- -
- 100%
- +
В корпусе общежития царила утренняя суматоха. Хлопали двери, пахло кофе, кто-то ругался на будильник.
Я забежала в свою комнату, сбросила грязную одежду и распустила волосы. Моя соседка сладко посапывала, счастливая, а у меня первой парой — финансы. Ненавижу и предмет, и с преподом как-то не сложилось… В общем, опаздывать нельзя.
Я накинула халат, побросала гель, шампунь и другие баночки в косметичку и отправилась в душ. Да-да, он у нас на этаже общий.
Зашла в небольшое помещение, поделённое матовыми перегородками. Никого! Прекрасная новость.
Я выбрала крайнюю кабинку и включила воду.
Горячие струи приятно легли на тело, смывая напряжение после утренней пробежки. Плечи расслабились. Дыхание выровнялось. Мир стал гулким и безопасным… ненадолго.
— Красивая…
Я резко обернулась.
Он стоял у входа, перекрыв проход. В чёрном худи и кроссовках, в руках зажигалка, на лице хищное выражение, будто заметил что-то интересное.
— Выйди! — воскликнула я, прикрываясь руками.
Все в универе его знали — наглый, богатый, самовлюблённый и жестокий.
Стас Вершинин.
Мажор.
Наследник девелоперской корпорации “Вершина”.
Король университета “Вересково”.
И вот он в женской душевой, а я перед ним.
Голая.
— Выйду. И войду. Когда мне понадобится, — ответил он низким голосом, лениво путешествуя взглядом по моему телу.
И так это уверенно прозвучало, что я опешила.
Вещи как назло висели у входа — специально повесила подальше от кабинки, чтобы не намочить — теперь спасительное полотенце прямо за широким плечом Верха.
Верха, который жадно меня рассматривал.
Я буквально зарычала и рванула к вещам мимо него.
Мгновение, и меня прижало к стене всем его мощным корпусом.
Холод плитки ударил в лопатки так, будто меня приложили ко льду. Воздух ушёл из лёгких, и я вдохнула уже его запах — что-то мужское, обволакивающее, подавляющее, приправленное лёгким флёром сладкой вишни. Сердце ушло куда-то в горло.
— Любишь усложнять? — хрипло спросил он, прижимаясь ко мне плотнее.
Стыд вспыхнул первым, злость — второй, страх — третьим…
— Люблю быть одетой! — ответила я с уверенностью, которой совсем не ощущала.
Кожа покрылась мурашками, волосы прилипли к лицу.
Он усмехнулся и осторожно убрал прядь с моей щеки. Смотрел внимательно своими пронзительными серыми глазами, будто клеймил.
— Знаешь, а я передумал.
Он вдруг отстранился, отпуская меня. Окинул наглым взглядом, но я тут же схватила полотенце и прижала его к груди.
— Проваливай! Это женская душевая!
— Тебе не повезло, Солнце,— сказал он, щёлкнув зажигалкой и прикуривая сигарету. — Ты мне понравилась.
Сердце в груди колотилось так, что я всерьёз опасалась упасть в обморок.
— Что тебе надо? — спросила я, сильнее сжимая полотенце.
По душевой не таясь распространился пьянящий запах вишни и табака.
— Здесь нельзя курить, — сказала я, бросая взгляд на сигарету, зажатую между его пальцев.
— Нельзя, — легко согласился он. — Но если очень хочется, то можно.
— Я подам заявление охране, что ты зашёл в женскую душевую.
— Подавай, — кивнул. — Узнаешь, сколько камер у вас в корпусе выключается, когда это “нужно” кому-то важному вроде меня.
Я сжала зубы. Важный… Можно было бы посмеяться над этим, но он действительно важный. Его семья спонсирует львиную долю расходов “Вересково”, студенты его обожают, преподаватели ставят в пример…
— Солн-це, — произнёс он медленно, будто пробуя моё прозвище на вкус.
Меня много кто так называл — фамилия Солнцева, но когда это слово сорвалось с его губ, оно звучало интимно.
Я дёрнулась к двери из душевой.
— Не стоит, — оборвал он.
И что-то в его голосе заставило меня обернуться.
