришлось очень постараться.
Яна тоже заметила его и помахала рукой. Пробираясь между студентами, Андрей продолжал ее разглядывать. Темно синие брюки, черная водолазка отлично сидели на ничуть не поменявшейся фигуре. Взгляд сам собой отметил невысокий каблук. Помнится, раньше она чуть комплексовала по поводу небольшого роста, потому носила обувь на платформе. Значит, это в прошлом. Уверенная походка нисколько не напоминала тогдашнюю. Она сделала стрижку, темные волосы теперь не висели сзади, как раньше, а едва касались плеч.
В общем, все сравнения нынешней Яны и прошлой оказались в пользу настоящей.
– Привет.
– Привет. Спасибо, что пришла.
Яна в очередной раз отметила, какой же он высокий. Всегда таким был, оказывается, память несколько уменьшила его размеры. Высокий, все такой же подтянутый и нисколько не изменившийся. Приятно, что не все толстеют, лысеют и становятся важными заносчивыми супер-специалистами.
– Твой звонок меня удивил, это самая странная просьба за всю мою жизнь. – Яна улыбнулась, брови чуть приподнялись. Этот жест тут же отозвался в голове парня воспоминаниями. Как странно, оказывается, он помнит, как она смеется. Прикольно. Вот уж никогда бы не подумал.
– Да я и сам не знаю, поможет это или нет. Просто не могу сидеть и смотреть, как девчонка сведет на нет все наши старания. Ей осталась последняя операция на челюсти, убрать шрамы и будет как новенькая. Но ведь уперлась!
Андрей передернул плечами, невольно показывая, что ему не все равно. Этот жест где-то на подсознании вызвал прилив теплоты, подтверждая, что она помнит, какой однокурсник был на самом деле. Внешность часто создает неверное представление о человеке. Так вот, этот красавчик всегда казался холодным и бездушным. Собственно, таким он сделался на последних курсах, когда родительские деньги хорошенько его испортили. Сейчас же парень напоминал больше того самого, каким был на первых курсах. Человечного что ли.
– Надо попробовать. Главное, чтобы ты не ошибся, может, она фанатеет от кого-то другого.
– Не думаю, твое фото с книгами я видел собственными глазами. Потом даже на сайт твой заходил, оказывается, ты уже успешный писатель. Несколько книг.
– Ой, не смеши, какой там успешный писатель. Просто пишу, что-то выкладываю в сеть, что-то публикую за свой счет. Это хобби, но никак не источник дохода. – Девушка засмеялась, поправив и без того хорошо лежащие волосы. Тогда как щеки чуть порозовели. Значит, она не разучилась краснеть, это было приятным открытием, хотя он сам не знал почему.
– Значит, работаешь по профессии?
– Конечно! Мы медики до мозга костей. Так что халат с собой, правда, короткий, я теперь в костюмах работаю.
– Отлично. Может, выпьем кофе? Я тебе немного расскажу про Аню.
Андрей кивнул в сторону известного им с институтских времен кафе. Он так и манил спуститься вниз запахами кофе и булочек.
– Да, было бы неплохо. Я от нервов не смогла с утра ничего съесть, – призналась Яна, делая первые шаги в сторону лестницы.
– Где твоя куртка?
– Сдала в гардероб, идем?
– Да, проходи.
Сидя за столиком, несколько минут парень с девушкой просто рассматривали друг друга. Ни один так и не пригубил кофе.
Сколько лет они не виделись? Пять? Шесть? Точно больше!
– Давно она тут?
Андрей сглотнул, на минуту опустив взгляд в стол. Светло-карие глаза сверкнули под красивыми очками. Оправа была металлической и такой тонкой, что едва видна.
Все-таки хорошо, что он вернулся к очкам, мелькнула мысль у Яны.
– Уже несколько лет, как мы ее ведем. Она попала к нам по скорой, вытащили с того света и было не до красоты. Потом ждали, пока ей исполнится хотя бы 17, сама знаешь, остеосинтез не желателен, пока есть зоны роста. Сейчас прошел месяц, как она тут. Собирали, мягко сказать, по частям тогда в первый раз. – Парень назвал несколько хирургов, хорошо знакомых им обоим. Фамилии подтвердили серьезность ситуации.
– Как ее родители? Обрисуй, чтобы я не попала впросак.
– Самые обычные. И, похоже, не могут найти подход к собственной дочери. Это и понятно, многие в обычной-то ситуации ведут себя сложно, что же говорить, когда тебе так досталось.
