Пока не наступила ночь

Глава 1. Бывший командир наемников

Ближе к вечеру Арген обогнал конный отряд, сопровождавший богато украшенную карету без герба с окнами, закрытыми шелковыми занавесками. Впереди на крупном, под его большой рост, скакуне ехал знатный, еще не старый господин, обладатель рыжей шевелюры, напоминающей гриву льва – результат стараний придворных парикмахеров. Сверкающие доспехи и скрепленный самоцветом расшитый золотом плащ на плечах дополняли его грозный внешний вид. Все это наряду с почтительным молчанием окружавших его вооруженных до зубов четырнадцати статных воинов говорили о принадлежности мужчины к высшей аристократии. А по отдельным частям доспехов всадников, конской сбруе и сёдлам наблюдательный наемник признал в них гивонцев. Грозная сила, ощутимая даже на расстоянии, словно говорила, что каждый, кто посмеет встать на их пути, будет уничтожен на месте, а что от него останется, растопчут обученные этому боевые лошади.

Когда Арген проезжал мимо, карета остановилась, и из нее выпорхнули два прекрасных юных создания. Одна из девушек - белокурая - была одета в изысканное платье того же цвета, что и ее волосы. Вторая - брюнетка тех же лет - предпочитала менее ослепительный наряд бардового оттенка. Она с извиняющейся улыбкой обратилась к остановившему коня командиру отряда. Что она сказала, бывший предводитель наемников не расслышал. Возможно что-то типа: «Можно мы немного разомнем ноги?.. Мы так устали сидеть без движения… просто жуть!»

Один из воинов, бывших частью защитного кольца двух драгоценных подзащитных, чуть вырвался вперед, и так образовалась небольшая «дыра» в строю, словно нарочно позволившая Аргену лучше разглядеть прекрасных незнакомок.

Что-то отвлекло брюнетку, и она перестала улыбаться. Ее задорный взгляд встретился с проницательным взглядом ехавшего по обочине воина в старой, изношенной одежде. И она помахала ему изящной рукой в белой перчатке.

Со своей стороны Арген не подал и вида, что заметил этот знак внимания, не пришпорил и не приостановил свою лошадь. Он продолжал двигаться заметно быстрее встреченного блестящего каравана и созерцать симпатичных девушек, пока торопившийся воин не вернулся в строй, что произошло спустя несколько мгновений. Тогда наемник поторопил коня.

А хотелось ему доехать до ближайшего постоялого двора раньше гивонцев, потому что в противном случае он серьезно рисковал не получить в нем места для ночлега и спать за столом, за которым придется ужинать, или провести ночь прямо в поле. Хотя и такой вид ночевки не был чем-то необычным для него с тех пор, как он покинул отчий дом и вступил на путь воина-наемника.

Но справедливости ради стоило бы сказать, что случись ему занять единственное свободное место, он бы поделился им с двумя очаровательным благородными дамами, а если бы они сочли его общество не заслуживающим внимания, то мог бы и вовсе уступить им полностью свою комнату. Так он думал в тот момент. Происходило это в двадцати верстах от Чемарры за несколько часов до весеннего равноденствия.

Он ощущал сладостное чувство чего-то неизведанного и хорошего, которое испытывает всякий благородный бедняк или вояка из провинции подъезжая к столице. Например, возможность видеть и пользоваться роскошью жизни большого города. Но, не привыкнув доверять без веских оснований каким-то смутным ощущениям, он старался вернуть себе обычный настрой наемника, во всем сомневающегося и никому не доверяющего. Разве он приезжает для того, чтобы наслаждаться видами большого скопления людей и дорогих экипажей?!

Ему уже около тридцати лет, воин до мозга костей, как говорят. Возможно, ему ненадолго придется избавиться от этого образа, а точнее, слегка измениться. Да, пожалуй, именно так. Еще ему нужна хорошая одежда, какую носят дворяне, иначе над ним будут смеяться. Возможно, даже еще в предместье.

Не отрепетировать ли ему представление самого себя прямо сейчас, перед каким-нибудь из будущих гостей столицы? Но подумал он не о гостях мужского пола. Совсем свежее воспоминание грело ему душу. Неужели столичные гордячки будут видеть в нем привлекательного мужчину?

