В рейд пошла одна старушка
- -
- 100%
- +
На шестой загорелись споры.
– Давайте похитим и уничтожим его эгрегор тьмы, а эгрегор света вернем эльфийке.
– Похищай, давай, – хмуро ответил привратник, визуализируя дворец Темного Лорда. Лич охнул, а Зою Валерьяновну затошнило. Хотя это могла быть десятая котлета – оголодавшая без привычной кухни старушка разошлась не на шутку.
Дворец Темного Лорда стоял на холме. Вокруг холма – ров с клыкастой пакостью в водичке, по небу летает хрен знает кто, но тоже все стремные. Вокруг холма – лагеря с орками, а сам дворец – без окон и без дверей.
– Тогда давайте подкинем ему бомбу!
– Ты еще дрожжи посоветуй в унитаз подсыпать, идиёт!
– Значит, давайте подчиним себе всех орков и будем у них предводителями!
– Хватит грибы жрать и чушь нести!
– А давайте выманим его и отрубим ему голову? А потом скормим останки адским псам.
Все изумленно воззарились на эльфийку, которая скромно кромсала десертным ножичком вишенку.
– А что? Зато наверняка, – пожала она плечиком и снова уткнулась в тарелку.
Снова повисла угрюмая тишина. Никто не знал, что делать дальше. Враг оказался им не по зубам. Темный Лорд был силен и очень, очень опасен.
В полной тишине в темноте угла виновато мявкнул Ссаныч.
– Я те щас помявкаю, – завелась Зоя Валерьяновна, вспомнив, как ее питомец сидел на коленях у Темного Лорда и жрал вырезку, – пшел, предатель! Продался за харчи! Я разве тебя так воспитывала?
Ссаныч снова мявкнул, еще виноватее. А потом, ловко извернувшись в воздухе, поймал в острые клыки что-то черное, маленькое и мохнатое. Это черное, маленькое и мохнатое ругалось матом и пищало. Капнула на пол кислотная слюна из пасти Ссаныча, и черное и мохнатое, в котором Зоя Валерьяновна опознала черта, который их сюда привел, тоскливо завыло.
– Держи лазутчика! – заорала пьяненькая старушка, переворачивая на себя остатки картофельного пюре. – Лови гада!
Спустя пару минут связанный магией черт, который и привел к Темному Лорду всю компань, каялся в своих грехах, попутно закладывая своего работодателя, т. е., Темного Лорда. Прощенный Ссаныч капал на черта слюной и выполнял роль злого следователя.
Спустя пятнадцать минут лица всей компании прояснились. С собранной информацией уже можно было предпринимать первые шаги.
– А с этим что делать? – ткнул лич в черта, который совсем впал в ничтожество и теперь тихонько скулил.
– Ссанычу скормить, – предложила добрая Зоя Валерьяновна.
– Все жизни важны, – укоризненно сказала эльфийка, собираясь защищать рогатого.
– А кто предлагал Темному Лорду голову отпилить?
– Это другое, – застеснялась эльфийка, но пояснять ничего не стала.
– Вдруг он нам наврал? Пойдет с нами! – решил привратник, и никто не стал с ним спорить. Спорить не стали отчасти и потому, что на поляне, накрытой Темным Лордом, еще оставались вино и закуска, а расслабиться после такого дня было просто необходимо.
– Мы подумаем обо всем завтра, – решили все и впервые коллективно напились.
***
– Растите, цветочки!
Лей, дождик,
Летай, стрекоза, – голосила эльфийка. Вся ресторация заросла лианами, виноградными лозами, крапивой, репьем и еще бог знает чем. У пьяной светлой перло вдохновение, и от этого вдохновения перло все вокруг.
– Танцуйте, добрые феи,
Цветите, нежные лепестки,
– продолжала она, хотя фей не было, а лепестки были преимущество желтые, от огуречной рассады.
– Колосись, хмель!
Расти, солод!
Януш, налей даме!
