- -
- 100%
- +
Глава 1
Пятая часть книги посвящается Софье – моей дочери. Я желаю тебе удачи. Пусть твой путь к успеху будет легким, а любимое хобби никогда не надоедает.
***
– Рассказывайте! – я сидела напротив Вероны и Аспида и, как семейный психолог, внимательно сверлила их серьезным взглядом. – И давно вы видите сны из вашего общего прошлого?
– Когда впервые столкнулись, после перерождения. Стандартная процедура подзарядки закончилась тем, что у меня проснулись отголоски личности, а у Вероны память, – Аспид в этот момент крепко держал свою любимую за руку и периодически бросал на нее тревожные взгляды.
– Сначала это были какие-то звуки, похожие на шепот и размытые пятна, но с каждым разом видение становилось четче, – прекрасная Верона тяжело вздохнула, и из ее глаз полились горькие слезы. – Столетиями мы по крупицам собирали наши воспоминания о потерянной любви. Жалкие мгновения.
– Так, стоп! Какие к черту столетия? Ворон сказал, что ты в прошлом была высшим вампиром и тебя несколько лет назад обратили в феникса.
Аспид, услышав мою фразу, театрально закатил глаза и злобно фыркнул, а Верона слегка улыбнулась.
– Понятно! Простите, что перебила, – ну Ворон, ну фантазер пернатый. Ему бы язык укоротить.
– Фениксы и каратели полностью теряют память при перерождении, но, судя по всему, есть статистическая погрешность. Кто же знал, что наши пути с Аспидом снова пересекутся и мы очнемся от забвения.
– А это не может быть фантазией или чьей-то случайной иллюзией? – с возрастом я стала крайне тревожной и подозрительной личностью. Мне, как истинному параноику, везде мерещились враги.
– Фениксы становятся эмоциональными инвалидами, когда попадают в камеру для перерождения. Мы воспринимаем карателей, да и мужчин в целом, как роботов – и не более того. Представляешь мое состояние, когда я поделилась энергией с очередной машиной и поняла, что люблю карателя всем сердцем?
– Я думаю, у тебя шок, – смотрю на Верону, перевожу взгляд на Аспида и не могу налюбоваться. Идеальная пара. Две половинки одного целого. Моя суперспособность видеть мир иначе трансформировалась каждый раз, когда я попадала на аудиенцию к зеленоглазому царю. Арман в моей истории, похоже, занял место необходимого зла.
– Аспид, расскажи мне, пожалуйста, кем была Верона до превращения в феникса?
– Файлы по этому поводу уничтожены. Я сам кинулся искать информацию, когда понял, что в моей голове творится бардак и я вижу Верону в своих снах.
– Файлы уничтожены… – так и хотелось сказать, что регистрация, хранение информации, делопроизводство и ведение архива у карателей отстойное. – И часто у вас такое происходит?
– Бывает. Я сам периодически подмахиваю данные в базе. Иначе нас бы всех казнили незамедлительно.
Вот и весь ответ. Все, кто знал про несовершенство системы, пользовались лазейками на свое усмотрение. Есть у меня подозрение, что мальчики в черных колготках под руководством Аспида не были уникальными. Похоже, в обществе трехметровых мужиков было много индивидуальностей, которые умело косили под серую массу и не отсвечивали в информационном пространстве.
– Аспид, скажи мне честно, что я должна знать до того, как пройдусь пальцами по вашей общей нити с Вероной? Сам понимаешь, что психика ни к черту и мой инфаркт не за горами. К чему мне готовиться?
В комнате наступила гробовая тишина.
– Товарищи, вы чего притихли? Мы будем эксперименты ставить или нет? Мне нужны подсказки. Сделайте что-нибудь, иначе магии не будет. Я не волшебник, я только учусь.
Верона на мою реплику лишь тихо запела колыбельную на медвежьем языке.
– По узкой тропке вековой
Бежит лисенок заводной.
В глазах искрится огонек.
Он доброту с собой несет.
Волчонок, котик и мишутка
Бегут за рыженькой малюткой,
На шубке солнышко блестит,
Лисенок, как костер, горит.
Непроизвольно я сделала несколько движений пальцами и через мгновение увидела общее прошлое Аспида и Вероны.
***
Первый век. Монастырь.
– О, моя любимая песня! Да еще и в обработке. Класс! Обожаю ее.
– Маргарита, о-о-о!
