- -
- 100%
- +
Глава 1. Альбом
Моя жизнь напоминала сценарий дорогого романтического фильма. В нём героиня в финале получает всё: любовь, богатство, счастливый взгляд из-под фаты. Я не верила в сказки, но Стас заставил меня в них поверить.
Мы сидели в ресторане «Белкен» за столиком у окна, за которым медленно гас вечерний город. Хрустальные бокалы, приглушённый свет, его пальцы, лениво обвивающие ножку моего бокала.
— Ты сегодня особенно прекрасна, — сказал он, и его голос звучал так, будто он произносил не банальный комплимент, а нечто сокровенное.
— Это потому что ты смотришь на меня так, будто я единственная женщина в мире, — ответила я, чувствуя, как тепло разливается по щекам.
Он улыбнулся, и в его глазах вспыхнул тот самый огонь, от которого у меня перехватывало дыхание.
— А разве это не так?
Я засмеялась, откинув волосы назад, но не успела ответить. Он вдруг встал, достал из кармана маленькую бархатную коробочку и опустился передо мной на одно колено.
Тишина. Потом послышался шёпот, звон бокалов, внезапно обострившееся ощущение каждого звука, каждого взгляда.
— Диана, — произнёс он твёрдо, — я не хочу больше ждать. Выходи за меня.
Я не помню, что ответила. Кажется, просто кивнула. Но когда холодное кольцо скользнуло на мой палец, а его губы коснулись моих, мир сузился до этого мгновения, до его рук, держащих моё лицо, до аплодисментов незнакомых людей, которые вдруг стали частью нашей истории.
— Свадьба через две недели, — объявил он, когда мы снова сели.
Я замерла с бокалом в руке.
— Две недели? Это же… так скоро.
— Я не могу ждать, — он наклонился ближе, и его дыхание коснулось моей кожи. — Ты представляешь, сколько времени я уже потратил, чтобы найти тебя? Целую вечность.
— Но подготовка… гости… платье…
— Всё уже готово, — он улыбнулся, и в этой улыбке было что-то такое, от чего мне стало одновременно тепло и тревожно. — Доверься мне.
Я хотела спросить, что он имеет в виду, но он перекрыл мои вопросы поцелуем, и мысли растворились.
Позже, в его апартаментах, мы пили шампанское, и я ловила себя на том, что разглядываю его профиль, пытаясь запомнить каждую черту.
— О чём задумалась? — спросил он, наливая мне ещё.
— О том, что ты слишком идеален, — призналась я. — Иногда мне кажется, что ты… ненастоящий.
Он засмеялся, но в его глазах промелькнуло что-то неуловимое.
— А что, по-твоему, «настоящий»? Грубый, бедный, без будущего?
— Нет. Просто… люди обычно не дарят сказку просто так.
— Кто сказал, что просто так? — он провёл пальцем по моей руке. — Ты мне нравишься. Мне нравится, как ты смеёшься, как хмуришь брови, когда думаешь, как говоришь «спасибо» официантам. Ты… настоящая. И я хочу, чтобы ты была моей.
Его слова звучали как признание, но почему-то внутри меня ёкнуло.
Мы допили шампанское, и потом была ночь, полная шёпота, прикосновений, его губ на моей шее, его рук, запоминающих каждую линию моего тела. Я засыпала, прижавшись к нему, и мне казалось, что так будет всегда.
Утром я проснулась от звука воды в душе. Солнце пробивалось сквозь шторы, рисуя золотые полосы на полу. Я накинула его рубашку и вышла в гостиную.
Его апартаменты были безупречны. Всюду дорогие картины, мебель, которая выглядела так, будто её только что привезли из Милана. Я бродила по комнатам, касаясь вещей, пытаясь представить себя здесь… навсегда.
Потом мой взгляд упал на письменный стол. Массивный, тёмный, с резными ножками. Я никогда не заглядывала туда, ведь это казалось лишним. Но сейчас что-то потянуло меня.
Я осторожно открыла верхний ящик. Бумаги, визитки, ключи. Ничего интересного. Во втором папки с документами. Третий… был заперт.
Сердце забилось чаще.
