Измена. Отчим в моей голове

1 глава

— Любаша, познакомься, это дядя Саша. Мы с ним дружим уже очень давно. Так давно, что уже перестали считать себя чужими. В общем, отныне он будет жить с нами. Ты меня понимаешь?

Что я могла понимать в тот момент? Семнадцать лет, на кону экзамены и ЕГЭ, а после нервотрёпка с поступлением в институт. Они за меня уже всё решили. Конец устоявшемуся матриархату. Конец беззаботной жизни и щеголянью по квартире в одном белье. Теперь с нами этот незнакомый дядя, и с этим, как ни крути, придётся считаться.

— Здравствуй, Люба.

Голос твёрдый, почти строгий. Уж не знаю хотел ли он тогда мне понравиться, но излишней навязчивости не проявлял. Впервые в жизни я стеснялась, находясь в собственной гостиной. Глазами уставилась на него. На вид моложе мамы. Высокий. Крепкий. Не сказать, что очень красивый, но уж точно не урод. В моменте хотелось спрятаться, но настойчивый взгляд матери пилил меня словно лазер.

— Здрасьте, — отозвалась я, и почему-то подумала, что выгляжу глупо.

— Мы теперь вместе. Уже давно. Вот решили сойтись. А что? Взрослые люди. Имеем право.

Слова матери походили на оправдания. За неё мне тоже стало стыдно.

— Мам, ну не надо. Я поняла.

— Правда? Хочешь это обсудить?

— А зачем? Вы уже всё решили. Я не против.

В смысле, не против? Мои слова совершенно не совпадали с мыслями, путавшимися в моей взбалмошной голове. Осознание не приходило. Просто не хотелось продолжать этот странный разговор.

— Так. Отлично. Тогда сегодня ужин будет особенным. Надо бы отметить, что ль?

Я не понимала откуда у неё настроение праздника. Ну, съехались и съехались. Всяко бывает. Я-то тут при чём? Надумала праздновать что-то. Это у неё событие: мужика в дом привела. У меня-то события нет.

Ужин проходил в непривычном напряжении. Я изо всех сил старалась не смотреть на маминого мужчину, хотя то и дело останавливала на нём свой взгляд. Он держался молодцом. Нахваливал маму. Восхищался её стряпнёй. Я просидела, уткнувшись носом в тарелку. Мысли предательски отказывались собираться воедино.

— Через два месяца поступление. Люба готовится медиком стать. Всю жизнь мечтала. Не знаю уж кто из неё выйдет, но такой специалист нам точно лишним не будет. Пойдёт по стопам отца. Он у неё стоматологом был. Вся родня через его кресло прошла. Руки золотые.

— Мам, не гони лошадей. Может я ещё никуда не поступлю. Там балл видела какой?

— Конечно, поступишь. Разве я зря столько сил и денег вложила в репетиров всяких? Нет уж, ты такие мысли оставь. Обязательно поступишь.

Ага. Теперь-то уж точно, — с горечью подумала я. Я им тут не нужна. Теперь у них новая семья, любовь, а я скоро выпорхну из гнёздышка, уеду в другой город и стану самостоятельной единицей. Почему-то при мысли об этом стало не по себе. Да уж, если бы отец был жив, ничего бы не произошло. Неужели теперь мне придётся стать чужой в собственной квартире?

— Ещё вина?

Дядя Саша подхватил бутылку и поднёс к пустому бокалу. Мама возражать не стала. Я пригубила сок и снова опустила взгляд в тарелку.

— И как мне теперь вас называть? — спросила я, не поднимая глаз.

Они внезапно замолчали. Кажется, мама нервно сжала руками бокал.

— Дядя Саша, я полагаю, — поспешила ответить она.

— Ну зачем же? — ухмыльнулся он. — Тут все взрослые. Можно просто Саша, ну или, если хочешь, то Александр.

— Мне больше нравится дядя Саша, — вновь настояла она. — Возраст никто не отменял. Должна быть субординация.

Повисла неловкая пауза. Именно в тот момент я почувствовала в её голосе нотки ревности к этому человеку. Как по мне, то в тот момент мне было всё равно как его называть. Мне скоро восемнадцать. Я намерена поступить в институт и уехать далеко отсюда, а они пусть себе живут. Совсем скоро мне на них будет совершенно наплевать.