Он указал на папку, лежащую на скамье.
— Ознакомься.
— Что это?
Он затянулся, игнорируя мой вопрос.
Но я уже бросила взгляд на бумаги.
На первом листе было фото — я у двери деканата, держу в руках документы. На втором листе серия кадров, как я сажусь в черный Майбах у служебного входа в административный корпус…
Я прекрасно помню этот момент — приезжал старый друг дяди, он работает водителем у крутого бизнесмена — передал мне саженцы от тёти… Но на фото не было видно ни саженцев, ни лица мужчины, и не было сказано, что машина не его.
Зато было ясно, что я тянусь, чтобы обнять огромного мужика, который вышел из Майбаха…
На третьем листе скриншоты каких-то денежных операций… переводов на мою карту…
— Это мама скинула мне деньги на новый телефон, — пробормотала я. — Мой разбился на строй…
На стройке.
Пазл сложился.
Моя тётя недавно остановила большую стройку девелоперской компании “Вершина”, спасая лес от вырубки.
И Вершинин решил отомстить? Но при чем тут я?
— Всё это ничего не значит, — сказала я хмурясь.
— Ты же ведёшь блог, должна понимать, как управлять общественным мнением, — усмехнулся он. — Эти картиночки сложатся в интересную историю, стоит только правильно их прокомментировать.
— И что это за история? — спросила я, всё больше хмурясь.
— История стара как мир. В ней бедная студентка закрутила роман со спонсором универа и оказала ему пару услуг.
— Что ты имеешь в виду? Каких услуг?
Он улыбнулся.
— Нейросети сейчас такое могут…
Он достал телефон и нажал что-то на экране.
— Ты подложила договор? — спросил мужской взрослый голос.
— Да, — ответил мой. — В деканате и не заметили!
— Молодец, Солнце.
Я вспыхнула.
“В деканате и не заметили”… я же совсем недавно сказала эту фразу в разговоре с Женей!.. Только целая она звучала совсем не так! “У них заменили три цветка, а в деканате и не заметили”
— Наглец! — сказала я, когда до меня дошло, к чему он всё это вёл.
Собирается шантажировать меня этим?!
— Наглость считаю своим преимуществом, Солнце.
И это его “Солнце” сильно было похоже на то, что я сейчас слышала на записи!..
— Это всё ложь! И это шантаж! Карается законом! — воскликнула я, нервно сжимая на груди полотенце.
Он невинно покачал головой.
— Просто неверно сложенные факты, которые могут привести к тому, что тебя лишат стипендии, жилья и перспектив на будущее… а если мы ещё добавим небольшое видео…
Он снова нажал что-то на телефоне. Открылось видео, где я отдаю тёте пухлый конверт, набитый деньгами.
— Это пожертвования для кошачьего приюта! — воскликнула я.
— Или это чья-то взятка, переданная через племянницу?
Тётя… Он поставил под удар мою семью!..
— Но я готов уничтожить всё это, Солнце.
У меня пересохло во рту.
— Чего ты хочешь?
________________
Чего хочет Вершинин от Солнца?
Узнаем уже завтра)
А пока напоминаю: поставьте пожалуйста звёздочку, если вас заинтересовало начало, и подпишитесь на автора.
Готовы посмотреть на визуалы героев?
Маша и Стас
Маша Солнцева “Солнце”
19 лет, студентка-эколог
Любит возиться с растениями, читать и готовить. Обычный вид — кроссовки, джинсы, хвостик и блокнот. Маша умеет превращать хаос в структуру с помощью чек-листов, дедлайнов, схем и планов. Дружелюбная, скромная, добрая.
Стас Вершинин “Верх”
Как сказала бы Маша: грубый, наглый, самоуверенный и жестокий мажор.
А как на самом деле… скоро узнаем!
Ну что, поехали дальше, элитный университет “Вересково” ждёт нас)
P.S.: Кто ещё не читал историю друзей Стаса? Тимур, Даня и Вика здесь: https://litnet.com/shrt/EUSr Читать можно отдельно и в любом порядке)
Глава 2. Дружить я с тобой не буду
Я стояла в душевой, одной рукой удерживая сползающее с груди полотенце, а другой — бумаги, которые принёс сюда этот Верх.
