Подарок для тирана

Глава 4 Новый год

Я вышла из машины, Иван взял свою сумку и мои вещи, и последовал за мной. Мы прошагали по засыпанной снегом садовой дорожке, я повернула в замке ключ и открыла дверь большого каменного дома моих родителей.

Кошка тут же мяукнула и потёрлась о мои ноги. Мы зашли в просторный холл, Иван положил сумки на пол. Здесь было холодно, уходя восемь часов назад я не включила печку.

— Это твои родители? — спросил Иван, рассматривая фото в рамке на стене.

— Да, — ответила я, вешая одежду в шкаф.

Я не стала заботиться об этом мужчине. Сам разберётся, в конце концов, я его не приглашала.

Он взял свою большую кожаную сумку и пошёл за мной в гостинную. Диван, камин, ёлка, кофейный столик, на котором лежал открытый ноутбук.

Дальше столовая и кухня. Я хотела сказать, что он может расположиться здесь, но Иван уже уселся на диван и взял Дорамку, мой ноут.

— Где пульт от колонок? — спросил он.

— Что? — удивилась я.

— У твоих родителей колонки висят, где пульт?

И правда висят, наверное, папа установил домашний кинотеатр ещё до моего неожиданного переезда, и им никто не пользовался. Я заозиралась вокруг.

— Нашёл! — сказал Иван и забрал несколько пультов с полочки рядом с камином.

— Переодевайся и принеси два бокала, выпьем за праздник.

Я уже не удивлялась его наглости. Просто покачала головой и пошла в свою комнату. Я не стала наряжаться. Вот ещё наряжаться ради этого… Но пижаму надела новую. И любимые Пушистики (мягкие тапочки).

***

Редко бывает, что у меня что-то идёт не так. Обычно, если планы рушатся, я строю новые, быстро зачищая последствия неудач. Но сегодня вселенная просто решила надо мной посмеяться. Да чего уж там. Она решила от души поржать!

Каждый год мы с братом менялись, кто проведёт новогоднюю ночь на работе. И в этом году была его грёбанная очередь! Но меня просто завалило бизнесовыми вопросами под конец года, так что я поехал на вечеринку за городом только вечером тридцать первого.

Я был взвинчен, когда заехал на заправку. Хотелось уже поскорее добраться до особняка и выпить хорошего виски. Незнакомка меня удивила.

Первая мысль, когда я её увидел: “Почему такая шикарная девушка работает на заправке?” Вторая: “Хочу её трахнуть”. Вот собственно и всё. Дальше история стала двигаться сама собой. Я уже хотел отказаться от идеи, но кофе оказался настолько мерзким, что его пришлось выплюнуть. Я вернулся и не стал останавливаться, когда очень захотелось почувствовать её сочные губы у себя на языке. Ммм… Вкусная девочка. Решил, что заеду, когда окажусь в этом районе снова, и спрошу её номер телефона.

Машина заглохла, я успел только свернуть на обочину. Мы с братом здорово повздорили днём, не удивлюсь, если это он отрубил двигатель моей тачки через джипиэс модуль, который мы устанавливаем на весь наш автопарк. Ещё какое место выбрал очаровательное! Не трасса и не лес. Чтобы не было возможности быстро решить проблему и одновременно, чтобы я не сдох где-нибудь под ёлкой.

Ударил по рулю в бешенстве. Вдохнул, выдохнул.

— Мороз, ну не ахуел ли ты устраивать такую подлянку накануне праздника? — обратился я мысленно к дедушке из сказок. — Давай, блядь, заведи мне машину, расчисти дорогу! Сука!

Ничего не произошло. Дворники продолжали ездить по стеклу.

— Наколдуй мне хотя бы бабу красивую, ушлёпок.

Она подъехала почти сразу. Это ли не знак! Я усмехнулся.

В машине приятно пахло какими-то фруктами. Музыку она слушает скверную, но это ли проблема? Зато губы… Даже не знаю, как их описать. Не накаченные жидкой хернёй, не узкие, не… Ну пиздатые короче губы. Красивая девушка.

Поэтому, когда дорога оказалась заметённой, я не расстроился. Рассматривал Виту всю дорогу. Ей подходит имя. Она хоть и дерзкая, готова постоять за себя, банкой в меня швырнула (видели бы вы её взгляд в этот момент! Я видел в отражении на стекле), но при этом девушка очень женственная и мягкая внутри, это видно.

Я включил приятный джаз на её компьютере. Достал бутылку дорогого шампанского, которую собирался подарить другу. Сам нашёл бокалы на кухне.

