Пропавший племянник

Квинт торжественно вручил горшочек с бегоником розовым Марку и спросил:

– Как жизнь?

– Прекрасна, а раз уж ты меня, старика, навестил, то и вовсе великолепна.

Марк сильно преувеличивал свой возраст. Ему едва исполнилось пятьдесят.

– Ну ты, наверное, уже догадался, что я к тебе не просто так, а по делу.

– Еще бы, зайти ко мне просто так у тебя никогда нет времени. – Марк усмехнулся. – Я все хотел спросить: как там твое Агентство? На хлеб хватает?

– С маслом, – скромно уточнил Квинт. – Я к тебе пришел как раз по делу Агентства. Мне очень нужна твоя помощь. Вернее, не твоя, а Ромба. Он же у тебя первоклассная ищейка.

– Вот, дожил. Теперь моим друзьям нужен не я, а всего лишь моя собака. А я так, полезный довесок. Или не очень полезный, это еще как посмотреть. – Марк в великой скорби опустил голову, |но было хорошо видно, что он улыбается.

– Марк, не ворчи. Мне действительно нужен Ромб. Для дела.

Ромб услышал свое имя и радостно завилял всей нижней частью туловища. Его хвост-прутик мельтешил во все стороны со скоростью крыльев колибри.

– А что случилось? – Марк уселся на порожек и пригласил гостя последовать его примеру.

Квинт сел и достал из кармана штанов печенье. Ромб взвизгнул и умоляюще посмотрел на него.

– Честное слово, у меня создается впечатление, что ты его совсем не кормишь. Всякий раз, когда я прихожу к тебе, Ромб смотрит на меня очень голодными глазами.

– Он большой любитель пожевать, ничего не поделаешь, но я его только что покормил. Так что отдай ему это несчастное печенье и не играй на нежных собачьих нервах.

– Сегодня утром здесь, в парке, у леди Люштаггарр пропала собака. Мопс по кличке Маркиз. А после обеда она заявилась в Агентство и пыталась выломать нашу дверь. Дома, как назло, кроме Феликса, никого не было, и поэтому впустить ее в Агентство было суждено мне. Я как раз вернулся из паломничества по живописнейшему месту, именуемому Чудесной Рощей. По-моему, я все-таки перестарался с курительными палочками. Ты случайно ничего не слышал об этом происшествии?

– Ну почему же, слышал, – невозмутимо ответил лесничий. – Все утро по парку ветер носил страшные проклятия в адрес каких-то негодяев и отчаянные вопли раненого ламантина.

– Во-во, – обрадовался Квинт, – это точно была она. Ее голосок.

– Не знаю, может, и она. В первой половине дня у меня дел всегда по горло, и поэтому мне некогда было выяснять, что там случилось. Во всяком случае, ко мне за помощью никто не обращался.

– У меня есть поводок Маркиза, и я подумал, что с помощью Ромба и его великолепного носа смогу найти собаку по запаху. Вот он, этот поводок. – Квинт достал из кармана злополучную золотую веревку, ставшую причиной несчастий леди Люштаггарр.

– Интересно, а как ты себе это представляешь? В парке каждый день бывают тысячи собак и людей. К тому же они с хозяйкой, наверное, гуляли здесь раньше?

– Гуляли, но я все предусмотрел. Вчера в парке прошел сильный дождь, и он обязан был смыть все лишние запахи. Марк, не смотри на меня такими страшными глазами, мне же надо с чего-то начинать поиски.

– Ромб, – обратился лесничий к собаке, – дядюшка Квинт считает тебя почти всемогущим. Ты же не станешь подрывать его доверие?

Ромб отчаянно завилял хвостом.

– Он, конечно, постарается, но обещать ничего не могу. Жена барона Люштаггарра богатая женщина… Ты не думаешь, что собаку могли выкрасть?

