Волчица-Аквамарин
- -
- 100%
- +
С такими вот мыслями я совсем не заметила, что стою рядом с совсем уже собранной сумкой. И когда успела? А куда Митька подевался? А он как раз стоял в проёме между коридором и гостиной и смотрел на меня выпученными от изумления глазами. Кстати говоря, зелёными, безумно похожими на глаза той ведуньи.
– Чего ты, Мить? – усмехнулась я.
– А чего ты носишься по дому, как оглашённая? Да ещё и бормочешь под нос что-то?
– Не волнуйся, со мной всё в порядке. Привыкай, таковы трудовые будни студента. От гранита наук наш народ слегка пришибленный ходит.
– А-а, – протянул облегчённо Митька. – Так ты грамотная, выходит? Мудрено. А я вот тоже всю жизнь хотел чему-нибудь поучиться.
– Что, и читать совсем не умеешь? – поразилась я. Митя в ответ только покачал головой. Мне же пришлось сесть на диван, чтобы не упасть, конечно, и основательно поразмыслить. Потом хлопнула себя по коленям, а заодно и по лбу, чтобы лучше думалось, и кинулась к книжному шкафу. Через несколько секунд перед парнем лежал большой детский букварь.
– Вот, держи. Вливайся потихоньку в науку. Попробуешь сегодня разобраться. Если чего-то не поймёшь, вечером приду и помогу. Или лучше на выходных разберёмся.
– Спасибо Вам большое, ба… Лида, – поправился Дмитрий, увидев, что я укоризненно покачиваю головой.
Вот теперь со спокойной душой отправилась в институт. При этом на моей физиономии начала расползаться глупая, но очень довольная ухмылка. Ну что тут скажешь? Иногда помогать людям весьма приятно. Я легкомысленно помахивала сумкой, а в голове весело суетились мысли, как какие-то бешеные муравьи. Никто не мог сейчас испортить моего хорошего настроения, даже Лика с её монголо-татарским игом спятивших девчонок. Такое невероятное утро не может быть началом чего-то плохого и мрачного. Как потом выяснилось, я крупно ошиблась.
До ВУЗа добралась очень быстро. Когда много думаешь, всё вокруг словно ускоряется. В особенности хозяин мыслей. Зная, что Ветров ошивается где-то на третьем этаже, я бегом помчалась туда. Хорошо, что до занятий оставалась ещё целая пара. Теперь надо бродить взад-вперёд и бдить (от слова бдительна). Прислушиваясь к голосам, доносящимся из аудиторий, не смогла уловить голоса Синего Волка. Может быть, стоит подождать, пока кто-нибудь завоет? Ну да, это, конечно, вполне вероятно. Ничего так и не дождавшись, прислонилась к стене и нахмурилась. И что теперь делать? Я, простите, слишком зажатый человек, чтобы бегать по аудиториям и спрашивать у всех, кто попадётся: «Где же Кирилл Григорьевич?» Но сегодня мне явно везло. Из соседнего кабинета высунулась голова доцента и, уставившись куда-то в район моей сумки, произнёс:
– В общем-то, я так и знал, что ты не вытерпишь долго без информации. Заходи скорей.
А я, конечно, себя долго упрашивать не заставила. Через пять секунд уже была в кабинете. И ничто на свете не смогло бы теперь выставить меня отсюда, пока, наконец, всё не узнаю.
– Ты становишься настоящей Волчицей, Лида. С таким рвением хочешь раскрыть суть происходящего. И никто тебе не указ, правда?
– Кирилл Григорьевич, можно без предисловий? – поморщилась я. – И, пожалуйста, про Волчиц, Синих Волков и прочие чудеса поподробнее. Я ведь пришла именно за этим.
– Как скажешь, – кивнул доцент, ухмыляясь. – Начнём вот с чего. С давних времён существуют Вечные, существа, способные творить необычайные вещи. Одна из них – бродить по дорогам Времени на Запад и Восток. Вторая – обращаться волком необычного цвета в минуты опасности.