Маргарита, ведь ты не забыла,
Маргарита,
Ты же помнишь, как все это было.
Маргарита,
Окно открыто, ведь ты не забыла,
Маргарита,
Ты же помнишь, как все это было.
– Эх, жаль, вокальных данных нет, зато слух отменный, – прогремел мужской голос над головой у танцующей девушки. Бесшумный здоровяк уже давно наблюдал за тем, как белокурая длинноволосая красавица рисует руками замысловатые фигуры в воздухе и отбивает веселый ритм ножкой.
– Ах ты, аспид проклятый! Да как ты посмел пробраться в женский монастырь? А-а-а! – завопила блондинка и резко дернулась в сторону двери. В крошечной келье пространства для обманного маневра было немного, но выброс адреналина в кровь предал ускорение девушке. – Черт, не везет! – дверь, как назло, была закрыта на толстый засов изнутри. Послушница зорко следила за своей безопасностью. Времена – лихие, люди – злые.
«Как этот паршивец сумел незаметно пробраться?» – в голове беглянки промелькнул вполне резонный вопрос.
– Тихо! Не шуми, – рыжебородый мужчина прижал девушку к стене и закрыл ее рот рукой. Убедившись, что никто их не услышал, он убрал свою ладонь от лица местной горе-певицы.
– Кто ты? Что тебе от меня нужно? – протараторила блондинка и глупо захлопала ресничками. Быстро оглядев лицо мужчины, девица силой воли заставила себя сделать смиренный вид в надежде на эффект неожиданности. К бедру блондинки был пристегнут кинжал, и, как только он окажется у нее в руках, дело примет совсем другой оборот.
– Мне нужен твой дар, – хриплым голосом ответил незнакомец и завел руки девушки за голову, предугадав ее маневр. Быстрым движением он перехватил тонкие запястья обалдевшей от таких действий собеседницы и просунул свободную руку ей за спину, чтобы та не касалась холодной каменной кладки.
Мужчина в самом расцвете сил был высоким, широкоплечим и внешне очень необычным. Глаза цвета темного янтаря, густая, длинная копна рыжих волос и аккуратно подстриженная борода. Экзотика.
«Ну почему вокруг меня вечно крутятся какие-то странные мужики? То тираны, то маньяки, а теперь еще и рыжие? Господи, чем я тебя прогневала? А?» – подумала девушка и сама себя обругала, забыв о том, что она махровая атеистка.
– Тебе нужен мой дар? Притягивать к себе неприятности? Забирай! Дарю! – небрежно фыркнула обиженная жертва. Не добраться ей до оружия в таком положении, хотя всегда можно вмазать коленкой между ног. Это, конечно, не по-спортивному и вероломно, но жить-то хочется. Главное – подобрать нужный момент и не струсить.
– Н-е-е-т, красавица. Не этот дар, – нахал тоже оценил лицо заложницы, и, судя по озорной ухмылке, планы на ее обездвиженное тельце у рыжебородого гостя были долгоиграющие и не самые безобидные.
– Моя девственность? Ой, да ладно тебе… Так банально? Неужели ты взобрался ночью на верхотуру, через открытое окно, чтобы отыметь бабу? Нет, ты серьезно? Тут деревня есть недалеко с роскошными девочками. Дуй два километра на север по большой дороге. Не ошибешься. Я тебе несколько монет отсыплю, если с деньгами беда. Только меня не трогай. Ладно?
– Мне нужен твой дар слышать то, что скрыто от других, – промурлыкал интервент и прижался к телу обалдевшей блондинки так, чтобы уберечь свои драгоценные колокольчики от болезненного удара ногой.
– Не понимаю, о чем ты? – она попыталась вывернуться, но мужик был непрошибаем. Хрен сдвинешь, а еще он был горячим, как печка. – У тебя жар или лихорадка. Бредить в твоем состоянии – это норма.
– Ты слышишь прошлое, настоящее и будущее, – он лукаво улыбнулся и подмигнул ошарашенной девице. – Мне врать бесполезно. Лучше помоги, а то сама понимаешь. Мы тут совершенно одни. Я сильный половозрелый мужчина, ты прекрасная, никем не тронутая дева. Романтика и провокация. Ну так что? Мне приступать к ласковым уговорам? – в подтверждение своих слов он прижался заинтересованной частью тела к обалдевшей от такой наглости девице.
