В рейд пошла одна старушка
- -
- 100%
- +
А потом мужчина, гаденько ухмыльнувшись, повернулся и посмотрел прямо эльфийке в глаза.
– Темный лорд, – помертвевшими губами прошептал привратник, узнав мужчину за дальним столиком.
Мужчина отсалютовал бокалом, а потом, взяв кусок сырого красного мяса, скормил кому-то, кто лежал у него на коленках.
– Ссаныч! – заорала Зоя Валерьяновна, приметив своего питомца, который, лениво соскочив с колен Темного Лорда, принялся с урчанием пожирать мяско.
– Какое глубоко поэтичное имя, – отметил Темный Лорд, запуская руку в кошачью шерсть. А потом подмигнул эльфийке.
– Как дела, моя сладкая? Скучала?
– Ну все, смерть тебе, – неожиданно низким голосом сказала светлая. И в Темного Лорда полетела первая ласточка – медное тяжеленное блюдо, которое попалось эльфийке на глаза.
***
– Сволочь! Скотина! Врун! Макака тонкогубая! – орала эльфийка, запуская в Темного Лорда все, что попадалось ей под руку.
Темный Лорд, мягким и плавным движением вскочив с кресла, ловко уворачивался.
– Урюк позорный! Холодец протухший! Подагра ты старая! Порождение орка, тролля и глисты! – орала эльфийка, наливаясь дурной краснотой.
– А вот это обидно было, – удивленно и даже с уважением хмыкнул Темный Лорд, увернувшись от летящего в него чайника. Он был поражен новыми речевыми оборотами Светлой Княгини. Раньше-то у нее даже ругательства были необидными.
– Ворюга поганая! Чтоб тебе за мою сокровищницу с урками на зоне баланду хлебать триста лет! – ревела переобщавшаяся с Зоей Валерьяновной Галаэнхриель.
– Дорогая, я не крал, а взял свое! Сама знаешь, что нажитое в браке делится пополам, – пожал плечами Темный Лорд, испепеляя взглядом летящую в него вареную картофелину.
– Тогда отдавай мне свой эгрегор тьмы!
– Прям тут? – мурлыкнул Темный Лорд, начиная расстегивать рубашку.
– Я тебе щас твой эгрегор оторву к такой-то матери, – перешла на опасное шипение разозлившаяся до трясучки эльфийка. Она распахнула плащ. Светлая магия радостно рванулась во все стороны.
– Детка, ты ослепительна, – прошептал Темный Лорд, прикрыл причинное место и полез прятаться под стол. Светлый выплеск такой силы был для него неожиданно сильным.
– Выползай на свет, женишок мой названый,
Будет тебе и невестушка, и подарочки,
Пойдем мы честным пирком да на свадебку,
Будем суккубкам поганым рога откручивать, – запела грудным интимным голоском эльфийка с каким-то даже старорусским причетом. Тут-то Темный Лорд понял, что переборщил с экспрессией. Не надо было дразнить обиженную женщину.
Светлая магия жалила Темного Лорда и слепила глаза. Песня эльфийки вызывала головную боль и звон в ушах.
– Детка, тут не филармония, – попытался съехидничать из-под стола Темный Лорд, но тут же пригнулся, потому что очередной снаряд в виде утятницы летел прицельно ему в голову.
– Прости, дорогая, – с сожалением сказал Темный Лорд и тут же окутался непроглядной чернотой с красными всполохами. Вот только что стоял мужик – а тут раз – и вместо него темная туча. Его темная жуткая магия полезла из него как из печной трубы, мгновенно затянув пространство ресторана. Магия искрила сухими разрядами, поглощала все, до чего дотягивалась, но она не уничтожила Истинный Свет Галаэнхриели, столкнувшись с ним.
Одномоментно взорвались люстры, лампы и светильники, осыпав осколками спины спрятавшихся за диваном привратника, лича и Зои Валерьяновны, которая уже успела метнуться за котом и теперь крепко прижимала к себе усатую недовольную морду.