Януш послушно наливал, иногда не совсем попадая в стакан. Светлой пришла в голову замечательная идея мешать винишко с амброзией, и теперь ее светлый дар выплескивался наружу совершенно неконтролируемо. Например, на шапо привратника пророс овес, а на плащике лича поперла грибница. То-то радости у костлявого было!
Зоя Валерьяновна набивала свежие огурцы в банку, которую нашла невесть где. Огурцы засовывались как попало, отчасти еще и потому, что у старушки двоилось в глазах. Чертовы огурцы никак не хотели поддаваться.
– Галочка, укропу! Чесноку! – командовала пьяная в дымину Зоя Валерьяновна такой же пьяной эльфийке. – Я щас научу вас… кузькину мать… Бабка моя огурцы солила! Мать моя солила! Я солила! Дочери мои солили! Теперича и тебя, девка, научу… Ап, дяржи! Дяржи!
Вредный огурец коварно выпал из нетрезвой руки и укатился под стол.
– Ишь, говна какая! А ну..
Насупившаяся Зоя Валерьяновна полезла за огурцом под стол. Хряпнула банка, но старушка этого уже не слышала. Под столом было темно, и она подумала, что пора бы и поспать.
А за столом, подперев руками все еще местами подкопченую черепушку, плакался в мужскую жилетку привратника лич.
– Да и там… И здесь… везде! Я ж, ну, это.. Вообще! – жаловался лич, раскрывая душу привратнику.
– Ну она ее… Ну, та… А потом вообще, и я так вот… да… И вот – курва! – отвечал привратник, раскрывая личу душу.
Суровый мужской разговор завершился, когда эльфийка, намешав вино с амброзией, подняла кружку с тостом. Она сначала просклоняла Темного Лорда и его суккубку, стараясь не слишком злословить. Потом всплакнула, но быстро закончила, так как плакать было душевнее всего с Зоей Валерьяновной, а та сладко спала под столом, держа в руке предательский огурец. А потом эльфийка, глядя подозрительно сверкающими глазами на Януша, закончила:
– Ну, за настоящих мужиков! За свет любви в их очах! За истинно мужскую силу в их руках! За разум их, ничем не замутненный! За тебя, Януш, друг мой любезный!
Опрокинула в себя поллитру, зажмурилась и поцеловала привратника прямо в губы.
Развязно свистнул плененный черт и тут же получил по лбу огромным, выращенным эльфийкой кабачком. Это лич, прослезившись от сентиментальных чувств, постоял за друга.
– Пойдем же, друг мой любезный, в постель пуховую, будем любить друг друга пока смерть не разлучит нас, – шептала она красному Янушу на ушко. Потом выпила еще для храбрости и вырубилась.
Вино с амброзией – не тот напиток, который можно пить безнаказанно. Это как водка, смешанная с шампанским, в миру носящая красивое название «Северное сияние». Светлой бы понравилось – ей нравилось красивое.
Януш, едва соображая, погрузил дам наверх, в комнаты при ресторации. Светлая эльфийка, уютно устроившись на его руках, хихикала сквозь сон и придумывала то ли имена будущим детям, то ли изящно ругалась на Темного Лорда. Оказавшись же в постели, отрубилась окончательно. Зоя Валерьяновна, извлеченная из-под стола, тоже мало что соображала.
Януш, покачиваясь, посмотрел, как эльфийка во сне нежно обнимает Зою Валерьяновну, а та ласково, по-матерински гладит ее по спине огурцом. Хихикнул и отправился снова вниз – допивать. С личом-то они так и не договорили.
Ссаныч, как верный друг и товарищ, сидел рядышком с мужиками и бдил за чертом, который внимательно слушал все, о чем говорили лич и привратник. Но и он скоро устал. Из сплошных пьяных междометий нельзя было понять вообще ничего.
А утром… М-м-м… Утро добрым не бывает. Эта фразу знают все, кто хоть раз мешал амброзию с вином, водку с шампанским и пиво с коньяком.