– На Запад и Восток? – изумилась я. – Как же у Времени могут быть стороны и дороги? Оно всегда представлялось мне Единым Потоком, который может нестись только вперёд.
Ветров покачал головой:
– Позволь объяснить. Представь Время как живое существо. Таким, как человек или даже божество. У тебя же, например, есть разные стороны характера. И только ты решаешь, в какую сторону нужно повернуть. Изменить себя или оставить всё, как есть. Так же и Время создаёт собственные пути. И потом, Запад и Восток – это символические стороны Прошлого и Будущего. Но бродить по этим путям дано немногим. Едем дальше. Ты же понимаешь, что если рождается некая Сила, то вместе с ней рождается равноценная противоположность?
– Добро и Зло, Тьма и Свет. Вы ведь это имеете в виду?
– Именно. Мы же можем спасать людей независимо от того, когда они живут. Перемещать их в другое Время, при этом никому не причиняя вреда. И вот такая свобода действий в Прошлом и Будущем повлекла за собой череду ужасающих последствий. Появился Штиль.
– Да-да, точно, Вы о нём уже упоминали. Так что он из себя представляет? – решилась перебить я, при этом энергично заёрзав на стуле от нетерпения.
– Вот здесь не могу сказать что-то определённое. Вечные часто погибали от его рук, но сами руки никому разглядеть не удалось. Даже я не знаю, как злодей выглядит. При появлении Штиля появляется густой серый туман, и ты чувствуешь приближение Смерти, но не можешь понять, откуда исходит опасность.
– Прекрасная перспектива, – хмыкнула я и снова беспокойно заёрзала на стуле.
– Ну что ты, Лида! Какие же настоящие приключения могут быть абсолютно безопасными? И потом, ты должна верить в себя! В тебе есть всё то, что так давно не хватало Вечным. Юная Волчица, прошу, не сомневайся в своих силах, иначе весь мир пропадёт! Человечество окажется в лапах Штиля, и тогда всем чисто конкретный трындец!
Хотела было усмехнуться, но доцент вдруг схватил мои ладони и осторожно сжал их. Я же испуганно таращилась на Ветрова и не могла произнести ни слова. Наконец, немного отойдя, глубоко вздохнула и произнесла:
– Продолжайте свою историю. Что ещё мне нужно знать о моей Силе и об этом беспощадном Штиле?
Аквас медленно отпустил мои руки и подошёл к окну:
– О Штиле можно сказать только одно: он непомерно жесток. Не хочу пугать тебя, Лидия, но тебе важно узнать, с чем придётся столкнуться. При встрече с этим Злом даже у Вечных начинает выкипать кровь, сердце стучит всё медленнее, и свежий воздух не может проникнуть в лёгкие. Что уж говорить о смертных людях, каким является твой новый друг Митя.
Кровь отхлынула от моего лица. Как же я забыла о бедном парне? Ведь он теперь находится под моей защитой, и что будет, если не смогу победить? Ветров, словно прочитав мои мысли, повернулся ко мне, присел на краешек стола и тихо произнёс:
– Не сможешь выиграть, когда придёт Время, Митя в мгновение ока рассыплется в прах. Без твоей защиты и магии он не будет существовать в нашем мире, его просто раздавит вечность.
Меня затрясло от бешеного ужаса. Что же я натворила? Надо же быть такой идиоткой!
– И ничего нельзя исправить? – тихо спросила я.
– Теперь пути назад у тебя быть не может, – горько усмехнулся Аквас.
– Короче, как всегда, – кивнула я. – И как скоро нужно ждать этот самый серый туман под названием Штиль?
– Сегодня 20 января. По моим расчётам он должен появиться к началу марта.
– Практически через полтора месяца? – удивилась я. – А откуда такие точные даты?
– Штиль появляется буквально через шесть недель после того, как новоиспечённый Вечный первый раз пройдёт по дорогам Времени. Хотя, в твоём случае, конечно, невозможно быть полностью уверенным.