– Сколько ей лет? Что она любит делать?
– Ей 17, скоро будет 18, оканчивает школу на надомном обучении, большую часть времени читает, часто из Интернета.
Андрей терпеливо отвечал на все вопросы. Он понимал, что девушка нервничает, и как мог, пытался ввести в курс дела. Все-таки она могла и не соглашаться, просьба неординарная, ничего не скажешь. Потом, вспомнив про что-то известное лишь ему одному, парень поморщился и задал вопрос:
– Ты знаешь Сумерки?
– Да, конечно, кто про них не знает! Они гремели на весь мир. – Яна тряхнула волосами, чтобы не падали на лицо, явно удивленная переменой темы.
– Я не знаю, черт! Эта девчонка всех с ума свела своими вампирами, даже мне пришлось читать. Она отказывалась идти на операцию, пока я лично не пересказал ей половину истории.
Слушая и представляя, как парень тридцати лет отроду, да еще такой циник как Андрей, сидит и читает любовную Сагу, гостья от души рассмеялась:
– Правда заставила?
– Думаешь, я шучу. Хочешь, назову тебе всех героев, могу расположить их по парам. – Парень потер лоб, провел по своим коротким светлым волосам.
– Розали…
– Эммет. Если ты про это, – хмыкнул он в ответ. – Я даже все серии посмотрел, так что не подловишь.
– Не мудрено, что девочка увлеклась Сагой, там она прячется от настоящего. – Проговорила Яна, водя пальцем по столу. Что уж говорить, если даже она сама пряталась там от своего неудачного брака. Воспоминание, так некстати всплыли в памяти, что пришлось спешно затолкать их назад в дальние уголки памяти. Парень заметил, что у нее как и раньше нет лака на ногтях. Короткие ноготки аккуратные, а на пальцах во многих местах ссадины. Проследив за взглядом, она поспешно сжала кулаки:
– Скалолазание.
Одно слово, можно подумать, оно может объяснить ее страсть к высоте.
– Ты занимаешься скалолазанием? – молодой человек решил уточнить, не ослышался ли он. Помнится, последнее, что было в ее списке экстрима – на пятом курсе она прыгала с ребятами из группы с парашютом. Оказывается, еще и это. Ничего себе.
– Да, мне нравится, на работе в перчатках не видно ободранные пальцы. Да не важно, какая разница. – Девушка поспешила вернуть тему разговора. В конце концов, не о ее хобби сейчас стоило говорить. – Если я правильно представляю, то этой девочке досталось….
– Я бы хотел тебя подготовить…, чтобы ты не сильно испугалась…, нет, скорее не так, чтобы не выдала свои эмоции. Аня очень ранима, ее бесит, когда начинают сюсюкаться и проявлять жалость….
– Я все поняла.
– Не знаю, сможем ли мы ее встряхнуть, но если да, то буду твоим должником. – Широкие плечи расправились под бирюзовой хирургической рубашкой, когда он повел ими.
Я даже представить себе не могу, как ты тут работаешь. – Призналась Яна, все же сделав глоток кофе. Оказалось, забыла положить сахар, потому поморщилась.
– Сам удивляюсь.
– Кто бы мог подумать, что наш золотой мальчик станет блестящим хирургом, – не удержалась девушка. Издевка прозвучала беззлобно, скорее уж по старой памяти.
Парень скривил губы, приподняв одну бровь.
Они оба прекрасно помнили, как постоянно подначивали друг друга. Он ее за областную прописку, она его за деньги родителей. Оказывается, многое меняется.
– Кто бы мог подумать, что ты все-таки осуществишь свою детскую мечту и станешь писателем. – В том же тоне отозвался он. – О чем пишешь?
– Так, подростковые переживания, тебе точно будет не интересно. – Отмахнулась Яна, делая очередной глоток противной жидкости. Нужно было унять дрожь в коленках, иначе просто сбежит, так и не войдя в палату. Что было не исключено, так как страх перед неизвестным сильно засел внутри. Вперемешку с сомнениями. Нужно ли ей вообще быть здесь, быть может, ее приход сделает только хуже.
Видя, что гостья слишком сильно переживает, парень решил ее чуть позлить. Раньше всегда помогало.
– Что и никакого секса? – Андрей прищурился, отметив, как щеки девушки тут же окрасились в розовый цвет. С ума сойти, до сих пор краснеет!
– Почему же, без него никуда! – последовал ответ, удививший его вкупе с удивительной улыбкой.
