- -
- 100%
- +
Мы жили вместе уже целый год. Хорошо, что я узнала о предприимчивой натуре своего мужа сейчас, а не через десять лет брака.
Я доверяла ему!
Мы с Сашей хотели отправиться в путешествие. Хотели обзавестись собственным жильём. Не съёмным! Хотели детей. Я уже начала готовиться к материнству! Двадцать два года – самое время для этого. Мы жили в абсолютном ладу друг с другом. Он работал на авиазаводе. Я только закончила учиться, подрабатывала баристой, собиралась с осени тоже устроиться куда-нибудь в более серьёзное местечко. Готовила вкусные ужины, встречала его по вечерам чистой квартирой, тщательно следила за собой. Была самой примерной из всех примерных жён!
А Саша? Хороший парень, спокойный. Учился двумя курсами старше меня, с отличной успеваемостью. Ага. Везде успел!..
Когда я увидела Оксанку с задранным свадебным платьем, а моего мужа пристроившегося у неё между ног, я подумала, что он помогает ей с какой-то щекотливой ситуацией. Но он спустил штаны и резко вошёл прямо в мою подругу.
Да уж! Если он ей и помогал, то кончить.
Всё разрушилось просто в один миг! Они сношались, как животные, закатывая глаза и стараясь не стонать слишком громко. Оксанка подмахивала бёдрами, цеплялась за шею моего мужа.
А я смотрела на них и понимала, что нет у меня больше ни мужа, ни подруги, ни душевного равновесия.
Когда прошёл первоначальный шок и оцепенение, меня взяла такая злость! Вот говорят же, что в тихом омуте черти водятся. Никогда бы не подумала, что умею так злиться!..
— Ещё, ещё! — повторяла Оксанка, пока он вдалбливался в неё.
И у меня снесло крышу.
— Ещё! — тоже закричала я, выходя из-за стеллажа с растениями и разрушая волшебную идиллию двух изменщиков.
— Ещё!
Цветочный горшок тут же полетел в эту парочку. А что? Нечего было заниматься этим в оранжерее загородного отеля, в котором и проходила свадьба!
— Ещё! — кричала я, высыпая землю из горшка на голову подруги.
Бывшей подруги.
Её свадебное платье стало частично чёрным. Оксанка завизжала.
— Вита, стой! — кричал мой интеллигентный муж. Да уж, он интеллигентно запихивал член в штаны.
— Подождать пока ты закончишь?!
Саша, схватил меня за руки, пытаясь остановить, но его незастёгнутые брюки слетали, от чего он опустил одну руку. Я тут же вывернулась из его хватки, и горшок полетел на пол. Он оглушительно громко разбился о плитку пола, словно бы деля мою жизнь на “до” и “после”. Расколотое на тысячу кусочков и перемешанное с грязью “после”. “Бедные цветы” — подумала я.
А потом развернулась и побежала вон. Из оранжереи, из отеля и из их жизней.
— Вита, подожди!.. — звал Саша.
Но я уже поклялась, что больше никогда не увижусь с этим человеком, так легко променявшим наше хрупкое счастье на грязный секс с чужой невестой.
Запрыгнула в такси и попросила ехать в сторону Москвы. Я не плакала. Нет. Я заплачу потом. Когда останусь одна. Мой телефон стал разрываться от звонков. Саша слал сообщения одно за другим. Одно за другим. Я выключила мобильник и уставилась в окно.
Вот так, Вита. Доверилась? Получай.
Я рассказывала Оксанке всё-всё-всё! Она знала, что я готовлюсь стать матерью, но это не помешало ей… “Ещё! Ещё!” — болезненно пронеслось в моей голове. Я чувствовала себя растоптанной.
Короткая остановка в строительном магазине. Я так дотошно выбирала болгарку, цокая своими каблучками между стеллажами, что продавец всерьёз обеспокоился моим состоянием. Когда объяснила, зачем мне нужен этот инструмент, он порекомендовал взять что-то более маленькое, лёгкое и безопасное.
Я подошла к кассе. Пик. Пик. Пик. Пищал сканер. Но когда я положила на ленту выбранные товары, звук прекратился. Кассирша с пышными ресницами вопросительно на меня посмотрела.