Я оглянулась. Вода всё ещё шумела в ванной. На столе лежала связка ключей. Я перебрала их, нашла маленький золотой, вставила в замок. Щёлк.
Внутри лежал альбом. Кожаный переплёт, потёртый уголок, будто его часто открывали. Я провела пальцем по обложке, потом перелистнула первую страницу.
И мир остановился.
Имя. Фото. Даты.
Алина, 27 лет. Юрист. Знакомство в клубе. Встречались 4 месяца. Свадьба отменена за день.
Следующая страница.
София, 24 года. Модель. Познакомились на фотосессии. Свадьба отменена в день церемонии.
Страница за страницей. Десятки имён. Десятки историй. И ни одной свадьбы, доведённой до финала.
Руки дрожали. Я лихорадочно пролистала до конца.
И вот последняя страница. Моя фотография. Моё имя.
Диана, 25 лет. Журналист. Обручены.
И сегодняшняя дата.
В голове звенело. Я перечитала строчку ещё раз, будто надеясь, что глаза меня обманывают.
Шум воды прекратился.
Я захлопнула альбом, сунула его обратно, закрыла ящик. Ключ дрожал в моих пальцах, когда я клала его на место.
Дверь ванной открылась.
— Ты уже проснулась? — его голос прозвучал так естественно, будто ничего не произошло.
Я медленно обернулась. Он стоял в дверях, полотенце на плечах, капли воды стекали по груди.
— Да, — мой голос звучал чужим. — Просто… разминалась.
Он подошёл ближе, обнял меня. Его кожа пахла дорогим гелем для душа, и я закрыла глаза, пытаясь не думать о том, что только что увидела.
— Всё в порядке? — он отстранился, изучая моё лицо.
— Всё прекрасно, — я подняла руку, коснулась его щеки. — Просто… всё так быстро.
Он улыбнулся, поцеловал мои пальцы.
— Я же сказал — не могу ждать.
Я кивнула, прижалась к нему, пряча лицо в его шее.
Но в голове уже крутился один вопрос:
Что ты собираешься делать, Диана?
Глава 2. Идеальный пазл
Глава 2. Идеальный пазл
Офисное здание встретило меня холодным блеском стеклянных дверей. Утреннее солнце, отражаясь в высоких окнах, слепило глаза, и я на секунду задержалась на пороге, собираясь с мыслями. Сегодня всё казалось другим, слишком ярким, слишком громким, слишком... обычным. Как будто мир продолжал жить своей жизнью, не замечая, что моя только что перевернулась.
Консьерж Николай, как всегда, кивнул мне приветственно:
— Доброе утро, Диана Сергеевна. Поздравляю с помолвкой.
Я вздрогнула:
— Откуда вы...?
— Ваш жених сегодня утром звонил, просил передать цветы. — Он указал на огромную охапку белых роз, стоявшую на его стойке. — Но я сказал, что ещё вас не видел.
Сердце болезненно сжалось. Стас уже начал свой спектакль. И я, не зная правил этой игры, вынуждена была играть по его сценарию.
— Спасибо, Николай. Я... я заберу их вечером.
Лифт поднимался слишком медленно. Я ловила себя на том, что тереблю кольцо на пальце, будто пытаясь снять его, но каждый раз останавливалась. Оно было красивым. Слишком красивым. Как и всё, что касалось Стаса.
Открыв дверь в офис, я сразу почувствовала на себе десятки взглядов. Обычный утренний гул стих на несколько секунд, потом возобновился с новой силой. Лера первой бросилась ко мне:
— Боже мой, Диан! Это правда?! — Она схватила мою руку, разглядывая кольцо. — Когда?! Как?! Почему я ничего не знала?!
Я попыталась улыбнуться:
— Всё случилось... неожиданно. Вчера вечером.
— Очуметь! И когда свадьба? — подскочила Аня, появившись как из-под земли.
— Через две недели, — ответила я, чувствуя, как эти слова обжигают мне губы.
Вокруг поднялся шум. Кто-то ахнул, кто-то засмеялся, кто-то начал тут же строить предположения. Я стояла в центре этого урагана, улыбаясь и одновременно чувствуя, как внутри меня растёт холодная, тяжёлая глыба.