Ближайший постоялый двор он обнаружил так быстро, что решил использовать время до наступления темноты, чтобы проехать до следующего. Тем более что, судя по виду, этот не предназначался для людей со столь тощими кошельками, как у него. По счастью, вблизи города эти заведения располагались достаточно близко друг от друга, беспокоиться не пришлось. И ему удалось прилично устроиться на небольшом постоялом дворе с более-менее приличной кухней и довольно громко скрипящими половицами.

Разбуженный его появлением недавно уснувший слуга что-то буркнул неуважительное, но заметив воинские доспехи и оружие, тут же пришел в себя – пробормотал какие-то извинения и поспешил провести гостя в свободную комнату.

Спустя положенное время наступил рассвет. В обеденном зале, куда вошел Арген, находилось несколько посетителей, вяло переговаривающихся между собой и потягивающих горьковатое местное пиво. Один человек спал за столом, положив голову на руки.

Из кухни уже шел запах готовящейся еды. Не изысканной, как для гурманов, но приемлемой для неприхотливого желудка голодного наемника. Он давно привык обходиться малым или даже почти ничем. Столько лет лишений! И ради чего?! Точнее, ради кого?

Когда, утолив голод, воин стал расплачиваться, с верхнего этажа спустился человек в потрепанной, но сразу заметно, что дорогой одежде, с луком и колчаном со стрелами за спиной.

- Господин воитель, прошу принять доброго молодца в твою честную компанию! - сказал он, широко улыбаясь, обращаясь, несомненно, к нему.

- Как-то ты чудно изъясняешься, - хмыкнул Арген. - И кто тебе сказал, что я - честный? У наемников не бывает чести. Тебе что, не сказали твои учителя?

- Вот об этом я и хотел поговорить. Мне как раз нужен человек вроде тебя, с которым путешествовать будет забавно и не надо ни в чем оправдываться.

- Музыкант что ли? - вздохнул воин.

- Должен тебя огорчить, но, нет, - усмехнулся собеседник. - Один из моих приятелей был музыкантом. Потом его убили.

- Какая трогательная история, - хмыкнул воин. - Приставай к кому-нибудь другому. Например, вон к тому воину, что, несмотря на свою явную бедность, пытается вести себя как благородный господин.

Лаан проследил за его взглядом и неподалеку обнаружил человека в заношенном кафтане.

- Он сказал, что ждет здесь своего брата или свата, я разбираться не стал.

- Ну, так скажи ему, что теперь ты - его новый брат, - буркнул воин, заканчивая подсчитывать медяки, которыми он намеревался расплатиться за постой.

Трактирщик принял деньги из его рук и в свою очередь стал пересчитывать.

- Будет проще меня убить, чем прогнать! - не отставал молодой человек.

- Отвяжись! - Арген бросил тяжелый взгляд на собеседника, небрежно махнув одетой в кожаную перчатку рукой, словно прогоняя назойливую муху.

Хозяин закончил проверку платежа и кивнул, показывая, что все верно. Воин поспешил к двери.

- Стой, господин! Я готов бежать за твоей лошадью и пасть от твоей руки, если так тебе будет угодно. Но не лишай меня шанса! - Лаан театрально схватил его за руку.

- Какого такого шанса? - удивился наемник.

- Шанса стать твоим другом. И, говоря "другом", я вовсе не имел в виду, что хочу пользоваться твоими сбережениями. Напротив, разреши в знак начавшейся долгой дружбы угостить тебя благородным напитком, который склеивает разбитое сердце лучше клея и возносит к небесам хоть бедняка, хоть принца! Вино и золото - вот два алхимических ингредиента, что одновременно делают нас свободными от одних и в то же время рабами для других.

Говоря это, он извлек из кармана кошель и бросил трактирщику серебряную монету на прилавок.

- Вина мне и моему другу! И лучшего!

- Как твое имя, юноша? - подобрел воин.

- Лаан, господин. Хотя я и не юноша, мы практически ровесники, - ненавязчиво заметил тот. - Мне бы хотелось узнать и твое благородное имя.

- Меня зовут Арген. А ты красиво мелешь языком, что, наверное, оценят в столице. Но именно поэтому мне и не нужен попутчик. И не приписывай мне благородства. Я – обычный подкидыш, ставший наемником, которому плевать на все благородное. Кроме вина, конечно.

- Как будет угодно, - Лаан подмигнул. - Я и сам сыт по горло слащавыми разговорами о благородстве.