Она зашла в комнату в черной шёлковой пижаме, и у меня встал от одного взгляда на неё. Гладкая ткань струилась по телу, под рубашкой угадывалась небольшая грудь.

— Чего вылупился? — резко спросила Вита.

— Ничего, — ответил я, и стал разливать шампанское. — У нас есть десять минут.

— В холодильнике пицца, будешь? — спросила она, и я снова завис, заглядывая в вырез её свободной рубашки.

— Буду.

— У тебя карточка к телефону не привязана. Скажи, куда прислать деньги, — сказала, доставая сыр, пиццу и салат в большой миске.

— Это за пиццу.

Она повернулась ко мне.

— Я серьёзно. Я не принимаю такие подарки от незнакомцев.

— Это не подарок. Не думаю, что ты рассчитывала провести Новый год со мной, — усмехнулся я. — Это компенсация морального ущерба и неудобств.

— Морального ущерба, который ты уже нанёс или который ты только собираешься нанести? — уточнила она, стоя у открытого холодильника.

Я хмыкнул.

— А какой вариант тебе нравится больше?

— Мне не нравится никакой. Но если надо выбрать, то первый.

Она прошла в столовую, относя какие-то тарелки на кофейный столик у дивана. Нагнулась, чтобы поставить их. Девочка обладала шикарной задницей.

Вита поставила чайник и забралась на диван с ногами.

— Будем слушать президента или сразу кино?

— Надеюсь, ты не собиралась смотреть “Иронию судьбы”?

— Нет, мы будем смотреть Гарри Поттера.

— Гарри Поттера, — покивал я. — Тогда лучше президент.

— Либо “Сумерки”.

— Это про вампиров?

— Это про любовь.

— Ладно, включай что тебе больше хочется: между столетними вампирами и президентами разница не такая большая.

Она довольно хмыкнула и включила проектор, который отражал картинку прямо на стену около камина.

— Выключи свет? — попросила она.

Я оглянулся в поисках выключателя.

— Вон там, прямо за тобой.

Я заозирался, Вита встала с дивана и подошла ко мне.

— Вот же он, — она отодвинула полотенце, висящее на крючке, и потянулась, чтобы щёлкнуть выключателем.

Меня окутал её аромат. Я положил руки ей на талию.

— Я закричу, — сказала она.

— Я надеюсь, — ответил я и притянул её к себе.

Такая мягкая, гладкая, приятная. Такую женщину не захочется спускать со своих коленей.

Я удержался и просто уткнулся в её макушку, закрыл глаза. Она рвано выдохнула и этот тихий звук сорвал мне башку. Я слегка потянул её за волосы, отклонил девичью голову и впился в пухлые губы. В этот же момент в комнате забили куранты, а мне захотелось, чтобы этот поцелуй никогда не прерывался.

Глава 5 Виноваты часы

Я собиралась оттолкнуть его, но били куранты, мой мозг срочно генерировал желание, которое непременно нужно было загадать. А сердце, предатель, зашлось в необъяснимом предвкушении чего-то большего, чем просто прикосновение губ.

Куранты отбили, и я легонько оттолкнула Ивана. Своё долгожданное новогоднее желание я потратила на поцелуй с хамоватым незнакомцев. Прекрасно.

— Если ты сделаешь это ещё раз, я вызову полицию. Тебе ясно? — гневно спросила я, злясь на саму себя.

Это же надо было! Так спустить желание. Мужа надо было загадывать и семью, а не вот это вот!

— Тебе не придётся. В следующий раз ты меня поцелуешь, а не я тебя.

— Тогда мне не о чем беспокоиться, ведь следующего раза не будет.

Я щёлкнула, наконец, выключателем и уселась на диван. Пока я открывала “Сумерки”, Иван наколдовал в камине огонь.

Я смотрела это кино уже раз сто, но мне так нравилась чудесная история любви, что даже зная все реплики героев наизусть, я каждый раз находила в ней что-то новое.

— Раньше я мало думала о смерти, — произнесла я вместе с голосом героини. — Но по-моему, отдать жизнь за любимого человека — не худшая смерть.

— Ты правда так думаешь? — спросил Иван, устраиваясь рядом со мной.

— Да, — нахмурилась я. — Разве не хорошая?

— Наверное.

Мы продолжили смотреть фильм, и я почувствовала, как мягкий плед, лежавший на подлокотнике дивана со стороны Ивана, укладывается мне на колени.

— Спасибо.

— Пиццу мне подогрей, женщина, — с упрёком сказал Иван.