– Тогда, точно стоит почитать.
– Все еще повернут на сексе?
– Куда уж без него.
Обменявшись шутливыми репликами, они рассмеялись.
– Я, правда, рад тебя видеть, – наконец сказал Андрей, чуть наклонившись через стол. – И приятно удивлен, что ты не стала, как все наши. Живут работой, покупают кандидатские, и дышат на свои деньги.
– То же самое могу сказать и о тебе. Признаюсь, была уверена, что твое самолюбие теперь процветает, и ты стал еще более заносчивым. Приятно удивлена, что для тебя важен пациент, и ты готов уделить столько времени самой обычной девочке.
– Значит мир?
Парень протянул руку через весь стол. Губы изогнулись в искренней улыбке.
– У нас с тобой всегда был мир, насколько я помню.
Яна протянула руку в ответ, коснувшись теплых длинных пальцев. На мужском запястье ярко выделялся тонкий кожаный браслет. На ее висел тяжелый браслет из серебра с несколькими замысловатыми подвесками.
Рукопожатие выглядело очень официальным. Если бы не взгляды всей женской половины посетителей.
– Все еще пользуешься популярностью. – Заметила девушка, поспешно убирая руку.
Андрей даже не отвел взгляд, похоже, внимание женского пола его нисколько не интересовало.
– Это не важно. Ну, готова?
– Нет, но легче не станет, так что пойдем.
Яна поднялась, подхватила с соседнего стула свою сумку. Андрей галантно пропустил ее вперед, и сам нажал на кнопку лифта.
Поднимались они в компании нескольких врачей, очевидно знакомых парню.
За исключением приветствия, все молчали, пока не разошлись по своим этажам. Яна с Андреем были последними, поднявшись в стационар.
– Халат будешь надевать? – он кивнул в сторону ординаторской.
Девушка на миг закусила губу, чуть прикрыв глаза.
Халат всегда придавал уверенности, но он же ставил ее за черту. Пациенты всегда чувствуют, что доктор – какой бы хороший он ни был, но все же человек по другую сторону баррикад.
– Нет, лучше так. Ей халатов тут и так хватает. Можно? – девушка с сомнением нахмурилась, не факт, что ее пустят в палату в таком виде.
– Договоримся. Бахилы надень.
– Давай.
Ей пришлось нагнуться, чтобы нацепить синие шуршащие пакетики. Сумка тут же съехала на бок, грозя свалиться на пол. Андрей хотел было уже помочь, но как-то не решился.
Перед дверью, Яна несколько раз глубоко вздохнула. Потом подняла взгляд на парня, на минуту взглянув в светло-карие глаза. Он кивнул и открыл дверь.
Запах лекарств сделался еще более сильным, и ударил в нос.
Частная клиника – это другой мир, и он отличается от стационара.
Оказывается, она успела забыть, каково там.
Палата была на шестерых. Две кровати пустовали, на двух лежали люди, на одной кто-то играл на планшете. И, наконец, гостья встретилась с голубыми глазами девочки. Похоже, только глаза и пожалел всевышний, который допустил такую катастрофу. Лицо подростка пересекали несколько толстых шрамов. Один спускался со лба, деля его пополам, и терялся за левым ухом. Второй пересекал скулу от крыла носа, который пока выглядел не симметричным, но хотя бы был на месте. Яна, будучи стоматологом, сразу поняла, что за операция еще осталась. Нижнюю челюсть «собрали» из раздробленных фрагментов после аварии, но не смогли придать ей тот нормальный вид, который должен быть. Она выглядела неестественно маленькой, хотя лицо было не крупным.
Девочка тоже с интересом рассматривала гостью.
Ее взгляд сначала был нерешительный, потом он сделался удивленным и, наконец, совсем ошарашенным, когда в нем промелькнуло узнавание.
Андрей выступил вперед, хотя в этом не было необходимости. Яна едва доставала ему до подмышки и его прекрасно было видно из-за ее спины.
– Аня, привет. Смотри, кто пришел тебя навестить. Спорим, эту гостью ты не прогонишь! – молодой хирург выглядел спокойным, и только вена на шее пульсировала чуть быстрее, чем обычно.
Это замечание пришло само собой, когда девушка мельком посмотрела на однокурсника. Потом все ее внимание сосредоточилось на пациентке.
– Привет. Если ты не против, могу я подойти к твоей кровати? – девушка не знала с чего начать. Как вообще можно что-то сказать человеку, который за свои 17 лет пережил уже так много горя и несчастий. Да это она сама может провести психологический тренинг для всех недовольных своей жизнью.