– Почему же? Я ведь похожа на Вас, верно? Разве Вы никогда не боролись с этим Штилем?
Больше минуты мой наставник сидел, молча уставившись в пол. Потом резко вскочил и подошёл к окну, повернувшись ко мне спиной. Снова. И, наконец, заговорил:
– Сейчас мне не хочется обо всём этом вспоминать. Главное, что ты должна знать, так это то, что я многое пережил, пока сражался со Штилем. Он забрал всё, что мне дорого. И я не хочу, чтобы то же самое случилось с тобой. Я сделаю всё, чтобы этого не допустить. А сейчас иди. Скоро у тебя начнутся пары.
Легко ему говорить: «Иди на пары». Об учёбе сейчас думаю меньше всего. В горле застрял какой-то противный, душащий комок. И мозги тихонечко кипели, не мешая, впрочем, заниматься бессмысленным самоедством. Иногда, когда мне кажется, что всё просто безысходно плохо, начинается вот такое вот самопоглощение. Но минут через пять в моей голове что-то встряхивается и внутренний голос орёт во всю глотку: «Молодец какая! Этак каждый может наворотить делов, а потом задаваться вопросами, давно интересующими русскую интеллигенцию. А решать проблемы вместо тебя Чернышевский будет? Начинай думать в резко противоположном направлении, депрессивная ты наша!» Так и живу. Необыкновенно весело, когда есть с кем поговорить, тем более, если этот кто-то ты сам.
Но не думайте, что на сегодня неприятности у меня закончились. Вовсе нет. Чем дальше, тем всё интереснее становится. В такие дни вообще кажется, что тебя здесь, по идее, быть не должно, и занимаешься ты не своим делом. А тут ещё добрейшие преподаватели подливают маслица в огонь. У нас один такой есть. Хотя чего же я вру, под настроение каждый препод может тянуть жилы у студентов.
Короче, этого… хмм… ну скажем, человека зовут Пётр Евгеньевич Шмалин. Вроде бы ему тридцать пять. Вечно потеющий блондин высокого роста и со знатной лысиной. Прибавьте к этому выдающийся животик и непомерную потребность поиздеваться над студентами. Вот и весь портрет. И как раз сегодня его жаждущий расправы взгляд пал на очередную жертву. На меня, как вы изволили догадаться. Когда я задала вопросы отвечающему, хотя, честно говоря, ненавижу это дело, поэтому долго собиралась с духом, Петруша высокомерно заметил: «Лидочка, наконец-то Вы проснулись! А я-то думал, что не доживу до этого исторического момента!» В общем, ответов на свои вопросы я так и не смогла услышать из-за громоподобного хохота. Как вы понимаете, Лика уже успела настроить всю группу против меня. Сегодня мне явно не везёт. Бывает же.
Глава 7
Видимо, я совсем не готова к таким переменам. Не успела подготовиться, знаете ли. Еле выдержав оставшиеся две пары, с облегчением поняла, что можно отправляться на работу. Вот и отлично. По дороге стоит поразмышлять о том, есть ли в этом мире место для такой, как я. Хотя нет, шут с ними, с этими глобальными вопросами. Я вам не доморощенный философ. Сейчас главное – остаться самой собой и не спятить от новой информации. Итак, я вечная Волчица, связанная с потоком Времени. Вот интересно, может, мы с Аквасом родственники? А то глаза и характер у нас ой-ой, как похожи. Было бы. вообще-то, неплохо. Хотя так ли уж важно родство по крови? Если чувствуешь, что человек тебе родной, значит, так и есть. Несмотря ни на что. Вот, например, Митя… Вроде бы и издалека, не из моего времени даже, а чувствую, что свой. Да и Пантелей сразу к парню проникся. А своему коту я доверяю на сто процентов.
