Мой снежный антигерой

Мой снежный антигерой

Книга 1

Аннотация:

Уже несколько лет я благополучно прячусь от семьи, меняя внешность, имена, академии. И вот когда до заветного выпуска осталось всего полгода, меня снова нашли… а я ускользнула на практику в горы, где среди снегов строится непонятный курорт.

По слухам, его хозяин имеет отношение к королевской семье, а глобальное строительство – просто каприз. Этого мага считают странным и даже сумасшедшим. Он бесконечно далёк от политических интриг, ему плевать на чужие проблемы и заморочки… но я каким-то неожиданным образом умудрилась его заинтересовать.

Вот только, если он узнает, кто я такая на самом деле, всё обернётся катастрофой. Ведь я не просто девочка, которая прячет внешность за иллюзией… Нет, я дочь главного врага его страны.

В тексте есть:

* решительная и серьёзная героиня

* очень своеобразный герой

* горнолыжный курорт в магическом мире

* политические интриги

* сложные отношения в семье

* искренние чувства

* юмор

* 18+ из-за упоминания алкоголя, ну, и нескольких сцен, близких к эротическим

Пролог

– Я никогда не пойду на такое! – сорвавшись, выкрикнула я в лицо отцу.

– Пойдёшь, – ответил он ледяным тоном и крепко, до боли, сжал моё запястье. – Я слишком много вложил в это дело, чтобы всё развалилось из-за какой-то малолетней дуры.

– Отпусти меня! Мне больно! – снова крикнула я, и он всё-таки разжал пальцы.

Я отскочила в сторону, потирая пострадавшее запястье, а на папу теперь смотрела с полнейшим непониманием. Ведь ещё вчера я была для него любимой доченькой и даже не представляла, что он может быть со мной таким жестоким.

Хотя всё дело в том, что до этого вечера я никогда ему не перечила, а он особо не лютовал с приказами. Но то, что он заявил мне полчаса назад, вызвало у меня чувство жутчайшего протеста.

– Ты сделаешь всё, как я скажу, – холодно бросил отец. – И ляжешь под того, под кого скажу. И будешь изображать великую любовь с тем, с кем скажу. Радуйся, дура, что я выбрал для тебя этого царственного щенка. Его вроде как считают вполне привлекательным. А если заартачишься, отдам тебя Конлифу. Он давно у меня твоей руки просит.

Мои глаза ошарашенно округлились. Я попятилась назад, пока не упёрлась спиной в стену. Конлиф был секретарём отца, его верным псом, правой рукой, но у меня этот человек вызывал только отторжение и лёгкий страх. Стать его женой? Нет уж, увольте.

– И не надо изображать ужас, – насмешливо бросил отец. – Я знаю о твоей связи с тем сосунком, которого воспитывает наш верховный маг. Нет, дорогая, о свадьбе с ним можешь даже не мечтать. А если узнаю, что вы продолжаете видеться, отправлю твоего любовника под арест или сразу на плаху.

– Мы просто друзья! Я чиста, папа! – выкрикнула я, уже не пытаясь сдерживать слёзы. – И я не стану никого соблазнять. Тем более, по твоей указке. Неужели… неужели ты меня совсем не любишь?

Он насупленно поджал губы, отвернулся и, пройдя по комнате, запустил пальцы в свои чёрные с проседью волосы. Отец был крепким мужчиной, выше меня на голову. Окружающие считали его суровым жёстким человеком, но ко мне он всегда относился иначе, как к своей маленькой принцессе. Называл единственной отрадой…

Ума не приложу, что с ним случилось сегодня.

– Ты моя дочь, но, видимо, я слишком долго тебя жалел, – резким тоном проговорил отец. – Пришло время взрослеть, Марти́на. Сейчас ты нужна своей стране, и, если сможешь влезть в постель к Эвенару и забеременеть от него, у нас появятся козыри в противостоянии с Карилией. Он молод, не женат, возможно, тебе даже понравится с ним.

– Или он уничтожит меня, узнав, что я его обманула, – выпалила я в ответ. – Нет, папа. Я против. Не стану в этом участвовать.