Девочка кивнула, чуть сдвинув худые ноги в сторону. Одетая в серый спортивный костюм пациентка выглядела младше, лет на четырнадцать, не больше, и только взгляд был таким, что по мудрости не уступил бы и тридцатилетней.
– Вы та самая Яна? Яна Полонская? Которая написала продолжение Саги? – Аня все еще пребывала в небольшом ступоре от неожиданности.
Андрей наблюдал, прислонившись к дверному косяку. Это была последняя надежда, если такой ход не сработает, тогда уже все. Придется сложить руки и отправить девочку домой, оставив на ее лице все эти шрамы. Без желания пациентки такие операции проводить нельзя, это не жизненно-важные манипуляции, которые делают экстренно. Странно, но со спины Янка показалась ему еще более худенькой, чем он ее помнил.
– Да, это я. – Девушка кивнула, аккуратно присев на самый край кровати. – И признаюсь, удивлена, что у меня есть такие преданные читатели. Даже представить не могла!
– Как же, ваши книги хвалят на многих форумах. – Хмыкнула Аня, дернув худыми плечиками. – Как вы узнали, что я ваша фанатка?
– Скажем так, у тебя есть добрая «фея». – Улыбнувшись, отозвалась гостья, кивнув в сторону хирурга, внимательно слушавшего разговор.
– Да ладно! Вот так запросто, он вызвал вас сюда?!
– Что ж, придется раскрывать карты. Как преданной фанатке расскажу одну новость, ее нет нигде в Интернете. Я стоматолог, я работаю по профессии и в свободное время пишу книги. А твой замечательный доктор мой однокурсник, с ним мы прошли вместе все тяготы студенческого времени.
– Да ладно! – у девочки невольно снова вырвалась любимая фраза.
Молодой человек поймал недоверчивый взгляд голубых глаз и кивнул. Пока все шло хорошо. Яне удалось пробить холодность и отстраненность, это уже полдела.
– И дальше что? Вы пришли, чтобы меня пожалеть? Так!
Горечь, прозвучавшая в голосе подростка, больно резанула слух, пришлось приложить усилие над собой, чтобы не поморщиться. Боже, как сильно покалечила ее жизнь. Не только внешне, шрамы на сердце не видимы, но они намного страшнее и глубже. Такие не просто убрать операцией. Нужно быть идиотом, чтобы это не понимать.
Яна внутренне поежилась, но решила не сдаваться.
Не понятно, почему, но это стало очень важным. Для нее самой.
– Не понимаю, с чего это я должна тебя жалеть! – девушка как можно спокойнее произнесла эту фразу. – У тебя есть руки и ноги, ты не прикована к кровати, не лишилась глаз, можешь говорить! Держишься молодцом, много читаешь, судя по тому, что смогла отыскать мою книгу, ведь я совсем не знаменитый автор.
– Это пока.
– Что пока?
– Пока не знаменитый. Когда-нибудь издатели выстроятся в очередь, чтобы вас заполучить. – Уверенно отозвалась Аня.
– Эх, мне бы твою уверенность!
Девушка искренне улыбнулась, покачав головой. Красиво уложенные темные волосы коснулись одного плеча.
– Ладно, если вы не собираетесь разводить сопли по поводу моего лица, зачем тогда пришли?
– Наверное, для того, чтобы отругать твою фею за твою ужасную прическу. – Яна вылепила это так быстро, что чуть не прикусила язык. Слова сами собой вылетели, и вернуть их было невозможно.
Андрей даже крякнул. Светлые брови поползли наверх. Должно быть от удивления, но парень промолчал. Не понятно, что она задумала, но это будет интересно.
Яна мысленно себя обругала, уже готовая признать полное фиаско этой затеи. Вот сейчас девочка вскочит и в слезах ее выставит, это точно! И будет права. Тоже мне, нашла слова утешения для подростка с лабильной психикой!
– В смысле? Вам не нравится моя прическа?
– Нет, да тебе и самой она тоже не нравится. Правда?
– Я никогда об этом не думала.
– И зря. Не стоит зацикливаться на шрамах. Это все равно, как если бы кто-то очень сильно хотел похудеть. Сидел бы на диетах, мучил бы себя упражнениями, но при этом ходил бы в мешке. Как? Кто-то бы заметил его старания. Вряд ли. Вот и тебе надоели операции, и тебя можно понять. Может, стоит начать с прически. Давай сделаем тебе челку. Ты как?