***
– А потом ты его поцеловала! И предложила пройти в номера! – радостно орал черт, сопровождая свои слова всяческими развратными жестами.
Красная как рак эльфийка сидела за тем же самым столом, сервированным для завтрака. Януш, тоже красный, кинул на светлую нескромный взгляд. Зоя Валерьяновна молча пила квас. Голова у нее болела нещадно.
– А ты, старая, солила огурцы, а потом залезла под стол и заснула, – не менее радостно заявил черт.
– И чо? – недобро прищурилась на него старушка. Ее желтые, как у фурии, глаза, провернулись в орбитах.
– Ничего, – прошептал черт, положив ручки на коленочки.
– А мы что делали? – спросил Януш.
Черт скривился. Тут ему сказать было нечего, потому что до самого утра Януш и Славик находили точки соприкосновения. Мужчины добились того глубинного понимания, которого добиваются только очень близкие друзья, родственные души. Они могли теперь общаться жестами и изредка предлогами, прекрасно понимая друг друга.
– Я прошу прощения, – прошелестела эльфийка, – Януш, друг мой любезный, прости меня. Я была пьяна, пьяна! Я так раскаиваюсь! Так печалюсь! Ни капли больше не выпью, милый друг мой Януш!
– Кодироваться будем? – глумливо спросил черт и тут же принялся отплевываться огурцом, который ловко поместила ему в рот злая Зоя Валерьяновна.
– Еще чаво скажешь, чудоище рогатое? – с угрозой спросила она, и черт замолчал добровольно. Старуху он опасался, а почему, сам понять не мог.
– Так. Давайте забудем все, что было вчера. День был сложный, нервы у всех не железные. Поэтому сегодня мы отдыхаем без распития, продумываем стратегию и железно ей следуем.
Все молча согласились, пытаясь запихнуть в себя завтрак.
– А это нормально, что эльфа от амброзии тошнит? – шепотом спросила светлая, придвигая поближе яичницу с беконом.
– Ненормально, – вдохнул Януш, – но мы тут все немного не в себе.
Черт хотел было хихикнуть, но, покосившись на магические нити, которые привязывали его к привратнику и не позволяли отойти ни на метр, случайно заглянул в глаза Зое Валерьяновне и передумал.
Глава последняя
– С вас триста тысяч дукатов и двести тридцать талеров плюс десять процентов за обслуживание.
– Охох! – выдала Зоя Валерьяновна, хватаясь за сердце. Сумма звучала очень внушительно.
Явно обнаглевший управленец ресторации приписал к счету сумму, в два раза превышающую реальный чек. И все, кроме Зои Валерьяновны, это понимали.
– А зубов выбитых за обслуживание не хочешь? – угрюмо спросил привратник, допивая остывший кофеек, – да и вообще – у нас все оплачено.
Управляющий нехорошо осклабился.
– Так-с… Господин Темный Лорд действительно оплатил часть вашего заказа. Посмотрим… Ага! Оплачено: четыре горбушки сухого черного хлеба, четыре порции столового хрена и литр уксуса. Остальное, сказал, оплатят гости. Извольте видеть-с.
– Вот говнюк, – угрюмо сказала Зоя Валерьяновна.
– Да-а, нашли кому верить, – согласно кивнул лич.
– Это так унизительно, – прошептала эльфийка, роняя в тарелку хрустальные свои слезы.
– Мы платить не будем. Все расходы запишите на Темного Лорда, – уверенно сказал привратник, вставая из-за стола.
– Вынужден вас огорчить. Нету-с у нас такой возможности: отпускать тех, кто не оплатил.
И управляющий, лениво скинув с себя личину благонадежного холуя, оказался трехсотлетним высшим вампиром со всей полагающейся атрибутикой: бледная морда, клыки, алые губы… Погас свет, да еще кто-то плотно задернул шторы. За спиной у упыря как-то вдруг оказалось еще вампиров двадцать: крепеньких, раскормленных.
