Мисс Райт и идеальная карьера
- -
- 100%
- +
– Он ещё жив?
– Жив, – проверив пульс, ответил сосед.
– Что будем делать? – растерянно спросила я. – Ждать полицию?
– Чтобы ждать, надо чтобы её кто-нибудь сюда любезно пригласил! – резонно заметил Фрэйл-младший. – А для этого сперва нужно найти, где это можно сделать. Ты видела хоть одну панель вызова, пока мы шли?
Я молча покачала головой.
– И неизвестно ещё, – продолжил рассуждения Алекс, – сколько времени они будут сюда добираться, если даже мы панель быстро обнаружим, и она не окажется разбитой или с оторванным амулетом.
Пожарных и полицию следовало вызывать не именным, а стационарным кругляшом, который прикреплялся к каменной глыбе с выемками толстой цепью – признаться, до этого момента я и не предполагала, что кому-то может взбрести в голову ломать полезное устройство. Вот только сосед говорил с таким знанием дела, что в его слова сразу верилось.
– Но надо ведь что-то сделать, – произнесла я растерянно, – не можем же мы просто бросить его здесь!
– Не можем! – согласился сосед.
Но лучше бы он возразил.
Двухместная машина никак не желала вмещать сразу троих. Сначала я пыталась втиснуться на пассажирское сиденье вместе с бесчувственным оборотнем, но лишь по уши вымазалась в крови и разорвала чулки. Потом ругалась с мистером Замечательная-идея, требовавшим устроиться у него на коленях – не иначе, чтобы мы куда-нибудь врезались и составили продырявленному компанию в больнице или мертвецкой. В итоге нам всё равно пришлось уподобиться киношным злодеям и переместить раненого в багажник. Всю дорогу до холостяцкой обители Фрэйла-младшего я молилась Пресветлой Деве, чтобы нас случайно не остановили полицейские, ибо теперь нам было можно смело инкриминировать жесткое обращение с пострадавшим.
***
Получасом позже в респектабельном районе…
Пристанище Алекса скромно ютилось в огромном трёхэтажном доме с колоннадой, скульптурами, полукруглыми балкончиками и барельефом на фронтоне. Апартаменты занимали всего-то четверть первого этажа и имели помимо главного входа через общий холл со стороны улицы, о котором мне любезно поведали, провозя мимо оного, ещё и отдельный выход в персональный крытый дворик. Там – под конструкцией из ажурного металла и стекла – размещались место для машины, круглая клумба с чахлыми жёлтыми розами и фонтанчиком в виде двуглавой змеи. У забора багровел небольшой навес из дикого винограда, под которым болтался гамак и стоял невысокий столик, загромождённый чашками.
Всё это я успела оценить, пока Фрэйл накрывал разложенные по периметру жар-камни, которые и обогревали, и освещали двор. Конечно, было сомнительно, что кто-то с верхних этажей станет высматривать, чем же это занимается в ночи жилец из первой квартиры, но в нашем случае было совсем не лишним проявить предусмотрительность. Даже гипертрофированную! Как-никак нам предстояло транспортировать в дом труп. И пусть перевёртыш был ещё более-менее жив, выглядел он самым настоящим покойником, а весил – как сундук с кирпичами.
Хотя основную нагрузку принял на себя Алекс, доверив мне придерживать ноги раненого, казалось, что мои руки стали вдвое длиннее, чем были. Гостевая спальня, куда мы затащили оборотня, оказалась ближайшей к чёрному ходу комнатой, но, едва полудохлый груз был водружён на кровать, я всё равно упала в кресло совершенно обессиленная и не способная пошевелить и пальцем. В голове не осталось мыслей, кроме одной – что если я когда-нибудь всё же придушу несносного соседа, закапывать я его не стану, ибо попросту не справлюсь с этой задачей.
– И что дальше? – Даже голос мой прозвучал устало.
Разумеется, в ответ я ожидала услышать что-нибудь разумное. Например, предложение выдать мне какую-то куртку взамен испорченного плаща и вызвать мне такси, а перевёртышу – врача, но никак не возмутительное:
– Раздень Джайса!
– Что?!
– Его зовут Джайс. Джайсон Сторм.
– Знаю! – огрызнулась я, хотя вспомнила имя оборотня лишь после того, как сосед его назвал. – Я не расслышала, что-что я должна сделать?
– Сними с него рубашку, – медленно, нарочито, как для ребёнка, разделяя слова, проговорил Фрэйл. – А я пока схожу на кухню за аптечкой!