— Чего ты хочешь? — повторила, выравнивая голос.
С одним лишь полотенцем я всё равно чувствовалаа себя до безумия уязвимой, но это было в тысячу раз лучше, чем стоять рядом с ним полностью обнажённой.
— До того, как увидел тебя в душе, собирался заставить просто дружить. — Он лениво оглядел меня. — В этой своей красной кофте ты кажешься такой пышкой.
Он поднёс металлическую зажигалку к краю листа. Чирк. Огонь ухватился за бумагу и побежал по углу.
— Ты с ума сошёл? — выдохнула я и отшатнулась, испугавшись огня, но он шагнул ближе и взял моё запястье в свои тёплые пальцы.
— Но теперь я не хочу дружить, — сказал он и повернул мою руку так, чтобы огонь быстрее поглотил листы.
Сладкая вишня смешалась с запахом жжёной бумаги. Я завороженно следила за тем, как разгораются в моих руках сфабрикованные “улики”.
— Теперь ты будешь моей, Солнце.
Он бросил сигарету на мокрый пол, и вышел из душевой.
Огонь почти дополз до пальцев — я инстинктивно дёрнулась — швырнула охваченные пламенем листы в раковину и врубила воду. Бумага скукожилась, превратилась в серую кашу.
Я рухнула на скамейку, обессилев от эмоционального напряжения. Колени дрожали от выброса адреналина, в висках пульсировало. Копии у него всё равно остались... Он сжёг не доказательства — мою опору.
Дверь распахнулась — ворвалась растрёпанная Женя — моя соседка по комнате и лучшая подруга.
— Маш! Ты как? Он что-то сделал? Скажи хоть слово и я его… — она присела на корточки, заглядывая мне в лицо.
— Я в порядке.
— Эти уроды закрыли дверь снаружи и никого не впускали! А я так и поняла, что это ты здесь! Ты же бегаешь по утрам… Что он сделал?
Она ещё что-то встревоженно тараторила.
— Он… ничего мне не сделал, — сказала я, останавливая её беспорядочный поток сознания.
Вспомнилось, как он жёстко прижал меня голую к стене… И как ласково убрал волосы за ухо… и это его “теперь ты будешь моей”... Щёку обожгло, будто я снова почувствовала его прикосновения.
— Зачем приходил? — Женя села рядом, плечом к плечу.
— Ты босиком, — растерянно ответила я.
— Это ерунда, ты вообще только в полотенце. Он точно ничего не сделал?
— Нет, только показал картинки, — ответила я без раздумий, с Женей я делилась всем. — Шантажировать решил.
— Чем? — удивлённо спросила она. — Не пойми меня неправильно, но ты же паинька, чем тебя шантажировать? Тем, что ты иногда покупаешь кофе в одноразовом стаканчике, а не многоразовом?
— Тем, чего на самом деле не было… — устало ответила я и как-то истерично засмеялась. — Он представит общественности историю, что я кручу роман с одним из спонсоров университета, поэтому проекты моей тёти выиграли тендер.
— Вот гавнюк!
Женя сжала мою ладонь — ту самую, которой я ещё недавно держала листы с фейковыми уликами.
— Знал бы этот мажор, сколько ты пашешь! Какие ещё романы со спонсорами? Бред. И что дальше? Чего он хочет взамен на своё молчание? В этом же суть, да? Он хочет заставить тебя что-то сделать?
Я на секунду закрыла глаза.
— Он хочет… — я сглотнула. — Чтобы я была его…
Женя удивлённо похлопала глазами.
— Ахренеть! Думает, если он Вершинин, ему всё можно? — фыркнула она.
— Угу. Наверное, именно так он и думает, — прошептала я, чувствуя, как внутри всё переворачивается. — Только я никак не могу понять, зачем ему это?
— В каком смысле? — спросила Женя.
— Ну зачем ему я сдалась? За ним бегает каждая вторая девчонка на кампусе…
Мы сидели в этой проклятой душевой, я в полотенце, Женя босиком, и молчали.