Перед сном залипала в телефоне. Зарывшись под одеяло, просматривала ленты в социальных сетях. По привычке ставила лайки, отмечала подруг комментариями и просто любовалась демонстрацией радости других людей. Ближе к двенадцати решила сходить в туалет и лечь спать, однако некоторые время боялась выйти из комнаты. Присутствие постороннего мужчины настораживало.

Решилась лишь спустя полчаса. Надеялась, что к этому времени они точно уснут и я его случайно не встречу в тёмном коридоре. Тихо распахнула дверь и так же тихо вышла наружу. Прислушалась. Кажется, спали. Тогда я сделала несколько шагов в сторону туалета, как вдруг из родительской спальни послышался скрип кровати. Я встала как вкопанная. Скрип повторился. Я не знала как поступить, то ли вернуться назад, то ли продолжить намеченный путь. Скрипы стали звучать всё чаще. Не трудно догадаться чем они там занимались. Невольно в мыслях стали возникать образы голой матери и обнажённого мужика, занятых бесстыдным непотребством.

Скрипы стали ещё громче и чаще. Вскинув руки к груди, я медленно принялась отступать назад. Следом послышался тяжёлый стон матери. Испугавшись, я метнулась в комнату. Половица под ногами меня сдала, но несмотря на это я ринулась на кровать и спряталась под одеялом. Слышать как занимаются любовью за соседней стеной оказалось мучительно больно.

В ту ночь я так и не отважилась сходить в туалет. Терпела до самого утра. К утру уснула, конечно, а потом проснулась в холодном поту. Не смогла я принять чужого человека в жизни матери. Не смогла, и всё.

2 глава

2 глава

Восемнадцатилетние наступило незадолго до ЕГЭ. Самый долгожданный день рождения в моей жизни. Связано это не с ожиданиями неизвестного будущего, а с возможностью скорейшего отъезда в другой город. И хоть до заветного сентября ещё далеко, но дух свободы чувствовала всем нутром.

Мужчина в нашей жизни появился так внезапно, что я попросту не была к этому готова. С самого детства отношения с мальчиками складывались не самым лучшим образом. Наверное, поэтому я так его боялась. Образ папы мерк с каждым днём. Он не был на него похож, да и мама вела себя с ним как-то иначе. Какое влияние он оказывал на неё оставалось только догадываться.

На праздник пришли девчонки. Такое маленькое событие как моё совершеннолетие осталось совершенно незаметным для одноклассниц. Пришли в основном двоюродные сёстры, которых я знала едва ли. В детстве мы много общались, но когда повзрослели, то совсем ушли в себя. Или это только я одна такая? Не знаю.

Был один эпизод в тот день, который оставил в памяти неизгладимый отпечаток. Когда девочки веселились в гостиной где мама изо всех сил развлекала их за праздничным столом, я ненадолго оказалась наедине со своим отчимом. Придя на кухню то ли за штопором, то ли за чем-то ещё, я увидела как он ненавязчиво разглядывал меня, сидя у окна с сигаретой в руке. Я молча стала рыскать по ящикам, когда он вдруг решил ко мне обратиться.

— Понравился мамин подарок? — выпустив обильную струю дыма, спросил он.

Он имел ввиду новенький ноутбук, который мама вместе с ним вручили мне накануне.

— Да, спасибо, — в очередной раз поблагодарила я.

Затем, найдя то, что искала, хотела уже уйти обратно, как вдруг дядя Саша меня остановил.

— А знаешь, есть у меня тебе ещё кое-что. Ты ведь уже взрослая девочка.

Он порылся в кармане брюк и извлёк оттуда маленькую коробочку. Скажу честно, я заинтересовалась.

— Что это?

— Подарок. Лично от меня.

Я приняла из его рук коробочку, открыла и обомлела. Золотое колечко. Такое маленькое и такое изысканное. Конечно, оно не вязалось с моими серебряными украшениями, но всё равно было приятно.

— Бери, не бойся, — отмахнулся он, как будто не сделал ничего особенного.

— Но зачем это? — не поняла я.

— Просто я заметил, что у тебя такого нет. А ведь тебе нужно. Ты ведь такая красавица, Любаш.

Слова эхом пронеслись у меня в голове. Красавица? Я что ли?

— Но мама…

— Спрячь. Скажешь ей, что мальчик подарил. Придумай что-нибудь.

