Развод с драконом, или Гиблое поместье попаданки

16

— Меделин увидите на свадьбе. Сейчас она отдыхает, — произнёс я.

— Уверен, всё будет в порядке, Рейг, раз понесла, то и вносит! — хлопнул меня по плечу Торальд. — Ты сильный дракон, защитник людей, победитель демонов! У тебя должно быть сильное потомство, это Аннет дурила тебе мозги и не могла родить. Давно пора было тебе сменить жену!

Я взглянул на Торальда тяжёлым взглядом — никто не имел права говорить плохо о моей жене. Даже друг. Даже пусть правду. Никто. Тем более о ласточке.

— Извини, — пробормотал старый генерал.

— Не будем обсуждать наших жён, — проговорил Асгард, встав между нами.

Я глубоко вздохнул.

При упоминании ласточки зверь брал верх, делал меня диким. Я слегка пошатнулся, перебарывая его. Сморщился от боли в колене.

— Как твоя нога, Рейгард? — проговорил Асгард.

— Ребёнка сделать не помешала! — грозно прорычал я.

Терпеть не мог, когда напоминали о давней ране.

В этот вечер я долго сидел с соратниками, старыми боевыми друзьями, и их детьми. Пришла и моя дочь Элена и села рядом, положив голову на плечо.

Маленькие сыновья моих генералов сидели у ног и ловили каждое моё слово. Я радовался и предвкушал, что скоро среди них будет сидеть и мой сын. Мой мальчик! И снова накатывала тоска зверя по ласточке. Сожаление, что наследник родится не от того безумного секса, который был с ней, а от постели с Меделин и дурацкой случайной ночи.

Но это всё чушь, главное, что я стану отцом. И я поднял тост за своего будущего наследника. Все заликовали.

И пока в зале разносился гул, Асгард склонился ко мне и проговорил заговорщицки:

— Эдуард вышел в отставку.

Я медленно кивнул, скользя взглядом по залу. Естесственно, я был в курсе. Мой младший брат, генерал-дракон, семнадцать лет служил на востоке страны без права выезда, а теперь его службы королю закончился.

— Не боишься, что он заявится и почувствует СВОЁ? — пророкотал Асгард.

Мы оба перевели взгляд на мою дочь.

— Я не подпущу его к Элене, — отрезал я. — Она моя дочь, а у него, я слышал, родилось несколько бастардов-мальчиков от разных женщин, до моей девочки ему нет дела.

Ночью я пришёл в свои пустые покои. Меделин сюда я не пускал, поселил девушку отдельно со всеми удобствами, приставил прислугу и усленную охрану.

Я лежал в темноте и долго не мог уснуть, мучаясь от боли в колене. Боль растекалась, словно жидкий огонь. На лбу выступила испарина.

— Ласточка, — звал в темноте женщину, и в полубреду казалось, что лишь одно её прикосновение сможет унять мою боль. Моя ласточка.

Наконец, я не выдержал и велел позвать к себе целителя.

Магистр Кастор занимался моей раной уже пять лет, с того времени, как я её получил. Старый тощий старик был мощным магом, и мог исцелить любую болезнь, кроме демонической. Демонические раны неподвластны ни одному магу.

Магистр Кастор пришёл в мои покои с горящей в руке лампой, которая рассеивала полумрак, и долго изучал рану. Колено покрылось красными светящимися прожилками и пульсировало болью, словно его жгли изнутри огнём.

— Вы много напрягали колено последнее время, Мой Лорд, — констатировал магистр.

Я повёл плечами. Утолял инстинкты с Аннет, забыв о том, что нельзя резко двигаться. Потом ещё сел на пол с сыном Асгарда, помогая забить гвоздь, — колено тоже тогда сильно напряглось.

Но, демон побери, я же не калека, я король! Я сильнейший дракон! Я хочу и могу двигаться, как пожелаю! С женщиной в постели или в играх с детьми — скоро мой сын родится, я должен быть в строю!

— Ваше Величество, — Кастор поджал тонкие губы и покачал головой. — Ногу придётся отнять, если так пойдёт. Демонический яд, запечатанный в ране, снова пришёл в движение и расползается, он вредит не только вашему телу, но и дракону. Я уже говорил.

