Терапевтичное чтиво

Она называла меня Маргаритой

Она называла меня Маргаритой. Подруги – Марго. На работе я – Рита, почти в один слог. Мной пугают: «Сказать Рите?! Или сам справишься?»

К себе она приглашала меня целиком. Ни один другой человек не знал обо мне столько…И это не благодарность. Это бешенство! Потому что она меня бросила. Почти без предупреждения. Почти… Про перерыв она всё-таки сказала: «Я должна лечь в больницу. Две ближайших встречи придётся отменить». Две ближайших! Но через три недели она так и не появилась. Не прислала подтверждение. Не отвечала на СМС и звонки. Она не проверяет почту. Я писала письма с пометкой «уведомить о доставке», «уведомить о прочтении». Ничего. Так меня игнорировать – это уже слишком!

Вам на самом деле интересно, как я справляюсь? Хорошо. Я могу рассказать! Всё просто. Её похитили инопланетяне. Да, это всё объясняет. Это случилось внезапно. Она никого не смогла предупредить. С ней невозможно связаться.

Вы думаете, что я сошла с ума? Да мне плевать, что вы думаете! Вам её не заменить! Вы беспокоитесь за меня? Хотите помочь? Нет, спасибо. Вы не сможете. Мне пора! В следующий раз? Да, приду. Не нужно об этом спрашивать. Мы же договорились. Если что-то изменится, я вам сообщу.

Помогите её найти!

Помогите мне её найти. Пожалуйста! Вы же коллеги. Ну и что, что не знакомы! Даже не слышали? Простите! Насчёт инопланетян… это был сарказм. Вам так не показалось? Вы считаете меня сумасшедшей? Я в отчаянии… Вы просто не понимаете… Она меня обокрала! Заявить в полицию? Да вы точно тупица!

Хорошо, я попробую вам объяснить. Я хожу к ней уже пять лет. Раз в неделю с двумя перерывами: в августе и на Рождество. Да, она берёт отпуск дважды в год. Я? Нет, мне это не нужно. Не согласны? Настоятельно рекомендуете? Да, она говорила так же. Мы над этим работали.

Так вот, чтобы вы понимали, если каждую неделю вносить на счёт деньги, то за пять лет должна скопиться кругленькая сумма, вы согласны? И что бы вы почувствовали, если бы однажды исчез ваш банк, счёт и деньги? Нет, она не мошенница. Всё было оговорено контрактом. Вы тупой? Это же просто метафора! Вы не понимаете ни сарказма, ни метафор? Да что вы вообще тут делаете тогда?!

Хорошо, могу и без метафор, если вам так легче. Я приносила ей кусочки себя. Свои чувства, воспоминания. Свои мысли, тревоги, надежды, сомнения. Всё это мы вместе с ней складывали во что-то сложное и запутанное. Но со временем начал проступать целостный образ…

Снова метафора? Ну да, я так мыслю и так говорю! Смиритесь и тоже постарайтесь меня понять. Приспосабливайтесь, чёрт вас побери!

Да, я злюсь. Злюсь на вас. Злюсь на то, что вы не она. Злюсь, потому что мне плохо. Мне нужна помощь. Я пришла к вам. Но мне с вами так трудно, что не будь я в отчаянии, давно бы уже сдалась…

Хорошо. Я продолжу. Этой мозаикой, этим смутным образом была я. Она помогала мне собираться из кусочков, вернее, из осколков. С ней я буквально по крупицам нащупывала себя целиком. Всех остальных устраивали фрагменты. Подруги говорили: «Выключи босса!» На работе вообще надо быть железной, иначе сожрут с потрохами. И я не против. Это всё нормально. Но мне нужно хотя бы раз в неделю видеть перед собой человека, с которым я могу быть просто собой. Безнаказанно и с пониманием.

Почему вы это делаете?

Почему вы решили мне помочь? Почему согласились? Из жалости? Нет? Я вас напугала?

Вам это знакомо? Кого вы потеряли? Так трудно ответить? Ах, мы здесь говорим обо мне? Ну хорошо. И что вы узнали?

Она была в коме? Осложнения после наркоза? Вы соболезнуете моей утрате? Похороны? Вчера?

***

Я вас ненавижу! Это вы во всём виноваты! Трудно было сразу согласиться? Когда вы узнали? Почему вы мне говорите об этом только сейчас! Вы не хотели по телефону? Господи, ну вы и мудак!

***

Спасибо. Вы мне очень помогли. Думаю, мне больше незачем к вам приходить. Не нужно обо мне беспокоиться. Со мной всё будет хорошо.