– У, рожа продажная! Буржуй! – злобно пыхтела старушка. – За кусок продался, погань! Еще помякай мне тут, свянота!
Она была вся в священной ярости, что не мешало ей, однако, вжимать голову в плечи, когда две противоположные магии Светлой Княгини и Темного Лорда сталкивались друг с другом.
Привратник, лич и Зоя Валерьяновна болели за княгиню всей душой.
– Давай, девка! Мочи его, козла! Буит знать!
– Галаэнхриель, ты сможешь! Скрути его, а мы потом поможем! – поддерживал Светлую Януш.
– Ссаныч, вон от моей черепушки пошел! Свою найди и вылизывай! – недовольно ворчал лич, отпихивая морду кота костлявым локтем.
– Ш-шш! Мряу! – недовольничал Ссаныч. Он хоть и обожрался лучшей говяжьей вырезки, не мог отказать себе в страсти немножко пооблизывать лича.
А в ресторации тем временем творилось несусветное. Две магии схлестнулись не на жизнь, а на смерть. А потом… Потом как-то само собой произошло очень неприятное – магия эльфийки начала слабеть.
И в этом не было ее вины. Во-первых, светлая была ослаблена темномагическим некромантским плащом, во-вторых, ее эгрегор света был у Темного Лорда, и неизвестно, что этот мокрогубый извращенец с ним делал. В-третьих, часть сил эльфийки ушла вместе с ее украденными реликвиями. Плюс перекос сил тьмы, долговременный и беспощадный, тоже даром не прошел. Галаэнхриель начала уставать, когда Темный Лорд был еще полон сил. А еще спустя пару минут она осела на пол без чувств.
Темный Лорд хмыкнул, покосился на вырубившуюся эльфийку, втянул в себя остатки черной магии и повернулся к дивану, за которым прятались остальные.
– Кто в теремочке живет? – глумливо спросил он, легким пассом поднимая диван на добрые пару метров. – Ага. Старушка-квакушка, лич-паралич и мой старый приятель Януш. Ну что ж. Давайте хоть перед смертью познакомимся поближе.
Привратника передернуло. Тон голоса Темного Лорда был излишне нежен и ласков.
– Проходите, гости дорогие, присаживайтесь. Меню вашего последнего ужина было продумано лично мной, – сказал Темный Лорд и снова взмахнул рукой с резко увеличившимися острыми черными ногтями. Повинуясь его жесту, все разрушения исчезли. В идеально чистой ресторации на столике на четверых снова стояли самые изысканные яства.
Застучал косточками лич. Выругался привратник. Зоя Валерьяновна почти влюбленно посмотрела на Темного Лорда и ляпнула:
– Хоть и козел козлом, зато какой в хозяйстве полезный! Милок, а, милок? Научи баушку вот так вот порядки наводить? А я те свечку поставлю хошь за здравие, хошь – за упокой…
Темный Лорд ухмыльнулся. Он прекрасно знал, что эта с виду мирная старушка – имба-энерговампир. Знал, что привратник и лич подняли бунт, что они с его бывшей любовницей, Светлой Княгиней, собираются пойти в рейд против него самого. Знал и наблюдал, а потом просто не выдержал такой наглости и пришел сам. Чего-чего, а честолюбия у Темного Лорда было не занимать.
Застонала, приходя в себя, Галаэнхриель, и к Зое Валерьяновне вернулось боевое настроение. Она переживательно посмотрела на эльфийку, нахмурилась и прищурила желтые недобрые глазки на Темного Лорда.
– Мадам, прошу к столу, – галантно сказал он, протягивая Зое Валерьяновне руку.
– Русские за колбасу не продаются! – гордо ответила Зоя Валерьяновна, с опаской поглядывая на когтистую тонкую руку Темного Лорда.
– А там и нет колбасы. Рябчики есть, икорка, севрюжка, балычок…
– Ишь, буржуин поганый! Это ты коту моему предлагай, он у нас морда продажная, – с досадой проворчала Зоя Валерьяновна.