Я открыла рот и тут же его захлопнула, проглотив все те далёкие от лексикона воспитанной мисс слова, которыми хотелось приласкать соседа. Глубоко подышав, чтобы успокоиться, вслух произнесла всего лишь:
– Ты в своём уме? Решил в доктора поиграть?
– У тебя есть другие предложения? – Тон его голоса намекал, что меня только что тоже мысленно наградили парочкой нелестных эпитетов.
– Как насчёт полиции и врачей? – озвучила я самый очевидный вариант. – Или в твоём районе тоже не водится исправных панелей вызова?
– Как насчёт немного подумать? – вздохнул Алекс. – Что мы будем им рассказывать, Одуванчик?
– Правду?! – Вместо утверждения почему-то получился вопрос.
– Что у нас украли машину, а через несколько минут вернули её с небольшим окровавленным подарком внутри?
– Но ведь так всё и было! – воскликнула я.
– Мэнди, – снова вздохнув, словно я бесконечно утомила его своей непонятливостью, продолжил Алекс, – это звучало бы подозрительно, даже если бы мы прямо там, на месте происшествия дожидались стражей порядка. Теперь же правда стала и вовсе не правдоподобной!
– Так надо было…
– Надо было бросить его там и сделать вид, что этого никогда не было. Только вот до утра, когда появляются владельцы магазинчиков и квартал просыпается, Джайсон бы не дожил. И я совсем не уверен, что смог бы спать спокойно с таким камнем на совести.
– А теперь он умрёт в кровати, что, несомненно, твою совесть значительно облегчит, – съязвила я и потребовала: – Вызови врача!
– Медики должны докладывать о подобных случаях, а нам совершенно не нужны разбирательства, – возразил Фрэйл.
– Ну разумеется, нам нужен труп!
– Не будет никакого трупа, если ты сейчас же прекратишь истерику и будешь делать то, что я говорю!
С этими словами хозяин апартаментов сбежал, оставив гостей развлекать друг друга.
Игра в куклы никогда не была моей любимой, и перспектива надорваться, ворочая тяжеленного оборотня, нисколько не воодушевляла, но я всё же попробовала перевернуть его на спину. Естественно, ничего из этого не вышло, только подсохшее пятно крови снова заблестело влагой. Тогда я попыталась вытащить рубашку из-за пояса брюк, намереваясь просто задрать её вверх, но мешал туго затянутый ремень, а чтобы его расстегнуть, опять же требовалось сменить положение тела раненого. Окинув взглядом комнату, я подошла к туалетному столику – ящички его оказались пусты, зато в примыкавшей к спальне ванной обнаружилась бритва. С нею в руках меня и застал вернувшийся в комнату Алекс.
– Ты решила его обрить или к горлу примеряешься? – хмыкнул этот несносный тип, положив рядом с Джайсом аптечку и большой кухонный нож.
– Зачем его? Тебя! Чтобы вскрыть череп и убедиться, что в твоей голове совсем не осталось мозга. – Я изобразила в воздухе круг лезвием и указала им на нож. – Ты решил прирезать беднягу, чтобы не мучился?
– Тебя! Чтобы не болтала, – отплатил той же монетой Фрэйл. – Почему не раздела?
– Побоялась, что замёрзнет.
Я подошла к кровати и, оттянув пальцами ворот, осторожно подцепила его бритвой и провела сверху-вниз. Половинки рубашки расползлись в стороны, открыв вид на окровавленную спину. Рана выглядела ужасно – от крохотной дырочки размером с ноготь на моём мизинце паутиной расходились вздувшиеся желтовато-зелёные линии. Кожа между этими "прожилками" побелела и истончилась, казалось, что она вот-вот порвётся, словно бумага.
– Что это такое? – прошептала я.
– Отравленная пуля, – ответил Алекс. – Сейчас я сделаю надрез, а ты вытащишь ее пинцетом, хорошо?
– Может всё-таки врача?
– Джайс – оборотень. Как только мы извлечём эту гадость и промоем рану, начнётся регенерация. К утру он будет уже почти здоров.
О физиологии перевёртышей я знала не много. А если честно, то почти ничего. Противопоставить сказанному соседом мне было нечего, да и звучало это достаточно логично. Хоть и слишком хорошо, чтобы быть правдой.
– Так ты поможешь или посидишь в кресле? – устало продолжил Фрэйл. – Если боишься, то, конечно…
– Ничего я не боюсь! – возмутилась я и полезла в аптечку за пинцетом.