Конечно я его хотела. Отказаться от такого дорогого подарка не могла, ведь никто раньше мне ничего подобного не дарил. Такие странные ощущения: смесь радости и тревоги. Впервые за время нашего знакомства я была ему искренне благодарна.

Спрятав коробочку с кольцом в кармане джинс, я самопроизвольно чмокнула отчима в щёку, и вдруг сама испугалась содеянного. Но он, кажется, ничего такого не заметил.

— Ладно тебе. Иди к гостям. Развлекайся.

Ночью лёжа в постели я надела кольцо на пальчик. Подняв руку вверх, словно ребёнок радовалась новой игрушке. Камушек блестел в ночной полутьме, а я мысленно представляла себя в толпе людей, как будто все смотрели только на меня и на кольцо. Так и уснула, забыв снять золотой подарок.

А вот в школе никто не посмотрел на меня, так что все ночные чаяния по поводу повышенного внимания оказались ложны. Ребята в классе галдели не в себя, предвкушая последний день в качестве школьников. Всем на меня было наплевать. Всё как всегда, чёрт побери! Побыстрей бы уехать отсюда.

Экзамены прошли на ура. Я так хотела вырваться из привычного окружения, что сдала ЕГЭ на отлично. Все тесты с высоким баллом. Узнав результат стало ясно о перспективах в моём будущем.

Мама расцеловала. Отчим по-отечески похлопал по плечу.

— Если бы отец был жив, он бы тобой гордился, — уже в который раз прозвучало от неё.

Снова спала с колечком на пальце. С недавних пор он стал для меня неким талисманом. Странно, но чем больше я на него смотрела, тем чаще перед глазами всплывал образ дяди Саши. Сначала я гнала всякие мысли о нём. Гнала, но только первое время. Вскоре я смирилась с тем, что думаю о нём слишком часто. Ну и пусть. Это всего лишь мысли. Никто не залезет мне в голову и ничего не узнает.

Незаметно для себя рука опустилась в трусики. К моему взрослому телу ещё никто не прикасался. Наверное, в этом причина дурных мыслей. Погладив себя пальчиками, я предалась наслаждению. В последнее время делаю это чаще обычного. Раньше стеснялась сама себя, а после забила. Вместе с этим в голове вновь прояснился образ отчима. Представила как он пялится на меня, раздевая одним бесстыжим взглядом. Движения пальцев участились. Представила себя с ним в обнимку. «Красавица», — то ли вспомнилось, то ли представила вновь. Как хорошо. Я прикусила губу.

Оргазм не заставил себя долго ждать. В этом я очень быстрая. Так было всегда. Повышенное либидо, и всегда одна справлялась с этим. Интересно, я одна такая? Внешне приличная, даже тихоня, девственница, а внутри маленький дьяволёнок, который втайне жаждет вырваться наружу. Слава богу, никто не знает о моём внутреннем мире. Скорее всего, это из-за недостатка мужского внимания. Чем чаще думаю об этом, тем чаще хочется. Надо как-то разобраться со своей невинностью. Не хочу уезжать в институт целкой.

— Дочка, иди сюда. Надо поговорить.

Голос мамы звучал настораживающе. Но что могло произойти за ночь?

— Я пойду, — бросил дядя Саша из прихожей, хватая портфель и ключи от квартиры.

Как только дверь захлопнулась, мать с серьёзным видом посмотрела на меня. Неужели догадалась насчёт кольца? О, нет. Только не это.

— Давно надо было с тобой поговорить. Знаю, на кону поступление и всё такое, но ждать больше нет смысла.

Я молчала, внимая каждому слову, но почему-то долго ничего не понимала. Нет смысла ждать? Что вообще происходит?

— У меня рак. Уже больше года. Не уверена, что доживу до конца года. И так много времени оттянула. Возможно, это последнее лето, которое мы проведём вместе.

Что? Это не шутка? Но разве так бывает?

Я и не заметила, как на глазах выступили слёзы. Стояла как истукан, не в силах пошевелиться. Мне бы броситься к ней в объятия и прижать к себе, но в голове образовалась такая каша, что мир перемешался в одно мгновение.

— Мамочка, — с трудом вымолвила я дрогнувшим голосом.