Я оглянулась. Да что же это такое?! Опять меня мысли не туда завели? И каким же это образом, Лидия, Вы умудрились очутиться в незнакомом лесу? Снова! Так, всё, надо собраться. Если выберусь, первым же делом припру этого доцента к стенке и буду долго и мучительно выяснять, как же мне управлять новыми способностями. Только вот выбраться бы сначала. Ну, ведь по улице шла, вдоль дороги, никуда не сворачивала! Вдох-выдох, надо успокоиться. Самое важное сейчас – не поддаваться панике. Не поддаваться, я сказала! Для начала осмотрим диспозицию. Поглядим на местность, так сказать. Занесло меня в лес, это точно, но он совсем не похож на ту зимнюю сказку, в которой я оказалась в первый раз. Сейчас вокруг стояли голые, невообразимо мрачные деревья, небо хорошо проглядывалось, но от этого картина лучше не стала. Пасмурная, бьющая по глазам серая унылость. Та самая погода, вызывающая депрессняк, плюс под ногами хлюпает сплошная жижа и туман сгущается. Либо поздняя осень, либо ранняя весна, судя по времени. Но опять же год, век, место? Ничего не понять, лес и лес. Но что-то здесь явно не так. Да, точно. В такую погоду всегда начинаешь хлюпать носом от сырости. Тем более в лесу, где влажность должна быть повышенной, особенно в такой туман. А тут воздух был очень сухой. Даже чересчур. Мне даже начало казаться, что я попала в вакуум. Дышать почему-то становилось всё труднее. И тут в голове всплыли слова Ветрова о Сером тумане. Он ведь, кажется, лишает воздуха, заставляет вскипать кровь и… Что же ещё? Как трудно сосредоточиться! Начала кружиться голова. Я прислонилась к ближайшему дереву и попыталась сфокусировать взгляд. Перед глазами всё расплывается. Что ж, правда, очень похоже на нападение Штиля. Но ведь Аквас говорил, что время ещё есть! Почему же… А что почему? Почему враг не подождал годика три-четыре, пока ты не соберёшься с мыслями и не подготовишься к войне? Да, Лидия? Надо встряхнуться! Если уж напали, сдаваться без боя не собираюсь. Вот сейчас Штиль появится, а я как заору ему прямо в морду: «Я не сдамся без бою!!!» Вот он удивится, глаза выпучит. Если у него, конечно, есть глаза. Как плохо, что информация о моём противнике такая скудная. Даже не знаю, как он относится к «Океан Ельзы». Ну шут с ней, с информацией. Попробую выжить и победить. Встряхнув головой, медленно побрела дальше.
– Где же Вы сами, господин Вражина?! Смелости не хватает показаться мне на глаза? Знай, что такими дешёвыми трюками меня не проймёшь!
М-да. Человек способен нести и такой бред, лишь бы отогнать от себя страх. Идти было всё тяжелее, но я заставляла себя передвигать ноги. Останавливалась передохнуть, потом снова шла. Из горла вырывались какие-то всхлипывающие хрипы, но тормозить и отключаться было нельзя. Или можно, но хотя бы найти более сухое место. А то умирать в грязи как-то не хочется. Ну вот, другое дело! Прищурившись, я обнаружила в двух шагах от себя большой пенёк. И, конечно же, сухой. Ловушка что надо. Но меня измучили жуткая усталость и не менее жуткая неизвестность. Сегодня, видимо, моё последнее приключение? Тогда уж постараемся, чтобы оно длилось подольше.
Что ж, присела на пенёк. Пирожков нету, так что подождём так. И… Долго ждать не пришлось. Меня словно серым полотном накрыло. Градом побежал пот, дышать стало невозможно. Предыдущие пытки оказались цветочками. Ведь сейчас я с ужасом поняла, что лёгкие разрываются от нехватки воздуха. Во всяком случае, мне казалось именно так. Оглядевшись, обнаружила, что серое полотно не однородно. Вокруг клубились шесть огромных клочьев тумана. Забавно. Действительно, ни рук, ни даже глаз не видно. Но всё же это не Штиль, сразу ясно. Он был бы однородным, и играться бы не стал. Сразу бы прикончил. Послал своих шестёрок, да? Видимо, он меня совсем не уважает! Но, не будь занудой, Волчонок, тебя и от посланников не слабо перекосило. Ещё немного, и грохнусь на этот самый пенёк ничком. И теперь никто не поможет.