— Микроволновка на кухне, — как ни в чём не бывало ответила я.

Мало того, что он всё время целоваться лезет, так ещё и ужином его кормить?

Иван недовольно хмыкнул.

— А тебе не погрею, — отомстил он.

— Я на диете.

Он оценивающе на меня посмотрел.

— Тебе не нужно.

Я закатила глаза.

— И вообще, зачем тогда ты заказала пиццу, если сидишь на диете?

— Ты весь фильм собираешься проболтать? — всплеснула руками я. — Купила пиццу, потому что захотела! Собиралась есть пиццу и мороженое и смотреть “Гарри Поттера”, пока ты не свалился на мою голову!

— Какой увлекательный Новый год у тебя бы получился, — хмуро резюмировал он, врубая микроволновку.

— С твоим конечно не сравнится! — саркастично заметила я.

— Что ты имеешь в виду?

Я фыркнула и ничего не ответила.

— Что ты имеешь в виду? Это сейчас сарказм был? Я ехал на большую вечеринку, ясно? Там собрались мои друзья.

— И никто, разумеется, не смог заехать за тобой. Ни одного друга на джипе, который мог бы одолеть сугробы.

— Какая же ты мерзкая колючка!

— Я? Мерзкая? Это ты дважды меня насильно поцеловал, ты навязался на то, чтобы приехать ко мне домой! И я теперь мерзкая.

Микроволновка жалобно запищала, Иван резко дёрнул за ручку.

— Не очень-то ты и сопротивлялась для человека, которому мой поцелуй был так противен.

Он сел рядом на диван, меня накрыло ароматом пиццы. Я тоже встала и пошла греть себе кусочек.

— Салат захвати! — крикнул Иван мне в догонку.

— Сам возьми.

— Ты хозяйка здесь вообще?

— Нет, это дом родителей, — зачем-то пояснила я.

— Так ты переехала к родителям… А нахуя?

— Попрошу не выражаться!

— Попрошу подать мне салат!

Я сунула ему в руку миску с нарезанным салатом.

— Так-то лучше, — ухмыльнулся он, и я подавила желание надеть ему эту миску, как цветочный горшок Оксанке на голову.

— Ты невыносим. Наверное, ты холост.

— Шерлок, — усмехнулся Иван и одним укусом истребил половину своего куска.

— Тиран!

— Я Буран.

— Буран? — спросила, удивившись я.

— Да. Я же говорил. Друзья так называют, — ответил он с набитым ртом.

— Я не могу смотреть как ты ешь. Садись за стол! Сейчас весь диван будет в крошках.

Так “Сумерки” оказались на паузе, а мы с Бураном друг напротив друга за столом, уставленным закусками.

— Нам ещё шампанское пить, не наедайся так, — сказал он, выхватывая у меня из рук очередной кусок пиццы.

— Буду есть сколько захочу! — упрямо ответила я.

— Ты же сказала, что на диете, — у нас шла нешуточная борьба за кусок пиццы. — Вот и береги фигуру!

— Ты сказал, мне не надо!

Кусок колбасы отвалился от пиццы и упал Бурану на щёку. Я засмеялась. Заливисто так, как даааааааавно уже не смеялась!

— Смешно тебе? — спросил он, перетягиваясь через “праздничный” стол и щекоча меня.

— Да! — закричала я, ускользая от его рук.

В этой ужасной гонке мы переместились в гостинную, где оказались по разные стороны от дивана. Я делала ложные выпады влево и вправо, чтобы запутать Бурана, но он вдруг рванул прямо через диван, двумя большими шагами догоняя меня и щекоча до полусмерти.

— Сдаюсь! — кричала я, лёжа на полу и корчась от дикого смеха. — Прекрати сейчас же! Я вызову полицию!

— Ты уже дважды грозилась вызвать полицию, может, хватит уже?

— Хватит! Хватит! — я хохотала как ненормальная, пытаясь вырвать свои бедные пяточки из стальной хватки. — Прекрати сейчас же!

— Поцелуй меня.

Он перестал меня щекотать, и я замерла пытаясь осознать, шутит ли он. Но Буран был серьёзным. Свет от огня в камине отплясывал на его лице. Комната согрелась, а мне вдруг стало невыносимо жарко и холодно одновременно.

— Ты мне понравилась, — он медленно приблизился ко мне. — Поцелуй меня.

Его глаза, два чёрных омута, так и смотрели мне прямо в душу.

— Я не целуюсь с незнакомцами, — ответила, убирая свои ноги с его колен.

