Ссылка в Магическую Академию

Пролог

Лорлиона сладко потянулась в кровати и улыбнулась. Сегодня ее день рождения! Сегодня ей исполняется тринадцать, и она будет считаться совершеннолетней по законам Ингиака.

Конечно ей далеко до почестей, которые оказывают нелюдям, стоит им пересечь сей священный рубеж, но и для человечки стать самостоятельной означало весьма многое.

Вздохнув, Лори свесила ноги с кровати, встав на холодный мраморный пол. Как было бы прекрасно всего лишь на миг представить, что этот замок, в котором она жила, принадлежал ей! Почувствовать себя на мгновение киоссой… Но куда там до высшей знати, ее вполне бы устроило звание геуны! Хотя бы стать средним классом…

Подойдя к зеркалу, Лорлиона в задумчивости уставилась на свое отражение. Взлохмаченные после сна рыжие волосы, покрытое веснушками лицо, аккуратный прямой носик и зеленые глаза, что сейчас придирчиво изучали отражение. Самая обыкновенная человечка.

Эх, а вот бы ей стать капельку похожей на эльфийку! Или фею, не говоря уже про суккубов, девочки их народа славились аппетитными телами чуть ли не с младенчества, заставляя мужской пол сворачивать шеи вслед этим сластолюбивым созданиям. А думать про то, чтобы хотя бы отчасти походить на королеву, киоссу Каларику, которая в своей мирной ипостаси завораживала красотой угольно-черных волос и пронзительных синих глаз, столь похожих на воды моря, что располагались в небольшом удалении от столицы соседнего государства, было равносильно тому, чтобы испортить настрой на весь предстоящий день. Демоницей ей не быть, ими только рождаются. Впрочем, как и представительницей остальных магических народов. У нелюдей красота, казалось, была заложена на биологическом уровне.

Впрочем, чего ей жаловаться? Не каждой человечке в Ингиаке так повезло: оказаться рожденной в замке самого киоса Альморона, могущественного высшего демона, правящего огромным государством, получив тем самым законное место среди королевских слуг.

Ее мама, будучи мойщицей на кухне господ, смогла выбить дочери местечко, и уже к пяти годам Лори имела представление о том, что такое готовка и как можно превратить сырые продукты в произведение кулинарного искусства. Правда самой подойти к плите ей позволили лишь по достижению восьми лет, разрешив стать одной из поварят.

В первый день назначения поваренком девушка сияла от гордости, всю ночь рассказывая матери о том, какой Гилин, старший повар, виртуоз, и как он громко раздает команды, постоянно подгоняя своих работников.

Сандера на это лишь улыбалась, гладя дочь по голове.

Лори была ее единственной радостью после того, как четырнадцать лет назад на их город напало соседнее государство, во главе которого также стояли высшие демоны. Один из воинов, что попал на территорию замка, увидев рыжеволосую молодую Сандеру, пленился ее красотой и не смог справится со своей похотью, изнасиловав бедную девушку, после чего скрылся из ее жизни, оставив под сердцем дитя.

Лорлиона много раз спрашивала мать про своего отца, желая узнать столь важные крупицы для ее мысленного представления: как он выглядит или к какому народу принадлежит, однако Сандера ловко уходила от ответа, не желая посвящать дочь в подробности и не рассказывая страшную тайну об акте насилия. Она всегда отзывалась о том времени вскользь, лишь намекая, что всего одна ночь, о которой она не жалела, может поменять течение жизни и подарить новую.

Вероятно Сандера считала ее слишком маленькой.

Но теперь-то она стала взрослой! А, значит, мама на этот раз не отвертится от объяснений.

Подмигнув своему отражению в зеркале, Лорлиона подошла к сундуку, где хранились ее платья – одно рабочее, а второе праздничное, которое она сама сшила из подаренной Сандерой ткани. Любовно проведя до гладкой материи рукой, Лори на секунду задумалась. Она надевала это платье всего однажды, когда слугам было велено выйти на лужайку перед замком для знакомства с принцем Ноалом, наследником Альморона. Король в тот день давал сыну урок правильного обращения с подчиненными, показывая, сколь многочислен их штат.

Но Лори стояла слишком далеко от первого ряда, чтобы как следует рассмотреть принца. Да и этикет, не позволяющим рини и ринналам, младшим классам, к которым она относилась, поднимать головы и прямо встречать взгляды господ, не способствовали утолению любопытства.