– Как ты узнал? – зашипела послушница рассерженной гадюкой, явив на свет не самую воспитанную часть своей многогранной личности. – Я никому и никогда не говорила об этом. Даже отцу и матери, – в эту секунду она поняла, что перед ней стоит не совсем обычный мужик. Слишком умные глаза сканировали ее лицо, изучая каждую реакцию. Он точно был не от мира сего. Иной. Странно, но страха она не испытывала. Только дикое раздражение и непреодолимое желание стереть наглую ухмылку с лица засранца. По возможности ударом с ноги в белоснежные зубы.
– И правильно делала, иначе тебя, как бесноватую, сожгли бы на костре или использовали в корыстных целях все кому не лень.
– Вот поэтому я и прикидывалась слепой последние пять лет. Меня скоро причислят к блаженным, и я наконец смогу выдохнуть. Играть в мужские игры и кровопролитную войнушку – не моя забава. Лучше держаться подальше от трона и бабских интриг, спокойно прожить скромной монахиней в тихом месте, чем изображать из себя великую наследницу каменной избушки. Здоровье дороже.
– Каменная избушка? Это ты про дом своего отца? Смешно! Мне нравится, что у тебя есть чувство юмора и инстинкт самосохранения, – мужчина плотоядно посмотрел на губы собеседницы и чуть приблизился. Вот не нужно было быть умной и прожженной женщиной, чтобы понять намерения мужика.
«Фу-у-у. Это что за поползновения в мою сторону? Он своим слюнявым языком хочет мне в рот залезть? Не бывать этому. Обмен физиологическими жидкостями – гадость несусветная. Хотя зубы у козла ровные и белые. Дыхание свежее. Неужели он чистит их дважды в день? Чудеса!» – для девушки это был принципиальный момент, и она всегда обращала внимание на количество гнилых зубов у собеседника.
– Я смотрю, ты тоже с большим приветом. Любишь женские тряпки носить. Мой бывший жених обожал переодеваться в беременную бабу и краситься, как дешевая проститутка, – послушница в последний момент увернулась от стремительного поцелуя, и горячие губы рыжебородого мужчины прошлись по щеке обездвиженной девушки.
– Ты сумела это узнать о странных предпочтениях, подслушав его разговоры? Вот это талант, – хихикнул незваный гость и, отстранившись, снова посмотрел в глаза блондинки. У мерзкого гаденыша даже мускул на лице не дрогнул от услышанного. Настоящий кремень. Но ничего. У блондинки был жирный козырь в рукаве.
– Нет. Я это увидела своими глазами, когда он приехал свататься к моему отцу. В замке был тайный проход, а мне, четырнадцатилетней глупышке, так хотелось увидеть будущую любовь, с которой я буду счастлива до конца своих дней. Пришлось мгновенно ослепнуть на оба глаза, чтобы сохранить себе жизнь. Сам понимаешь, что не может великий правитель страдать бабскими слабостями.
– Что? Какие еще слабости?
Блондинка тут же изменилась в лице.
– Иногда, а именно раз в месяц, так хочется испытать легкое недомогание внизу живота с кровотечением между ног, – девушка попыталась передать интонацию бывшего жениха, который в одиночестве сокрушался перед зеркалом. – Это же так удивительно, ведь женский организм прекрасен, особенно когда вынашивает дитя, – блондинка резко вышла из амплуа извращенца. – Вот это я уже подслушала и, если честно, теперь не знаю, как мне жить дальше с полученной информацией. Я прогрессивна в своих взглядах, но не настолько.
«Ух, кажется, пронесло. Вон как у мужика лицо от отвращения перекосило. Молодец! Так держать. Романтический настрой убит и воскрешению больше не подлежит. Да я из любого кобеля импотента сделаю».
– Ты в курсе, что уникальна? – огорошил мужик.
– Нет. Ты ошибся. Я самая обычная дева. Таких, как я, миллион, а может, и миллиард. Твой подкат не засчитан.
– Ты не замечаешь мои иллюзии, – глаза нахала как-то странно просияли желтым огоньком, но блондинка подумала, что ей показалось. Стресс.
– Какие иллюзии? О чем ты? Ты безработный фокусник? Твой цирк уехал без тебя?
– Нет, – по-доброму хохотнул мужчина.
– Ты скалолаз? Тогда понятно, как ты попал в мои скромные покои.
– Для всех я выгляжу как старая сутулая настоятельница, которая решила посетить храм в поисках просветления. Мне нужно было все разузнать и осмотреться, прежде чем завалиться к тебе в гости.
