Клоун

Я не знаю важно это или нет. Но когда-то меня звали Пётр Кащенко. На этой фотографии, где я с перевязанной рукой, мне 4 года. Я барабанил по стеклу в такт музыке, когда танцевала мама. А танцевала она почти всегда. Она заплакала от счастья, когда я порезался, потому что увидела в этом божий дар. Как у Чайковского. Ведь Петром назвала меня в честь него. Так она говорила директору нашей единственной в радиусе 100 километров музыкальной школы. Нужно сказать, что половина мужчин в нашем шахтёрском городке были Петрами. Мне пришлось взять псевдоним Пьер. Спасибо моему испанскому наставнику Карлосу Мария Педро де Паула… Блин… У него такое длинное имя, что остальные десять слов его не так уж и важны. Просто Маэстро Карлос. Нет, об этом позже. Я тороплюсь и перескакиваю с одного события на другое словно перкуссионист с инструмента на инструмент.

Я музыкант и мне проще построить свою историю из действий, картин и явлений.

2. ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ. КАРТИНА ПЕРВАЯ. МЕРЕНГОВЫЙ РУЛЕТ.

Мне 32, я блондин и люблю меренговый рулет. Именно меренговый, как танец, а ни какие-то там безе – французские поцелуйчики. Он белый. И крем внутри белый. Я люблю белую одежду. Мотоцикл, рубашки, носки, брюки, белье. Вот белый мотоцикл и шлем. Машина. Белый сноуборд и костюм. Я зимой во всем белом. Моя любимая белая шапка. Жаль, что этой зимой пришлось без нее ходить. Я думал, кто-то из поклонниц прихватил из гримерки. Ритм латинской меренги у меня в крови. Этот ритм барабанов. Я слышу его всегда в моем любимом кафе. Здесь тоже все белое и столы, и официанты, снующие вдоль них в белых фартуках и рубашках. Я чувствую движения танца – меренги, когда миксер на кухне гудит. Он взбивает воздушную массу из яичных белков и сахара для моего рулета. Белого рулетика. Знали бы вы, как готовит его моя мама. Лучше, чем в Италии, Швейцарии. Он вкуснее в миллионы миллионов раз, чем Анна Павлова в Вене. Ну как же он аппетитно выглядит.

Я прервусь ненадолго. У меня срочное сообщение. Одно? Десять!!!

3.ЯВЛЕНИЕ КУЗНЕЦОВА ПЕРВОЕ. НОВЫЙ ЛУК.

Пьер торопливо открыл мессенджер. Кузнецов. Десять фото. С каждого из них улыбался упитанный здоровяк. В чёрной маске Зорро. В красной маске и чёрной шляпе. В чёрной шляпе и без маски. В анфас. В фас. В профиль. Под последним был набор смайликов, каких-то эмодзи:

– ))))

И подпись:

– Пьер, у меня новый лук с СИМОФ- недели моды Фламенко. Как тебе?

Пьер торопливо набрал:

– Все ОК.

4. ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ. КАРТИНА ВТОРАЯ. МАМА.

Да. Мама.

Мама всегда верила, что я талант. И мое призвание в музыке. Она любила меня, но ненавидела почему-то цирк. Я его не застал. В последний раз он был у нас в городке за год до моего рождения. Будто цирк знал, что именно в этом городе живет моя мама, которая так не любит этот цирк. Она так и сказала как-то, когда я умолял съездить в областной центр. Там как раз был на гастролях очередной вариант Цирка дю Солей:

– Петруша, прекрати эти фокусы. У тебя впереди серьёзная жизнь. Не будь клоуном. Репетируй.

А может она и так сказала:

– Не гримасничай со своим творческим началом. Не жонглируй перспективами. Будь собой. Играй.

Ну что-то типа этого. Это было давно, но смысл был примерно такой.

Мама привила мне неприязнь к цирку и любовь к музыке. Она была гордостью нашего городка. Единственная танцовщица фламенко – была дико популярна. Без неё не обходился ни один городской праздник. Ни день города, ни свадьбы. И даже похороны. Там конечно была минорная версия фламенко – сарабанда. Она умела танцевать и в шляпе, и с веером, и с тростью. А первое сентября? А день ВДВ и, само собой, День шахтера!!! Празднуются они по содержанию и составу очень одинаково, но, к счастью, для маминых выступлений в разное время месяца августа.