Ещё бы. Одиннадцать часов вечера, садовые инструменты, техника для ремонта. И я. Вечернее платье со шлейфом, идеально уложенные волосы, шпильки, шикарный макияж, которому не повредили даже слёзы. Держу в руках шуруповёрт. Самый лёгкий шуруповёрт на аккумуляторе, который я только смогла найти, а также маленькая острая насадка для резки металла. Продавец клялся, что таким инструментом мне точно удастся распилить небольшой замочек.
— Ты откуда такая сбежала, Белоснежка? — спросила женщина, нарочито медленно пробивая товары.
— Со свадьбы, — ответила я, растирая слёзы по лицу.
— Ты жениху чего отпилить решила? — хохотнула кассирша.
— Мужу, — честно ответила я. — Теперь уже бывшему.
— Ты бы так не горячилась, красотка, — добродушно посоветовала она. — Мужиков и так мало хороших.
Я опустила на неё взгляд своих чёрных заплаканных глаз.
— Он изменил мне с чужой невестой прямо на её свадьбе.
Вслух это звучало почти так же отратительно, как это выглядело, когда я их застала.
— Это была моя лучшая подруга, — добавила я.
Женщина поднесла ладошку ко рту. Она вмиг посерьёзнела, встала со своего места, положила на ленту специальные перчатки и очки для работы с болгаркой.
— Это тебе от меня, милая! Распили ему машину или ещё чего! Только смотри не попадись, а то по судам затаскает, сучёныш!
— Спасибо, — я благодарно посмотрела на неё, прежде чем уйти.
Ничего я портить ему не собиралась, конечно же. Просто хотела спилить тот чёртов замочек, который мы повесили на железное “дерево любви” на мостике поцелуев. Это был такой романтичный момент! Самый романтичный в моей недолгой жизни. Он говорил, что это навсегда. Так решительно кинул в реку ключ от замка, символизирующего наш союз!
И вот я иду на каблуках и с шуруповёртом на мостик, чтобы срезать этот дурацкий дурацкий замок, а у самой слёзы из глаз.
Я рассмотрела “дерево” со всех сторон. Наш замочек был очень красивым, витиеватым, с красным сердечком. Я сама его тщательно выбирала! Конечно, это же должен был быть символ нашей любви!
Только вот этого символа и след простыл. Кто-то другой срезал? А может подобрал ключик и забрал красивую вещицу себе? Неудивительно.
Я устало облокотилась о перила мостика и опустила сумку с маленьким и мощным шуруповёртом на брусчатку. Всё равно у меня не получилось бы с ним совладать. Подарю папе.
В полночь поблизости никого не было. Только сейчас я почувствовала дикий холод и голод, а ещё усталость. Видимо, гормоны исчерпали все мои силы. Хотелось поехать домой, укрыться пледом на нашем диване, где мы с Сашей пересмотрели целую тонну фильмов. Но я никогда туда больше не вернусь. Никогда.
Включила телефон, тщательно игнорируя все звонки и сообщения от предателей, и позвонила единственному человеку, голос которого сейчас могла выдержать.
— Пап, я хочу вернуться домой. Забери меня, пожалуйста?
Глава 2 Невкусный кофе
Прошло три месяца с моего эпичного расставания с мужем. Я выревела столько слёз, не знала, что человеческие железы на такое способны!
Саша быстро подписал документы на развод. Даже не поборолся. Это ещё раз доказывает, что я приняла правильное решение. Хотя я не знаю, может, папа его запугал? Ему никто не отказывает. Он военный. И у него единственная дочь.
Я временно переехала к родителям. Первый месяц сидела дома, налепила маме запас пельменей на год вперёд. Мамочка сразу же взялась за меня! Заставила даже сходить на арт-терапию, но рисование совсем не мой конёк. От групповых танцевальных тренировок, раскрывающих женственность, мне удалось откреститься довольно легко. А вот от как бы невзначай приглашённых в гости знакомых с холостыми сыновьями приходилось отступать с боем.
Второй месяц я почти полностью провела на стрельбище, не даром же дочь своего отца. Наушники, очки, пистолет и винтовка — мои лучшие друзья. Познакомилась там с местными любителями пострелять, но сближаться ни с кем не хотелось. Совсем не хотелось. Я вообще для себя решила, что герои сериалов гораздо безопаснее реальных людей.