- Тебе нужны услуги телохранителя, - решил воин. - Ты боишься, потому что тебя ждет муженек какой-нибудь дамы?!

- Где-нибудь обязательно ждет чей-то муж, жених или брат, - усмехнулся человек неопределенных занятий. - Минимум четырех я знаю. Но сегодня дело не в этом. Просто вдвоем ехать куда веселее. Ну, и завести друга в незнакомом месте, пусть этот друг, как и я, приехал в первый раз в большой город, я тоже не откажусь.

- Если только тебе никто не угрожает, потому что услуги телохранителя стоят куда дороже бутылки вина, - усмехнулся наемник, чьим единственным богатством были боевой конь, оружие и хорошие, крепкие зубы.

- Позволь заверить тебя с глубокою верою в сердце, что мне не надо от тебя ничего кроме хорошей компании, и я не вижу никакой угрозы для себя, - успокоил его собеседник. - Если же тебе нужны услуги составителя любовных писем, летописца или организатора увеселительных мероприятий, то я к твоим услугам.

- Я поеду очень быстро, так что не задерживай меня. Кстати, что с твоей одеждой? У тебя же есть деньги!

Лаан промычал в ответ что-то маловразумительное.

За второй бутылкой разговор пошел веселее, хотя, в основном, говорил Лаан. За четверть часа он успел разболтать секреты личной жизни именитых жителей столицы, о чем он откуда-то знал, рассказал о проблемах караванщиков, о каких-то мифических вождях степи. Очевидно, он мог болтать о чем угодно, если только находился слушатель.

- ... И вот так закончилась эта история, мой друг, - сказал он, наконец, после очередного своего рассказа.

- Когда это вдруг мы стали с тобой друзьями, - запротестовал воин, но было заметно, что он не сердится.

- Еще со времен двух солнц.

Жрецы Хмевиллы, богини солнца, рассказывали об эпохе, когда на небе сияло два солнца. Ранним утром появлялось одно, и это время считалось наиболее благоприятным для ведения дел на открытом воздухе, а спустя несколько часов всходило второе светило, заметно меньшее, чем первое. Оно изгоняло всевозможную нечисть и темную магию, а также способствовало произрастанию гораздо большего вида полезных растений. Круглый год тогда стояло лето.

- Так кто ты все-таки по профессии, что у тебя есть деньги, но нет больше ничего? Или ты – принц, путешествующий инкогнито?

- Я ювелир. Точнее, человек, связанный с ювелирными украшениями.

- Что ты имеешь в виду, не пояснишь?

- В том смысле, что я прикасаюсь к драгоценностям.

- Духовного свойства? - усмехнулся Арген.

- Физического.

- Ладно, как-нибудь потом расскажешь. Пока буду именовать тебя поэтом или… музыкантом. На них ты похож больше.

- Кстати, я всегда мечтал написать поэму, не хватало лишь главного героя, - проговорил, разливая остатки вина, Лаан, вынужденный отныне прозываться музыкантом.

- Ну и, разумеется, таланта, - дополнил Арген.

- Разумеется, его тоже, - не обидчиво откликнулся молодой человек и тут же высокопарно продолжил. - Но это лишь из-за отсутствия источника вдохновения. Им мне до этой поры служили вольный ветер, соленые скалы, песок пустынь и женщины. Пожалуй, последние были основным. Однако ныне любовные воздыхания уже не столь притягательны, как в раннюю эпоху владычества поэтов.

- Владычества поэтов? - едва не поперхнулся остатками вина наемник.

- Война диктует свои правила. Но теперь все изменится, ибо вот он, герой моих песен, перед моими очами! Я опишу твои странствия так, как не смог бы никто иной. Ведь встреча наша не случайна!

- Заткнись и не смей нести чушь, иначе твои вирши опубликуют уже после твоей смерти!

- Да я просто шучу, разве ты не заметил?

Вскоре стали собираться посетители, желающие поесть. Прибыли двое крестьян, ехавших, видимо, продать излишки своей продукции. Вслед за ними прибыло четыре горожанина среднего достатка, двое приехавших поодиночке рыбаков и, наконец, за соседний стол сел человек атлетического телосложения, одетый в простую поношенную одежду.