Конечно когда Ноал прошел мимо, девочка рискнула на мгновение поднять взгляд, но лишь увидела удаляющуюся стройную мужскую фигуру с копной темных коротко стриженных волос.

Стоило киосам удалиться, слуг разогнали, заявив, что нечего прохлаждаться, когда впереди полно работы. Лори тогда с сожалением снова пришлось переодеться в рабочее платье, повязывая поверх грубой ткани белый передник.

И сейчас, смотря на то нарядное голубое платье с белыми ажурными лентами по краю ворота и рукавов-фонариков, Лори прикусила губу. Да, у нее сегодня праздник, но никто не отменял работу на кухне. А если она испачкает жиром дорогую материю?

Нет, рисковать не стоит. Мама тогда потратила половину своего жалованья, чтобы приобрести маленький клочок ткани ей на радость.

Облачившись в повседневное платье, девушка вышла из комнаты и поспешила на кухню по лестнице для слуг. Рини не предстало появляться перед высокопоставленными обитателями замка, смущая тех своим видом. Рабочий класс для того и был рабочим, чтобы лишь угождать тем, кто стоял по иерархической лестнице выше.

На кухне уже вовсю кипела работа, хотя солнце только начало свой бег по небосклону. Вода пузырилась в огромных кастрюлях, подвешенных над жарким огнем, на сковородках трещали, поджариваясь, кусочки аппетитного мяса на завтрак киосам и геунам, которые гостили в замке, на столах уже вовсю нарезали овощи.

Заметив вбежавшую Лори, несколько рабочих с улыбками поздравили ее с днем вступления во взрослую жизнь, однако не оторвались от своих занятий, помня о суровом нраве Гилина.

Лорлиона начала мелко шинковать лук и резать морковь, перекладывая овощи на шипящую сковороду, которую хорошо сдобрила маслом. Некоторые гости Их Величеств любили плотный завтрак, предпочитая сытый желудок полуголодному, с коим приходилось бегать большинству рини и ринналов.

Отбив филе курицы и порезав его на кусочки, Лори добавила мясо к жарившимся овощам, не забыв посыпать получившееся блюдо солью и черным перцем.

Сейчас, впитывая в себя ароматные запахи, ее живот скрутило, и он жалобно заурчал. Девушка покраснела еще больше, если такое было возможно в жаркой, дышащей паром, кухне.

И почему она встала сегодня так поздно? И мама не разбудила, тихонько выскользнув из их комнатки, видимо решив дать имениннице отоспаться. А теперь ей приходилось глотать слюнки, готовя изысканные блюда для господ.

На кухне время всегда летело незаметно, и когда с очередной вереницей слуг готовые блюда, выложенные на фарфоровые тарелки и накрытые серебряными пузатыми крышками, отправились на столы жителей замка, Лори вытирала со лба тыльной стороной руки струящийся пот, который так и норовил застилать глаза.

Время уже давно перевалило за девять часов, и организм человечки прямо-таки требовал, чтобы его покормили. Даже не требовал, а просто умолял, крича всеми доступными ему способами, громко и настойчиво урча, словно ластившаяся к ногам кошка.

Решив, что пора сделать перерыв (тем более свою часть работы она выполнила), Лори положила оставшуюся часть гарнира на маленькую тарелочку, дополнила чудом сохранившемся кусочком куриной грудки, и отошла к свободному столу.

К ее трапезе присоединилась Сандера, закончив мыть к этому времени очередную порцию тарелок.

– С днем рождения, милая, – она поцеловала дочку в щеку, присаживаясь на соседний стул.

Лори улыбнулась.

– Спасибо мам, – получилось не совсем внятно, потому что взятый с голодухи большой кусок картофеля заполнил рот, а пережевать его Лорлиона не успела.

Сандера покачала головой.

– Когда же ты научишься кушать не как поросенок? – она протянула руку с салфеткой и вытерла каплю соуса с ее подбородка.

Лори пожала плечами, проглотив-таки последний кусочек и удовлетворенно вздыхая.

– Это господам нужно следить за своими манерами, чтобы, не дай Гисхильдис, не опозорится, а нам, рини, можно и расслабиться, получая от еды удовольствие.

Сандера нахмурилась.