– Ну ты и змей! Как тебе не стыдно? Хотя что еще можно ожидать от богохульника в женской юбке? Извращенец! – девушка демонстративно подняла одну бровь, разглядывая нелепый наряд собеседника, и неодобрительно цокнула языком.
– Как тебя зовут, красавица? – нежно промурлыкал нахал и пальцами стал водить вдоль позвоночника девушки.
– Вера, – без особого энтузиазма ответила послушница и сделала сучье лицо, но предательские мурашки от теплых прикосновений нахала все равно разбежались в разные стороны. В келье было прохладно. Нет, нет, нет, не так… в келье было очень холодно и сыро. Разгар зимы, а тут теплая грелка в комнате образовалась.
– Ты слишком сообразительная для своего времени.
– Для женщины нет страшнее греха, чем быть умнее и успешнее мужика. Лучше помалкивать и косить под дурочку.
– Ты все правильно сделала, когда решила прикинуться инвалидом и свалить в монастырь подальше от мирской суеты и политики. Играть роль безмозглой куклы ты бы долго не смогла. Из тебя никудышная актриса, да и певица так себе.
– Это комплимент или оскорбление? Ты меня совсем запутал своими речами.
– Путать – это мой дар и мое проклятие, красавица.
Прозвучало настолько слащаво, что девушка от услышанного театрально закатила глаза, и, если бы нахал не держал ее руки, она бы еще шлепнула себя по лбу ладонью, испытывая «испанский стыд». Да, с этим термином из будущего она тоже была знакома.
– Словоблудие? И давно это стало даром?
– Ты мне нравишься. Нам будет очень весело вместе.
– А ты мне нет! Вопрос! Что от меня хочет змей-искуситель? Кого-то нужно подслушать? Сразу предупреждаю, что я не умею этим управлять по заказу. Мой дар довольно спонтанно себя проявляет, – иногда Вера слышала несколько секунд странного эфира, а иногда несколько часов. Девушка решила не делать великую тайну из своих способностей. А какой смысл? Она раскрыта.
– Ты не только слышишь, но и понимаешь языки. Все наречия разумных существ, у которых есть интеллект.
– Это не доказано.
– Доказано. Сейчас ты говоришь на языке высших созданий, которых нет в этом мире.
В коридоре раздался грохот, и девушка услышала, как кто-то поднимается по лестнице. Скорее всего, стражники, которые охраняли ворота монастыря, узнали о проникновении преступника и теперь спешили к ней на помощь. Нужно только высвободиться и открыть засов на двери.
– Нам предстоит отправиться в увлекательное путешествие по далеким лесам, – глаза мужчины загорелись желтым пламенем. Примерно так в книжках описывались демонические посланники из преисподней.
– Кто ты? – краска моментально схлынула с лица Веры, и она тяжело задышала. Читать про дьявола – это одно, а вот видеть адское сияние в глазах собеседника – это совершенно другое дело. Все, что было ниже копчика послушницы, от ужаса сжалось в микроскопическую точку.
– Кто я? – мужчина мечтательно задумался. – Я прекрасный ангел, дитя мое!
– Ты рыжий хрен с огоньком в голове, – снова безуспешная возня и попытка освободиться из стальных объятий. – Не пойду я в поход. Вот еще, дудки, зимой по лесу шастать с незнакомцем. Можно воспаление легких подцепить.
– Тогда я пойду к лидеру восточных племен и расскажу ему правду о твоем маленьком секрете. Как думаешь, сколько ты продержишься под пытками? За тайну и обман придется заплатить кровью.
– Ты не посмеешь!
Нахал тут же отпустил девушку. Он отошел от нее и лицемерно хмыкнул.
– Уже посмел. Воины с востока ворвутся через три, два, один!
– Вера, где ты? – послышался мужской крик из коридора. – Выходи, нам нужно поговорить. Я все про тебя знаю.
Рыжебородый доносчик подмигнул остолбеневшей послушнице и широко улыбнулся, обнажая длинные и острые клыки. Не был он человеком, хотя старательно под него косил.
– Ой, как нехорошо получилось. Правда, красавица? Женишок все про тебя знает. Никаких секретов друг от друга. В богатстве и бедности. Так у вас принято?
– Ну ты и козел!