Через плечо у него был перекинут ремень, на котором висел тубус, в каких обычно носят важные свитки. Он постоянно смотрел по сторонам, словно искал кого-то. Ближе к двери сидели рыбаки и о чем-то разговаривали.

Девушка, проведшая ночь с Аргеном, стала разносить еду и выпивку, часто с обидой поглядывая в его сторону, так что однажды едва не уронила кувшин, за что удостоилась грязной ругани хозяина заведения. Она же не осталась в долгу.

- Уходим, - сказал наемник Лаану.

Но не успел он сделать и нескольких шагов, как навстречу ему поднялся только что описанный последним человек. Он осенил воина знамением бога Хмевоя: повторяющим рисунок молнии движением трех пальцев с поджатыми мизинцем и безымянным.

- Что такое? - спросил его Арген.

- У меня есть к тебе дело, молодой господин.

- Я спешу, а господин здесь – он, - наемник указал на музыканта, в подтверждение его слов важно кивнувшего незнакомцу.

Тот проигнорировал его слова, а на жестикулирующего музыканта, казалось, и вовсе не обратил внимания.

- Разговор не займет много времени. Заранее прошу прощения за причиненные неудобства.

Судя по манере и правильности речи, человек был явно не простолюдином. Возможно, благочестивый управляющий какого-то крупного имения, телохранитель из младших сыновей знатных лордов, старавшийся скрыть свое состояние купец или, наиболее вероятно, жрец.

- И о чем ты хотел поговорить? - недовольно проговорил Арген.

- Хорошо, воевода, - кивнул жрец, подходя ближе. - Меня зовут Фиор, я жрец в храме бога Войны Хмевоя. Мне только что был явлен знак, что я могу встретиться со своим господином.

- Ну, так разве это не то, о чем мечтают все жрецы? - прыснул наемник. - Пошли, Лаан.

- Но не в случае, когда причиной является убийца, - необидчиво возразил Фиор. - Только в битве, прошу заметить. Мне нужна помощь могучего воина.

- Зачем? У тебя уже есть двое телохранителей – якобы рыбаки. Неплохие воины, как я думаю, не хуже меня. Да и сам ты не промах, если возьмешь в руки оружие – за версту чувствую.

- Ты наблюдательный. Но в моих слугах я не ощущаю и десятой доли той силы, что есть у тебя.

- У меня уже есть тот, кого я обязался защищать. Дождись очереди! - стал злиться Арген.

- Если бы дело касалось обычного убийцы, я и мои люди справились бы. Но я ощущаю приближение богомерзкой сущности. Поможешь мне, и я не останусь в долгу.

- Зачем кому-то гнаться за тобой?

- Совсем недавно мне было явлено, так скажем, знание о великой реликвии, которая очень ценна. Теперь я могу стать жертвой богопротивных созданий из иных, отвратных миров.

- Какая реликвия? - поинтересовался бывший командир наемников, пока Лаан, на которого Фиор не обращал внимания, одобрительно кивал и подмигивал.

- Речь идет о копье самого Хмевоя! - понизив голос, после длинной паузы все-таки ответил жрец. По рассказываемым легендам, всемогущий бог Войны использовал это оружие для победы над Змеем, угрожавшим существованию всего сущего!

По кислому взгляду Аргена было заметно, что его не очень-то впечатлил пафос жреца.

- Но ведь его еще нет у тебя.

- И может не появиться никогда, - вздохнул Фиор. - Зря я проигнорировал второе видение, но, похоже, оно начинает сбываться. Поэтому прошу, не оставь в беде служителя храма, и Хмевой снизойдет к тебе во время твоей собственной битвы!

- Но ведь к тебе он не спешит снисходить, - заметил Лаан.

- В твоем случае лучше будет просто бежать. Не пытайся воображать себя воином, беги, как полагается священнослужителям? - добавил наемник. - Может быть, скажем так, пророчество было не совсем верным, и опасность свою ты преувеличиваешь?! В любом случае, с тварями Бездны простые наемники не сражаются, этим занимаются благородные воители и герои!

- Я встречу неприятеля вне этих стен, - спокойно сказал Фиор. - Мне не по душе, если из-за меня будут умирать простые миряне. Если в тебе есть хоть капля благородства, ты можешь, по крайней мере, оставаться здесь и не допустить, чтобы погибли те, с кем ты делил крышу и очаг.