— Наложи магические оковы, что угодно! Ногу отнять не позволю, — прорычал я.

— Давайте наложим твёрдую повязку, чтобы вы лишний раз не сгибали колено.

— Хорошо. Спасибо, Кастор.

Магистр наложил новое сдерживающее яд заклинание, сделал твёрдую повязку и протянул обезболивающий эликсир.

— Доброй ночи, Ваше Величество.

— Доброй ночи, магистр. Простите, что разбудил среди ночи.

— Всё в порядке. Служить вам — моё призвание, Лорд. Берегите себя. Доброй ночи.

Я опрокинул в рот горькое зелье. Погасил лампу, повернулся, чтобы лечь. И застыл при виде пустой разбросанной кровати, белеющей в полумраке.

Я медленно моргнул, чтобы не прогнать видение. Передо мной сидела женщина с белыми волосами и обнажёнными округлыми грудями. Она улыбалась мне, тянула руки, ждала меня. Ласточка моя.

Моя девочка.

Я потянулся к ней, желая подмять под себя, уткнуться лицом в её сладкие груди, лизать и целовать их, но видение внезапно расступилось. И я оказался один в холодной постели.

А через час, в разгар ночи, принесли донесение, что у восточных границ появились отряды демонов.

И я немедленно отправился.

Дорогие читатели, приглашаю в новинку нашего моба "Развод с драконом 40+" от Анны Солейн

“Развод. Новая жизнь старой жены дракона” - https://litnet.com/shrt/lcVs

— Развод. А на что ты рассчитывала? Скучная, старая, без магии. Мне надоело с тобой возиться.

Я отшатнулась и едва устояла на ногах: все внутри до сих пор болело после очередного выкидыша. Я, истинная дракона, много лет не могла родить ему сына.

— Это какая-то шутка?

Мы ведь истинные. Мы ведь… мы любим друг друга.

Ты обещал всегда меня любить и защищать.

— У меня другая женщина. Если ты беспокоишься о деньгах — не стоит. Но в твоих интересах не устраивать истерик.

***

После двадцати лет брака мой муж, дракон, которого я любила всем сердцем, объявил о разводе.

У него любовница, а я осталась ни с чем и вынуждена терпеть насмешки.

Ничего! И в сорок можно начать новую жизнь.

Стану преподавателем в академии магии, найду подход к проблемным адептам и, может, даже влюблюсь снова?

Только почему меня тошнит по утрам, а все платья стали малы?

Неужели выкидыша не было?

Я все еще беременна от бывшего мужа?

ЧИТАТЬ ТУТ - https://litnet.com/shrt/lcVs

17

Дорогие читатели, в прошлой проде был небольшой недочёт, что демоны появились утром — нет, конечно, утром у нас по плану сход метки, а демоны — посреди ночи явились. Поправила)

Мы провели в дороге весь день, останавливаясь лишь сменить измождённых лошадей на станциях. Полковник Хорст гнал экипаж в аббатство Эссен, как сумасшедший, — видимо, хотел исполнить приказ короля быстро и безупречно.

Отчаяние сжигало душу: до исчезновения метки оставалось совсем немного времени! Всего до утра! Страшно подумать, как монстр разозлится, когда почувствует боль, о которой говорила старушка Нэннег. Но до рассвета впереди вся ночь. Я очень боялась, что по прибытии в монастырь меня сразу отправят посвящать в монахини — тогда всё пропало.

Уже стемнело, когда карета прошла по мосту, прокинутому через ров и въехала в узкие ворота аббатства.

Мы остановились. Проскрежетал железный замок на дверце, полковник Хорст предложил нам с Гвен на выходить.

Никаких почтений, я больше не жена короля, а ссыльная ненужная “старуха”.

Высокие серые стены аббатства давили, и я почувствовала себя маленькой букашкой под их мощным основанием. Порыв леденящего ветра сорвался, словно плеть с небес, ударил в лицо и забрался под накидку. Я невольно вздрогнула. Моя собачка испуганно прижалась ко мне всем хрупким тельцем.