– Первое имя, которым ты меня наградила, мне больше понравилось. Аспид! Это слово отлично отображает мою натуру. Так ты согласна? Свобода выбора и никакого насилия, – мужчина галантно протянул свою руку Вере и поманил ее пальчиками, призывая действовать немедленно. – Можешь убрать засов с двери, если хочешь вернуться к своему жениху. Я не буду нападать на тебя или препятствовать прекрасному воссоединению влюбленных голубков.
– Вера, открой! – раздался громкий стук в дверь. – Женщина, я знаю, что ты там. Открой немедленно!
Рыжебородый мужчина взглядом указал девушке на дверь – мол, давай, открывай. Чего ты боишься? Там всего лишь больной ублюдок орет, узнав всю правду о твоем редком даре.
– Даю тебе обещание, что не трону твое тело и не обижу твою душу. Помоги мне, и я подарю тебе сокровища. С их помощью ты купишь себе новую жизнь. Любую, какую захочешь.
Напряжение повисло в воздухе. Громкий стук в дверь раздражал и действовал на нервы, не давая возможности сосредоточиться и все обдумать. Бух – бух – бух! Вере так и хотелось сказать: «Изыди, сатана!» и послать рыжебородого мужика ко всем чертям собачьим, но реальность была жестока. Спокойствию блаженной послушницы пришел конец.
– Согласна! – пришлось добровольно вложить свою ладонь в руку мистического создания, ведь за дверью Веру поджидал зверь пострашнее мутанта с горящими глазами. Она это прекрасно знала и не питала особых иллюзий по поводу воина с востока. С возрастом ее дар окреп, и она периодически получала чернушные весточки о бывшем женихе и о его пристрастиях к пыткам. Воин с нестандартными увлечениями ненавидел противоположный пол за то, что женщины, по его мнению, были совершенны, а он нет. Садист вымещал свою злобу на других. Девушки, да и некоторые женоподобные юноши, попавшие под раздачу в период обострения хандры, обычно не доживали до утра. Они уносили страшную правду о своих мучениях в могилу. – Как мы теперь выберемся из этой заварушки? Здесь нет другого выхода. Только узкое окно.
– Полетим! – снова стальные объятия и сильный жар окутали хрупкое тело Веры.
– Полетим? Сдурел? У меня нет крыльев.
– Зато они есть у меня.
Сначала была яркая вспышка, а затем раздался грохот от взрыва.
– На помощь! Помогите! – это было последнее, что услышали те, кто был по ту сторону двери. Кинувшись к окну, чтобы понять, что произошло, люди остолбенели. Огнедышащий монстр с белыми крыльями уносил в сторону моря самую красивую послушницу из высокой башни.
***
Полет в лапах огромного белокрылого чудовища не прошел бесследно для неподготовленной психики девушки. Естественно, она не ожидала, что ее новый знакомый выпустит столб огня из своего тела и разнесет каменную кладку в пыль. Трансформация в хрен пойми кого прошла мгновенно, и Вера даже не поняла, в какой момент крепкие мужские объятия превратились в звериный захват когтистых лап. Ночной город с высоты птичьего полета завораживал, но Вера не могла полноценно насладиться панорамой, так как она орала на ультразвуке благим матом и проклинала Аспида на чем свет стоит.
***
– Епрст! Оденься, извращенец! – Вера закрыла глаза руками, когда увидела голый зад своего похитителя. Мужик сверкал накачанными булками и вообще не ощущал пронизывающего ветра, который доносился с моря. В начале января на улице было сыро и промозгло. Утренняя заря занималась на горизонте, и это еще больше усугубляло ситуацию со стриптизом. Все-таки четвертый век на дворе. Дева из храма просто обязана стыдиться, краснеть и падать в обморок, а не подглядывать за обнаженной мужской плотью.
– Одежда в пещере. Мое тело слишком громоздкое, когда я принимаю боевое обличие. При всем желании я не пролезу в узкую дырочку. Мне придется с остервенением долбиться в тесную щель, – мужик уверенно топал босыми пятками по острым камням, как по мягкому песочку, в сторону разлома в серой скале.
– Я не пролезу в узкую дырочку… долбиться с остервенением в тесную щель… Почему из твоих уст это звучит особенно мерзко и двусмысленно? – раздраженная девица брезгливо фыркнула. Она обреченно ковыляла за своим похитителем и старалась держать равновесие, чтобы не навернуться на скользких камнях.
– Я дракон. Мы по своей природе очень сексуальные создания. Любим прикосновения, объятия, поглаживания и проникновения.