– Лорлиона! Да что же ты такое говоришь! А если вдруг завтра тебя увидит какой-нибудь достойный мужчина? Мужчина, готовый взять в жены? Да как увидит твое бескультурье, сразу передумает!

Лори скривилась, словно съела лимон, а то и парочку десятков.

– О каких мужчинах ты говоришь, мам? Мне всего тринадцать! Я не собираюсь выходить замуж по крайней мере до тех пор, пока не буду твердо уверена, что ты не останешься одна.

Сандера печально покачала головой.

Этот разговор они заводили уже много раз. Сандера, будучи молодой и красивой женщиной с такими же, как у дочери рыжими волосами, и стройной фигурой, пышной в определенных местах, именно там, где нужно, могла запросто найти себе мужа, даже несмотря на взрослую дочь. Сама она родила, когда ей было всего семнадцать. И сейчас, тридцатилетняя, в самом расцвете сил, синеглазая красавица отвергала любые знаки заинтересованности от пытающихся ее привлечь ринналов. Мотивируя это тем, что после замужества нужно будет много внимания уделять супругу, который не захочет все свободное время делить с внебрачной дочкой. А на это любящая мать не готова была пойти.

Но Лори хотелось для матери счастья. И любви. Она видела, как некоторые слуги обзаводились семьями и рожали детей. Видела их лучившиеся гордостью лица, когда они рассказывали о достижениях своей второй половинки. И чувствовала себя виноватой.

Иногда девушке казалось, что мама все еще тоскует по тому мужчине, что пробыл с ней всего одну ночь, подарив ребенка. Да, пусть Сандера и не вдавалась в подробности, но Лори удалось выведать одну главную деталь: мама благодарила небеса, что в тот роковой раз судьба свела ее с суровым незнакомцем. Ведь плодом порока стала единственная дочь. Ее отрада. Ее смысл жизни.

– Иди отнеси еду Брану, – решила стоять на своем Сандера, поднимаясь с места. – Бедный мальчик наверняка место себе на находит, думая, когда же ты появишься.

Лорлиона вздохнула, послушно направляясь к котлу, в котором тушилось жаркое из кролика.

Бран… Он был старше ее всего на пять лет, но уже смог выслужиться до личного конюха самого принца Ноала. И, кажется, ему действительно нравилась Лори. По крайней мере каждый раз, стоило им пересечься, он мило улыбался, говоря, какая она сегодня красивая, или подмечая изменения в ее блюдах. А однажды он даже подарил ей букетик полевых цветов!

Лорлиона задумалась, направляясь в сторону огромных конюшен. А что она чувствует к Брану? И чувствует ли вообще что-либо?

Да, он был весьма недурен собой: русые волосы, доходившие ему до плеч, внимательные серые глаза, чуть курносый нос и всегда расплывающиеся при виде нее губы. Он был добрым и отзывчивым, всегда помогал переносить в кухню привезенные с рынка продукты… Но он скорее был просто другом. Хорошим, надежным другом. И Лори была счастлива, что у нее он есть. Но вот думать о Бране, как о потенциальном женихе?..

Отворив одной рукой дверь, ведущую в конюшни, а второй держа тарелку с едой, Лорлиона переступила порог и тут же ей в нос ударил запах свежего сена и лошадиного пота.

Лошади Альморона славились на весь Ингиак своей выносливостью и статью. Один конь из этой конюшни мог стоить целое состояние, и позволить себе столь бьющее по карману приобретение мог не каждый геун, однако любой уважающий себя представитель среднего класса считал прямо-таки священной обязанностью попытаться приобрести столь ценный экземпляр.

– Бран? Ты здесь?

Лори стала оглядываться по сторонам в поисках знакомого. Обычно он сидел на стуле возле входа и подшивал подпруги или оплетал седла, если лошади были ухожены и накормлены, однако сегодня уголок пустовал.

Нахмурившись, Лорлиона поставила тарелку на стол, потеснив инструменты паренька, и решила углубиться в стойла. Может, он вычесывает вернувшегося с прогулки коня? Некоторые гости киоса предпочитали ранние конные прогулки на свежем воздухе, разгоняя кровь и прогоняя остатки сна.

Великолепные животные степенно шагали в своих загонах, щипая травку и зерно смешанное с мелассой. Кто-то тихонько ржал, стоило девушке пройти мимо, однако не высказывая особого недовольства.

Услышав приглушенные голоса и смех, доносящийся из дальней части конюшни, Лори двинулась в том направлении.