Именно на очередном дне шахтёра, когда на городской площади собрались все после первой смены и те, кто был в ночной, я и определился со своей музыкальной ориентацией. Может мой отец тоже был шахтёром и от него у меня чувство ритма? Сколько раз он отбивал киркой породу или вгрызался в толщу угля буром вместо алмазной кирки? А может он героически погиб в шахте? Про него мама никогда не рассказывала и на мои вопросы отвечала уклончиво:

– Вряд ли тебе пригодятся знания об этом человеке когда-нибудь.

Или:

– Петенька, ты не обогатишь себя и мировую музыкальную общественность информацией об этом факте твоей биографии.

5.ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ. КАРТИНА ТРЕТЬЯ. ДЕНЬ ШАХТЁРА.

Мне десять. Вот на этих фотографиях. К этому возрасту я перепробовал почти все: играть на пианино, кларнете, гитаре, мандолине, виолончели, но… Но рвался к чему-то более высокому. Я стоял за кулисами самодельной сцены, сколоченной в честь праздника, и смотрел, как мама готовилась к выходу.

Тут прибежал ведущий:

– Лариса Сергеевна. Проблема!!! Большая!!! Кузьмич напился!!!

Кузьмич был местным баянистом и по-совместительству аккомпанировал маме игрой на кастаньетах.

А мама моя так спокойно отреагировала:

– Да хрен с ним Кузьмичом. Мне Петя подыграет.

Или она как-то по-другому сказала, а не хрен. И не Петя. Это не так важно. Но точно не матом. Мы не ругаемся. Важно то, что день тот стал решающим. Мы выступили блестяще. Мама танцевала с огромной испанской шалью. Сильными руками она раскручивала красный «мантон», отчего была похожа на огромную птицу Феникс, возрождающуюся и вырывающуюся из пламени. Я видел радостные глаза моих зрителей на еще чёрных от угольной пыли лицах и слёзы. Они были похожи на снег в нашем городке. Снег тоже был счастлив, когда, утомлённый чернотой, начинал превращаться в ручьи. Многие из зрителей в знак одобрения стучали касками по асфальту. После выступления, запыхавшаяся мама, сказала в микрофон:

– Я благодарна вам за такую встречу. И спасибо вам за горбатый мост.

Я не знал, что это за горбатый мост. Но в городке тогда все только о нем и говорили: именно благодаря ему все получили долгожданную зарплату. Немного, как говорила мама, но это были хоть какие-то деньги. На них она и купила ту самую шаль у гостивших в городе цыган.

А я благодарен этому горбатому мосту за мой выбор. Я выбрал одну из самых древних музыкальных профессий. Известных ещё со времён древнего Египта. Я – звёздный музыкант – кастаньетчик.

Прошу извинить, отвлекусь ненадолго. Опять сообщение. Это видимо срочно. Кузнецов.

6. ЯВЛЕНИЕ КУЗНЕЦОВА ВТОРОЕ.

Пьер открыл видео от Кузнецова. На нем тот же упитанный здоровяк дефилировал в полном прикиде. В шляпе и маске Зорро. К «луку» добавились сапоги, темные брюки, белая рубашка с широкими рукавами. Края ее были завязаны спереди. От этого здоровяк казался ещё здоровее. Здоровье хозяина рубашки подчеркивала короткая жилетка болеро (чалеко):

– Пьер, а если так? Я не похож на откормленного кота в сапогах? Я скину пару кило и, по-моему, норм. Пьер?

Пьер набрал ответ:

– На откормленного Вы не похожи. Скорее на глупого и очень откормленного кота.

Пьер грустно улыбнулся. И стёр сообщение.

– Я прервался, прошу прошения.

7. ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ. КАРТИНА ЧЕТВЁРТАЯ. Я – ПЬЕР КАШИН.

– Вот я пролистаю фотографии на моем телефоне. Мои дипломы. Я лауреат конкурса аккомпаниаторов фламенко в Барселоне. Это я с маэстро Карлосом Мария… Тьфу. Мне рукоплещут залы Новосибирска, Москвы – Viva Espana, Волгограда, Венеции, Калуги, университета Нью-Мехико в Альбукерке, Милана, Кирова, Рима. Вот Пятигорск. Париж. Севилья – Bienal de Flamenko и фестиваль Féria. А вот я и на машине. Подарок общества любителей фламенко Баварии. Белый БМВ. Я знаменит и счастлив. И в общем-то богат. Меня приглашают на корпоративы корпораций, праздники ВИП персон, дни работников, спецслужб и премии Муз-ТВ как особого гостя. Мой псевдоним ПЬЕР КАШИН.

8. ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ. КАРТИНА ПЕРВАЯ. HEMBRA и MACHO.