— Тогда пошли знакомиться, — заявил мой непрошенный гость и встал с пола.

Он подал мне руку, но я упрямо поднялась сама.

Я села обратно за стол, а Буран открыл шампанское. Разлил по бокалам и вручил один мне.

— За встречу.

Я отпила глоток. Вкусное шампанское.

— Сейчас мы будем играть в “правда или действие”, — уверенно заявил Буран.

— Что? Ну уж нет.

— Это лучший способ нам узнать друг друга!

— Лучший способ — это ходить на свидания, разговаривать и узнавать друг друга постепенно, — встала я в оппозицию. — А играть в “правду или действие” — это лучший способ, чтобы затащить кого-нибудь в постель.

— Ммм, — похабно протянул Буран. — мне нравится ход твоих мыслей!

— Имей в виду, я не собираюсь раздеваться и целоваться.

— Договорились, — усмехнулся он. — Правда или действие?

— Правда, — сказала я, сузив глаза.

— Чего ты стыдишься больше всего на свете?

— Действие! — тут же изменила своё решение я, не желая делиться такими подробностями личной жизни.

Буран довольно улыбнулся.

— Пей до дна!

Глава 6 Бурная ночь

Мы сидели на кухне. В камине полыхало пламя. Свет приглушён, огоньки на ёлке создавали уютную атмосферу.

— Правда или действие? — спросила я.

— Правда.

— Почему Буран?

Он вздохнул, отпил шампанское и начал рассказ.

— Мы поехали на горнолыжку. Я и ещё трое моих… знакомых. Веселились, было круто, — он улыбался, но его улыбка померкла. — Я уговорил их пойти на самый опасный склон.

Я слушала не перебивая, желая узнать, что же произошло.

— Один из парней сошёл с трассы. Мы не обратили внимания. Думали, он медленно едет где-то сзади. Но он не спустилась ни через десять минут, ни через пол часа. Телефон его был отключён. По громкоговорителю объявили, что погода портится, всех прогнали со склонов, но я уговорил руководство пустить канатку в последний раз, довезти меня до вершины. Они не хотели соглашаться, но вызывать спасателей им тоже было не с руки, поэтому они всё-таки отправили меня наверх.

Полено в камине треснуло, тихий звук заставил меня вздрогнуть. Буран протянул ко мне руку и ласково погладил по плечу.

— Дурацкая история, давай расскажу как-нибудь в другой раз! — вдруг сказал он.

— Нет! Расскажи сейчас! Пожалуйста! — неожиданно для себя стала просить я.

Мне и правда было очень интересно узнать, чем кончилась эта история.

— Она не интересная. Началась сильная метель, воздух закручивал снег в воронки, ничего не видно вообще… ни неба, ни горизонта. Я прочесал весь этот грёбанный склон и не нашёл парня. Но нашёл девушку. Она хорошо каталась, но повредила ногу. Испугалась, когда начался буран, решила переждать прямо на горе. Но природа сильно разбушевалась, девушка застряла на месте, не имея возможности спуститься. Я взял её на руки, вместе мы кое-как съехали. А когда приехали вниз, оказалось, что мой знакомый нашёлся. Та дам! Он передумал съезжать по опасному склону и воспользовался канаткой, сидел бухал в баре, пока я его искал. С тех пор парни прозвали меня Бураном.

— А девушка?

— Что с ней? — спросил он.

— Вы общаетесь?

— Это уже другой вопрос. Правда или действие?

Я подумала.

— Правда.

— Почему ты переехала сюда?

Я тяжело вздохнула.

— Я… не хочу об этом, давай сюда своё действие.

— Ты вообще не собираешься отвечать на мои вопросы?

— На личные — нет.

— Но я рассказал тебе про то, как получил своё имя.

— Мог бы выбрать действие.

Он усмехнулся.

— Сама напросилась. Ты сказала, что не станешь раздеваться, но ничего не сказала обо мне.

Я нахмурилась. Он медленно снял с себя свитер.

— Что ты делаешь?

— Разве не понятно? — спросил он, расстёгивая ремень.

— Зачем ты раздеваешься?

— Это связано с твоим действием.

— Я не собираюсь делать ничего неприличного! Ты перепутал меня со своими пассиями.

Я искренне старалась смотреть ему в глаза, когда он снял с себя футболку и продемонстрировал свой торс. А там было что демонстрировать!

— Интересного ты обо мне мнения, — усмехнулся он, стягивая штаны.

Я вспыхнула и отвернулась.