– Станешь! – прорычал он, резко разворачиваясь ко мне. – Вот посидишь несколько дней без еды и воды, и на всё согласишься. А я пока отправлю в камеру твоего дружка, чтобы добавить тебе стимул. Прикажу, чтобы каждые сутки твоих раздумий парню отрезали по пальцу. Согласись, тяжко будет магу создавать плетения без пальцев.

– Папа! – воскликнула я и крепко зажмурилась, уже даже не пытаясь бороться со слезами.

– Стража, – крикнул он, больше не глядя на меня.

В кабинет тут же вошли двое мужчин в темно-зелёной форме личной охраны отца.

– Проводите Мартину в её комнату, – приказал папа. – Не кормить, не поить без моего позволения. Никого к ней не пускать, даже мать.

Из кабинета я выходила с гордо поднятой головой и заплаканным лицом. Ещё никогда мне не приходилось сталкиваться с этой стороной личности моего родителя, и сейчас во мне кипели горькая обида и острое разочарование. Я чувствовала себя загнанной в угол, разбитой игрушкой, которую решили бросить в самое пекло, чтобы она принесла пользу.

Хотелось рыдать в голос, кричать от чувства несправедливости, но я молчала. Мне следовало как можно скорее взять себя в руки и обдумать ситуацию. Хорошо бы поговорить с мамой… но этого мне точно теперь не позволят. Значит, придётся решать всё самой.

Но две вещи я знала уже сейчас: ни под какого принца Эвенара я не лягу, и обязательно сохраню Берти все пальцы. Да, эти решения противоречат друг другу, но я всё равно найду выход из ситуации. И сделаю всё возможное, чтобы никто и никогда больше не смог использовать меня в своих интересах против моей воли!

Глава 1. Позор семьи

Пять лет спустя…

Тили

– Быстрее, давай же, Ти́ли, – причитала Вилми́на, волоча к выходу из комнаты свою тяжеленную сумку. – Если мы сейчас из-за тебя опоздаем, то придётся потом добираться самим.

Я откинула со лба выбившуюся из пучка рыжую прядь, тяжело вздохнула и снова принялась давить на гору вещей, надеясь, что чемодан всё-таки закроется.

– Да убери ты оттуда половину, – выпалила моя соседка и самая лучшая подруга, глядя на меня, как на врага. – Мы едем работать. Зачем тебе два платья?

– Нужны, – ответила я упрямо.

– А туфли на каблуках? Там снег и сугробы. Лучше бы вторую пару ботинок прихватила, – не унималась Ви́лма.

– Я их тоже взяла, – ответила ей. – Тут только самое необходимое. Я уже два раза всё перебрала, выкладывать ничего нельзя.

Вилмина раздражённо пнула свою сумку, зло фыркнула и решительно направилась ко мне. А потом навалилась на крышку моего чемодана, залезла на неё с ногами и рявкнула:

– Застёгивай!

Ремешки, наконец, влезли в крепления, послышался щелчок, и чемодан закрылся. Но лишь стоило Вилме с него слезть, как крышка приподнялась, ремешки натянулись… но пока остались на месте.

Мы вдвоём озадаченно уставились на закрытый чемодан, который был готов в любой момент попросту лопнуть от натуги. По-хорошему, следовало разложить вещи в два и не мучиться, но нам разрешили взять с собой только по одной сумке с вещами. Правда, размер не указали, поэтому мне и пришлось впихивать всё необходимое в один чемодан, но зато самый большой.

И в нём действительно было только всё самое нужное, считай, жизненно важное. Ведь ехать нам предстояло в настоящую глушь, откуда до ближайшего нормального магазина километров двести, а строить порталы до получения нами дипломов строжайше запрещено. Вот и пришлось мне брать почти всё, что могло бы в теории пригодиться, и всё, что никак нельзя оставить, если вдруг придётся срочно сбегать.

Увы, это уже давно стало моей привычкой. Ведь если живёшь в постоянном страхе разоблачения, всегда нужно быть готовой к любым поворотам.

– Так, главное теперь – донести его целым до венрили́ра1, а там уже как-нибудь разберёмся, – выдохнула моя практичная подруга, отбросив за спину собранные в хвост тёмные волосы. – И давай уже, бежим, потому что у нас с тобой на всё про всё меньше минуты.