В его голосе не было привычного для жрецов смирения. Хотя для служителей могущественного бога Войны в том не было ничего необычного. По крайней мере, для тех, кто занимался не только молитвами, но и воинскими упражнениями, что каких-нибудь три-четыре десятилетия назад было не такой уж и большой редкостью. Во взгляде воина Хмевоя читалась решимость победить или умереть.

Лаан в последний раз взглянул на жреца, словно оценивая его шансы в битве. Он собирался что-то сказать своему спутнику, но тот хмурым взглядом велел ему молчать.

Осенив обоих знаком, призывающим удачу, так ничего и не добившийся жрец направился к выходу. Опередив его, поднялись оба "рыбака" и, гордо выпятив грудь, поспешили – один шел впереди своего господина, второй – позади.

Несколько новых посетителей из местных жителей входили, чтобы выпить и поесть. А тот, что, по словам Лаана, кого-то ждал, вышел наружу. Арген и музыкант дождались, пока у выхода не рассосется маленькая очередь, и двинулись вон из заведения.

- Я провел здесь всего день и решил, что если мне и суждено утопить свое разбитое сердце, то не в местных напитках, - поделился музыкант своими ощущениями от пребывания в таверне.

- Хорошо, что у тебя есть лошадь, - заметил Арген, не реагируя на размышления попутчика. - И под стать моей, хвалю того, кто тебе ее выбрал.

Пока они возились с животными, воин несколько раз оглядывался на жреца и осматривал окрестности. Фиор вместе с двумя своими спутниками стоял на порывистом ветру и чертил в воздухе какие-то знаки. Закончив осенять дорогу, он благословил трактир, откуда только что вышел, затем повернулся к наемнику и осенил и его.

- Так ты едешь? - спросил воин у поэта.

- Может быть, лучше будет подхватить под мышки этого жреца и отвезти в храм? Кажется, бедняга спятил, - неожиданно произнес Лаан.

Не успел воин ответить, как вдруг послышался топот копыт и одновременно из-за поворота показался вчерашний роскошный экипаж в сопровождении отряда гивонцев. Арген помедлил, высматривая понравившуюся ему даму, не предполагая, что очень скоро окажется в жуткой круговерти событий.

Глава 2. Спасение принцессы

Карета и отряд остановились напротив двери в трактир, и предводитель стал о чем-то совещаться с ближайшими к нему воинами.

- Это посланцы короля Гивонии, сопровождают принцессу Диадолану – невесту наследника памирского престола, - пояснил подошедший к наемнику Фиор.

- Эй, вы, у конюшни! - крикнул командир отряда гивонцев.

Никого кроме Аргена с Лааном и жреца там не было, потому, хотя и неохотно, но наемник ответил.

- А кто спрашивает?

- Мое имя Граимлон, я – командующий гивонской королевской гвардии. А в карете принцесса Диадолана. И у меня к вам, уважаемые воины, есть просьба. Я хочу, чтобы вы поехали впереди нас и в случае встречи чего-либо или кого-либо подозрительного дали бы нам знать, - прозвучал голос человека, не терпящего отказов.

- До столицы недалеко, - заметил Арген.

- Дело в том, что нас уже должны были встретить памирцы, но от них до сих пор нет никаких вестей. Надеюсь, это всего лишь недоразумение, а не попытки врагов союза наших государств устроить на нас засаду у стен памирской столицы.

- Почту за честь сообщить вам о подозрительных лицах и отрядах, - ответил наемник, сделав над собой усилие и стараясь говорить, как подобает воспитанному человеку.

- Благодарю, храбрые воины. Не соблаговолите ли назвать свои имена?

Арген и Лаан представились без принятых в среде дворянства титулов и поклонов.

- Мое имя Фиор и я первый заместитель верховного жреца бога Хмевоя. Меня недавно назначили, - поклонился жрец.

- Возможно, вы встретите делегацию памирцев, передавайте им привет, - взмахнул шляпой гивонец. - А мы немного подождем здесь. Негоже не дать им шанса встретить нас до въезда в Чемарру.

- Я думал, ты его отошьешь, - проговорил музыкант, когда они, сев на коней, поехали в сторону столицы.

- Но ведь беспокоиться о безопасности женщины – это долг воина. Разве нет?!

- В некотором роде ты прав, - был вынужден признать Лаан. - Кстати, мы так и не разглядели саму принцессу. Было бы неплохо представить нас ей, раз уж мы будем ради нее подвергать свои жизни опасности.