— Маш… — осторожно заговорила она, — ты же не собираешься… соглашаться?
— Конечно нет, — нахмурилась я, но голос мой предательски дрогнул.
Женя сузила глаза:
— А если он и правда выставит всё так, как ему нужно? У твоей тёти могут быть проблемы… с его-то связями!
Я стиснула зубы.
— Пусть только попробует…
Но внутри всё сжималось от страха. Я ясно видела как он сделает это: фотографии, скриншоты, видео. Легко представить унизительные комментарии под постами, мерзкие заголовки...
Моя жизнь могла рухнуть. Это повлияло бы на всю мою семью! Мама только недавно устроилась на работу в городскую администрацию, репутация тёти будет подмочена…
Женя положила ладонь мне на плечо:
— Послушай. Может, он просто напугать хотел. Мажоры любят эффектные шоу. Сейчас пропадёт — и забудет.
Я хотела ей верить. Правда хотела. Только что-то не верилось…
Всю следующую неделю не верилось. Хотя сам Вершинин действительно больше не появлялся. Ни конкретно в моей жизни, ни даже просто в универе…
Он пропал. И от этого было только хуже, потому что я не знала, что от него ждать.
А в тот момент, когда я успокоилась…
— Привет, Солнце, — услышала я его голос. — Соскучилась?
_______________________
Приходите в гости в телеграм канал, ссылка здесь: https://litnet.com/shrt/5cH8
Глава 3. Королева “Вересково”
В столовой было шумно, как всегда. Пахло свежеиспеченными булочками с корицей, очень соблазнительно. Мы с Женей заняли столик у окна — тарелки, ноут и тысяча дел в нём. Женя работала над своим новым проектом, покачивая головой в такт музыке, которая орала у неё в наушниках.
Я в третий раз перечитала последнее написанное предложение, пытаясь дописать доклад по политологии, а ведь так хотелось просто поесть и ни о чём не думать…
— Привет, Солнце, — услышала я голос, от которого у меня всё похолодело внутри. — Соскучилась?
Стул рядом со мной резко скрипнул по плитке, и на него опустился Стас. Сердце в груди заколотилось, будто его кто-то подгонял.
Женя продолжала мотать головой и что-то печатать, не замечая, что у нас за столом появился совершенно лишний и невероятно наглый гость. Я пнула её под столом, она вскрикнула “Э-э-эй!”, но в следующий миг заметила Стаса, а вместе с ним Даню и Тимура — золотую троицу “Вересково”.
Они пришли как всегда: эффектно, с наглым видом победителей. Тимур встал у стены, сложив руки на груди, Даня завис сбоку с телефоном в руках, а Стас расположился рядом со мной так, словно это его место, а я просто украшение к интерьеру.
Вереск и так был элитным вузом, но эти трое… сыновья магнатов, политиков, бизнесменов, выросшие в атмосфере роскоши. Не удивлюсь, если будучи маленькими они гоняли во дворе футбольный мяч, подписанным Криштиану Роналду, а за ними по пятам следовал штат из нянек, охранников и гувернанток.
— Здесь занято, — грубо сказала Женя.
Вот она молодец, а я опять торможу!..
— Теперь да, — усмехнулся он, положив локоть на спинку моего стула. Его рука даже не касалась меня, но ощущалась тяжелой и горячей.
Женя зло прищурилась.
— Ты вообще зачем пришёл?
— Проверить, как моя девушка обедает, — невозмутимо ответил Стас и повернул ко мне голову так близко, что я почувствовала запах вишни и табака.
— Я не твоя девушка, — выдохнула я.
— Хочешь поспорить? — тихо спросил он и… поцеловал меня!
ОН ПОЦЕЛОВАЛ МЕНЯ!
В столовой. При всех. Не спрашивая разрешения!
И чёрт… как же он здорово целуется…
Щёлк. Телефонный объектив поймал нас.
Я отпрянула, но было поздно. Даня уже ухмылялся, что-то быстро печатая. Тимур мрачно наблюдал, сканируя реакцию зала.
А зал реагировал. За соседними столиками кто-то откровенно таращился, девушки шептались, ещё двое парней уже тянули телефоны, чтобы снять «сенсацию».