Я подняла наши вещи плетением воздушного аркана, схватила Вилму за руку и уже хотела выйти, но тут прямо из воздуха передо мной появился запечатанный конверт. Зная, что отмахнуться не получится, и послание всё равно последует за мной, пока я на него не отреагирую, поймала его и сунула в карман куртки.

– Магическое письмо? – озадачено спросила Вилма. – Впервые вижу, чтобы тебе кто-то писал.

– Наверно, кто-то из дальней родни, – ответила я, сделав равнодушный вид, и всё же вышла из комнаты. – Потом разберусь. Сейчас важно – успеть на построение.

Времени на чтение не было, как и желания читать письмо из дома, ведь я уже знала, что в послании не будет ничего хорошего. К счастью, сегодня мне предстояло уехать далеко от академии, а значит, даже если меня снова нашли, то я смогу выиграть себе немного времени.

Мы с Вилмой бегом понеслись по коридору. Большая сумка и огромный чемодан быстро летели за нами, словно воздушные шарики на верёвочках, и хорошо, что в этот ранний час выходного дня все обитатели общежития благополучно спали, иначе наш багаж рисковал легко сбить кого-нибудь с ног.

Когда мы выскочили на площадку перед входом в учебный корпус, там уже собралась вся группа будущих практикантов. На нас ребята поглядывали недовольно, но при кураторе никто высказываться не стал. Зато сама куратор – профессор бытовой магии Мари́сса Врист – молчать не стала. Окинула нас с Вилмой раздражённым взглядом, посмотрела на висящие в воздухе вещи и скрестила руки на груди.

– Наконец, явились, – бросила она. – За опоздание обеим минус балл за практику. Итого у вас обеих отрицательная оценка. Может, мне и вовсе вас не брать?

– Извините, профессор Врист, – сказала я, изобразив раскаяние. – Больше такого не повторится.

– Да́ртен, ты говоришь это почти каждый день, – скривилась она. – Будь моя воля, я бы оставила тебя в академии. К сожалению, для этой практики студентов отбирал сам ректор, и с его выбором ничего не поделаешь. Но уясни сразу, за каждое опоздание я буду вычитать балл, и как только ты наберёшь минус десять, с чистой совестью отправлю тебя обратно. Это понятно?

– Да, профессор, – поспешила согласиться я, опустив голову, и теперь поглядывала на кураторшу исподлобья.

– Встаньте в строй, – бросила она, жестом указав на ровную шеренгу.

Едва мы успели занять места в самом хвосте, я увидела идущего к нам ректора.

Лорд Домини́к Ха́мфик получил эту должность всего полгода назад и с тех пор стал главной мечтой половины девушек нашей академии. На вид ему было лет тридцать, но в тёмных волосах кое-где виднелись седые пряди. Высокий, широкоплечий, подтянутый, синеглазый – мечта, а не мужчина. А улыбался так, что у всех женщин вокруг начинала кружиться голова. Вот только наш красавчик-ректор будто бы вовсе не обращал внимания на девушек. Ходили слухи, что у него есть невеста, он влюблён по уши и другие его не интересуют.

Мне он тоже нравился – да как такой вообще мог не нравиться? Но при этом я отчётливо понимала, что надеяться не на что, тем более, мне. Нет, я не была страшной, но и красивой меня тоже назвал бы только слепой. Рыжая, круглолицая девица с веснушками и носом картошкой, какой я выглядела сейчас, могла претендовать лишь на слова «милая», «интересная», «симпатичная», «на любителя», но не более. Зато эта внешность позволяла мне не отвлекаться от учёбы на всякий романтический бред и, если честно, нравилась мне сильнее, чем все предыдущие маски. К своим двадцати трём годам я уже успела понять, что красивое личико создаёт больше проблем, чем привилегий. А тем самым «милым» особам гораздо проще общаться и с парнями, и с девушками. Первые не боятся заводить разговоры и согласны на простую дружбу, а вторые смотрят чуть снисходительно и даже не думают завидовать.

Хотя, не скрою, иногда я очень скучала по флирту, комплиментам, свиданиям, восхищённым мужским взглядам… и даже мечтала однажды снова стать собой – настоящей. Но только даже не представляла, когда смогу позволить себе такую роскошь.