А месяц назад я устроилась работать кассиром заправки. Она располагалась неподалёку от дома родителей. И там с друзьями тоже не задалось.
Пару дней назад я услышала разговор папы по телефону и поняла, что их с мамой пригласили на Новый год старые друзья, но мои любимые родители не хотели оставлять меня одну, а потому отказались от приглашения.
Поэтому я убедила маму, что отмечу праздник с местными ребятами из стрелкового клуба, чтобы мамочка не завернула их с папой праздничные планы и не осталась нянчиться со мной. Они и так уже многое сделали! Пусть отдохнут со своими друзьями.
Но правда в том, что я ни с кем из местных не общалась достаточно близко, чтобы отмечать вместе какие-либо праздники. Ну а уж тем более — Новый год.
В общем, родители укатили в Оренбург, а я осталась в Печалино. Да-да, название местности полностью соответствовало реальности. Сегодня у меня была смена. А почему бы и не поработать в Новый год? В общем, мне было очень грустно и особенно одиноко.
Я стояла около кассы и нервно постукивала ногтями по столешнице.
В начинающейся ночи на заправке не было ни-ко-го. Конечно, кто же поедет хоть куда-нибудь в десять вечера накануне Нового года? Тем более снег шел не переставая, так что не было видно ни неба, ни горизонта.
Чтобы не поддаться плохому настроению, я включила праздничную музыку и начала пританцовывать. Сознательно опустив мысль о том, что мужики на охранке будут ржать, просматривая камеры. Я просто закрыла глаза и расслабилась. Медленно двигалась, чувствуя мелодию и зарождающееся внутри праздничное настроение. Подняла руки, легко покачивая бёдрами, и вдруг почувствовала ветерок. За блюзом я не услышала, как распахнулись двери минимаркета. Я резко открыла глаза и упёрлась взглядом в чужие.
Перед кассой ухмылялся мужчина. Я сразу же опустила руки и поправила фартук.
— Здравствуйте, я вас слушаю, — сказала и прикусила губу.
Мужчина молчал.
Я прочистила горло и спросила, на какой колонке он припарковался.
— Кого вы представляли?
Я посмотрела на клиента. Чёрные глаза, в которых отражалась бездна, короткие волосы, щетина. Он стоял передо мной в расстёгнутом пуховике из плотной ткани, под которым торчала то ли футболка, то ли лонгслив, и в джинсах. Вся одежда чистая, аккуратная. Качественная.
— Никого, просто подустала под конец… года, — я несмело улыбнулась, надеясь сгладить свой очевидный просчёт. — Захотелось немного расслабиться.
Мужчина покачал головой из стороны в сторону, будто бы я сказала что-то невероятно глупое.
— Американо. Двойной.
Я начала делать кофе. Кофемашина у нас была дурацкая. Много раз за последний месяц, что здесь работала, говорила об этом начальнику, но ему плевать на клиентов, сотрудников и вообще на эту заправку.
— Ваш кофе, — сказала я, ставя закрытый стаканчик на прилавок.
— Спасибо, — хмуро ответил мужчина, и я улыбнулась ему снова.
Он ушёл и я опять включила музыку на телефоне, постаралась вернуть себе хорошее настроение. Распустила волосы, хотя это у нас было запрещено, но Новый год же! Прошлась по торговому залу, вытирая столики. Поправила товары на полках, красиво составила трубочки, пакетики сахара и пластиковые приборы в прозрачной упаковке. Я вытирала полочку в кофе-уголке, когда мужчина вернулся.
— Мерзкая жидкость. Что вы мне налили?
Он звонко стукнул стаканчиком о столешницу около кассы.
— Сожалею, кофе-машина плохо работает, — с пониманием сказала я, проходя за стойку кассира.
— И что будем делать? — спросил он.
— Могу попробовать сделать вам новый кофе, но если честно, он вряд ли окажется более вкусным. Хотя… — я вышла из-за прилавка и направилась к холодильнику, где стояли жестяные баночки с вкусным холодным капучино. — Есть такой вариант. Давайте, я подарю его вам за свой счёт?
Отчего-то мне хотелось, чтобы этот мужчина улыбнулся. И я совершила ошибку, оказавшись так далеко от тревожной кнопки.