– Эльфиечка идет со мной. Лича на рудники на три года, толку от него, костлявого. Мужика и старуху забирайте. Кота приказано не трогать. Или же все-таки оплатите по счету? – глумливо спросил он.
Привратник обреченно закрыл глаза. Пара десятков вампиров да один высший – это не старая мавка. Не-е-ет. Тут и рыпнуться нельзя – сожрут до костей.
– А че это, никто не знает, как в этой богадельне народ дурят? – вдруг громко спросила Зоя Валерьяновна. – Жулик на жулике сидит! Вот всем расскажу, что вы тута тараканов развели с мышами и с людей деньги за воду из крана бярети.
Глазки у высшего вампира зажглись интересом.
– И кровь у людей пьети, и денежки сдираете. Развели тут бандитский малинник, тьфу!
– Мы честные рестораторы. Ознакомьтесь со счетом, госпожа, – сказал ей на это высший, беря себя в руки – вредной бабке очень хотелось надавать по седой голове.
Зоя Валерьяновна польщенно хмыкнула на «госпожу». Ей было приятно. Однако она с самым упрямым видом уставилась в чек.
– Порча зала – сто тыщ… Ну это мы еще поспорим… порча мебели – семьдесят тыщ… Эта ваша мебля из опилок, она и семи тыщ не стоит. Оливье с холодцом – тридцать тыщ! Ох, жулики! Дисидентры! Спекулярты проклятущие! Буржуины! Где это вы такие цены на оливье видали?!
– Горошек контрафактный, – ответил один из вампиров в красном колпаке, видимо, повар.
– Дожили! – заголосила Зоя Валерьяновна. – До-жи-ли! Горох! Горох за тыщщи! Цены растут, а пенсии не растут! Как жить?! Нет, ты мне скажи, неук, как жить-то?
Зоя Валерьяновна, потрясенная до глубины души новым ценообразованием, вцепилась в ворот повара.
– Старушка! За семьдесят уже давно перевалило! Ложечку оливье съела! Одну чайную! А ее за это по миру пуска-а-ают!
– Там пять порций по триста граммов, – брякнул было в свое оправдание вампир.
– Неча куском баушку попрекать! Баушка, может, три дня не ела, – мгновенно сориентировалась нимало не смущенная Зоя Валерьяновна, всхлипывая и страдая от такой жизненной несправедливости.
– Вычеркни оливье, – добродушно сказал высший вампир, усаживаясь за стол. Занятная старушка начала его забавлять. Торговаться с вампирами – это совсем надо мозгов не иметь.
– Котлеты из минтая – десять тысяч… Ох! Обманули баушку! Не было там минтая! Я энту рыбу завсегда на вкус узнаю, раз как-то муж-алкаш с работы тридцать килограммов заместо зарплаты принес, идиёт…
– Это правда? – спросил высший, и повар вжал голову в плечи. С минтаем и впрямь вышли накладки, поэтому пришлось заменить ее на банальную треску.
– Вычеркивай.
Счет оскудел на сорок тысяч, а старушка даже еще не вошла во вкус. Следующие полчаса прошли в жарких спорах – такие споры обычно бывают где-нибудь в закоулках Стамбула, где турки, улыбаясь сахарными зубами, продают плешивые ковры, китайские кальяны и магнитики на холодильник. Тоже, конечно, китайские.
Зоя Валерьяновна за каждый рубь стояла насмерть.
– А там вона на чашечке щербинка…
– Вина мы так много выпить не могли, мы жа не верблюды какие, чтобы так хлобыстать…
– А суп без навару…
– А где, позвольте поинтересоваться, оплаченные Темным Лордом корочки хлеба, уксус и столовый хрен? – присоединилась эльфийка. – Вы обманули нас? Не вынесли угощение к столу?
Высший хмыкнул. И правда – не вынесли.
– Вы понимаете, что поставили меня в страшное положение? Ведь если бы я увидела это угощение, я бы поняла насмешку и сразу же покинула ваше прекрасное заведение.