Вся операция заняла несколько минут. И хотя меня слегка замутило от вида рассечённой плоти, с задачей я справилась неплохо. И даже вполне уверенно поливала настойкой рану, пока Алекс промакивал салфетками выступившую на её поверхности мерзкую зелёную слизь. Наконец хлынула чистая ярко-алая кровь, и тело оборотня слегка засветилось. Его окутала постепенно уплотняющаяся дымка, а когда она развеялась, на кровати оказался уже не мужчина, а крупный белый волк. В брюках и ботинках он смотрелся несколько нелепо. Я нервно хихикнула, хотя смеяться совершенно не хотелось.
– Вымой руки! – распорядился Фрэйл. – А я пока здесь уберу.
Я кивнула и поспешила скрыться в ванной, а когда вернулась, лишившийся остатков одежды зверь лежал на голом матрасе, а окровавленные простыни грудой валялись на полу. Выпачканный плащ, который я наконец-то с себя стащила, присоединился к этой куче. Костюм под ним, к счастью, остался чистым, а пятна на чулках и туфлях ещё был шанс отмыть. Алекс, оценив состояние собственного изрядно заляпанного наряда, вывел меня из гостевой спальни и указал на двустворчатые двери в конце коридора с просьбой подождать его там, после чего отправился переодеваться.
Гостиная, растянувшаяся во всю ширину дома, была обставлена с шиком – в бархатной обивке мебели, шеренге изящных вазочек на каминной полке, позолоте пилястр, витых шнурах, украшавших портьеры, чувствовалась рука леди Манолы. Три окна смотрели на улицу, а между двумя, выходившими во внутренний дворик, интригующе колыхалась полупрозрачная завеса, за которой обнаружился полукруглый эркер. В этой уютной "беседке", отделённой от общего пространства зала эфемерной преградой, располагалась пара широких кресел или, скорее, двухместных диванчиков, между которыми возвышался стеклянный столик.
– Нравится? – поинтересовался неслышно подошедший хозяин этой нескромной холостяцкой берлоги, застёгивая пуговки на рукавах свежей рубашки.
– У тебя намечалось свидание или это дежурный набор соблазнителя? – Не удержалась от ехидного вопроса я. Уж очень красноречиво выглядел набор предметов на столе: вино, фрукты, два бокала и пустая вазочка для конфет. Не для её ли наполнения мы в действительности отправились в "Пряничный домик"?
– Не говори ерунды, – отрезал Алекс, но мне на миг показалось, что он несколько смущён моей догадкой. – Присаживайся! – Он практически силой впихнул меня в кресло и взял в руки бутылку. Покрутил её, словно намеревался открыть, посмотрел на меня и как-то печально вздохнул. – Сейчас чай принесу, – сообщил Фрэйл и, прежде чем я успела возразить, пошагал к узкой двери, ведущей на кухню.
Чаю хотелось, но ещё больше хотелось домой. Вот только сил на то, чтобы подняться, догнать подозрительно прыткого соседа и потребовать вызова такси, не было. Их ни на что не было. Я устало откинулась на спинку, наплевав на приличия, сбросила надоевшие туфли, поджала под себя ноги и совсем ненадолго, буквально на минутку прикрыла глаза.
ГЛАВА 2
Там же, но позже…
– Алекс, Мэнди пропала! – Этот пронзительный вопль был переполнен таким искренним восторгом, что захотелось немедленно придушить хулиганку, столь неподдельно радовавшуюся моему исчезновению.
Исчезновению? Разве я исчезала? Мыслительный процесс никак не желал набирать обороты, вяло, едва шевеля извилинами, выбираясь из оков сна.
– Ой, а что это вы тут делаете?! – Восторг достиг новых высот.
Я с трудом открыла глаза и приподнялась на локтях.
В дверях таращил любопытные глазищи кошмар всей моей жизни – мисс Румита Фрэйл собственной несносной персоной. На её хорошеньком личике было весьма занятное выражение – нечто среднее между ужасом и предвкушением.
– Кто "вы"? – Голос слушался меня плохо и казался каким-то чужим.
– Сгинь, чудовище! – раздалось слева от меня, и в сторону Руми полетела думка, помахивая шёлковыми кистями на уголках.
– Сам такой! – Показала язык ловко перехватившая снаряд девчонка и, швырнув его обратно, исчезла за дверью. – Я буду на кухне, – донеслось из-за створки.
Я медленно, надеясь, что вот сейчас, через миг очнусь от этого жуткого кошмара, повернула голову и приподняла подушку. Из-под неё на меня недобро посмотрели два прищуренных голубых глаза.