Они, не спеша, выехали со двора, где конюхи меняли лошадей для гивонцев, а люди предводителя зашли в таверну, чтобы пропустить стаканчик-другой вина.

- А если я скажу тебе, что уже видел ее, этого, по-твоему, будет достаточно, чтобы вести себя как благородный дворянин? - со смехом спросил Арген.

- Не знал, что у тебя есть такие знакомые.

- Не сказать, чтобы знаком, я видел ее мельком вчера.

- Точно, влюбился, - со знанием дела резюмировал Лаан.

- Не влюбился, я ведь видел ее только мельком.

- Но этого уже достаточно, - резонно возразил музыкант.

- Для меня совершенно недостаточно. Я в своей жизни слишком многое уже повидал, в том числе и красоток, пусть и не такого высокого звания.

- Все всегда случается в первый раз, как говорим мы – поэты, - философски заметил Лаан.

Разговаривая, они проехали мимо лежащего в стороне от дороги большого камня, используемого в качестве алтаря. На нем было несколько расписанных простыми красками рисунков, похожих на мазню ребенка. Рядом лежал сноп созревшей озимой пшеницы – подношение вырастивших ее. Несколько крестьян, просительно сложив руки, читали молитву.

- Похоже на одно из культовых мест, посвященных Дарее, богине природы. В основном ей поклоняются селяне, - дал короткую справку Лаан, заметив, что спутник разглядывает их.

- Не люблю я все эти разговоры про богов, - сказал Арген.

Они поехали дальше, не обратив внимания на почитателей культа, поспешивших в противоположном им направлении, как только всадники отъехали. В руках одного из поклонников Дареи был погасший факел.

Спустя немного времени впереди воины увидели облако пыли.

- Кажется, едут встречающие. Явились, но запылились, - усмехнулся музыкант.

Позже пыль на горизонте стала рассеиваться, и стал виден отряд воинов человек из двадцати, ехавших врассыпную. Впереди скакал всадник в сверкающих латах на породистом боевом коне, своими движениями, казалось, рассекавший воздух.

- Как ты думаешь, принцесса невинна? - спросил Лаан у новоиспеченного друга.

- Думаю, да, но это очень быстро исправят, - с некоторым неудовольствием ответил воин.

- Вот и он так говорит, - довольно ответил музыкант.

- Кто?

- Спрашивал про невинность тот, что рядом с впереди едущим всадником, а ответил ему командир отряда, - пояснил музыкант.

- А что еще они говорят? - заинтересовался наемник. - И откуда у тебя такой слух?

- Благословение. Если есть зрительный контакт, могу слышать любого на достаточно большом расстоянии.

Между нашими героями и отрядом было не менее пятидесяти саженей, и обычный человек не смог бы расслышать и слова, как бы громко не кричали.

- Командир говорит, что ввиду того, что принц Шеннар нерешителен в общении с дамами, то он с удовольствием покажет принцессе все, что она захочет. Хотя он употребил некоторые другие слова.

- Да ты просто врешь!

- Можешь верить, а можешь – нет, только это – правда!

- Врешь!

- Хорошо, вру. Но, действительно, они могли бы о таком говорить в этот момент. Думаешь, люди при дворе не такие, как мы, и устроены иначе?!

- Мне на их разговоры наплевать. Но хотел бы я узнать, действительно ли это – встречающие принцессу. Меня же об этом попросил Граимлон, - растянул губы в усмешке Арген.

Прошло совсем немного времени, прежде чем они встретились. Арген не собирался уступать дорогу, перегородив ее своей лошадью ровно посередине. Теперь отряд мог его объехать только по обочине.

- Подозрительные лица. Это может быть ловушкой, - сказал Арген в ответ на недоумение музыканта.

- Позволь, я улажу это недоразумение, как выражается господин Граимлон, - предложил Лаан.

- Говорить буду я, - гневно заметил наемник, останавливая попутчика тяжелым взглядом.

- Убирайтесь с дороги, презренные наемники, - останавливаясь, бросил молодой командир, по виду почти его ровесник.

- Нельзя ли повежливее! - ответил Арген. - У меня разведывательная миссия, и никакой платы я не брал, так что наемником не являюсь. Меня послали проверить, нет ли подозрительных лиц на дороге.