— Есть другой вариант, — сказал он. — Во сколько ты заканчиваешь работать? — спросил, поставив руку позади моей головы на полку холодильника.
— Эээ… — протянула я, не ожидая такой смены настроения с недовольства на открытый флирт.
Он вопросительно поднял брови.
— Я не ищу знакомств, простите, — вежливо ответила, подныривая под его руку.
Но этот мужчина не выглядел тем, кого бы такой ответ устроил.
— Всё бы ничего, — насмешливо сказал он, — но моя контора не принимает отказов.
Он быстро поднял руку к моей шее и потянул меня к себе. Я сразу же уперлась ладонями в его грудь, но это не предотвратило поцелуя! Всё случилось так быстро. Сначала я ощутила вкус кофе. И чёрт побери это не было неприятно! Это было волнующе. Интригующе. Вдруг стало жарко. Так жарко с Сашей мне никогда не было. Я опомнилась, когда его язык проник мне в рот. По всему телу прокатилась волна возбуждения. И я заколотила руками по его груди изо всех сил, приказывая остановиться.
Он отстранился с довольной усмешкой. В его глазах играли черти.
— Так нельзя! — сказала я, отшатываясь и ударяясь головой об полку холодильника.
— Будем считать, что это была плата за невкусный кофе, — ответил он нагло, направляясь к выходу.
Не долго думая, я кинула в него холодной жестяной банкой, которую так и держала в руках. Попала в спину, с меткостью у меня проблем никогда не было. Наверное, больно. Но мужчина даже не остановился!
Банка с грохотом упала на пол.
— Ещё увидимся!..
Незнакомец исчез за дверями.
Разумеется, я не стала лезть на рожон и вернулась к кассе, поближе к тревожной кнопке. А губы так и горели от жадного и неожиданного поцелуя с незнакомцем.
Глава 3 Сломанная машина
Телефон завибрировал на полочке, прерывая новогоднюю мелодию.
— Ты совсем охренела, Михайлова?! Вздумала водить мужиков на работу? — орал мне в трубку мой начальник, пока я в шоке не могла вымолвить ни слова. — Ещё и драться на рабочем месте! Собрала манатки прямо сейчас! Ты уволена!
— С Новым годом…. — наконец, ответила я и положила телефон, из которого доносились только гудки, на стойку перед собой.
Противный толстяк, именующийся начальником автозаправочной станции, не стоил ни моих оправданий, которые несомненно БЫЛИ, ни оскорблений. Мерзкий тип с пивным брюхом и вонью изо рта. Фу. Даже вспоминать противно. На сотрудницу можно сказать напали на его заправке, а он её в этом ещё и обвинил!
Дааа… не думала я, что очередная смена выльется в драку и увольнение!
Деньги мне были нужны, пора съезжать от родителей. Значит, придётся устроиться баристой или официанткой, там платят больше. Поправила передник, бейджик с именем “Вита”, подтянула хвостик чёрных, как смоль, волос. Ну и чёрт с этой заправкой! Всё равно надо было отсюда увольняться. Я тяжело вздохнула и пошла собираться. Форма кассира сидела на мне идеально, даже жаль было теперь с ней расставаться.
Отработав свою последнюю, как оказалось, смену в этом злополучном месте, я вышла из тёплого стеклянного домика магазина.
Брр. Ну и холод. Оглянулась на бывшее место работы, которое сейчас закрывал на ключ сально улыбающийся охранник. Работать там было тяжело. Ну а кому легко? Вообще я трудолюбивая. В мои смены в зале было чисто, и всё в порядке. До сегодняшнего дня.
И вот я здесь. На улице, в пургу, закутанная в шарф до самой макушки. Чёрный — мой любимый цвет, потому что самый практичный. Вот и сейчас я была в чёрной водолазке, штанах и зимних ботинках. Только дублёнка сверху коричневая. А снег всё валил и валил. За последние сутки не было ни часа без снегопада.
Снова меня безнаказанно унизили. И снова я осталась одна.