– Верни обратно! – потребовал Алекс.
И я охотно послушалась, поскольку меньше всего жаждала созерцать его заспанную физиономию. Вместо этого я предпочла заняться собственным видом, заглянув под плед. К счастью, одежда была на мне. За исключением жакета, который обнаружился в ногах кровати. Следовательно, ничего непоправимого со мной, наверное, не случилось. Придя к этой утешительной мысли, я смогла перейти к изучению остального.
Сосед по жизни, оказавшийся сегодня ещё и соседом по постели, тоже был одет. Мы лежали поверх покрывала на огромной кровати в незнакомой комнате, залитой ярким светом, струившимся сквозь не зашторенные окна. Размеры помещения, роскошная обстановка, а, главное, валяющиеся на туалетном столике мелочи прямо говорили, что это хозяйская спальня. Тем не менее, снова приподняв подушку, под которой некоторые предпочитали прятаться от солнца и удручающей действительности, я не удержалась от глупого вопроса:
– Что ты здесь делаешь?
– Живу, – прикрыв глаза рукой, озвучил очевидное Фрэйл-младший.
– Что я здесь делаю? – исправилась я.
– Спишь, – пожал плечами небывало лаконичный сосед. – Вернее, уже не спишь и мне спать мешаешь, – добавил он.
– И почему я здесь сплю?
– Послушай, Одуванчик, – тяжко вздохнув и переместившись в сидячее положение, начал Алекс, – в этой квартире всего две спальни. Конечно, я мог бы перенести тебя из кресла в гостевую комнату, но сомневаюсь, что в компании раненого волка тебе было бы достаточно комфортно. А сам, уж извини, я ни на одном диване в длину не помещаюсь.
Можно было возразить, что на любом диване отлично помещаюсь я, или что следовало меня разбудить и отвезти домой, но я промолчала. Затевать с самого утра безобразную ссору совсем не хотелось. Самым разумным было просто постараться поскорее забыть обо всём, начиная с похищения автомобиля. Тем более что нам ещё предстояло как-то решить проблему с болтливой сестрёнкой покорителя женских сердец, в постели которого я умудрилась провести целую ночь.
Облачаться в предложенную соседом чистую рубашку я отказалась наотрез. Даже изрядно мятая моя собственная блузка смотрелась куда приличнее. Ситуация и без дополнительных двусмысленных атрибутов была крайне щекотливой. Посетив хозяйскую ванную, я умылась и кое-как стянула облако буйных локонов в хвост. Этой причёске не доставало не то что элегантности, её даже аккуратной было не назвать, но на что-то большее я оказалась неспособна, тем более что сумочка куда-то подевалась, и пришлось разбирать пряди пальцами. Вроде и не так поздно уснула накануне, и не так уж перетрудилась, но совершенно не чувствовала себя отдохнувшей. Наверное, взвинченные нервы нуждались в более продолжительном сне.
Вернувшись в спальню, я обнаружила, что хозяин её покинул, и, подобрав жакет, отправилась искать кухню. Несмотря на размах "скромности" апартаментов, планировка их была незамысловата и искомое обнаружилось просто. Проще и быстрее, чем хотелось бы.
– Где ты научился готовить? – щебетала Фрэйл-самая-младшая. Её голос звучал непривычно звонко и как-то уж слишком по-девичьи, с совершенно не свойственным ей жеманством.
Но не могла же хулиганка флиртовать с собственным братом?
Действительно не могла! Впрочем, объект для кокетства Руми выбрала почти столь же невероятный – несносная девчонка вовсю строила глазки Джайсону, хотя вид у перевёртыша мало способствовал пробуждению мечтаний. Вещи он явно позаимствовал из гардероба Алекса: рубашка была мала и некрасиво расходилась, являя взгляду голое тело между еле-еле застёгнутыми пуговицами; брюки по размеру подходили, но зато собирались гармошкой на щиколотках. Довершали облик героя девичьих грёз нежно-голубой фартук в трогательных белых ромашках, лопатка и сковорода.
– Сестра научила, – зардевшись, пробубнил оборотень и добавил, заметив меня на пороге кухни: – Доброе утро, мисс Аманда.
– Мэнди! – расплылась в улыбке каннибала Румита.
Я мысленно застонала, вслух же тихо поздоровалась. И, не поворачиваясь, сделала шаг назад, намереваясь позорно ретироваться, не вступая в бой, – объясняться с мисс Катастрофой в одиночку я уж точно была не готова. Но сбежать не удалось – в спину мягко подтолкнули, вынуждая войти.