– О! Моральная компансация! – вспомнила Зоя Валерьяновна. – Тысчонок десять надо бы скинуть.
Высший снова кивнул.
– А че это значит – зал вам испортили? У нас вообще-то за такое такие деньжища платят! – сказала Зоя Валерьяновна, срывая со стены благоухающий листочек выращенных пьяной эльфийкой лиан.
– Красота неописуемая. А кабачки! А огурчики! Это ж сколько сэкономить можно! А цвяты живые! Это у нас называется «флористика»! Галочка, твои цвяточки поливать-удобрять надо?
– Нет. Они вечные, магией моей светлой напитанные.
– Ну, счас посчитаем! Ну, пусть один огурец…. Сколько тут у вас огурцы стоят?
– Два дуката обычные. Двадцатка – магические, – подсказал лич. Откуда он знал рыночные цены, история умалчивает.
– Огурцы, да кабачки, да вона там чесночок…
Вампиры покривились.
– Хорошо, чесночок с собой забираем. Укропчик, еще пятрушечка… Ежели подсчитать, да за опт скинуть, да еще за постоянные поставки, это ж как мы удачно к вам зашли-то!
Зоя Валерьяновна очень любила городскую ярмарку близ своего дома. Там, на ярмарке, усатые и бородатые продавцы, гордые предки которых покоряли горы и степи, при виде Зои Валерьяновны немножко бледнели и прятались в подсобки. Если подсобок не было, спешно уходили на перекур. Вредная старуха могла вынуть душу, наплевать на нее и засунуть обратно всего лишь из-за небольшой вмятинки на яблоке. И не приведи Господь сунуть в пакет плесневелый абрикос или брызнувший соком помидор… Зоя Валерьяновна нехорошо прищуривалась, вынимала порченый продукт и принималась за окучивание чужих мозгов. Опыта в этом ей было не занимать. После, довольная, с порозовевшими щечками, Зоя Валерьяновна спешила домой, кряхтя от тяжелых авосек с «моральной компансацией». За один гнилой помидор старушка вытряхивала из несчастного торговца как бы не целый килограмм.
..Долго ли, коротко ли, а в конце концов высший вампир, обалдело тряся головой, выложил на стол пару мешочков с монетами. Остальные вампиры с благоговением обступили «центр кооперации».
– Тута десятки не хватает, – с ледяным спокойствием сказала Зоя Валерьяновна, тщательно пересчитав монеты. – На-кось вот сорокушку, а мне давай полтишок. Ну, чаво застыл?
Старушка терпеливо смотрела на высшего вампира, который копался в карманах в поисках «полтишка».
– Нету? Ну ладно, так уж и быть, потом вернешь, раз нету. На-ка вот тебе, подарочек…
Покряхтев, Зоя Валерьяновна достала свою авоську, ловко убрала в нее мешочки с монетами от вампира и начала копаться в содержимом. Высший, обалдев, наблюдал, как из сумки странной бабки один за другим появляются редчайшие артефакты, дорогущие зелья, а на дне авоськи поблескивает золотишко. Тысяч пятьсот, не меньше.
Зоя Валерьяновна, запыхавшись, извлекла из сумки «подарочек». Слегка поломанная и раскрошившаяся сушка и пара мятных конфеток в липкой обертке легли на стол рядом с горстью монет. Высший потрогал карамельки пальцем и внезапно расхохотался.
– Зоя Валерьяновна, вы – нечто, – отсмеявшись, серьезно сказал он и взял старушкину ладошку в свою когтистую руку, прикоснулся к кисти поцелуем. – И я вас за это даже отпущу. В обмен на одну маленькую услугу.
– Это какую?
– Примите Дар Вечной Жизни и станьте моим советником!
Зоя Валерьяновна открыла рот. Охнула эльфийка. Хрупнул коленной чашечкой лич. Рядом, держась руками за живот, всхлипывая, тихо ржал привратник. Только он представлял Зою Валерьяновну, которая в вампирском облике давала советы по маринованию чеснока или закваски капусты высшему, как его пробивала очередная волна истерического смеха. Чокнутая бабка – советница вампира! С ума сойти можно!