— Две недели? — Лера округлила глаза. — Это же невозможно! Даже платье за такое время не сошьёшь!
— Стас говорит, что всё уже организовано, — ответила я, и тут же поймала себя на мысли, что повторяю его слова как заученную молитву.
— О, значит, жених-волшебник, — засмеялась Аня. — Богатый волшебник, если судить по этому камушку.
Я машинально прикрыла кольцо другой рукой:
— Это не главное...
— А что тогда главное? — не унималась Лера. — Расскажи хоть что-нибудь о нём! Как вы познакомились? Как он сделал предложение?
Я закрыла глаза на секунду, вспоминая вчерашний вечер. Его колени, твёрдо упёршиеся в пол ресторана. Его глаза, полные... чего? Любви? Триумфа? Или чего-то ещё, чего я тогда не разглядела?
— Мы познакомились на презентации нового отеля его сети, — начала я. — Он подошёл, спросил мнение об интерьере... Всё было очень обычно.
— Обычно? — фыркнула Аня. — Да с такими-то деньгами ничего «обычно» не бывает!
Я хотела возразить, но в этот момент раздался голос главного редактора:
— Диана, ко мне. Срочно.
Кабинет Ольги Борисовны был тихим островком в бушующем море офисного хаоса. Она закрыла дверь, жестом предложила сесть и внимательно посмотрела на меня:
— Поздравляю. Хотя... — Она покачала головой. — Две недели? Это не похоже на тебя.
Я почувствовала, как по спине побежали мурашки:
— Иногда... иногда сердцу не прикажешь.
— Сердцу-то нет, — Ольга Борисовна скрестила руки на груди. — Но голову-то никто не отменял. Ты уверена в своём решении?
Я опустила глаза:
— Я... Я не знаю.
Тишина повисла между нами тяжёлым покрывалом. Наконец, главред вздохнула:
— Ладно. Твоё дело. Но если что, я рядом. А теперь иди, у тебя интервью с дизайнером в два.
Когда я вернулась к своему столу, коллеги ненадолго оставили меня в покое. Я включила компьютер, и пока система загружалась, смотрела в окно. Город жил своей жизнью, люди спешили по своим делам, и никто не знал, что у меня в сумочке лежит распечатка билетов в Сочи. Стас прислал их сегодня утром с сообщением: «Отдохнём после свадьбы».
Я открыла браузер и ввела в поиск: «Станислав Воронцов расследования». Потом, подумав, добавила: «свадьба отмена».
Результаты были обескураживающими. Десятки статей о успешном бизнесмене, меценате, покорителе женских сердец. Ни слова о срывающихся свадьбах. Ни одного намёка на тёмную сторону.
Я углубилась в чтение интервью. В одном он говорил, что окончил МГИМО, в другом же упоминал Лондонскую школу экономики. В третьем рассказывал, как в юности бедствовал, в четвёртом — что вырос в состоятельной семье.
— Кто ты на самом деле? — прошептала я, листая страницу за страницей.
Соцсети не прояснили картину. Его профиль был безупречен: дорогие костюмы, экзотические путешествия, улыбки со знаменитостями. Ни одной лишней детали. Ни одного случайного кадра.
Я открыла список друзей и начала методично проверять каждую женщину, которая могла бы соответствовать описаниям из того злополучного альбома. Через час поисков я нашла только одну — Алину, юриста. Её профиль был заблокирован, но на аватарке я узнала лицо с той самой страницы.
Мои пальцы дрожали, когда я набирала её имя в мессенджере. Сообщение было коротким: «Простите за беспокойство, но мне срочно нужно с вами поговорить о Станиславе Воронцове.»
Ответ пришёл мгновенно: «Удалите это сообщение. Забудьте мой номер. И бегите. Пока не поздно.»
Я откинулась на спинку кресла, чувствуя, как комок подкатывает к горлу. В этот момент зазвонил телефон. Стас.
— Привет, любимая, — его голос звучал тёпло и ласково. — Как твой день?
Я сжала телефон так сильно, что костяшки пальцев побелели:
— Нормально... Много работы.
— Не перетруждайся. Завтра у нас важный день. Поедем смотреть площадку для свадьбы.
— Стас... — я замолчала, не зная, как продолжить.