Они уже совсем близко. Радиус окружения – около метра. А может, ну её, эту борьбу? Против них невозможно выстоять человеку и… Громовой возглас в голове: «Да ты спятила!!! Ты не человек, а Волчица! Вечная! Вставай и борись за свою жизнь!!!» Меня словно подбросило на спасительном пеньке. И вот, я снова на ногах, готова к сражению. В голове прокручиваются крики спятившего от воли к жизни внутреннего голоса, пробуждая во мне ярость и мощь Волчицы. Похоже, сегодня шестёрки Штиля не дождутся пощады!
Я подняла глаза к серому небу. И вдруг, ни с того, ни с сего взвыла! Да так, что ненавистные клочья тумана шарахнулись в сторону. Глаза словно ослепли, был виден лишь яркий свет. Аквамариновый свет. Через секунду на пеньке уже не было слабой и запуганной девчонки. Вместо неё на лапы поднималась, готовясь к бою, гигантская Волчица. Если бы у меня остались эмоции человека, я бы удивилась, а может, даже и завизжала бы с испугу. Но сейчас остались только инстинкты зверя. Зверя, которого загнали в угол. При этом, мозг активно работал, выдавая различные варианты начала боя. Глаза видели теперь что-то совершенно иное. Это были не просто серые клочья тумана, они имели форму, двигались и… жили. И от них исходила явная и вполне ощутимая угроза. Но из стадии угрозы их поведение резко перешло в стадию нападения. Один из клочьев кинулся ко мне, пытаясь зацепиться за шкуру. Но волчье зрение сразу среагировало на движение, и я одним прыжком отлетела на пять метров от пенька. Через нападающего. Неплохо для начала. Но вопрос остаётся открытым. Какое у волков природное оружие? Когти? Я с сомнением взглянула на лапы. Ну нет, я же не дикая кошка. Хотя можно попробовать отфутболить врага лапами. Нет, не пойдёт. Зубы, конечно, острые, но брать в рот эту дрянь? Простите, извините. В организме мне этот серый туман не нужен. Может, вой? Точно, надо попробовать, ведь первый раз сработало неплохо. Уж если я их испугала, будучи человеком, то Волчицей и подавно получится! Клочья опять подбираются. Ветров был прав, Штиль и даже его шестёрки не остановятся, пока не убьют меня. Ну что ж, прикройте ушки, ребятки! Если, конечно, они у вас есть.
Теперь я выла от всей своей волчьей души. Вокруг стало происходить нечто странное. Резко похолодало, под лапами чувствовался лёд. Поднялся сильный ветер, который буквально пригибал к земле старые уродливые деревья. Настоящий ураган! Открыв глаза, я увидела и, к сожалению, услышала, как четверых посланников Штиля растворил в воздухе мой давний друг Ветер. Визжали они при этом так, что даже мои волчьи уши заложило. Но где же ещё два прихвостня? Не успела я додумать запоздавшую мысль, как меня что-то подкосило. Грузное волчье тело с размаху грохнулось на землю. Впиявились всё-таки, гады! Попыталась отмахнуться, но где там. Кажется, эти сволочи присосались к спине. И если раньше просто не хватало воздуха, то на сей раз я почувствовала, что из меня уходит жизнь. Температура волка, конечно, повыше, чем у человека. Но сейчас она подскочила градусов на двадцать. Я каталась по земле, билась, скулила. И вновь продолжала бороться. Вот только уже была почти без сознания. Что-то очень быстро закончилась моя первая битва. Некоторым кажется, что их первое сражение длится бесконечно долго. Но, находясь в теле Волчицы, я невероятно остро чувствовала течение и движение Времени даже здесь, в вакууме. Ведь прошла какая-то пара минут, а я уже проиграла. Теряю последние капли жизни из-за глупых шестёрок! Звон в ушах почти перекрыл все остальные звуки, которых и так было немного, не считая моей возни. Но… Может, уже начались глюки, только неожиданно послышался вой. Совсем близко. Что ж, попробую позвать на помощь. В первый и последний раз на сегодня. На веки вечные? Кто знает. Приподнявшись на ослабевших лапах, я снова отчаянно завыла. Глаза перестали отчётливо видеть, Волчица превращалась обратно в человека. Падая в темноту, в последний момент успела увидеть огромного Синего Волка, выскочившего из-за деревьев. Аквас…
***
– Как ты себя чувствуешь?