Я подошла к маленькой Киа Рио, припаркованной недалеко от заправки. Бросила на пассажирское сиденье помятую банку капучино, которую недавно бросила в незнакомца, сумку и бумажный пакет с кроссовками. Завела машину и поёжилась от холода. Печка быстро решила мою проблему, отогрела бы она ещё моё разбитое сердце! Вообще цены этой машине бы не было!
— Я больше не буду реветь! — пообещала себе вслух и включила музыку погромче, чтобы было слышно с улицы. Три, два, один… я открыла дверь и вышла из тепла в холод. Стала бодро орудовать щёткой, оббегая Киушку по периметру и стуча зубами от холода. Да, конечно у моей красной красотки было имя. Я многим вещам давала имена. Моя любимая винтовка, например, Орсик! Тапочки — Пушистики, ноутбук — Дорамка. Лучше уж предметы называть именами, чем общаться с реальными людьми.
Мне пришлось руками убирать ледышки с дворников. Пальцы окоченели. Я закончила с очисткой и резво запрыгнула в салон, пристегнулась.
— Дорогой Дед Мороз! — сказала я вслух (это же ещё не клиника, да?). — Я хорошая девочка! Пожалуйста! Пусть в этом году я влюблюсь в кого-то очень красивого, доброго и честного! И никаких измен! Пусть у него в сердце буду только я!
А потом не оглядываясь поехала домой.
Дорога к дому была одна. Пустынная.
А судьба — злодейка.
Я аккуратно продвигалась по нечищенной трассе в сторону дома моих родителей. Честно собиралась пойти в гости к знакомой, но там всё сорвалось в последний момент, да не очень-то и хотелось. Так что я ехала просто домой. Меня ждала огромная пицца, ведро мороженного и “Гарри Поттер” на проекторе.
Свернула на небольшую дорогу. Если на трассе ещё можно было ехать, то здесь снега оказалось ещё больше.
Сугробы нервировали меня. В тот страшный день, который мне постоянно снится, тоже шёл снег. Это было ещё до предательства Саши и Оксаны.
У меня всегда была проблема сохранить отношения, ведь папа военный, мы часто переезжали, поэтому я берегла тех немногих людей, с которыми дружила. Единственную девчонку я могла назвать своей лучшей подругой — Маришку. Мы постоянно трещали по телефону, она знала меня лучше, чем я сама.
И в тот дурацкий день, когда она умерла, тоже шёл снег. Я считала, что моя жизнь разрушена. Она и была разрушена.
Но Саша и Оксана оказались рядом со мной в Академии, поддержали меня, вернули к жизни! Медленно мало помалу я вернулась к счастливым будням. Думала, что мне повезло, что я встретила их на своём пути! Целый год мне казалось, что я счастлива. А потом они сбросили мне на голову атомную бомбу своего оранжерейного безумия.
Может, Саша меня никогда и не любил? Позвал меня замуж из жалости? А я? Я же его любила… Или просто пыталась закрыть пустоту в душе хоть чем-нибудь?
Согласилась выйти за него замуж! Собиралась посвятить всю себя нашей семье!.. А они нанесли такой удар в моё и так уже разбитое сердце... Будто жизнь решила меня добить.
Я потрясла головой из стороны в сторону, сгоняя апатию. Сделала музыку ещё чуть погромче, чтобы не было слишком волнительно. Подпевала, постукивая по рулю пальцами, когда увидела впереди припаркованный на обочине автомобиль с мигающей аварийкой.
Я сделала музыку тише и остановилась, чтобы спросить, нужна ли водителю и пассажирам какая-нибудь помощь. Открыла окно.
— Ну привет, красотка, — сказал мужчина, который час назад меня поцеловал.
Я тут же стала закрывать стекло и хотела было двинуться дальше, но он ловко сунул руку в ещё открытую щель и клацнул замком пассажирской двери.
— Что вы делаете? — завопила я, когда он уселся на мои кроссовки, сумку и банку кофе, которой я в него швырнула, и бросил свой большой баул на пассажирское сиденье.
Он стал деловито раскладывать мои вещи по машине, потом удобно устроился, открыл кофе.
— Будешь?
Я проигнорировала его вопрос.
— Выходите, — сказала, уставившись в руль.
— Мне кажется, нам по пути.
— Вам кажется. Может, вы пьяны? — спросила я, заглядывая в его лицо.