***
– Это че это? Это я тогда не помру?
– Не помрете.
– И зарплату буду получать? Большу-у-ю?
– Большую, да.
– И болячек не будет.
– Неа, не будет. Даже моложе станете, красивее.
Высший вампир смотрел на Зою Валерьяновну очень внимательно. Так внимательно, что эльфийка, знающая повадки темных не понаслышке, напряглась. И точно!
– Я согласная! – радостно заявила Зоя Валерьяновна и рванула ворот своего сверкающего наряда. – Кусай давай, не тяни!
Высший вампир поперхнулся – такой экспрессии он не ожидал. Нет, он добавил, конечно, гипнотического воздействия, но самую капельку.
– Зоя Валерьянна! Он вас гипнотизирует! Не верьте ему! Ни в коем случае! – закричал лич и тут же слеветировал под потолок, спасаясь от вампирского раздосадованного клацанья зубов.
Но привратник и эльфийка стояли угрюмые и ничего не говорили.
– Эй, ребята! Вы чего?
– Ничего, – буркнул привратник. Он знал, что на эльфийку и бабку не действует гипноз. Действие Вина Истины еще не кончилось. Поэтому стать вампиршей – исключительно ее, Зои Валерьяновны, решение.
– Зоя Валерьяновна! А Никитушка? А холодец недоваренный? – предприняла попытку эльфийка.
– А че им сделается-то? Обождут баушку, никуда не денутся, – беззаботно отвечала Зоя Валерьяновна, томясь от желания поскорее стать вампиршей.
– Там кровь надо пить, – предпринял последнюю попытку привратник, – человеческую!
– Ой, мало чтоль я ее пила по базарам да поликлиникам! – беспечно махнула рукой Зоя Валерьяновна. И это было совершенной правдой. Немало кровушки, ох, немало попила Зоя Валерьяновна из народа.
– Узнаю родственную душу, – умилился Высший вампир. Потом подцепил Зою Валерьяновну под локоток и …исчез в туманной черной дымке. Вслед за ним исчезли и остальные вампиры. В ресторанном зале остались парящий у потолка лич, растерянная эльфийка, ругающийся привратник и Ссаныч, вылизывающий розетку с розовым вареньем, которая осталась на столе после завтрака. У него порой случались приступы специфичной тяги к необычным продуктам.
– Что же делать нам теперь? – печально спросила эльфийка.
– Без имбы – ничего, – угрюмо ответил привратник, а потом сел за стол, выпил водки и зарыдал. То ли от огромного огорчения, то ли от не менее огромного облегчения. Пусть теперь высший вампир помучается.
***
– Ох, итить тебя коромыслом! – выдохнула Зоя Валерьяновна, отцепившись от локтя вампира. Во-первых, она была поражена, когда ее тело превратилось с темный туман. Во-вторых, они оказались в огромной гостиной, обставленной в лучших вампирских традициях, ну там, каменная кладка, бордовые занавески, багровые ковры, черные миниатюрные гильотинки, расставленные как сувениры на столах и полках. Очень минималистично, просто и жутко.
– Ты куда это меня приташшил? – спросила старушка, осматривая гостиную и суеверно крестясь.
– В свой родовой замок. Я решил сначала показать вам свои владения, обозначить круг вашего влияния, а потом, на закате, ввести в свой род. Прошу вас.
Вампир галантно протянул Зое Валерьяновне руку, обмотанную в плащ, и Зоя Валерьяновна снова растаяла. Нечасто мужчины да и вообще все люди проявляли к ней галантность и вежливость, основанную на глубоком уважении. Так почему же аж целый высший вампир Зою Валерьяновну уважал? Потому что он не был дураком и прекрасно знал, что милейшая старушка – имба. Да и как тут не узнать, когда бабкой сам Темный Лорд заинтересовался? Имея такое оружие в своих руках, можно весь мир обвампирить и себе подчинить. И Темный Лорд вряд ли будет против, ведь весь вампирский клан – его вассалы. Так что интересы у них общие.