Ладно. Если вы настаиваете, я обещаю, что приду к вам ещё раз.

Океан слёз

Зачем вам понадобилось брать с меня обещание прийти? Чего вы хотите? Попрощаться? Что это значит? Помочь мне? Я не понимаю… Её больше нет. Её вообще сожгли в крематории. С кем теперь прощаться?! Как? Я не понимаю…Что мне это даст?

Хорошо. Я попробую. С чего начать? Как мы познакомились? Это было давно…

Мне понравился её голос. Глаза тоже были добрые. Но голос – лучше! Он убаюкивал. Может быть, из-за этой нежности в голосе я и начинала плакать? Это тупо, но первые полгода я каждый раз рыдала у неё в кабинете. Полчаса минимум! В день нашей встречи я уже не притрагивалась к туши для ресниц.

Я шла пешком. Мне было хорошо. Солнечное тепло на моём чёрном пальто и прохладный осенний ветер будто играли: кто кого?

Лестница. Звонок. «Проходите, Маргарита!» Я ещё спокойна. Прохожу, сажусь. Говорю, что у меня всё хорошо. И это правда! А потом из меня начинают вытекать слёзы… Я изводила просто горы салфеток!

Потом слёзы закончились. И я стала требовать от неё помочь мне. И она помогала. Но мне казалось, что не так, как надо. Тогда я первый раз решила от неё уйти.

Ну конечно! Я уходила. И не один раз. Но её дверь всегда была для меня открыта! Это сарказм, если вы не поняли.

Да, я возвращалась. Почему? Она слишком много обо мне знала. О да, я знаю, как это звучит. В мафии за такое убивают! Или безмерно ценят. У меня было и то, и другое.

Знаете, мне понравилась ваша идея, поговорить о ней. Повспоминать… Пожалуй, я продолжу.

Резервная копия

Да, я помню, что я говорила в прошлый раз. Да, тогда мне это нравилось. Теперь – нет. Потому что это несправедливо по отношению ко мне. Здесь, с вами, я делаю для неё то, чего она меня лишила. Не понимаете? Ничего, я уже привыкла. Вам же всё надо разжёвывать.

Вы сказали, что не знаете её, так? А что происходит сейчас? Я вам рассказываю о ней! Всё ещё не дошло? Хорошо! Что вам сейчас известно о ней? Что вы запомнили? Её голос?

Если я продолжу, вы узнаете и запомните ещё больше. Я создам её резервную копию, которая будет храниться в вашем мозгу. Когда я умру, вы всё ещё будете помнить о ней! А кто будет помнить обо мне? Вы?! Не смешите! Это она должна была помнить обо мне! Она должна была сохранить мою резервную копию. Я столько всего ей доверила! И что? Где теперь всё это? Да, она была не молода, но выглядела здоровой. Да, меня волнует память обо мне. Терапевт помоложе? Возможно, вы проживёте дольше, да… Но простите, качество воспоминаний тоже имеет значение.

Вы спрашивали, почему я всегда к ней возвращалась? Я не хотела начинать сначала. Да, я пыталась. И не один раз, но остальные не годились. С ними было ещё труднее, чем с вами.

Я не собираюсь раздавать вам комплименты. Я здесь из-за неё. То, как она со мной поступила, непростительно! Да, чёрт возьми! Она не имела права умирать! Ей не девяносто лет. Так быть не должно!

Даже прекращая общение, я знала, что она есть. Сидит там, в своём кабинете, и знает обо мне. А теперь… Кто будет знать обо мне? Кто будет знать меня? Всю целиком? Не по кусочкам? Я не понимаю, как мне теперь жить? Я просто хочу знать, что она всё ещё есть. Мне даже не обязательно к ней приходить. Она меня лишила даже этого!

Я больше не хочу вам о ней рассказывать. Пусть исчезнет бесследно! Эгоистично? Да!

Нет. Вы не правы. Я приду. Мы с вами ещё не закончили. Вы так и не сказали, как мне теперь жить дальше. Вам придётся. Да? Я и не собиралась быть приятной. Это ваша работа. Удовольствие в другом месте получать будете! До встречи!

Случайная книга

Что это? Случайная книга. Да, я её уже прочитала. Она грустная. Хотите, могу вам отдать? Вы вообще читаете книги? Ах, ну да. Мы тут говорим обо мне. Неужели так трудно ответить на простой вопрос? Что мне это даст? Вы что, из Одессы?