При появлении лорда Хамфика лицо нашей кураторши просияло. Глаза вспыхнули теплом, в них появился огонёк кокетства, а вся её довольно крупная фигура приняла наиболее выгодную позу. Ножка сдвинулась чуть вперёд, голова немного наклонилась, а на губах появилась милая улыбка. Профессор Врист перекинула вперёд тугую чёрную косу и принялась кокетливо поглаживать её кончик.

Такие метаморфозы с этой стервой происходи всегда, стоило лишь рядом оказаться ректору. В один момент из тридцатипятилетней одинокой злой тётки она превращалась в милую девушку, немного пухленькую, но очень симпатичную и приятную на вид. Правда, Хамфик всё равно смотрел на неё точно так же, как на всех остальных, – с вежливым интересом и не более.

– Доброе утро, – поприветствовал ректор, остановившись перед нашей шеренгой. – Поздравляю вас с началом преддипломной практики. Нам с вами очень повезло, что его светлость отправил запрос именно в нашу академию. Сами понимаете, высокородному аристократу и в столичной бы не оказали, но он всё равно выбрал нас, и мы должны оправдать его доверие. Вам предстоит участие в уникальном проекте. Ничего подобного в нашем мире раньше не делали, специалистов попросту нет, и если вы хорошо проявите себя, то вместе с зачётом по практике можете получить и перспективную работу. Поэтому, прошу, отнеситесь к выпавшему шансу очень серьёзно.

Мы дружно, хоть и нескладно, кивнули.

Ректор действительно возлагал на нас большие надежды. Всё же это действительно настоящее чудо, что для работы на таком серьёзном проекте выбрали нашу захолустную академию. Хотя, возможно, дело в том, что она располагалась в Гаво́ре на севере Карилии, довольно близко к Дива́льским горам, именуемым в народе Северными.

– Обязательная практика для вас – один месяц, но, если кому-то предложат остаться до весны, мы пойдём навстречу и оформим свободное посещение, – продолжил ректор. – Я верю в вас. Не посрамите же честь нашей академии!

Было бы что срамить. Эта академия, конечно, считалась не самой худшей, но до столичной ей всё равно очень далеко. Главным её плюсом была относительно невысокая стоимость обучения, поэтому сюда шли учиться те, кому остальные варианты оказались не по карману. Да и учили у нас тут не великих специалистов, а этакий рабочий персонал. Вообще, раньше она называлась училищем и лишь пять лет назад каким-то непонятным образом вдруг получила статус академии.

Я слушала ректора, сунув руки в карманы куртки и вжав голову в воротник, а всё потому, что сегодня на улице было жуть как холодно. Ещё вчера поливал дождь, а этим утром температура неожиданно опустилась ниже, и с неба начали срываться редкие снежинки. Скоро похолодает ещё сильнее, и всё тут заметёт снегом. А нас и вовсе отправляют в горы, где определённо будет ещё холоднее.

Бррр, ненавижу мороз.

– Так, всё, загружайте вещи, занимайте места, через пять минут вылетаем, – скомандовала кураторша, когда ректор закончил речь.

И мы сонной толпой поплелись к стоящему чуть в стороне старенькому венрилиру.

– Интересно, что там вообще за секретный проект, – проговорила Вилма, заняв место у окна. – Чего они там такого придумали, что им понадобились маги-практиканты?

– Даже не представляю, – ответила я, усевшись рядом с ней. – Наверняка, просто какой-то богатей решил выстроить себе особняк в горах подальше от всех. А нас привлекли, чтобы денег сэкономить.

– А я слышал, – проговорил севший за нами Марк Ди́стон – черноволосый парень с боевого факультета, – … что там будет настоящий курорт.

– В заснеженных горах? – усмехнулась я. – Да какой дурак поедет отдыхать в холод? Все нормальные люди предпочитают Карста́ллский полуостров. Там даже сейчас тепло, можно и в море купаться, и загорать.

– Ну да, – согласился он и задумчиво поджал губы. – Не сходится.

– Ребят, да всё равно, что там будет. Нам главное – практику пройти, – добавил его светловолосый друг Ларт Лимс.

– Главное, чтобы нас там на опыты не пустили. Проект-то секретный, – тихо произнесла Вилма.