– Я спросил ее об этом, но ей никто ничем подобным не угрожал, хотя сама леди упорно считает, что пса украли нехорошие, злобные люди. Мне кажется, что это не так. Все гораздо проще – собачка решила отдохнуть от хозяйки. Перегрызла ремешок и самостоятельно подалась на вольные просторы. Изучать окрестности и метить территорию, например. Леди Люштаггарр, по всей видимости, действительно любит свою собаку. Ты бы видел, как она рыдала! И даже почти не торговалась, когда речь зашла об оплате наших услуг.

– А дорого, если не секрет?

– По-божески, – уклончиво ответил Квинт, – но ты же знаешь, что если что-нибудь понадобится от Агентства Поиска лично тебе, то с тебя мы не возьмем и монетки.

– Это радует.

– Быть может. Агентство Поиска и не решает вселенские вопросы, но мы, по крайней мере, занимаемся полезным делом. Спасать мир – удел героев. Все остальные заботы о нем ложатся на хрупкие плечи таких людей, как мы.

– У простых смертных проблемы всегда запутаннее, чем просто спасение какого-нибудь мира.

– Так было и будет всегда. С этим нужно смириться.

– Ну так что, пойдем? Хотелось бы закончить все дела к ужину. У меня на ужин жареные грибы и молодая картошка. Порция просто гигантская, так что я приглашаю тебя ее отведать.

– Спасибо, – поблагодарил Квинт, – но ничего не обещаю: там видно будет. Я еще не заслужил этот ужин. Вот когда найду Маркиза, тогда и вознагражу себя трапезой в твоем обществе.

Квинт встал и сладко потянулся. Надвигались сумерки. От пруда веяло влажной прохладой. Лесничий протянул Ромбу поводок его собрата мопса – понюхать. Ромб исправно поводил по нему носом, немного подумал и трусцой двинулся вперед. Пробежав несколько метров, он остановился, посмотрел на хозяина и призывно гавкнул.

– За ним! – скомандовал Марк. – Теперь главное – не отстать.

И они побежали. Поначалу собака бегала просто так – ей явно хотелось поразвлечься. Еще бы, с ней так редко играют, а ведь это очень забавно: заставить попыхтеть двух солидных дядек, один из которых твой хозяин. Во всяком случае, Квинт подозревал, что так оно и есть. Он двигался тяжело и поэтому сразу запыхался. Марк, который был старше его лет на двадцать, бежал, к прискорбию Квинта, намного легче.

– Все! Здоровый образ жизни… Пробежки по утрам… Много-много свежего воздуха и никаких пирожных, – сам себе пообещал Квинт. – Даже тех, что печет Дарий… Ну, может быть, одно, самое маленькое.

Ромб неожиданно изменил тактику. Он уткнулся носом в землю и принялся петлять по дорожкам. Пару раз он останавливался и делал стойку. Развлечения закончились – он учуял запах Маркиза. Петляли они долго. Ночь бесповоротно заступила на вахту. Если бы не фонари, они бы давно потеряли Ромба из виду. Квинт, у которого открылось пятнадцатое по счету дыхание, начал подумывать о том, что это плохая идея – носиться до полного изнеможения по парку. Марк с тоской вспоминал запах молодой картошки и грибов. Они пробежали мимо Скрипучего Дуба и остановились. Ромб замер в причудливой позе возле кромки воды того самого пруда, в котором плавают лебеди. До дома Марка было метров сто, не больше. Лесничий в сердцах выругался.

– Ну надо же, сколько времени и сил зря потеряли! Ты что, не мог нас привести сюда сразу? – спросил он собаку.

– Не мог, наверное. – Квинт в изнеможении опустился на травку. – Хорошо хоть куда-то привел. А то я уже начал побаиваться, что мы всю ночь тут проведем.

– А что ты намерен делать дальше? Если верить Ромбу, то след обрывается здесь. Дальше – только вода.

– Интересно, что этот мопс забыл в пруду? – вяло поинтересовался Квинт. Он никак не мог прийти в себя – мешали последствия марафонского забега. – В центре пруда есть большой остров, где спят по ночам лебеди. Я прав?