Я открыла глаза. Так-так, лежу на своём диване, в своей квартире. Надо мной склонился Ветров с тревожным выражением на красивой физиономии. Рядом мельтешит Митька с такой же обеспокоенной мордой лица.
– Как размазня, – буркнула я и попыталась приподняться. Спина горела так, будто по ней прошлись раз пятнадцать раскалённым железным прутом. – Как Вы меня услышали?
– Лидия, – усмехнулся Ветров, помогая мне сесть. – Забыла, как общаются Волки? Тем более я прибыл сюда только ради тебя. Ты единственная Волчица на всю округу. Я всегда услышу тебя с первого воя. Где бы ты ни находилась. А уж тем более, когда ты в опасности. Митя, принеси воды.
– Вы говорили, время ещё есть. Так почему шестёрки Штиля напали сейчас?
– Насколько я понял, ты особенный случай. Штиль почему-то боится тебя. Боится той, кем ты можешь стать. Даже больше, чем других Вечных.
Тем временем Митя принёс воды. Я выпила весь стакан чуть ли не залпом. Неужели меня мучил такой сушняк? Хотя, в общем-то, неудивительно, после первого-то сражения, к которому я даже не была готова. Вдруг в голову пришла неожиданная мысль. А что? Попытаться стоит.
– Аквас, думаю, после того, что случилось, Вы не станете отрицать, что мне нужны тренировки? Да и Мите тоже, если уж его угораздило встретиться со мной.
Дмитрий изумлённо посмотрел на меня. А я с интересом и предвкушением ждала ответа Синего Волка.
– Ну что ж, в этом есть свой резон, – подумав, сказал Аквас. – Но, учитывая обстоятельства, вам теперь придётся вставать в четыре часа утра. Тренировки будут усиленными и ускоренными. Завтра начинаются выходные, так что можете поспать до шести, но в восемь нужно быть на месте. Придётся серьёзно поработать.
Поработать… Ёлки!
– Блин! Неужели я пропустила работу?! – крикнула я, подскочив на диване и чуть не упав с него.
– Лидия, спокойно! – Ветров усадил меня обратно на диван. – Всё улажено. Я позвонил, представился твоим отцом и сказал, что у тебя поднялась температура. Тебя ждут в понедельник, при этом пожелали скорейшего выздоровления.
– Тогда ладно, – выдохнула я. – А где будет тренировочный полигон?
– В твоём любимом секретном месте, – усмехнулся Ветров.
– Ну, теперь, видимо, оно не такое уж секретное, – обескураженно протянула я.
– Да не переживай ты так, – сказал Аквас, пожав плечами. – Нам с Митей некому рассказать в этом мире о твоих тайнах. Да и незачем.
Я криво ухмыльнулась. Очень хотелось спать, зевота прямо-таки судорогой сводила челюсти. Кирилл Григорьевич заметил это и сказал:
– Думаю, мне пора. А вы, ребята, хорошенько выспитесь. Завтра вам предстоит трудный день.
Когда он ушёл, прорвало на разговоры уже Митьку.
– А что это за тренировки, Лида? Каким-то военным премудростям нас будут учить? А зачем?