— Не надо. Я давно выплакала все слёзы, так что не надо. Дело в том, что сейчас у меня обострение. Эх, так не вовремя. Я думала, поедешь на учёбу, ничего не узнаешь. Но нет. Меня госпитализируют. Я еле отпросилась до конца дня. Полечат, прокапают. Приеду уже с новой причёской.

Она нервно усмехнулась, и только тогда я бросилась её обнимать. Проплакав в руках матери несколько минут, я снова посмотрела на неё, но уже по-другому. Суровый взгляд уже не казался таким суровым, а, скорее, уставшим. Бедная мамочка. Как же я тебя люблю.

— Неужели нельзя ничего сделать? — с надеждой спросила я.

— Ну, хорошая новость заключается в том, что всё возможно в этой жизни. Врачи дают меньше пятидесяти процентов на выздоровление, но это уже хоть что-то. Сказали, если близкие родственники будут рядом, то вместе мы сможем перебороть недуг.

Слабый лучик надежды затаился где-то в сердце.

— Мы сможем. Мама, мы всё сможем.

— Знаю, дорогая. Знаю.

Единственное, что никак не укладывалось у меня в голове, так это зачем она, зная о смертельной болезни, всё-таки привела его в дом. После долгих размышлений мне показалось, будто ответ очевиден. Если дядя Саша был ею любим, а я тем временем уезжала на учёбу, то именно он должен был заменить меня собой. Наверное, я бы тоже хотела видеть рядом любимого человека, если бы находилась между жизнью и смертью.

Этой ночью я уснуть не смогла. В доме были только он и я, а мама находилась в больнице. Вот только никакие пошлые мысли больше не вертелись в моей голове. Только мысли о ней, о самой родной и любимой. Как же я теперь без неё? Смогу ли?

3 глава

3 глава

Самое сложное было на следующий день. Проснувшись, мы с моим отчимом почти не разговаривали. Молча позавтракали, после чего каждый занялся своими делами. Я ушла в душ, а он в свою с мамой комнату собираться на работу. Вышли в коридор практически одновременно. Я облачённая в халат, на голове полотенце, а он в строгом костюме, держа за пазухой портфель.

— Какие планы на день? — спросил дядя Саша.

Я сначала опешила от вопроса, но, вспомнив про маму, тут же оживилась.

— Не знаю. К маме съезжу.

— Обязательно навести её. Я смогу только вечером. Работа, — пожал плечами он.

— Ладно.

Он сунул руку в карман и достал бумажник.

— Вот, возьми себе, — протянул несколько крупных банкнот.

Я замялась.

— Бери. Чего ты? Или святым духом будешь питаться.

Взяла.

— Спасибо.

— Ты не волнуйся, Люба. Она выкарабкается. Она сильная. Я её хорошо знаю.

— Можно спросить? — потухшим голосом осведомилась я.

— Давай.

— Вы давно знали о болезни?

Он задумался. Стало понятно, что думать об этом ему не хотелось.

— Считай, с самого первого дня. Мы давно с ней вместе. Просто тебя не хотели беспокоить.

— И зачем вам всё это?

Снова вопрос на засыпку.

— Люблю, — коротко ответил он, и после этого я вдруг как-то по-другому посмотрела на этого человека.

Любит. Ответ честный. Я ведь тоже её люблю. И никогда не брошу. Он, наверное, тоже. Знает, что она умирает, что впереди одни только тяготы, и всё равно остаётся с ней. Уважаю. За таких как он надо держаться. Теперь я понимаю мотивы мамы. Она нашла того, кто мог о ней позаботиться. Нашла, и не захотела отпускать.

Среди моего окружения не было похожих персонажей. Одни придурки и самодуры. Класс самовлюблённых павлинов, причём как девчат, так и парней.

Родственники тоже на своей волне. Каждый в своём мире, при своих интересах. Узнав о болезни матери не все кинулись её навещать. Как паскудно думать об этом. У всех, видите ли, появились какие-то неотложные дела. Только мы с дядей Сашей ходили в палату как на работу пару раз за день, проводя в ней по нескольку часов. Маме это не нравилось, хотя сопротивляться она не могла. Вскоре начались химио процедуры, после которых она заметно обессилила.

Странно теперь каждый вечер проводить в компании дяди Саши. Будь я на несколько лет моложе, то видела бы в нём отца. Мне и сейчас хотелось отцовской заботы, сильного мужского плеча и чувства защищённости. Нельзя сказать, что он не внушал таких чувств. Просто прошло ещё совсем мало времени, и я недостаточно к нему привыкла, хотя и не чувствовала в нём чужака.