— Тише, маленькая. Мы не собираемся сдаваться, — прошептала я, погладив малышку по розовой шёрстке, ярко контрастирующей с мрачным пейзажем вокруг.

У Аннет была хорошая жизнь, богатое имение, слуги, любимая зверушка, и она, наверное, подумать не могла что когда-нибудь окажется сослана сюда.

Я убрала от лица разлетающиеся от ветра волосы, и встретилась взглядом с идущим навстречу пожилым мужчиной в белой рясе. На голове у него была прямоугольная шапочка с золотыми орнаментами, в седой бороде сверкали вплетённые украшения, а на груди на цепочке висел круглый, плоский, как блюдце, орден. Это был епископ Альфред — глава аббатства Эссен. Я узнала его по воспоминаниям Аннет — он венчал их с Рейгардом и проводил все главные праздники страны. Он прибыл сюда специально, чтобы провести ритуал развода для меня.

Епископ глядел на меня так строго и порицающе, что мне захотелось провалиться сквозь землю! Как будто Аннет была виновата в том, что не смогла забеременеть. Будто она так сама захотела! Да знали ли бы вы, как Аннет старалась исполнить свой долг!

И в ответ на свою преданность оказалась сослана.

Рейгард бездушный монстр.

— Следуйте за мной, леди Аннет, — проскрежетал хриплым старческим голосом епископ и кивнул идти за ним.

— А куда мы идём?

— Вам не следует задавать вопросов, — зло зыркнул старец.

И пошёл.

Меня окружили сопровождающие епископа: мужчины в таких же белых рясах, как и сам глава аббатства, но, в отличие от него, молодые и крепкие. Таких не растолкать и не удрать от них, ведь они все сильные маги.

Мужчины надвинулись на меня, заставляя пятиться. И я тоже пошла.

Гвен засеменила следом.

Мы свернули в сторону большого каменного строения, похожего на замок.

— Куда они нас ведут? — прошептала я служанке. — Лишать магии меня будут сейчас или дадут передохнуть с дороги?

— Что вы, леди Аннет, все большие ритуалы проводят утром, вы так сильно перенервничали, что всё позабыли? — проговорила Гвен. — Ваше посвящение в монахини отложат, скорее всего, на завтра.

Я немного успокоилась.

Мы оказались в просторном зале, полумрак которого рассеивали факелы, горящие вдоль стен. А в центре зала за кованой оградой…

В центре стояла плоская чаша, в которой лежали полупрозрачные камни-артефакты, и по ним плясал синий магический огонь. Завораживающе — глаз не оторвать.

Кованое ограждение с изображением сюжетов из битв, где сражались драконы, звери и воины, опоясывало огненную чашу цельным кругом, — видимо, защищая от посторонних.

Из воспоминаний Аннет я знала, что в чаше горит священный огонь, перед ним проводились все таинства. “Близко к чаше можно подходить только мужчинам и только с высоким титулом, если женщина тронет чашу, то будет считаться нечистой и будет изгнана из страны”, — вспомнились наставления, которые давали Аннет в детстве родители. Она очень хорошо запомнила эти слова и очень боялась магического огня.

Минуточку.

Ведь для меня это может быть шанс! Изгнание — это то, что нужно! А ещё у признанных нечистыми епископы не высасывают магию — не хотят грязи — это же вообще подарок!

Я должна подойти к чаше.

Но из зала нас быстро увели, и мы оказались в лабиринте узких коридоров. Сперва долго шли прямо, и чтобы сориентироваться, я пыталась считать двери, которые мы проходили.

Потом мы поднялись по лестнице на второй этаж, и там тоже сделали несколько поворотов. Я продолжала считать.

Наконец, нас со служанкой завели в одну из комнат.

Пространство было небольшим. Из мебели стояли лишь две узкие скамьи, на которых с трудом можно было сидеть, и столик с тазиком и кувшином. А шкафа не было — видимо монахиням не положено иметь личных вещей.