– Прав. Ну и что с этого? Ты думаешь, собака сейчас на острове?

– Даже если и так, соваться туда я не собираюсь все равно. Начальник как-никак. Жаль, что у тебя нет лодки, Марк. Она бы здорово пригодилась. А так бедному Криону придется добираться до этого клочка суши вплавь.

Лесничий присел на корточки, обняв одной рукой собаку. Ромб лизнул хозяина в щеку и виновато замахал хвостом.

– Фух! Спасибо за все, но мне уже пора домой, – сказал Квинт.

– Тебя проводить? Ночью не повредит осторожность.

– Не стоит. Большой суммы денег при мне нет, а моя жизнь… Кому я нужен? Кроме того, я всегда ношу с собой нож. Острый, как и все, что делает из металла Дарий.

– И умеешь с ним обращаться?

– О да! – Квинт зловеще усмехнулся. – Еще неизвестно; кого именно нужно бояться в темном переулке.

Действительно, по ночам Фар становится не таким симпатичным городом, как днем. Днем он сравнительно безопасен, а ночью… Патруль Города, конечно, старается, но он далеко не так всесилен и вездесущ, как хотелось бы некоторым слабонервным гражданам. Слишком уж разные по своей природе живут в столице создания. Трудно бороться с преступными наклонностями в себе, особенно когда у тебя к ним обнаруживается явный талант, а ничего другого ты больше делать не умеешь. И все твои предки занимались исключительно этим ремеслом. Это не оправдание воров и убийц, а просто констатация факта. Но существует установленное золотое правило: клиент не должен пострадать, если добровольно пожертвует все свои деньги и имущество Ночному Братству. За выполнением данного правила зорко следят все представители вышеупомянутой организации. Оно выгодно обеим сторонам. Только пещерным троллям чихать на всех. Патруль Города, Ночное Братство – им все равно. Они разгуливают там, где им вздумается, и никого не боятся. На их стороне грубая сила, отсутствие денег и фактически полная неуязвимость. Согласитесь, тяжело продырявить ножом глыбу разъяренного камня и самому при этом остаться невредимым.

Утро следующего дня выдалось хорошее. Ярко светило солнце, щебетали птички, было по-летнему тепло. Но вода в пруду оставалась холодной и зимой, и летом. Это очень не понравилось техномагу, которого обязали поплыть на остров и поискать там следы Маркиза.

– Мало того что мокрая, так еще и холодная, – ворчал он, – заработаю простуду, как минимум.

Он осторожно вошел в воду по плечи. До острова было метров пятьдесят. Лебеди с интересом смотрели, как человек плывет, а сами, чтобы показать, как это правильно делается, бодро перебирали красными лапками. На берег Крион выбрался, весь покрытый гусиной кожей. Он сильно замерз, пока был в воде. Земля оказалась топкой, и Крион сразу же увяз в ней по самую щиколотку. Попытка освободить ногу привела к тому, что он чуть было не поскользнулся.

– Вот зараза! – выругался техномаг.

Кое-как выбравшись из плена, Крион огляделся. Заросли, и еще раз заросли. Но раз необходимо прочесать весь остров, значит, придется это сделать. Немного поплутав по тропинкам, которые протоптали единственные обитатели этого острова – лебеди, техномаг пришел к выводу, что свое героическое плавание он совершил совершенно напрасно. Собаки нигде не было. Неожиданно в центре острова он наткнулся на лебединую деревню. Огромные гнезда из веток и соломы в несколько рядов предстали перед ним во всей своей Красс.

Это были так называемые спальни. Их владельцы в данный момент отсутствовали: они добывали себе пропитание, выманивая у доверчивых посетителей парка кусочки свежего хлеба. В одном из гнезд что-то подозрительно желтело.

У Криона в предчувствии екнуло сердце. Он осторожно, стараясь не наделать лишнего шума, пробился к этому гнезду. Так и есть! Туго свернувшись калачиком, в нем спал мопс. Собака была страшно грязная, в шерсти застряли кусочки глины, перья, засохшие водоросли.