В один из таких вечеров, сидя перед телевизором, он зашёл в гостиную с полным бокалом вина в одной руке и бутылкой пива в другой. Я вопросительно посмотрела на него. Он протянул бокал.

— Вот, выпей. Тебе надо. Просто что б расслабиться.

Логично, — подумала я, и приняла бокал.

Он угадал. Мне действительно не хватало чего-то. Слишком много всего навалилось в последнее время. Чувство скорби нависало день изо дня, а ведь к такому меня никто не готовил.

— Спасибо.

Сделала пару глотков. Вкус приятный, насыщенный. Хм, не знала, что люблю вино, тем более странно пить сидя у себя дома. До сих пор не привыкла к тому, что уже стукнуло восемнадцать.

— Ты совсем не общаешься с друзьями, — заметил дядя Саша, присаживаясь в соседнее кресло.

— Не хочется, — соврала я, хотя попросту было стыдно признаться, что не имею друзей.

— Надо как-то отвлекаться. Нельзя всё время думать о плохом. Ты знаешь, мать просила, чтобы ты сделала перерыв и хотя бы пару дней её не навещала.

— А она может сделать перерыв в своей болезни? — язвительно огрызнулась я, и тут же пожалела о своих словах.

Он не заслуживает такого тона. Зря я так. Уже давно мог собрать вещи и уехать восвояси.

— Знаешь, ещё рано делать прогнозы, но, кажется, врачи говорят о хорошей тенденции. Варя держится молодцом. Удивляюсь её выдержке. Она настоящий борец.

— Вы ведь не из жалости рядом с ней?

— Конечно, нет.

— И собираетесь быть до самого конца?

— Не сомневайся. Рядом с ней я снова чувствую себя молодым. Это трудно объяснить. Доживёшь до моих лет, поймёшь о чём толкую.

— В смысле, с возрастом чувства притупляются?

— Несомненно. За плечами целая жизнь, неудачный брак, неудачные отношения. Годы идут, жизнь проходит, а времени на счастье становится всё меньше и меньше. Это у тебя всё впереди. У нас с твоей мамой всё немного иначе.

Я задумалась. Сделала ещё несколько глотков и облизала губы. Горячительное приятной волной прокатилось по телу. Поймала себя на мысли, что действительно получилось расслабиться. Проблемы с матерью незаметно отошли на второй план. Что там шло по телевизору меня уже не волновало, а вот присутствие взрослого мужчины подогревало интерес. Мысли о том, что у нас с ним могло что-то получиться спешно прогнала. Не время для похабных фантазий.

— Не хочу думать о том, что будет если её не станет. Хочу думать только о хорошем.

— Да, но всё же?

— Что касается тебя, Люба, то на такой случай она приготовила письмо с дальнейшими инструкциями. Там всё подробно изложено о том, как вступить в наследство. По крайней мере, до конца учёбы тебе точно хватит. Об этом она позаботилась.

— А вы, дядя Саша? Что будете делать вы?

— Уйду, что же ещё? Вернусь в свою квартиру и продолжу жить. Естественно, всегда буду на связи. Если нужна будет какая-то помощь, то ты всегда сможешь на меня рассчитывать.

— И я останусь одна, — с грустью в голосе протянула я.

Он ничего не ответил. Лишь приложился к бутылке и залпом осушил её. Именно в этот момент, момент откровений и признаний, я поняла, что он уже совсем не чужой. Нет, не отец и не родственник, но и не посторонний.

Я попросила ещё вина. Он не отказал. Расходиться не хотелось. В голову лезли всякие непристойные мысли. Например, я снова вспомнила, что являюсь девственницей, изнывающей от желания плотских утех. Странно думать об этом в такой момент, но ничего поделать с этим не могла. Хотелось думать только о приятном, а проблемы пусть останутся на завтра. Видимо, помогало вино.

4 глава

4 глава

Именно в тот вечер меня посетили шальные мысли. А что, если он как-то случайно увидит меня голой? А что, если случайно зайдёт в ванную во время моего купания? Думая об этом, я улыбалась. Грешно, но мне нравилось думать об этом. Взрослый мужик и маленькая восемнадцатилетняя девочка. Подумать только к чему мог привести такой флирт. Нет, он не поймёт. Точно не поймёт.