– Всем привет! Отличное утро, не правда ли? – возвестил Фрэйл.
– Изумительное! – поддержала любимого братца Руми.
– Угу, – неопределённо буркнул перевёртыш.
– Лучше не бывало! – съязвила я себе под нос.
– Что на завтрак? – Продолжил комедию сосед, настойчиво, но как-то невзначай, будто сам не замечает, что делает, перемещая меня в сторону сервированного на четверых стола.
Отбиваться всерьёз я не рискнула, а пассивное сопротивление не дало результата – через пару минут я уже сидела на крохотном диванчике, зажатая между подоконником и Алексом. Он уселся так близко, что я чувствовала тепло его тела, а капли с мокрой головы соседа то и дело оседали на моём рукаве.
– Никто не хочет мне ничего рассказать? – облокотившись на стол и уложив подбородок на скрещенные пальцы, прочирикала Румита.
– Нет! – отрезал Фрэйл.
– Не-е-ет? – переспросила Руми. Мне даже показалось, что на миг она растерялась, будто ожидала совсем иного ответа.
Признаться, я тоже удивилась – ситуация требовала хоть каких-то объяснений, – но предпочла помалкивать. Прежде чем начинать оправдываться, стоило прикинуть, что я могу предложить соседке за молчание. Единоличное мытьё посуды? Полгода дежурств по уборке квартиры? Или пригрозить раскрытием парочки её собственных шалостей? Как назло никаких достаточно серьёзных прегрешений за мисс Хулиганкой не водилось. Но, может, буквально завтра она что-нибудь учудит, и я смогу избавиться от кабалы?
Воображаемое долговое рабство основательно засело в моей голове. Я уже буквально видела, как, уподобившись бедной сиротке из сказки, круглосуточно надраиваю кастрюли и полирую полы. Перспектива удручала. Настолько удручала, что оставалось лишь одно – уповать на дар убеждения гадкого злодея Алекса. В конце концов, это по его вине я оказалась в столь щекотливом положении, значит, ему и обеспечивать выход из ситуации с наименьшими потерями.
– Вот! – оборвав мои невесёлые мысли, объявил Джайс и водрузил блюдо с горкой отбивных посреди стола. – Есть острый соус и кисло-сладкий, – добавил он, словно официант.
Жареное мясо с самого утра не слишком вдохновляло, но, похоже, только меня – остальные, даже Руми, принялись споро нагружать свои тарелки. Пока я гадала, как бы повежливее отказаться от предложенного и попросить печенья или булочку, сосед бесцеремонно шлёпнул пару кусков и на мою тарелку, украсил их кляксой соуса и поинтересовался:
– Чай, сок?
Я затребовала чаю, которого так и не получила вчера, и, прикрывшись выданной кружкой от довольных рационом "хищников", задумалась. Собравшаяся за завтраком компания была странна сама по себе, но, учитывая место, время и, главное, предшествовавшие сборищу обстоятельства, картину нашего застолья смело можно было именовать абсурдной. Для меня присутствие в доме Фрэйла-младшего столь ранним утром было ещё как-то объяснимо. Его сестрёнка и вовсе имела все права здесь находиться, но как быть с перевёртышем?
Безусловно, я была рада, что прогноз доктора-самоучки оправдался, и оборотень полностью, насколько можно было судить по внешним признакам, оправился от раны. Но ещё несколько часов назад он истекал кровью в украденной – предположительно им – машине, а теперь хозяйничает у Алекса на кухне, будто не раз здесь бывал. Разве это нормально? Я вынужденно пребывала на вражеской территории ввиду цепи неприятностей накануне, Румита, потеряв соседку, вполне логично принеслась к брату за помощью. Но почему раненый воришка, придя в себя, не поспешил убраться подальше? Не справился с охранным плетением на двери и решил задобрить обворованного им человека завтраком?
– Джайсон, а как вы вчера… Ай! – фразу оборвал невольный вскрик. А как не закричать, когда один мерзкий тип злодейски щиплет тебя за бок? Я повернулась и возмущенно уставилась на бессовестную физиономию соседа.
– Обожглась? Слишком горячий? – участливо спросил он и, ухватив меня за запястье, чтобы притянуть мою кружку к своему рту, бесцеремонно отпил.
– Ты… – От возмущения слова как-то резко закончились.