— Одевайся обратно или я вызову полицию!

— Третий раз угрожать копами? — в его голосе слышался смех. — Брось, — он шепнул это мне прямо в ухо.

Я покраснела до кончиков волос, спиной ощущая, что сзади меня стоит полуобнажённый почти незнакомец, совсем-совсем не похожий на моего бывшего мужа. Интересно, он успел снять трусы? От этой мысли стало страшно, холодок так и прокатился по позвоночнику.

— Я просто хотел, — он коснулся моих рук, запустив лавину мурашек, и говорил тихо-тихо. — Чтобы ты принесла мне что-нибудь, — он прочистил горло, — из вещей твоего отца. Не хочу спать в джинсах.

Ну конечно. Просто попросил принести пижаму. А я уже напридумывала. Что кстати я напридумывала?

— Да, сейчас, — сказала я, и не оборачиваясь пошла в сторону лестницы на второй этаж.

Мне нужно, просто необходимо побыть несколько минут в одиночестве. И умыться. Да.

***

Её смех, как гогот пьяной чайки, только заразительнее. Аж пресс разболелся.

Белоснежка. Так хороша, когда смущается. Хочется узнать, какая она на вкус, раскована ли в постели, какая она изнутри. Вообще, просто, какая она. Надо же было так остановиться за кофе. Просто джекпот. Она ещё не знает, но я его уже выиграл.

Когда она принесла пижаму, то избегала смотреть на меня. Неужели такая недотрога?

— Сколько тебе лет, говоришь? — спросил, натягивая черные штаны.

— Я не говорила, — она обошла меня по дуге и села за стол.

— Так скажи.

— Если тебе так интересно, потрать на это “правду”, — она поиграла бровями, дразня меня.

— Ммм… — протянул я. — Чувствую азарт.

— А я не говорила, что не азартна.

— Белоснежка не так проста, как казалась? — я присел за стол напротив неё.

— Я показалась тебе простой? — возмутилась девушка.

— Если тебе так интересно, потрать на это правду, — вернул я колкость, закидывая в рот виноградинку.

— Хорошо, — она выпрямила спину и положила руки на стол. — Правда или действие?

— Действие, — сказал я, ожидая своего приговора.

Вита подумала немного и сказала.

— У тебя есть девушка?

— Я сказал действие.

— Если у тебя есть девушка, возьми в руки телефон и расскажи ей, что поцеловал сегодня незнакомку.

Я приподнял брови.

— А если нет?

— Тогда просто сделай вид, что пишешь своей девушке.

Я усмехнулся, подошёл к джинсам, висевшим на подлокотнике дивана, достал мобильник.

Написал ей самой сообщение, что у меня есть девушка, а ещё украдкой сделал фото Виты.

***

Мой телефон звякнул у микроволновки в тот момент, когда Буран положил свой мобильник на стол. Я подавила желание проверить сообщение. Это же просто шутка. Он специально что-то прислал мне. Хорош, ах хорош. Может, он не так уж и плох, как кажется?

— Правда или действие? — спросил он.

— Правда, — ответила несмело.

— Расскажи о себе так, чтобы я тебя узнал.

Я прищурила глаза.

— Давай-давай, принцесса. Откройся мне.

Получите, распишитесь. Я затараторила, будто от этого ему станет менее понятно, как мне тяжело.

— Мне двадцать два года, мой папа военный, я всю жизнь разъезжала по городам, нигде надолго не останавливаясь. У меня была одна единственная подруга. Она умерла. Я вышла замуж, мы год прожили вместе, а потом я застала своего мужа с чужой невестой. Люди, которых я подпускала слишком близко всегда делали мне очень больно. Я развелась и переехала сюда, чтобы забыть о том, что случилось. И чтобы попытаться изменить что-то в своей жизни. — Я тяжело вздохнула. — Но куда бы я ни ехала, к сожалению, моя голова везде со мной. А значит, надо научиться решать свои проблемы не пытаясь от них убежать.

— Спасибо, что поделилась, — сказал он, внимательно вглядываясь в мои глаза.

— Только не спрашивай. Ничего.

— Не собирался, не имею привычки копаться в чужом грязном белье. Только если ты сама захочешь поделиться.

Уголки моих губ сами собой дрогнули в улыбке.

— Не грусти, принцесса! — сказал Буран и я вдруг вспомнила…

В детстве у меня очень недолго был хороший друг, мальчишка, который вечно приходил со школы с синяками. Он называл меня принцессой, и с ним я тоже будто бы чувствовала себя в безопасности. Как сейчас.