– Не нагнетай, – я слегка стукнула её локтем. – С нами боевые маги, защитимся. Да и сами мы можем за себя постоять.

Когда все расселись по местам, профессор Врист закрыла дверь, встала в проходе между расположенными с двух сторон рядами кресел и окинула нас строгим взглядом.

– Так, все двадцать студентов на месте, – сказала она. – Отлично. Лететь нам полтора часа.

– Профессор, а может, уже скажете, что там такое строят? Мы ж всё равно скоро узнаем и уже никуда не денемся, – громко поинтересовался Марк.

Водитель завёл двигатели, венрилир медленно поднялся в воздух и развернулся в сторону виднеющихся вдалеке гор. Наша кураторша посмотрела в окно, на удаляющуюся академию, и всё же ответила:

– Я сама пока плохо понимаю, что именно там строят. Официально называется «горнолыжный курорт», а что это такое, мне неизвестно.

Наши переглянулись, но ответа явно ни у кого не было. Да и я тоже впервые слышала о таком.

– Мне известно, что этот проект очень важен, за его строительством пристально следит сам король, – продолжила профессор Врист. – Финансируется он частично из казны, а частично из личных средств какого-то лорда. Вам тоже будут платить за работу, но я не знаю, сколько. Для нас с вами главное – пройти практику. Каждый будет работать по своей будущей специальности.

Мы с Вилмой учились на бытовом факультете. Она на кулинара, я же выбрала специализацию – артефакты в быту. Даже интересно, что же нам придётся делать на этом странном «горнолыжном курорте»? Хотя – скоро узнаю.

***

Эри́дио

– Ну, и как там твой проект? – поинтересовался его величество Эвена́р Кари́льский-Мадели́, жестом пригласив меня присаживаться.

– В процессе, – ответил я, развалившись в удобном кресле. – Пока всё идёт по плану. Думаю, успеем закончить в срок.

Королевский кабинет за последние годы сильно изменился. Раньше, во времена правления его величества Э́мбриса, тут всегда царила мрачная давящая атмосфера, а с тех пор, как его место занял Э́ви, находиться здесь стало намного приятнее.

– То есть, к новогодним праздникам у тебя всё будет готово? – спросил Эвенар, тоже откинувшись на спинку кресла.

Его взгляд остался спокойным, но я видел, как в глубине синих глаз на мгновение мелькнула тьма. Это было верным признаком заинтересованности и какой-то хитрой игры. Если бы я не был тёмным магом, как он сам, то и не заметил бы такого своеобразного проявления эмоций.

– Да, к праздникам мы закончим, – заверил я.

– Что ж, – он постучал пальцами по столу и сложил ладони домиком, а я улыбнулся.

Это было чем-то вроде родовой королевской привычки. Так когда-то делал бывший король Эмбрис, так делает сам Эви, а ещё мне рассказывали, что в моменты глубокой задумчивости пальцами по столу любила постукивать легендарная королева Эриол.

– Значит, в этом году празднование наступления Ночи Нового Круга мы проведём в Див́альских горах, – вдруг заявил Эвенар. – Разнообразим жизнь придворных и заодно покажем всем твои загадочные горные лыжи.

Я растерялся. Вот правда, давно не испытывал такого острого чувства полного непонимания. Это он сейчас серьёзно сказал? Или мне послышалось?

– Эви, – я даже прочистил горло, потому что голос куда-то вдруг пропал. – Ты в своём уме?

Ну да, говорить так с королём нельзя. Но он мне родной любимый дядюшка… всего на четыре года меня старше. Не скажу, что мы с ним друзья, да и долгое время вообще никак не контактировали, но всё же я воспринимал его в первую очередь не как правителя Карилии, а как близкого родственника.

– Конечно, – на его лице появилась коварная улыбка. – И говорю серьёзно. Нашим леди и лордам точно пойдёт на пользу свежий горный воздух… и лёгкий шок. Ну, а я подам пример, как именно нужно отдыхать в подобных местах. Так что желающих освоить лыжи будет немало.

– Ты сам на них даже ни разу не стоял, – напомнил ему. – Кататься не умеешь.

– Значит, научусь, – заявил он. – Хотя ты сам будешь примером. Всё ж, официально, Дио, ты сейчас наследник престола.