Пьер сидит на маленькой кухне за столом в безразмерной куртке с чужого плеча и белых трусах. На столе бутылка водки. Напротив Пьера спит мужчина неопределенного возраста. С неопределённым выражением спящего лица. Над лицом неопределенное количество волос. Неопределённого срока зрелости была и борода на этом лице. Мужчина резко открыл глаза:

– Давай ещё по одной для тонуса.

– Спасибо, а может не надо?

– Надо, надо. Все как ты любишь. Беленькая, как твои труселя.

– А одежда моя где?

– Стирается с отбеливателем. Завтра как новенькая будет.

– Спасибо Вам большое, Юрий Юрьевич.

– Ну продолжим. На чем ты там остановился? Кастаньетчик говоришь? А сыграй.

Пьер открыл белый футляр. Достал кастаньеты:

– Смотрите. Вот эту в правую руку маленькую. Она называется hembra. Самка по-нашему. А большую. Это macho – самец в левую. Давайте я вам из Кармен…

Пьер не договорил и ловко начал отстукивать ритмы.

Юрий Юрьевич завороженно наблюдал за игрой гостя. Когда Пьер закончил он встал, зааплодировал. Открыл новую бутылку водки и разлил ее по стаканам:

– За талант, который по словам классиков, не пропьёшь.

– Я только глоточек.

Пьер, стараясь не принюхиваться к содержимому стакана, сделал робкий глоток.

– А у тебя ловко получается.

– Я пью только вино. Белое.

– Самка. Самец. Самка. Самец. Эмбра и мачо. Камасутра прям какая-то. Думаю, с такой техникой…

Пьер покраснел:

– Я свой талант только в работе использую или по делу.

– Да ладно. Это пока молодой. Какие твои годы. Случая не было. Давай к сути дела переходи. Так все-таки здесь баба замешана?

– Девушка. Это как раз к делу относится.

9. ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ. КАРТИНА ВТОРАЯ. РОЗАЛИЯ

У Пьера зазвонил телефон. Он смотрел на звонок, раздумывая отвечать или нет. Рингтон напоминал ритмы фламенко.

Юрий Юрьевич запрокинул в себя стакан беленькой вне очереди, занюхал огрызком яблока:

– Ну че там у тебя? Возьми. Звонит противно.

Пьер ответил на звонок по фейстайму.

– Это байлаора. Мы с ней работаем.

На мобильнике показалось женское лицо:

– Петруша, Пьер. Что с тобой? Ты где пропал? Че это?

– Это я с Юрием Юрьевичем обсуждаю важный вопрос.

Юрий Юрьевич помахал приветственно рукой и подморгнул:

– Здрасьте. Байлаора, – и прошептал Пьеру на ухо, но громко: – А она ничего, нарядная.

– Байлаора – это танцовщица, а зовут ее…

Байлаора пропустила комплимент, презрительно надула губки:

– Меня зовут Розалия. Пьер, у тебя все в порядке? Ты помнишь про завтра?

– Я не смогу. Извинись. Попробуй сама.

Лицо Розалии сначала посерело, а потом почернело:

– Мы так с тобой не договаривались, Пьер. Тебе мало Семеновой и качучи? Подумай. Я позвоню ещё.

Юрий Юрьевич похлопал Пьера по плечу:

– Ну что я говорил. Так и знал баба.

Пьер попытался отпить водку из стакана, но, поморщившись, сразу вгрызся в закуску. Хрустнул яблоком:

– Девушка и это не она.

– Значит Семёнова и качуча. Давай и про неё для кучи. Ча-ча-ча!!! Все равно баба.

Пьер отвлёкся на сообщение в телефоне:

– Это опять срочное. Видео от Кузнецова.

10. ЯВЛЕНИЕ КУЗНЕЦОВА ТРЕТЬЕ.

Юрий Юрьевич с интересом посмотрел в телефон:

– Что там опять? – и снова закрыл глаза, как только Пьер нажал на воспроизведение полученного файла. – Давай рассказывай, что там он вытворяет.

Пьер показывал и одновременно комментировал видео, на котором Кузнецов в том же костюме «упитанного кота в сапогах» под фонограмму выделывал руками, ногами и головой странные пассы.

Кузнецов гордо запрокинул голову потом покрутил ей в разные стороны.

– Пьер, смотри какой у меня выход.

– Смотрите, это энтрада.

Кузнецов вращал глазами и смотрел исподлобья, пытаясь изобразить тореадора перед боем быков. При этом он прихлопывал в ладони, что есть сил:

– Ну каков из меня пальмерос? А, Пьер? А пасео? (paseo)

– Это он изображает тех, кто подбадривает музыкантов хлопками перед началом песен и танцев фламенко, и проход перед боем быков.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.