– Еще есть компот с черносливом, пюрешка с котлеткой из минтая, оливье и холодец, – добил Темный Лорд, и глазки у Зои Валерьяновны невольно заблестели, – и еще специально для вас, моя драгоценная Зоя Валерьяновна, есть особое предложение. Выслушаете?
– Ну а чего и не послушать ба? – замешкалась Зоя Валерьяновна. Вежливость ее всегда ставила в тупик – так уж милейшая старушка была устроена.
Глава 16. Врагу не сдается наш гордый варяг!
Темный Лорд галантно усадил старушку за стол и сам уселся напротив. Посмотрел своими бархатными черными глазами на Зою Валерьяновну, помолчал.
– Ну, чё вылупился-то? Сказать чего есть – так говори, не задерживай занятых людей.
Темный Лорд усмехнулся. Да, бабка – это нечто.
– Вы, Зоя Валерьяновна, женщина недюжинного ума, сил и способностей, – начал он мягко, как кот Баюн, растекаться мыслию по древу, – у вас столько талантов! Верите ли, ни у одного моего подданного и трети не наберется того, чем вы, милая Зоя Валерьяновна, владеете вот так, от природы. Признаться, я не ожидал, что вы со своими преимущественно темными способностями окажетесь в столь компрометирующей компании, но будем считать это досадным недоразумением, и поэтому я решил попросить вас…
– Маму свою попроси тебя не рожать, и сам ты досадное недоразумение, – прошипела эльфийка, слабой рукой хватаясь за столик, чтобы встать.
– Зоя Валерьянна, не слушай ты его! – зашипел из-под дивана привратник.
– Ну никакого воспитания, – вдохнул Темный Лорд и легким движением руки погрузил всех, кроме Зои Валерьяновны, в сон.
– Так вот… На чем мы там? Ага! Хочу вам предложить поступить ко мне на службу! Вот награда.
Темный Лорд неизвестно откуда взявшейся ручкой написал на салфетке несколько строчек. Потом подумал и пририсовал еще пару ноликов.
Зоя Валерьяновна, заглянув в листок, едва не лишилась чувств. Перед глазами тут же запрыгали вещи из «Магазина на диване», которые ей очень бы хотелось иметь, но ни них никогда не хватало. Пиритовые ожерелья, колечки с блестящими фианитами, чудо-гриль, к которому ничего не прилипает, модная банка для чайного гриба… Потом, как в ускоренной перемотке, засверкали воды Большого Сочи и даже далекого турецкого края, пальмы и белый песок, благообразные старички в модных шляпах и пляжных шортах, которые будут угощать Зою Валерьяновну домашним вином в домике на побережье…
– Это ваша стартовая зарплата. Соцпакет, оформление по ТК, отпуск и больничные, декретные опять же – у меня много старичков, которые ради вас, Зоя Валерьяновна, пойдут на все, – прищурился Темный Лорд. Мысли Зои Валерьяновны для него не были тайной.
– Ох! – обалдела еще сильнее смущенная старушка, заливаясь румянцем.
Она вся была там, в новом мире с новой зарплатой, под пальмой рядом с обаятельным старичком, который почему-то в ее фантазиях приобретал общие черты с Жераром Депардье. Ах, что же это будет за жизнь! И внукам на машины-квартиры, и на сладкую старость… Так. Стоп. Внуки-то там, а она-то – здесь. Но можно же будет их и сюда забрать, и…
Крепенькое, качественное заклинание убеждения от Темного Лорда срабатывало на ура. Но даже оно, это чудесное заклинание, не могло побороть природную подозрительность Зои Валерьяновны.
Когда массово активизировались всяческие смсные мошенники, Зоя Валерьяновна не потратила на них ни грамма своих нервов. Когда ей звонили по телефону с шикарными предложениями и спамом, она вынимала из людей душу и складывала их в сервант под цветастую салфеточку. Слесарь, проверяя стояки, молился кому попало перед дверью Зои Валерьяновны.