— Ты с ума сошёл! — прошипела я.
— Ты же сама хотела огласки, Солнце, — спокойно сказал Стас. — Вот она.
И, не дожидаясь моих возражений, он наклонился ближе, словно фиксируя факт: мы — пара. Я дернулась, но он лишь легко убрал прядь волос с моего плеча, коснувшись кожи кончиком пальца. Ровно столько, чтобы со стороны это выглядело интимно.
— Отлично вышло, — Даня показал экран. — Теперь всем ясно, кто здесь королева “Вересково”.
— Что?.. — растерянно спросила я и попыталась выхватить телефон из рук Дани, перегнувшись через стол,, но Стас резко дёрнул меня за бёдра и усадил себе на колени.
— Пусти!
Я застыла, когда его ладони обхватили мои бёдра крепче. Сердце подпрыгнуло куда-то к горлу, дыхание сбилось.
— Привыкай, Солнце, — сказал он так буднично, будто не хватал меня на глазах у сотни студентов. — У королевы тоже есть своё место.
— Я не королева! — Я попыталась вырваться, но его хватка была железной.
— Ошибаешься, — он склонился к самому уху, голос хриплый, низкий. — Сегодня все увидели, чья ты.
— Ты… больной! — прошипела я, чувствуя, как щеки полыхают от стыда и злости.
— Возможно, — он усмехнулся, и его пальцы лениво скользнули по моему колену. — Но теперь это уже неважно.
— Стас, отпусти её! — рявкнула Женя, вскочив с места.
Но никто не отреагировал, Даня лишь громко рассмеялся, продолжая снимать нас на камеру:
— Расслабься, подружка! Это же любовь!
Стас поймал мою руку и, как ни в чём не бывало, сказал:
— Сегодня вечеринка. И мы идём туда вместе, как пара.
И не дожидаясь моего ответа, он ссадил меня на соседний стул.
Сам Стас встал, не взирая на оми протесты поцеловал меня в макушку и ушёл. Тимур последовал за ним, Даня напоследок подмигнул мне и махнул телефоном, будто обещая, что кадры уже разлетелись по всему универу.
Шум в столовой стоял такой, будто там только что случилась сенсация века. Девчонки таращились, кто-то уже строчил в чатах, ребята переговаривались…
Женя прижала ладони к щекам и выдохнула:
— Маш… Ты понимаешь, что теперь ты реально королева “Вересково”?
А я сидела, сжимая ложку так сильно, что она едва не погнулась, и пыталась унять дрожь в руках.
Королева…? Да я чувствовала себя пешкой в чужой игре.
И самое страшное — в ней не было правил.
— Ты пойдёшь с ним на эту вечеринку? — спросила она.
__________________
Кто на вечеринку, а кто читать новую книгу из нашего литмоба
Ника Княжина "Мажор и заноза. Нам нельзя"
Читать здесь: https://litnet.com/shrt/mXGC
Глава 4. Никуда я с ним не пойду!..
Мы с Женей ничего не успели обсудить — пора было бежать на лабораторную по социологии. У этого препода, если сразу не сдашь — пересдать целая история, а опоздавших он принципиально не пускает в кабинет.
Поэтому мы умчались на занятие, перекинувшись только парой слов.
— Ты пойдёшь с ним? — спросила Женя, запыхавшись, когда мы поднимались по лестнице. — Ты так и не ответила!
— Разумеется я с ним никуда не пойду, — отрубила я.
— Есть объективные причины? — она сузила глаза.
— Ты вообще за меня или за него? — с укоризной спросила я.
— За тебя, зайка, — вздохнула Женя. — Но это же Вершинин!
— Во-первых, я и вечеринки — плохая смесь. Я не умею пить, теряюсь среди незнакомых и не поддерживаю болтовню «ни о чём».
— Ха-ха, сомневаюсь, что рядом с НИМ тебе придётся разговаривать, — фыркнула она.
— Вот именно! Во-вторых, я и Стас — это ещё более плохая смесь. Он грубый, жестокий и искренне уверен, что планета вращается вокруг него. И это я мягко выразилась. Есть избалованные богатые мальчики, а есть такие отбитые на всю голову, как Стас, которые не принимают «нет» как ответ.