— Здесь располагайтесь со своей служанкой, леди Аннет, — проскрежетал епископ. — Отдохните с дороги. Утром за вами придут, чтобы подготовиться к принятию обетов. Скоро вы перестанете быть леди и женой Его Величества, и станете сестрой Аннет. Надеюсь, роптать не будете, хотя все по началу ропщут, я уже привык. Сошлём вас на самые тяжёлые работы, чтобы быстрее свыклись с новой отведённой вам ролью. Будете мыть сортиры. До завтра, Аннет. И да, на воротах охрана с собаками, даже не думайте сбежать.

Сверкнув жестоким взглядом, епископ ушёл.

Мерзавец! Кажется, ему доставляет удовольствие мучить женщин!

Во что бы то ни стало я должна отсюда сбежать!

Дверь закрылась. Я затаила дыхание, прислушиваясь: только бы не заперли келью на замок!

Щелчка не последовало, и я облегчённо вздохнула, опадая на жесткую скамью. Ну да, охрана с собаками на воротах — этого достаточно. Но я не буду прорываться через псов, а попробую законный способ избавиться от монашеских обетов.

Гвен наполнила таз водой и предложила умыться.

Я выпустила Кенди, и собачка принялась изучать новую комнату, всё кругом обнюхивая.

Я умылась, вытерла лицо тряпицей и глубоко вздохнула.

Была не была.

Я решительно открыла дверь, чтобы отправиться в зал, но узкий коридор неожиданно целиком был занят слугами с мебелью. Очень хорошей, дорогой мебелью, — подобную я видела в имении Аннет.

— Что тут ещё происходит? — проговорила я.

18

Из-за спин слуг показался епископ и с недовольным лицом указал на дверь моей кельи:

— Занесите кровать и тумбочку. А шкаф поставьте в соседнюю келью, придётся прорубить проход и выделить леди Аннет две комнаты, раз Его Величество так хочет.

Слуги с грохотом протащили мимо меня разобранную кровать — и я вжалась спиной в холодную каменную стену, чтобы не мешать. Пригляделась: да, это та самая кровать, что стояла в спальне Аннет. Боюсь, она сюда не влезет, а-хаха. Получается, после того, как меня увезли, её разобрали и доставили сюда?

Быстро же сработал мой монстр. Хочет всеми удобствами обеспечить. Что на него нашло?

Епископ заметил на моём лице презрительное выражение и приблизился, поглядев с укором:

— Его Величество заботится о вас, он велел поставить вам вашу мебель. Её только что привезли в четырёх экипажах! Вы должны это ценить! Кровать — даже у епископа такой нет! — с завистью процедил мужчина. — Столы, диваны — всё самое лучшее, вы хорошо жили, леди Аннет, и ваш супруг позаботился, чтобы и здесь вам хорошо жилось. Благодарите своего доброго супруга за его милость и щедрость!

Я сглотнула.

Лучше бы монстр выбросил всё на помойку, и не унижал меня так.

— Знаете что, заберите всю эту чудесную дорогую мебель себе! — сказала я. Я всё равно ни за что не лягу на постель, на которой он меня брал силой. — И столы с диванами забирайте. Пользуйтесь на здоровье, я предпочту самую простую мебель, какой пользуются обычные сёстры.

— Хм… — протянул епископ, прищурившись. — Приятно видеть, что вы покорно принимаете свою судьбу. Ладно. Так, ребята, несите всё на третий этаж!

Слуги потащили тяжёлую мебель, и глава аббатства посеменил за ними.

А я проводила взглядом последних слуг и направилась искать церемониальный зал. Но пройдя несколько поворотов, слегка запуталась. Вот чёрт, я же считала проклятые двери! Попыталась вернуться назад, чтобы заново попробовать найти путь, но вдруг передо мной выросла фигура монахини в широкой чёрной рясе и белом чепце с золотым обручем. Я поздоровалась и пошла дальше, но женщина преградила мне путь.

— Я искала тебя, Аннет. Ты не узнаёшь меня? — проговорила она.

Я прищурилась и стала копаться в обрывках памяти Аннет. Нет, эту пожилую монахиню с морщинами, глубоко изрезавшими лицо, тонкими губами и серыми глазами мы с Аннет видели впервые.