— Что, родная?
— Почему... почему так быстро? — выдохнула я. — Две недели... Это же очень мало времени.
На другом конце провода на секунду воцарилась тишина. Потом он засмеялся:
— Когда знаешь, что нашёл свою половинку, зачем ждать? Разве ты не чувствуешь, что мы созданы друг для друга?
Его слова звучали как из романтического романа. И если бы не тот альбом, я бы, наверное, расплакалась от умиления. Но сейчас они казались... отрепетированными.
— Я... я просто волнуюсь, — сказала я вместо того, что думала на самом деле.
— Это нормально, — его голос стал ещё мягче. — Но поверь мне, всё будет идеально. Я позабочусь об этом.
Когда мы попрощались, я ещё долго сидела, глядя на экран компьютера. На открытой вкладке светилось лицо Стаса. Оно было идеальное, улыбающееся, ничего не значащее.
Лера прервала мои размышления, поставив передо мной чашку кофе:
— Ты сегодня какая-то не такая. Точно всё в порядке?
Я посмотрела на неё и вдруг осознала, как сильно хочу рассказать кому-то о том, что обнаружила. Но слова застряли в горле.
— Просто... свадьба, — слабо улыбнулась я. — Это же так ответственно.
Лера села рядом:
— Слушай, если что-то не так... Ты можешь мне довериться.
Я открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент зазвонил телефон. Неизвестный номер.
— Алло?
— Диана Соколова? — женский голос звучал напряжённо. — Мы должны встретиться. Сегодня. Я знаю про Станислава Воронцова.
Лёд пробежал по моей спине:
— Кто вы?
— Та, кто была на вашем месте два года назад. У вас есть один час на обед? Кафе «Марго» на Патриарших.
Я посмотрела на Леру, которая старательно делала вид, что не подслушивает:
— Хорошо. Я буду.
Положив трубку, я встретилась с вопросительным взглядом подруги:
— Срочное... интервью. Надо идти.
— Всё в порядке? — Лера нахмурилась. — Ты выглядишь, будто увидела привидение.
Я собрала вещи, стараясь не трястись:
— Всё хорошо. Просто... работа.
Выходя из офиса, я в последний раз обернулась. Лера стояла у моего стола и смотрела мне вслед с выражением, которое я не могла прочитать. Но в тот момент меня волновало только одно: кто эта женщина и что она знает о Стасе?
Кафе «Марго» оказалось небольшим уютным местечком в глубине двора. Я заказала кофе и села за столик у окна, нервно постукивая пальцами по столешнице.
Она пришла ровно через десять минут. Высокая, стройная брюнетка в строгом костюме. Я узнала её сразу — София, модель, вторая страница альбома.
— Вы... — начала я, но она резко жестом остановила меня.
— Никаких имён, — прошептала она, садясь напротив. — И говорите тише.
Я кивнула, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле:
— Вы знаете... про альбом?
Её глаза расширились:
— Значит, ты уже нашла его. Хорошо. Это даёт тебе шанс.
— Шанс на что? — прошептала я. — Что это вообще такое? Почему он это делает?
София оглянулась, прежде чем ответить:
— Он коллекционирует нас. Как трофеи. Каждая страница в этом альбоме — это девушка, которая чуть не стала его женой.
— Но почему? — мои пальцы впились в край стола. — Что он получает от этого?
— Власть, — её голос стал твёрдым. — Ощущение контроля. Он влюбляет в себя, создаёт идеальную сказку, а потом... — она сделала паузу, — потом разбивает её в тот момент, когда ты наиболее уязвима.
— Садизм какой-то.
— Да уж. Точно ничего нормального в этом нет. Кто-то получает удовольствие от ролевых игр, кто-то предпочитает садо-мазо, а Стас… кажется, он жаждет всего и сразу.
Я почувствовала, как по спине побежали мурашки:
— Как вы... как вы смогли уйти?
София горько усмехнулась:
— Мне повезло. Я случайно нашла его предыдущий «экземпляр» — девушку по имени Алина. Она предупредила меня за день до свадьбы.
— И что... что мне делать? — голос дрожал.