– Бран?..

Но стоило Лори дойти до нужного места, ей пришлось встать, как вкопанной.

В пустом стойле были двое. Служанка, которая помогала Брану следить за лошадьми, кажется ее звали Бетси, и мужчина… Причем судя по тому, что они были на полу, подстелив на солому кинутый второпях пиджак, и улегшись на него сверху, они явно не лошадей обсуждали.

С бешено колотящимся сердцем Лорлиона осознала, кому принадлежала темная макушка, что сейчас склонялась к шее Бетси, покрывая ее поцелуями. Это был принц Ноал.

Да, пусть она видела киоса всего раз, и то со спины, но мощные плечи, что сейчас были обтянуты белой рубашкой, выполненной из очень дорогой ткани, не могли не впечататься в ее память. Такой хорошо развитой мускулатурой владели лишь демоны.

Бросив взгляд на выход, что был в другой стороне, Лори, молясь, чтобы ее не заметили, тихонько повернулась, намереваясь скрыться с места любовной встречи господина.

– Лори? – окрик Брана, который зашел в конюшню и увидел ее вдали, заставил девушку похолодеть.

По шуршанию, что начало происходить за ее спиной, Лорлиона поняла, что Брана услышали и те двое.

По инерции повернувшись к стойлу, Лори встретилась взглядом со вскочившем с места Ноалом.

У принца были голубые глаза, сейчас отливающие серебром, прямой нос и чувственные губы. Рубашка на груди наследника Альморона была расстегнута, представляя взору великолепие загорелой ровной кожи с хорошо выраженными грудными мышцами, уходящими ниже в рельефный пресс.

Поняв, что она осмелилась прямо смотреть на принца, Лори испуганно опустила голову, ругая себя на чем свет стоит.

– Киос, – она сделала неуверенный реверанс, не поднимая глаз.

В это время Бетси, судорожно поправляя свое платье, умудрилась обогнуть черноволосого коронованного красавца и выбежать из стойла, прикладывая к пылающим щекам ладони. Скосив глаза, Лорлиона увидела, как девушка встретилась по дороге с недоумевающим Браном, который ускорился в сторону стоящей столбом подруги.

Добравшись до Лори и увидев, перед кем она склонилась, Бран пришел в оцепенение.

– Киос?..

Брану в отличие от многих было дозволено смотреть на своего господина, не пряча взор. Да и как бы он работал с ним иначе? В обязанности конюха входили и редкие сопровождающие прогулки верхом, особенно когда Его Высочество высказывал желание объездить жеребца с норовом.

– Доброе утро, Бран.

От мягкого баритона у Лори по спине пробежали мурашки, а от следующей фразы сердце решило забиться в три раза быстрей.

– Не представишь мне даму?

Кинув быстрый взгляд на словно превратившуюся в статую Лори, Бран вздохнул.

– Позвольте представить вам рини Лорлиону Готрун. Лори работает на вашей кухне, милорд.

– Вот как.

Лори невольно заметила, как принц начал неторопливо застегивать пуговицы на своей рубашке. У него были длинные красивые пальцы с ухоженными коротко стриженными ногтями. Истинный аристократ. Однако мысленный голос услужливо напомнил о том, что перед ней высший демон, представитель сильнейшей в мире расы, одного мановения руки которого хватит на уничтожение маленькой деревни, так что его внешний лоск не смог притупить внутреннюю панику.

– Могу я попросить тебя оставить нас с мисс Лорлионой ненадолго?

Бран застыл, а Лори, не ожидавшая услышать нечто подобное, снова непроизвольно подняла голову и посмотрела на Ноала, испуганно расширив глаза.

Неужели он будет отчитывать ее за то, что она помешала его уединению? Впрочем… это его право.

Бран поклонился и повернулся к Лори спиной, чтобы уйти, но девушка инстинктивно схватила его за руку. Заметив этот жест, Ноал приподнял бровь, скривив губы в усмешке.

– Тебе нечего бояться, Лори.

От бархатистого голоса, что сейчас ее словно обволакивал, девушке захотелось растаять. Дабы маленькой лужицей испариться, не гневя высокого господина. Однако руку Брана Лори отпустила, позволяя тому уйти.