– Маркиз! – позвал мопса техномаг. Никаких эмоций. Пришлось вытащить этого новоиспеченного пернатого из его убежища и немножко растормошить. Секунд через пять собака сладко зевнула и удивленно уставилась на техномага. Дескать, кто это посмел меня потревожить? Крион обратил внимание на дорогой, расшитый золотом ошейник и решил, что ошибки быть не может. Они честно отработали все до одной звонкие монеты леди Люштаггарр. Осталось только суметь взять с нее в дополнение к авансу и остальные деньги за проделанную работу. Мопс, ничуть не сопротивляясь, удобно устроился в объятиях Криона Кайзера и решил, по всей видимости, досмотреть прерванный сон. Техномаг, довольный как тысяча слонов после купания, уже стоял на берегу и радостно махал свободной рукой Квинту. Тот крикнул, чтобы он скорее плыл обратно. Со спящей собакой на руках сделать это было довольно затруднительно. Но Крион не так прост, как кажется – он поплыл, одной рукой высоко над водой держа Маркиза, а свободной энергично загребая воду.

– Ай да молодец. На вот полотенце, вытрись. Ромб нас не подвел. Марк, – обратился Квинт к лесничему, – за мной мясная вырезка для твоей собаки.

– Лучше отдай ее мне. Обещаю, что разделю ее по-братски. Все-таки я тоже принимал участие в этой истории и честно заслужил вознаграждение.

– Хорошо, так и сделаю. Крион, как ты нашел это чудо? Боги, какой же Маркиз грязный!

– Собака спала в лебедином гнезде. И смотрела прекрасные, по всей видимости, сны.

– Ну надо же. И чего этот баловень там забыл?

– Странно, что лебеди приняли его. Обычно они не склонны проявлять гостеприимство… – Марк удивленно покачал головой.

– И не поленился лезть в воду… Давайте отмоем его хорошенько у нас дома, а только потом покажем Маркиза хозяйке. Леди Люштаггарр удар хватит, если она обнаружит его в таком виде.

Друзья попрощались с Марком и отправились в Агентство Поиска. Дома быстренько набрали воду в ванну и привели мопса в порядок. Пес, как ни странно, был совсем не похож на свою хозяйку – он отличался редким дружелюбием и понятливостью. Дарий заботливо расчесал шерстку Маркиза. Все было готово к приходу леди Люштаггарр. Она не замедлила появиться. Дверь сотрясалась от стука, производимого нежной ручкой этой милой дамы. Квинт с содроганием бросился открывать дверь. Она вошла, величественная как императрица.

– Мое золотко! – заголосила она.

Маркиз радостно тявкнул и бросился к ней.

– Вы не так плохи, как могли бы быть, – радостно похвалила она. – Сэр Фолиум, я благодарна вам, что вы нашли моего красавца. Надеюсь, с ним ничего плохого не случилось? С Маркизом хорошо обращались? – грозно спросила она.

– Да, можете не беспокоиться. С Маркизом все в полном порядке.

– Тогда я пойду. У меня куча важных дел, смысла которых вам никогда не понять. Да, мой дружочек? – И она направилась к выходу.

Квинт на мгновение потерял дар речи от такой наглости. Но только на мгновение.

– Леди Люштаггарр, постойте! А как же оплата?

– Какая такая оплата? – Всем своим видом она выражала глубокое недоумение.

– Деньги, которые вы должны заплатить Агентству Поиска по договору. Семьдесят монет авансом вы дали, осталось еще девяносто.

– Ах это! – Женщина тяжело вздохнула, и нехотя полезла за обещанными деньгами. – Это же чистый грабеж, – ворчала она.