Имея имбу, будешь иметь весь мир. Во всех смыслах. Поэтому высший вампир и расшаркивался перед почти человеческой бабулькой.
– Род наш Враниных, а зовут меня господин земель западных Игориния Враний Кровавый…
– Жуть какая! Ну ничо, сейчас можно хоть фамилию, хоть имя поменять. Ты ничего, ежели я тебя Игорешей кликать стану?
Высший вампир скрежетнул зубами, побледнел еще сильнее, но с усилием кивнул и продолжил, подводя Зою Валерьяновну к окну и осторожно отодвигая занавеску, чтобы не попасть под солнечные лучи:
– Это мой замок. Ваши покои будут наверху. Три комнаты – спальня-будуар, кабинет, приемный кабинет, ванная. На завтрак, обед и ужин будет приходить тот, кого вы выберете из предложенного меню. Комнаты обставлены в соответствии с моим вкусом, но вы вольны изменить все так, как вам захочется…
– Тямно, как в гробу, – недовольно заявила Зоя Валерьяновна и дернула занавеску. Вампир мягко остановил ее руку.
– Не стоит.
– Ну ладно… И вот тамочки еще паутина…
– Это дизайнерское украшение, – отвлек ее вампир и, мягко посмотрев на Зою Валерьяновну гипнотизирующим своим взглядом, повел ее дальше.
– Игореша, а делать-то чаво? Я насоветовать могу чего хошь, ты только скажи, когда приступать.
– Посмотрите в окно. Видите? За пределами замка все земли до границ – мои. Реки, горы, озера, леса, поля – все у меня есть, и подданных на этих землях живет у меня сотни тысяч. Хорошо живут, не жалуются. Только трудно без советника, уж понимаете… А вы с вашими силами, чуткостью и редким умом станете неоценимым помощником.
Зоя Валерьяновна раскраснелась. Она была польщена, но не настолько, чтобы побороть природную подозрительность.
– Это что еще за чучело ты сюда привел? На человечьей ярмарке на сдачу раздавали? А почему сюда притащил? Место в загонах закончилось? – раздался капризный женский голос. Игореша и Зоя Валерьяновна обернулись. Красивая вампирка в черном виниловом наряде с нескромно блестящими алыми губами недовольно кривилась.
– Игореша, что это еще за прости-господи? У тебя что тут, энтот, бордель? – шепотом спросила Зоя Валерьяновна.
– Это моя жена! Ольфреда! Я потом тебе все объясню… А вы, Зоя Валерьяновна, помолчите! – приказал высший вампир, добавляя для старушки убойную дозу гипнотического внушения. Только ей оно было до одного места.
– Жа-на?! Олигофреда? Диягноз такой? Ну извиняй тогда! Но ты ж своей жене личико бы умыл, а то спутает кто ненароком, уж больно на профурсетку похожа.
Красивая вампирка зашипела и кинулась было на Зою Валерьяновну, но высший оказался проворнее.
– Че это она у тебя на людей кидается? Бешеная штоль? Ты б ее…
Высший вампир в этот раз не успел. Рванувшаяся из его захвата вампирша с Зоей Валерьяновной сцепилась врукопашную.
– Я выпью всю твою кровь, кровь всей твоей семьи, а потом скормлю тебя своим псам, наглая смертная! Я вырву твой поганый язык! – шипела вампирша, клацая челюстями с длинными клыками.
– На старушку руку подымать! Я те щас зенки повыцарапаю! Волосенки повыдергиваю! Выдра губастая! – пыхтела в ответ Зоя Валерьяновна, вцепившись в прическу вампирши. Не сказать, чтобы у Зои Валерьяновны был большой опыт драк, но пару раз мужниных любовниц поколотить пришлось да раз как-то на базаре сцепилась с одной, тоже с прости-господи.