— Беги, — резко сказала София. — Прямо сейчас. Пока не поздно. Он не остановится, пока не добавит тебя в свою коллекцию. И знаешь что, неизвестно как далеко он может зайти в своих фантазиях.
Она встала, оставив на столе визитку без имени, только номер телефона:
— Если решишься уйти — звони. Я помогу.
Я осталась сидеть одна, глядя, как её силуэт растворяется в толпе. Кофе передо мной остыл, но я даже не притронулась к нему. В голове крутилась только одна мысль: что же мне теперь делать?
Телефон в кармане завибрировал. Сообщение от Стаса: «Скучаю. Заеду за тобой в семь. Готовься к сюрпризу.»
Я медленно подняла глаза и увидела своё отражение в зеркале напротив. Бледное лицо, широко раскрытые глаза. Чёрт! Я выглядела как загнанный зверь.
И в этот момент я поняла, что должна принять решение. Быстро. Потому что часы уже тикали.
Глава 3. Осознание
Глава 3. Осознание
Лунный свет струился сквозь полупрозрачные шторы, расчерчивая спальню призрачными полосами. Я лежала без сна, прислушиваясь к ровному дыханию Стаса. Его рука тяжело покоилась на моей талии. Тёплый груз, приковывающий меня к этому месту, к этой лжи, к этому странному маскараду, в котором я невольно стала участницей.
Две недели. Четырнадцать дней. Триста тридцать шесть часов.
Я мысленно перебирала эти цифры, словно пыталась убедить себя, что времени ещё достаточно. Что я успею всё обдумать, решить, действовать. Но с каждым тиком часов на тумбочке петля вокруг моей шеи сжималась всё туже.
Стас пошевелился во сне, и его пальцы непроизвольно сжали моё тело чуть сильнее. Я замерла, боясь пошевелиться.
— Диана... — прошептал он сквозь сон, и моё сердце болезненно сжалось.
Как странно, ибо даже во сне он произносил моё имя с такой нежностью, с такой... искренностью? Или это тоже было частью спектакля?
Я осторожно высвободилась из его объятий, затаив дыхание, когда его рука бессильно упала на простынь. Он глубоко вздохнул, но не проснулся.
Тени в комнате казались мне союзниками, когда я скользила босиком по холодному паркету. Альбом ждал там же, где и вчера — в нижнем ящике массивного письменного стола из тёмного дуба.
Кожаный переплёт был холодным на ощупь. Я прижала его к груди, ощущая, как бешено стучит сердце, и прокралась в гостиную.
Лунный свет, пробивавшийся сквозь шторы, выхватывал из темноты лишь очертания мебели. Я села на пол, прислонившись к дивану, и открыла альбом.
Страницы шелестели, будто жалуясь на вторжение. Я быстро пролистала до знакомых имён — Алина, София, Анна, Мария... Десятки девушек, десятки историй, оборванных на самом интересном месте.
Я остановилась на странице с Софией, той самой, с которой встретилась сегодня. Её фото выглядело более официальным, чем живая девушка. Рядом была аккуратная пометка:
«Слишком самостоятельная. Поняла правду раньше времени. Пришлось ускорить развязку. Отец пытался подать в суд — урегулировано за 250 тысяч.»
Мои пальцы дрожали, когда я переворачивала страницу. И вот она — моя фотография. Моё имя.
Но теперь под ним появились новые строки, написанные его чётким, почти каллиграфическим почерком:
«Знакомство с родителями запланировано на 12 мая. Мать — Галина Степановна, 54 года, преподаватель музыки. Отец — Сергей Владимирович, 58 лет, кардиохирург. Консервативны, но лояльны. Важно произвести впечатление.»
Я сглотнула ком в горле. Он уже изучил их. Уже знал о них больше, чем я успела рассказать за всё время наших отношений.
Но больше всего пугала следующая запись:
«Свадьба: 18 мая. Отмена запланирована на утро того же дня. Причина — несоответствие ожиданиям. Вариант с нервным срывом невесты.»
Я захлопнула альбом так резко, что звук гулко разнёсся по комнате. Замерла, прислушиваясь, не проснулся ли Стас. Но из спальни доносилось лишь ровное дыхание.