Квинт ничего не ответил – он пересчитывал монеты. Дарий был с ним совершенно согласен: когда имеешь дело с такими людьми, как эта дама, лучше лишний раз перестраховаться. Денег оказалось ровно столько, сколько было нужно. Жена барона Люштаггарра могла спокойно отправляться туда, куда ей угодно. Хорошо хоть она не начала скандалить, а такое за ней, к сожалению, водилось довольно часто. Квинт закрыл дверь и облегченно перевел дух.

Хозяин «Зеленого леса» был щедрым человеком, но не настолько, чтобы бесплатно кормить всю компанию. Эрику пришлось раскошелиться. Теперь, когда все трудности, вызванные денежным обеспечением, были позади, можно было расслабиться, вкусно поесть и поговорить о делах. Зеллес готовил просто изумительно. Он не признавал всяких современных штучек и пребывал в твердой уверенности, что настоящая еда, приносящая толк, может быть приготовлена только на живом огне. Специи, которые добавлял в пищу, он придумал сам – собирал и сушил редкие травы, растущие в окрестностях. Еще он не признавал маленьких порций. Отец Зеллеса, до того как открыть трактир, в молодости успел поработать в гномьей шахте. Тяжелая физическая работа сделала его отца неудержимым в вопросах, касающихся еды. И это, несомненно, переменило представление Зеллеса о том, какой должна быть обычная человеческая порция. Но никто особенно не возражал против его милых причуд. Трапезная, или, как ее называл сам Зеллес, едальня, была средних размеров. В ней стояло меньше десятка дубовых столов, накрытых белоснежными скатертями. Да больше и не нужно. Здесь, как правило, было не бог весть сколько посетителей. Стулья заменяли отполированные до блеска круглые тумбы. На окнах висели вышитые занавески и стояли горшки с цветами – это постаралась Маргарет, жена Зеллеса. Она ненадолго уехала из дома в Дуду, чтобы поздравить с именинами свою старую приятельницу, которую ее муж терпеть не мог. Его полностью устраивал тот факт, что он остался один присматривать за всем хозяйством: «Все равно лучше, чем видеть слащавую улыбочку этой грымзы», – откровенно признался он.

Зеллес изредка вставал из-за стола, чтобы подбросить дров в очаг и помешать что-то кипящее в котелке – финальное кушанье их дружеского обеда.

Это был полный розовощекий мужчина, но двигался он поистине с кошачьей грацией. Эрик вытряс из него все, что касалось таинственных незнакомцев двухгодичной давности. Но ничего дельного, проливающего свет на этих загадочных существ, они не выяснили. Посетители были jобыкновенными проезжими. Переночевали, отдохнули, набрались сил, хорошо поели и укатили по своим делам. Не к чему прицепиться.

– Жаль, что у Лоритора нет каких-нибудь особых примет. Например, шрама на лбу или наколки в виде черного орла на предплечье. – Эрик вздохнул. – Эти эльфы все на одно лицо. И не важно, сколько эльфийской крови в них течет: вся, половина или одна четверть. Они красивы, но похожи друг на друга, как родные братья. Никакой индивидуальности.

– Да, было бы намного легче, если бы у него были приметы. Остается еще третий – тот, который стал фермером.

– Странно, правда? Эльф – и вдруг в земледельцы подался.

– Всякое бывает. – Зеллес глубокомысленно помахал поварешкой. – Мне вот один заезжий купец рассказывал, что ему довелось плавать на корабле, владельцем которого был гном. И не просто владельцем, а капитаном. Он себе и команду подобрал соответствующую: сплошь одни гномы.

– Вот ужас-то! – с шумом выдохнул Фокс.

У всех гномов стойкая врожденная морская болезнь, да и плавать они учатся довольно длительное время. Многие гномы за свою долгую жизнь так и не приобрели этот полезный навык, но они совершенно не расстраиваются по данному поводу. Их дело и призвание – горы. Если гном решал стать моряком, то его родные начинали ненавязчиво, но незамедлительно предлагать ему обследоваться у врача. На предмет психических отклонений. Поэтому не стоит удивляться, что корабль, экипаж которого состоит из одних гномов, – явление неординарное.