Оставив его одного, я медленно поплелась в ванную. Слегка пошатывалась, но старалась не подавать виду, что пьяна. Вино совсем вскружило мне голову.

Зайдя в душевую кабину, я не сразу включила воду. Подумала, а не оставить ли дверь слегка приоткрытой? Так, совсем малость. Такая шалость могла привести к непоправимым последствиям, но в тот момент мне на это было наплевать. Ещё никто не видел меня обнажённой. Чёрт! Я сделала это. Осторожно вышла из кабины и слегка приоткрыла входную дверь, якобы случайно так получилось. Сама не знаю на что надеялась. Наверно, не хватало острых ощущений.

Так хорошо я ещё ни разу не мылась. Непередаваемые ощущения. Я представила себе, что он стоит там за дверью и смотрит на меня сквозь тонкую щель, оставленную специально для него. От одной мысли об этом по телу пробегали мурашки. Внизу живота стало тепло и приятно. Извиваясь в струях горячего душа, я волей или неволей принялась удовлетворять себя с помощью рук. Трогала себя за груди, за попу, массировала клитор. Уж не знаю что должен был подумать наблюдавший, если, конечно, он вообще был, но ощущения я испытала те ещё.

Секс с самой собой закончился, а вместе с ним спала и волна дикого возбуждения, охватившая моё нутро. Спустя минуту я чувствовала себя глупо. Вряд ли он наблюдал, а если и так, то наверняка подумал обо мне плохо. Дичь!

Завернувшись в полотенце, я вышла из ванной еле ступая босыми ногами о пол. Телевизор по-прежнему шумел в гостиной, а значит, никто оттуда не выходил. Подумала, что так оно лучше, хотя горестный осадок на душе остался.

Утром долго не хотелось вставать. Мысль о посещении больницы пригвоздила к кровати. Невыносимо изо дня в день видеть измученные лица больных, но ещё более тяжко было видеть лицо родной матери, страдавшей от тяжёлой болезни. Стало страшно. В постели более безопасно, чем снаружи.

Я слышала его шаги за дверью спальни. Дядя Саша собирался на работу. Всё как обычно. Скоро он постучится чтобы меня разбудить.

Вспомнился вчерашний инцидент в ванной комнате, когда моё воображение взяло верх над разумом. Я долго размышляла над произошедшим. С одной стороны, всё это было довольно противно и неприятно, в тайне фантазировать о связи с отчимом. С другой, это всего лишь безобидные мысли, отвлекавшие от насущных проблем. Пришла к выводу, что не плохо было бы завести себе парня. Может тогда внимание вновь сфокусируется на настоящем, а не на призрачном мире.

Вновь половица скрипнула у двери. Я приготовилась поприветствовать гостя, но никто не вошёл. По тени на пороге под дверью отчётливо видно, что он там был. Чего остановился? Раздумывал будить или нет? Вскоре отчим отошёл в сторону.

Я выдохнула. Выпрямившись, потянулась в постели. Мимолётно взглянула на время на мобильнике. Уйдёт на работу через несколько минут, а значит, ещё мог вернуться. А что если встретить его нагишом? Меня завела такая идея, хоть и выглядело бы это действительно по-идиотски. А что? Я сплю, ничего не соображаю. Сплю, откинув одеяло. Сплю без нижнего белья вся такая красивая и невинная. Хотя нет, совсем без белья — это уже слишком.

Безумие, но то ли спросонья, то ли напасть какая-то, но я решила рискнуть. Точнее, даже не раздумывала. Просто взяла и скинула с себя футболку. Затем стянула вниз одеяло так, чтобы оказались прикрыты лишь ноги, и перевернулась на живот. Идиотизм, я знаю, но чёртов азарт меня опередил. Представила как выглядит попа в стрингах. Представила его лицо, если бы он действительно это увидел. Что ж, надеюсь, не зайдёт.

Не успела я это совершить, как вдруг дверь со скрипом открылась. Чёрт! Он вошёл! Вошёл ко мне в спальню, а я в это время лежала практически голая, выставив перед ним зад. Голая спина, попа в стрингах и я, притворяюсь спящей. В тот момент показалось, что даже сердце замедлило ход. Я вся напряглась. Вслушалась.