Возвращая альбом на место, я вдруг заметила в углу ящика маленькую чёрную записную книжку. Любопытство пересилило осторожность.
Страницы были исписаны плотным мелким почерком. Это оказался дневник наблюдений... за мной.
«14.09.24 — Первый контакт на презентации. Носит голубое платье — цвет ей идёт. Слишком часто поправляет волосы — неуверенность в себе. Выпила два бокала шампанского — тревожность?»
«23.11.24 — Ужин в «Клоде Моне». Боится заказывать утку — беспокоится о деньгах. Пообещал свозить в Париж — реакция положительная, восторженная.»
«15.03.25 — Слёзы при просмотре «Титаника». Потребность в сильных эмоциях. Возможен вариант с драматической развязкой.»
Из спальни донёсся шорох. Я судорожно сунула книжку обратно, закрыла ящик и замерла в темноте, прижавшись к стене.
Но шаги не раздались. Только тиканье часов на кухне отсчитывало секунды моего страха.
Я вернулась в постель, стараясь дышать ровно. Стас спал в той же позе, его лицо в лунном свете казалось почти невинным.
Какой-то частью себя я всё ещё любила его. Любила того человека, каким он казался в первые месяцы. И эта часть шептала: «А вдруг ты сможешь изменить его? Вдруг именно ты станешь той, кто разорвёт этот порочный круг?»
Но другая, более холодная и рациональная часть, отвечала: «Он не знает, что ты знаешь. И ведёт свою игру. Как ты можешь бороться с тем, чьих правил не понимаешь?»
Я закрыла глаза, представляя родителей. Мама уже шила платье, папа достал из запасников бутылку коньяка 85-го года... Как я скажу им, что свадьбы не будет? Или... что будет, но это всего лишь часть чьей-то извращённой игры?
Стас вздохнул во сне и потянулся ко мне. Его рука легла на мою талию, горячая и тяжёлая.
Я не спала до самого утра, слушая его дыхание и думая о том, что теперь, когда правила игры изменились, мне нужно решить, что делать дальше. Решить — бежать или остаться.
Бежать — значит признать поражение.
Остаться — значит вступить в бой, правила которого я до конца не понимала.
Альбом с десятками имён продолжал стоять в ящике. Моя фотография ждала своей участи. И теперь всё зависело только от меня.
Глава 4. Игра в напёрстки
Глава 4. Игра в напёрстки
Утренний свет, просачивающийся сквозь полупрозрачные шторы, заливал кухню тёплым янтарным сиянием. Я сидела за столом, обхватив руками фарфоровую чашку с ещё не остывшим кофе, наблюдая, как Стас аккуратно намазывает масло на идеально подрумяненный тост. Казалось, даже в таких мелочах он стремился к безупречности. Каждый его жест был отточен, как у профессионального актёра, играющего роль идеального жениха.
— Дорогая, — его голос прозвучал мягко, словно утренний бриз, — я думаю, нам давно пора познакомиться с твоими родителями.
Я почувствовала, как пальцы сами сжались вокруг чашки чуть сильнее. В голове моментально всплыла запись из его альбома: «12 мая – знакомство с родителями».
— Это... прекрасная идея, — сделала я глоток кофе, чтобы выиграть время. — Как насчёт... 12 мая?
Его нож замер на полпути к тосту. На долю секунды в его глазах промелькнуло что-то неуловимое, похожее на удивление. Или подозрение?
— Какое удивительное совпадение, — он медленно опустил нож, — я как раз собирался предложить эту дату.
— Великие умы, — я заставила себя улыбнуться, чувствуя, как учащается пульс.
Он отложил нож и скрестил пальцы перед собой, изучая моё лицо с новой, непривычной интенсивностью.
— Ты уже обсуждала это с ними?
— Нет, — я покачала головой, — просто почувствовала, что время пришло.
— Ты сегодня какая-то... другая, — в его голосе зазвучала лёгкая настороженность.
Я сделала вид, что не замечаю подтекста, и отхлебнула ещё глоток кофе.
— Просто задумалась о нашем будущем, — мои пальцы начали выбивать лёгкий ритм по фарфору. — Кстати, говоря о будущем... — Я сделала паузу, собираясь с духом. — Насколько ты вообще богат?