– А может, это все выдумки? Всем известно, что купцы любят приврать, чтобы произвести впечатление.

– Да не похоже на это. Вениамир, в общем-то, честный мужик, для купца, конечно. Если бы дело касалось сделки, которую он заключил, тогда понятно. Но, рассказывая мне о корабле гномов, он не отводил себе никакой героической роли. Скорее так, просто забавный случай в поездке. Он и название корабля мне не поленился сообщить: «Хрустальный дельфин».

– Ничего себе забавы. Мне как-то раз пришлось плыть на корабле, еще в детстве, – Фокс содрогнулся, – это было душераздирающее зрелище. Больше ни на одно плавсредство я не сяду. Ванна – вот мой предел.

– Давайте-ка забудем обо всех наших проблемах и отведаем это изумительное кушанье, которое приготовил настоящий мастер своего дела. То есть я. – Зеллес, когда хотел, мог быть образцом скромности.

Он надел рукавицы, снял котелок с огня и поставил его на специальную подставку. Из приоткрытой крышки струился божественный аромат. Все присутствующие, включая самого трактирщика, сразу забыли обо всем на свете и мечтательно сглотнули слюну.

– Ты сказал правду. Оно действительно изумительно пахнет.

– Запах – это ерунда… Вот попробуете…

– А xто это? У нас в Агентстве Поиска очень хорошо готовит Дарий, но он такого ни разу не стряпал.

– Конечно, ведь это приготовлено по рецепту моего дедушки. Правда, я его немножко улучшил. Это блюдо называется «Облака Санторина».

– А что такое Санторин? – Эрик всегда был любознательным парнем.

– Это тайна. Когда я был ребенком и мой дедушка готовил это блюдо, я часто спрашивал у него то же самое. Но он так и не ответил мне. Все отшучивался, что эта тайна не предназначена для ушей маленьких мальчиков. А может, он и сам не знал… – Зеллес ловко перекладывал на тарелки содержимое котелка.

– Красивое название. Все-таки хорошо, что у тебя такие большие порции. – Лукас с воодушевлением вонзил ложку в воздушную пепельно-розовую массу. – И хоть я уже съел столько, что Эдели кормить меня не придется, наверное, с месяц, это кулинарное чудо я одолею, без всякого сожаления о своем желудке. Странно одно: мы с тобой знаем друг друга уже кучу времени, к тебе я не раз заходил, но «Облака Санторина» ты мне не готовил.

– Ты прав. Но не мог же я его приготовить, не имея на руках нужных ингредиентов. Сюда нужно добавлять перетертую бычь-траву и моллюсков из Каменного моря. Неужели ты думаешь, что их можно найти у вас в деревне?

– Где же ты достаешь такую редкость?

– Как всегда, у купцов. Иногда для меня их привозит Вениамир, а иногда Шурангха. Я покупаю у них еще много чего.

– А разве в Дуду это нельзя сделать? Все-таки большой город. Не Фар, конечно, но магазинов и лавок со всяким товаром там предостаточно!

– Может, оно и так, но мне незачем ехать в город. Купцы снабжают меня всем по оптовым ценам. Им нравится мое заведение, и они не желают, чтобы я разорился.

– Надо же, какие сознательные…

Они замолчали, наслаждаясь кушаньем, носящим мудреное название «Облака Санторина». К букету ароматов добавился еще один: сильный запах лимона. Зеллес принялся есть энергичнее.

– Запах лимона – это предупреждение, что через пять минут наша еда станет отравой. Так что сделайте одолжение: жуйте побыстрее! – произнес он с набитым ртом.

– Как? Почему отравой? – Эрик с подозрением уставился на собственную ложку.