– Я подую! – обрадовал меня Фрэйл и, склонившись, прошептал: – Некоторые напитки чересчур горячие для юных мисс.
Намёк был прозрачнее некуда. Я покосилась на насупившуюся Румиту и послушно умолкла. Как ни досадно, но Алекс был прав – обсуждать что-либо при мисс Большие-уши-и-длинный-язык было чревато ещё большими неприятностями, чем те, что уже имелись. Пришлось унять любопытство и вернуться к безмолвному поглощению чая.
Не иначе, как в качестве поощрения за сознательное поведение, передо мной появились вазочка с печеньем и коробка конфет. А может, Фрэйлу просто приглянулся кусок мяса на моей тарелке, который он проворно переложил на свою. Получив порцию сладкого, мозг несколько приободрился и начал генерировать вопросы и версии. Их было так много, что для перечня не хватило бы целого блокнота. И тем более обидно было, что пока нельзя озвучить ни один из них. Я посматривала поверх чашки на Руми и гадала, как бы половчее отправить её куда-нибудь погулять.
"Ну же, выйди! – усердно внушала я, вперив взгляд между недовольно нахмуренных бровей соседки. – Вот хотя бы во двор пойди, розы на клумбе понюхай, в гамаке покачайся, фонтан сломай!". Разумеется, я не ожидала, что вдруг обрету талант гипнотизёра, но толика надежды была, но мой мысленный посыл внезапно подействовал! Вот только с целью вышла промашка, ибо из-за стола вдруг поднялся Алекс и предложил Джайсу побеседовать пару минут в гостиной.
– Девочки, не хулиганьте! – ухмыльнулся с порога кухни этот гад и, подмигнув, исчез за дверью, оставляя меня на растерзание сестрёнке.
Та мигом оживилась, просияла и, подавшись вперёд так, что едва не улеглась грудью на стол, приступила к допросу:
– Что вчера было, Мэнди?
Оценив огонь любопытства, полыхавший в её голубых глазищах, я про себя взвыла, а вслух ответила флегматично:
– Вчера? Пятница, рабочий де…
– Без тебя знаю, что не четверг, – нетерпеливо оборвала меня Руми. – Вечером что было?
– Прохладно? – отпив, предположила я. Отсутствие конкретики в вопросах выдавало начинающего, ещё совсем неопытного дознавателя, и позволяло всерьёз рассчитывать потянуть время до возвращения мужчин.
– Я тебя сейчас укушу! – Со стороны юной мисс, употребившей изрядную порцию мяса на завтрак, угроза звучала достаточно устрашающе, но я не прониклась.
– За что?
– За вредность и издевательства над беззащитным ребёнком! – убеждённо сообщила Румита. – Подумать только, всего одна ночь в кровати Алекса и ты уже стала такой же противной, как он. А что будет через пару недель совместной жизни?! Представить страшно!
Я поперхнулась очередным глотком чая и закашлялась. Открыла рот, чтобы возмутиться, но тут же его захлопнула. Оправдываться? Пытаться что-то втолковать взбалмошной девчонке? Просить и уговаривать? Сулить и задабривать? Вот ещё! Пусть мистер Безалаберность сам объясняется со своей кровной родственницей.
Отставив чашку и выскользнув из-за стола под торжествующим взглядом соседки, которая заметно гордилась произведенным её фразой впечатлением, я медленно поплыла к выходу. В последний момент ухватила со стенки массивную поварёшку и, выскочив из кухни, ловко продела её сквозь ручку, надёжно зафиксировав дверь из узорчатого стекла. Несколько секунд было тихо, а потом раздался обиженный вой "Мэнди!" и створка затряслась. Повернув импровизированный затвор так, чтобы он уж точно не вывалился от наскоков обманутой "хищницы", я отправилась на поиски укротителя.
Гостиная пустовала, так же как и примыкавший к ней с другой стороны кабинет. Холл с зеркалом во всю стену, библиотека, в которой я чуть не позабыла, где я и зачем, хозяйская спальня – ни одно из помещений меня не порадовало. Во дворе тоже никого не оказалось. Оставалось последнее. По мере продвижения к гостевой комнате уверенные шаги сами по себе превращались в беззвучную поступь охотящегося зверя. Не то, чтобы я в самом деле рассчитывала подкрасться к перевёртышу, но, увидев неплотно прикрытую дверь, не смогла пренебречь шансом. А вдруг регенерация после ранения притупила слух Джайса? В конце концов, до полнолуния было ещё далеко, и органы чувств оборотней, наверное, работали незначительно лучше человеческих.