Чувствуя, что внимание девочки полностью приковано к ней, Яна чуть растерялась. Сейчас важно было не упустить ход мысли, тем более что Аня оказалась на редкость крепким орешком. Не обиделась на такое заявление, не начала рыдать и кричать. Надо отдать должное девочке, характер бойца! Другая бы выгнала из палаты после такого заявления.
– Что как? – Аня удивленно воззрилась на свою любимую писательницу. Мало того, что она оказалась тут, так теперь хочет сделать ей стрижку! Нет, это сон, точно сон. Вот сейчас она проснется, откроет глаза и окажется в ненавистной палате с чужими людьми. Но сон не заканчивался.
Яна вопросительно смотрела на нее своими большими темными глазами. В жизни она была ниже ростом, чем на фотографиях. Правда, симпатичнее, нет, точнее сказать, интереснее.
– Будем исправлять тебе прическу? – последовал ее вопрос.
– Что сейчас?
Аня с трудом выдавила два слова в ответ. Странно, что еще не потеряла дар речи от столь неожиданного визита.
– А почему не сейчас?
– Ей нельзя пока выходить. – Это подал голос Андрей, отлепившись от стены. Парень сделал несколько шагов вперед, не зная, что делать в такой ситуации. Такого поворота событий в его вариантах не было.
– Нам и не нужно выходить. Доктор, дайте нам, пожалуйста, ножницы.
Парень ухмыльнулся, и спросил:
– Ты и стрижки делать умеешь?
– Не умею, но челку точно смогу выстричь. Аня, твое мнение? Нести ножницы или не надо.
Девочка продолжала хлопать огромными голубыми глазами. Головка нерешительно кивнула.
– Ян, ты же не собираешься устраивать тут парикмахерскую…. – голос хирурга был тихий и вкрадчивый. Помня учебу, девушка прекрасно знала, что скрывается за этим мнимым спокойствием. Он всегда так говорил, когда начинал злиться.
– Не собираюсь, но челку я ей сделаю. Могли бы и сами догадаться, тоже мне эстеты. Неси ножницы.
Минуту гостья и доктор мерили другу друга взглядами. Ни один не хотел уступать, так было и во время учебы. Если уж они схлестывались по какой-то причине, а к слову, таких причин тогда почему-то находилось очень и очень много, то стояли на своем до конца. Никто и никогда из одногрупников не вмешивались в это противостояние.
– Это вообще-то больница. – Все тем же бархатным нажимом произнес парень.
– Я знаю. Но мы же можем сделать небольшое отступление, правда?
Темные глаза, смотрящие на молодого человека снизу вверх, сделались лукавыми и светились странным светом. Раньше она так не умела делать, это уж точно. Раньше взгляд всегда был колючим, настороженным и серьезным. С ним проще было справиться, ведь в ответ в организме всегда появлялась раздражение. Почему-то раньше эта девчонка постоянно его злила. Сейчас же Яна не кричала, не спорила, она просила.
И как оказалось, против такого у него не было оружия.
Андрей даже растерялся, не находя нужные слова:
– Какие тебе нужны, канцелярские?
– Нет, они у вас тут все тупые, неси хирургические.
– Больше тебе ничего не надо!
– Больше не надо, расческу мы найдем сами, правда, Аня?
Впервые за все время детские губки дрогнули в слабой улыбке. Очень робко и неуверенно, тогда как голубые глаза светились. Яна подмигнула пациентке, краем глаза смотря, как парень выходит за дверь.
– Круто вы его, – проговорила Аня, с еще большим интересом рассматривая свою гостью.
– В смысле?
Яна вновь присела на край кровати, изо всех сил стараясь не смотреть на шрамы. Глаза так и впивались в изъяны на милом подростковом личике. Приходилось прикладывать нешуточные усилия, чтобы не разглядывать. Еще сложнее приходилось справляться со своей жалостью. Вот это стало настоящим испытанием.
– Он тут большой «Босс», а вы его за ножницами послали. – Хихикнула девочка, поджимая ноги под себя и удобнее устраиваясь на больничной кровати.
– Ну, во-первых, не послала, а вежливо попросила. Во-вторых, думаю, это твоя заслуга, а не моя. Мне показалось, вы друзья с Андреем Григорьевичем. Не пошел бы он ни за какими ножницами, если бы ты ему не нравилась. Это я тебе по секрету говорю.