Вот и сейчас, продравшись через мечты и фантазии о богатстве, знаменитая склочность и подозрительность старушки активизировались вдвойне. Крепенькое, качественное заклинание убеждения от Темного Лорда соскользнуло с нее в один момент.
Она как-то разом протрезвела. Пальмы, Депардье и банка для чайного гриба исчезли, будто бы их и не было никогда. Химера, дымка, ложь. Старушка внимательно присмотрелась к Темному Лорду и выдала:
– Кастрюли у тебя не куплю. Ножи тож не куплю. И пылесос не куплю!
– Какой пылесос? – озадачился Темный Лорд.
– «Херби», конечно!
– Не понял… Какой «Херби»?
– Который зеленку с полу отмывает! Чай, сам не знаешь, чаво продаешь?
– Я ничего не продаю, – растерялся Темный Лорд. Старуха проняла даже его.
– Брешешь! Как есть – брешешь! Они вон тоже в пинжачке, в галстучке, чистоплюи, тьху!
– Кто?
– Дед Пихто! Издеваешься над старой, чтоль?!
Темный Лорд сверкнул покрасневшими глазами. Черные ногти заметно удлинились, но он улыбнулся еще очаровательнее, отпил красного вина из хрустального бокала и доверительно подался вперед, сказав такое, от чего у Зои Валерьяновны задергался глаз.
– Да, Зоя Валерьяновна, вы и правда нечто. Давайте так. Вы идете со мной добровольно, подписываете вот эту бумагу, а за это я не убиваю ваших друзей в страшных муках. И начну, пожалуй, со своего старого товарища Януша. А для начала – вот!
Темный Лорд взмахнул рукой, что-то шепнул сквозь зубы. От спящего под заклинанием привратника волной поднялись голубоватые сверкающие искры и растворились в воздухе. Его лицо потускнело, поблекло, под глазами обозначились темные круги.
– Ты чегой это с ним сделал? Что сделал-то, а? – испуганно прошептала Зоя Валерьяновна.
– Просто забрал свое. Нашел против кого идти! Пусть теперь трижды подумает, раз уж стал смертным.
– А ну, на место верни!
– Нет.
Зоя Валерьяновна осеклась. Во рту у Темного Лорда мелькнули острые клыки и длинный красный язык. Точь-в-точь как на заставке компьютера у внучка! Да и на ее телефоне тоже такая чудища была – телефон-то от внучка достался!
– Думайте, Зоя Валерьяновна, – успокоившись, сказал Темный Лорд, – у вас есть пять минут. А пока вот, ознакомьтесь.
От подтолкнул к Зое Валерьяновне листок с договором.
Она, все еще находясь под впечатлением, взяла его в руки и пробежала глазами по красноватым светящимся рунам. Пока она читала, ее жуткая аура растеклась по всей ресторации, а потом сгустилась над головой Темного Лорда. Зоя Валерьяновна дочитала, сложила листочек напополам и положила в кармашек своего сверкающего плащика. А потом встала.
– А «Раковых шеек» тебе ведро не нажевать? Ты тока скажи, я завсегда готовая, – злым свистящим шепотом спросила она. Ее желтые зрачки заняли почти всю радужку.
– Так значит, это отказ? Твоих друзей я убиваю? – спросил Темный Лорд, лениво глядя на мрак магии старушки, сконцентрировавшийся над его головой.
– Я те щас поубиваю, душегуб поганый! Фашист недобитый! Сальмонеллоз тряхучий!
Жуткий сгусток магии Зои Валерьяновны оформился в черное сверкающее копье, которое, размахнувшись в воздухе, направилось в грудь Темного Лорда.
– Получай, сволота патлатая! – выдохнула Зоя Валерьяновна. Она была готова к удару на все сто.
***
Магическое копье, дрожа от нетерпения, мягко вошло в грудь Темного Лорда, пронзив его насквозь. Он закатил глаза и рухнул на стол. Посыпались тарелки, ложки-вилки, чашки и розеточки с вареньем. Медленно потянулись в абсолютной тишине минуты. А потом, подняв руки вверх, Темный Лорд трагически заговорил.