Я едва не вздрогнул от такой перспективы. Увы, его слова были правдой. Именно поэтому меня заставили вернуться в этот мир и эту страну. И никого не волновало, что у меня уже давно другая жизнь на Земле, и возвращаться на Аргаллу я вообще не собирался.

– Скорее бы у тебя появились дети, – проговорил я, обречённо вздохнув.

– Всему своё время, – бросил Эвенар. – Сейчас речь о другом. Ты же понимаешь, что я даю тебе шанс заявить о своём детище на всю страну и сразу сделать его очень популярным местом.

– Понимаю, – кивнул я.

– На сколько человек рассчитаны твои гостиницы? – деловито поинтересовался его величество.

– На триста – одна, и на четыреста – другая, попроще.

– Отлично, – он улыбнулся. – Значит, приглашения получат только избранные. Я распоряжусь, чтобы тебе передали списки. А ты уж организуй всё по высшему разряду.

Я озадаченно выдохнул.

– Эви, ладно, персонал в гостиницы я найду, даже бал новогодний организую. Это, в конце концов, не такая уж проблема. Но где мне взять столько инструкторов для всех твоих гостей, желающих освоить лыжи? Сейчас в этом мире на них умеют кататься от силы человек пять, включая меня.

– Обратись к эргонцам, – отмахнулся он. – Вон, я слышал, Максимилиан, супруг моей старшей сестрицы, когда-то на Земле как раз работал инструктором по горным лыжам.

– Ну да, он с радостью бросит свою должность в управлении внешней разведки и решит вспомнить молодость, – протянул я со скепсисом.

– Уж поверь, он не откажется. Точно тебе говорю. А я даже дам ему неделю отпуска ради такого дела.

Эви то ли издевался, то ли действительно говорил серьёзно, так сразу и не поймёшь, но моя растерянность ему совершенно точно нравилась. Более того, он откровенно наслаждался тем, что загнал меня в ловушку.

– Зачем? – холодно спросил я, глядя ему в глаза. – Ты же не можешь не понимать, что ставишь передо мной почти невыполнимую задачу.

– Ну почему же, наоборот, – он продолжал улыбаться, но в его глазах появился холод. – Ты так грезил своими лыжами, так хватался за все блага Земли, что тебя пришлось силой тащить на Аргаллу. Сколько ты уже здесь? Два года? А сколько раз пытался сбежать обратно?

Ах, вот оно, в чём дело.

Я подался вперёд, спокойно встретил взгляд почерневших глаз короля и медленно ответил процедил:

– Завидуешь, Эви?

– Чему?

– Моей свободе? Моей жизни на Земле? Ты ведь тоже хотел, но тебя не пустили. А сразу после академии отправили править страной. Я ведь прекрасно понимаю, что корона – это кандалы и цепь, которыми ты пристёгнут к трону. А я на Земле был свободен, и это тебя бесило. Поэтому ты приказал вернуть меня силой?

– Я приказал тебя вернуть по просьбе твоей матери, придурок, – рявкнул Эвенар. – Ты прятался несколько лет. Ничего о себе не сообщал. Мы решили, что тебя там поймали, удерживают силой, используют твою драгоценную кровушку тёмного мага для открытия межмировых порталов. А ты тем временем наслаждался жизнью! И, нет, Дио, я тебе не завидую. Потому что у тебя в голове до сих пор лишь ветер. Никаких целей, никаких стремлений. Ты эгоистично думаешь лишь о себе и своих удовольствиях, и плевать ты хотел на семью!

– Я вернулся. Видишь, сижу тут, не рыпаюсь, слушаю твои приказы. Строю горнолыжку в стране, где никто никогда про лыжи не слышал! – разозлился я в ответ.

– Ты сам заявил своим родителям, что жить без лыж не можешь. Так вот, они дали тебе всё, чтобы «малое дитятко» не плакало и перестало искать способ сбежать.

– Это не мой мир, Эви! Мне здесь душно, – выпалил я, сжав пальцы в кулаки. – Ваша Арга́лла…

– Наша Аргалла, – перебил он. – Ты родился здесь, здесь вся твоя семья.

– Моя мать с Земли, отец прожил там десять лет. Моя душа тянется туда, и я всё равно свалю из вашей отсталой Карилии.