— Нет, — усмехнулся он. — К сожалению, нет. Ладно, леди, — сказал мужчина как будто готов был сделать мне поблажку. — У меня сломалась машина. Буду признателен, если довезёте меня до дома моих друзей. Я хорошо заплачу.
— Я не собираюсь вам помогать, — ответила, всё ещё не трогаясь с места.
Он без разрешения схватил мой телефон, оторвав его от печки вместе с держателем.
— Отдайте! — закричала я, пытаясь отобрать у него мобильник, но этот жук так извернулся, что я не смогла дотянуться до своей собственности.
— Тише, тише, какая же ты шебутная, — пробухтел он, набирая на моём телефоне свой номер.
Он отдал мне мобильник, как только пошли гудки.
— Это мой номер, видишь, ничего плохого я делать не собираюсь. Не прямо сейчас.
“Не прямо сейчас”. А когда? Наглец.
Я вцепилась в свой телефон и в руль одновременно, будто бы этот псих мог и руль отцепить от машины.
— Я — Ваня, но все называют меня Бураном. Ты тоже можешь.
— А не свалить ли тебе, Ваня, из моей машины? — спросила я, не зная, что предпринять.
Он тем временем тыкал что-то у себя в мобильнике. Мой телефон звякнул. Пополнение карты на тридцать тысяч рублей.
Я нахмурилась ещё больше и уставилась в экран.
— Что за?..
— Это оплата услуг извозчика.
— Извозчика?
— Да, побудьте моим таксистом в эту прекрасную Новогоднюю ночь.
— Я еду домой, Иван. Меня ждут. Выходите из машины, деньги я перешлю обратно.
— Вита, за мной точно никто не приедет, друзья уже выпили.
Он запомнил моё имя?
— Вокруг ночь, снег и ёлки, — продолжал говорить этот симпатичный гад. — Неужели вы оставите человека одного в такой ситуации? Я ж замёрзну насмерть в такой мороз!
— Замёрзнете и станете Бураном, под стать своему имени, — саркастично заметила я, но мужчина не собирался покидать мою машину. — Куда вам надо? — со вздохом спросила я.
Он быстро открыл карту и ткнул пальцем в адресную строку.
— Сюда, — показал и нажал на кнопку “поехали”. По-хозяйски поменял радиостанцию, сделал музыку погромче.
Я неохотно отпустила тормоза и плавно нажала на газ.
— Почему ты здесь живёшь? — спросил он.
— Всмысле? — недовольно уточнила я.
Вереница фонарей закончилась, приходилось вглядываться, чтобы увидеть, где вообще перед машиной дорога.
— В том смысле почему не переедешь в большой город.
— Я только недавно из большого города сюда приехала, — ответила, нахмурив брови.
— Зачем?
— Занадом, — я ехала медленно и отчётливо чувствовала под колёсами и снегом лёд.
— Я незнакомец, выйду из машины, и ты меня больше не увидишь, расскажи.
— Хотелось бы верить, но не удивлюсь, если увижу тебя ещё раз, поэтому нет.
— Надеешься на новую встречу? — усмехнулся он.
Я бросила на него короткий взгляд. Когда он успел раздеться? Свитер сидел на нём идеально.
— Нет, — фыркнула я. — Наоборот! Текущая бы поскорее кончилась.
— Почему?
— Потому что ты… поцеловал меня! — моему возмущению не было предела. — Без разрешения!
Снегопад тем временем усилился. Волшебное зрелище! Если только тебе не надо вести машину.
— Разве это причина закончить встречу? — нагло ухмыльнулся Иван.
— Для меня — да. Это причина её не начинать.
— Приношу свои извинения, — как будто бы искренне сказал он. — Ты мне понравилась, а времени на большее не было.
— Это совершенно не оправдывает твоё поведение, — я продолжала бухтеть, потому что потому что.
— Подумаем, как я смогу загладить вину.
— Не попадайся мне на глаза, этого будет достаточно.
— Хочешь, я сяду за руль? — спросил Иван.
— Что? Нет! Я не собираюсь отдавать тебе управление своей машиной.
Мы подъехали к повороту на просёлочную дорогу, всю засыпанную снегом. Я остановилась.
— Я не смогу проехать по этой дороге.
— Давай я сяду за руль, — повторил он.