– Ах, как ужасна смерть моя! Ах, как страшны чертоги ея! Как жестоки взгляды той, что отняла мою жизнь! Как горьки слезы той, кто меня любил! О, моя Мельпомена! О, моя Психея! Не пей вина, Гертруда, там – яд! А, кхм… Это не оттуда, пардоньте… Так вот, об чем это я? Темнеет в глазах моих, руки мои холодны как глупые орочьи мозги, сердце мое не бьется… Я покидаю, покидаю вас…
С этими словами Темный Лорд положил голову на стол. Его руки безвольно повисли вдоль тела.
– Вот так нормально? Натуралистично? – приоткрыв один глаз, спросил он у Зои Валерьяновны, которая на все это только хлопала желтыми удивленными глазами.
– Да ниче, – протянула Зоя Валерьяновна, – как наш сосед Федька-артист. Он раньше у театре играл, какого-то там Эхринида или Фульминокла, че-то нерусское такое. Как налакается водочки, тож выступает, стихи рассказывает, а потом сядет вот так и как заплачет, ажно из глазьев брызжет. Ух что мы, бабы, к слезам привычныя, а и нас тут пронимало. Хороший был мужик, жалко, помер давеча.Ну да ниче, все там будем.
– Это вы, Зоя Валерьяновна, угрожаете? – холодно спросил Темный Лорд, выпрямляясь на стуле, закидывая ногу на ногу и оставляя свои ужимки. Копье Зои Валерьяновны не нанесло ему никакого урона, более того, оно впиталось в него послушно, как часть его собственной силы.
– Чего это угрожаю? Все вы, мужики, рано иль поздно от водки помрети, – меланхолично сказала она, пожав плечами. – Вот как муж мой…
Но Темному Лорду не хотелось слушать воспоминания полоумной старухи, пусть она даже и имба. Ему хотелось забрать бабку с собой, чтобы весь игровой мир наконец подчинился ему одному. И тогда…
Насильно оборвав свои мечтания, Темный Лорд со вздохом поднялся.
– Подписывай бумагу и пошли со мной, – устало сказал он. С него в один момент слетело вот это напускное, наглое, театральное. Перед Зоей Валерьяновной стоял уставший мужик с черными когтями, с синяками под глазами, с бледной кожей и глубокими морщинами у глаз.
– Не пойду, – упрямо сказала Зоя Валерьяновна, – и не подпишу. Я с фашистами дел не имею!
– Подписывай, говорю, – повторил он, открывая жуткий рот с кучей треугольных зубов и высовывая длинный красный язык.
– Ой, мамочки, – пискнула было Зоя Валерьяновна, а потом вспомнила, что совсем недавно сама была черной, чешуйчатой, с жуткими когтями, рогами и хвостом. А раз так, то Темный Лорд ей почти что родственник. Осознав это, Зоя Валерьяновна как-то разом упокоилась, расслабилась. Ну и что, что у него рот некрасивый. В ее окружении ровесников и пострашнее бывало, а уж чихнуть и чтоб челюсть вставная вылетела – это, почитай, каждый день такая оказия приключалась. Может, он болеет чем, может, у него пульпит или этот, как его… колгейт. Тоже зараза страшная.
– Поди в детстве качели на морозе много лизал? – сочувственно спросила Зоя Валерьяновна, всматриваясь Темному Лорду в рот, отчего тот поперхнулся. Все же Темный Лорд ожидал несколько другой реакции.
– Зоя Валерьяновна, я не шучу. Если ты не подпишешь бумагу, которую я дал тебе, то я уничтожу всех. Смотри.
С этими словами он взмахнул рукой, поднимая в воздух спящего лича. Потом прищелкнул пальцами, и корона на его черепушке вспыхнула темным пламенем. А вслед за короной задымились его одежды. Послышался запах паленой кости.