Проводив взглядом слугу, Ноал нагнулся, чтобы поднять с пола пиджак, весь усыпанный соломой и встряхнул его. Однако некоторые травинки упорно не хотели упускать дорогую ткань, цепляясь, словно таким образом хотели сами стать частью королевского гардероба.

Задумавшись, Ноал снова обратил внимание на стоящую на пороге Лори, которая не знала, куда деть глаза.

– Мне стоит извиниться за то, свидетелем чего ты только что стала, – произнес киос, заставляя Лорлиону снова вскидывать голову.

Ей не послышалось? Сам Наследник только что извинился?! Перед ней?!

– Это мне следует просить прощения, киос Ноал! Молю, не сердитесь, что я прервала ваш… досуг.

Ноал снова растянул губы в улыбке.

– Я надеюсь, что этот инцидент останется в тайне?

– Конечно, Ваше Высочество! – Лори судорожно закивала, уставившись принцу в район начищенных сапог, боясь поднимать взгляд выше.

Сапоги пришли в движение, неумолимо приближаясь, и Лорлиона ощутила на своем подбородке тепло его рук. Принц вынудил поднять ее лицо, встречаясь с ним взглядом.

– Не отводи взор, – попросил Ноал, и девушке пришлось подчиниться.

Она никогда не думала, что увидит принца так близко. Лори были видны даже маленькие синие вкрапления на радужке его глаз, сейчас внимательно изучавших ее личико.

– Я ведь могу положиться на тебя?

– Д… да, – Лори с испуга забыла как дышать и начала заикаться.

– Тебе нравится работать на кухне, Лори?

От неожиданности Лорлиона захлопала глазами. При чем здесь ее работа? Неужели он хочет ее уволить, если она проболтается?

Задрожав, девушка смогла только кивнуть.

– А ты умеешь обращаться с одеждой?

Еще один странный вопрос. К чему он?

Словно в ответ на ее мысли, Ноал приподнял пиджак, что сжимал в руке.

– Сможешь его вычистить? А то, боюсь, придется отчитываться перед Вильмнсом, из какой канавы я вылез на этот раз.

Вильмнс? Главный управляющий королевской семьи? Тот самый, что заведует дворцовыми слугами?

Лори слышала, как этого геуна, представителя средних классов, назначили год назад на почетную должность мажордома при киосе, и с тех пор слуги, отвечающие за внутреннее убранство родового гнезда ходили по струнке смирно, боясь лишний раз сказать не то слово.

– Могу, – только и выдавила из себя Лори, принимая протянутый ей элемент верхней одежды, который все еще хранил тепло лежащих на нем тел.

– Чудно, – Ноал белозубо улыбнулся, выпуская подбородок девушки и подмигивая. – Занеси потом его в мои покои.

– Простите?..

Лори за все тринадцать лет жизни в замке ни разу не переступала порога, отделяющего половину для слуг от господских помещений. Такой почести удостаивались лишь те, кто постоянно служил при геунах и киосах, принося им пищу, одежду или готовя ванны. Но чтобы она, Лорлиона, осмелилась на такое?

– Мне кажется, что ты смышленая девочка, Лори, и наверняка справишься с моим поручением.

Лорлиона изумленно смотрела на Ноала, который кивнув ей на прощание, отправился в сторону выхода из конюшен. И отмереть смогла лишь после того, как за принцем закрылась дверь.

Все это казалось не более чем игрой ее воображения, однако пиджак, который девушка держала в руках, говорил, что все произошедшее и происходящее более чем реально.

Прижимая дорогую вещь к груди, Лорлиона побрела по усыпанной сеном дорожке, пока не дошла до закончившего завтракать Брана. Увидев ее, паренек подскочил.

– Лори, все в порядке?

Девушка неопределенно мотнула головой.

– Киос приказал почистить его пиджак.

Бран нахмурил брови.

– У него полно слуг для этой работы.

– Может, он таким образом хотел наказать меня? – Лори встретилась взглядом с другом. – Бран, он сказал, чтобы я потом отнесла его к нему в покои.

Бран сощурил глаза, но ничего не ответил.

– Что мне делать?

– Выполни его поручение, Лори. Ты не можешь ослушаться самого киоса.

Совсем не так она представляла себе свой день рождения, ох не так!

Однако Лорлиона и в самом деле не видела другого выхода, кроме как выполнить то, что ее попросили.