— Простите, что-то не припомню, — проговорила я, мотнув головой.

— Мы не знакомы, — кивнула она. И, видимо, Его Величество убрал из родового замка все мои портреты, — горько процедила монахиня. — А раньше их было там много. Что, бедная Аннет, Лорд избавился от тебя?

Может, передо мной первая жена монстра?! Но разве она не погибла? Нет, не может быть она женой, — слишком старая, бабушка совсем. Но кто же она такая?

— Я жила не в родовом замке, а в отдалённом имении, — уточнила я. — Портретов не видела.

— Хм, значит, прятал тебя? Пытался защитить от врагов? Неужели он чем-то в этой жизни дорожит? И за кого-то боится? — задумчиво проговорила монахиня, но тут же осекла себя: — Хотя о чём я? Он сослал тебя сюда, заменив на новую молодую жену, как я слышала, значит, ничем не дорожит. Рейгард совсем не изменился.

Я продолжала щурится, не рискуя угадывать, кто же стоит передо мной. Если скажу что-нибудь не то, могу выдать себя ненароком.

— Когда-то меня называли леди Кенделен, — произнесла монахиня, — Тогда я была женой короля, а потом мой сын убил моего мужа, моего истинного у меня на глазах, и теперь я — настоятельница аббатства мать Кенделен. Мой сын жестокий зверь… Без души, без сердца. Даже не попытался спасти отца.

— Жестокий зверь, — согласно кивнула я, вспоминая, как он брал меня силой в домике старушки Нэннег. — Ужасный монстр.

— Ты не смогла родить ему из-за проклятия, которое наложил на него отец перед смертью. А Рейгард сделал тебя в этом виноватой и сослал сюда! Хотя во всём лишь его вина, милая моя девочка! И я никогда не поверю, что ребёнок, которого носит его молодая девка, от него!

— Хм, а что это за проклятие?

— Проклятие? Ты что, Аннет, до сих пор не веришь, что он проклят?! Он-то в это не верит, но ты-то спустя пятнадцать лет бесплодного брака, должна поверить — его отец перед смертью лишил Рейгарда силы рода, и ни одна женщина не сможет от него забеременеть! Я очень сочувствую тебе, дорогая Аннет, за то, что тебе пришлось положить свою жизнь на этот брак.

Стальной взгляд пожилой женщины потеплел, и она раскрыла руки в объятии. Мы обнялись.

— Не бойся епископа, завтра после ритуала он уедет, а я не стану мучить тебя тяжёлой работой. Я буду добра к тебе.

— Спасибо, мать Кенделен, — проговорила я, продолжая обнимать пожилую женщину.

Какая приятная у меня свекровь.

— Куда ты шла, Аннет? Позволь, я провожу тебя?

Я заблудилась и хочу попасть в церемониальный зал. Будет лучше, если мне покажут дорогу.

— Я хотела взглянуть на священный огонь и помолиться, — проговорила я.

Леди Кенделен повела меня. С помощью провожатой я быстро оказаться в просторном каменном зале, на стенах которого горели факелы. Чашу с артефактами в центре по-прежнему ограждала кованая ограда.

Я медленно приблизилась, глядя на сине-голубые языки магического пламени, обошла ограду кругом. Где-то же должна быть дверца? Но ничего подобного не было.

Мать Кенделен проверяла факелы на стенах и не глядела на меня.

А вот и едва заметная дверца! Я толкнула её осторожно.

Второго шанса не будет, нужно действовать быстро.

И как протест невыносимо патриархальному миру, в котором унижают и лишают женщин права на свободную жизнь, я толкнула чашу в борт. Кристаллы, охваченные ярким синим пламенем, рассыпались по каменному полу, огонь усилился. Раздались оглушительные гул и треск. Всё вокруг задымилось. Я ослепла и оглохла от творящегося вокруг хаоса.

А когда дым рассеялся, я увидела перед собой епископа со всей его свитой молодых магов. Они злобно глядели на меня.

19

— Что ты наделала?! — рявкнул епископ. — Как посмела пройти за ограду?! Зачем опрокинула святую чашу?!