Я не собиралась на вас сегодня злиться. У меня на вас другие планы. Да, конечно, расскажу. Вы должны мне сказать, как я могу отвлечься. Я слишком много думаю о ней. Мне надоело. Хочу перестать. Как я себе это представляю? Никак. Будь у меня идеи, я бы здесь не сидела и не выслушивала ваши бесполезные вопросы. Да, вы меня раздражаете. Почему вы? Один мой знакомый, хорошо о вас отзывался. Представляете, ему даже нравились ваши вопросы. Особенно вот этот: «О чём молчите, Дмитрий?»

Конечно, мы вас обсуждали. Это что-то меняет? Да, я быстро учусь. Ещё пара сеансов, и я полностью овладею вашим искусством раздражающих вопросов. Вы тоже неплохо научились распознавать сарказм! Мне пора. Ну так что, оставить вам книгу?

Маяки в океане

 «Смотритель маяка обязан зажигать лампы каждый вечер при захождении солнца, наблюдать, чтоб они постоянно горели, чисто и ярко, до восхождения солнца».

Жизнь на маяке всегда была окружена вуалью романтического приключения и ожидания чуда. Чаще всего многих смотрителей маяков эта работа привлекает как способ уединения, бегства от городской суеты и душевного умиротворения.

Жизнь в изоляции со временем даёт о себе знать. Многие не выдерживают и возвращаются на материк. А кто-то остаётся на маяках до конца своей жизни.

Повсеместное внедрение систем GPS и аппаратуры для автоматической навигации сделало маяки ненужными.

Несмотря на то, что маяки повсеместно уходят в историю, а существующие переводят на полную автоматизацию, периодически появляются и инновационные предложения по их замене. Одним из оригинальных примеров является предложение о создании «виртуального маяка» – голограммы.

Заметки на полях

Вы читали о маяках? Не ожидала. А что именно вас удивило? То, что я подчеркнула? Моя логика? А вам как кажется? Ну вот, мне удалось вас рассмешить. Да, логика есть. Меня зацепила судьба маяков. Как они из обжитых превращаются в автоматизированные? Похоже, что смотритель – вымирающая профессия.

Что это про меня? Смотритель моего маяка умер. И другого я не хочу. Вы об этом подумали?

А как же свет? Свет остался. Это смотрители больше не нужны. Вы же читали: «маяки переводят на автоматизацию»… А что, это мысль! Автоматизированный терапевт? Вы что-нибудь об этом слышали? Уже существуют? Отлично! Я бы хотела изучить этот вопрос подробнее.

Знаете, вы мне очень помогли. Не ожидала. Я хотела понять, как мне жить дальше. Теперь знаю. Спасибо! Дальше я сама.

Работа над ошибками

Должен тебе признаться, я в шоке! Такое со мной впервые! Не прошло и двух месяцев, а пациентка уже пришла к выводу, что робот-терапевт лучше меня…

Ты удивлён, что я так думаю? Нет, я не злюсь. Я же сказал тебе, я в шоке!!!

Ты прав, я кричу… На кого?! Кричу на тебя. А злюсь? Злюсь тоже на тебя. Моя пациентка назвала бы тебя тупым. Я сам? Нет, тупым я тебя не считаю. Стал бы я столько лет приходить к тупому супервизору! Расскажи, что тебя удивило?

Так ты считаешь, что я конкурировал с умершим терапевтом пациентки? Хотел её заменить? Как ты это понял? «Робот-терапевт лучше меня?» Ах я болван! Бессмертный виртуальный терапевт лучше смертных людей… И я тут вообще ни при чём…

А мне так хотелось доказать, что я ничуть не хуже, а может, даже лучше коллеги, которую она потеряла. Я честно думал, что моя «хорошесть» вернёт Маргарите доверие к миру. Я так гордился собой, когда спокойно выносил все её нападки и оскорбления. Я изо всех сил доказывал, что не перевелись ещё хорошие мозгоправы. Ведь я тоже могу называть её Маргаритой и хочу стать хранителем всех её тайн…

Зачем мне становиться Хранителем тайн? Чёрт! Кажется, теперь я начинаю злиться на умершую коллегу. Ты загнал меня в угол. О мёртвых так трудно плохо думать… Да ещё о коллеге. А если бы она была жива? Это проще… Я бы сказал: «Терапевтический альянс, конечно, важен, но разве твоей пациентке хорошо от того, что ты пытаешься стать самым важным человеком в её жизни? Стать уникальной и незаменимой – это греет твоё самолюбие, но разве Маргарита приходила к тебе за этим? Она хотела ощутить свою целостность, собрать себя воедино. Вам это удалось. Поздравляю! Но не следовало ли тебе предложить ей просто поговорить с подругами? Рассказать им, как она себя чувствует? Найти её «Боссу» хорошее применение в их отношениях? Спросить, что страшного случится, если на работе увидят её мягкость?»