– А я, по-моему, знаю. – Гном хитро уставился на Зеллеса. – Моллюски Каменного моря не выносят пребывания на воздухе. Как только они попадают на берег, то сразу чернеют, съеживаются, и есть их не решаются даже птицы-уборщики, до того они ядовиты. Моллюсков возят только свежими и только в воде их родного моря. А бычь-трава известна как сильное консервирующее средство. Она приостанавливает разрушительное воздействие воздуха. Если запахло лимоном, то значит, трава скоро перестанет сдерживать воздух.

– Верно, ты правильно догадался. – Трактирщик удивленно покачал головой.

– Это не догадки. Я знал это и раньше.

– Откуда же ты это знаешь?

– Проработал полгода помощником аптекаря. Он использовал вытяжки из моллюсков в некоторых своих лекарствах.

– А говорил, что почти ничего не умеешь делать, – проворчал Эрик. – Вот и верь потом бесхитростным на вид гномам.

– Если бы я оказался в аптеке, то тотчас же предложил свои услуги, но в Агентстве Поиска…

– Да-да, я понял. Ого! Кто-нибудь, откройте окно, пока оно не разлетелось на кусочки.

В оконное стекло ломился зеленый в красную полоску дракон с письмом в лапах. Зеллес распахнул окно. Дракон-почтальон неожиданно грациозно для его братии протиснулся в окно и, не разбив ни одного горшка с цветами, плюхнулся прямо на середину стола, за которым все сидели. Его взгляд был мутным и каким-то неуверенным. Он закашлялся, сделал глоток из кружки Фокса.

– Послание для Эрика Эрфиндера, – произнес он глухим металлическим голосом.

– Как же ты меня нашел? – От удивления брови Эрика поднялись до границы лба с волосами. – С тобой все в порядке? – поинтересовался он, видя, что письмоносец ведет себя как-то странно.

– Послание для Эрика Эрфиндера, – повторил дракон, немного подумал и добавил: – От Криона Кайзера, величайшего техномага всех времен и народов. Ты Эрик Эрфиндер?

– Да, я.

– Тогда на, держи. – И он протянул Эрику свернутое в трубку послание.

Сразу же после этого взгляд и действия дракона стали более осмысленными. Он немного повертел головой, как бы соображая, где он сейчас находится, и спросил:

– Ответ будет?

Эрик, который уже успел просмотреть письмо и ознакомиться с его содержанием, отрицательно покачал головой.

– Нет, спасибо. Ответа не будет.

Дракон еще раз отпил из кружки Фокса – на дорожку – и вылетел наружу. Он опять умудрился не задеть ни одного цветка. И такие чудеса бывают на свете!

– Это Крион Кайзер развлекается! – пояснил всем Эрик. – Он не мог сообщить почтальону точного адреса и поэтому решил немного над ним поколдовать.

– То-то этот дракон был такой странный. И сок мой весь выпил. – Фокс с недовольным видом заглянул в кружку. – Надеюсь, ничего серьезного не случилось?

– Все в порядке. Новости из дома скорее хорошие, чем плохие. К этому письму приложили свою руку все, кроме разве что Феликса.

– Ну да, у него же лапки.

– Крион пишет, что спас какую-то собаку в пруду. Тонула она, что ли? У него всегда был ужасный почерк. На следующий день рождения обязательно подарю ему пишущую машинку. Так, дальше… Он достиг блестящих успехов в техномагии. Во всяком случае, Крион так считает. Хм… Тут написано, что мой друг без труда прошел первый отборочный тур. В Фаре сейчас проходят выборы человека на должность Главного техномага Министерства. Крион участвует в состязании, – сделал Эрик небольшое отступление для Лукаса и Зеллеса. – Значит, он и в самом деле не безнадежен. Квинт пишет, что они провернули одно несложное дельце, принесшее им кучу денег, – отыскали мопса леди Люштаггарр. Опять собака! Неужели одна и та же? Ага, тут еще внизу приписка от Дария: ему надоело постоянно торчать одному на кухне, и он требует, чтобы мы побыстрее нашли Лоритора и подежурили для разнообразия на кухне вместо него. Фокс, тебе привет от всех сотрудников Агентства. Большой и пламенный.