– А ну перестань, супостат! Маньяк душегубный! Майора Петренко на тебя нету, уж он бы… – насупилась Зоя Валерьяновна. Хоть лич ей не был по нраву, ничего плохого она ему не желала. Ну, до известных пределов.
– Майор Петренко? Такой разновидности нечисти не знаю, – ответил Темный Лорд, продолжая подпаливать спящего лича.
– Это ты – нечисть. А еще …, … и …! И Славика отпусти, а то я тебе … в … , – сказала слабым нежным голоском эльфийка, сбрасывая с себя темные чары. Она была все-таки Светлой Княгиней, пусть и ослабленной, а не только девочкой-припевочкой с хорошенькой мордашкой, поэтому темная магия на нее действовала иначе.
Темный Лорд офигел от услышанного так, что невольно прервал заклинание. Где-то на заднем фоне глупо хихикнул черт, который и привел сюда всю честную компанию. Спящий лич хлопнулся на пол, сладко причмокнув во сне.
– Ну ты, блин, даешь, – обалдело протянул Темный Лорд, почти с обожанием разглядывая свою бывшую любовницу, – дорогая, теперь в тебе есть перчинка, которой мне всегда не хватало. Если ты позлословишь своим чудным голоском еще немного, я, пожалуй, пощажу этого костлявого.
– (Непереводимая игра матерных слов), – это эльфийка не заставила себя упрашивать дважды. Потом встала, покачнулась от слабости, по стеночке дошла до стола Темного Лорда и уселась прямо напротив него. Посмотрела своими сияющими бризовыми глазами прямо в его черные глумливые глаза, плеснула себе вина, залпом выпила. Повторила. Еще раз повторила. Подперла голову рукою и проникновенно сказала:
– Ты сам знаешь, что ты – козел. Но добавлю кое-что такое, о чем ты тоже знаешь, но боишься признавать. Ты – слабый, закомплексованный и несчастный мужик, который самоутверждается за чужой счет. Шутки у тебя тупые, и смеются над ними только потому, что ты начальник. Еще у тебя на затылке, вот там, лысина, которую ты прячешь расчесочкой. Еще ты злопамятный, как старая бабка. Вас, Зоя Валерьяновна, я в виду не имею. Еще у тебя, мой дорогой, в замке все зеркала увеличивающие, и уж я знаю почему. Природа в некоторых местах обидела, вот ты и ведешь себя как чмо. Сейчас ты спалишь спящих Януша и Славика, меня и Зою Валерьяновну заберешь к себе в замок и будешь глумиться над нами обеими. А знаешь почему? Потому что ты боишься нас и хочешь расправиться с нами, пока мы слабы. Так поступают только трусы. Вот тебе и правда. Ну, твое здоровье!
Закончив, Галаэнхриель залпом допила бутылку. Потом, недолго думая, хряпнула ею о край стола и получившуюся «розочку» направила на бледного, трясущегося от ярости Темного Лорда.
– Нападай, чмошник. Я дешево не дамся!
Зоя Валерьяновна, слушавшая эльфийку, как слово пастыря на канале «Культура», повторила за ней, разбив бутылку. Правда, немного замешкалась – жалко было вино, но что уж поделать.
– И я не дамся! Давай, девка! Врагу не сдается наш гордый «Варяг»!
– Пощады никто не желает! – подпела ей эльфийка. Эта песенка была почти что боевым гимном их маленького отряда.
– Готовьтеся к бою! – продолжила Зоя Валерьяновна и встала в боевую стойку плечом к плечу с эльфийкой.
Темный Лорд посмотрел на двух полоумных баб. На острых гранях их «розочек» рубиново сверкали остатки вина, отражались огоньками от блестящего эльфийского плаща Зои Валерьяновны. Взгляды обеих дам были полны решимости и священного гнева. Напряженные, серьезные, особенно бабка в эльфской боевой стойке… Не сдержавшись, Темный Лорд заржал, согнувшись пополам.
– Светлая, ты нечто, – отдышавшись, все еще держась на живот, сказал он, – ты права, я страшно вас боюсь. Поэтому жду тебя и твою компанию в своем замке, на финальной битве. А пока живите, так уж и быть. Ужин за мой счет.