Я потянулась. Час от часу не легче. Но всё же, надо рассказать. А то ведь мучиться человек будет всю ночь.
– В общем, меня он, наверное, будет учить, как быть Волчицей. И как сражаться в другом облике.
– Волчицей?! – ошеломлённо вскрикнул Митя.
– Да тише ты. Да, сегодня я выяснила, что могу превращаться в огромную Волчицу аквамаринового цвета. А ты думал, что слова «Синий Волк» и «Волчица» – это просто так, метафора?
– Мета… что? – удивился Дмитрий. – А, ну понял. Нет, конечно, не просто так. Просто чудно. А меня барин чему учить будет?
– А я подумала, что тебе физическая подготовка тоже не помешает. Ты ведь теперь мой брат по несчастью и ещё подзащитный. Мало ли что. И Ветров, похоже, считает так же.
– Почему это я подзащитный? – возмутился Дмитрий. – Я и сам за себя постоять могу.
– Да-да, Вы и сами с усами, – рассмеялась я. – Но дело не в этом. Ты в нашем времени можешь жить только под защитой моей магии. Не станет меня…
– И меня не станет, – задумавшись, произнёс Митя. – Что ж, тогда будем защищать друг друга, барышня. А я в букваре до буквы «Е» дошёл. Завтра после тренировки расскажу. Я бы ещё теперь хотел научиться писать по-вашему. А то я видел, до чего ловко у тебя это получается.
– Хорошо, поучимся, – пробормотала я, проваливаясь в сон.
– Спокойной ночи, Лида – Волчица, – улыбнулся Дмитрий, правда улыбку я уже скорее услышала, чем увидела. И почувствовала, как меня накрыли чем-то тёплым и пушистым.
– И тебе спокойной ночи, Дмитрий, – шепнула я напоследок, закрывая глаза и поддавшись, наконец, дружелюбным объятиям сна.
Глава 8
Вот и новый день наступил! Проснувшись, я почувствовала себя лёгкой и отдохнувшей. Никаких последствий от вчерашних событий. Похоже, кровь Волчицы помогает восстанавливать силы быстрее. Вскочила, сделала лёгкую зарядку, включающую несколько физических упражнений на растяжку. Посмотрев на часы, обнаружила, что ещё только 6:30. Потом бросилась на кухню кормить Пантелея. Но оказалось, что котяра давно завтракает, при этом повернувшись к возможным зрителям пушистой попой. А рядом сидит Митя и, знай, поглаживает его.
– Ты завтракал? – спросила вместо приветствия.
Митька вздрогнул и обернулся. Наверно, задумался, а тут я со своими вопросами.
– Нет ещё. Тебя ждал.
– Ладно, пойду умоюсь, а потом что-нибудь по-быстрому сварганю. Приготовлю, то есть, – поспешила добавить, увидев, как вытянулось лицо Дмитрия.
Сварганить решила яичницу с помидорами. С моим любимым бородинским хлебушком, думаю, получится неплохо. Так и вышло. На пару с Митькой мы усидели целую сковородку минут за пять. За чаем снова приступили к разговорам.
– Значит, подружился ты с Пантелеем? – спросила я.
– А как же, – просиял Дмитрий. – Мне котики всегда нравились. Подойдёт к тебе пушистый, ты его погладишь и все печали как рукой снимет. А ещё они врачевать умеют.
Пантелей, словно почувствовав, что разговор о нём, потёрся о наши ноги, потом, довольно подёргивая пушистым хвостом, побрёл из кухни.
– Как думаешь, что лучше надеть на тренировку? – поинтересовалась я.
– Что-то удобное, наверно, – пробормотал Митя и с сомнением посмотрел на меня.
– Чего? Думаешь, раз я «барышня», значит, у меня нет удобной одежды? Спешу тебя разочаровать, только такая у меня и есть! – улыбаясь, сказала я. – Ну вот и всё, осталось только помыть посуду. А потом прямиком на военный полигон.