Как я теперь? Я снова с шоке… Но не в таком, как в начале… Она была зациклена на отношениях со своим терапевтом, и я вёл себя так же… Мы с коллегой упускали из виду жизнь самой Маргариты вне стен кабинета, по какому-то странному наваждению полагая, что происходящее между нами важнее всего остального.

Что я буду делать? Буду надеяться, что Маргарите надоест её бессмертный робот-терапевт и она снова захочет вернуться к людям.

Ты думаешь, этого недостаточно?

Почти шахматная новелла

…мой разум оказался хрупким

и огромным!

Тысячи осколков

вмещают больше…

Дебют

Страшнее испуганных могут быть только отчаявшиеся… Карибский кризис 1962 года несколько месяцев держал весь мир в страхе и напряжении. Не удивительно, что приказ о начале Проекта был отдан именно тогда. Ядерная война перестала быть абстракцией или сюжетом фантастических романов. Разработкой стратегии выживания было решено заняться всерьёз. Заказ был сформулирован предельно чётко: нужно отобрать и сделать устойчиво наследуемым признаком склонность к уединению и малоподвижности, которая бы сочеталась с эффективностью и работоспособностью. Подземный бункер как идеальная среда обитания был взят за образец. Было трудно. Многие подопытные впадали в депрессию. Становились вялыми, апатичными. Работоспособность падала. Клаустрофобия. Панические атаки. Многочисленные суициды. Мы не сразу нашли верный путь.

Сейчас, шестьдесят лет спустя, стало очевидно, что Эксперимент  удался. Был момент, когда весь проект висел на волоске… 1999. Хикикомори1. О них стали писать. Затворники. Одиночки. Психи. Как их только не называли: эгоисты, лентяи, трутни… СМИ создавали много проблем. Молодые люди отказывались выходить из своих комнат и работать. Это пугало. Тогда вопрос рабочей силы был ещё актуален и «трутни» выглядели браком, ошибкой. Финансирование почти свернули. Денежные потоки всегда зависели от войн. Как же хорошо было во время Афганской войны 1979–1989! В периоды затишья адаптация к жизни в бункере уже не казалась столь необходимой. Но 11 сентября 2001 года всё расставило по местам. Мой Проект снова стал приоритетным.

Огромный путь пройден! Я могу собой гордиться. Зимбардо2 и Милгрэм3 – просто котята по сравнению со мной. Они играли в игры и ставили опыты. Я же по-настоящему выводил новую породу людей. Конечно, в одиночку такое не под силу. У меня была отличная команда. Тех, кто ещё жив, я упоминать не могу. Но Лик  умер. В 1990 году. Вы же знаете, кто такой  Джозеф Ликлайдер? Он руководил первой исследовательской программой в направлении быстрой передачи сообщений. То, что все сейчас называют интернет, возникло благодаря ему.  Его статья «Galactic Network», опубликованная  всё в том же 1962 году, легла в фундамент моего Проекта. Он разработал концепцию мировой компьютерной сети. А я занялся выведением «компьютерных крыс», которые заселят его «сеть».

Сейчас, в 2022 году, я могу считать свою миссию выполненной. Проект стал самоподдерживающимся. Всё движется в нужном направлении. Я спокоен за своё детище и за человечество. Мы готовы к жизни в бункере. Mission complete…

Ящик Пандоры

В начале июля, в чрезвычайно жаркое время, под вечер мне захотелось на море… Отлично. Подходящий плейлист включён. Сейчас передвину увлажнитель воздуха поближе к вентилятору. Осталось только закрыть глаза…

Мне так нравилось наблюдать, как песочная пюрешка непонятным образом превращалась в тончайшие шпили. Иногда они рушились, но я всегда начинала заново. Но откуда взялась эта вмятина? Шоколадная нога с розовой пяткой раздавила мой замок! Мне хотелось кричать и плакать от обиды. Хотелось, чтобы папа всё исправил. Но никто ничего не заметил.

Сердце бешено прыгает в горле. Так и подавиться можно! Милое воспоминание раздавило меня вместе с замком. Я чуть не стала расисткой!

На море расхотелось. Лучше в душ, но лень. Я хотела покоя и умиротворения. Обычно это срабатывало. Но не сегодня. Я получила проклятую гифку пятки разрушителя! Как это остановить?! Я хочу сказать той маленькой девочке, что мне жаль её волшебный замок. Нельзя было на него наступать. Что-то тёплое и солёное на губах… Слёзы? Давно я этого не делала.