От слухов, которые окружали этого парня, холодела спина. Интересно, всё-таки что из этого правда, а что нет?
Говорили, что он дерётся. И это не просто пара конфликтов со сверстниками. Он участвует в настоящих подпольных боях, где ставки делают наличкой, а бойцы выходят с переломами. Точнее их, наверное, выносят?
Никогда не понимала, зачем люди добровольно идут на ринг.
На секунду я представила, как он выходит туда. Без футболки, с бинтами на кулаках, со спокойным, даже немного скучающим лицом, будто он делает это не из злости, а просто потому что может.
Говорили также, что он никогда не проигрывал. И один раз вынес парня, который ляпнул что-то про его мать. А наутро после боя этот парень перевёлся из “Вересково” — официально “по состоянию здоровья” на домашнее обучение.
— И вообще, у меня завтра зачёт по экоправу. И если я его завалю, тётя меня съест вместе с докладом по экологии.
— А что, экологично, — хохотнула Женя.
А я всё не могла перестать думать про Стаса.
Ещё говорили, что у него девушки не задерживаются. Он берёт, что хочет, и до свидания.
И этот человек вдруг решил, что я должна быть его.
Его… кем?
Надеюсь, мне всё-таки не придётся это узнать.
Мы не опоздали.
Мы не опоздали. Сели за свой стол, принялись за работу. Я пыталась сосредоточиться на формулировках, но в какой-то момент коснулась пальцами губ. Как можно было поцеловать так, что кожа всё ещё помнила это, будто он только что отстранился?
Женя хмыкнула, заметив мой неосторожный жест.
— Смотри не влюбись, он же Верх, — напомнила мне подруга.
— Влюбиться в это чудовище? Ты какого обо мне мнения? — усмехнулась я, и вдруг заметила, что девчонки за соседним столом внимательно слушают наш разговор.
— Как считаешь, что он задумал? — шепнула я Жене. — Зачем ему этот фарс?
— Ты сама сказала, твоя тётя здорово подставила их с этой своей экологической инициативой. Верхи собирались строить несколько вип корпусов в Вересково, скупили одной земли на дохелиард денег. А теперь вот вынуждены строить экотропу, а не вип корпуса с перспективой выгодной аренды.
— Да… деньги вложили, а выхлопа не получили. Думаешь, он хочет просто отомстить? — спросила я.
— Не знаю, Маш, но всё это выглядит подозрительно.
Мы сдали лабораторку первыми. Препод кивнул, отрывисто поставил галочки — можно быть свободными.
— Я на встречу к куратору, — подскочила Женя, собирая ноут. — Если что — на телефоне. И, Маш, правда… не ходи одна. Если решишься - напиши, пойдём вместе.
— Я занята, — напомнила я. — У меня экоправо.
— Хорошо. Я заскочу к тебе в девять, проверю, что ты бодрая и злая, — подмигнула она и умчалась.
Коридор выдохнул пустотой. Я спустилась во двор и поймала себя на том, что снова ищу глазами чёрное худи. Всё, Маша, это финиш. Успокойся. Здесь никого нет. В прошлый раз он заявился ко мне в душевую, а потом пропал.
Сейчас наверняка будет так же.
Я пришла в нашу с Женей комнату и открыла «Основы экологического права». И началось… Принципы, источники, презумпция экологической опасности, ОВОС, НДТ…
Поставила таймер «помодоро»: двадцать минут чтение параграфов, пять минут на быстрый конспект.
Через час стол завалило исписанными листочками.
Голова кипела от мыслей.
Вдруг телефон завибрировал — сообщение от неизвестного абонента.
21:00. Главный вход. Не опаздывай.
Не пропал…
Я положила телефон экраном вниз и включила следующий таймер.
Писала определения чистым, ровным почерком, будто этим можно навести порядок в мире, где кто-то выключает камеры “когда нужно”.
Но сосредоточиться больше не могла.
Ладно, приведу себя в порядок на всякий случай. Я с ним, конечно, никуда не собираюсь, но мало ли, что от него ждать.