С этими словами Темный Лорд поклонился, прищелкнул пальцами и с легким смешком исчез.
Глава 17. Северное сияние
– Козлина, – мрачно сказала эльфийка. Посмотрела на «розочку» в своей руке и аккуратно положила ее своими маленькими тоненькими пальчиками на пол. Потом тяжело вздохнула и снова накинула на плечи некроплащик. Без него эльфийке уже было как-то неуютно. Привыкла уже, смирилась.
Зоя Валерьяновна тоже положила свое грозное оружие рядом. Ей было даже немного неловко за разбитую бутылку вина.
Застонал лич, потирая немного подкопченную черепушку. Януш, держась за голову, тоже встал, пошатываясь от слабости. Эльфийка тут же кинулась к нему – утешать и успокаивать.
– Я теперь смертный! Смертный! – уже начал он наводить панику, но Галаэнхриель, снова тяжело вздохнув, опять сняла плащик, оставшись в легком тонком платьице, и завороженный привратник примолк. Вид красивой женской груди для мужчины – это почти как экстракт корня валерианы для успокоения нервов. Мягкое седативное без негативных последствий. Вызывает легкое привыкание. Не рекомендуется детям до 14 лет и старикам после 95.
От Галаэнхриель растеклась мягкая светлая волна магии и впиталась под кожу привратника, убирая выражение скорби на его мятом лице. Уставшая, отдавшая последние свои силы, эльфийка осела на пол.
– У тебя теперь есть три жизни. На большее я не способна, милый мой Януш. Береги их, – сказала она, прикрывая от слабости глаза. Привратник же ласково взял ее за слабую руку, благодарно что-то шепнул светлой на ушко.
Всхлипнула Зоя Валерьяновна, до соплей растроганная этой сценой. Она порой любила посмотреть бразильские сериалы на «Домашнем», при этом не вникая в суть сюжета. Главное, что там в каждой серии кто-то кому-то разбивал сердце, непредсказуемо беременел или хотя бы целовался под луною.
– Януш… Там, на столе, кувшин с амброзией… Принеси, друг любезный, не дай мне погибнуть во цвете лет, – прошелестела эльфийка.
– Так давайте за стол тогда уж, раз все накрыто, – сказал вдруг лич. Он заприметил на столе, который накрыл для них Темный Лорд, маринованные грибочки очень знакомого вида.
Зоя Валерьяновна тоже была не прочь перекусить. Особенно таких изысков отечественной кухни, как оливье и котлета из минтая.
– Все в порядке. Не отравлено, магии нет, – сказала окрепшая после первого глотка амброзии эльфийка.
Все в скорбном молчании и самом дурном настроении уселись за стол роскошной ресторации.
Януш хмуро жевал журек и пляцки и поглядывал на грибы лича – ему тоже хотелось расслабиться, но рисковать он не хотел. Три жизни вместо бессмертия – это уже не шуточки.
Эльфийка маленькими глоточками цедила драгоценную амброзию. Зоя Валерьяновна по привычке растирала минтаевую котлету в кашу. Настроение у нее тоже было скверное.
– Ну, и что делать будем? – спросил лич, развалившись в кресле. Он уже заметно расслабился и теперь, поплевывая на край своего савана, меланхолично оттирал с черепушки копоть.
– А что мы можем сделать? Я вам не помощник, у меня вечного бессмертия нету, – ответил привратник, макая пляцки в сметану, – я Темному Лорду не соперник.
Галаэнхриель тихонько всхлипнула.
Зоя Валерьяновна ободряюще постучала эльфийку по спине.
– Ничё, девка, ничё… Мужики – они, ить, все такие…
На нее недобро посмотрели привратник и лич, и Зоя Валерьяновна не стала продолжать мысль. Она тоже была подавлена неудачей.
Тарелки пустели. Первую бутылку вина в полном молчании открыл Януш. Вторую, третью и пятую – эльфийка.