Не доходя до кухни, девушка отошла чуть в сторону, чтобы не привлекать к себе внимание, села на скамейку и начала методично вытаскивать соломинку за соломинкой, приводя пиджак в божеский вид. Когда с этим было покончено, Лорлиона налила воды в деревянную лохань и принялась аккуратно стирать черную материю, стараясь сосредоточиться. Не хватало еще повредить что-нибудь или оторвать пуговицу!

Если она, не дай Гисхильдис, порвет материю, не известно, сколько месяцев, а, может, и лет ей придется работать бесплатно, лишь бы окупить причиненный вред.

Когда и со стиркой было покончено, Лори аккуратно повесила пиджак сушиться, боясь даже на минуту оставить столь ценную вещь в одиночестве.

Тут-то ее и нашла Бетси. Невысокая блондинка с полной грудью, которой уже стукнуло пятнадцать, поняв, что Лори одна, стремительно подскочила к девушке, обвинительно указывая на капающий на земляной пол пиджак.

– Почему вещи киоса здесь?

Лори пожала плечами.

– Киос приказал привести его одежду в порядок, – на секунду помедлив, девушка все же не удержалась от шпильки. – А то, благодаря вашим стараниям, из пиджака в пору было делать подушку, набитую соломой.

Бетси и не подумала краснеть, лишь сложив руки на груди и прищурившись стала осматривать Лори, будто хотела что-то обнаружить.

– Что ты вообще делала на конюшне?

– Принесла завтрак для Брана.

– А зачем пошла вглубь?

– Его не было на месте! – Лори поднялась с места, сжимая кулаки.

В конце концов, она не виновата, что принц захотел утолить свою похоть именно сегодня утром и именно там, где она его застала! Да и почему Бетси ее отчитывает, словно она провинилась?

– Уж извини, что сорвала твое свидание! Но кто же знал, что ты, вместо того, чтобы ухаживать за его лошадьми, сама готова была пуститься вскачь?

Бетси расширила глаза от столь нетривиальной параллели с лошадью, и сжала зубы, наступая на Лори.

– Ты поплатишься за свои слова! – блондинка замахнулась и отвесила Лорлионе звонкую оплеуху.

Лори, не ожидавшая такой скорой расправы, лишь расширила от удивления глаза, хватаясь за обожженную щеку. В ней начал вскипать гнев.

Отличный день рождения выдался! Просто замечательный! Если для того, чтобы отметить вступление во взрослую жизнь ей нужно будет подраться, что же, так тому и быть!

Скрипнув зубами, Лорлиона с ненавистью посмотрела на обидчицу, желая, чтобы смазливая девчонка, не отдающая себе отчета о свершенных поступках, по крайней мере спустилась с небес на землю. Она-то небось себе вообразила, что раз сам киос Ноал соблаговолил одарить ее своим вниманием, значит она особенная! Так у принца таких, как Бетси, если верить слухам, были десятки, если не сотни.

Демоны не гнушались вступать в интимную близость с тем, кто им приглянется, иногда просто ради выпускания пара. Но стоило всему произойти, как тут же теряли интерес к своей пассии, отправляясь на охоту за новой жертвой. Но Бетси этого упрямо не хотела осознавать.

Хотя, девчонку тоже можно было понять. Когда еще предоставится шанс побывать в постели принца? Да, пусть это был бы всего один раз, но он наверняка запомнился бы на всю жизнь!

Продолжая сверлить блондинку взглядом, Лори шагнула вперед, намереваясь ответить за пощечину, да вот изменившееся в миг лицо красавицы заставило ее замереть. Бетси, до этого прищурив глаза и сжав губы, словно ожидая, что начнется настоящая драка, сейчас расширила от ужаса глаза и чуть приоткрыла рот, выставив руки вперед и начав отступать.

Подумав, что она увидела кого-то за ее спиной, Лорлиона быстро оглянулась. Но нет, они на маленьком дворике были одни.

– Твои… глаза, – полушепотом произнесла Бетси, указывая пальцем в лицо Лори.

Глаза? О чем это она толкует?

Лори сделала еще шаг по направлению к девушке, но Бетси ускорилась, пятясь задом и продолжая трястись, словно от страха.

– Я… прости меня, Лори, я не хотела, – пробормотала она быстро, разворачиваясь и убегая в сторону конюшни.

Лорлиона проводила рини недоуменным взглядом.

Что это с ней?

Неужели испугалась злого выражения ее лица?