– Ты обещал меня не трогать! Это было одним из условий нашего договора, – девушка встала как вкопанная и убрала ладони от лица. Ее терпению пришел конец, и она перестала придуриваться. Вера всегда была другой, и изображать из себя тихую послушницу она устала. Не было в ней смирения, которое требовалось от женщины ее эпохи.
– Вера, без обид, но ты не в моем вкусе. Я не собираюсь гоняться за взбалмошной малолеткой и тешить ее самолюбие. Не мой уровень, уж прости. Мне от тебя нужен только твой уникальный дар – и все. Можешь расслабиться и выдохнуть. Я не собираюсь на тебя нападать и осквернять твое невинное тело, – рыжебородый ирод развернулся к Вере лицом и встал в позу руки в боки. Он специально сверкнул желтыми глазами, пытаясь смутить собеседницу. Но фокус со стриптизом не удался. Сильный ветер трепал длинные рыжие волосы дракона в разные стороны, и Вера, глядя на это представление, чуть не заржала в голос. Мужику не повезло с погодой, так как он постоянно выплевывал непослушные прядки, которые так и норовили залезть ему в рот. Эпичный момент с обнаженным телом был безжалостно испорчен вредной стихией.
– П-ф-ф. Не твой уровень, значит! Так ты тоже не красавчик. Слишком… – Вера быстрым взглядом пробежалась по телу Аспида и неодобрительно цокнула языком. – Я не знаю… рыжий, бледный, желтоглазый и старый. Тебе сколько лет? Тридцать?
– Чуть больше, – огрызнулся дракон. Естественно, ему не понравились обидные слова и реакция языкастой девицы.
– Больше? Сорок? Ну, тогда тебе пора прекращать краситься просроченной хной и принять себя таким, какой ты есть. Это все комплексы и кризис среднего возраста.
– С чего ты взяла, что я крашусь? Вообще-то это мой натуральный цвет.
– Седины не видно среди неестественного оттенка волос, а вот мимические морщины выдают твой преклонный возраст, дедуля.
– Дедуля? Твое бесстрашие граничит со слабоумием.
– Аспид, давай прекратим этот фарс с заигрываниями. Мне от тебя нужны только сокровища, а свое белесое тельце с рыжими волосиками презентуй какому-нибудь другому ценителю извращенной красоты.
– Значит, только сокровища… – лицемерно улыбнулся Аспид. – А по тебе не скажешь, что ты зависима от мирских благ, – дракон указал рукой на скромный и невзрачный наряд послушницы.
– На самом деле я очень меркантильная девица и обожаю золото, блестящие камушки и красивые тряпочки, – загибая пальчики, отчеканила Вера.
– На что потратишь деньги?
– Куплю себе виноградники на юге страны, займусь рисованием или музыкой. Эх, заживу наконец полноценной жизнью, а не вот это все… – Вера оглядела своего собеседника с ног до головы и, не удержавшись, прыснула в кулак, стараясь замаскировать смех под кашель.
– Мелко плаваешь, но это и понятно с твоим мировоззрением. В тебе нет огня и нет силы, а значит, нет полета фантазии, – мужик сделал шаг навстречу к девушке, но Вера даже не шелохнулась. Вот еще. Не будет она бояться и сдавать свои позиции рыжебородому лицедею.
– А у тебя нет чувства такта и харизмы, мальчик мой. Для того чтобы завоевать прекрасную деву, такую, как я, нужен талант, а у тебя, кроме раздутого самомнения и рыжих волос, ни черта нет, – она злобно ткнула в грудь нахала своим пальцем, чтобы тот соблюдал дистанцию и не нарушал ее личное пространство. Что за дурная привычка тереться своим телом о посторонних? Точно извращенец.
– Вера, даю тебе слово, что через неделю ты сама будешь скакать на мне верхом, при этом громко стонать и молить об удовольствии.
– Аспид, даю тебе слово, что через неделю ты сам будешь ползать на брюхе и умолять меня на коленях о том, чтобы я ускакала от тебя подальше. Желательно на юг страны к виноградникам и мольберту, где я буду мелко плавать со своим пустым мировоззрением.
– Спорим? – дракон вытянул руку.
– На что? – Вера, не задумываясь, сжала ладонь мужчины сильнее и посмотрела в янтарные глаза нахала, ибо смотреть ниже было просто неприлично. Гаденыш возбудился от собственных слов про скачку и стоны. Видимо, холод ему был нипочем.